Желанная тремя Альфами: Суждена одному
- -
- 100%
- +
Моя мать работала поваром в королевской семье, а я – хранителем библиотеки в доме стаи, только по выходным. Честно говоря, это была лучшая подработка, какую только можно было представить. Всё, что мне нужно было делать, – это наводить порядок в библиотеке, следить, чтобы книги были расставлены правильно для лёгкого поиска, а затем проводить остаток дня за чтением. Вот и всё. А ежемесячная плата? Удивительно щедрая. Впервые в жизни всё обрело смысл.
Когда моя мать впервые упомянула о вакансии, я даже не стала подавать заявку. Я думала, им нужен кто-то на полную ставку или хотя бы тот, кто уже не учится в школе. Но несколько дней спустя она сказала мне, что я получила работу – вот так просто. Ни собеседования, ни бумажной волокиты. Просто предложение как гром среди ясного неба.
Я была в шоке… и немного насторожена.
Сначала я подумала, что, может быть, моя мама замолвила за меня словечко. Но когда я спросила её, она просто пожала плечами и сказала: «Они увидели потенциал. Берись».
И всё же я колебалась.
Потому что работа в доме стаи означала, что я буду его видеть.
И если я что-то знала наверняка, так это то, что Натан никогда не выглядел рад меня видеть. Я не была одной из его хихикающих поклонниц, не краснела, когда он говорил, и не падала в обморок каждый раз, когда он проходил мимо. На самом деле, большую часть времени он выглядел… раздражённым моим присутствием. Словно я ему мешала. Словно я была загадкой, которую он не мог разгадать – да и не хотел.
Так что да, у меня были сомнения.
Но я всё равно согласилась на эту работу.
Поднимаясь по широкой лестнице в библиотеку, я обменялась несколькими приветствиями с другими служащими. Мои шаги лёгким эхом отдавались в коридоре, и каждый из них заставлял меня всё острее осознавать, что сегодня я пришла сюда не просто убирать и читать – я пришла сюда с грузом прошлой ночи, тяжело лежавшим на сердце.
Двустворчатые двери слегка скрипнули, когда я толкнула их. Запах старой бумаги и полированного дерева приветствовал меня, как старый друг. Утренний свет проникал сквозь высокие окна, отбрасывая длинные тени на ряды книжных полок.
Я выдохнула, даже не осознавая, что затаила дыхание.
Оставив сумку за столом библиотекаря, я собрала волосы в небрежный пучок и взяла щётку для пыли. Я начала с полок у входа, методично протирая поверхности и выравнивая корешки книг, чтобы они стояли как надо. Мои пальцы скользнули по потрёпанным краям нескольких старых изданий – тех, что я читала бесчисленное количество раз. Это место всегда было моим убежищем от реального мира.
Но даже запах книг не мог отвлечь меня надолго. Мои мысли продолжали блуждать. Его руки. Его голос. То, как его прикосновение заставляло меня дрожать.
– Перестань думать о нём, – пробормотала я себе под нос.
Я только начала переставлять стопку неуместно лежавших исторических книг, когда дверь снова открылась.
Цок. Каблуки. Духи.
Я удивилась, зачем волчице брызгаться такими сильными духами.
Не глядя, я уже знала, что это Клара.
– Фу, – простонала она, как только её взгляд упал на меня, а губы скривились, будто она наступила во что-то грязное. – Я так и знала, что в библиотеке стало странно пахнуть. Должна была догадаться, что это из-за тебя.
Я осталась стоять к ней спиной, делая вид, что дважды протираю одну и ту же полку. – Доброе утро, Клара, – ровным тоном произнесла я.
Клара подошла ближе, скрестив руки на груди, и её идеально ухоженные ногти забарабанили по предплечью. – После того хаоса, что ты устроила в школе между Натаном и Каллумом, я уверена, это просто совпадение, что ты вдруг начала одеваться так, будто пытаешься привлечь к себе внимание.
Я медленно повернулась, встречая её свирепый взгляд. У меня всё скрутилось в животе, но я не позволила ей это увидеть.
– Я здесь, потому что я здесь работаю. А не из-за твоего брата.
– Хватит врать, сука!
Прежде чем я успела ответить, дверь снова открылась.
На этот раз мне не нужно было смотреть. Я это почувствовала.
Его присутствие наполнило комнату, словно грозовая туча – тихое, тёмное, тяжёлое. Моё тело мгновенно напряглось.
