Дисгардиум 13. Последняя битва. Том 1

Глава 1. Прах под копытами

Багровое небо Преисподней давило, словно низкий потолок над самой головой. При этом иссушенные равнины Очага Пустоты, простирающиеся от горизонта до горизонта, только усиливали удушье, да и безжизненные земли, изрытые кислотными озерами, как гноящимися язвами, не особенно радовали глаз. Однообразный пейзаж разбавляли лишь громадные оплавленные валуны, здорово напоминающие обглоданные кости гигантских чудовищ. Вдалеке, за маленькой рощицей обугленных стволов, призрачно сияла аномалия, искажая пространство, словно мираж в раскаленном воздухе.

Легионы демонов выстроились в боевые порядки, но в их рядах чувствовалось напряжение. Судя по неполным когортам и изможденному виду легионеров, едва стоявших на ногах, им пришлось пройти через испытания, которые даже для обитателей Преисподней были чем-то за гранью привычного ада. За легионерами виднелись Белиал и Азмодан.

Исполинская фигура Диабло возвышалась надо мной и Деспотом. Его тело, покрытое твердой, словно закаленной в адском пламени, чешуей, подавляло мрачной мощью. Еще больше усиливали впечатление острые шипы и костяные наросты на плечах и спине, а также массивные рога, будто изогнутые клинки, воткнутые прямо в лоб.

Диабло откровенно изучал меня.

Что-то для себя решив, он посмотрел на двух других князей и покачал головой, по всей видимости отвечая на их мысленный вопрос, после чего повернулся ко мне.

– Предательство Люция выходит далеко за рамки простого нападения на наши доминионы. – Из пасти Диабло вырывались клубы дыма и искры, но голос звучал тихо и устало. – Юный князь всегда был амбициозен и не скрывал своих планов добиться верховной власти в Преисподней. Мы с Белиалом и Азмоданом лишь посмеивались над его притязаниями. Будь дело только в этом, мы бы приняли судьбу, преклонив колено, ибо власть по праву принадлежит тому, кто способен ее удержать…

Диабло поднял взгляд, и в его глазах полыхнуло адское пламя.

– Но Люций пошел дальше. Он решил не просто захватить власть, но и пошатнуть фундамент нашего существования! В сговоре с Бездной он извратил саму суть Демонических игр. Теперь в финальной битве его демоны и наши будут сражаться по разные стороны баррикад. Он не просто предал нас, он предал весь народ Преисподней!

Диабло умолк, его последние слова, казалось, все еще звенели в воздухе. Я невольно осматривался, выискивая Люция и одновременно пытаясь осмыслить масштаб этого предательства и его последствия не только для демонов, но и для Спящих.

Когда-то я встречал этого младшего великого князя во дворце Белиала и даже в какой-то мере симпатизировал ему. Но с тех пор многое изменилось. Я узнал, что Люций – еще одно воплощение Сатаны, такое же, как убитый мной Дестур в Дисгардиуме или Исмаэль Кальдерон, глава Объединенного картеля.

К тому же я слишком долго отсутствовал. Смогла ли Бездна вытащить Люция в том или ином воплощении обратно в Дис? Очень многое зависело от того, пробился ли туда князь Преисподней или Бездна подобрала ему новое тело. Первый вариант хуже: Люций намного сильнее, чем Дестур. Второй – приемлемее, так как вряд ли его новое тело окажется сильнее меня…

Сильнее… Как оценивать силу без интерфейса? Разумеется, попав сюда, я проверил это в первую очередь, но, как ни пытался, ничего не проявлялось. О чем это говорит? О том, что и Преисподняя отделяется от Дисгардиума? Или дело в чем-то другом?

Пока я погружался в эти тревожные мысли, Деспот тихо обменивался новостями с отцом. Когда Диабло, с трудом скрывая боль и разочарование, рассказал о предательстве Люция, о падении Гранатового города и полном разгроме легионов, лицо Деспота исказилось. Новость так потрясла моего боевого соратника, что его глаза расширились, а пасть-жаровня распахнулась.

Диабло, посмотрев на меня, кивнул.

– Благодарю за спасение Деспота, Скиф. У меня было много детей, и он не самый любимый. Однако, помня о том, как изгнал его, я часто думал о нем, особенно после того, как большинство моих потомков были развоплощены в битвах с Люцием.

– Где он сейчас? – спросил я.

