Дневник Марты

«Я, кажется, умерла, но, если вы читаете мой дневник, значит, частичка меня продолжает еще жить…»

Это самая первая запись в тетрадке, которую передала мне девушка из приемного покоя, поступившая ночью по скорой.

"Расскажите мою историю"– прошептала она еле слышно, глазами указав на листочки, скрепленные шелковой ленточкой.

Я не проследил ее дальнейшую судьбу, ее перевели на следующий день в региональный медцентр, а я вскоре переехал в другой город.

Мне верится, что, не смотря на тяжелый случай, она жива, утвердительно живы – она была в положении.

Сейчас ребенок, наверное, уже ходит в школу, если считать по сроку.

Ее словам я не предал тогда особого значения, о чем сейчас очень сожалею, считаю, что смалодушничал, но ее дневник за подписью Яна я сохранил, он пролежал у меня много лет на балконе среди старых газет и прочего хлама.

Спустя лишь годы я исполнил ее просьбу: опубликовал ее историю, не изменяя в ней ничего, только лишь придал содержанию литературную форму для более удобного повествования.

_____________________________

О боже, опять этот ужасный скрип, он исходит откуда-то из бездны и нарастает с каждой секундой, все трещит и лязгает как будто идет сам Сатана, а за ним везут котел с кипящей лавой, предназначенной для непокорных.

Лифт не поднялся выше, и через минуту я услышала звон ключей в дверном замке. Меня охватила паника, я как будто вор-домушник, которого застали врасплох.

 Я отложила свой телефон в сторону, так как меня ждала очередная, долгая и мучительная проповедь от моей мамы, которая сегодня неожиданно для меня вернулась с работы раньше обычного и уже с порога, скорее всего, догадалась, что я затаилась у себя в комнате.

Все пройдет по заранее известному сценарию:

«Доча, ты уже дома? Опять прогуливаешь?

Как ты будешь закрывать сессию? Почему не помыла посуду?» Тысяча и один вопрос –  это только вступление.

Основная же часть растянется на целую вечность со взаимными упреками и оправданиями.

Кульминацией станут слезы, обнимашки и обещания.

Закончится все ужином, который так быстро и так вкусно умеет приготовить только мама, ну а эта история вскоре повторится, через неделю или две, когда я в очередной раз забью на учебу. -Доча, ты уже дома? Ты…

-Мама, не надо, выслушай! Я не хочу больше мучать нас обоих этой учебой, спроси на кого я учусь, и я не смогу дать тебе правильного ответа, завтра я перееду от вас, буду снимать квартиру, деньги заработаю сама, посуду сейчас помою.

– Хорошо, пойдем кушать.

– Что? И ты не будешь ругаться?

–Нет, мой руки.

Я не ожидала от мамы такой реакции и спокойствия, но больше всего мне стало страшно от своих же слов, они выскочили сами, это говорила не я, я не думала всерьез покидать родной дом, по крайней мере в ближайшее время, и так сразу начинать самостоятельную жизнь.

Но в остальном все было правдой. Я действительно не знала как правильно  называется моя специальность, на которую я потратила столько времени , а в универ я ходила только потому, что беззаботные школьные годы ушли в прошлое и   в моем возрасте, как многие утверждают, нужно  либо учиться, либо работать, либо быть замужем.

Я не хочу ни первого, ни второго, ни третьего.

Я хочу заниматься любимым увлечением: фотографировать и стать известным  фотохудожником, или писать книги и быть успешным писателем, или путешествовать по миру и стать известной как Софи Лорен,  а лучше все разом, сидеть  где-нибудь в Париже, в уличном кафе, пить утренний кофе с круасаном, наблюдать за прохожими, запечатлять интересные моменты на фото, которыми будут  потом восторгаться на выставке мировые ценители искусства, заводить новые знакомства, общаться, записывать свои впечатления в свой блокнот. Возможно все это сбудется, если, конечно, у меня не появится новая мечта.

После изумительного десерта мы отправились спать.

