Дисгардиум 13. Последняя битва. Том 1
- -
- 100%
- +
Истинная реакция легионов не понравилась князьям, и это не осталось незамеченным легатами и трибунами. Раздались их жесткие команды, вопли центурионов, свист хлыстов, после чего легионы все же разразились оглушительным ревом:
– Ау-у!
Демоны били себя кулаками в грудь, отдавая честь новоявленному сыну Азмодана.
– Четвертый легион Диабло приветствует Ааза, сына Азмодана!
– Объединенные двенадцатый и тринадцатый легионы Белиала приветствуют Ааза, сына Азмодана!
– Девятый легион Азмодана приветствует Ааза, сына Азмодана!
Прогремели приветствия еще двух объединенных легионов Диабло и Азмодана, собранных из остатков разбитых. Я стоял, подняв руку, и вглядывался в лица единственного легиона Белиала, пытаясь найти знакомых.
Деспот гордо встал рядом со мной, издав удивленный рык:
– Грог-х-р?! – Его пасть-жаровня раскалилась, выдав клубы дыма. – Собрат Ааз, эти легионеры чествуют тебя так, словно ты – вернувшийся с того света герой Преисподней, и при этом игнорируют сына Диабло? Пойду разберусь!
Недовольно ворча, он устремился к легионам своего отца.
Тем временем каждый князь подозвал своих военачальников: уже известных мне Молоха, генерала Диабло, и Аваддона, генерала Белиала. Аваддон равнодушно посмотрел на меня, но промолчал. Оба генерала, помогавшие мне в битве при Видерлихе во время войны с прежним Ядром Чумного мора, погибли, став жертвой Чумных зародышей. Однако они не развоплотились, а вернулись в Преисподнюю.
В отличие от них, Улцибер, бывший генерал Азмодана, окончательно развоплотился на Холдесте, потеряв свою демоническую сущность в Сфере бесконечности Ктулху. Его место занял также знакомый мне по битве с шестым легионом Азмодана генерал Агварес, ныне с десятью красными звездами на роге.
– Выдайте Аазу хао из казны легиона, – приказал ему Азмодан. Хотя бы это свое обещание он не забыл. – Ну, и экипируйте, как полагается моему сыну.
Агварес поиграл желваками и поинтересовался:
– Как много выдать хао, великий князь?
– Чтобы ему хватило до двух красных звезд на роге.
Лицо Агвареса потемнело, и он возразил:
– Легион на последнем издыхании, великий князь. Раненым требуется хао. Казна опустела!
Азмодан промолчал, но незримая аура гнева и ярости придавила генерала, и тот прорычал:
– Будет исполнено, великий князь!
Диабло и Белиал тоже дали указания своим генералам, после чего вместе с Азмоданом скрылись в гигантском шатре. По всей вероятности, держать совет. После ритуала забвения в их новой реальности фигура Ааза была слишком незначительной, чтобы что-то менять в планах.
– Ааз! – Резкий рык раздался за спиной.
Обернувшись, я увидел генерала Агвареса, который знаком показал мне следовать за ним.
– Ааз, ты сын великого князя, – сказал он, пока мы шли. – У тебя есть право выбрать позицию в легионе. Остались только девятый, как видишь, и объединенный из четырех других. Учитывая твою силу и опыт… не советую целиться на что-то выше центуриона. Тринадцатая когорта обезглавлена, к тому же она неполная. Свободны позиции центуриона и опциона. Я планировал сегодня назначить новых.
– Мне все равно, какая будет позиция, – покачал я головой.
– Тогда будешь центурионом тринадцатой когорты. Там меньше сотни бойцов, так что даже если…
Он не закончил мысль, но я его понял: даже если поляжете, невелика потеря. Я мог ответить тем же – с моей силой неважно, один я буду или с урезанной когортой.
Но социализироваться все равно было нужно, поэтому я спросил:
– Генерал Агварес, знаете ли вы что-либо о Летучем отряде из легиона Белиала?