– Люций? Его армия не вошла в Очаг Пустоты, – прорычал Диабло. – Незачем. Они ждут, когда мы здесь сами подохнем. Что касается князя, нам о его местонахождении ничего не известно.

– Но он еще в Преисподней? – уточнил я, пытаясь собрать воедино разрозненные кусочки информации.

– Да. – Диабло сжал огромные кулаки. – Исчезни он с этого плана, мы бы заметили!

Великий князь не просто злился – он был в бессильной ярости: я ощутил это по вспыхнувшей ауре, в которой четко распознавалось желание убивать, смешанное с отчаянием и горечью. Воздух вокруг нас, и без того раскаленный, казалось, стал еще горячее.

В удушающей атмосфере повисла тяжелая тишина. Первоначальная радость Диабло от нашего появления исчезла, и теперь он молча меня изучал. Возможно, пытался понять, как использовать смертного, необъяснимым образом оказавшегося здесь. Меня же больше волновали свои проблемы, и главная из них – как выбраться в Дисгардиум. Однако глупо с ходу просить или даже требовать своего от такой могущественной сущности. Сначала нужно выслушать самого Диабло, понять, могу ли я ему помочь.

– Великий князь, вы говорили, что на стороне врага некие искаженные отродья. Речь о хаоситах-переступниках?

Я спросил об этом, вспомнив, что именно они, не признававшие власти великих князей, пользовались поддержкой Люция. Среди них были такие высокопоставленные демоны, как сатир Ксавиус и тиран Баал.

– В какой-то мере они сыграли свою роль, подняв бунт в столицах и крупных городах, – признал Диабло. – Эта организация, которую нам вроде бы удалось усмирить, неожиданно разрослась до немыслимых масштабов. Однако дело не в них – только с их помощью Люцию не удалось бы ничего.

– Значит, дело в помощи Бездны?

– Частично. Сверхновая богиня открыла ему доступ к энергии Бездны, проклятого мира… Но основную ударную силу Люция составили демониаки – одержимые и искаженные отродья, не имеющие ничего общего с нами. Нам неведомо, откуда пришли эти извращенные демоны, но почти каждый из них в бою стоит трех наших лучших легионеров…

Помолчав еще немного, Диабло встряхнулся. От него повеяло решимостью, словно он сбросил с плеч груз сомнений.

– Обсудим это позже, Скиф. Твое появление в такое время и в таком месте явно неслучайно. Хаос что-то хочет сказать, но что? – Его глаза вспыхнули ярче. – Пришло время поговорить об этом с другими великими князьями. Будь готов к тому, что они не обрадуются тебе.

Я кивнул, но не успел что-либо сказать: мое внимание привлекло движение вдалеке.

По едва заметному знаку Диабло к нам начали приближаться Белиал и Азмодан. Они восседали на гигантских адских скакунах, чьи огненные гривы развевались на раскаленном ветру, а копыта оставляли дымящиеся следы на иссушенной земле.

Хорошо знакомый мне Белиал, ранее величественный, сейчас выглядел потрепанным, но его ужасающая аура все так же притягивала частицы хао, заставляя пространство вокруг трепетать и искажаться. Азмодан же представлял собой зрелище еще более причудливое и жуткое: его инсектоидное тело обвивало скакуна шестью ногами, словно чудовищный паук, оседлавший коня. Голова, увенчанная костяными наростами, возвышалась над крупом скакуна, а нечто напоминающее седьмую конечность свисало сбоку, покачиваясь в такт движению, – тот самый пресловутый «член Азмодана», неизменно присутствующий в присказках и проклятиях Флейгрея и Неги.

Приблизившись, князья спешились, отослав своих жутких скакунов прочь. Демонические кони растворились в воздухе, оставив после себя лишь тлеющие отпечатки копыт.

Три великих князя Преисподней встали передо мной, буравя взглядами. На роге каждого, поглощая свет, пульсировала большая черная пятиконечная звезда. Я невольно задумался о том, сколько уровней она символизирует, но тут же отбросил эту мысль и, склонив голову в знак уважения, произнес:

– Приветствую вас, могущественные владыки Преисподней. Честь снова предстать перед вами.

– Ты вновь осмелился явиться, смертный? – прорычал Белиал. – Наши генералы восхваляли твою доблесть в битве на Холдесте, но не думай, что это дарует тебе наше расположение! Мы исполнили свою часть уговора. Чего ты жаждешь теперь, бывший демоноборец?

