- -
- 100%
- +
Ингерн, воспользовавшись тем, что Эреман с женой и ребенком двигались далеко впереди, достала длинную плетку и периодически хлестала ею Брианну. Блайдарка стискивала зубы, стараясь не вскрикнуть, но получалось это не всегда. Наконец Рем не выдержал и с бешенством произнес:
– Тронешь ее еще раз, и я…
– Что сделаешь? – Ингерн с любопытством посмотрела на пленника.
– Ну… – Рем задумался. Предположим, он смог бы прикончить эту стерву магией, но вот дальше все становилось очень неопределенным. Руки скованы, кругом полно вражеских воинов, еще и два некромага находятся неподалеку. Он не выстоит против столь многих, да и Лукиан сейчас в другом отряде. Любое неосторожное движение со стороны Рема и Горгаф с удовольствием разделается с Лукианом.
– Понятно, – Ингерн неправильно истолковала молчание Рема и презрительно ухмыльнулась. – Будем считать, что я испугалась. Но я перережу этой блайдарской сучке глотку, если ты еще раз откроешь свой поганый рот. Хотя, вот что… Заткните пленнику пасть и наденьте железный намордник. Не хочу, чтобы он в самый неподходящий момент превратился в того монстра, о котором нам рассказывали. Говорят, железо не дает им трансформироваться.
– На нем уже есть железный ошейник, – нерешительно произнес один из некро-солдат. – Эреман запретил причинять им вред без крайней необходимости.
– Выполняй приказ, пока я не выпустила тебе все кишки твоим же мечом, – обозлилась Ингерн. – Это Вечный только что угрожал мне! Так что выполняйте приказ.
Пока солдаты возились с упирающимся Ремом, Интерн еще пару раз хлестнула Брианну плетью, но затем спрятала плетку в мешок. Приказы Эремана лучше не оспаривать, тем более, она была невероятно предана этому некромагу, хоть и считала, что он иногда бывает чересчур мягким и снисходительным к врагам.
Через пару часов почва стала значительно тверже, камыши исчезли, и воины Иморталиса оказались посреди открытой равнины. Даже будучи пленником, Рем не мог не отметить про себя величественную красоту раскинувшегося перед ними пейзажа. Изумрудно-зеленая трава колыхалась на легком ветерке, создавая впечатление настоящих морских волн. Чуть южнее озера землю покрывали целые поля диких цветов, вокруг которых роились местные насекомые. Еще дальше почти до самых гор колосилась пшеница и виднелись едва заметные строения. Не зря эту долину называли житницей всего края.
Здесь отряд снова собрался вместе. Брианна с широко раскрытыми глазами уставилась на несколько десятков местных блайдаров, пожелавших сохранить верность некромагам. Губы девушки презрительно сжались. Пока остальные ее соплеменники проливали кровь, сражаясь за свою свободу, эти продались врагам в обмен на спокойную и сытную жизнь. В такие моменты Брианна начинала понимать своего деда. Беленус относился к предателям достаточно прохладно, предпочитая сдирать заживо кожу, причем медленно – по ладони в день. В таком способе казни не было ничего удивительного. Изменников не приносили в жертву богам, так как их кровь считалась нечистой, но из их кожи делали различные мешочки, сумки и прочие полезные в хозяйстве вещицы.
– Наверное, ты сильно их ненавидишь? – Эреман приблизился незаметно и теперь шел возле Брианны. – И зря, между прочим. Эти люди всего лишь поставили будущее своих детей выше амбиций ваших кровавых жрецов.
– Амбиций? – глаза девушки сузились. – Они предали своих богов и предков, предали свой народ!
– Оказывается гнев делает тебя еще более привлекательной, – Эреман с опаской оглянулся на жену, но тут же расслабился. Тефи возилась с ребенком и не обращала внимание на окружающих. – Теперь понимаю, что в тебе нашел Рем.
