Не зная отдыха и сна

Фома прошел к свободному месту и сел у стены. Закрыл глаза и стал думать. То что их разделили было очень хорошо. Если снежные эльфары считались шпионами княжества, то он просто слуга, которого наняли, чтобы проехать степь. А значит у него есть шансы отсюда выбраться.

Он просидел в раздумьях до вечера. Металлический лязгающий стук о решетку, заставил его открыть глаза. Принесли тюремную похлебку. Каждому выдали по горбушке черствого хлеба и тарелку супа с рыбой. Люди три пайки отдали оркам, себе оставили две.

– Ты тоже отдай! – приказал широкоплечий орк со сломанным клыком, тыкая в него пальцем. Фома встал быстро сделал два шага и вскоре орки валялись на полу без признаков сознания.

– Ешьте! – указал он на пайки людям. Те недоверчиво посмотрели на похлебку и на лежащих орков. – Ешьте, ешьте, – произнес он и спокойно усевшись на одного из орков, принялся поглощать тюремную баланду.

Фома незаметно оглядывал людей. Ему нужен был источник информации. Орки плохо подходили для этого дела, но вот один из людей явно был вхож в криминальный мир. Он первым потянулся к тарелке и быстро все слопал, затем пересел по ближе к Фоме. Фома облизал ложку и тихо проговорил:

– Разговор есть.

Человек кивнул и отсел в свой угол. Туда же прошел Фома и сел рядом.

– Что надо? – спросил человек, при этом тревожно поглядывал на лежащих орков. Был он худ и жилист, движения его были резкими и быстрыми. Невзрачное одутловатое лицо и живые глаза. Взгляд острый бегающий.

– Карманник, – догадался Фома. – Как отсюда выйти? – спросил он.

Человек усмехнулся:

– Выйти можно. Через судью на каторгу. Или откупится. Тебя какой путь устроит?

– Дерзкий, – Фома незаметно мазанул по человеку взглядом. – Откупится, – ответил он. – Если поможешь, я тебя тоже выкуплю.

– С чего бы это такая щедрость? – не поверил человек.

– Мне нужен помощник.

Человек задумчиво почесал большим пальцем правой руки заросший редкой бородой подбородок.

– У тебя есть деньги? – недоверчиво спросил он.

Фома жестом фокусника разжал ладонь и там оказался золотой. Сжал кулак и раскрыл снова. Там уже лежало два золотых. Он опять сжал кулак, а когда раскрыл ладонь, там к великому удивлению человека было пусто.

– Ловко, – пробурчал он. – Тебя что не обыскивали?

Фома усмехнулся:

– Обыскали, – человек тоже ухмыльнулся:

– Понятно. Но для выкупа этого мало. Нужно пять золотых корон. Тогда можно договариваться.

– На двоих? – переспросил Фома.

– Нет, на одного.

– Почему так много?

– Они делятся с дежурным судьей, который выписывает постановление на освобождение.

Фома посидел в раздумьях. Затем прошептал:

– Договаривайся.

Человек кивнул и встал. Подошел к решетке и закричал:

– Господин начальник! Господин начальник!

Через минуту подошел стражник, недовольно зыркнул на заключенного и ногтем стал ковыряться в зубах. Заключенный придвинулся поближе и зашептал. Что уж он там говорил никто не слышал. Стражник кинул взгляд на Фому и ушел. Человек уселся рядом.

– Стражник посмотрит, что можно сделать, – сообщил он.

Орки, наконец, стали приходить в себя. Они зашевелились и попытались встать. Но не смогли – только дрыгали руками и ногами. Так продолжалось около получаса.

Пришел стражник и поманил человека пальцем. Вскоре он вернулся.

– Хотят задаток, – сообщил он. – Не давай. Обманут.

Фома поднялся и подошел к решетке. Открыл ладонь и показал золотой. Закрыл ладонь и вновь открыл. Золотая монета исчезла.

