Обреченные на битву

Предыстория

Исход

Это случилось двадцать пятого июля две тысячи семьдесят шестого года от Рождества Христова ровно в пять часов утра. Хитроумная автоматика Ямальской энергостанции отметила несанкционированный всплеск активности в рабочей зоне реактора, обусловленный сбоем одного из компьютеров, управляющих процессом термоядерного синтеза. Дело в том, что в результате незначительной системной ошибки в «топку» реактора какое-то время поступало на одну сотую процента больше положенной нормы дейтерия и трития. По большому счету, ничего страшного и выходящего из ряда вон не произошло. Плазменный шар, заключенный в электромагнитный кокон, не вырвался на волю, а некоторое повышение напряжения в сетях не было критическим и привело лишь к кратковременному включению компенсационных модулей. Без вмешательства человека главный компьютер станции блокировал ошибочные команды, отключил неисправное «железо» и отдал приказ нанороботам приступить к ремонтным работам. О чем, в полном соответствии с заложенной в него программой, доложил начальнику смены дежурных операторов станции, выведя на экраны дисплеев главного терминала несколько колонок цифр. Через тысячную долю секунды после начала сбоя термоядерный реактор вновь вернулся в штатный режим.

Все вышеизложенное произошло настолько быстро, что, случись непоправимое, рецепторы не успели бы донести информацию до мозга наблюдателя до того, как сам наблюдатель превратился бы в облако раскаленных газов. К счастью, ничего фатального на этот раз не случилось. Компенсаторы стойко приняли на себя избыточный скачок мощности, несколько сгоревших предохранителей тут же восстановили вездесущие нанороботы. Начальник смены сделал в вахтенном журнале соответствующую запись и, присовокупив к нему данные измерительной аппаратуры, направил электронное письмо с отчетом о нештатной ситуации в Новосибирск и Москву – пусть создатели термоядерного монстра ломают голову над всякими необъяснимыми феноменами, которые время от времени выдает их любимое детище.

Надавив на клавишу «Enter» и убедившись в том, что письмо умчалось к адресату, начальник мысленно представил, как в течение нескольких последующих дней по коридорам энергостанции будут носиться туда-сюда толпы оголтелых теоретиков и донимать обслуживающий персонал разными мудреными вопросами. Оставалось молить небеса о том, чтобы столичная и новосибирская братия отнеслась к случившемуся философски, мол, все хорошо, что хорошо кончается, и отменила сокрушительный набег своей орды на заполярное поселение мирных операторов…

В это же самое время в пятнадцати верстах от энергетического комплекса среди бескрайних просторов тундры нагуливало жирок, неспешно поглощая ягель, стадо оленей. Владелец этого рогатого хозяйства, заслуженный оленевод Ямало-Ненецкого автономного округа (имя этого человека, к сожалению, история не сохранила) восседал на корточках рядом со своим чумом и, щурясь раскосыми глазами на подрастающую молодь, попыхивал сигаретой. О чем думал заслуженный оленевод, нам неизвестно, но не составляет труда восстановить ход его мыслей в тот момент, когда в полусотне метров от его жилища появилось странное переливчатое образование овальной формы примерно четырех метров в высоту и двух в ширину.

«Однако странная ёшкина хрень, – подумал мужчина, – нужно бы сходить посмотреть».

Растолкав на всякий случай своего старшенького, оленевод со свойственным всем представителям северных народов спокойствием потопал прямиком к похожему на огромный мыльный пузырь образованию. Он вовсе не подозревал о том, что в этот момент совершает великий подвиг во благо человечества, перед которым славные деяния всех прочих первопроходцев, начиная с Марко Поло и заканчивая Гагариным и Армстронгом, попросту меркнут. Какие чувства испытал первый покоритель межвселенских просторов в тот момент, когда отважно ткнул указательным пальцем в радужную полупрозрачную поверхность, так навсегда и останется тайной за семью печатями, поскольку «мыльная» пленка внезапно вспучилась, заключила в свои объятия щуплую фигурку отважного оленевода и на глазах испуганного ребенка в мгновение ока поглотила его отца. Повисев еще с полчасика в воздухе, странное образование растворилось, будто его вовсе не существовало…