Он остановился, его глаза вспыхнули в удивлении.
– Летучий отряд? Откуда ты о нем знаешь? Ты же всю жизнь провел в верхнем мире.
– Слышал в разговоре отца с великими князьями. Мол, был такой, и его сейчас не хватает.
– Понятно, – кивнул Агварес. – Действительно, много лет назад во славу доминиона Белиала воевал Летучий отряд, но с увольнением великого тифлинга Хаккара его слава померкла, а позже он был расформирован.
Много лет назад? Похоже, время ускорилось не только в Дисгардиуме. Раньше в Преисподней оно летело в десять раз быстрее, чем там, теперь же… черт ногу сломит.
– Сколько лет прошло с тех времен, генерал?
– Дай вспомнить… Это было до того, как мы были призваны… э… каким-то демоноборцем, не помню его имени, в Дисгардиум на битву с Чумным мором. В том году Большую игру отменили из-за огромных потерь, потом легионы бились, по сути, одним «мясом»… Почти тридцать лет.
Тридцать лет? Демоны, конечно, стареют не так, как люди, но даже так бойцы Летучего отряда точно уже немолоды. Но куда больше меня смутило не это, а то, что он забыл имя Скифа. Либо на самом деле забыл в силу давности произошедшего, либо ритуал забвения князей затронул всю Преисподнюю!
– Если Ааз, сын Азмодана, желает, позже я могу сопроводить тебя к последнему легиону Белиала, – предложил Агварес, вернув меня в действительность. – Великий герой его доминиона откликнулся на зов своего князя, присоединившись к войне против Пустотного легиона. Сейчас Хаккар – трибун выжившего легиона, и если он не знает, то никто не знает. Но… – Генерал вздохнул. – Годы на гражданке изменили Хаккара. Насколько я слышал, сейчас он не общается с рядовыми бойцами – окружил себя подпевалами, прилипалами, развратными демоницами. Слышал, даже его никчемный кузен ошивается при штабе…
Он запнулся, поняв, что сболтнул лишнего, тряхнул головой и больше до конца пути не вымолвил ни слова.
Весь путь – около километра – я шел за Агваресом под градом презрительных взглядов легионеров. Узкие улочки между палатками кишели тысячами демонов, и каждый, казалось, считал своим долгом задеть меня плечом или подставить ногу.
– Этот сын Азмодана настоящий урод…
– Такой слабак, что он здесь делает?
– Слышал, что это то самое эльфийское отродье…
– Говорят, отец не хотел его признавать, но, растеряв многих потомков, вспомнил о нем.
– Тот сын Диабло, что его привел, болтал, будто нашел его в кабаке.
– А я слыхал, что он там клянчил мелочь на пойло… Какой же мусор!
– Великий князь Азмодан, видать, совсем отчаялся, раз не просто притащил этого доходягу, но и объявил о нем всем легионам…
Я шел за Агваресом с каменным лицом, словно оскорбления легионеров не имели ко мне никакого отношения. Впрочем, так оно и было. Они обсуждали Иллидана, имени которого не знали, призрака, того, кто никогда не существовал, пусть вся Преисподняя и думала иначе.
Добравшись до шатра Агвареса, я попытался войти следом, но генерал грубо остановил меня на пороге.
– Жди снаружи! Мне придется распечатать неприкосновенный запас, это займет время.
Оставив меня, он исчез внутри. Демоны-стражники, охранявшие вход в генеральский шатер, смерили меня презрительными взглядами и оттолкнули.
– Отойди подальше, здесь не проходной двор! – надменно велел один. – Это шатер генерала!
– Вот же ублюдок… – тихо проворчал другой за моей спиной. – Еще хао на него тратить…
Я отступил метров на тридцать и остановился у знамени легиона. Скрестив руки на груди, принялся выискивать взглядом Деспота или кого-нибудь из Летучего отряда, надеясь найти хоть одно знакомое лицо в этом море враждебности.