Брианна ничего не ответила, но выражение лица стало еще более холодным. Эреман фыркнул:
– Только не делай вид, будто не понимаешь, о чем я. У меня на такие вещи глаз наметан. – — Впрочем ладно, не будем об этом. Так ты говоришь, что эти бедняги, – некромаг кивнул в сторону бородатых блайдаров, – отвернулись от своих предков и богов? И как же интересно? Мы не уничтожаем чужие культы, напротив, стараемся оказывать им должное уважение. Конечно, мы пытаемся сделать их мягче, отменив особо зверские обряды, но в целом все вероучения остаются неизменными. К примеру, в этой долине до сих пор процветает культ богини Айрис. Только теперь ей приносят в жертву не людей, а животных. Мы отменили все дикие обряды, выдуманные вашими жрецами…
– Заменив их на не менее отвратительные обычаи Серых, – ядовито закончила Брианна. – Мы видели остатки их ужасной трапезы. Отрезанные головы, целые груды рук и ног, разложенных по серебряным блюдам… Вы – мерзкие лицемерные твари и рано или поздно вас постигнет такой же конец, который вы уготовили всем нам.
Ингерн возмущенно потянулась за плетью, но встретив холодный взгляд Эремана, передумала.
– Ты права, – некромаг кивнул. – Обычаи Серых действительно бывают отвратительными. Но наш властелин, Иморталис, существенно умерил пыл своих чешуйчатых слуг. В основном им отдают преступников, которых, ко всему прочему, приказано умерщвлять быстро и без особых мучений. Исключение – великий праздник предков, но он случается раз в пятьдесят лет. Эй! А это еще что? – Некромаг только сейчас увидел бредущего позади Рема. – Зачем вы одели ему намордник? Он не предназначен для людей.
– У него сущность зверя, – Ингерн неловко отвела глаза. – Кроме того, железо не даст ему снова обратиться.
– Ерунда, – Эреман нахмурился. – На нем уже есть железный ошейник. Этого вполне достаточно. Немедленно снять!
– Да, господин, как прикажете, – Ингерн смиренно наклонила голову.
– Впереди большая деревня, – к Эреману подошел один из младших офицеров. На его черном плаще в белом ореоле расправила крылья летучая мышь Иморталиса, едва прикрытая каким-то тряпьем. – Обойдем?
– Да, пожалуй. Хотя… – некромаг задумался. – Там есть лошади?
– Конечно, – солдат немного удивился. – Их главный старейшина – Хральд, держит несколько табунов специально для наших воинов.
– Я тоже знаю эту деревню, – вмешалась Ингерн. – Большая часть жителей к нам лояльна.
– Отлично! – Эреман расплылся в довольной улыбке. – Лошади нам не помешают. С их помощью мы доберемся до гор за пару часов.
– На всех может не хватить, – в глазах Ингерн отразилось сомнение.
– Значит, кто-то пойдет пешком, – беспечно отозвался некромаг. Для него важнее всего было вывези отсюда сына и жену. – Поворачивайте!
Рем втянул воздух и поморщился от сильного запаха горелой плоти. Видимо в деревне не все так радужно, как ожидали некромаги. Он промолчал, но через некоторое время вонь от обугленных тел ощутили все.
Вскоре вернулись разведчики из числа блайдаров. Эреман тревожно выслушал их и, к удивлению Рема, приказал окружить деревню со всех сторон. Оставив Тефи и ребенка под хорошей охраной, Эреман повел основные силы вперед, откуда раздавались душераздирающие вопли вперемешку с издевательским хохотом.
