Дисгардиум 2. Инициал Спящих

Глава 1. Альянс превентивов

Семь часов назад мой персонаж Скиф стал «угрозой» с наивысшим возможным потенциалом. «Угроза» A-класса! Случилось это во время встречи со Спящим богом Бегемотом, чей угасающий аватар я нашел в Болотине.

Когда Бегемот исчез, поручив мне построить первый храм Спящих, я вышел из Диса, выбрался из капсулы и, едва передвигая ноги, рухнул в кровать. Сон был беспокойным, и часа через три я проснулся от кошмара.

Пробудившись злой и разбитой, топовая «угроза» начала яростно приводить в порядок квартиру и себя. Это касалось и учебы. Количество пропущенных дней в школе достигло критической отметки, и в том, что родителей уже уведомили, я не сомневался. Несколько звонков, на которые я не ответил, и гневное сообщение от мамы были тому подтверждением.

Так что я спешно наверстывал пропущенное, штудируя учебники. В это время позвонила моя одноклассница Тисса, чтобы узнать, как дела и где я оказался после Глубинной телепортации, выданной нам в награду за Первое убийство в подземелье «Зло из глубин». Инстанс был окружен разъяренными бойцами «Аксиомы», желающими нас разорвать, потому пришлось экспериментировать с новой абилкой.

– Нас раскидало по самым отдаленным частям песочницы, – пожаловалась Тисса. – Нескоро доберемся до Тристада… Надеюсь, тебя забросило ближе?

– Ближе некуда. Я в центре Болотины!

– Ох! Хуже не придумаешь… Скажу парням, чтобы не ныли – нам еще повезло! Слушай, завтра после школы мы собираемся у Эда отпраздновать Первое убийство Мракисса. Хочешь с нами?

– С удовольствием…

Договорив, я снова засел за учебники. Когда дошел до квантовой теории поля, пройденной без меня на физике, входная дверь открылась и в квартиру завалились донельзя уставшие и мрачные родители.

– Алекс, Алекс… – покачала головой мама. Но, вопреки ожиданиям, не начала сразу орать. – Тебе несколько месяцев до гражданских тестов, потом придется жить самому. На что ты рассчитываешь с таким отношением к учебе?

Пока она читала нотации, отец потрепал меня по затылку и закрылся в ванной. Следующие полчаса оттуда доносились брызги, бульканье и кряхтение.

– Как слетали? – поинтересовался я.

– Так себе… – буркнула мама и долго молчала. – Они не приняли проект. Хорошо, аванс не заставили возвращать, хотя могли.

– Как так? Почему не приняли?

– Мы с ним снова сильно поссорились, – нехотя призналась мама, и я понял, что речь об отце. – Расчеты пошли к чертям, и на испытании полезли критичные баги. Заказчики были в ярости. Они готовятся к какому-то глобальному ивенту в Дисгардиуме, новой локации с топовым рейд-подземельем. Их инсайд в «Сноусторме» выдал характеристики и механику боссов, и нашей задачей было, используя эти данные, собрать им бета-полигон.

– А что за клан?

– Один из самых влиятельных в Дисе – «Модус». Победители последней командной Арены и самые успешные превентивы.

– Почему они не дали вам время все исправить, мам?

– О, им вдруг стало не до нас. В Дисе появилась новая «угроза» A-класса. Подобной еще никогда не было! Естественно, что они встали на уши и теперь роют землю, чтобы найти ее! – Мама засмеялась. – Может, потому они и не настаивают на возврате аванса. У них там срочный сбор ведущих превентивов…

– Сбор? Зачем, мам? Они ведь обычно стараются найти «угрозу» первыми, чтобы не делить награды.

– После ликвидации «угрозы» D-класса никому не известный клан «Экскоммьюникадо» из восьмой тысячи топа вошел в десятку лучших. Как думаешь, Алекс, эти ребята знают, что могут получить за «угрозу» тремя уровнями выше, за класс A? Там ведь награды чуть ли не в геометрической прогрессии растут с каждым уровнем! Мне удалось подслушать, что они собираются создать Альянс превентивов.