– Как это отродье смело вторгнуться в наши владения? – проскрежетал Азмодан, обращая пылающий взор на Диабло. – Ты утверждал, что твой отпрыск и этот червь пришли из самого Пекла, и решил, что их послал сам Хаос? Ты в своем уме?

Пеклом они, наверное, называли бета-Преисподнюю. Я хотел уточнить, но благоразумно промолчал.

– Я лишь передал вам слова Деспота, – прогремел Диабло. – Эти двое прошли сюда через печать Хаоса из недр Пекла. Деспот не солгал, я проверил его разум на ложь. А если так, мой вывод верен!

– Даже демонический разум может быть отравлен обманом, тебе ли этого не знать! – прошипел Белиал, обжигая меня взглядом. – Неужели ты поверил на слово?

Наблюдая за князьями, я осознал, что среди них нет единства. Вечно жаждущие верховенства в Преисподней, сейчас эти трое сплотились от безысходности, но теперь готовы были обрушить гнев на подвернувшегося смертного.

– Вопрошай его сам, – огрызнулся Диабло. – Мне довольно того, что он вырвал моего сына из Чистилища!

Азмодан вперил в меня взор, поднес исполинский коготь к моему лицу и, источая чистейшую ненависть, прогрохотал:

– Ты слышал меня, червь! Отвечай без утайки, и, быть может, твоя душа задержится в бренной оболочке до рассвета! Тебя направил Люций? Или ты стал прихвостнем Бездны, и она отправила тебя, чтобы навредить нам?

– Отец, я же поведал, как все… – начал Деспот, но невидимая сила отшвырнула его на сотню шагов.

– Вели своему щенку не вмешиваться! – прорычал Азмодан.

Диабло, к моему изумлению, молча кивнул. Убедившись, что Деспот невредим и поднялся, я обратил взор к Азмодану и спокойно ответил:

– Я рад, что великий князь говорит о Люции и Бездне как о врагах. Для меня они тоже враги. Смертельные враги.

– Все так же плетет словесные сети, – прошипел Белиал. – Смертный, не смей равнять себя с нами. Наше противостояние с Люцием и Бездной – не твой уровень! Кто ты для них? Прах под копытами! К тому же ты уличён во лжи – даже мы не смогли бы выжить в Пекле.

– Все ясно, – провозгласил Азмодан. – Твой отпрыск давно пляшет под дудку этого человечишки, Диабло. Именно Деспот поведал смертному о Пекле, а тот решил сплести себе легенду о своем проникновении сюда. А коли так, вывод очевиден: смертный – лишь марионетка в лапах Люция и Бездны! Только им под силу забросить сюда кого-то из Дисгардиума!

Не успел Азмодан закончить свою тираду, как его исполинская когтистая лапа метнулась ко мне. Однако, к изумлению всех присутствующих, я, даже не используя Ясность, с легкостью уклонился от захвата, словно наблюдая за движением демонического князя в замедленном времени. Как бы ни был быстр князь, я оказался быстрее.

Взревев от ярости, Азмодан выбросил вперед длиннейший коготь, целясь мне прямо в грудь. Этот смертоносный удар должен был пронзить меня насквозь, но… мое тело двигалось само по себе, опережая мысли. В мгновение ока я перехватил чудовищный коготь, останавливая его в волоске от своей плоти.

Огромный князь Преисподней, бывший Старый бог, зарычал и напрягся так, что все его тело загорелось и начало источать дым и искриться. Но для меня его потуги были словно атака плюшевой собаки.

Наши взоры скрестились. В глазах Азмодана читалось неверие и… страх? Я сжал пальцы, и раздался хруст. Коготь, способный разорвать саму ткань реальности, треснул и сломался. Обломок обратился в пыль в моей руке.

Воцарилась гробовая тишина. Даже Диабло и Белиал застыли, потрясенные увиденным. Азмодан отшатнулся, баюкая поврежденную конечность и не сводя с меня ошеломленного взгляда.

Все-таки разум – сложная штука. Когда Белиал и Азмодан сразу повели себя враждебно, я внутренне сжался. Они, по сути, боги этого измерения, их могущество неоспоримо, а я…

Стоило об этом подумать, как меня поразило внезапное осознание: то давящее, почти непереносимое ощущение их мощи, которое я испытал при нашей первой встрече, теперь почти не ощущалось. Тогда я был готов упасть на колени, раздавленный их величием. Сейчас же я стоял прямо, глядя им в глаза как равный. Что изменилось? Неужели они настолько ослабели? Но нет, иначе бы их черные звезды сменились красными! Получается, я настолько вырос в силе?