– Давай деньги, и не шути со мной, степное отродье, – проговорил угрожающе стражник.

– После того как меня отпустят, – равнодушно ответил Фома.

– Отпустят, – усмехнулся стражник, – не сомневайся.

Орк отвернулся и пошел в свой угол.

– Эй! Ты куда? – воскликнул стражник. – А ну вернись.

Фома уселся и закрыл глаза.

– Сейчас бить будут, – услышал он голос человека. – Зря ты показал деньги, – но Фома сидел не шелохнувшись.

– Ну погоди, грязная лягушка, – прорычал стражник и ушел.

Вскоре он вернулся с еще тремя стражниками. Фома приоткрыл глаз и посмотрел как они открывают решетку. В руках одного был амулет. Только дверь приоткрылась, как Фома смазанным силуэтом мгновенно оказался рядом. Первым упал тот кто держал амулет. Через несколько секунд четверо стражников лежали без движения на полу. Фома повернулся к арестантам.

– Орки, – позвал он, – вы со мной?

– Мы с тобой, шаман, – проскрипел широкоплечий.

– А ты? – спросил он человека. Тот ухмыльнулся. – Не-а. Отсюда без постановления судьи не выйти.

– Так пошли к нему. Он выпишет. – Фома показал клыки, изобразив человеческую улыбку.

– О! Это можно! – засмеялся человек. – Я знаю где он сидит.

Орки закинули стражников в камеру и Фома закрыл решетку на ключ. Они прошли мимо десятка заполненных людьми камер и поднялись по каменной лестнице. Открыли деревянную дверь и вышли в коридор.

– Третья дверь справа, – прошептал человек.

Фома решительно толкнул дверь и вошел в помещение. Вышел он через десять минут с пятью постановлениями и одеждой судьи. Кинул ее человеку и приказал переоденься.

Тот спорить не стал, быстро натянул на голову парик и надел мантию. На грудь повесил жетон на серебряной цепочке. Фома протянул ему постановления.

– Веди нас, ваша честь, – произнес он. Человек принял листы, внимательно их просмотрел и произнес:

– Надо же, все в порядке!

Он пошел первым и открыл дверь в следующий коридор. Там сидел дежурный стражник и дремал. Увидел судью и вскочил.

– Лицом к стене, – не поднимая головы, приказал человек и стражник тут же повиновался. – Передай начальнику смены, что ты наказан за сон на посту, – произнес человек и пошел дальше. Орки двинулись следом.

Вскоре они вышли во двор тюрьмы. У ворот судья подал стражнику постановления. Но тот даже читать не стал, распахнул калитку и подобострастно согнулся в поклоне. Пятеро заключенных вышли из ворот тюрьмы и растворились в вечернем сумраке.

– Видать, шакалье семя, его чести очень хорошо заплатили, – глядя им вслед проворчал стражник. И сунул постановления в ящик стола.

– Почему ты так решил? – спросил второй.

– Потому что пошел провожать сам. Сквалыга, даже не поделился, – ругнулся первый.

– А теперь куда? – спросил человек, когда они отошли на порядочное расстояние.

– Нам нужно на время спрятаться и переждать, – ответил Фома.

Человек недолго думал:

– Есть такое место, шаман. Но нужно будет заплатить по серебушке с головы. За круг.

– Место надежное?

– Надежное.

– Тогда веди.

Они прошли почти весь город и вышли к убогому трактиру. Стоял он почти у самой стены, среди маленьких домишек мастеровых, таких же неказистых как и трактир. Человек обошел трактир и подошел ко входу в подвал. Постучал ногой в дверь. Через полминуты раздались шаркающие шаги. Затем старушечий голос спросил:

– Кого нелегкая ночью принесла?

– Баба Рулла, это я Ромс, по прозвищу Ловкие пальчики.

– Ты один?

– Нет, со мной товарищи.

– А говорят ты в тюрьме?

– Был, да вышел.

