Авролион: Клинок Метатрона

Над смертью властвуй в жизни быстротечной,

И смерть умрёт, а ты пребудешь вечно.

Уильям Шекспир

Пролог

В вечернем городе загорались огни. Словно их далёкие отражения, на темнеющей глади небес появлялись первые звёзды.

Тенебриэль стоял на крыше Cобора Святой Троицы и был неотличим от изящных скульптур, взирающих с парапета на засыпающий мир. Он наблюдал, как тёплые летние сумерки окутывают реку Саер, которая уже много веков омывает своими прохладными водами город Уотерфорд на юге Ирландии. Аггел1 пытался уловить стрёкот цикад на дальнем берегу, но гул автомобилей забивал уши. Тенебриэль раздражённо встопорщил лазурные перья на единственном крыле и скрестил на груди костлявые, мозолистые руки.

Порыв прохладного западного ветра растрепал спутанные серо-голубые волосы, доходящие до плеч. Тенебриэль поёжился.

‒ Зефир! ‒ поприветствовал он, не отрывая взгляда от реки. ‒ Каким ветром тебя сюда занесло?

‒ Этот каламбур уже устарел, ‒ обиженно прошелестел один из Братьев-Ветров. ‒ Были бы на моём месте Борей, Нод или Евр, они бы улетели, так ничего и не рассказав.

‒ Не хотел тебя обидеть. Есть новости?

‒ Иначе я бы не появился здесь. С тех пор, как ты набрёл на след Клинка, тебя стало не так-то просто разыскать.

‒ Значит я скрываюсь вполне успешно.

‒ Нужно лучше. Пару дней назад неподалёку от города кто-то разорвал двух коров. Полиция успокоила фермеров, что злодейство совершила стая волков, но…

Аггел резко обернулся.

‒ Бесы?

‒ Если Люцифер не научился призывать кого похуже.

Тенебриэль нахмурился.

‒ Город в опасности, ‒ прошептал Ветер и присел на край парапета. ‒ И ты тоже.

Тенебриэль смотрел на своего собеседника в упор, но различал лишь призрачные, колеблющиеся очертания человеческой фигуры.

‒ Все миры в опасности, ‒ он с раздражением отбросил с худого, измождённого лица голубую прядь. ‒ Если Люцифер раньше меня доберётся до Квилибруса, придёт конец всему. Даже вы с Братьями не избежите страшной участи.

‒ Поэтому мы тебе и помогаем, ‒ Зефир снова поднялся в воздух и закружился вокруг аггела, из-за чего тот ещё плотнее укутался в широкое тёмно-серое пальто.

‒ Меня могли выследить?

Зефир пожал плечами.

‒ Я пошлю Ауров2, ‒ сказал он, ‒ пусть следят, не появился ли в этом городе очередной Потрошитель. Не исключено, что подобные происшествия начались здесь ещё до того, как ты прибыл.

‒ Я не могу всё провалить, когда цель так близка!

Тенебриэль порывисто взял в зубы сигарету и поднёс зажигалку, но круживший вокруг него ветер затушил огонёк.

‒ Ты не мог бы хоть на мгновение успокоиться? ‒ сердито обратился он к Зефиру.

‒ Кстати, о достижении цели, ‒ прошелестел тот, пропустив просьбу мимо ушей. ‒ У меня есть известия, которые порадуют тебя больше. Сразу после того, как ты дал знать Метатрону3, что вышел на след его Клинка, он спустился из Авролиона на землю вместе со своими приближёнными.

Тенебриэль резко вскинул глаза на Зефира, уронив сигарету на землю.

‒ Владыка спустился на Земную Твердь? Он не доверяет мне?

‒ Скорее хочет помочь. Слишком многое поставлено на карту, чтобы доверять это дело одному единственному аггелу, пусть даже он – его главный советник.

‒ Ему опасно находиться здесь – без Квилибруса он слишком уязвим.

‒ Не волнуйся. Борей сказал, что с ним лучшие воины. Они разбили лагерь у Горгульего Пика, а эти земли Святые.

Тенебриэль нервно закусил тонкие, обветренные губы.

‒ Где находится этот Горгулий Пик?

‒ В Шотландии. Там они собирают соратников, чтобы пробиваться обратно к Порталу в свой мир, если снова завладеют Клинком.

‒ Когда завладеют, ‒ с нажимом поправил Тенебриэль.

‒ Приятно видеть твой пыл, ‒ усмехнулся Ветер, ‒ но постарайся не терять голову.

