- -
- 100%
- +
Мальчишки страстно желали зажать какую-нибудь школьную красавицу в углу и облапать ее всласть к своему вящему удовольствию. Помню, как в один из прекрасных дней мы набросились жадной, голодной толпой на одноклассницу, которая показалась нам особенно аппетитной. Более того, перед этим она и сама давала всем понять, что будет не против небольшого эротического приключения.
Даже всячески провоцировала нас на дегустацию ее бесстыдно выпирающих прелестей.
Каково же было наше удивление, когда в самую волнительную минуту, после того, как мы уже опрокинули ее на диван и готовы были попробовать прохиндейку на ощупь, раскрасневшаяся от возбуждения девчонка внезапно передумала оставаться украшением нашей секс-вечеринки. Она грязно обматерила всех присутствующих и ретировалась прочь. Видно, ей не понравилось, как рьяно мы взялись за дело, а вернее сказать, за тело не привыкшей к столь темпераментному напору очаровашки. «Куда же она ломанулась? – расстроено подумали обескураженные таким обломом пацаны. – Ведь счастье было так возможно!..»
А уж что мои сверстники (но, к сожалению, не я!) вытворяли в пионерских лагерях, об этом даже вспоминать неловко. Все свое свободное время они только и думали о том, как бы им уединиться с какой-нибудь девчонкой на зеленой лужайке под раскидистым деревом, дабы хорошенько обслюнявить и потискать свою подружку. Не очень погрешу против истины, если скажу, что у них одни только шпили-вили и трали-вали были на уме! Мне даже порой становилось жалко вожатых, которые вместо организации пионерских мероприятий вынуждены были следить лишь за тем, чтобы чересчур похотливые пионеры не взгромоздились на слишком уж любопытных пионерок и не помяли им розовые пилотки.
Бывали случаи, когда после отбоя взрослые отлавливали малолетних сластолюбцев, улегшихся в одну кровать. Здесь уже и до лагерного ЧП было недалеко! Страшный сон вожатых – забеременевшая во время оздоровительной поездки в лагерь пионерка! Или ставший молодым отцом пионер – всем пример! Таких Ромео и Джульетту подвергали сильнейшей обструкции и, как правило, с первой же оказией отправляли домой. Типа, что хотите там у себя в городе делайте, а здесь мы вам любовь крутить не позволим!
Помню, была у нас одна пьяная, помятая пионервожатая, которая как-то подозрительно неровно ко мне дышала. Она любила вызвать меня (почему-то всегда одного, да еще когда все пацаны отправлялись играть в футбол!) в пионерскую комнату, где мучила всякими дурацкими вопросами про моральный кодекс строителей коммунизма. При этом я отчетливо видел, что вопросы коммунистической морали волновали вожатую меньше всего. Более того, они шли вразрез с ее почти нескрываемыми похотливыми намерениями.
Вожатая постоянно норовила ласково погладить меня то по руке, то по ноге, то по всем моим членам сразу. Она даже периодически вытягивала ко мне свои губы, дабы запечатлеть на моем смущенном лице пламенный пионерский привет. Увы, я тогда был чрезвычайно застенчивым подростком, шарахающимся даже от собственной тени (не говоря уже про девушек). А потому, сильно зардевшись и лепеча что-то сумбурное про оставленных на футбольном поле друзей, старался как можно быстрее покинуть пионерскую комнату. Не знаю, может зря я тогда от нее бегал?
Не так давно я где-то прочитал, что беспощадная американская Фемида, словно ядовитая паучиха, уволокла за решетку очередную свою жертву – несчастную учительницу. Та имела неосторожность заниматься любовью со своими прыщавыми учениками. Теперь ближайшие двадцать лет она проведет без секса. По крайней мере, без любимых ее сердцу школьников. Причем случай этот далеко не единственный. В США за аналогичные прегрешения женщин сажают и на большие сроки, вплоть до пожизненного.
Я смотрю на фотографии этих прекрасных «преступниц», и мне хочется буквально рыдать от обиды! Ведь на месте совращенных американских пацанов должен был быть я!