Только в этот момент до меня дошло во всей красе, с чем мне придется столкнуться. Один против всего мира, если не считать неведомый Чумной мор и кучку протоплазмы, называющую себя Спящим богом.

Почти один, если не считать подругу детства, соседскую девчонку Еву О’Салливан, и одноклассников – Тиссу, Эда, Ханга и Малика. С Евой все сложно, и, боюсь, если я не отвечу на ее чувства, они кардинально изменятся. А «дементоры» рядом – это как привязанная пороховая бочка. Ее можно путать с пивной, но ровно до момента, пока одноклассники не поймут, с кем связались. Если уже не поняли…

Завтрашняя встреча на многое откроет мне глаза. Думаю, алкоголь развяжет «дементорам» языки, и я пойму, как себя с ними вести в дальнейшем.

– Мам… – Я запнулся, формируя мысль помягче. – А вы с папой…

– Что, Алекс?

– Вы с папой не пробовали помириться? Вы же столько лет вместе!

Мой вопрос застал ее врасплох. Она долго не отвечала, делая вид, что готовит чай, а когда все-таки села напротив, поставив передо мной чашку, в ванной стихла вода – папа закончил мыться. Мы молча сидели, слушая, как отец по старинке бреется электробритвой, вместо того чтобы раз и навсегда удалить щетину кремом (он считал, что щетина придает ему мужественности). Я повторять вопрос не решался, а мама отвечать не хотела.

Но все-таки сказала, когда папа зашелестел полотенцем, вытирая лицо:

– Я не люблю твоего отца, сынок. Я не люблю Марка. У меня есть другой.

Я догадывался об этом, но подтверждение ударило под дых сильнее Молота. В горле встал ком. Чувствуя, как кривится рот, а на глаза наворачиваются слезы, я закрыл лицо ладонями. Это был окончательный приговор.

Всю прошедшую неделю я еще на что-то надеялся, рассчитывал, что они все-таки перебесятся и изменят свое решение, но теперь все кончено. Папа не будет жить с ней, зная, что у нее есть любовник. Мама тем более ждет не дождется свободы, чтобы поскорее перебраться к своему…

Я посмотрел на нее другими глазами – ей тридцать девять, она все еще привлекательна, и у нее сногсшибательная фигура. И теперь ее обнимает не папа?

Меня захлестнула ненависть к придурку, заморочившему маме голову, и я ушел к себе, не допив ее порошковый чай. Старик Фуртадо был прав: то, что сделала мама, не имело никакого отношения к благородному напитку.

Чтобы отвлечься, я попробовал связаться с Евой, но ее комм был недоступен. Тогда я с головой ушел в физику. «Квантовая теория систем с бесконечным числом степеней свободы…»

Захватывающее чтиво.

С последним на сегодня звонком класс зашумел, поднимаясь со стульев и направляясь к выходу. Я потянулся вслед за «дементорами» – мы собирались лететь к Эду праздновать Первое убийство, но меня остановила рука учителя.

– Шеппард, задержись, – сказал мистер Ковач, не отрывая глаз от панели с моей успеваемостью.

– Да, Грег? – Я остановился рядом с учителем. Он удивленно вскинул глаза, хотя сам на прошлой неделе предложил называть себя по имени, и я поправился: – Мистер Ковач.

– Мы подождем, – кивнул мне Эд, и задержавшиеся «дементоры» вышли из класса.

– Лучше присядь, – мистер Ковач указал мне на стул рядом с его столом. – У нас будет долгий и серьезный разговор, Шеппард.

Подобное на моей памяти было впервые. Никогда раньше он не говорил со мной таким официальным тоном, называя по фамилии. Обычно он играл в равенство между собой и учениками.