Этой ночью я не смогла уснуть, на меня нахлынули странные ощущения. То я  маленькая мышка, которую ищет  огромный рыжий кот, чтобы съесть, и теперь я, затая дыхание, спрятавшись под одеялком, боюсь даже дрожать от страха,  чтобы не быть обнаруженной, а он там сверху  ходит  и прислушивается к любому шороху, готовый сделать прыжок и вонзить свои острые когти в меня. То я космонавт, который завтра  должен отправиться в  космическое путешествие  на поиски далекой планеты, не зная, вернусь ли я обратно или останусь летать в бесконечной Вселенной навсегда, не найдя планету, не имея возможности вернуться обратно.

Перевоплощения сменились детскими воспоминаниями: вот я стою  в белых больших бантах  на школьной линейке; вот я с бабушкой в деревне, вся в муке помогаю лепить тесто для пирога. А момент, когда мне исполнился 1 годик, стоит перед глазами: меня держат на руках, я надуваю щечки и пытаюсь дуть, чтобы затушить свечку на тортике, а у меня никак не получается, все вокруг смеются, сейчас я даже не понимаю, как я запомнила себя в таком маленьком возрасте, или это все-таки мое воображение.

На минуту все смешалось в кучу, я мышка в скафандре с большими белыми бантами и с тортом в руках иду по улице, а вокруг сотни рыжих котов, которые надо мной смеются и облизываются.

Мамин поцелуй вернул меня в реальность – она нежно поцеловала меня в щечку, сказала, что любит, попросила, чтобы я каждый день звонила ей, и убежала на работу, положив конверт с деньгами со словами «на первое время».

Вставать с постели не хотелось, а тем более куда-то идти, чувства переполняли меня, мне было и стыдно и жалко себя.

  Может забыть вчерашние порывы и пойти в универ?

  Нет, я подведу свою подругу.

Она ради меня выполнила сотню условий и обещаний, которые ей предъявили ее же предки в обмен на мое проживание в их третьей или четвертой по счету квартире, которая темными окнами смотрела на город в надежде,   что  кто-то  зажжет в них свет.

Я быстро вскочила с кровати, залезла под теплый душ, который усыпил меня  еще на целый час .

К полудню я сидела уже в авто  и ждала, когда мы, наконец-то, поедем.

Таксист пытался всунуть мои сумки в багажник , но у него ничего не получалось, он  вытаскивал их, засовывал обратно, пинал, что-то бурчал и плевался.

День явно не задался у него, меня же вся эта картина только забавляла.

Таксист гнал, нарушая все мыслимые и немыслимые   правила дорожного движения, показывая всем видом что побыстрее хочет избавиться от моего присутствия.

Мы доехали до места  очень быстро, усатый дядечка буквально выбросил мои сумки у подъезда, забрал деньги за проезд и, дав по газам, чуть не задев припаркованную машину, умчался.

Я не могла даже представить  чем так могла ему насолить, вечно они чем-то недовольны.

Мне целый час потребовалось, чтобы перетащить свой багаж на 9 этаж.

Эта квартира-студия просто создана для меня.

Мы часто здесь устраивали с подружками посиделки, но я не обращала внимания, что она такая уютная и просторная.

За стеклянным витражом во всю стену открывался вид на сказочный город. Я представила, как по вечерам я буду любоваться ночными огоньками и загадывать желания на падающие звездочки, а днем я буду наблюдать за суетой пешеходов, которые куда-то ежедневно   спешат, и буду пытаться угадать их мысли и судьбу.

Здесь все условия для начала новой жизни. Я пододвинула столик со стулом поближе к окну, выложила на него свой пыльный ноут, остальные вещи я решила разобрать завтра, достала бутылку шампанского, недопитого еще с очередного девичника , и открыла свою страничку Вк.

Я не стала просматривать новости в колонке, читать письма и смотреть кто лайкнул, хотя это был ежедневный утренний ритуал, а сразу написала пост.

«Всем привет!

Сегодня я начинаю новую жизнь, я выхожу в открытый океан, чтобы плыть на своем плоту по изумрудным волнам к своей мечте, и я не боюсь разбиться о рифы или сесть на мель» – дзинь, я одновременно нажала энтер и осушила бокал розового вина.

