Америка: зарисовки для людей с воображением

Самолет Новый-Орлеан – Майами доставил меня на родину бирюзового океана и белых пляжей за полночь.

Отель Hawaii располагается на острове Miami Beach, в северной его части (North Beach). Я кидаю вещи в номер и иду смотреть на океан – он прямо у меня под окнами, спрятался за пальмовой дорожкой. Навскидку до него метров 50, не больше.

Океанушка

Ну здравствуй, океан! Передо мной – будто бы громадное живое существо. Кажется, что оно дышит, живя своей колоссально мощной жизнью под медленно плывущими сгустками белых облаков. Ощущения такие, что ты стоишь на пороге космического портала: стоит сделать шаг, и громада волн расступится, чтобы пропустить тебя на ту сторону галактики.

Слава богу, играть в бегущую по волнам я не решаюсь, выбрав более человеческий способ времяпрепровождения – на террасе бара в соседнем с моим отеле.

Танцующая в темноте

Начинается дождь, и я выхожу танцевать под мокрым бисером, падающим с неба. Сейчас я не помню, играла ли тогда музыка, но, если и не играла, то какая разница? Музыка звучит у меня в душе. Какие-то латиноамериканские девушки в баре, внимательно наблюдавшие за моим танцем, понимающе улыбаются мне.

Океан релакса

Утром покров тайны сброшен, и я вижу, как на самом деле выглядит то место, где я живу. Вполне в духе пляжной идиллии: впереди желтеет полоска песка с телами отдыхающих на шезлонгах и пледах. Между моим белоснежным отелем и пляжем – зеленые волны высокой, до плеч травы.

На сегодня у меня глобальный план: пройти весь Майами-Бич с севера на юг, по пути периодически залезая в теплые волны Атлантики. Final destination1 – небольшой, но знаменитый на весь мир променад Ocean Drive, где можно будет покушать и присмотреть какой-нибудь ночной клуб на параллельной улице Washington Avenue. Хоть я в последнее время не особо люблю ходить по клубам, но ради Майами готова сделать исключение – интересно посмотреть на nightlife2 с латиноамериканским привкусом!

А пока я неспеша иду по Collins ave в окружении белоснежных отелей, пальм и инсталляций (спросите меня, что такое Майами, и я отвечу – белоснежные отели, пальмы и инсталляции).

Вскоре начинается великолепный South Beach3. Я вижу указатель рядом с бордюром, на котором в разных позах выложены морские звезды. Я тоже хочу быть морской звездой и лежать на пляже.

Но перед тем, как быть морской звездой, мне надо найти, где в Майами продаются купальники. Свой остался где-то в пути между Хьюстоном и Новым Орлеаном. На Collins Avenue, ближе к Ocean Drive, начинают мелькать магазинчики с пляжными принадлежностями (до этого встречаются только с едой-алкоголем; кстати, здесь всё стоит относительно дёшево по сравнению с другими городами США). В одном из них с большим трудом, из-за великого разнообразия выбора, покупаю себе шортики и бюстик за смешные $20.

Ура! Я могу позволить себе, наконец-то, искупаться в этом мега-месте!

Потом – кушать в шумной кафешке на Ocean Drive! Какие-то крабы-осьминоги под легкий пляжный коктейль приходятся весьма кстати.

В ночной клуб я не иду – накатывает релакс. Вместо этого я залезаю в бирюзовые воды океана. Хочется плескаться в этих игривых волнах вечно.

Я лежу на песке лицом вверх, и мне кажется, что небо искривляется по дуге, поднимаясь где-то надо мной и опускаясь у края горизонта.

Расслабленный вечер на пляже изначально не предполагает сексуальных приключений. Хочется только слушать шум волн и созерцать редкие всполохи южной грозы где-то на том конце Атлантики. Но один знакомый русский путает все карты.