Он вошёл, его взгляд метнулся от Клары ко мне. Я не могла прочитать выражение его лица. Он выглядел уставшим. Или, может быть, просто скучающим. Его взгляд задержался на мне на долю секунды дольше, чем следовало, – достаточно, чтобы мой пульс участился, но недостаточно, чтобы это что-то значило.
– Клара, – просто сказал он.
Она повернулась к нему, картинно отбросив волосы, будто только что не набрасывалась на меня со словесными когтями, как ревнивая кошка. – Натан, мы как раз разговаривали.
Но он не сводил с меня глаз.
– Уйди. – Его голос был спокойным, низким и властным.
Клара моргнула. – Что?
– Я сказал, уйди, – повторил Натан, на этот раз резче, словно уже теряя терпение.
На секунду Клара выглядела ошеломлённой. Словно кто-то посмел дать ей пощёчину на публике. Её губы приоткрылись в недоумении, а идеально выщипанные брови оскорблённо выгнулись.
– Ты серьёзно принимаешь её сторону? – выпалила она, дёрнув головой в мою сторону, будто я была каким-то гнилым фруктом.
– Я не принимаю ничью сторону, – пробормотал он. – Я хочу поговорить с Хейли.
Клара посмотрела на нас, её глаза сузились, словно она пыталась сложить воедино что-то невидимое. Затем её губы скривились в холодной, безрадостной усмешке. – Вот это да. Не думала, что ты и вправду так низко падёшь.
Она развернулась на каблуках и гордо вышла, яростно стуча ими по полу. Но прежде чем исчезнуть за дверями, она бросила через плечо: – У тебя всегда был отвратительный вкус, Натан.
Тишина.
Тягучая. Неловкая. Удушающая.
Я не двигалась. Я просто стояла, всё ещё держа книгу в руке, делая вид, что читаю надпись на корешке, хотя мои глаза не могли сфокусироваться ни на одной букве.
Натан остался у дверного проёма, всё ещё держась рукой за его край, словно не решил, остаться ему или уйти.
Тогда я посмотрела на него. По-настоящему посмотрела. На то, как утренний свет смягчал его резкие черты. На то, как тени под его глазами намекали на долгую, бессонную ночь – может быть, не только у меня она была такой.
Но я должна была спросить. – Почему ты здесь?
Он колебался.
И эта пауза? Она заставила моё сердце колотиться по причинам, в которых я не хотела признаваться.
– Зачем сюда приходят, – сказал он резко, – как не за книгой.
Этот ответ должен был всё упростить. Должен был дать мне шанс вернуться к расстановке книг и сделать вид, что прошлой ночи не было. Но вместо этого мне было больно, что он не собирался говорить о прошлой ночи. Может, это и к лучшему.
– Конечно, тогда не буду тебе мешать, – сказала я и вернулась к своему занятию.
– Ты выглядишь… по-другому, – внезапно сказал он.
Не насмехаясь. Не дразня. Просто… замечая.
Я сделала вид, что не слышу его… будто эти слова не произвели на меня никакого эффекта, и продолжила расставлять книги… стараясь оставить ему достаточно места.
Я вернулась к расстановке книг на полке, ставя каждую на место с механической сосредоточенностью. Мои руки были твёрдыми, но всё внутри меня дрожало. Его голос всё ещё отдавался эхом в моей голове. По-другому. Словно за одну ночь я стала кем-то другим.
Я перешла к следующей полке, всё ещё делая вид, что игнорирую его, но чувствовала на себе его взгляд. Тяжёлый. Напряжённый. Словно он пытался прочесть что-то, написанное у меня под кожей.
Затем я услышала тихий стук книги, которую вынули с полки позади меня. Я бросила взгляд краем глаза.
Он держал одну из моих любимых книг.
Это была та самая потрёпанная книга в красном переплёте, которую я отложила ранее, – «Связь Кровавой Луны», одна из моих любимых. Исторический роман о волчице низкого ранга, которая презирала Альфу, предназначенного ей судьбой, пока война и потери не раскрыли правду, скрытую под всей этой горечью.
Он пролистал несколько страниц, а затем усмехнулся.
– Она идиотка, – пробормотал он.
Я замерла. – Что?
Он пожал плечами, даже не глядя на меня. – Главная героиня. Она всю чёртову книгу притворяется, что ненавидит его, отталкивает, ноет о гордости и достоинстве – когда очевидно, что она хочет его с третьей главы.
Я слишком сильно опустила книгу, которую держала в руке.
– Она не ноет. Она защищает себя.