Прибытие на территорию Ямальской энергостанции компетентной комиссии по странному стечению обстоятельств совпало с появлением у ворот режимного объекта горластой ненки, которая с громкими криками и рыданиями требовала, чтобы «атомные шайтаны» выдали прямо ей на руки ее горячо любимого и обожаемого супруга. По какой причине дама связала пропажу мужа с существованием на побережье Карского моря термоядерной энергостанции, мы также вряд ли когда-нибудь узнаем, скорее всего, сработала хваленая женская интуиция или что-нибудь в этом роде. Однако одному из вновь прибывших теоретиков пришла в голову светлая мысль провести расследование на предмет выявления явных или скрытых связей между сбоем в работе реактора и пропажей заслуженного оленевода…

Так или иначе, но в результате долгой кропотливой работы ученым удалось выяснить, что имевший место незапланированный случай на ядерном объекте и появление переливчатого «мыльного» пузыря – явления взаимосвязанные. Модулированный случайным образом всплеск мощности нейтронного излучения вызвал появление узконаправленного пучка микрочастиц, неизвестных ранее науке. На расстоянии пятнадцати километров от энергостанции этот поток, потеряв кинетическую энергию, сконденсировался в облако, которое, в свою очередь, вызвало локальное искривление пространства, что, в конечном итоге, привело к образованию субпространственного прокола между двумя параллельными континуумами.

Если бы отчаянному оленеводу не пришло в голову проявить чудеса храбрости (или глупости – понимай как хочешь) и сунуть нос туда, куда любое здравомыслящее существо ни за какие коврижки его не сунет, вполне возможно, дальнейшее развитие человеческой цивилизации пошло бы по совершенно иному пути, но, как гласит народная мудрость: «Что Бог ни делает – все во благо». Убитой горем супруге незадачливого первопроходца, сгинувшего без вести в одном из миров бесконечного клубка параллельных вселенных, из фондов национального развития северных народов выплатили приличную денежную компенсацию. На этом женщина успокоилась и, вполне вероятно, обладая эдакими деньжищами, а также приличным оленьим стадом, по закону перешедшим в полную ее собственность, довольно быстро нашла себе нового супруга.

Что касается самого феномена, не нужно быть семи пядей во лбу для того, чтобы понять, какие выгоды можно получить, наладив двухсторонний устойчивый портал с каким-нибудь богатым полезными ресурсами, никем не занятым уютным мирком. Дело в том, что, несмотря на все успехи в различных областях науки и техники, позволившие семи миллиардам жителей Земли вести вполне сносное существование, внутренние противоречия человеческого общества продолжали обостряться. Умозрительные построения и теоретические обоснования идеалистов-утопистов всех мастей о том, что в сытом обществе не станет причин для вражды и ненависти, во второй половине двадцать первого века рассыпались, будто карточный домик. Освободившись от необходимости гнуть спину от зари до зари ради скудного пропитания и получив это пропитание совершенно бесплатно и в неограниченных количествах, человек выпрямился, осмотрелся и вместо того, чтобы приступить к процессу духовной самореализации, первым делом обратил свой взор на то, как живет его сосед. Вполне естественно, что кое-кто из его соседей по планете жил не так, как того хотел этот освобожденный индивид. Что из этого следовало, объяснять излишне. Короче говоря, во второй половине двадцать первого века жизнь на Земле по причине разногласий политических, экономических и религиозных стала не лучше, чем была во времена строительства пирамид рабами Египта, или в эпоху Крестовых походов и монголо-татарского нашествия, или какую-нибудь сотню с небольшим лет назад, когда на полях Второй мировой гибли миллионы людей.