Мистер Ковач встал, закрыл дверь и вернулся. Побарабанил пальцами по поверхности стола и резко сказал:

– У меня мало времени, Шеппард, поэтому буду немногословен. Посещаемость последнего блока – 80 %. Комплексный показатель успеваемости – 79 %. Еще не фатально, но очень близко к этому. Допустить подобное я не могу. Поэтому связался утром с твоими родителями, чтобы выяснить причину происходящего, и знаешь, что они мне сказали?

– Что разводятся?

– Что? – удивился мистер Ковач. – А они разводятся? Тогда многое проясняется… – Он снова застучал пальцами. – Так-так… Что ж, я чувствую, что несу еще большую ответственность за твое будущее, Алекс. – Его тон смягчился. – Я назначаю тебе два дополнительных урока каждый день, пока не исправишь комплексный показатель успеваемости. Начиная с сегодняшнего дня. Учебное место в лабе на тебя уже оформлено, так что сразу после нашего разговора можешь идти туда и приступать.

Я ничего не ответил и просто кивнул. Как он говорил, не смертельно, переживу. Да я и сам понимал, что надо подтянуть учебу. Прослушать в обычном VR-шлеме пропущенные уроки и повторно сдать по ним тесты – ничего страшного.

– Это не все. Миссис Шеппард сообщила мне о твоем нездоровом увлечении Дисгардиумом.

– Что? Нездоровом? Вы хотите сказать, что весь мир страдает нездоровой фигней?

– Возможно, я неправильно выразился. Впрочем, я лишь передал эпитет твоей мамы. Скорее всего, она имела в виду твой резко выросший интерес к Дису. Ты знаешь, я не сторонник конкретно этой рекомендации Департамента образования… Как бы помягче… Мне кажется, они перегибают палку с обязательным временем в игре. Понимаешь? Это могло бы сгодиться низшим гражданским статусам, потому что им действительно после школы идти некуда и Дис отлично снимает социальную напряженность в этом плане… – Он пожевал губами и почесал нос. – Но ведь ты из благополучной семьи, Алекс! Категория F! Тебе прямая дорога в полноценные члены общества!

– Вы забыли? Они разводятся!

– Но еще не развелись! – Грег треснул ладонью по столу и привстал. В его глазах плескалась ярость, и от неожиданности я откинулся на спинку стула. – И если они достаточно разумны, то не станут этого делать как минимум до твоих гражданских тестов!

Он был прав. Высокий гражданский статус родителей может накинуть мне баллов и сделать комиссию более благосклонной. А может и не накинуть, это лишь слухи, но упорные, и статистика их подтверждает.

Хотя, вероятно, все дело в том, что у высокостатусных семей больше возможностей дать отпрыскам лучшее здоровье, социальные навыки и обучение с самого детства, если не сказать с момента зачатия. Генетические корректировки стоят больших денег, но они возможны и доступны почти всем желающим, только плати.

Мистер Ковач долго буравил меня взглядом, но, наконец, морщинка, залегшая между его бровями, разгладилась, ноздри перестали грозно раздуваться, а сам он сел на стул и продолжил своим обычным тоном, словно и не было той вспышки:

– Час назад я подал прошение в Департамент образования о временном бане твоего персонажа в Дисгардиуме. Привел все формальные обоснования, в том числе учитывал твою потенциальную ценность для общества… этого мира, а не Диса. Прошение удовлетворили. Твой персонаж забанен на две недели. Надеюсь, тебе хватит этого времени, чтобы наверстать упущенную программу.

– Что? Вы, наверное, шутите, мистер Ковач? Вы не можете!..

Я чуть было не рассказал о своем обязательстве как «угрозы» проводить в игре не менее трех часов в день, но он меня, к счастью, перебил.

– По-твоему, я похож на шутника? Еще как могу! – Он снова разъярился. – Встать, Шеппард! В VR-лабораторию на дополнительные уроки! Немедленно!

Захлопывая за собой дверь, я подумал, что слухи о боевом прошлом нашего школьного учителя имеют под собой основания. В коридоре я увидел изумленные лица подслушивавших «дементоров» и Ханга, шутовски вытянувшегося по стойке «смирно».