Но ничего подобного в своей школе я даже близко не видел. Учебные дисциплины нам преподавали какие-то совершенно асексуальные старушки, от которых у меня не стояло ничего, кроме кола в дневнике. А ведь я мог стать очень способным во всех отношениях учеником. И уж точно мне никогда бы не пришло в голову стучать на своих благодетельниц. Эх, где мои семнадцать лет?!. Я хочу обратиться сегодня к американцам – не надо сажать в тюрьму таких обворожительно красивых училок! Отправляйте их лучше в Россию. При таком раскладе я бы и сам еще раз с огромным удовольствием пошел в школу…
Должен заметить, что в наше время интерес к девчонкам среди парней был на порядок выше, чем сегодня. Вернее сказать, он тотально преобладал над всем, что можно было тогда представить. Да, мы любили, условно говоря, вино, кино и домино, но девушки были вне всякой конкуренции! По сравнению с нынешними, инфантильными и недоразвитыми в половом отношении подростками, советские школьники демонстрировали прямо-таки запредельную маскулинность! У нас глаза все время горели похотливым огнем, и мы взглядом могли поджечь даже то, что гореть, казалось, было не в состоянии. Собственно, ни о чем другом, кроме как о женщинах, пацаны тогда думать не могли и мечтали лишь о том, как бы влюбить в себя, хотя бы на одну ночь, какую-нибудь сногсшибательную красавицу.
И когда я вижу современных, равнодушных ко всему недомерков с потухшими взорами, которые вместо увлекательных сексуальных похождений предпочитают компьютерные игры в гаджете, мне становится жалко их до слез! Ведь юность без романтики мертва! Это все равно что весна без пения птиц или без веселого журчания ручья. Лишить себя счастья первой подростковой любви – значит совершить преступление перед собственной природой! Какими же, простите, редкими дураками надо быть, чтобы поменять яркую, бьющую через край, наполненную невероятными приключениями жизнь на какой-то фальшивый, суррогатный заменитель, не дающий ничего ни уму, ни сердцу! Короче говоря, «Печально я гляжу на наше поколенье! Чье будущее – иль пусто, иль темно. Меж тем, под бременем познанья и сомненья, в бездействии состарится оно»…
Вообще, юные совершеннолетние девушки – это особое блюдо для гурманов, и я прекрасно понимаю, почему старые извращенцы и развратники (сам со временем рискую превратиться в одного из них) так падки до молодого тела. Есть в невинных еще девчушках какая-то неизъяснимая прелесть, которая дается им только в начале их женского поприща, а затем беспощадно отбирается. В эти короткие, как майские ночи, периоды распускания трепетных бутонов, прежде чем они превратятся в полноценные, благоухающие весенними ароматами цветы, девчонки особенно притягательны своей трогательной нежностью и свежестью. У них чистый, неиспорченный еще взгляд. Они обворожительно наивны и умеют искренне и заразительно смеяться, что является большой редкостью среди людей.
Даже глупости, периодически слетающие с их уст, нисколько не портят этих юных прелестниц, в отличие от уже взрослых и манерных женщин. Это потом «добрые люди» втемяшат в их продуваемые всеми ветрами головки, что надо быть хитрыми, циничными, уметь извлекать из всего выгоду и с боем занимать свое место под солнцем. Это потом они превратятся в расчетливых, стервозных дур, думающих только о том, как подороже продать свою молодость и красоту. А пока они верят в лучшее, мечтают о большой любви и неподдельно радуются, когда им удается нам понравиться.
Молоденькие восемнадцатилетние девчонки зачастую и сами не догадываются, до чего же они хороши! Как же наивны, прекрасны и милы могут быть эти проказницы! Они еще не растрясли свои задницы и буфера на ухабах времени, и даже смотреть на их восхитительные, точеные фигурки – одно сплошное, мужское удовольствие. Чаровницы буквально завораживают нас своей естественной, нетронутой еще красотой, и отвести наши нескромные взоры от их пленительных, колдовских прелестей просто невозможно! А уж обладать такими очаровательными созданиями – ни с чем не сравнимое блаженство!
Некоторые девчушки настолько сочны и аппетитны, что их хочется мять, тискать, грызть и любить до умопомрачения. Всякий раз, когда судьба сталкивала меня с молодой девичьей порослью, кровь начинала бурно закипать в моих жилах, сердце сладко и надрывно пело и сам я становился будто пьяный в предвкушении чего-то нового, захватывающего и интересного! В такие моменты я был похож на человека, готового от охватившего его восторга прыгать вокруг своей счастливой находки, но старающегося ничем не выдавать радостных чувств, чтобы не спугнуть добычу.