Спустя пару минут меня обступила толпа легионеров, среди которых были не только демоны. Коренастые, покрытые шерстью черти с прямыми рогами, низкорослые бесы и козлоподобные сатиры, птицедемоны дзигоку'кенку и змееподобные марилиты, огненные испепелители, иблисы и инферналы, многорукие ракшасы, вульгарно одетые инкубы и суккубы…
Среди них выделялся один крупный тифлинг, выше меня ростом и с огромным пузом, с семью красными звездами на рогах. По обе стороны от него стояли демоницы: одна – изящная суккуба с огненными волосами, другая – мускулистая воительница с выпирающей грудью. Тифлинг беспрестанно лапал их, словно утверждая свое право собственности.
Учитывая, что за всю историю Преисподней был только один тифлинг, добившийся военной славы… Я неверяще уставился на толстопузого. Мелкий задохлик Хаккар, ты ли это? Если так, то ты свернул не на ту дорожку…
– Так это и есть потерянный сын великого Азмодана? – насмешливо и презрительно протянул тифлинг. – Всего одна желтая звезда? Как у такого могучего отца мог родиться столь жалкий отпрыск?
Стоявшие рядом с ним рассмеялись. Их было шестеро, и все краснозвездные: соблазнительная суккуба, демоница, еще один тифлинг, поменьше ростом, пара демонов и инфернал. Видимо, те самые «подпевалы и прилипалы», о которых говорил генерал Агварес. Жаль, интерфейс был урезан и я не видел их имен. Хорошо хоть, звезды отражаются на рогах, видно, с кем имеешь дело.
– Неужели великого князя Азмодана провели, подсунув ему под видом сына этого недодемона? – озабоченно проговорил тифлинг.
– Даже если это истинный сын великого князя, никому не сравниться с великим героем Хаккаром, – льстиво проворковала суккуба.
– Даже сыновья великих князей бледнеют и теряют дар речи рядом с моим кузеном, героем доминиона! – рассмеялся второй тифлинг, который был ниже и худощавее. Посмотрев на меня, он добавил: – Эй, как там тебя… Ааз, запомни это имя – Хаккар Неудержимый!
Значит, я не ошибся… Да, малыш Хаккар, прав был Дестур, рассказав о твоей судьбе. Не став сразу отвечать на оскорбления, я к нему присмотрелся.
Хаккар сильно изменился за прошедшие годы. Его некогда стройное тело раздалось вширь, выросло внушительное брюхо, нависающее над поясом. Серая кожа выглядела нездорово даже для демона и лоснилась, глаза заплыли жиром и едва виднелись под набрякшими веками.
Посмотрев в небо, он задумчиво постучал когтем по подбородку и протянул:
– Кажется, я задал этому отродью вопрос. Может быть, так называемый сын Азмодана слишком высокомерен? Хм…
– Ты! – прорычал мне могучий инфернал, стоявший за спиной тифлинга. – Отвечай, когда с тобой говорит герой доминиона!
Глядя на его рвение, подумалось, что Белиал сделал для Хаккара куда больше, чем я мог себе представить. После стольких лет тифлинга все еще не только уважают, но и превозносят. Интересно, зачем это князю было нужно?
Хаккар и его прихвостни уставились на меня. Взгляды их были презрительны и насмешливы.
Пожав плечами, я ответил:
– Отец представил меня всем легионам. Но… для глуховатых и невнимательных могу повторить… – Я сделал паузу, приблизился к Хаккару и проревел в лицо: – Меня зовут Ааз!
От неожиданности тифлинг отпрянул, пошатнулся, чуть не споткнувшись о ногу инфернала.
Толпа вокруг загудела, а Хаккар, устыдившись своей реакции, побагровел от гнева.
– Ты смеешь дерзить мне, эльфийское отродье? – прорычал он.
– Как ты меня назвал? – Я поднял бровь.