Проект нарекли весьма недвусмысленно – «Зазеркалье» и тут же засекретили. Специальным (также секретным) указом президента объявили приоритетным. Привлекли к его реализации самые светлые ученые головы, не забыв на всякий случай разбавить неорганизованную массу «ботаников» изрядным количеством весьма уравновешенных личностей, по бравому внешнему виду которых нетрудно было определить, из каких НИИ прибыли эти «научные сотрудники». И работа на бывшей Ямальской энергостанции, а теперь особо секретном научном объекте закипела.

Не стоит удивляться тому факту, что столь явная возня российских спецслужб вокруг рядового энергетического комплекса привлекла внимание их коллег из других стран. Как водится, первой до истины докопались парни из израильской Моссад, и уже через пару месяцев энергетический комплекс, расположенный на побережье Средиземного моря недалеко от Ашкелона, был преобразован в режимный объект высшей степени секретности. Ребята из ЦРУ и «МИ-6» ненамного отстали от своих израильских коллег, а там и японцы с китайцами подсуетились. А через годик-полтора стараниями ретивых журналистов и озабоченных судьбами человечества ученых вся правда-матка о проекте «Зазеркалье» и прочих аналогичных исследованиях ведущих стран мира обрушилась на головы неподготовленного обывателя. Что тут началось! Многочисленные популяризаторы от науки и политиканы с пеной у рта предрекали человечеству либо всяческие блага, либо полный крах современной цивилизации.

Одни пугали тем, что, проложив дорогу к бесконечному множеству вселенных, люди столкнутся с иными, чуждыми, даже враждебными существами, далеко ушедшими вперед в своем развитии. Другие пророчили появление болезнетворных организмов, которые уничтожат все сущее на планете. Третьи предрекали всеобщий исход народонаселения Земли в более благодатные миры с неизбежным последующим одичанием переселенцев или даже их полным вымиранием, что в конечном итоге должно было привести к закату человеческой цивилизации.

Оптимисты, в свою очередь, яростно спорили с пессимистически настроенной частью «экспертов». Не менее рьяно, нежели их осмотрительные оппоненты, они объявили предстоящий прорыв щедрым даром Господа Бога за все муки и беды, перенесенные человечеством на пути к вершинам прогресса. «Вот та Земля Обетованная, – вещали они, – в поисках которой Моисей сорок лет водил свой народ по пустыне».

Прагматики рассматривали этот дар как неиссякаемый источник сырьевых ресурсов, экологически чистых сельскохозяйственных продуктов и других материальных благ. Начитавшиеся фантастических романов из серии альтернативной истории романтики с замиранием сердца ожидали того момента, когда окажутся в одной из множества нереализованных в нашем мире вероятностных реальностей. Весьма заманчиво узнать, в какую сторону повернулась история человечества после того, как Ганнибалу удалось победить спесивый Рим, Чингисхан умер от холеры в младенческом возрасте, а Наполеон одержал сокрушительную победу при Ватерлоо.

Пока возбужденное человечество предавалось эйфории ожидания чуда и было занято обсуждением позитивных и негативных сторон предстоящего чуда, ученые на засекреченных ядерных объектах продолжали усердно трудиться во благо того государства, что финансировало их труды. Первым межмировые врата удалось распахнуть все-таки российским ученым, и немудрено – в их руках находились данные многочисленных датчиков, контролирующих работу энергостанции. «Распахнуть», конечно же, громко сказано – воспроизвести односторонний портальный переход оказалось половиной дела, причем не самой сложной его половиной. Различные предметы и подопытные животные исправно исчезали в радужном мареве мыльного пузыря, но самоходные роботы, дрессированные шимпанзе и собаки возвращаться назад упорно отказывались. Памятуя о пропавшем оленеводе, посылать в мир иной человека теоретики так и не решились.

Короче говоря, в данном случае ученые столкнулись с очередным неразрешимым парадоксом и с поставленной задачей в рамках национальных проектов справиться не смогли. После долгих и нудных переговоров на уровне правительств ведущих мировых держав с привлечением самых именитых персоналий от науки было решено объединить усилия.