– Сэр, да, сэр! – заорал он, выпучив глаза.

– Ханг Ли! – донесся из класса голос Ковача. – Два дополнительных урока вместе с Шеппардом! Выполнять!

Из солидарности остальные нас дождались. Полтора часа погружения в пропущенные лекции по бионике лично для меня пролетели довольно быстро, но вот Ханг Ли был очень недоволен. Снимая VR-шлем, он повел плечами, покрутил головой и чертыхнулся:

– Говорят, в нормальных школах полноценные капсулы, а не это древнее барахло. – Он стянул перчатки-манипуляторы, бросил их на полку и треснул кулаком по ладони. – Валим?

– Ага, – я кивнул. – Но было интересно. Не, правда! Не думаю, что получил бы эти знания по своей воле, но теперь хотя бы знаю, что еще сто лет назад ты бы так и ходил одноглазым.

Ханг рефлекторно дотронулся до левого глаза. Он был бионическим и неотличимым от настоящего, утерянного в детстве во время какой-то игры.

– Сто лет назад? Дед рассказывал, в то время у всех была работа. Хотя он тогда маленьким был, может, чего и выдумывает. Он вообще много всяких небылиц рассказывает! – Ханг треснул меня по плечу и как-то невесело засмеялся. – Какие у тебя планы, Алекс? Мы все гадаем, чего тебя так понесло в Дис?

– Расскажу у Эда. Не хочу повторять одно и то же.

«Дементоры» ждали у взлетной площадки с флаерами. Завидев нас, они поднялись, отряхиваясь от снега.

– Наконец-то! Мы уже тут жопы себе отморозили! – закричал Малик.

Вряд ли одежда с подогревом допустила бы такое, но щеки и у него, и у Тиссы с Эдом порозовели. Ночью выпал первый снег, и навалило его столько, что климат-контроль площадки не справился, и сугробы просто сгребли к краям крыши. Там-то «дементоры», видимо, и играли в снежки, дожидаясь нас с Хангом.

Мы впятером залезли во флаер, и Родригез забил точку назначения. В дороге мы болтали о всякой ерунде, избегая – не знаю почему – любых упоминаний Дисгардиума. Даже поднятая мною тема бана аккаунта на две недели реакции не вызвала – Тисса покачала головой и мягко дотронулась до моей груди, одними губами шепнув: «Потом».

Через четверть часа мы уже приземлялись на крышу жилого комплекса, где обитал Эд.

Это был район категории H, заселенный гражданами низкого гражданского статуса. Отличия бросались в глаза сразу: здания невзрачнее, плотность застройки выше, меньше зелени… Даже окна казались уже, чем у нас.

– Идем. – Эд провел нас через стоянку комплекса, ткнул пальцем в панель управления замком. Тот щелкнул – и дверь поднялась. – Стряхните снег с обуви.

Мы вошли в лифт, Эд нажал кнопку двадцать четвертого этажа. Между статусами F и K всего две категории, но до чего же ощутима разница! Взять хотя бы лифт. Он был не такой быстрый, не такой бесшумный и не такой просторный, как в нашем доме.

В длинном коридоре мы остановились возле одной из дверей. Пока Эд открывал замок, подставив лицо камере распознавания, Малик насвистывал какую-то новую песенку и даже пытался пританцовывать, но Тисса шикнула:

– Тихо ты! Бабушку Эда разбудишь!

Едва дверь открылась, я услышал звонкий девчачий крик:

– Эдди!

Девочка лет пяти бросилась к Родригезу, напрыгнула, обхватив руками и ногами, и повисла на нем.

– Кто там, Полианна? – донесся женский голос из глубины квартиры. – Эдвард, это ты? Ты задержался, Эдвард!

– Да, бабушка! Были дополнительные уроки у мистера Ковача! – крикнул Эд через голову девочки.