– Что, думал, мы не узнаем? Я жил во дворце великого князя Белиала! Мне были доступны все потайные архивы княжеской библиотеки! Ты тот самый выродок Азмодана, родившийся от эльфийской шлюхи, так? Отвечай!
Стала понятна его агрессия, учитывая отношение демонов к эльфам, но в этот момент случилось странное. Я не имел никакого отношения ни к Иллидану, ни к Азмодану и вообще не принадлежал этому миру, но, по всей вероятности, настолько влез в шкуру Ааза, что искренне оскорбился.
– Кто бы говорил, вонючка-тифлинг, – фыркнул я. – Герой доминиона… Пф-ф… Какого доминиона? Чем ты заслужил это звание, если у твоего князя не осталось доминиона?
Суккуба ахнула, а другие подпевалы зарычали от ярости. Хаккар, казалось, был готов взорваться: похоже, не привык к такому обращению. Вернее, привык в детстве, но уже забыл, каково это.
– Ты… Ты… – задыхался он от злости. – Да я тебя порву на клочки так, что…
– Не стоит утруждаться, – спокойно ответил я. – Уверен, что «герою доминиона» есть чем заняться, вместо того чтобы тратить время на такую мелочь, как я.
Помолчав, я спросил с заговорщицким видом:
– Слышь, Хаккар, а где тут можно пожрать? Слышал, что в Преисподней чем больше жрешь, тем больше не только пузо, но и количество звезд на роге. Это так?
Приближенный Хаккара, инфернал, не стерпев первым, внезапно бросился на меня, но я и не подумал уклоняться, решив до конца выяснить, что из себя представляет когда-то скромный и, судя по тому, что я знал, неплохой тифлинг.
Огромные руки инфернала сомкнулись вокруг моей шеи, отрывая от земли. Два демона, стоявших рядом, тут же схватили меня за руки, выкручивая их за спину. Я не сопротивлялся, позволяя событиям идти своим чередом.
– Держите его крепче! – прорычал Хаккар, надвигаясь на меня с поднятыми кулаками. – Сейчас я покажу этому эльфийскому отродью, как себя вести в Преисподней!
Толпа вокруг нас загудела в предвкушении расправы. Я подавил Устойчивость, чтобы не выдать себя Отражением, и полностью расслабился. Пусть ударит на глазах толпы, чтобы потом не жаловался…
Бум! Массивный кулак Хаккара впечатался в мою челюсть. Удар был настолько мощным, что воздух вокруг нас завибрировал. Следом последовал еще один, и демоны не стали меня удерживать: мое тело оторвалось от земли и отлетело на несколько метров. Кувыркнувшись несколько раз, я прислушался к себе. Кроме этого полета, никаких последствий.
Поднявшись, я подвигал челюстью, сплюнул с презрением.
– Кто тебя учил драться, вонючка? Бьешь как девчонка.
– Ха-ха, а ты забавный, – усмехнулся он. – Посмотрим, будешь ли ты таким же говорливым с дырой в брюхе! Ты хоть и не в моем легионе, но я выше по званию и имею право воспитывать нерадивых бойцов!
Хаккар выхватил свое оружие – длинный изогнутый меч. Судя по характерным переливам металла, из хаотического железа. Лезвие вспыхнуло зловещим алым светом, а вдоль клинка заструились потоки едкой копоти. Небрежно выписывая им восьмерки в воздухе, он направился ко мне. Толпа последовала за ним, обсуждая происходящее:
– Это легендарный Первозданный меч Хаоса! На поле битвы этот клинок способен рассекать целые когорты одним сокрушительным ударом!
– Я слышал, что Хаккар получил его за звание Неудержимого…
Приблизившись ко мне, Хаккар замахнулся.
Глава 6. Великий герой доминиона
Я спокойно готовился принять удар, но тифлинг вдруг спрятал меч. Его искаженное лицо изменилось, словно он натянул дружелюбную маску.
Оглянувшись, я увидел, что генерал Агварес вышел из шатра и направляется к нам. В руках он держал сундучок, в каких бойцам выдают хао.