Принято считать ученых мужей, профессионально занимающихся наукой, а в особенности физиков-теоретиков, людьми не от мира сего. Среди простых обывателей бытует мнение о том, что истинный служитель науки – полностью погруженный в умозрительные изыскания неисправимый ботаник, постоянно забывающий завязывать шнурки, регулярно опаздывающий к завтраку, обеду и ужину, беззастенчиво игнорирующий назначенные им же самим деловые и дружеские встречи. На самом деле это величайшее заблуждение. Конечно же, среди ученых-физиков попадаются подобные растяпы, однако таковые имеются и среди обыкновенных продавцов, и среди вечно нетрезвых сантехников, а также среди продвинутых юных гениев от информационных технологий. Среднестатистический научный сотрудник вовсе не чужд благам цивилизации и не стесняется требовать от своего работодателя приличных условий существования. По причине заполярного местоположения Ямальский энергетический комплекс в качестве международного центра по изучению межпространственных взаимодействий никак не устраивал привередливых иностранцев. Все доводы российской делегации о пользе здорового сибирского климата, богатой рыбалке, обилии зверья и птицы не находили отклика в закостенелых душах непривычных к пятидесятиградусным морозам и несметным полчищам гнуса европейцам, американцам и азиатам. После долгих дебатов решили разместить лабораторию на нейтральной территории, а именно в израильском Ашкелоне, дескать, ни вашим, ни нашим: хитромудрые евреи хоть и самозабвенно дружили с американцами, но при этом с пиететом относились к России, из которой вышло не менее четверти всего населения государства Израиль. К тому же Средиземное море вам не Северный Ледовитый океан, а финиковые пальмы, разнообразные цитрусовые и прочее растительное изобилие рядом не стояли с карликовыми березами и гигантскими грибами заполярной тундры.

Таким образом, на территории ашкелонского энергетического центра собралась разношерстная команда ученых мужей, как теоретиков, так и практиков, среди которых очень часто попадались парни неброской наружности с цепким взглядом внимательных глаз, предпочитавшие во время бурных научных дебатов держать рот на замке и по большей части внимать речам своих коллег.

Через полгода совместными усилиями интернациональной братии удалось разработать относительно компактную установку, не привязанную к термоядерному реактору, с помощью которой в любой точке планеты можно было создавать односторонние переходы в иные миры. Однако главная проблема, а именно односторонность этих переходов, ни в какую не желала поддаваться пытливому коллективному разуму. Как это бывает довольно часто, помог случай.

Однажды выездная экспедиция исследователей направилась в центральную часть пустыни Негев, чтобы вдали от густонаселенных районов провести ряд научных экспериментов. Планировалось запустить одновременно два устройства, искривляющих пространство, чтобы оценить степень воздействия одного на другое, а также произвести измерения интерференционных эффектов, векторов изменения гравитационного поля и прочих аномалий, которые непременно должны возникнуть в результате синхронной работы установок. Ученые на сей раз преследовали чисто академические цели, ибо никаких практических результатов от предполагаемого эксперимента не ожидалось. Однако случилось непредвиденное. Проработав в синхронном режиме не более пяти минут, установки вышли из-под контроля управляющего компьютера и начали вытворять нечто, напоминающее грядущее светопреставление. По укоренившейся еще со времен осторожных алхимиков традиции вершить свои таинства в темное время суток ученые и на сей раз не изменили этому правилу. По этой причине все происшедшее выглядело бы намного эффектнее и пугающе, приключись оно в светлое время суток. Свидетели описывали случившееся следующим образом. Поначалу, как обычно, в воздухе вспыхнули два переливающихся, будто мыльная пленка, излучающих слабое бирюзовое свечение овала. Провисев некоторое время, овалы начали пульсировать, наращивая мощность излучения и увеличиваясь в размерах. Минут через пятнадцать один из тягачей с оборудованием, обеспечивающим поддержание в рабочем режиме второго портала, исчез прямо на глазах испуганных зрителей вместе с водителем и дежурной бригадой операторов. В то же мгновение оба овала слились в один, и вместо знакомой переливчато-полупрозрачной мерцающей поверхности перед глазами ошарашенных наблюдателей распахнулась дверь в ярко освещенный полдень иной реальности. К всеобщему облегчению, злосчастный вездеход со всем оборудованием и людьми в целости и сохранности стоял примерно в пятидесяти метрах за вратами в тени группы деревьев, внешним видом напоминающих финиковую пальму…