Раздался звук отпираемого запора. Дверь открылась и с лампой в руке на них уставилась седая косматая старуха.

– Ну точно ты Ромс, – прошамкала она и покачала осуждающе головой. – И еще волков степных привел с собой. Ты же знаешь у бедной Руллы нечем поживиться.

– Баба Рулла, нам надо спрятаться.

Бабка пошамкала сморщенными губами и произнесла:

– Золотая корона в круг.

– Ты старая совсем сдурела? – удивился Ромс.

– Как знаете, – проговорила старуха и стала закрывать двери.

– Мы согласны, – произнес Фома.

– Деньги вперед, – бабка протянула руку. Фома не чинясь положил на ладонь золотой. Удержал ее руку и потребовал:

– С тебя еда три раза вдень и горячая вода, – бабка попыталась выдернуть руку но Фома удержал. – Ты деньги приняла, – сказал он, – соблюдай договор.

Старуха уступила.

– Хорошо, шарныга, будет еда и вода, отпусти руку, – Фома отпустил руку. Старуха посторонилась, освещая проход, подняла лампу и не очень любезно пригласила она нежданных гостей. – Проходите, вонючки.

Первым прошел Ромс. За ним Фома и два орка. Старуха закрыла дверь и шаркая большими башмаками, пошла впереди. Они прошли заваленный всяким хламом коридор, вошли в небольшую комнату. Старуха поставила на грязный стол лампу и подошла к шкафу, открыла его и ловко отодвинула в сторону заднюю стенку. Вновь взяла лампу в руку и кивком головы позвала всех следовать за ней. Она скрылась среди развешанной одежды и четверка беглецов по одному последовала за ней.

За стенкой оказалась площадка и лестница ведущая вниз. Старуха стала спускаться и остальные двинулись следом. Внизу была еще одна дверь. Старуха открыла и посветив лампой, недовольно произнесла:

– Проходите лихоимцы. Если завтра не будет золотого, сдам вас властям.

– А не боишься? – улыбнулся Фома.

– А чего мне боятся, – в ответ старуха показала в усмешке гнилые зубы. Затем сделал пасс рукой и на ее руке возник огненный шар. Фома мгновенно развеял ее заклинание. И создал на своей руке зеленый туман. Он кружился вытягивался словно змея и тянулся к старухе. Та испуганно отпрянула.

– Шаман, твою итить! – в страхе произнесла она. – Знала бы, не пустила.

– Не переживай бабка, – улыбнулся Фома, показав большие клыки. Мы чтим договор. Будет тебе золотой каждый круг, – он развеял зеленную змею и создал светлячок. Огонек подпрыгнул к своду и осветил подземелье. Оглянувшись, Фома увидел, что это только первая пещера. Дальше в стенах виднелись еще два сводчатых проема.

– Хорошо если так, шарныга, – недоверчиво прошамкала бабка, – обживайтесь, если что нужно дерните за эту веревочку, показала она на веревку висящую у лестницы. Еда из трактира. Что жрать будете?

– Мясо, – рявкнули два орка, – и эль.

– Вас и не прокормишь, толстобрюхие, – скривилась старуха и пошла по лестнице наверх.

Фома огляделся и не трогаясь с места, спросил:

– Ромс, ты тут раньше был?

– Бывал. Не беспокойтесь. Рулла, она надежная. Тебя вообще как звать-то? – спросил он Фому.

– Зови Шаманом.

– Тогда пошли дальше, Шаман, там тюфяки на полу. А в правой комнате нужник. Я покажу, а потом принесу жратвы. После этого поговорим, – Фома кивнул.

– Показывай.

Они прошли дальше. В левом помещении на полу лежало шесть тюфяков набитых соломой. На стене из необработанных камней, висел масляный светильник. Ромс тут же его зажег.

– Ну, вы располагайтесь, – сказал он, – а я за жратвой.

Когда человек ушел, орки сели на тюфяки.