Передернув плечами, я стряхнул с себя пелену их присутствия. Казалось, невидимый кокон, обволакивавший мое тело, душу и разум, треснул и осыпался, как скорлупа. Лица князей скривились, а Белиал даже пошатнулся, неверяще глядя на меня.

Сломанный коготь Азмодана восстановился, поглотив хао из воздуха: сначала обрел призрачные очертания, потом наполнился материей и затвердел. Однако князь не стал повторять атаку. Повернувшись к Диабло, он с нескрываемым удивлением добавил:

– Невероятно, как этого смертного еще не разорвало изнутри… Его мощь подавляюща!

Со мной Азмодан заговорил намного мягче, но с ноткой обиды:

– Ты скрывал свою истинную сущность, смертный… – Чуть подумав, он все же назвал меня по имени: – Скиф.

Вздрогнув, Диабло тоже тихо обратился ко мне:

– Воистину поразительно… Едва узрев тебя, я на миг ощутил твою мощь, но это ощущение быстро ускользнуло, и я не придал ему значения. Теперь же я вижу… Мы все чувствуем в тебе невероятный потенциал. Как тебе удавалось скрывать столь великую силу?

Я и сам был удивлен тем, что князья почувствовали мою силу только сейчас, но объяснить этого не мог. Возможно, все дело в собственном восприятии: из Пекла я вышел с ощущением, что способен свернуть горы. Затем, увидев князей и полагая себя слабее, я невольно сдерживал свою ауру. Когда же я осознал, что не уступаю им, моя истинная сущность проявилась во всей красе. Впрочем, это были лишь мои догадки, потому я ограничился тем, что пожал плечами.

– Я ничего не скрывал, по крайней мере нарочно. Но даже если бы сказал, вы бы поверили? Вы отрицаете даже ту правду, что вам известна: мы с Деспотом на самом деле прорвались сюда из Пекла!

– В это… в это действительно сложно поверить.

Пробормотав это, ошарашенный Азмодан сделал пару шагов назад и посмотрел на Диабло. По всей вероятности, сейчас оба князя усиленно обменивались мнениями.

Белиал, молчавший и ранее, и сейчас явно не вмешивался в мысленный разговор других князей, но издал звук – что-то вроде хмыканья, в котором чувствовалось одобрение. Я внимательнее вгляделся в его лицо. Этого великого князя я знал лучше остальных и сейчас четко увидел разницу. За маской величия и ужаса теперь проступало что-то новое – тень усталости, печать поражения. Его аура, все еще внушительная, казалась потускневшей, словно подернутой дымкой.

Если князья в таком состоянии, то что говорить об их войсках? Бросив взгляд на легионы, стоявшие в паре километров от нас, я попытался прикинуть их число. Раньше у каждого доминиона было по тринадцать легионов. Судя по штандартам, сейчас от них осталось всего пять или шесть… из тридцати девяти! Я попытался представить масштаб битвы, которая, должно быть, разворачивалась в Преисподней. Легионы, брошенные друг против друга, моря кипящей лавы и реки демонической крови, хлещущие из тел убитых…

И в центре всего этого – Люций, усиленный Бездной, сметающий своих бывших собратьев и пожирающий их хао, чтобы его армия стала еще сильнее. Хотя… собратьев ли? Диабло, Белиал и Азмодан – бывшие Старые боги, ИскИны. Люций… воплощение Сатаны, пришельца, собирающего души с созревших миров.

Теперь, глядя на оставшихся князей, я понимал: они не просто потерпели поражение. Они сломлены, лишены части своей сущности.

Как ни крути, мое истинное поле битвы не здесь, а в Дисгардиуме, где в опасности жизни моих друзей, близких, соратников и союзников. Жизни Ириты, Дьюлы, Мэнни, Оямы, кобольдов, троггов, да даже самих Спящих – всех, кто мне доверился. И не только их, но и тех, кто сейчас мучается в Чистилище: Тиссы, Краулера, Бомбовоза, Гироса, Дэки… Вспомнив кошмар, показанный мне на бета-Меазе, я твердо осознал: во что бы то ни стало я должен найти способ вернуться, спасти и защитить их всех. Цена не важна – слишком многое поставлено на карту.

