Любовь как награда

Сколько себя помню у меня никогда не было родителей. Мое первое воспоминание о детстве – это келья старой Дарии. И, наверное, самое светлое и теплое, что было в моем детстве связано с этой старой служительницей храма. Мы всегда жили при храме в небольшой комнатке. Кровать, стол, шкаф вот и все убранство. Небольшой огородик был отдан под душистые травы. Все что я знаю о мире и магии – это рассказы Дарии. Как сказки перед сном она рассказывала мне легенды и предания мира. Некоторые я потом встречала в книгах, некоторые она наверно придумала. Вообще у нас с ней был свой сказочный мир. Там жили прекрасные нимфы, дриады, лешие и водяные, эрлы и мары, прекрасные эрмины. Девушки в нашем мире были сказочно красивы и имели множество уникальных способностей. Они могли управлять растениями и разговаривать с деревьями, или управлять животными, разговаривать на всех языках мира…. Перечень можно было продолжать до бесконечности. Какими способностями мы их только не наделяли.

Но все оборвалось в один страшный день.

Мне совсем недавно исполнилось тринадцать. Только-только сошел снег, а у нас на окне и столе в горшочках уже проклюнулись семена трав. Утро было теплое и неспешное. Пока Дария помогала в храме и убиралась после утренней службы я, пользуясь моментом нежилась в кровати. Неожиданно дверь распахнулась и в комнатку вбежала Дария.

– Помнишь я рассказывала о страшном драконе, что ищет прекрасную принцессу.

– Да, конечно. – еще не проснувшись отвечаю я.

– Ну так вот. Представь, что дракон пришел сюда, и ищет тебя. – одевая меня спросила она.

–Я же не принцесса! И драконы не живут у нас, они живут только в сказках.

Никак не хотелось вставать и делать что-то. Я опять сбежала в храмовую библиотеку и рисовала при свечах. А сейчас жутко хотелось поспать еще немного.

– Есть люди пострашнее драконов. Сейчас я посажу тебя в схрон и ты там посиди, не выходи. Что бы не случилось, сиди там и не выходи! Поняла меня? – нервно оглядываясь на дверь моя тетушка складывала в сумку все мои вещи.

– Да, конечно. А что случилось? – ее нервозность перешла ко мне.

– Я пока не знаю. Чувствую пришли они. Только рано слишком. Вот, – мне на грудь упал кулон на тонкой веревке. – Никогда его не снимай. Потом поймешь.

Дария с не бывалой ловкостью и проворством посадила меня в схрон. Мне в ноги опустилась сумка с вещями, а в руки толстая тетрадь с записями старой няни.

Раздавшийся шум и грохот заставил сжаться и задержать дыхание. Крик старого служителя оборвался на полуслове. В приоткрытые створки я могла видеть часть комнаты и Дарию.

– Амира аре вох! Маре Крах Вин эдим!!! Крах Вин дим!!!– голос Дарии звенел от напряжения и казался незнакомым. Раздавшийся вскрик и слова стали перемежаться с булькающими звуками.

–А ты старая карга! – тихий вскрик и я малодушно закрываю глаза, пытаюсь спрятаться.

Перед моими глазами всего на секунду мелькнул силуэт мужчины в темном плаще с горящими красным глазами. Но он навсегда останется со мной, являясь олицетворением моих страхов.

Мое тело выгнулось от боли, прострелившей все мое существо. Плечо горело как в огне, но это было не заметно в той агонии что сотрясала меня изнутри. Казалось кто-то невидимый выкручивает все суставы, мышцы сводило судорогой не давая сделать даже вздоха. Мои мучения не продлились долго, сознание не выдержало и отключилось, погружая меня в спасительную темноту.

Как я себя не выдала я не понимаю.

Когда я пришла в себя, в щель уже не проникал свет. Боли почти не осталось, только легкое жжение в плече, как от содранной кожи. Прислушавшись я долго боялась даже пошевелится. Потом осторожно села и так и сидела до самого рассвета, не чувствуя холода и голода. Когда солнечный свет осветил комнату я выползла из своего укрытия. В открывшейся картине ничего не напоминало о светлой комнатке. Вся мебель была перевернута, на стенах виднелись следы копоти. На полу, в центре комнаты лежало тело. Дария была сама на себя не похожа. Волосы, еще совсем недавно темные с красноватым отливом, стали совсем седыми и веером разметались вокруг головы. Черты лица заострились, став похожими на восковую маску. Я же словно заледенела. Мои глаза оставались сухими, а действия стали рваными и резкими. За эту ночь я повзрослела. Беззаботный ребенок умер вместе с Дарией.