– Что дальше делать будем Шаман? – спросил орк с обломанным клыком. Фома уже понял, что среди этой пары, он был самым авторитетным.

– Я хочу вас нанять для одного дела.

– Что за дело? – спросил молодой и осекся под взглядом старшего.

– Выйдем из города, наймем отряд и отобьем моих товарищей. Если понравится, будете в моем отряде.

– Из города будет выйти трудно, – задумался широкоплечий. – После того как мы вышли из тюрьмы, тут такой переполох начнется, что все ворота закроют, все улицы будут прочесывать. Маги со стражниками везде лазить будут.

Фома усмехнулся:

– Выберемся, – затем лег на тюфяк.

Через час пришел Ромс. И отдуваясь, притащил тяжелую корзину. Под внимательные взгляды орков опустил корзину на пол и сел рядом.

– Здесь два гуся, две курицы и хлеб, три кувшина эля. – пояснил он. – Как заказывали, – первым сел и, достав курицу, разломил на части. Орки тут же присоединились к трапезе.

– Вас уже ищут, – жуя сообщил человек. – Награда пять золотых корон. Если, Шаман, не будешь старой Рулле отдавать по золотому, она вас сдаст. Паскуда старая, ничего не боится.

– Ты говорил, что место надежное, – Фома перестал есть и посмотрел на человека. Ромс опустил глаза.

– Людей бы не выдала. Но вы орки…

– Понятно. На нас воровская честь не распространяется. Будет ей золотые. Тебя самого-то ищут?

Человек широко улыбнулся.

– Меня нет, я не был записан, в книге арестантов. Взяли меня случайно, на рыночной площади. Подержали бы день два, выпороли бы и отпустили. «Обчество» бы внесло за меня выкуп.

– Так ты можешь выходить, значит? – о чем-то размышляя, спросил Фома.

– Могу.

– Очень хорошо. Я тебя нанимаю.

– На сколько и на какую работу? – живо спросил человек.

– Утром скажу, – ответил Фома поедая курицу. – Сходи по утру в город посмотри на обстановку. Вызнай, что там творится. По цене сговоримся, не обижу.

Орки в разговоре не участвовали.

Утром Ромс исчез из подземелья. Орк со сломанным клыком толкнул Фому.

– Люд ушел, Шаман. – сообщил он Фоме, который не спал и все видел, только притворялся спящим. – Сдается мне, он стражу на нас наведет.

– Не наведет, – ответил Фома и встал. Сходил в правую пещеру и справил нужду. Доел холодную курицу и запил водой. Делать было нечего и он улегся на тюфяк.

В полдень пришел Ромс с корзиной. Поставил ее на пол и сел рядом с Фомой.

– Так какая работа, Шаман? – спросил он.

– Работа простая, – повернул к нему клыкастое лицо орк. – Мне нужно знать, кто здесь богатый, и с кого можно вытрясти монеты.

– Вытрясти-то можно, – подумав ответил Ромс. – Только как ты выйдешь. Там хватают всех орков подряд. Сейчас орки потянулись из города. У ворот идут настоящие бои. Шум знатный стоит.

– Об этом не беспокойся. Сможешь ночью показать и сопроводить меня?

Человек посидел в раздумьях.

– Да, и спасибо, что не сдал нас, – произнес Фома. – Получишь сверх платы шесть золотых. Ромс вскинул голову.

– Серьезно? – переспросил он полный удивления.

– Вполне. За то, что не жадный и умный.

– Тогда так, – сказал Ромс. – Я пойду впереди, ты иди следом, если тебя схватят, я не причем.

– Договорились, – ответил Фома и стал поедать принесенную человеком снедь.

Ночью они вышли из подвала. Фома протянул старухе золотую корону и та удивленно хмыкнув, ушла себе за занавеску. Оттуда пробурчала:

– Ты, убогий, далеко не уйдешь. Вас, лягушек болотных, ищут по всему городу. Не вернешься, я твоих дружков продам.