От волшебных пузырьков шампанского или от бессонной ночи мои веки закрывались, я была счастлива.

Покачиваясь я дошла до большой белоснежной кровати и уснула, закутавшись в нежное теплое одеялко.

Я проспала всю ночь.

Ранним утром я уже сидела за столиком уличного кафе, оно располагалось недалеко от моего подъезда и чем-то напоминало французский ресторанчик где-нибудь на Монмартре.

Здесь был отличный вид на пешеходную улочку.

Я стала записывала свои первые мысли, и впечатления, планшет не реагировал на мои замерзшие пальцы, приходилось отогревать их об чашечку горячего кофе,  фотоаппарат лежал рядом, на изготовке, дабы не пропустить  эксклюзивный кадр.

Да, это конечно не Париж.

На улице безлюдно, ни души, убогие вульгарно раскрашенные строения наводят одну лишь тоску, от  скульптур веет холодом и одиночеством, в воздухе летает запах гари, а не романтики, но  с чего-то нужно начинать.

Я отложила планшет в сторону, решив записывать все карандашиком в свой маленький блокнотик, укуталась потеплее в плед и с более пристальным вниманием стала всматриваться в каждую мелочь на улице, чтобы отыскать то, что не видно людям.

«Улица оживала после долгой и холодной зимы. Первые лучики солнца проникали отовсюду, пытаясь отогреть каждый камешек на промерзшей насквозь брусчатке. Усиливался звук весенней капели, и белые шапки, покрывающие крыши домов на протяжении всей зимы, уменьшались с каждой минутой. Птицы начинали петь, разнося свое щебетание по всему городу; иногда оно затихало, но затем раздавалось вновь, неуверенно, как будто боясь, что еще рано и вот-вот затрещат морозы.

К полудню туристы заполнили уже всю улицу: сотни гостей фотографировались на фоне достопримечательностей, выбирали сувениры, аплодировали уличным музыкантам, кидали на счастье монетки в неработающие фонтаны, заполненные наполовину снегом и талой водой, натирали выступы бронзовых скульптур в надежде на исполнение своих желаний.

Из уличных кафе доносились запахи шоколада и свежего чая; аромат заполнял соседние переулки, усиливался, соединяясь с другими, продолжал свое движение, покрывая сладким вкусом весь город.

На ватно-голубом небе, словно из ниоткуда, возникла небольшая сероватая тучка – так случается весной. Ритм падающих с крыш капель замедлился, звук пения птиц прервался, стало зябко. С восточной стороны улицы к толпе приближалась огромная фигура. Человек ростом более двух метров с широкими плечами выделялся из общей массы. На незнакомце был темно-коричневый плащ, длинные черные волосы наполовину закрывали его лицо, в правой руке он держал огромный мольберт. Приближаясь к толпе, он лишь ускорял свой уверенный, широкий шаг. Люди спешно расступались.

На улице становилось холоднее, туристы начали кутаться в шарфы и посматривать на небо. Человек в темно-коричневом плаще остановился возле пузатого кота, который с хитрым прищуром рассматривал проходящих туристов. Он занимал вальяжную позу, лениво разлегшись на лавочке под шатром

Незнакомец пристально вглядывался коту в глаза, отчего у того, как показалось, даже пропала прежняя ухмылка.»

Я, не теряя времени, отбросила свой блокнот, навела объектив и

сделала несколько кадров. Кот даже не пошевелился, а большой человек, заметив мое внимание, кивнул в мою сторону головой, улыбнулся и прежним широким и быстрым шагом направился в сторону отеля и через некоторое время скрылся из вида в дверях гостиницы.

Темно-серая тучка растворялась, пропуская через себя все больше и больше солнечного света. На улице опять стало тепло.

Вдруг я почувствовала на себе взгляд официанта, он стоял напротив меня с огромными на выкат глазами и как рыба надувал свои губы, пытаясь что-то выговорить.

Я мгновенно поняла причину его ступора, кровь пропитала мое белье насквозь, образовав подо мною целое море, и темно-алые капли падали вниз с края резного стула мне под ноги.