– Поговорим в другой раз, мусор, – процедил Хаккар и ухмыльнулся. – Но запомни одно. Видишь ли, Ааз, в легионах – любых, все равно какого доминиона – очень важно знать свое место. Обычно с этим не возникает проблем, и любых зарвавшихся выскочек быстро ставят на место. Но ты, отброс, витаешь в облаках, решив, что статус сына князя что-то тебе дает. Ничего он не дает! К тому же ты бастард. Будь паинькой, и тогда тебе, может быть, не воткнут меч в спину свои же прямо на поле боя.
Тифлинг похлопал меня по плечу и отошел.
– Что здесь происходит? – сурово спросил подошедший генерал Агварес.
Легионеры, только что жаждавшие зрелища, мгновенно выпрямились и застыли по стойке «смирно». Хаккар тоже преобразился: лицо разгладилось, приняв безмятежное выражение, а поза стала подчеркнуто расслабленной. Его прихвостни старательно изображали равнодушие. Напряжение, однако, никуда не делось – оно просто ушло под поверхность, готовое вырваться при первой возможности.
Это не осталось незамеченным Агваресом. Он пришел к каким-то выводам и повернулся к тифлингу:
– Мне показалось или ты атаковал моего центуриона, трибун Хаккар? Это мой демон! Командовать будешь в своем легионе!
– Я просто учу этого блудного сына Азмодана приличиям, генерал Агварес, – заявил тифлинг. – Прошу прощения за то, что взял на себя такую смелость, но это эльфийское… этот эльфийский полудемон совсем не знает, как вести себя в Преисподней.
– Трибун Хаккар, – недовольно, но миролюбиво произнес Агварес. – Ааз всю жизнь скитался вне Преисподней. Он не знает наших правил, отнеситесь к нему с терпением. Да, он слаб и выглядит чудно, но удивительно, что даже во враждебном мире он дорос до желтой звезды!
– Я, жалкий тифлинг с края доминиона, за каких-то несколько лет добился семи красных звезд, – самодовольно ответил Хаккар. – Все зависит от характера, а не от того, где ты рос.
Из него так и сочилось высокомерие. Похоже, великие князья оставили истинную сущность Хаккара в тайне, и тифлинг давно врос в шкуру великого героя. Настолько, что забыл, как было на самом деле.
– По распоряжению великого князя Азмодана его сын сегодня обретет красные звезды на роге, – скривившись, счел нужным объяснить Агварес. – Надеюсь, он сможет эффективно поглотить все это хао.
– Неудивительно… – презрительно проговорил Хаккар. – Рядовые бойцы каждый день рискуют жизнями во славу доминиона и ради крупиц хао, а этот княжеский сынок получает все на блюдечке. – Тут он решил подлить масла в огонь и добавил: – Генерал Агварес лично принес ему хао, какая честь для безвестного эльфийского отродья!
Глядя на Хаккара, я ощутил, как во мне поднимается волна раздражения. Его самодовольная ухмылка, высокомерный взгляд… Забыл, что сам поднялся за чужой счет?
Настало время преподать урок зазнавшемуся тифлингу.
– Семь красных звезд? – протянул я, чувствуя, как мой голос становится глубже и резче. – Весьма достойно… для мелкой сошки. Но ты забываешься, Хаккар. Я, хоть и был рожден эльфийкой, все еще сын великого князя Азмодана. Моя кровь божественна. Пусть с единственной желтой звездой, но я сильнее тебя настолько, что тебе и не снилось.
После пары секунд ошарашенного молчания толпа взорвалась хохотом. Громче всех смеялся Хаккар.
– Что за клоун! Вы слышали? А-ха-ха! Сильнее меня настолько, что мне и не снилось! Ха-ха-ха! Вы только поглядите – эльфийское отродье огрызается!
Отсмеявшись, он с жалостью посмотрел на меня, после чего взревел:
– Ты! Ничтожество! Я легенда доминиона! Это признано всей Преисподней! А ты… ты просто мусор! Грязь под копытами! Нечистый ублюдок! От тебя смердит эльфами!