Тенебриэль в задумчивости провёл длинными, тонкими пальцами по отросшей серо-голубой щетине. Он не брился уже больше месяца. Не отдыхал, почти не спал и не ел. Аггел был крепче многих земных созданий, но даже его силы были на исходе.

‒ Отряды Метатрона уже сталкивались с бесами?

‒ Дважды. Они постоянно следят за подступами к Авролионскому порталу. И, насколько мне известно, бесов всё прибывает.

‒ Значит, Люцифер уже знает.

‒ Очевидно.

‒ Нельзя допустить, чтобы его войско окружило лагерь.

‒ Хочешь отвлечь его внимание?

Тенебриэль ухмыльнулся.

‒ Сейчас даже наша былая дружба не отвлечёт его внимание. А вот Клинок в моих руках вполне с этим справится.

‒ Тебе одному с его вниманием не совладать. Но, пока он не завладел Клинком и находится в слабом человеческом теле, он уязвим куда больше, чем Метатрон.

Серебристые, без зрачков, глаза аггела задумчиво впились в темнеющий горизонт. Тенебриэль понимал: Люцифер рискнул всем, чтобы добраться до Квилибруса, Великого Клинка, этого древнейшего оружия и символа власти над Четырьмя Мирами. И он пойдёт на что угодно, лишь бы избежать возвращения в Бездну.

Зефир нетерпеливо сделал несколько изящных сальто в воздухе – вольному ветру не сиделось на месте.

‒ Если это все новости, то больше не буду тебя задерживать, ‒ Тенебриэль медленно перевёл взгляд на Зефира. ‒ Докладывайте мне любые известия. Я полагаюсь на вашу помощь.

Тенебриэля обдало порывом прохладного вечернего ветра, и его собеседник бесследно исчез.

‒ Поскорее бы с этим покончить, ‒ устало пробормотал аггел. ‒ В Авролионе, по крайней мере, нет этих кошмарных машин.

Глава 1

‒ Смотри, Альтаир! ‒ возмущённо воскликнула Рейчел, обращаясь к своему псу, примостившемуся у её ног. ‒ Проболтались всё-таки!

Большой серый дирхаунд в ответ лениво вильнул хвостом. В отличие от своей хозяйки, он газет не читал.

Рейчел пристально смотрела на статью под названием «Учёные ДОКАЗАЛИ: Инопланетяне существуют!». На цветной фотографии отвратительного качества красовался продолговатый цилиндрический предмет, вырезанный из полупрозрачного камня молочного цвета, с высеченными на его поверхности странными символами.

Предназначение предмета было не ясно. Единственное, что удалось выяснить – многих элементов, присутствующих в составе камня, на земле до сих пор не обнаружили, а язык символов не походил ни на один из существовавших. Уран-свинцовый анализ показал, что предмет имеет возраст более 2 миллиардов лет.

Рейчел с детства была прагматиком. Она не верила ни в НЛО, ни в мистику, ни в загробную жизнь, ни в магию, поэтому название статьи показалось ей простым издевательством. Как и результаты исследований.

Судя по всему, заведующий лабораторией Джаспер Динс тоже не был до конца убеждён в сенсационной находке, поскольку не торопился делать никаких заявлений по этому поводу и строго-настрого запретил остальным говорить об этом даже со своими близкими.

И вот у кого-то из сотрудников музея развязался язык! Мало того – они даже фотографию этого предмета услужливо предоставили жёлтой прессе!

‒Джаспер взбесится, ‒ Рейчел кивнула Альтаиру и взяла с журнального столика пёстрый луплокс4, чтобы завязать длинные рыжие дреды в объемный пучок.

Она нехотя поднялась со скрипучего плетёного кресла, заваленного пёстрыми подушками, и подошла к небольшому овальному зеркалу, висевшему на пустой стене, выкрашенной в тёплый персиковый цвет. Ни она, ни её покойная тётя Персивальда не любили картин. Зато растений было в избытке: на полу в кадках, на подоконниках, на кухонной столешнице и полках.

Тётушка Перси… Рейчел скучала по ней. Уже два года, как её не стало, а она никак не могла смириться с её смертью. Тетушка Перси заменила ей погибших родителей. Рейчел было всего четыре года, когда отец и мать разбились в автокатастрофе. По отчетам полиции они скончались сразу, но вот что интересно: тело Байонела Мура на месте аварии обнаружено не было – только его одежда. Расследование закрыли после нескольких месяцев, а мистера Мура посчитали без вести пропавшим.