О культурных, нравственных и общественно-политических последствиях Великого Исхода, напоминавшего скорее массовое бегство, теперь, спустя тысячелетия, можно говорить всякое. Людей, бежавших в межпространственные дали от экономической неустроенности, социальной несправедливости, по причине религиозных противоречий или попросту в поисках приключений, можно называть трусами, эскапистами, инсургентами и прочими обидными словечками. Однако, изучив внимательно ситуацию, сложившуюся на Земле ко второй половине двадцать первого века, не будем торопиться с выводами: все-таки семь миллиардов индивидуумов на одной сравнительно небольшой планетке – непомерный груз. Тем более что вся эта огромная людская масса была разделена непреодолимыми барьерами национального, религиозного, морально-этического характера.

За какие-то пятьдесят лет, прошедших с момента прорыва человеческой цивилизации, население земного шара только за счет оттока эмигрантов уменьшилось на восемьдесят процентов. Возникли сотни новых миров, населенных исключительно китайцами или русскоязычной братией. У правоверных мусульман появилась возможность реализовать мечту о Всемирном Халифате, тиражированную с различными нюансами в дюжине измерений. Белое население США наконец-то смогло избавиться от ненавистного соседства с «черномазыми бездельниками» и «надоедливыми латинос». Евреи со всей напористостью, свойственной большинству представителей этого народа, также бросились осваивать новые территории, не отказавшись от единоличного права обладания Вечным городом, как, впрочем, их извечные оппоненты – мусульмане…

Здесь необходимо отметить одну особенность. Связь между отдельными пространственно-временными континуумами можно было осуществлять исключительно опосредованно через первичную реальность Земли, поскольку все попытки нащупать прямые пути между вновь обретенными мирами были обречены на полный провал, ибо отыскать таковые в бесконечном переплетении мировых линий – задача попросту невыполнимая. По этой причине вырисовывалась интересная перспектива относительно дальнейшей участи старушки Земли. Самой судьбой ей было предопределено стать единым координационным центром и межмировым узлом торговых, экономических и культурных связей между великим множеством новообразованных человеческих цивилизаций.

Однако по ряду причин, главной из которых является человеческая жадность, или, по-другому, – извечное стремление, свойственное каждому представителю вида гомо сапиенс, обладать единолично всяким по-настоящему ценным предметом, случиться сему не было суждено. Конечно же, оставшиеся на Земле обитатели прекрасно осознавали исключительное положение своего мира. По этой причине некоторыми лидерами отдельных государств начали предприниматься попытки установления господства над изрядно обезлюдевшей планетой. Как следствие подобных действий разразился глобальный ядерный конфликт, уничтоживший не только остатки человечества на Земле, но и повлекший за собой закрытие всех межмировых врат, что в конечном итоге привело к полной изоляции друг от друга отдельных пространственно-временных континуумов, освоенных человечеством.

Все попытки переселенцев наладить прерванную связь со своей потерянной родиной не увенчались успехом. Откровенно говоря, подобных попыток было не так уж и много. Оказавшимся в непривычных условиях обитания людям было не до земных проблем – своих выше крыши. Коль связь с метрополией потеряна, а сама метрополия превращена в радиоактивную пустыню, необходимость заставляла засучив рукава впрягаться в долгую и тяжкую работу, чтобы попытаться выжить без посторонней помощи. Только теперь, оказавшись в изолированных условиях, без всякой экономической и научно-технологической поддержки, люди поняли, насколько им было уютнее на матушке Земле, даже бок о бок с ненавистными соседями.