С каждым словом Хаккар распалялся все больше. Я чувствовал, как сгущается атмосфера. Все больше легионеров собиралось плотным кольцом вокруг нас, и их глаза горели предвкушением того, как меня поставят на место. Видимо, Азмодан, представив меня так торжественно, сделал только хуже…
Краем глаза я заметил, как центурионы переглядываются с Агваресом, который, судя по всему, дал команду не вмешиваться. Сердцем, скорее всего, он был с Хаккаром, недовольный тем, что на него повесили непонятно откуда взявшегося сына Азмодана, да еще и заставили вскрывать неприкосновенный запас хао.
– Знаешь, Хаккар, – спокойно сказал я, дождавшись, когда все успокоятся. – Чем больше ты кричишь о том, какой ты герой, тем меньше тебе веры. Герои не вопят направо и налево, что они герои, это понятно по их поступкам. Если бы так просто было стать героем, ими давно бы уже стали самые крикливые.
Лицо Хаккара исказилось от ярости. Его глаза полыхнули алым огнем, а из ноздрей повалил густой черный дым, смешиваясь с серным маревом вокруг. Кожа тифлинга покрылась пульсирующими демоническими рунами, словно его ярость обрела физическую форму.
– Докажи свои слова делом, ублюдок! – прорычал Хаккар. – Ты сказал, что сильнее меня? Я ловлю тебя на слове! Никто не тянул тебя за язык. Обменяемся тремя ударами! Без оружия! И если ты устоишь после них на ногах, я признаю, что ты… не совсем мусор. Если же нет… ты отдашь мне хао, которое принес генерал!
Лицо Агвареса перекосило, оно приобрело уродливое выражение, но генерал промолчал. Видимо, решил, что уж лучше пусть хао пойдет на пользу великому герою, чем какому-то приблудному Аазу.
В этот момент левый рог Хаккара вспыхнул, и на нем зажглась еще одна звезда.
– Благословение Белиала! – услышал я восторженный крик. – Великий князь наградил Хаккара такой способностью! Она усиливает его на час на одну красную звезду!
– Это отродье разозлило великого Хаккара, и он решил не жалеть его! Скорее всего, хочет развоплотить с одного удара!
Не отвечая тифлингу, я обратился к Агваресу:
– Генерал, прошу дозволения участвовать в этом споре с Хаккаром, причем ставкой будет хао легиона, выданное для меня.
В толпе сразу же раздались презрительные насмешки:
– Ааз боится потерять лицо прямым отказом и хочет, чтобы генерал спас его, запретив драться!
– Неудивительно. Пусть он и сын Азмодана, но он вырос среди жалких смертных. Слабак! Его высокомерие и надменность не подкреплены силой.
– Да не оскудеет хао генерала, он справедлив и не пойдет на поводу у этого выскочки и не пожалеет запас доминиона…
Агварес тоже это слышал. Он посмотрел на Хаккара, на лице которого застыла издевка, потом на меня, кивнул.
– Центурион Ааз, я дозволяю разрешить спор с великим героем Хаккаром Неудержимым. Если он победит, хао, которое полагалось тебе, перейдет к нему. Во славу истинной Преисподней!
Я пока не разобрался в своих истинных возможностях, а потому задал еще один вопрос:
– Если одна из сторон погибнет или получит тяжелую травму, будут ли дисциплинарные взыскания?
Толпа расхохоталась:
– Эльфийское отродье намекает, что, если с ним что-то случится, Агваресу не поздоровится!
– Всемогущий Хаос, какая наивная хитрость! Этот Ааз совсем за идиотов нас держит! Эй, дерьмо эльфийское, просто признай свою слабость и откажись! Ваш спор с Хаккаром – только ваш, не пытайся втянуть в него генерала!