Рейчел фантазировала, что он не погиб, лишь пострадал при аварии и потерял память. Все детство она надеялась, что рано или поздно отец вспомнит её и непременно вернётся. Надеялась до сих пор.

Она почти не помнила родителей, но видела их на фотографиях. Внешне она была больше похожа на мать – тот же мягкий овал лица, тонкие губы, большие серые глаза, длинный нос с горбинкой, высокий лоб. А вот огненно-рыжие волосы достались ей от отца. И веснушки. Много веснушек: на лице, на плечах и спине, на руках и груди.

Тётушка Перси – старшая сестра матери Рейчел – говорила, что «аристократическим изяществом фигуры» она пошла в их род. Рейчел же называла это просто костлявостью.

Показав своему отражению язык, она направилась на балкон. Двумя руками театрально распахнула двери и сладко потянулась на пороге, вдыхая утреннюю прохладу с реки. Ворвавшийся легкий ветерок надул парусами прозрачные занавески.

Трехэтажный многоквартирный дом выцветшего жёлтого цвета с осыпавшейся местами штукатуркой был построен возле реки. От воды его отделяла только массивная кирпичная стена серого цвета, покрытая густыми зарослями плюща. Родное место Рейчел, где она жила с момента потери родителей.

Окна её уютной мансардной квартиры-студии выходили на противоположный берег реки, поросший лесом. Там, вдали, кутаясь в прозрачную утреннюю дымку, у самой воды стояли дома. Они были словно вытеснены к реке плотно напирающими на них деревьями. Эти неуклюжие постройки всегда казались Рейчел неуместными, как будто их расположили здесь на время, но забыли убрать.

Весна в этом году выдалась холодной. К началу мая деревья не успели толком покрыться листвой, зато цвели так буйно, словно пытались нагнать целый месяц своей затянувшейся спячки.

У пристани недалеко от дома мерно покачивались на волнах небольшие частные яхты и катера. Иногда Рейчел выходила по ночам на улицу, чтобы в тишине послушать влажный, хлюпающий звук бьющейся о борт воды. Он успокаивал и наводил на мечты о дальних странствиях.

Рейчел улыбнулась: впереди два выходных, можно будет съездить за город, устроить пикник. Они с тётей Перси любили пикники. Теперь же, после её смерти, Рейчел почти не бывала на природе.

Альтаир тяжело поднялся с пола, начал нетерпеливо поскуливать и вилять хвостом, похожим на старую метёлку, давая понять, что им пора идти на прогулку.

Рейчел вздохнула и нехотя направилась к небольшой, но светлой прихожей, обитой узкими, медового цвета, деревянными панелями.

Пёс воодушевился, заскакал по квартире и радостно, басовито залаял. Заметив, что хозяйка снимает с большого бронзового крючка поводок, начал прыгать на входную дверь передними лапами. Рейчел давно перестала его ругать – полосатая от глубоких царапин белая дверь давно уже стала частью интерьера. Как и большая собачья лежанка и разбросанные повсюду игрушки. Это напоминало, что в квартире обитает кто-то еще.

Рейчел набросила на себя лёгкий плащ бежевого цвета, посмотрелась в зеркало, встроенное в дверцу шкафа-купе, и недовольно сощурилась. На груди расплылось небольшое жирное пятно. И когда только успела?

Да и плевать, зато не так жалко будет, если Альтаир снова вздумает утащить её в реку.

Она прицепила плетёный кожаный поводок к ошейнику, открыла дверь и схватилась за лакированные деревянные перила, чтобы пёс не стянул её с лестницы.

«Всё-таки неплохо иметь рядом того, кто сможет удержать собаку весом в полцентнера» ‒ обречённо подумала Рейчел, вылетая на улицу вслед за питомцем.

* * *

На утро воскресенья Рейчел проснулась от звонка мобильного телефона… на полу. Она задрала голову и увидела свесившуюся с края кровати собачью лапу.

Телефон продолжал трезвонить.

Одним глазом посмотрев на часы, она обнаружила, что нет ещё и восьми.

‒ Кому взбрело звонить в такую рань? ‒ проворчала она, поднялась с пола и схватила с тумбочки телефон.

На дисплее высвечивалась фотография её сотрудницы Ребекки, задорно высунувшей язык.

Рейчел отключила звук и положила телефон обратно на тумбочку, но улыбчивая фотография никак не хотела гаснуть.

Рейчел нахмурилась – обычно сотрудники не звонили ей на выходных, тем более так рано и настойчиво. Может, это из-за статьи в газете?