Миновав зеленые холмы, обступившие деревню с юга, некромаги принялись осторожно двигаться по засыпанной пеплом дороге. Большая часть домов давно выгорела, но некоторые уцелели. На улицах грудами валялись изувеченные трупы местных жителей. Лицо Эремана потемнело. Он отобрал десяток лучших воинов, а остальным приказал занять позиции вокруг городской площади. Подойдя к Рему, некромаг грубо схватил его за плечо:
– Пойдешь с нами. Посмотришь, как я заставлю твоих дружков истекать кровью! В деревне почти не было взрослых мужчин, понимаешь? Женщины, старики, калеки… Эти ублюдки перебили всех! Даже младенцев!
Сердце Рема тревожно сжалось. Только бы там не оказался кто-то из своих. Может предупредить их? Кляп с него сняли и… Рем оглянулся на обезображенные трупы. А, пропади оно все пропадом! Его это не касается. Главное, чтобы там не было никого из его соотечественников, а остальные, судя по всему, ничем не лучше самих некромагов. Так почему он должен им помогать?
Отрубленная голова Хральда торчала на колу, уставясь на своих мучителей ничего не видящими глазами. Рядом на столбах висели скорченные тела членов его семьи. С них заживо сняли кожу и вывесили рядом сушиться на солнце. Мухи тесно облепили изувеченных мертвецов мерзкой шевелящейся массой. Вонь стала почти нестерпимой. Несколько блайдаров жестоко насиловали молодую девушку. Целая толпа их соратников выстроилась в очередь, с гоготом предвкушая свой черед и выкрикивая ругательства.
– Некромагова подстилка! Шлюха!
– Теперь сучка поймет, каково быть с настоящими парнями!
– Изменница, как и ее папаша!
Чуть поодаль худой мужик с фанатичным взглядом и грязной бородой руководил казнью еще пятерых местных жителей. По его команде несчастных привязали к столбам и принялись методично срезать небольшие кусочки кожи. От нечеловеческих воплей ломило в ушах.
Эреман кивнул Горгафу и Серый быстро пересек площадь, остановившись возле беснующейся толпы. Дикари настолько вошли в раж, что вначале даже не заметили появление своего злейшего врага, а через миг парализующий страх уже охватил половину блайдарских воинов. Минуту стояла полная тишина, прерывая лишь воплями истязаемых.
– Что вы стоите? Убейте Серого! – бородатый фанатик, по-видимому, жрец, оторвался от созерцания казни и в бешенстве схватился за топор. Оцепенение спало. Блайдары, которых не достали чары Горгафа, гурьбой бросились на неожиданно появившегося врага. Ядовито-зеленое облако, выпущенное Эреманом, накрыло большую часть воинов, остальных добили подоспевшие некро-солдаты и их блайдарские союзники. Самого жреца схватили и привели к некромагу. Эреман окинул его насмешливым взглядом:
– Видимо ваши боги отвернулись от вас, раз допустили такой позор. Тебе придется ответить за убийства и пытки наших людей.
– Я не боюсь смерти, – глаза пленника горели фанатичным огнем. – За последние несколько дней я предал лютой смерти десятки ваших прихвостней. Боги будут мной довольны.
– О, жрец, ты не умрешь, – весело хохотнул некромаг. – Есть кое-что пострашнее смерти.
– Тебе не превратить меня в вурдалака, – исступленно заявил пленник. – У тебя нет ни времени, ни места для кощунственного ритуала. Великий жрец Беленус со своей отважной внучкой разбили ваши трусливые войска и уже освободили почти всю долину! Вам не укрыться от нашей мести! С ними посланцы самих богов в образе жутких косматых чудовищ! Против них не может устоять ни одно войско! Они отчистили от вас все крепости к северу от…
При последних словах жреца Рем поднял голову. Если Эреман узнает, что речь идет о Брианне… что это она та самая внучка Беленуса…
Эреман со смехом дернул Рема за одну из цепей:
– Вот одно из тех чудовищ, о которых ты говоришь! Сейчас он такой же пленник, как и ты. И он не единственный, кто находится в наших руках. Во время последнего боя мы взяли в плен двух оборотней и еще нескольких тяжело ранили. Видишь? Никакие злокозненные способности не помогут против всепоглощающей мощи Некрозамка!