Агварес хмыкнул и подтвердил:
– При любом исходе поединка победитель не несет ответственности ни за что. Травмы или развоплощение другого участника не повлекут никаких последствий, центурион Ааз. Уверен, что все еще хочешь спорить?
Я кивнул ему и посмотрел на Хаккара.
– Если выиграешь, ты получишь огромный запас хао, вонючка. Если проиграешь, я всего лишь стану в твоих глазах не таким уж мусором? Мне плевать, кем ты меня считаешь. Я хочу твой меч. Ставка должна быть равноценной.
Легионеры, которые, казалось, уже не могли смеяться, взвыли от восторга. Они соревновались в остроумии:
– Дерзостью Ааз превосходит отца!
– Будет жалко, если такой смешной клоун вдруг погибнет! Трибун Хаккар, не убивайте его сразу, пусть еще погуляет!
– У него не все дома, это точно. Чего захотел! Меч Хаккара! В заднице твоей этот меч окажется, а не в руках!
Не обращая на них внимания, я добавил:
– Кроме этого, предлагаю ограничиться одним ударом. Три – это слишком много…
Толпа демонов уже не могла смеяться, и некоторые начали подвывать:
– Ау-у! Он все еще надеется выкрутиться! Что ты за демон, если боишься смерти?
– Этот Ааз совсем безмозглый! В бою тоже будешь просить врага не бить тебя больше одного раза?
Хаккар, ухмыльнувшись, развел руками, обращаясь к зрителям:
– Что думаете, друзья? Пожалеть его и ограничиться одним ударом? – Продолжая представление, он вынул меч и поднес кончик к моему носу. – Хочешь мой меч? Ты его получишь, если устоишь на ногах после моего единственного удара!
Никто не пытался его остановить. Всем всё было ясно: Хаккар мог бы поставить хоть всю казну легиона, ничем не рискуя. Мало того, что он – великий герой, а я – приблудный полудемон из Дисгардиума, так еще и разница в уровне развития просто непреодолимая. Превосходство даже в одной звезде того же цвета дает огромное преимущество, что уж говорить о разных цветах. Даже если бы у тифлинга была лишь одна красная звезда, он все равно был бы сильнее меня в сто шестьдесят девять раз. А у него семь! Значит, он сильнее Ааза в тысячу раз!
Я спокойно стоял, не пряча глаз, и ждал, когда толпа утихнет. Наконец, когда повисла тишина, равнодушно сказал:
– Ты меня неверно понял, вонючка. Три удара слишком много для тебя. Мне хватит одного, чтобы свалить тебя с ног.
Хаккар поперхнулся, а генерал Агварес побагровел:
– Хватит ломать комедию, центурион Ааз! Заканчивайте с этим. Каждый наносит по одному удару. Можете по очереди, можете одновременно. Кто не устоит на ногах, тот считается проигравшим. Начали!
Я приблизился к тифлингу, усмехнулся:
– Можешь бить.
Хаккара не нужно было просить дважды. Взревев, он сконцентрировал все хао и вложил его в этот единственный удар, используя какую-то демоническую боевую технику, с которой я был незнаком. Несколько алых кругов пронеслись от его плеча к кулаку, который налился, увеличился в размерах, оброс костяными пластинами и шипами и утонул в огненной вспышке.
Бум!
За миг до удара я подавил Отражение, но Устойчивость на этот раз отключать не стал. Удар тифлинга, которым можно было снести дом, не нанес мне никакого ущерба.
Более того, я сильно недооценил, насколько крепким стало мое тело, – после удара раздался жуткий хруст костей, но не моих. Краснозвездный – вершина демонического развития – Хаккар прошипел, отдернув руку. Его пальцы неестественно изогнулись, а кости запястья, казалось, превратились в мелкую крошку под кожей. Изумрудная дымящаяся кровь хлынула из многочисленных трещин, образовавшихся на его коже. Осколки костей прорвали плоть и вылезли наружу. Кровь тифлинга тугими струями окропила землю. Его глаза, полные боли и ярости, распахнулись от удивления.