 В образовавшейся тишине, кажется, было слышно, как они разбиваются в брызги об брусчатку.

У меня было ощущение, что я здесь все залила, и сейчас начнется потоп, и всем придется спасаться на крышах домов.

Все, что я только догадалась тогда сделать, так это дважды выкрикнуть слово «счет», так как с первого раза молодой парень остался на месте.

Воспользовавшись отсутствием официанта я попыталась убрать улики хотя бы на полу, затерев их ногами, но красное пятно, смешавшись со снегом только увеличилось.

Не дожидаясь официанта, я оставила на столе первую попавшуюся купюру из моего кошелька и убежала, не оборачиваясь.

Странное отсутствие предшественников сегодняшнего казуса не заставили себя долго ждать и уже спустя некоторое время боль внизу живота полностью мною овладела, ни одна таблетка мне не могла помочь.

Все последующие два дня я только что и делала, как лежала в постели, подбираю удобную позу, чтобы хоть на минуту утихомирить боль и чуть-чуть поспать.

Ежедневно к вечеру я набиралась сил, чтобы позвонить маме и уверенным, счастливым голосом сообщить, что у меня все хорошо.

На третьи сутки я, наконец-то, почувствовала себя человеком, мне захотелось творить, а еще кушать, я бы съела самую жирную рульку, попадись она мне на глаза.

Наевшись до отвала, я открыла свой вк, и что меня здесь ждало?

............... К сожалению, мы обнаружили злоупотребления, связанные с Вашей страницей, и она заблокирована навсегда.

С Вашей страницы неоднократно публиковались материалы, содержащие порнографию, поэтому она была заблокирована навсегда.

.....

Какие материалы?

На фото я стою обнаженной в соблазнительной позе, но это мое натуральное тело и ничего неестественного в нем нет, тем более порнографичного.

Это моя первая работа начинающего художника, снятая на   профессиональный фотоаппарат, кадр получился далеким от искусства, но он был дорог мне как история.

По такому принципу модерации нужно закрыть от посещения сотни мировых музеев, где в открытом доступе люди от мало до велика без возрастных ограничений рассматривают  картины с разнообразными сюжетами, в том числе и с изображениями оргии и разврата, и без смущения фотографируются на фоне пиписок мраморных скульптур.

По просмотрам и лайкам, моя фотокартина являлась рекордсменом не только среди моей писанины, которую никто, кажется, даже не читал, но и среди постов с котиками и енотиками, которых все репостили друг другу.

Моя страничка вк и мне не совсем нравилась в последнее время, но только из-за вымышленного имени  Яна, которое меня сильно бесило.

Но мои подписчики, их было десять тысяч, все ушло в пустоту.

Ну и ладно.

Новая жизнь – новый аккаунт.

Я быстро заполнила  информационное поле своего нового профиля вк.

Я не стала указывать свой город и возраст, а имя указала Марта, оно мне нравилось больше, чем Яна.

Я обновила аватарку и больше ни одной фотографии на стене не будет, сюда я буду переносить  только  ежедневные записи со своего блокнота, для  читателей, которым  интересны мои мысли и впечатления.

А в отмщение модераторам за блокировку Яны я заведу не просто страницу, а целую группу разврата не с одной эротической фотографией, а с тысячами.

Ха-ха! Конечно, это шутка. Просто обида за потерянных подписчиков не отпускала меня.

В действительности же я создала паблик с названием Галерея «Ню Арт»

Онлайн галерея позволит мне выставлять мои фотокартины, а любой желающий с возрастным ограничением 16+ без труда сможет увидеть  мою выставку.

По просмотрам и отзывам я смогу проводить для себя некоторый анализ с целью профессионального роста, да и просто пойму насколько интересно другим мое хобби.

Предмет моего любимого увлечения – человек.

В поисках определенного образа я прошла километры,  отыскивая их среди толпы, иногда как охотник, подолгу выжидая  в укрытии, готовая в любую секунду нажать на курок . Сейчас у меня десятки фотографий людей в застывших позах, но все это впустую потраченное время, угадать кто эти люди, куда идут, о чем думают не удается: макияж, крема, масла скрывают мимику  и мысли, а одежда прячет язык тела и вводит в заблуждение.