Вчера он внимательно наблюдал за моим танцем под дождем, и я подарила ему спонтанный, маленький поцелуй… Сегодня он является с вином, ставит романтическую музыку, и мы начинаем танцевать – одни на всем пляже.

Океан громко шумит, рассыпаясь мириадами брызг по всему побережью. Мы слушаем его гулкие звуки, болтаем обо всём и ни о чём, пьём вино… И вдруг между нами возникает влечение.

Нега, расслабленность, замедленность летнего вечера в Майами плавно втекают в наши тела, и мы позволяем всему быть… Чувственный диалог тел продолжается всю ночь, под перекаты далёкой грозы, становясь одним из лучших воспоминаний в моей жизни.

Это одновременно легко и очень сложно – позволить просто быть себе, другому, обстоятельствам…

Легко – потому что Пространство, ты, другой человек готовы к тому, что должно случиться, раз всё синхронизировалось в одной точке. Остаётся только немного подтолкнуть события, чтобы они покатились, набирая обороты, как снежный шар под горку… и нечто свершилось…

А сложно, потому что в нас живут миллионы установок и убеждений, как должно и не должно быть. Они тормозят спонтанность, мешают моменту, спугивают то чудесное, что могло бы случиться…

Но довольно о грустном, впереди – красоты Майами!

Красоты Майами

Как следует выспавшись, я отправляюсь смотреть Большой Майами, что через пролив от острова Майами-Бич. В моих планах посетить даунтаун, райончик Little Havana c населением, состоящим преимущественно из жителей острова Свободы, а также добраться до квартала Design District. Сегодня исполняются все мои желания.

Даунтаун Майами поражает меня своей «выдержанностью» в стиле этого бело-сине-пальмового города (и он, на мой взгляд, круче смотрится, чем даунтауны Нью-Йорка и даже Чикаго)! Я бросаю монетку в фонтанчик, чтобы когда-нибудь вернуться сюда.

До Маленькой Гаваны я добираюсь к вечеру, с великим трудом – всё же с картами я не дружу. К примеру, то, что NW 1 Str и SW 1 Str – это две абсолютно разные улицы, становится для меня открытием. В общем, Маленькая Гавана находится к западу от даунтауна, примерный ориентир – пересечение W Flagler Str & 17 Ave.

Там прикольно: можно встретить исторические памятнички-скульптурки, такие, как, например, памятник успешно отбитой в 1961 году попытке свергнуть левый режим Кастро. Вместо инсталляций обнаруживаю там бравых петушков на входе в интересный магазинчик местной живописи. Мне, любителю подглядывать за бытиём других людей, очень любопытно посмотреть, как живет и чем дышит латиноамериканское население.

Настоящие artworks4 можно увидеть в Design District: брендовые бутики и магазины дизайнерских предметов обихода – там! Только нужно приходить туда днём, чтобы можно было что-то купить, а не как я – при свете полной луны. Только и остаётся, что поснимать окрестности.

Как жаль, что у меня было всего два дня: Майами – поистине lovely place5! Этот город будет качать вас на волнах релакса, чем бы вы ни занимались!

Утром, уезжая, я вижу наружную рекламу: мужчина и женщина в солидной библиотеке, на кожаном диване, лежат в миссионерской позе. Он – в трусах в горошек, а она – в рубашке с галстуком и подвязке.

Я не знаю, что именно рекламируется, но могу сказать точно: эта моя метафора для Майами. Здесь, даже обложившись умными книжками, вы будете заниматься сексом.

Стоит мне сойти с поезда, как меня обнимает настоящая южная ночь, под покровом которой едва различаются пальмы и чувствуется влажное дыхание субтропиков. Новоорлеанский колорит (джаз, джаз, конечно, джаз!) я замечаю кругом: на стенах зданий, трамваях, зеркалах машин нарисованы саксофоны, скрипичные ключи, где-то негромко наигрывают приятные мелодии.