Теперь он поднял на меня взгляд, выгнув бровь.
– Она боится, – продолжила я, шагнув ближе. – Боится влюбиться в того, кто всю книгу был жестоким. Отстранённым. Холодным. У неё есть полное право защищать своё сердце.
Он склонил голову набок, и на его губах появилась медленная, насмешливая улыбка. – Так теперь мы защищаем вымышленных женщин, которые принимают ужасные решения? Рад это знать.
Я скрестила руки на груди. – Это лучше, чем влюбляться в главного героя, который проявляет интерес только тогда, когда она наконец уходит. Как какой-то эмоционально незрелый волчонок, который закатывает истерику, когда всё идёт не по его плану.
Он с резким хлопком закрыл книгу.
– О? Ты имеешь в виду главного героя, которому приходится продираться сквозь предательство, войну и потери, прежде чем у него вообще появляется шанс полюбить кого-то, – только чтобы обнаружить, что она его ненавидит, потому что слишком труслива, чтобы даже попытаться?
Мои глаза сузились. – Ты имеешь в виду главного героя, который спит со всем, что в течке, притворяется, что ему всё равно, и появляется только тогда, когда ему это удобно? Ага. Настоящий герой.
Его челюсть сжалась.
В мгновение ока он с громким стуком бросил книгу на стол. А затем оказался передо мной.
Прежде чем я успела среагировать, я была прижата к стене – его руки по обе стороны от моей головы, его тело слишком близко, его запах слишком манящий.
8 Всего лишь пари?
От лица Хейли
Он наклонился, уперевшись руками по обе стороны от моей головы. «Ты и правда так сильно его ненавидишь?» – спросил он низким голосом.
Я с вызовом посмотрела на него. «Я ненавижу то, что он делает».
Его взгляд прожигал меня насквозь. «А что, если он жалеет об этом? Что, если всё, что он делал с тех пор, было попыткой забыть её – и ничего не сработало?»
Я с трудом сглотнула. «Тогда, может, ему следовало сказать ей это, а не вести себя так, будто он её ненавидит».
Теперь я уже не была уверена, что мы всё ещё говорим о книге.
Я с трудом сглотнула. «Можешь меня отпустить… Мне нужно…»
Желвак на его челюсти дёрнулся.
А потом он меня поцеловал.
Яростный. Требовательный. Каждое оскорбление, которым мы обменялись, всё ещё витало между нашими губами, превращая поцелуй в войну и желание одновременно. Его руки сжали мою талию, словно он не доверял, что я останусь, а мои вцепились в его рубашку, словно я сама не была уверена, хочу ли я этого.
Когда он наконец отстранился, наши дыхания смешались.
«Ты слишком много болтаешь», – пробормотал он в мои губы.
«Тебе не обязательно целовать меня, чтобы я замолчала», – огрызнулась я.
На его губах появилась дьявольская ухмылка.
«Но, по-моему, это работает».
С этими словами он отпустил меня и, развернувшись, направился к двери. Сердце бешено колотилось в груди, и мне пришлось опереться на стену.
Подойдя к двери, он остановился и повернулся ко мне. «Ты ужасно целуешься, Хейли… тебе нужно больше практики». Сказав это, он открыл дверь, вышел и захлопнул её.
Я стояла там ещё долго после того, как дверь захлопнулась, а сердце колотилось о рёбра, словно пытаясь вырваться на свободу. Его слова эхом отдавались у меня в ушах…
«Ты ужасно целуешься, Хейли… тебе нужно больше практики».
Он шутил? Дразнил? Или это был его способ отмахнуться, притвориться, что это ничего не значило?
Я сильно прикусила губу. Нет. Я не собиралась придавать этому значения. Я не собиралась стоять здесь, как какая-нибудь влюблённая дурочка, прокручивая в голове поцелуй, который для него, вероятно, ничего не значил.
Это был просто поцелуй.
Глупый, горячий, сбивающий с толку поцелуй, о котором я не просила.
Я оттолкнулась от стены и продолжила расставлять книги на полке.
Именно в этот момент вошла Клара.
Ну конечно. Идеальный момент.
Она бросила на меня один взгляд и расхохоталась. «О Боже. Только скажи, что ты в него не втюрилась».
Я моргнула. «Что?»
Клара подошла ближе; её глаза были широко раскрыты от притворного сочувствия, а на губах играла злорадная ухмылка. «Натан. Ты всё-таки втюрилась в него. Да? Ох, Хейли…» – она протянула моё имя, словно это была концовка анекдота.