По-разному сложились судьбы переселенцев. Некоторые сообщества впали в дикость и, если не вымерли, вынуждены были заново повторять пройденный когда-то человечеством путь общественного развития. Более крупные группы переселенцев, потоптавшись несколько поколений на месте, в ускоренном темпе рванули вперед по пути научно-технического прогресса. В процессе освоения новых земель люди время от времени сталкивались с их коренными обитателями. Чаще всего эти контакты заканчивались весьма плачевно либо для людей, либо для аборигенов. Реже им удавалось договориться между собой. В этих случаях мыслящие существа узнавали друг от друга много нового, неожиданного, порой весьма интересного и полезного. Иногда различные группы разумных объединялись в единое сообщество. Неизменной оставалась извечная тяга человечества к всякого рода вооруженным конфликтам, как будто само понятие «война» было его неотъемлемой потребностью, вплетенной в генетический код гомо сапиенс самим Создателем.

Цитадель

Кумулятивный заряд, установленный стариной Храпом, сработал именно так, как нужно, – в нижней части купола цитадели образовалось овальное отверстие, через которое боевая диверсионная пятерка, или попросту «пятерня», могла свободно проникнуть внутрь тщательно охраняемого периметра. Данай подождал еще минуту. Вроде бы все спокойно, нарушение целостности сверхпрочной кристаллитовой преграды прошло незамеченным для защитников цитадели, и немудрено – Его Магическое Сиятельство старина Ангелан, памятуя о недавно полученном за прошлые грешки нагоняе, на сей раз расстарался, чтобы энергия взрыва не растрачивалась попусту на шумовые и световые эффекты, а была полностью задействована по прямому назначению. Не теряя времени, Дан поднял правую руку растопыренными пальцами вверх, чтобы ее заметили остальные члены боевой группы, и сжал в кулак – сигнал к общему сбору. Тут же в небольшом окопчике рядом с ним будто бы прямо из воздуха материализовалась облаченная в боевой «хамелеон» полупрозрачная фигура эльфа Ронсефаля. Затем одновременно нарисовались огр Канат и маг группы Ангелан. Последним, как обычно, подоспел на своих коротеньких ножках менее проворный гном Храп. Дан как командир отряда придирчиво осмотрел подчиненных. Все вроде бы нормально: «хамелеоны» работают исправно, амуниция тщательно подогнана, бластеры до поры до времени завернуты в чудесную ткань, из которой изготовлены маскировочные халаты. Без лишних слов с помощью все той же руки Данай объяснил подчиненным порядок скрытого проникновения внутрь оборудованного противником укрепрайона. Первым шел, как всегда, ловкий эльф, следом сам Дан, далее Ангел с Храпом, и замыкал группу массивный огр с тяжелым станковым бластером. Командир вопросительно посмотрел на мага, и Ангелан, моментально сообразив, что от него хотят, показал два пальца. Это означало, что еще целых две минуты вражеские системы внешнего наблюдения за этим участком периметра будут функционировать, мягко говоря, в не совсем штатном режиме. Иными словами, на экранах своих мониторов бдительные стражи ничего не увидят, кроме колышущейся под напором легкого ветерка серебристой ковыльной поверхности необозримой степи.

Практически сразу после того, как смутный силуэт эльфа пропал в проломе стены, чуткое ухо Даная уловило тонкий на уровне порога слышимости призывный свист – Рон не обнаружил ничего подозрительного, можно двигаться дальше. Командир диверсионной группы махнул рукой остальным ее членам и, споро преодолев трехметровый тоннель, созданный пару минут назад стараниями одного гнома-подрывника, укрылся за остовом безнадежно изуродованного боевого робота, отбуксированного до поры до времени защитниками цитадели к крепостной стене по причине полной его негодности. После того как все остальные бойцы рассредоточились вокруг основательно выпотрошенного корпуса боевой машины, Ангел прямо на глазах привычных к его чародейским штучкам товарищей начал заращивать отверстие, точнее, наводить морок в районе пролома купола, чтобы никто не смог увидеть проход и поднять преждевременную тревогу.