Атмосфера греха

Мой путь довольно долог, минут 40 я топаю по практически пустынному городу, и только смех девчонок, сидящих на террасе с бокалами шампанского, нарушает тишину. В воздухе тянет марихуаной. «Like …aaa…sin!6» – скажет, щелкнув пальцами, попутчица-бэкпекерша, летящая со мной из Нового Орлеана, в ответ на вопрос, как ей атмосфера города. Чтобы не было страшно, я считаю перекрестки – до моего отеля их должно быть 15.

Утром я выхожу рано. За один день в Новом Орлеане хочется успеть многое. Первая точка осмотра – самый старый в Америке католический собор St. Louis Cathedral, что на 615 Pere Antoine Alley.

По пути к собору, на Basin street, мне попадается разрушенное ураганом Катрина здание, возле которого суетятся рабочие. Один из них говорит мне, что это здание Saenger Theatre. Вода залила весь цокольный этаж и оркестровую зону, слава богу, все покрытия и другие ценные материалы были на тот момент убраны из театра, поскольку там шла реконструкция. Вообще, в Новом Орлеане реставрационные работы повсюду – город активно восстанавливается после страшного бедствия.

С противоположной стороны Basin str можно увидеть старые кладбища St. Louis Cemetery #1 и #2, куда заглянуть у меня не получилось – слишком ранние гости туда не пускаются.

Но вообще можно было бы рискнуть и взять экскурсию по кладбищу St. Louis Cemetery #1 – это самый древний «город смерти» в Новом Орлеане, если бы не ограниченность во времени.

Вас ничего не смущает в этом предложении? Что за экскурсии по кладбищам? Что там можно увидеть? Не смущайтесь, вы – в Новом Орлеане, городе вуду, религии, которая считает, что все уровни творения обладают жизненными качествами, независимо от того, «живут» они или нет. Именно на St. Louis Cemetery #1 можно увидеть могилу Мэри Лаво – главного популяризатора вуду (здесь ее называют Voodoo Queen) в Новом Орлеане.

Voodoo и прочие страсти

Религия вуду пришла в Новый Орлеан в начале 19 века вместе с рабами, которые привозились сюда с Гаити. Вариант вуду, который развился в штате Луизиана, включал различные африканские обряды и ритуалы, травы, колдовство, целительство. В ритуалах часто использовались змеи, чёрный кот, петухи, питье крови и сексуальные отношения, почти на каждой церемонии должно было приноситься в жертву животное.

Мэри Лаво, будучи парикмахером, сделала успешный вуду-бизнес, добившись признания культа voodoo в Новом Орлеане. Она добавила элементы католической религии в традицию вуду, включая статуи святых, молитвы и святую воду и даже называла вуду публично «христианской» верой. Вуду в те времена стало для чернокожих возможностью приобрести уважение со стороны белых, которые хотели участвовать в культе.

Но после смерти Лаво местным чернокожим жрецам вуду пришлось скрываться, т.к. полиция взялась за преследование сторонников культа. С тех пор новоорлеанское вуду стало частной практикой за закрытыми дверями в отличие от Гаити, где вуду практикуется открыто.  Хотя есть в Новом Орлеане и храм вуду, и люди, которые в него приходят.

Почитав немного про культ вуду, могу сказать, что основные идеи в нем перекликаются с христианскими. Смотрите, вот цитата из книги Н. Белова «Тайны магии вуду»:

«Наиболее важные компоненты человека – две части души, ti-bon-ange и gros-bon-ange.

Gros-bon-ange буквально означает «большой хороший ангел». Согласно концепции, при рождении часть космической жизненной силы единого Бога переходит в человека. Это сила, которая является частью всех живых существ, объединяет нас друг с другом в большую энергетическую сеть. Gros-bon-ange поддерживает жизнь и разум в теле и после смерти возвращается назад в бассейн божественной космической энергии. Без gros-bon-ange человек теряет свою жизненную силу; возможно, согласно учению вуду, отделить gros-bon-ange от человека и хранить ее в сосуде; эта энергия может быть направлена на другие цели.