«Я ни в кого не втюрилась», – рявкнула я. – «О чём ты говоришь?»
Клара хмыкнула. «Думаю, Натан собой гордится. Особенно потому, что он выиграл пари».
Моё сердце замерло. «Какое пари?»
Она наклонилась, словно собираясь поведать мне секрет. «Он сказал Рори, что сможет заставить тебя поцеловать его дважды. Сказал, что с тобой слишком легко играть. Что ты будешь притворяться, будто ненавидишь его, но в глубине души хочешь его».
Я оцепенело уставилась на неё. «Ты врёшь».
«Да неужели?» – она пожала плечами. – «Верь во что хочешь. Но он уже выиграл. И судя по твоему лицу…» – она ухмыльнулась, – «ему даже не пришлось особо стараться».
Я нахмурилась ещё сильнее, а сердце бешено заколотилось. Значит, это было дурацкое пари… Я думала, наш поцелуй был волшебным… это был мой первый поцелуй… он был первым мужчиной, который меня поцеловал, и это было чёртово пари!!! Чёртово пари для Натана!
Клара подошла ко мне ещё ближе… с победной ухмылкой на лице. «Я всегда знала, что ты, как и другие омеги, пускаешь слюни по моему брату… ты просто притворялась, а теперь тебя разоблачили». Она громко хмыкнула, развернулась и ушла.
Стоя на месте, я чувствовала, будто земля вот-вот разверзнется и поглотит меня. Слёзы защипали глаза, но я не позволила им пролиться. Я была дурой… дурой, раз попалась в ловушку Натана. О чём я вообще думала? Что я нравлюсь Натану? Как я могла быть такой глупой, чтобы так подумать!
Глубоко вздохнув, я решила подавить свои эмоции. Я переживала и худшее… это была лишь верхушка айсберга.
Я прерывисто выдохнула и заставила себя продолжать двигаться. Я снова начала расставлять книги, одну за другой, хотя руки у меня дрожали.
Остаток дня я провела в библиотеке. Я не хотела никого видеть. Я не хотела ни с кем говорить.
Я просто хотела раствориться среди полок.
Время тянулось медленно. Я даже не знала, сколько прошло часов. Я просто продолжала делать вид, что работаю, пока на столе рядом не завибрировал мой телефон.
Я взглянула на экран.
Каллум.
Я нахмурилась. Серьёзно? Что ему теперь нужно?
Вздохнув, я ответила на звонок. «Да?»
«Эй», – раздался его властный голос. – «Мне нужно, чтобы ты поехала со мной».
Я моргнула. «Зачем?»
«Шоппинг Богини», – сказал он так, будто это было очевидно. – «Ты ведь мой проводник, так?»
Я застонала. «Каллум, ты можешь пойти сам…»
«Я знаю, что ты в доме стаи… Я заеду за тобой через двадцать минут».
«Подожди, нет…»
Он повесил трубку.
Я недоверчиво уставилась на телефон.
Мне хотелось кричать. Хотелось швырнуть телефон через всю комнату. Но вместо этого я просто позволила ему упасть обратно на стол и уронила голову на руки.
«Ещё два месяца… два месяца, и всё это закончится», – пробормотала я себе под нос.
Следующие несколько минут я оставалась в библиотеке, ожидая Каллума. Ровно через двадцать минут, как он и сказал, на моём телефоне появилось его сообщение.
«Я у ворот, выходи».
Я нахмурилась… даже его сообщения звучали как приказ! Боже, все Наследники Альфы такие грубые?
Схватив сумку, я вышла из библиотеки.
9 Почему она другая
ПОВ Каллума
Я и сам не знал, почему солгал… но просто взял и солгал.
Я сказал Хейли, что хочу сходить за продуктами, хотя на самом деле в моей маленькой квартире было всё необходимое. Я не был голоден. У меня ничего не закончилось. Мне просто было скучно – и она пришла мне на ум. Поэтому я взял телефон и позвонил ей. Просто чтобы услышать её голос. Просто чтобы привлечь её внимание.
«Значит, она тебе нравится», – поддразнил мой волк.
Я фыркнул, игнорируя его, и схватил ключи от машины.
Я вышел из квартиры и уехал.
Были выходные, и я должен был быть дома с семьёй. Дорога обратно в мою стаю была недолгой – всего двадцать минут от Стаи Полной Луны – но мне не хотелось ехать. Я не скучал по шуму. Я не скучал по постоянной суете.