Она нехотя взяла трубку.

‒ Алло, Рейчел? У нас беда. Лориана мертва.

‒ Чего?

Лориане, ещё одной коллеге Рейчел, не было ещё сорока. Что могло случиться с молодой, здоровой, жизнерадостной женщиной?

‒ Сегодня ночью в её квартире случился пожар. Она не спаслась.

В трубке послышался горький всхлип.

Рейчел знала, что Ребекка и Лориана были очень дружны, и для Ребекки это должно было стать настоящим ударом. Чего Рейчел не могла сказать о себе. Зачем было звонить в такую рань? Неужели эта новость не могла подождать несколько часов?

‒ Рейчел?

‒ Я здесь. Просто это так… ‒ она запнулась, пытаясь подобрать подходящее слово. ‒ Ужасно.

В трубке послышался согласный всхлип.

‒ Ты уже позвонила остальным?

‒ Да. Ты последняя.

Значит, всех разбудила, подумала Рэйчел и закатила глаза. Хоть бы на работу по этому случаю не вызвали.

Она промямлила слова утешения и повесила трубку. Спать ей больше не хотелось, и она поплелась на кухню готовить завтрак.

Прохладный утренний ветерок залетал в приоткрытые балконные двери, вздымая лёгкие прозрачные занавески. Тихое, мирное утро. Жизнь шла своим чередом, миру было плевать на ночную трагедию.

Рейчел живо представила себе бушующее пламя, сжирающее всё на своём пути, и ей стало жутко. Огня она боялась больше всего на свете.

Тётя Персивальда считала, что племянница сильно обожглась в детстве, и списала это на безалаберность покойной сестры.

Рейчел выросла, а страх так и не исчез.

Кофеварка захрапела, по квартире разнёсся жизнеутверждающий запах кофе. Цокая когтями по начищенному паркету, из спальни рысцой выбежал Альтаир и с надеждой уставился на хозяйку – она не часто готовила по утрам, предпочитая по дороге покупать круассан, булочку или сэндвич. Но когда готовила, ему неизменно доставались разные вкусности.

Рейчел насмешливо прищурилась и посмотрела на пса.

‒ Попрошайка, ‒ любовно проворчала она и бросила кусочек колбасы, который пёс поймал на лету и тут же проглотил.

Рейчел села завтракать, однако новость никак не выходила у неё из головы.

‒ А что, если смерть Лорианы – не случайность, как думаешь, Альтаир? Вдруг это связано со статьёй в газете? ‒ заговорщицки прошептала она. ‒ Лориана проболталась о находке, а кто-то её за это убил? Например, наш заведующий. ‒ И уже громче продолжила: ‒ Хотя я бы в первую очередь убила того, кто сделал такое ужасное фото для газеты.

Тем временем опасения Рейчел подтвердились – сотрудников лаборатории действительно вызвали на работу, чтобы «обсудить несколько вопросов».

Это не на шутку разозлило её – впервые за три недели ей выдались два спокойных выходных, и вот, пожалуйста.

Полная мрачных раздумий, Рейчел спустилась на улицу и села в машину. Взбалмошное утро и раздражение быстро дали о себе знать, когда по рассеянности она нажала на педаль тормоза вместо газа, а выруливая с парковки, резко бросила сцепление, и машина заглохла. Она снова завела мотор и сделала несколько глубоких вздохов, затем выехала на дорогу, игнорируя назойливую мысль, что лучше бы ей в этот день пойти пешком.

Пока чёрный громоздкий пикап медленно катил по узким улочкам, Рейчел пыталась собраться с мыслями. Благодаря Ребекке она не выспалась, и теперь голова никак не хотела соображать.

В таком состоянии она не заметила выбоину на дороге, и одним колесом угодила в неё. Телефон, валявшийся на приборной панели, соскользнул на пол.

Рейчел выругалась, потянулась за ним и на мгновение исчезла за приборной панелью.

Рука, державшая руль, неловко дёрнулась, автомобиль вильнул в сторону и с глухим стуком врезался в ограждение из низких металлических столбиков. Рейчел хорошенько тряхнуло, она больно ударилась плечом об руль, а сработавший ремень безопасности врезался в грудь.

«Хорошо, что я не успела поставить новые подушки после прошлой аварии», ‒ подумала она, потирая ушибленное место.

Прохожие на тротуарах изумленно останавливались, вглядывались в закрытые тонированные окна и косились на место удара. Дети показывали пальцами и возбуждённо что-то кричали, а кто-то спешил достать мобильный телефон, чтобы сделать фото и незамедлительно разослать друзьям и родным. Машины аккуратно объезжали её, водители и пассажиры с любопытством заглядывали в салон.