Ti-bon-ange составляет другую половину души человека. Термин переводится как «маленький хороший ангел»; это источник индивидуальности. Ti-bon-ange представляет собой накопление знания человека и его опыта; она определяет индивидуальные характеристики человека. Она может покидать тело человека во время сна или во время одержимости loa <духом>. Ti-bon-ange наиболее уязвима для колдовства, даже больше, чем gros-bon-ange».

Я нахожу в этом тексте две идеи, которые были мне знакомы раньше из христианства:

В каждом из нас есть частица Бога.

Мы все связаны друг с другом как единое целое.

Про индивидуальность в христианстве ничего нет, но, если часть нашей души занимает частичка Бога, то что же занимает всё остальное? На этот вопрос предлагаю каждому ответить самостоятельно:).

В магазинчиках Нового Орлеана можно увидеть такие вывески: «New Orleans Doll Company»7. В них продаются куклы вуду, сопровождающиеся рецептами следующего вида: «Place pin in doll. Hold pin with concentrating on spell…8».

Если жрецы вуду реально умеют отделять наши божественные составляющие от нас (практически превращать в зомби) – то опасно, опасно ссориться с людьми в Новом Орлеане… Но справедливости ради приведу еще любопытный рассказ, который попался мне на просторах интернета:

«В сентябре 1995 года жители одного из районов Нового Орлеана решили, что следует покончить с нищетой, воровством и торговлей наркотиками на улицах города. Около сотни человек собралось для проведения церемонии, включая барабанщиков и танцоров, и обратились к Ogoun, loa-воину. Они прибегли к помощи Салли Энн Глассман, жрицы вуду, живущей по соседству, чтобы помочь в проведении ритуала. Она призвала Ogoun, принеся в жертву ром и порох.

Совокупный эффект церемонии должен был наложить проклятие на торговцев наркотиками. По словам Салли Глассман, это сработало. Преступность сократилась, несколько торговцев наркотиками пришло, чтобы отречься от своих злых дел».

В Новом Орлеане аромат чего-то загробного, мистического, сверхъестественного буквально витает в воздухе. И потому мне было крайне интересно прогуляться в Museum of Pharmacy9, посмотреть, какие орудия колдовства (или пыток?) я там увижу. Нет, сама бы я не додумалась туда заглянуть – в моём представлении в аптеке не может быть ничего интересного. На эту мысль, снабдив ее красноречивыми комментариями, навел меня новоорлеанский Дали из French Quarter10 – Jody Robert.

Представьте себе образ: огромный человек держит в руках, с которых капает кровь, знак радиации (три жёлтых лепестка). Из-под одной ладони вылетают бабочки, из-под другой – высится маленькая человеческая фигура, вздымающая руки вверх в обращении к небесам. Под руками видны цепи, паззлы, и кажется, будто чудовищный жёлтый вентилятор собирается отсечь человеку голову… Когда что-то посетить советует человек, из-под кисти которого выходят такие картины, к этому стоит прислушаться – прогулка будет явно не стандартной!

Тайны Museum of Pharmacy

Наверное, вы слышали про знаменитую Ратушную аптеку в Таллине, в которой можно было купить порошок из летучих мышей и змеиной кожи, а также приготовленный вручную марципан? Дух Средневековья окутывает меня при одной мысли о посещении такого местечка! Вот и здесь такая же винтажная атмосфера, да и сам «аптекарь» в рубашке с дырявым плечиком, кажется, сейчас предложит выпить кларету, настоенного на пряностях…

Но он всего лишь предлагает мне гайд по музею, я благодарю его и делаю несколько снимков, чтобы потом почитать в самолете.