– Хорошо, так и сделай, – спокойно произнес Фома и вышел вслед за человеком. Бабка кряхтя пошла закрывать за ними дверь.

На выходе Фома ушел вскрыт и последовал за Ромсом. Тот оглянулся и, не найдя орка, пожал плечами. Потом пошел по улице изображая пьяного. Навстречу им шел патруль из пяти стражников с фонарем в руках. Приблизившись к человеку, посвятили фонарем и пошли мимо. По всему городу сновали патрули. Но Ромс изображая пьяного спокойно шел себе и шел, за ним прячась следовал Фома. У каменного дома с высоким забором Ромс остановился и, прижавшись к глиняной стене, тихо спросил:

– Шаман ты здесь?

– Здесь, – раздалось рядом с ним справа и человек от неожиданности подпрыгнул, ухватился рукой за грудь и проворчал:

– Ты не пугай так больше. Это дом ростовщика. Охрана три пса и два амбала. На доме охранное заклятие. Дальше ты уже сам… Тебя ждать или без меня вернешься?

– Жди, может нужно будет помочь вскрыть сундук. Сможешь?

– Если не будет защитного заклятия, смогу, – прошептал Ромс.

– Тогда стой здесь, чтобы я тебя не искал.

В месте, где был расположен дом ростовщика, царила темень. Дом стоял отдельно, к нему вела дорога с двух сторон обсаженная тополями. Ромс, понимая, что его не видят, уселся прямо на землю.

Фома обошел забор в два человеческих роста сложенный из камней и облепленный глиной. Нашел удобное место и быстро забрался наверх. Он давно применил ночное зрение.

Двор был обширный. Часть его занимал фруктовый сад. Со своего места Фома видел, что у высокого крыльца лежали три волкодава. Такие и орка разорвут в два счета. Человек его не видит, но эти псы учуют. Фома достал спрятанный амулет духов. Сел и настроился на транс. Вскоре он почувствовал вокруг себя движение. Это зашевелились духи заточенные в амулет. Они жаждали вырваться из плена и готовы были сделать все, что прикажет пленивший их колдун. «Один» – считал Фома, вот уже два и наконец появился третий. Орк указал на псов и отпустил их. Три невидимых простым глазом сущности устремились к спящим псам. Фома видел как они втянулись в тела и тут же устремились вверх к ночному небу. Там их ждал покой. Они уходили за грань.

Псы продолжали лежать в прежних позах, но Фома знал, они уже были мертвы. Он спустился со стены и прошел к крыльцу. Оглядел магическим зрением дом и увидел нити защитного заклятия простенького и запитанного на амулет под половицами крыльца. Фома сплел нити и подсоединил себя к амулету. Создал заклинание поглощения и поглотил всю энергию амулета. Магический запас его немного возрос. Теперь можно входить в дом. Фома приметил открытое окошко на втором этаже и по выступам стены стал взбираться к нему. Вскоре он проник в дом. Остановился и прислушался. Его чувства говорили, что наверху в спальне двое и двое человек внизу. Он внутренним взором тщательно обследовал коридор, в котором находился, и не найдя ловушек двинулся вниз.

Первого охранника он обнаружил спящим у лестницы наверх. Протянул руку и нажал на точку справа на шее. Охранник перестал храпеть и опустил голову на грудь. Второго он нашел на кухне, тот уснул не доев пирог. Этот тоже был тихо обезврежен.

Разобравшись с охранной, Фома поднялся наверх. В спальне спал толстяк лет пятидесяти в ночном колпаке, а рядом лежала на боку молодая девушка в ночной рубахе, закинув ногу на толстяка. Ее волосы разметались по подушке. Фома осторожно ухватил девушку за шею, та встрепенулась и обмякла. Под подушкой толстяка лежал магический предмет. Его Фома достал не потревожив сон ростовщика. Это оказался амулет с огненной стрелой. Фома спрятал его в карман куртки. Затем потряс толстяка.