Поговорим на щекотливую тему самоудовлетворения. Должен вам признаться к стыду своему, что в подростковом возрасте я взял за обыкновение встречаться с Дуней Кулаковой, хоть и считал это дело стремным. Когда мои школьные товарищи (грешившие этим не меньше меня) однажды со смехом заявили, что у тех, кто занимается онанизмом, растут волосы на пальцах, я не на шутку перепугался. Помню, начал даже старательно выдирать их, чтобы пацаны не уличили меня в постыдном пристрастии к рукоблудию.
Но потом я от кого-то услышал, что дрочить не только не вредно, но даже полезно для здоровья. Якобы, это простой и прекрасно зарекомендовавший себя способ сбросить накопившееся напряжение. Как говорится, не удовольствия ради, а пользы для… После таких воодушевляющих новостей меня уже было не остановить – я принялся мастурбировать с утроенной энергией! Это было что-то ужасное, сродни алкогольной или наркотической зависимости. Но я ничего не мог с собой поделать – меня постоянно тянуло на сладкое.
День и ночь я терзался жуткими эротическими фантазиями, которые разжигали в моих чреслах такой адский пожар, что я чувствовал себя грешником, поджариваемым на чертовой сковородке! Один только вид хорошенькой девушки, встреченной мною на улице или в магазине, мог довести меня до столь свирепого возбуждения, что мне приходилось срочно спрыскивать себя холодной водой, чтобы хоть как-то остыть. Но это давало лишь небольшую передышку, поскольку красавицы, будто нарочно, не переставали провоцировать меня на грех, то и дело попадаясь мне на глаза. Я уж не говорю о всяких звездах эстрады, спорта или кино, бесстыдно мелькающих на экране в полуобнаженном виде. Думаю, не очень ошибусь, если скажу, что во времена моей юности не было ни одной известной певицы, спортсменки или актрисы, которую бы я мысленно не оттрахал самым энергичным образом.
Да уж, как всякий не в меру озабоченный подросток, я занимался рукоблудием гораздо чаще, чем это требовалось для удовлетворения моих половых потребностей. Можно было, наверное, делать это и пореже, но мой дикий темперамент не оставлял мне никакой надежды отказаться от столь увлекательного времяпрепровождения. Помню, с каким пылким вожделением набирал я в видеопрокате целую стопку эротических кассет, чтобы провести затем чудесный вечер наедине с самим собой. И даже уже отсмотрев все фильмы и отсалютовав по несколько раз их героиням, я любил еще понежиться в постели, вызывая в своем воображении только что увиденные мною женские образы. Мне грезилось, как я раздеваю всех этих умопомрачительных киношных красавиц, как страстно целую их разгоряченные тела и губы. Все это, конечно, некоторым образом отвлекало меня от реальных девушек, которые нетерпеливо толпились в сенях, ожидая своей очереди…
Самое интересное, что после занятий онанизмом на меня постоянно накатывало чувство неискупаемой вины и мне становилось очень стыдно за то, что я доставляю себе удовольствие таким нехорошим способом. «Ладно бы бабу какую-нибудь ублажил, – думал я, – а то, как последний эгоист, передернул по-быстрому затвор, выстрелил холостым залпом в молоко, и на боковую!» Меня также смущала некоторая двойственность той ручной работы, которую мы периодически проделываем над собой. С одной стороны (и это всем известно), удовлетворять себя очень приятно. С другой же – рукоблудие почему-то считается крайне позорным и не заслуживающим одобрения хобби.
Самолюбов у нас называют обидным словом дрочеры, что на самом деле даже удивительно – я еще не встречал людей, которые хотя бы раз в жизни этим не занимались. Получается, что противники мастурбации оскорбляют самих себя. Тем не менее, им вполне удается сформировать у онанистов чувство вины. Влекомый раскаянием, я не раз давал себе обещание более никогда к своим причиндалам с увеселительными целями не прикасаться. Но, по счастью, мне никогда не хватало терпения и силы воли сдержать это никому не нужное слово.