Дома, в доме стаи, всегда было людно.
Всегда кто-то был рядом, всегда что-то происходило. Тренировки. Собрания стаи. Графики патрулирования. Кому-то нужна помощь. Кто-то задаёт вопросы.
Иногда я там задыхался. Все ожидали, что я буду сильным, что буду постоянно тренироваться. Но здесь, в этой маленькой квартирке, мне не нужно было быть кем-то, кроме себя самого.
И мне это нравилось… но, к сожалению, это было ненадолго.
Меньше чем через год моя жизнь полностью перезагрузится. Я вернусь домой, полностью погружусь в дела стаи и начну последний этап подготовки в качестве будущего Альфы. После этого побега уже не будет.
Бывали дни, когда я жалел, что не родился в королевском роду. Что я не наследник. Что я просто обычный оборотень без больших ожиданий. Без обязанностей. Без всеобщего внимания.
Покой… вот и всё, чего мне иногда хотелось. Но покой – это то, чего Альфа не получает. По-настоящему.
Может, поэтому я и превратился в того, кем меня сейчас называют – в бабника. Я не планировал им становиться. Но когда девушки продолжали вешаться мне на шею, я их не отталкивал. Им нравился титул. Внимание. Я их не волновал, не по-настоящему. Им был нужен будущий Альфа. Имя. Власть.
Но эта Хейли… эта омега, она была другой.
Она не бегала за мной. Ей было всё равно, кто я такой и какой у меня титул. На самом деле, она вела себя так, будто едва меня замечала. Она не флиртовала, не наряжалась для меня, не пыталась меня впечатлить.
И по какой-то чертовской причине… из-за этого мне хотелось узнать её ещё больше.
Я не мог этого объяснить, но, встретив её вчера, я почувствовал, что в ней есть что-то… другое. Что-то уникальное. Что-то, что я не мог выразить словами.
Но, конечно, я не мог ей этого сказать. Я должен был поддерживать образ, о котором она, вероятно, уже слышала.
Каллум, бабник.
Каллум, высокомерный наследник.
Каллум, грубый будущий Альфа, который ничего не воспринимает всерьёз.
Я подъехал к воротам Стаи Полной Луны и припарковался неподалеку, достаточно далеко, чтобы не привлекать внимания, но достаточно близко, чтобы она могла меня увидеть.
Я достал телефон и быстро напечатал.
«Я снаружи. Выходи».
Коротко и просто. Без смайликов. Без лишних раздумий. Я бросил телефон на пассажирское сиденье и откинулся назад.
У ворот с минуту было тихо. А потом я её увидел.
Она вышла так, будто не потратила десять минут на раздумья, стоит ли ей идти. Будто это не какая-то странная спонтанная встреча в выходной. Она шла с тем же спокойствием, которое всегда её сопровождало, словно ничто в мире не могло её поколебать.
И, чёрт, как же она была… хороша.
На ней не было ничего вычурного. Просто облегающий чёрный топ, джинсы и кроссовки. Но она выглядела лучше любой девушки, которую я когда-либо видел, пытавшейся произвести на меня впечатление шёлком или красной помадой. Её волосы были собраны сзади, несколько прядей выбились на свободу, а на лице не было макияжа – по крайней мере, отсюда я его не видел.
Она была прекрасна. Непринуждённо великолепна.
Я с трудом сглотнул и быстро отвёл взгляд, притворяясь, что копаюсь с чем-то на приборной панели.
Я не мог позволить ей увидеть, как я на неё пялюсь.
Она открыла пассажирскую дверь и скользнула внутрь, будто ей там и место. Никаких колебаний. Никаких нервов. Никакого застенчивого хихиканья или кокетливых комментариев. Она просто пристегнула ремень безопасности и взглянула на меня.
«Что ты хочешь купить?» – спросила она, её тон был ровным и по существу.
Я прочистил горло. «Э-э… всего несколько вещей. Молоко. Хлеб. Яблоки. Мыло».
Я перечислил первое, что пришло в голову, хотя на кухне у меня всё это было в избытке и стояло нетронутым.
Она кивнула один раз и указала вперёд. «Поворачивай налево. Там дальше по дороге есть небольшой рынок».
Я сделал, как она сказала, и повернул налево, чуть крепче сжав руль.
После этого в машине воцарилась тишина.
Настоящая тишина. Не та, которую заполняют фальшивым смехом или пустыми вопросами. Она даже не смотрела на меня. Просто пялилась в окно, будто меня и не было. Будто я не тот самый парень, за место рядом с которым половина девушек в моей стае убить готова.