Наконец Рейчел выползла из машины и хлопнула дверью так, словно это пикап был виноват в аварии. Она обошла автомобиль спереди и с облегчением вздохнула – бампер был цел, удар пришёлся на кенгурин5. Оградительный металлический столбик тоже неколебимо стоял на месте. Можно было ехать дальше.

Она уже хотела сесть в машину, когда её взгляд упал на странного молодого человека, одиноко стоявшего на противоположной стороне улицы в нескольких метрах от неё. Он облокотился на стену здания и скучающе глядел в телефон.

Это был смуглый худой парень с резкими чертами лица. Длинные чёрные волосы были забраны в хвост, обнажая длинные заострённые уши и загнутые назад рога.

Рейчел шумно сглотнула и схватилась за голову.

«Вот это меня жахнуло», ‒ подумала она, продолжая таращиться на необычное существо в чёрной форме.

Спешившая по своим делам женщина засмотрелась на машину Рейчел, споткнулась и врезалась в незнакомца. Телефон выскользнул из его руки, упал на серую плитку тротуара и разбился.

Женщина остановилась, еле удержавшись на ногах, и изумлённо уставилась на телефон. На странное рогатое существо она не глядела, словно его и не было. Она подняла с земли разбитый гаджет, покрутила в руках, задрала голову, затем аккуратно положила на место. Пробурчала что-то про «чёртовых детей» и поспешила дальше по своим делам.

Всё это время странный незнакомец равнодушно наблюдал за ней. Когда она ушла, он поднял взгляд на остолбеневшую Рейчел, которая недоумённо наблюдала за этой сценой.

Взгляд жёлтых глаз застыл, на лице юноши отразилось замешательство. Опомнившись, он резко развернулся и быстро скрылся в переулке.

Рейчел ошалело смотрела на место, где мгновение назад стояло рогатое существо, пока её не окликнул подошедший прохожий.

‒ Вы в порядке?

Рейчел растерянно перевела на него взгляд.

‒ Вы тоже видели рогатого человека?

Лицо мужчины изменилось.

‒ Вы пьяны?! Я сейчас же вызову…

‒ Я трезвая! ‒ возмущённо перебила его Рейчел, для убедительности дохнула ему в лицо, села в машину и заговорила сама с собой: ‒ Ничего не произошло. Рога и уши мне привиделись. А остальные не обратили на него внимания, потому что он обычный человек. В мире восемь миллиардов людей.

В этом была вся Рейчел: при столкновении со странностями она спешила найти им разумное объяснение, пусть не всегда правдоподобное.

Её тётя верила в сверхъестественные силы и видела их проявление даже в самых обыденных вещах. Коснись дело кого-то другого, Рейчел беспощадно окрестила бы этого человека глупым и недалёким. Но любимой тётушке она прощала любые причуды, списывая их на сентиментальность и пожилой возраст.

Она посмотрела на валявшийся неподалёку разбитый телефон. В ней проснулось любопытство – раз хозяин оставил его, можно было забрать и посмотреть, кому он принадлежал. Вдруг там сохранились фотографии?

‒ Показалось, ‒ напомнила она себе.

Начал накрапывать дождь. Первые капли забарабанили по стеклу и крыше, и вскоре грянул ливень.

Дворники с трудом справлялись с потоками воды, но Рейчел решительно вырулила с места происшествия. Она искренне надеялась, что оставшиеся несколько сотен метров до работы преодолеет без приключений.

* * *

‒ Ну и видок у тебя! ‒ приветствовал её один из сотрудников, пухлый молодой человек лет тридцати со светлыми курчавыми волосами и крупными, незапоминающимися чертами лица. ‒ Ты разве не слышала, что человечество давно изобрело зонт?

‒ А ты разве не слышал, Карл, что человечество давно изобрело дезодорант? ‒ в тон ему огрызнулась Рейчел и прошла мимо к своему рабочему столу, заваленному бумагами и громоздкими разноцветными папками.

Она была в ярости – мало было аварии, так она ещё успела промокнуть, пока добежала от машины до музея.

‒ Как вы можете ссориться, когда у нас случилось такое несчастье? ‒ оскорблённо воскликнула Ребекка, и только теперь Рейчел обратила на неё внимание.

Ребекка, всегда такая красивая и опрятная, сейчас стояла растрёпанная, бледная, с покрасневшими глазами.