На лице жреца не дрогнул ни один мускул:
– Тебе не сломить мою волю своей жалкой ложью.
– Я и не собираюсь, – Эреман пожал плечами. – Но я сделаю так, что ты будешь умолять меня остановиться.
– Я не боюсь боли, – пленник горделиво выпятил губу. – Боги на моей стороне.
– Никакой боли, – Эреман кивнул своим людям. – Прижмите эту тварь к земле. Инегрн, сбрей его мерзкую бороду.
– Что?! Нет!! Будьте прокляты! – пленник отчаянно забился в руках солдат, которые повалили его и буквально вдавили в грязь. – Уберите от меня свои лапы! Боги покарают вас!
– Сомневаюсь, – Эреман, мстительно улыбаясь, наблюдал, как Ингерн специальным ножом аккуратно срезает волосы с визжащего жреца. Повернувшись к Рему, некромаг пояснил:
– Неплохой способ лишить их Силы и уважения. Борода у этих дикарей играет очень важную роль. А у жрецов и вовсе считается священной.
– Как потеря бороды может лишить их Силы? – Рем не испытывал к жрецу ни капли жалости. – Я понимаю, что, сбрив бороду, можно нанести ужасное бесчестье, но…
– О, да ты совсем не на его стороне! – Эреман картинно приподнял брови. – Не одобряешь их жестокость?
– Врагов и предателей действительно нужно убивать, – Рем холодно посмотрел на некромага. – Особенно тех, кто продался таким, как вы. Но в подобных зверствах я абсолютно не вижу смысла. Особенно по отношению к женщинам и детям. Этот жрец ничем не лучше вашего Горгафа.
– Что ж, это уже прогресс, – Эреман выглядел довольным. – Не удивлюсь, что в Некрозамке ты и вовсе перейдешь на нашу сторону, если тебе позволят.
– Это вряд ли, – Рем внимательно наблюдал за Ингерн, которая с ухмылкой обработала подбородок дергающегося пленника густой мазью, и теперь умело удаляла остатки волос. – Так что насчет бороды?
– В волосах их жрецов часто скрыта древняя мощь, – Эреман специально повысил голос. – Лишившись их, они утрачивают значительную часть Силы. Не так ли, жрец? Теперь ты не сильнее простого поселянина. Наверное, тебя никогда так не унижали? Что ж, это еще не все. Так легко ты не отделаешься. Ниис, ты вроде умеешь наносить татуировки?
Невысокий коренастый воин кивнул:
– Конечно, господин.
– Ты взял из крепости все необходимые для этого инструменты?
– Нет, господин, но они есть у наших союзников, – Ниис перевел взгляд на небольшую группу блайдарских воинов.
– Отлично, – Эреман с удовлетворением кивнул. – Тогда тащите жреца в любой из уцелевших домов и покройте кожу нашими символами. Начиная с летучей мыши, герба Иморталиса и заканчивая знаком луны. Не скупитесь на краску. Татуировками должно быть покрыто все тело. Руки, ноги, живот и, конечно же, – Эреман издевательски улыбнулся, – Лоб и щеки. Я хочу, чтобы все местные дикари смогли увидеть, что стало с их жрецом, – некромаг звонко расхохотался. – Или можно уже говорить, бывшим жрецом?
– Умоляю, прекратите! – грудь пленника сотрясалась от рыданий. От прежнего гордого фанатика не осталось и следа. Да и без бороды он уже выглядел не так внушительно. – Позвольте мне умереть! Прошу вас! Моя жизнь кончена, я никогда больше не смою страшный позор!
Эреман, не обращая внимание на скулящего жреца, доверительно повернулся к Рему:
– Мы давно выяснили, что борода – источник силы для многих местных жрецов. В первую очередь тех, кто служит богу Гаратису. В этом заключается их мощь, но и в этом их величайшая уязвимость. Временно потеряв Силу, они утрачивают способность к сопротивлению, становясь вот такими слизняками. Мы часто пользуемся этим перед допросами.