Но где мне встретить человека без маски и покрывала, наверное, только в бане.

Я окончила оформление своего Арт паблика и выложила первый пост:

«Начинающему художнику требуется натурщик. Обнаженные сцены.

 Ваш возраст и пол значения не имеют.

Пишите в личку».

Ответ на мое объявление не заставил себя долго ждать.

Мне написали сотни сообщений, а оповещения о новых  письмах продолжали приходить ежесекундно.

Спрос превысил предложение, я не предполагала, что у нас так много

 "Демонстраторов пластических поз».

Где я только была раньше, ай-ай-ай,

до настоящего времени только 2 человека  голышом позировали на мою фотокамеру – это я и моя подруга, и то она сразу попросила удалить ее, не говоря уже о постерах для худ.выставки, а теперь, пожалуйста, выбирай, любой типаж на вкус и цвет.

Я начала просматривать кандидатов для фотосессии, без особой уверенности в результативности  выбранного способа. Перед глазами у меня постоянно стояла улыбка того высокого незнакомца с площади, который попал в мой объектив в первый день, когда я сидела в кафе, то фото получилось смазанным и без лица, возможно, поспешила или объектив замерз, а вот котофей вышел отлично,  взъерошенная шерсть просматривалась до волоска, а в глазах  отображался страх.

Большинство писем я не стала даже открывать они были типичной спам-рассылкой, часть сообщений была надоедливо банальными типа  «привет» или «как дел?», на которые я и раньше не отвечала, некоторых авторов я бы похвалила  за их воображение, они, будучи не знакомы со мной, описывали где, как и куда  они меня полюбят и как мне будет от этого хорошо, рассказики подобного содержания я забрасывала с первого предложения, хотя некоторые мини-романы заслуживали внимания, читая их я даже подтаяла, а  товарищам по увлечению, которые прислали фото своих мужских гениталий с припиской «оцени», заснятых на телефон в ванной комнате в тайне от жены, пришлось ограничить доступ к своей страничке.

300 откликов  и ни одного от  натурщика, что и следовало ожидать.

Я уже решила закрыть вк, но  обратила внимание на два сообщения, которые были  похожи  на резюме.

Одно письмо было от студента, который сообщал, что ему очень нужна эта  работа и хвалился тем, что уже имеет опыт – простоял на одной ноге как цапля 5 часов на уроке в одной из  художественных школ, правда, не без трусов, но за  небольшую плату на все согласен.

Второй претендент – рыжеволосая – меня очень заинтриговала.

 Женщина не просила, а умоляла взять ее в качестве модели, писала, что она готова позировать бесплатно и ей не только не нужен гонорар, но она сама заплатит  за фотосессию если не подойдет по типажу.

Я довольна, все идет на высоте.

В считанные секунды картина "Адам и Ева" исчезла со стены,  комод отъехал в угол,  белая простынь укрыла ковролин, свет ослепил потемки.

Моя фотостудия  готова! Ура!

Студента я жду к обеду , а рыжая модель подойдет с утра.

Все складывается отлично, один только казус омрачил меня сегодня – я осталась без любимого молочка перед сном, свое лакомство я поставила разогреваться, и прежде чем я поняла, что оно испортилось, кислый запах успел охватить всю комнату.

Быстро уснуть не получилось, пришлось долго проветривать квартиру, а потом кутаться от холода.

Всю ночь  мне снился кошмар:  полчище огромных волосатых мухоморов шли на меня ордой, а маленький, сморщенный слизкий сморчок прыгал на месте и командовал наступать.

С утра я была уже готова и ждала своих позеров, главное, чтоб они не передумали и пришли.

Ровно в 10 часов настойчиво запиликал  домофон, студент все напутал и пришел вместе с рыжей.

Быстро посовещавшись решили пропустить студента первым, ему нужно было успеть на пару, а Любовь, так представилась рыжая, сказала, что еще не готова и ушла на балкончик , чтобы не смущать.

Молодой парень начал раздеваться.