Встав на ноги, я гордо выпрямила спину и расправила плечи. Теперь я осталась совсем одна.

Вернулась в схрон, аккуратно перебрала все вещи, убрав толстую тетрадь на дно. Действуя механически я старалась не смотреть по сторонам. Сборы были не долгими. Осталось последнее. Когда мы с Дарией разговаривали она мне много раз говорила, что, когда человек умирает его дух может остаться привязанным к телу или дому. Она не хотела быть зависимой и просила освободить ее дух. Я прошла в храм, взяла лампадку и камни для розжига. Плеснув масло на дверь, бросила камни и отошла, наблюдая как огненные языки стали подниматься, захватывая все новые и новые участки стены. Глядя на зарево, я тихо прошептала:

– Спи спокойно Дария, моя названная тетушка, няня. Я не просто выживу! Я постараюсь сохранить все твои заветы и исполнить твои наставления. Ты будешь гордится мной.

И уже про себя: «Обещаю отомстить за тебя! Я стану воином и смогу постоять за себя!»

Так оборвалось мое детство. В один день я стала совершенно взрослой и очень одинокой.

Глава 2

Шесть лет спустя.

В этот день я всегда уходила в лес. Брала бумагу, грифели и уходила. Выбирала тихое место и позволяла воспоминаниям всплывать на поверхность. Тот день помню, как будто это было только вчера. Первые месяца я каждую ночь просыпалась с криками от кошмаров. С каждым годом образ красноглазого мужчины в плаще стал видится все реже. Нет я не забыла ничего. И стараюсь выполнять свои обещания.

Воспоминания одно за другим всплывали в моей голове. Вся моя жизнь мелькала перед глазами замирая на листах грифельными рисунками.

После того как я похоронила Дарию вместе с храмом и всем что у нас было, с сумкой на плече я отправилась в путь. Конечного пункта у меня не было, поэтому я шла куда глаза глядят. На плече у меня появилась сначала точка, но с каждым днем она росла и уже через пару лет стала похожа размерами на шар или яйцо.

В первой же деревеньки я столкнулась с опасностями. И это оказались совсем не дикий звери, а люди. Оказалось, одинокой девушке очень опасно ходить одной. Так, в ближайшем лесу я похоронила и молодую девушку Элирию, став сорванцом Элом, сиротой, сбежавшим от жестоких родственников.

Почти полгода я бродила по дорогам, заходила в города, слушала народ. Питалась тем что смогла добыть, или покупала на медяки, сложенные заботливой Дарией мне в сумку. Так я добралась до поместья Сира Маркуса Эшди. В городке только и было разговоров о новом учителе для юношеского приюта.

– Он богат и холост. И приехал по личной просьбе Сира. Говорят, он мастер рукопашного боя. Тилья видела, как он тренировку проводит. В одной белой рубашке. Мальчишки на земле валялись уже, а он даже не вспотел! Вот кто подходит моей Анике в женихи. – мне удалось подслушать разговор сплетниц на рыночной площади.

– Да твоей девахе уже детей нянчить пора, а она все женихов перебирает, так одна и останется! – ехидно ответили тетке.

Дальнейший разговор я не слушала. У меня появилась цель- мне нужно попасть в ученики к этому мастеру. Пора выполнять свои обещания. Почти неделю я пожила в городке выясняя что за сир, и кто живет в приюте. Слухи ходили различные, но большинство поговаривало о том, что Сир к старости решил детей собрать. Дочь то его померла, вот он и выбирает наследника. В приюте при замке содержались пятнадцать юношей. Их обучали разным наукам. Письму, истории, математике, магии, а также военному искусству. Вот последнее мне и было нужно. С Дарией мы даже астрономию изучали, поэтому я не боялась оказаться невежей.

С маниакальной настойчивостью я стала ежедневно пробираться в сад и наблюдать за тренировками. Так продолжалось почти месяц. А потом меня выследили. Два рослый парня, тех самых что стояли в первом ряду от мастера, поймали меня уже на выходе из сада.

– Ты кто такой и по какому праву лазишь в мой сад. – выдал один, держа меня за руку.