– Почему временно?
– Потому что волосы имеют обыкновение отрастать. Соответственно и Сила к ним возвращается, – Эреман гадливо скривил губы, – как и чувство собственного достоинства.
– Значит, простая процедура, обязательная в моей стране, является губительной для варварских жрецов? – Рем усмехнулся. – Что ж, значит они вправду самые настоящие дикари.
– Не для всех, – Эреман сорвал с себя накладную бороду и зашвырнул ее подальше. Ему надоело выдавать себя за блайдара. Все равно с большого расстояния никто ничего не заметит, а вблизи никакая маскировка не поможет. – Это зависит от богов, которым они служат. Некоторые черпают силу в крови, как, к примеру, служители богини Айрис. Правда и они становятся немного слабее после бриться. Немного, здесь ключевое слово. Сильно на это рассчитывать не стоит. Тоже самое, как если бы нас, некромагов заставить обуться, что в первую очередь серьезно нарушает наши традиции, а не лишает силы.
– Разве обувь не блокирует ваши способности? – Рем постарался, чтобы голос его звучал как можно более безразлично. – В Академии нам рассказывали другое.
Эреман пожал плечами:
– Босиком мы и правда немного сильнее, но в основном за счет большей длительности применения некро-силы. Подземная энергия лучше поступает к нам при соприкосновении голой подошвы с любой поверхностью, даже если она находится на очень большой высоте. Главное, чтобы основание этой поверхности касалось земли. Именно поэтому нам запрещено надевать обувь. Чтобы мы могли по максимуму использовать все свои преимущества против врагов. Естественно, в те времена, когда ввели запрет на обувь, думали в первую очередь о борьбе с вашими Избранными.
– Значит, тут дело исключительно в длительности применения Cилы? На мощь самой некромагии это если и влияет, то совсем немного? – уточнил Рем, подумав про себя, что такая информация может оказаться невероятно ценной.
Эреман понимающе хмыкнул:
– Думаешь, я раскрываю тебе какие-то секреты? Да, ваши эксперты из ИСБ прекрасно это знают. А если и нет, ты все равно обречен остаток дней провести в Некрозамке или любом другом подобном месте. Держава Иморталиса очень обширна… Демон!
Пленный жрец, пользуясь тем, что на него никто не смотрит, с неожиданной силой отпихнул держащих его воинов и прыгнул в сторону Эремана. Парень угрожающе поднял ладонь, но жрец стремительно бухнулся на землю, обхватив колени некромага дрожащими руками.
– Добрый господин, пощадите! Вся моя жизнь…
Эреман, не дослушав, с отвращением отпихнул пленника ногой.
– А семью Хральда ты пощадил? По твоему приказу с них заживо сняли кожу, а дочерей вначале изнасиловали. Одной, между прочим, было всего семь лет! А что ты сделал с остальными? Нет, пощады от меня не жди. Да, ты должен лить слезы благодарности за то, что с тобой обошлись слишком мягко. А теперь увести его! И проследите, чтобы он не наложил на себя руки! Я хочу, чтобы его унижение увидели, как можно больше соплеменников.
Нисс вместе с несколькими союзными блайдарами подхватили вопящего пленника и увели прочь. Эреман проводил его удовлетворенным взглядом, а затем направился к остальным пленникам. Их оказалось чуть больше двадцати. Парализованные чарами Горгафа, долинники могли лишь наблюдать за происходящим. Сам Серый стоял неподалеку. Было видно, что сохранение чар уже дается ему нелегко.
– На колени! – приказал Эреман, вынимая из ножен длинный меч. Большая часть пленников с готовностью бухнулась вниз. Трое остались стоять. Молодая девушка с зелеными глазами, мускулистый гигант с длинной рыжей косой и высокий старик со злобным выражением лица.