В музее два этажа: на первом – бывшая аптека, на втором – частная медицинская практика. Как выясняется из гайда, начало деятельности этой аптеки приходится на расцвет вуду в Новом Орлеане – 1820-е годы. Возможно, именно в связи с массовым культом гаитянского колдовства Луизиана стала первым штатом, в котором ввели требование о лицензировании фармацевтической деятельности (правильно, правительству надо со всего иметь денежку:)). И в аптеках продавались всяческие прибамбасы для практикующих вуду: куклы, порошки и прочая хрень.

Каждый экспонат аптеки прошлого сопровождается краткими описаниями, когда впервые появился и как использовался. Где-то к товару прилагаются оригинальные рекламки с ценами. Как вам, например, кокаиновые таблетки от зубной боли за 15 центов?

Очень, очень любопытная экспозиция в медицинской части: старинные катетеры, зонды, скальпели, сопровождающиеся душераздирающими рассказами неизвестных хирургов 19 века на привязанных этикетках. Экспозиция под общим названием «По их словам» навевает такие ощущения, словно невидимый доктор из глубины веков делится с посетителем своими буднями. О том, как доктора относились к больным в то время, свидетельствует высказывание некоего врача по имени Benjamin Rush, второй половины 18 века: «I would treat it in the sick-chamber as I would a squalling cat – open the door and driving out11».

Обойдя весь музей, я прошу «аптекаря» сфотографироваться со мной на память и выхожу на улицу. Уфф, солнце и свежий воздух возвращают меня в реальность – надо спешить, мне предстоит прогулка по Миссисипи!

Стиляга

Итак, набережная Миссисипи, steamboat12 с трубой, из которой валит пар, джаз… Ощущаю себя в 19 веке, не хватает только кружевного зонтика и кавалера в белом костюме с высоким цилиндром, под ручку с которым можно прогуливаться. Хотя, нет… Вот он, легок на помине: чернокожий мужчина в белом костюме, шляпе и галстуке расцветки под национальный флаг ведет на поводке игрушечную собачку. Что? Собачка ненастоящая? Да ладно вам, в Новом Орлеане и не такое можно увидеть.

(Тайна этого стильно одетого господина в том, что он – живой памятник, который за мелкую монету готов показать вам забавную сценку).

Но вернемся к прогулке на steamboat.

Прогулка на заднеколесном пароходике по Миссисипи

Аутентичный пароходик NATCHEZ, спущенный на воду в 1927 году, сейчас выполняет роль музея, при этом соответствуя всем необходимым плавательным нормам. Сзади у него, как и положено, колесо, которое наяву оказывается очень большим – я снимала со второй палубы, и его верхняя часть была почти вровень со мной.

Можно сходить в машинное отделение и посмотреть, как это всё функционирует. Любопытствующих никто оттуда палкой не погонит, потому что там всё и оборудовано как раз для того, чтобы народ ходил и смотрел.

Обед на пароходике был не очень вкусным – обычная столовская еда, а в остальном прикольно: свежий воздух, по обе стороны – речные красоты, голос из динамика что-то вещает по-английски…

После экскурсии по Миссисипи у меня остаётся еще около двух часов, чтобы погулять по Французскому кварталу. Jody советовал взять лошадку, которых полным-полно рядом с Jackson Square на Decatur str, и прокатиться на ней, чтобы быстренько осмотреть все красоты French Quarter, но я люблю пешие прогулки. А вообще, во Французский квартал нужно приходить вечером: по словам Jody, именно вечером здесь творится самый смак.

Новоорлеанский Арбат

French Quarter – это тусовочное место для всех художников Нового Орлеана.

К слову, с Jody мы встретились здесь же. Очень интересные у него работы, очень! Да и другие не подкачали – живописные потёки, сценки из мистических историй, метафорические джазмены, ночные виды города с луной… – такое ощущение, как будто все самые креативные головы собрались в Новом Орлеане.

Я покупаю себе на память об этом чудесном музее современного искусства под открытым небом парочку птичек от Katie Leese с вдохновляющими надписями «Rise and Shine13