– Прав у меня может быть столько же сколько и у тебя, а вот что он твой я знать не знаю! –я не собиралась оправдываться и просить. За время скитаний успела понять, что наглость помогает отстоять себя.

– Кай! Ты посмотри на этого оборванца! Мелкий, наглый. Давай научим его правилам хорошего тона при разговоре с Сирами! – мою руку сжали сильнее, а его улыбка больше походила на оскал.

Не став ждать дальше я свободной рукой толкнула обидчика в шею и вывернулась из его захвата. Рукав рубашки порвался, но я оказалась на свободе.

Следящие минут двадцать он пытался меня поймать. Ха! Не на ту напал, я за время своего путешествия я не раз убегала от торговцев или просто местных хулиганов. Пару раз у него получилось ухватить меня за рубашку, но удача была на моей стороне, и я уходила от его загребущих лап. Уже запрыгнув на нижнюю ветку дерева я услышала голос мастера.

– У тебя хорошая координация и двигаешься ты не плохо. Если хочешь приходи завтра, я покажу пару упражнений. А вам молодые люди стоило бы потренироваться вдвоем ребенка догнать не смогли!

И не прощаясь он растворился среди листвы. Я решив не искушать судьбу привычно забралась почти на вершину дерева и перепрыгнула за ограду.

Следующий день оказался переломным моментом. Я решилась выйти только после прихода мастера и встала в стороне от всех ребят. Показав несколько приемов, нас разбили на пары и отдали команду отрабатывать удары и защиту. Совсем не удивилась увидев напротив себя вчерашнего задиру. От первых ударов я увернулась. Но потом опыт и тренировки показали преимущество моего противника. Больно было жутко. Но слезы кончились на пепелище храма, и я поднималась с земли и снова вставала в стойку. После тренировки я ушла в облюбованное мной место, недалеко в лесу, как раз на берегу речки. Мои руки и грудь украшали синяки, все болело и утром я еле встала. Но умывшись холодной речной водой я вновь отправилась на тренировку. Меня гнало не только желание утереть нос наглому задире. Но и страх. Желание научится защищать себя. Так я и ходила на тренировки мастера каждый день уже больше месяца, а потом меня пригласил сам Сир на беседу. Ему я выдала почти правдивую историю. Только Дария стала Даром, и умерла от рук грабителей. Я, оставшись сиротой, услышала о приюте и стала следить, стараясь научится защищать себя. Как потом оказалась Мастер был впечатлен моей стойкостью и поручился за меня. Так я стала шестнадцатым воспитанником приюта Сира Маркуса а мастер остался с нами еще на много лет, став сначала моим мучителем и лишь через много месяцев учителем и наставником. А затем и другом, единственным, которому я решилась доверить свою тайну.

Глава 3

Первые месяца были особенно сложно. Мне приходилось скрывать свою принадлежность к женскому полу, Кир с ребятами меня не принимали, шпыняли и отгораживались при первой возможности. Было тяжело, но и немного спокойно. Приходилось много нагонять. Где-то мы с Дарией ушли намного вперед, а где-то мне приходилось изучать самостоятельно практически с нуля. Одной из таких дисциплин стали физические нагрузки. Стреляла и метала ножи я почти всегда в десятку, а силовые нагрузки давались тяжело. Все решил случай.

Возвращаясь с тренировки, я плелась в конце и только скорость реакции позволила выхватить кинжал и метнуть, а змею. Как смертельно ядовитый Диаз оказался в нашей местности в хозяйском саду думали все. Но убив змея я взяла кинжал и вернулась в свою комнату. С тех пор я больше не была отверженной. А замок и сад Сир приказал обнести усиленной защитной стеной, как каменной, так и магической.

Уже спустя год мы стали грозой местных лавочников. Шутки были не злобные, скорее мы подчеркивали грехи торговцев.

Один раз мы поменяли булочнику муку на гипс. А не нужно свою помощницу винить в своих ошибках и бить сироту. И ведь не смог доказать, хоть и орал на всю улицу. Мы все вчетвером мирно сидели в чайной напротив и пили чай. Нас все видели. Просто меня посадили в угол, а потом я вылезла под столом, вместо меня сидел плащ на каркасе и рисунок с моим лицом. Утром много народа и никто не приглядывался. В другой раз мы старой грымзе веде Элме насыпали в термос с настоем листья ролни. (Они безвкусные, используется как слабительное), не нужно было хаять на площади чайную Тешли. У него прекрасный чай, а булочки веды Тешли просто мечта гурмана. На все жалобы жителей у сира Маркуса был только один ответ. Думать можно на кого угодно, но пока не поймали и не доказали наказания ребятам не будет. Хотя все понимали кто это творил и за что, но поймать, а уж тем более доказать никто так и не смог.