Эреман, поигрывая мечом, неторопливо подошел к стоящим пленникам:
– Если не проявите покорность, умрете. Причем не очень быстро.
Старик демонстративно сплюнул, девушка нерешительно оглянулась на рыжебородого. Тот спокойно покачал головой:
– Ничто не заставит нас преклонить колени перед некромагом. На моей родине вас подвешивают за ребра на стенах замков.
– Неужели? – некромаг с любопытством уставился на воина. – Ты не похож на блайдара. Откуда ты?
– Из Княжества.
– Ого! – глаза Эремана уважительно округлились. – И каким ветром сюда занесло гордого жителя Гардамира? Или ты не из столицы?
Рыжебородый хмыкнул:
– Вообще-то я из Мариборья.
– Странно, я думал, там давно никого не осталось кроме наших вурдалаков, – Эреман пристально наблюдал за реакцией гиганта. – Мой повелитель не жалел сил на то, чтобы выдавить вас из этого края.
Во взгляде рыжебородого мелькнул гнев:
– Это наша земля, некромаг. И мы ее никому не отдадим.
– Похвально, но, если я не ошибаюсь, отсюда до твоей родины не одна тысяча миль. Учитывая, что большая часть пути пролегает по горам…
– Я покинул княжество больше десяти лет назад, – рыжебородый пожал плечами. – И, да, мне помогли сюда добраться.
– Вот как? – теперь взгляд Эремана стал вкрадчивым. – Уж ни агент ли ты Священной страны?
– Не твое дело.
– Отвечай, если не хочешь закончить здесь свой путь, – Эреман угрожающе шевельнул мечом.
Рыжебородый оскалился:
– Я не жрец бога Гаратиса. Мне потеря бороды не страшна. А пытки… На что-то серьезное у тебя все равно нет времени. А все остальное я выдержу.
– Посмотрим, – Эреман подошел к стоящим на коленях пленникам. – Я буду убивать их по одному, пока ты не одумаешься.
Рыжебородый промолчал, лишь презрительно сжав губы. Эреман картинно взмахнул длинным лезвием, и голова первой жертвы покатилась по траве. Лица пленников стали еще более затравленными. Некоторые начали всхлипывать.
– Ну же! – поторопил рыжебородого некромаг. – Горгаф устал держать этих дикарей под контролем. Мне придется убить их всех, или отпустить. Сейчас это зависит от тебя. Нет? Ну как знаешь…
Эреман вспорол брюху еще одному блайдару. Кишки вывалились на землю, прямо под ноги. Эреман выругался и принялся с остервенение вытирать пальцы ног о траву.
– Ладно. Я и забыл, что ты не из их народа. Но что насчет девушки?
Рыжебородый пренебрежительно пожал плечами. Во взгляде блайдарки отразилось невероятное удивление пополам со страхом. Она закричала, когда некро-солдаты схватили ее и выволокли из толпы.
– Моим людям не помешает расслабиться. Можете с ней позабавиться. Когда надоест, убейте.
– Благодарю вас, господин, – весело ответил один из офицеров, под жизнерадостный хохот остальных. – Может тогда вы первый? Почетное право командира.
– Я бы с радостью, но, как ты знаешь, недалеко от деревни меня ждет жена и ребенок. Не думаю, что будет очень красиво в их присутствии развлекаться с этой дикаркой.
При этих словах старик неожиданно побагровел:
– Некромагов выродок! Он должен сдохнуть, чтобы порадовать богов! Клянусь предками, я лично разделаю его ножом на глазах у папаши! Дайте только освободиться и я…
Ингерн стремительно подскочила к старику и вонзила ему в глотку кинжал. Его глаза вылезли из орбит, схватившись руками за горло, он захрипел и осел на землю. Эреман поморщился:
– Благодарю, но он мог нам еще пригодиться. Я даже не успел его допросить.