Так что проблемы демонов должны решать сами демоны. Да и не в моих силах помочь им. По крайней мере я не мог им помочь здесь, но победа над Бездной точно ослабит Люция. Великий князь Белиал уже открывал мне портал в Дис, осталось убедить его или Диабло сделать это еще раз…

Глава 2. Неожиданное предложение

Пока я размышлял, вернувшийся Деспот описал великим князьям все, что увидел в бета-Преисподней. Теперь его словам никто не мог не поверить.

– Как тебя угораздило туда попасть? – спросил Азмодан, глядя на меня с плохо скрываемым подозрением. – Скиф тебя затащил?

– Да, Скиф, – признал Деспот и тут же заговорил быстрее: – Но ведь не напрасно! Когда Беборакс, Глашатай Бездны, убил меня, вместо развоплощения я оказался в Чистилище. И если бы не Скиф, который вытащил меня оттуда с помощью Пентаграммы призыва, ничего хорошего бы меня не ждало. – Он бросил умоляющий взгляд на Диабло. – Отец, каждое мгновение в Чистилище было нескончаемой пыткой!

– Напугать демона пытками? – презрительно бросил Азмодан.

Деспот судорожно вздохнул, словно собираясь с силами, чтобы продолжить. Его глаза расширились от ужаса воспоминаний.

– Вы не понимаете… Там время течет иначе. Секунды растягиваются в вечность. Меня погружали в озера кипящей серы, потом замораживали в глыбах вечного льда. Мою плоть раз за разом разрывали на части, а хаотическую сущность терзали незримые когти.

– Все равно не поверю, что истинный демон мог страдать от каких-то пыток! – рявкнул Азмодан.

– Вы правы, великий князь, – тихо сказал Деспот. – Но физическая боль была ничем по сравнению с ментальными пытками. Они вторгались в мой разум, извлекая самые темные страхи и превращая их в реальность. Меня преследовали кошмары, от которых невозможно очнуться. Иллюзии были настолько реалистичными, что я не мог отличить их от действительности. Мне казалось, что я схожу с ума…

Голос Деспота дрогнул, и он умолк. Диабло положил руку на плечо сына, и впервые я увидел в глазах великого князя что-то похожее на сочувствие.

– Самым страшным было одиночество и безысходность, – прошептал Деспот. – Я знал, что этому не будет конца, что никто не придет на помощь… если я не преклоню колено перед Бездной. – Сделав паузу, он вскричал: – Но я не мог! Не мог предать все, за что боролся! Не мог предать соратника! Не мог предать Спящих!

Я с удивлением посмотрел на него. Раньше, когда Деспот рассказывал мне о Чистилище, казалось, будто ему там даже нравилось. Он упоминал общение с тюремщиками, какие-то развлечения… Похоже, это была не вся правда. Или вообще не правда – он просто не хотел, чтобы я знал, как его на самом деле мучили.

Ужас пережитого Деспотом заставил меня содрогнуться. Нужно спешить и любой ценой найти способ спасти моих друзей. Я только открыл рот, чтобы просить князей отправить меня в Дисгардиум, как их головы синхронно повернулись ко мне.

– А ты как попал в Пекло, Скиф? – спросил Диабло.

– Меня больше интересует, как он умудрился там выжить… – пробормотал Белиал. – Хотя с его силой это уже не кажется невозможным…

– Я проник в Пекло из мира, который вы называете Бездной…

Под ошеломленными взглядами великих князей я рассказал, как Пайпер отправила меня в бета-мир, как я оттуда выбрался, что мне предстоит сделать и как это поможет демонам. Мой рассказ затянулся надолго, прерываемый недоверчивыми возгласами и вопросами, но наибольшее изумление вызвал тот факт, что эмиссар Хаоса, Страж печати, признал меня и дал пройти. Эта новость, казалось, не только потрясла их, но и воодушевила.

Закончив, я обратился к ним:

– Великие князья, от вашего решения зависит судьба не только Дисгардиума и моих близких, но и всей Преисподней. Если вы мне поможете, я сделаю все, чтобы уничтожить или хотя бы ослабить Люция, а затем вернуться и помочь вам. Вы можете отправить меня…

Деспот в этот момент издал утробный рык, и я поспешно поправился:

– …Отправить нас с Деспотом в Дисгардиум? Я уверен, что могущество Люция исходит от Бездны, но, чтобы противостоять ей, мне необходимо вернуться в Дисгардиум.