Прошло два года и наша четверка, я, Кир, Кай и Сет, стали лучшими учениками. Нам прощались мелкие проступки, как опоздание на урок или неопрятно одетая рубашка. Мы с ребятами на всех мероприятиях были вместе и многие проказы тоже делали вчетвером.

Главной сложностью для меня стала невозможность нормально помыться. Летом спасала река, а зимой приходилось носить воду в комнату, греть в камине и обтираться тканью. Спасибо родителям и богам, выдающимися формами я не обладала, а то что было привычно утягивала отрезом ткани. Сколько шуток было каждый раз о моей стеснительности… Спасала отговорка о жестоких родственниках и шрамах. Лишь один раз я чуть ни прокололась. Мне уже было семнадцать, пора первых увлечений. Учеба давалась легко, наша четверка занималась больше остальных, и мы ушли далеко вперед от остальной группы. Новый учитель по стихийной магии гонял нас круглые сутки. Силы проснулись только у Кира и Кая, но принцип работы знать мы должны были все. И вот после особо сложной тренировки мы разошлись уже ночью. Я не удержалась и отправилась купаться на реку. Стояла осень, но вода еще была теплой. После купания одела свежую рубашку и черные штаны. Уже уходя я оказалась поймана. Сзади ко мне прижимался молодой мужчина и совершенно наглым образом начал приставать. Применив фирменный прием всех женщин мира, я ногой ударила в самое уязвимое место, и позорно сбежала. Это был Кир. Его запах и руки я ни с кем не спутаю. Именно в эту ночь случилось мое очередное перерождение. Я вспомнила и осознала, что я девушка. Нравлюсь мужчинам и мне были приятны прикосновения Кира.

Другое, наверно наиболее болезненное осознание пришло ко мне через пару дней. Я поймала себя на том что рассматриваю Кира. Мне вдруг захотелось испытать еще раз его прикосновения. И это по середине тренировки. Он мне нравился. Сильно. Если к Каю и Сету я относилась как к братьям, то Кир всегда занимал особое место. Ради его одобрения я порой шла на безумный риск и была на волосок от возможности оказаться быть пойманной. Теперь и это нашло объяснения. Почувствовав изменения на некоторое время Кир отгородился от меня, стал избегать. Потребовалось пару месяцев и несколько проделок для восстановления прежних отношений. Но осадок остался.

Выплывая из воспоминаний, я обнаружила себя сидевшей на траве под раскидистым трилом. (Дерево, похожее на иву) Густые ветви скрывали меня от посторонних, а с листов бумаги на меня смотрели главные герои мох воспоминаний. Дария и ее всегда усталый и печальный взгляд, Кай и Сет сражаются на мечах, и главный персонаж – Кай, его взгляд задумчивый и серьезный, он проникает под все мои щиты.

Взглянув на небо, я встала и отряхнулась. Собрала листы в папку и отправилась к себе. Ужин я пропустила, а значит придется проверять запасы.