– Простите, господин, но он такое сказал о вашем ребенке! – Ингерн покраснела от гнева.
– Да, понимаю, – Эреман наклонился и принялся вытирать лезвие меча о траву. – Убейте половину пленников. Остальных отпустите. Пусть расскажут своим о том, что с ними случилось. Особенно о том, что мы сделали с их жрецом. И освободите всех уцелевших жителей деревни. Окажите помощь, если они еще в ней нуждаются. Смертельно раненых добейте. Это будет милосердно.
– А что с этим? – Ингерн ткнула окровавленным кинжалом в сторону рыжебородого.
– Поедет с нами. В Некрозамке ему быстро развяжут язык.
Рем долгое время, стоящий молча, наконец, нерешительно вмешался:
– Та девушка… Почему бы просто не убить ее?
Эреман вложил меч в ножны и небрежно улыбнулся:
– У нас ей найдется работа. Впереди долгая и трудная дорога. Нашим людям нужны развлечения.
– Долго она не протянет, – Рем нахмурился.
– Мы будем ограничивать численность желающих, – Эреман одарил девушку глумливой улыбкой. – Не больше десяти наших парней за ночь. А если будешь хорошо себя вести, то и вовсе не больше пяти.
– Подонок! – девушка попыталась плюнуть, но слюна попала ей же на подбородок. Воины снова расхохотались.
– Подонок? – Эреман сделал удивленное выражение. – Разве? Но ведь с жителями этой деревни вы поступили еще хуже. Женщин, которых изнасиловали твои дружки, потом жестоко убили. С некоторых, как вот с тех бедняг, сняли кожу.
– Они предали свой народ! – выкрикнула девушка. – И заслужили все, что с ними сделали! Участь предателей и изменников везде одинакова!
– Понятно, – Эреман дружески подмигнул Рему. – Где-то я это уже слышал. По-моему, от твоей Брианны. Как у них у всех поразительно похож образ мышления. Впрочем, меня это не удивляет. Ведь им промывали мозги одни и те же жрецы.
Судя по взгляду, рыжебородый о чем-то усиленно размышлял. Наконец, решился:
– Если я все расскажу, нас с ней отпустят?
– Девушку, да, – Эреман подошел к рыжебородому вплотную. От варвара отвратительно пахло кровью и потом. – А вот тебя я так просто отпустить не могу. В конце концов, ты тоже принимал участие во всем этом. Видишь ту селянку? Ее насиловали сразу несколько десятков воинов. Сейчас она лежит в луже крови и мои лекари вряд ли ей чем-то помогут.
– Я в этом не участвовал, – буркнул рыжебородый, тревожно переступая с ноги на ногу. Чары Горгафа рассеялись, но теперь его руки были крепко связаны, а на шею накинута петля. Двое «некромаговых блайдаров» держали конец веревки, не давая гиганту пошевелиться.
– И, тем не менее, ты не стал вмешиваться.
– Один я все равно не смог бы их остановить.
– Но ты даже не попытался. – Эреман многозначительно посмотрел на воинов. Два некро-солдата тут же повалили блайдарку и принялись разрывать на ней одежду. Пленница отчаянно отбивалась, но это еще больше распаляло насильников.
– Демон тебя забери! – рявкнул рыжебородый. – Я все расскажу, только отпусти ее!
– Договорились, – Эреман мысленно усмехнулся при виде недовольных лиц солдат.
– Я действительно был здесь шпионом Священной страны! А теперь отпусти ее.
Эреман весело прыснул. К его смеху сначала присоединилась Ингерн, а через пару мгновений громкий хохот охватил всю поляну. Два ворона, клюющие отрезанную голову Хральда, с громким карканьем унеслись в небо. Рем, наблюдающий за всеобщим весельем, тоже невольно улыбнулся, глядя на недоуменное выражение лица рыжебородого.