Та спрыгнула с брата, обняла Малика с Хангом, а потом повисла на Тиссе. Видимо, они были здесь частыми гостями. Мелисса что-то нежно прошептала девочке на ушко, а та кивнула и рассмеялась, лукаво поглядев на меня.

– Меня зовут Алекс, – я протянул ей руку.

– Полли, – она дотронулась своей ладошкой до моей и смутилась.

– Я пока поговорю с бабушкой, – сказал Эд. – Кока-кола в холодильнике, берите и приземляйте свои задницы на балконе. Полли, малышка, ты ела? – Девочка кивнула. – Хорошо, тогда поиграй пока в своей комнате.

Я с интересом изучал квартиру Эда. Она была просторной, не меньше нашей, хоть и ниже категорией. Парни вытащили из холодильника пару двухлитровых бутылок газировки, Тисса взяла пакет с одноразовыми картонными стаканами и несколько упаковок чипсов.

Со всем этим мы переместились на широкий застекленный балкон, откуда открывался вид… на обшарпанную серую стену соседнего здания. Зато здесь умещалось четыре стула и небольшой пластиковый столик. Остальное свободное место было занято грудой запылившихся вещей: картинами, какими-то незаконченными статуэтками, коробками. В доме чувствовалась некоторая запущенность, будто он давно не видел женской руки или хотя бы манипуляторов робота-уборщика. Его я, впрочем, не заметил.

– Здесь должно жить человек пять, – заметил я, пока мы ждали Эда. – Большая квартира.

– Они и жили, – хмуро ответил Ханг. – Пока родители Эда не подхватили в Африке вирус Рока три года назад.

– Он же излечим? – удивился я.

Новые болезни появлялись чуть ли не каждый год, но медицина успешно находила противодействие даже такой адской хрени, как вирус Рока, заживо разлагающей здоровые клетки.

– Это было в самом начале, – пояснила Тисса, вскрывая пачку чипсов. – Они попали в первую волну, тогда даже диагноз ставить не умели.

– Но они были хорошими художниками, – добавил Ханг.

– Как там было? – Тисса закатила глаза, вспоминая. – Ценность культурного вклада их работ… бла-бла-бла… В общем, это сохранило гражданский статус бабушке Эда, и они смогли остаться в этом доме.

– А что с бабушкой? – спросил я. – Может, сходить к ней поздороваться?

– Не надо, – помотала головой Тисса. – Она тяжело ходит, глуховата и не любит чужих. А ты для нее пока такой.

– И останешься таким, если не познакомишься, – хмыкнул Малик. – На самом деле хорошая идея, сходи и представься.

Я поднялся со стула и направился к двери, но на пороге балкона появился Эд.

– Давайте потише! Бабуля легла отдыхать. Ты чего встал, Алекс? Туалет?

– Нет, хотел познакомиться с твоей…

– В другой раз, – перебил Эд. – Ей нужен покой. Так… Нам не хватает еще одного стула…

Он исчез из дверного проема и вскоре появился с табуретом в руке. Плотно закрыл дверь балкона и устроился с нами. На его лице застыла легкая улыбка, он обвел нас взглядом и остановился на здоровяке:

– Ханг, ты взял?

– Конечно! – Бомбовоз втянул носом воздух и широко ухмыльнулся. – Мы здесь праздновать собирались вообще-то! Так что… – Он достал из внутреннего кармана объемную фляжку и потряс ею в воздухе. – Чистый виски, пацаны! Из бездонных запасов моего папаши!

– Первое убийство, виски с колой… Дай подумать… – Эд потер ладони. – Мы теряем время! Танкуй, Бомбовоз!

Глава 2. Запрет на погружение

Письмо от «Сноусторма» пришло, когда я еще проводил время с «дементорами» у Эда. Как бы я ни затуманил себе мозги крепким алкоголем, мне хватило ума не читать письмо сразу.