Уже подойдя к замку меня накрыло. Буквально месяц назад со мной стали происходить странности. Уже несколько раз меня накрывало волной слабости, просто кружилась голова и темнело в глазах. Это всегда случалось неожиданно, и я отключалась на несколько минут, а потом еле могла встать. Но если это еще можно было бы списать на перестройку организма или усиленные тренировки, то как объяснить ожившую татуировку на плече я не знала. За прошлые года я к ней привыкла и перестала замечать. Иногда, пытаясь успокоится или отлеживаясь после жесткой тренировки я массировала ее. И срабатывала сила внушения. Боль уходила, а нервы успокаивались. И вот лежа в комнате в свой редкий выходной, пыталась восстановиться. Новый мастер стихийник вчера использовал меня вместо груши. Привычно терла татуировку и обратила внимание на ее выпуклость, как шарик. А потом меня толкнули. Реально, толкнули!!! Я не могла поверить. Это получается какой-то поразит ползает у меня под кожей или я схожу с ума! Мне не нравятся оба предположения! Сколько я ни пыталась почувствовать эти шевеления еще раз у меня ничего не вышло. Ну и ладно. Когда странностей стало больше, предположение что я схожу с ума переросло в уверенность. Рисовать я любила всегда. Причем было не важно, чем и на чем. Я рисовала и углем на заборе и чернилами на белых листах бумаги. Ребята, зная мою слабость совсем недавно подарили мне самодельные краски. Даже тратить жалко. Но две недели я заметила, что стоит мне нарисовать что-нибудь как это сбывалось, через день или час, но это сбывалось на моих глазах. Впервые заметив это совпадение, я провела небольшой эксперимент, нарисовала совсем уж невероятное, как Кай стоит на коленях перед Сетом. Вечером того же дня Сет нарвался на дикобраза. Тот естественно защищаясь выстрелил колючками и удрал. Кай стал их выбирать и опустился на колени. На несколько секунд, но факт есть факт. Это уже не простое совпадение. Моей первой мыслью было посмотреть в книге Дарии. Но ничего не изменилось. На странице, как и раньше виднелась странная вязь. Руны или другой язык, но я так и не смогла расшифровать.

Завершающим аккордом всего этого стало раскрытие моего инкогнито.

Был теплый весенний день, мы закончили очередные занятия и были на тренировки в саду. Как всегда, наша четверка выполняла свои задания под строгим присмотрам мастера во рукопашном бою. Я уже несколько дней спала без сновидений и отлично высыпалась. Тем неожиданней для меня стал приступ слабости. В глазах потемнело и на несколько мгновений я должно быть потеряла сознание, потому что, когда открыла глаза на меня внимательно смотрели трое моих друзей и мастер. По их глазам я все поняла. Конечно для меня это большой неожиданностью это не стало. Я скорее удивлялась что удается так долго скрывать сей факт. Свою роль наверно сыграла привычка. Мы виделись каждый день, и я примелькалась всем. Плюс мои волосы всегда убраны и не привлекают внимания, лишь челка закрывает большую часть лица. Еще в первый год своей оседлой жизни я придумала свою историю. Старалась продумать детали, и постепенно сама поверила в нужную версию. С годами добавлялись детали и реальные воспоминания сливались с вымышленными гармонично, образуя цельную историю. Основные вехи своей недолгой жизни я оставила без изменений, убрав личные воспоминания и наставления Дарии. Их можно было проверить. Свой обман я объясняла страхом убийцы, потом привычкой и опять страхом потерять тихое место. Я уже давно могла дать сдачи хулиганам и знала устройство мира, его законы и магию. Но видеть в глазах друзей, ставших практически семьей, шок, неверие и осуждение было больно.

Поднявшись с земли я не оглядываясь пошла в главный зал. Меня не нужно было сопровождать, дорогу я знала, но все четверо так же молча шли за мной. Перед кабинетом я остановилась и попросила о личные встречи с Сиром Маркусом. За все время моего пребывания он никогда не проявлял к нам открытого интереса, но стоило присмотреться внимательнее как он всегда оказывался рядом. Моя решимость таяла с каждой минутой ожидания и вот когда я уже была готова сорваться и бежать, дверь кабинета открылась, и седой секретарь пригласил меня войти.

– Добрый день. Что ты хотел Эл? – Мельком глядя на меня спросил Сир Маркус.

– Да я вот… Только прошу выслушайте меня до конца, а уж потом судите. В общем я не Эл. Я Элинария. – выпалила я скороговоркой, пока уверенность не закончилась совсем.

– Да?! – Вот теперь меня рассматривали очень пристально, с макушки до пят.

–Я рассказала о себе правду, тогда шесть лет назад. Только я жила с тетушкой при храме, а потом какой-то мужчина залез к нам и убил ее. Меня она за секунду до этого спрятала в шкаф, я там почти сутки просидела, боясь выйти. Потом отправилась странствовать, но девушке одной страшно и опасно. А я вообще всех боялся, ну то есть боялась. Так я стала мальчиком. А в городке совершенно случайно узнал про приют. Мне очень нужно было научится самозащите. Вот. Ну а остальное вы знаете. – под его внимательным взглядом хотелось сгорбится, стать меньше и незаметнее.