Она не спросила, как прошёл мой день.
Она не пыталась завести светскую беседу.
Она не флиртовала.
Ей было всё равно.
Это было… странно. Тревожно.
Я продолжал поглядывать на неё краем глаза, подсознательно ожидая, что она одарит меня застенчивой улыбкой или начнёт расспрашивать о моей семье, о чём-нибудь. О чём угодно.
Но в ответ – тишина.
Я впервые сидел в такой тишине с девушкой моего возраста. Единственными, кто относился ко мне так же обычно, были моя сестра и, может быть, моя мать в свои ворчливые дни.
Мои челюсти слегка сжались, когда я свернул на тихую дорогу, куда она меня направила. Я к такому не привык. Не быть в центре внимания. Не уворачиваться от блуждающих рук или возбуждённого хихиканья.
Мой волк снова зашевелился.
«Может, ей нравится кто-то другой», – пробормотал он, почти самодовольно.
Я нахмурился. В голову сразу же пришло единственное возможное имя.
Натан.
Так вот в чём дело?
Он ей нравился?
Поэтому я её так… не впечатлял?
Я отогнал эту мысль.
Нет. Я не собирался строить дурацкие догадки. К тому же, Натан мог быть и не в её вкусе. По крайней мере, я так не думал. Но с другой стороны – я понятия не имел, какой у неё типаж.
Чёрт, да я вообще ничего о ней не знал.
И по какой-то причине… это заставляло меня хотеть узнать абсолютно всё.
10 Её компания
Каллум ПОВ
Хейли помогла мне купить то, в чём я, соврав, якобы нуждался. Когда мы закончили, то вернулись в машину, и я поехал.
– Отвези меня обратно в дом стаи, – сказала она.
Я должен был согласиться. Мы закончили с покупками, и она была свободна. Но почему-то мне нравилась её компания. От неё веяло свежестью, не говоря уже о её запахе… Чёрт. Она пахла просто охренительно. Этот тёплый, пьянящий аромат мускатного ореха, смешанный со свежим мёдом… это было нереально. Она пахла слишком хорошо для омеги.
– Ты едешь со мной домой, – сказал я, сворачивая на дорогу, ведущую к моим апартаментам.
Глаза Хейли расширились, когда она уставилась на меня. – Ты ведь не серьёзно, – произнесла она.
– Серьёзно, – ответил я, не удостоив её взглядом.
– Зачем? Что я ещё должна сделать? – спросила она, явно в ярости.
– Мне нужна твоя помощь с пакетами… и я Наследник Альфы, помнишь? – я пожал плечами, будто это была самая очевидная вещь в мире.
Хейли резко выдохнула и закатила глаза. – Серьёзно? Ты используешь свой титул, чтобы заставить меня таскать твои покупки?
Я ухмыльнулся. – Не просто покупки. Мои покупки.
Она скрестила руки на груди и откинулась на спинку сиденья, глядя в окно так, словно с меня хватит. Но она не попросила меня развернуть машину. А это уже кое-что.
Поездка до моих апартаментов прошла в тишине – но не в неловкой. А в той, что казалась… спокойной. Лёгкой. Мне это нравилось. И пусть она притворялась раздосадованной, я мог сказать, что на самом деле она не злилась. Ей тоже нравилось быть рядом со мной. Я чувствовал это по её энергетике.
Когда мы подъехали, я заглушил двигатель и вышел. Хейли ещё несколько секунд сидела в машине, прежде чем наконец выбраться наружу с громким вздохом, словно делала мне величайшее одолжение в мире.
– Клянусь, Каллум, если ты попробуешь выкинуть со мной какой-нибудь грязный номер, я на тебя донесу.
Я усмехнулся, открывая багажник. – Расслабься. Ты не в моём вкусе.
Хотя… я не знал, правда это или нет. Конечно, она не была похожа на девушек, с которыми я обычно развлекался – ярких, кокетливых, вечно возбуждённых, – но она… она была другой. И, может быть, именно это меня к ней и влекло.
Мы занесли пакеты внутрь. Я намеренно взял поменьше, чтобы ей пришлось делать вторую ходку. Да, я был тем ещё типом. Но, чёрт, вид того, как она заходит в мою квартиру – её рыжие волосы, то, как она двигалась, словно не пытаясь никого впечатлить, – заставил что-то сжаться у меня в груди.