В помещении воцарилась свинцовая тишина.

Из смежного кабинета вышел заведующий лабораторией Джаспер Динс. Это был светловолосый крепкий мужчина лет пятидесяти с широким лицом и голубыми глазами, одетый в чёрную водолазку и тёмно-серые брюки.

«Выполз, как медведь из берлоги», ‒ мстительно подумала Рейчел.

В этот момент она ненавидела заведующего даже больше, чем обычно – надо же было так испортить ей законный выходной!

Судя по всему, настроение у Джаспера было ничуть не лучше, и он без предисловий приступил к обсуждению насущных вопросов.

Начали с происшествия. В общих чертах дело сводилось к материальной помощи и подчёркнуто внимательному отношению к семье погибшей. По мнению Рейчел, сказать здесь было больше нечего, и заведующий был с ней полностью согласен.

Затем Джаспер достал из чёрного кожаного портфеля газету и демонстративно бросил её на стол. В воздухе повис немой вопрос. Присутствующие подозрительно переглянулись.

‒ Кто именно проболтался, я выяснять не буду, ‒ наконец сказал заведующий, строго переводя взгляд с одного на другого, ‒ разве что вы сами решите покаяться. Только не кидайтесь все сразу. ‒ Он помолчал несколько секунд. ‒ Что сделано, то сделано. Однако новость уже привлекла к себе внимание.

‒ Уфологи? ‒ скучающе протянула Рейчел.

‒ Скорее уж предмет их интереса, ‒ хохотнул Карл, поковыряв пальцем в ухе. ‒ Узнали деталь от своего корабля и просят вернуть за вознаграждение. У нас на Земле с деталями для НЛО туговато.

‒ Бесполезно, мозг ты там не найдёшь, ‒ проворчала Рейчел, которую ужасно раздражали люди, ковыряющие пальцами где бы то ни было.

‒ Звонили из Национального музея Дублина, ‒ серьёзно отозвался Джаспер Динс. ‒ Но лично я бы предпочёл инопланетян – с ними забот меньше.

‒ Уже туда дошло? ‒ удивилась темноволосая женщина лет шестидесяти в старомодном клетчатом костюме.

‒ Интернет, Норин, творит чудеса.

‒ И что они сказали? ‒ подала голос Ребекка, не переставая глядеть в пол.

‒ Спрашивали, не розыгрыш ли это, и если нет, то почему мы до сих пор никого не поставили в известность.

‒ Как это никого? ‒ хмыкнула Норин, педантично оправляя юбку. ‒ Мы же не все исследования проводили в нашей лаборатории. На уран-свинцовый анализ ты, Джаспер, отвозил реликвию в Дублин, здесь у нас такого не делают.

‒ Я сказал им, что ведётся исследование, и откуда могла взяться такая информация, мне неизвестно, ‒ проигнорировав замечание, сказал заведующий.

‒ Рано или поздно о результатах придётся сообщить, ‒ прогнусавила Ребекка.

‒ Сообщим. Ещё звонили репортёры из… Добрый день, молодой человек. Это помещение только для персонала.

Все как один уставились на стоявшего в дверях посетителя. Даже Ребекка на мгновение оторвалась от пристального изучения чёрных прожилок на серых плитах пола.

Появление незнакомца было неожиданным для всех. Да и выглядел он странно и неуместно среди письменных столов и громоздких шкафов с папками, склянками, образцами, оборудованием и другой утварью.

Это был высокий тощий мужчина лет тридцати пяти на вид. На нём было длинное тёмно-серое пальто, явно слишком большое для его узких плеч, чёрная свободная кофта, порванные в нескольких местах засаленные джинсы и чёрная шапка, из-под которой выбивалась длинная серо-голубая прядь волос. Глаза скрывались под чёрными очками каплевидной формы с металлическими боковыми щитками. Кроссовки, некогда белые, а теперь серые и обтрёпанные, оставляли на чистом полу мокрые следы.

Выглядел незнакомец так, словно он долго болел или терпел лишения.

«Или принимал наркотики», ‒ дополнила Рейчел мысленное описание посетителя, глядя на тонкие, заострённые черты лица, обветренные губы, впалые щёки и щетину, серо-голубую, как и выбившаяся из-под шапки прядь.

‒ Ещё один утопленник, ‒ хохотнул Карл, указывая, что странный посетитель, как и Рейчел, промок до нитки.

«И вонь от него чувствуется на расстоянии», ‒ мысленно добавила Рейчел и брезгливо поморщилась.