– Знаешь, что самое удивительное во всей этой истории? – после нескольких минут тишины раздался его голос.

– То, что меня не раскрыли раньше? – мой голос прозвучал тихо и затравлено. Очень уж меня насторожило его спокойствие.

– Нет, это-то как раз мне и понятно. Сначала ты был, была еще очень юной, а потом все привыкли, и никто больше не приглядывался. Меня удивляет то что мой амулет и тогда и сейчас показывает абсолютную правдивость твоих слов. –сказал Сир указывая на одно из своих колец.

– Может потому что я Вам не разу не соврала? Я никогда не утверждала, что я мальчик. А все остальное правда. – не позволяя себе горбится я стояла прямо, расправив плечи. Мне скрывать нечего.

– Ты просто позволила нам заблуждаться. – мрачно усмехнулся хозяин кабинета.

На это я не нашлась что возразить.

– Если бы Вы знали, что я девушка, то не позволили мне учится бы со всеми. А я хочу уметь постоять за себя. Меня до сих пор кошмары мучают. – не хотела я признаваться, но так захотелось поделится хоть с кем-нибудь.

– Вот тут ты права. Удел женщин детей рожать, да за хозяйством следить. – категорично заявил Сир.

– Иди пока к себе. Я должен подумать, как с тобой быть дальше. – повелительный взмах руки и двери за моей спиной открылись.

Едва я вышла из кабинета ко мне подошли Кай и Сет.

– Ну и как он отреагировал. Ты останешься? – выдали ребята перебивая друг друга. Мастера не было, а Кир стоял у окна демонстративно отвернувшись к окну.

– Принял спокойно. Не ругал и больше я пока сама не знаю. Пойдемте поедим? Я есть хочу, просто зверь. – подталкивая друзей в сторону столовой я старалась вести себя также, как и всегда.

Остаток дня я провела у себя. Решив на всякий случай собрать вещи, я достала свою сумку, сложив вещи, я наткнулась на тетрадь Дарии. И как я могла ее забыть? Раньше я еще пыталась найти язык, но потом все как-то закрутилось и забылось. Сейчас, держа его в руках, я очень жалела о своей забывчивости. Может там что-то важное? Не просто же так она мне его отдала, ой чую не просто…

Но вечером никто за мной не пришел. На ужине ребята из группы засыпали меня вопросами куда я пропал? Из этого я сделала вывод что правду знают пока только мастер, друзья и сам Сир. Мне так даже лучше.

Ночью я почти не спала.

А вот утром, когда еще только начинался рассвет, меня разбудили трое, из личной охраны Сира. Мое сердце пропустило удар и страх сковал все мысли. Ухватив свою сумку, я приготовилась бежать при первой возможности. Но все оказалось еще страшнее. Мы пришли к личным покоям Сира Маркуса. Стоило открыть дверь как в нос ударил запах крови. Я затряслась от ужаса, меня словно вернули назад.

Долго страдать мне не позволили. Бесцеремонно меня толкнули к кровати, на которой лежал Сир. Кинжал торчал из груди, пристани окрасились в красный.

– Поклянись на крови, что передашь письма Киру. Я больше никому не могу доверять! – голос мужчины теперь был не громче мышиного писка.

– Отдай ему письма и помоги! Стань его тенью…, за все что я для тебя сделал…, ты должна помочь ему! Он хрипел и некоторые слова я уже не понимала.

Я успела только кивнуть как мне в руки были переданы несколько больших конвертов.

– Спасибо! Я отдам их ему! – но уже некому было принимать мою клятву. Мужчина на кровати больше не дышал. Его глаза бессмысленно смотрели в мою сторону. Еще несколько секунд спустя тело Сира пошло темными змейками и осыпалось песком на кровати.

– Проклятье на крови. Теперь даже некромант не поднимет! – без эмоционально прокомментировал произошедшее один из охранников.

Меня так же под охраной или под конвоем, проводили в комнату.

Сидя у себя на кровати я пыталась пронять что это сейчас было. А почему он похвал меня, а не Кира. Сам бы ему и отдал. Ответ нашелся сам, стоило посмотреть на конверты. Там стояли даты. Как я поняла даты, в которые письма должны быть переданы. «Сразу», гласила первая надпись, «через три дня» пояснял второй конверт. Следующие два конверта были совсем небольшими и тонкие. «Через три года» и «Эл. Элинария»