Ростовщик замычал и отмахнулся рукой, но сильный рывок скинул его на пол. Упав, хозяин дома охнул и выругался. Хотел подняться, но неведомая сила придавила его голову к полу. Он хотел закричать, но что-то сильно ударило его по открытому рту, заставив захлебнуться криком. Затем сильнейшая боль скрутила все его тело. Он стонал, мычал, но не мог избавиться от нее. Затем боль ослабла и ростовщик услышал шепот:

– Мне нужно пятьсот золотых монет. Отдай их мне и боль пройдет.

Ростовщик замычал и вновь сильнейшая боль стала властвовать в его теле. Теперь это продолжалось дольше. Ростовщик не выдержал и почувствовал как по ногам потекла горячая струя. Боль спала.

– Ты все равно отдашь мне свои деньги, – услышал он шепот в ухе. – Ты хочешь почувствовать боль вновь?

И опять он был погружен в безумие боли. Сколько это продолжалось он не знал, но готов был отдать все что имел, лишь бы не чувствовать этой боли. Когда спазмы прошли, он прохрипел:

– Я отдам деньги, отдам все что захочешь, только не мучай меня.

– Где они?

– Здесь… В моей спальне… Дай добраться.

– Ползи!

Следуя приказу ростовщик пополз к стене. Фома проследил взглядом куда он полз и обнаружил в стене скрытую дверку. Но дверка не простая, с секретом. Рядом с ней был люк. «Удрать хочет паршивец.» – ухмыльнулся Фома и снова боль накрыла ростовщика.

– Удрать не получится. Где деньги? – ростовщик вздрогнул от зловещего шепота, как от удара хлыстом. Этот голос наводил на него ужас, с которым он не мог бороться. За этим тихим спокойным голосом следовала боль. Как он ее боялся! Это он не мог передать.

– Следующий раз у тебя навсегда откажут ноги и ты останешься калекой, а я все равно получу свои деньги.

Он поверил и пополз в другую сторону. Дополз до кровати и прошептал:

– Они в матраце.

Ростовщик видел как взметнулось одеяло. Как упала девушка на пол и осталась там лежать. Как появился нож. Вспорол матрац и появились кошели с золотом.

Это был его неприкосновенный запас. Тысяча золотых корон, которые он держал у своего сердца. Они доставляли ему покой и тихую радость. Грели его душу, он никогда бы не расстался с этим золотом, но терпеть боль, он больше не мог. Его сознание было полно ужаса и безумного страха. Невидимка не оставил ему шансов. Кошели исчезали один за другим. Затем он почувствовал дыхание на своей щеке вздрогнул и впал в беспамятство.

Фома перепрыгнул через забор и тихо свистнул. Тут же появился Ромс.

– Ну что? Не получилось? – шепотом спросил он.

– Все нормально, человек, возвращаемся, – Ромс недоверчиво посмотрел на орка, но спорить не стал.

– Сейчас возвращаться опасно, – прошептал он, – патрули хватают всех кого заметят и тащат в казармы. Что делать будем? Оставаться здесь тоже нельзя, нас с рассветом заметят.

– Ничего, – успокоил его Фома, – переждем в доме ростовщика, а утром вернется.

– Не. Я туда не сунусь, – Ромс в страхе отпрянул, – там такие псы, мигом разорвут.

– Не бойся, они мертвы. Я сейчас перелезу через забор и открою калитку, ты войдешь и мы переждем внутри.

– А охрана?

– Спит, – кратко ответил Фома, не вдаваясь в подробности. – Подсоби, я встану тебе на плечи и заберусь наверх. Ром согнулся и Фома ловко забрался ему на спину, ухватился руками за край стены, подтянулся и скрылся.

Вскоре открылась калитка и Ромс, еще до конца не веря, проскользнул вовнутрь.

– Пойдем в дом? – спросил он.

– Нет, подождем здесь в сторожке, – указал Фома на маленький домик у ворот.