Свои вещи он складывал аккуратно в стопочку на краешек кровати , но они предательски скатывались на пол, он спешно их поднимал и пытался сложить обратно, после каждой неудачной попытки его руки и ноги начинали трястись сильнее, оставив трусы на полу, студент встал в центр  импровизированной студии, двумя руками прикрыл своего кукушонка, а  глаза зажмурил и почти не дышал.

Я бы рассмеялась в этой ситуации, но я сама не знала с чего начать.

Меня обдало холодным потом и появилась дрожь.

Первые кадры я делала в слепую, а потом все отступило и понеслось:  ловила свет, выбирала ракурс, ставила парня в позы, звук затвора не смолкал.

Студент тоже пришел в себя, кровь вернулась к его бледной коже, он слышал мои команды и понимал что нужно делать, продолжал позировать, не смущаясь не только объектива, но и взгляда Рыжей, которая курила и смотрела  на нас с балкона.

 Больше двух часов плодотворной съемки парень отработал на твердую пятерку и заслужил обещанный гонорар, который точно был больше, чем его месячная стипендия.

Я еще не успела отдышаться, а он  уже в одежде стоял в дверях и ждал когда его проводят, судя по улыбке студент был доволен этой встречей.

 На прощание он попросил звонить если  понадобятся его услуги.

После ухода студента,  Любовь долго не решалась встать напротив  фотокамеры.

Мы успели попить с ней чай, обсудили погоду, дважды она сходила покурить, заранее отдала мне весомую кучку денег за  фотосессию, минут десять причесывалась, потом попросила воды, некоторое время просидели молча, она как буд-то специально оттягивала время, мне  казалось что это продлится вечно.

Когда  Рыжая начала  снимать одежду я вздохнула с облегчением  и принялась настраивала фокус.

Люба весила, наверное, килограммов 120 и напомнила мне моего соседа, которого в детстве я называла злым толстяком и очень боялась.

Когда он на улице  попадался мне  навстречу,  я всегда перебегала на другую сторону дороги, опасаясь, что толстяк съест меня или раздавит.

Вспоминая прошлые страхи  меня раздирает смех, но фобия никуда не ушла, и теперь, случайно оказавшись  с толстяком или толстушкой у лифта, я не решаюсь заходить  с ними в одну кабинку и иду по лестнице.

Мне кажется, что от них постоянно пахнет потом и запах настолько едкий и зловонный, что находиться рядом не только невыносимо, но и смертельно опасно для здоровья, может появиться приступ удушья, и есть вероятность быть пораженным вирусом ожирения, который превратит  все  тело в сплошной маргарин.

Находясь с Любой в одной комнате у меня почему-то не возникало такого чувства страха и опасности, от нее исходил тонкий аромат луговых цветов.

 Фиалка, ромашка, земляника, васильки – я с жадностью вдыхала ее запахи, кружилась вокруг Любы как бабочка, прилетевшая за сладким соком, и  фотографировала, не обращая внимания на время.

Ее тело было подтянутым и упругим, талия подчеркивала  фигуру и была настоящей,  в разы выразительнее, чем у меня, хотя я всегда была худышка.

Она двигалась с необычной легкостью и  пластичностью.

Любовь вздрогнула когда мой объектив почти вплотную приблизился к ее телу чуть ниже лобка, ее розовые губы были похожи на лепестки камелии, а капельки влаги на них напоминали нектар, я не могла отказаться от еще одного удачного кадра.

Фотосессия закончилась поздно вечером, но мне не хотелось так быстро расставаться с Любой, и я пригласила ее поужинать вместе. Я сама не ожидала от себя такого шага, дело в том, что раньше я никогда не звала никого совместно покушать. Наоборот, я всегда задавалась одним и тем же вопросом: почему люди приглашают друг друга в ресторан? На мой взгляд, прием пищи не менее интимная процедура, чем, допустим, сходить по нужде.

Мы выбрали кафе, которое посоветовала Рыжая, и добравшись до места назначения заказали полный стол еды, которую довольно быстро принесли, и у меня разбежались глаза от выбора с чего начать.

Люба не притронулась к еде, она пила только коктейль и рассматривала результаты сегодняшней фотосессии.