Прикрыв экран, я глянул на уведомление в коммуникаторе, из плывущего текста вычленил название корпорации и тут же закрыл, пока не вчиталась любопытствующая Тисса. Она сидела между мной и Эдом, периодически касаясь меня то плечом, то волосами, а пару раз клала руку мне на колено. Справедливости ради, другая ладонь в то же время лежала на колене Эда – как будто наши ноги заменяли ей отсутствующие ручки кресла.

Вскоре я почувствовал, что поплыл и у меня вот-вот окончательно развяжется язык – даже не столько от непривычного алкоголя, сколько от душевности посиделок и дружелюбного тепла.

Я скомканно распрощался, но они не дали мне уйти одному. Вышли всей компанией проводить до флаера, Ханг убедился, что я верно назвал точку назначения, потом они долго обнимали меня, хлопая по спине, а Эд заплетающимся языком говорил, что они проведут ревизию налутанного в данже «Зло из глубин», начнут неспешно распродавать все ненужное, и я обязательно получу свою долю за весь инст, а не только за последнего босса.

Всю дорогу до дома я дремал, а потому не знаю, сколько проспал, сидя в приземлившемся на крыше нашего дома флаере, – может, минуту, а может, час. Потом я, врезаясь плечами в косяки и протирая стены, доковылял до квартиры, дотащил себя до кровати и провалился в густой дремучий сон.

Проснулся только под утро от раздирающей нутро жажды, причем раздетый и накрытый одеялом – кто-то из родителей позаботился о своем впервые в жизни напившемся сыне. На прикроватной тумбочке стояла бутылка воды и стакан, а рядом белел диск шипучей таблетки, хорошо знакомый мне по отцовским похмельям.

Утолив жажду минерализованной болеутоляющей жидкостью, я поднялся с кровати. Эйты лежал рядом, опустив голову на лапы. Заметив мое пробуждение, он поднял ухо, но, считав настроение, подходить не стал.

С раскалывающейся башкой я бесцельно побродил по комнате, собираясь с мыслями. До школы было еще много времени, и начал я с самого простого: прибег к помощи «Домашнего доктора», а потом забрался в душевую кабину и долго стоял под струями, оживляющими тело и разум. Боюсь даже представить, сколько денег скрутил счетчик потребления воды.

Зато мне полегчало. Решив проверить, насколько угрозы Грега реальны, я залез в капсулу, но ожидаемо услышал сообщение о временном запрете на погружение во все игровые миры. Тогда-то я и вспомнил о письме от корпорации.

Дорогой Алекс!

Настоящим письмом я хочу сообщить, что мы уведомлены о поступившем на ваше имя школьном запрете на двухнедельное посещение Дисгардиума.

Принимая во внимание ваш особенный статус в мире и обязательства по времени нахождения в игре, я решила написать вам лично, чтобы успокоить. Все мы здесь, в «Сноусторме», когда-то учились в школе:-) Так что прекрасно вас понимаем и готовы войти в положение.

На время школьного запрета мы снимаем с вас все обязательства по присутствию в мире «Дисгардиума».

Желаю как можно скорее решить все вопросы, препятствующие погружению! Пусть небо Дисгардиума всегда будет чистым над вами!

С дружеским приветом,

Марианна Да Силва, специалист отдела по работе с клиентами,

«Сноусторм Инкорпорейтед».

Удовлетворенно хмыкнув, я собрался в школу и выбрался из своей комнаты. Втянув шею, под сочувственным взглядом отца выслушал мамины нотации, позавтракал и полетел на учебу.

Уроки промелькнули незаметно. Впервые за последнее время я почти не думал о Дисе, внимательно слушая преподавателей и добросовестно выполняя задания. На переменах мы болтали с «дементорами». Они предвкушали, как доберутся до Тристада и сдадут квест первому советнику Уайтекеру – с финального босса всем нам выпал скорпионий глаз, ставший квест-стартером.

В честь грядущего Дня благодарения Грег не стал настаивать на дополнительных уроках, но я их все равно отсидел, наверстывая упущенное.