В сторожке они пробыли до рассвета и ранним утром покинули дом. В подвале Фома умылся и лег спать.

– Как все прошло? – спросил Ромса старший орк. Его имени Ромс не знал, а спрашивать у громилы не решался. Он только пожал плечами.

– Не знаю. Шаман перелез через забор, убил собак и вернулся. Проснется, сами спросите.

– А чего так долго ходили. Всю ночь?

– Ночью было опасно возвращаться, – нехотя ответил он и пояснил: – патрули ловили всех подряд, всех кто бродил ночью.

– И где вы прятались?

– В доме ростовщика.

– Хм. В доме? – повторил орк. – Ладно, проснется шаман, спросим его. Тащи жратву.

Ромс хоть и не хотел идти, но спорить не стал, встал и ушел. Вернулся он нескоро и с новостями.

– Орки покинули город, – сообщил он. – Часть из них посадили в городскую тюрьму. Теперь, если вы покажитесь на улице, вас загребут.

– Ничего, – спокойно произнес старший, – шаман что-нибудь придумает.

Фома встал, умылся и вернулся. Сел и открыл ладонь. На ней лежало шесть золотых монет.

– Ромс, это тебе за мудрость, с которой ты поступил, не поддавшись жадности, продать нас страже.

Человек удивленно уставился на ладонь и осторожно протянул руку, чтобы забрать монеты.

– Шаман, ты просто сумасшедший, – проговорил он, пряча золото. – Так просто разбрасываешься деньгами…

Орк с обломанным клыком скривился:

– Это вы, людишки, готовы за металл продать душу. Шаман мудр. И знает цену всему. Лучше он тебя перекупит, чем ты продашь его страже. Жизнь и свобода дороже всякого золота.

Ромс ничего не ответил.

– Сделай еще одну работу, – спокойно продолжил Фома. – Узнай, где содержатся два снежных эльфара юноша и девушка. Их должны отсюда перевести в столицу провинции. Надо узнать когда повезут. Затем купи повозку и бочки. Я нарисую тебе, как оборудовать повозку. Сможешь сделать?

– Хм. Узнать-то могу, но это будет стоить золотого. Повозку куплю и оборудую. Это еще половину золотого. И кони пара… Если брать тягловых, то два золотых. Итого три с половиной илира.

Фома положил четыре монеты пред человеком.

– За работу дам десять золотых, – сказал он.

Ромс кивнул и забрал монеты. Поел наспех и ушел. Не было его до вечера. Пришел он усталый и довольный. Принес еды, вынес полное ведро испражнений и вернулся. Сел.

– Иди руки помой, – приказал Фома. Человек поплевал на ладони и вытер о штаны.

– Иди руки помой, – повторил Фома.

– А что с ними не так? – удивился Ромс. Старший орк прорычал:

– Ты ими дерьмо выносил, бледнолицый!

– Хорошо, хорошо, – Ромс встал, – только не надо нервничать. – Понюхал руки, пожал плечами и ушел в правую пещеру. Вскоре вернулся. Протянул руки и показав их, спросил:

– Так пойдет?

Фома спокойно кивнул. Человек сел. Налил в кружку эль и выпил. Вытер рот рукавом и начал говорить:

– Значит так. Повозку купил. Рисуй, Шаман, как ее оборудовать. Снежки в тюрьме. Через четыре или пять дней их повезут в Мидлех. За ними специально прибудет конвой.

Пол был земляной и Фома кинжалом нарисовал как устроить тайник в повозке. И подробно объяснил. Все трое, человек и орки внимательно его слушали. План был следующий. В повозке делается двойное дно. Посередине на ложном основании вырезаются три дыры, чтоб в них могли поместиться сидя орки и вытянуть ноги. Сверху на них одеваются бочки. В бочку орк не влезет слишком большой, но половину тела она скроет. Повозку заставить бочками. Если повозку проверят то обнаружат только бочки.