Диабло, обменявшись мыслями с Белиалом и Азмоданом, медленно повернулся ко мне. Его взгляд был тяжелым и пронизывающим, когда он прогремел:

– Скиф, это невозможно! Бездна и Люций закрыли нам все пути. Даже ваши чернокнижники больше не могут призывать демонов: Преисподняя полностью отрезана от Дисгардиума. Все контракты смертных, продавших нам свои души, аннулированы.

– Как они это сделали? – рокотнул Деспот.

– Люций и Бездна заблокировали астральные пути, установив между нашими мирами Чистилище, – хмуро пояснил Диабло.

Я почувствовал, как внутри все сжалось: неужели я снова в ловушке, в запертом мире?

Хуже того, пока еще Бездна считает, что я сгинул в бета-мире. Но если она или Люций узнают о моем присутствии здесь… Да, у Бездны пока нет прямого доступа в Преисподнюю, но Люций… Если он сумел одолеть трех могучих великих князей, то что ему стоит нейтрализовать меня?

Холодок пробежал по спине. Пока не найдется выход, я не могу действовать открыто. Нужно затаиться, слиться с толпой демонов, приняв облик какого-нибудь рядового беса или сатира. Имитация? Нет, высшие демоны легко распознают мою истинную сущность.

Цепляясь за последнюю надежду, я спросил:

– Значит, единственный путь в Дисгардиум – через победу в Демонических играх?

– Именно так, – кивнул Белиал. – Но и здесь не все просто. По воле Люция Бездна устроит трехсторонние Игры, и победить сможет только одна сторона.

– Демоны, смертные или… – Я запнулся, пытаясь вспомнить, как называли демонов Люция.

– Демониаки, – прорычал Азмодан, обнажая клыки. – Это не обычные демоны, они искажены… Возможно, они даже не создания Преисподней! И невероятно сильны. Их способность поглощать хао намного превосходит наши ожидания. Эти существа… в них есть что-то неправильное, словно они не принадлежат ни нашему миру, ни миру смертных. Даже хаотическая метка в них…

– Не сейчас, – оборвал его Диабло, обмениваясь быстрым, почти незаметным взглядом с Белиалом.

Я отметил эту странность. Уже второй раз, когда речь заходила о демониаках, Диабло резко прерывал разговор. В глазах великих князей промелькнул сдерживаемый страх. Они явно что-то скрывали.

– Как я могу помочь? – спросил я, решив пока не трогать тему демониаков. – Вы уже убедились, что, пройдя испытания Бездны и Пекла, я стал очень силен.

Немного помолчав, Диабло вновь заговорил, и его голос звучал непривычно тихо:

– Ты прав, мы ощущаем в тебе невероятную силу, Скиф. Ее природа нам непонятна и вызывает огромное недоумение. В тебе каким-то образом сосуществуют несовместимые сущности: хаотическое и упорядоченное, смертное и вечное, мертвое и живое, абсолютная прочность тела и безграничный дух, всеобъемлющая любовь и жгучая ненависть…

Он замолчал, а я попытался понять, к чему он ведет. Никакая Имитация не поможет мне стать настоящим демоном, а значит, помочь им в Играх не в моих силах. Тогда что? Есть иной способ?

Обменявшись долгими взглядами, они наконец нарушили тишину.

– Безусловно, твоя помощь на Играх была бы неоценима, но ты смертный, – сказал Белиал, словно обвиняя меня. – Человек. В таком виде ты не сможешь помочь нам в полной мере.

– Что вы предлагаете?

Диабло наклонился ко мне, его глаза горели странным огнем. Когда он заговорил, его голос звучал необычайно серьезно.

– Скиф, для участия в Играх тебе недостаточно просто выглядеть как демон. Нужно стать им.

Я нахмурился, пытаясь понять, к чему он клонит.

– Что вы имеете в виду?

Все три князя встали так, чтобы скрыть меня от взглядов легионов, а Белиал шагнул вперед.

– Мы предлагаем тебе нечто большее, чем просто маскировка. Мы можем обратить тебя в настоящего демона. Есть древний ритуал. Тот самый, который когда-то обратил жителей Андары в демонов. Он изменит саму твою сущность, сделает одним из нас. Это будет не иллюзия, а полная трансформация.