Вообще, порнуха – это не мое. Противно, знаете ли, смотреть, на весь этот механический, бездушный факинг то ли марсиан, то ли обезьян друг с дружкой. Ну что может быть интересного в губастой и жопастой кукле с надутыми до невообразимых размеров сиськами, которую нанизывает на свой черный елдак какой-нибудь негр? Или в узкоглазой и пожелтевшей от напряжения азиатке, разрываемой на части целой толпой похожей на нее недоносков? С точно такой же пользой вы могли бы поглазеть на работу буровой установки, которая используется для бурения нефтяных скважин. Только там на поверхность подается сырая нефть, а в порностудии, простите, – обыкновенное дерьмо. Причем в самом что ни на есть прямом смысле этого слова.
Мне иногда тамошних «актрис» даже жалко становится. Это как же бедолагам приходится мучиться и терпеть, чтобы им элементарно очко не порвали. Тяжелая работа, грязная во всех отношениях. И возбуждать она может только таких же несчастных извращенцев. А ведь была еще и российская порнуха, снимаемая на фоне облезлых настенных ковров и бабушкиной мебели. Неискушенному зрителю демонстрировали какие-то скотоподобные случки жирных до безобразия баб с корявыми мужичками, напоминавшими по виду пьяных водопроводчиков. В этих отвратительных «дристаловках» сюжет лепился под стать грязным обоям: сантехник приходит к похотливой бабище чинить унитаз и заодно прочищает ей гузно. Смотреть на все это без слез было невозможно.
Другое дело – эротические фильмы. В них хотя бы смысл есть и место человеческим чувствам, а не просто голый секс. Сегодня в это сложно поверить, но в советское время за просмотр на дому какой-нибудь невинной «клубнички», типа фильмов «Греческая смоковница», «Девять с половиной недель» или «Эммануэль» (с невероятно обаятельной и привлекательной Сильвией Кристель), можно было схлопотать вполне себе реальный тюремный срок. Однако запретный плод сладок, и люди все равно, несмотря на риск, пытались всеми правдами и неправдами увидеть эти культовые картины. И когда с началом перестройки наши исстрадавшиеся граждане получили возможность безбоязненно любоваться на экране обнаженными женщинами, радости у них было – полные штаны! Они наблюдали за всеми эротическими перипетиями в кино не отрываясь, не мигая и даже как будто не дыша…
Более того, с появлением видеомагнитофонов любой человек мог не только многократно пересматривать полюбившиеся ему фильмы, но даже (О боже!) прокручивать все самые интересные места покадрово! Это было настолько ошеломляющее новшество, что мы сами не верили своему счастью! Помню, как я, с придыханием изучая эротические шедевры Тинто Брасса («Калигула», «Салон Китти», «Шалунья», «Нарушая запреты», «Подглядывающий»), постоянно тыкал на клавишу «пауза», пытаясь в самых мельчайших подробностях разглядеть чересчур быстро мелькающие на экране сиськи и пиписьки. А знаменитый эпизод из «Основного инстинкта», где умопомрачительная красавица Шерон Стоун во время допроса перекладывает ногу на ногу, засвечивая свою «киску», я просмотрел такое бессчетное количество раз, что в какой-то момент мой видеомагнитофон, не выдержав чудовищного напряжения, просто сломался!
Впрочем, со мной случались истории не хуже, чем в кино. Однажды я, будучи еще желторотым отроком, отправился со своим дядей на поезде в деревню, проведать немногочисленных родственников. Дорога была не так чтобы очень дальняя, но и не близкая, и предполагала ночевку в пути. Плотно поужинав, чем бог послал, и немного поболтав о делах житейских, мы уже собрались было отойти ко сну, как вдруг на одной из станций в наше купе вошла молодая красивая девушка. Понятно, что у меня сразу же после ее появления весь сон как рукой сняло!
Сильно смущаясь от волнения, я принялся исподтишка разглядывать нашу новую попутчицу. И знаете что, друзья мои? С каждой минутой она мне нравилась все больше и больше! Так что очень скоро я уже почти влюбился в мою случайную соседку! Это была весьма привлекательная особа лет двадцати от роду, которая, в отличие от меня, недозрелого еще подростка, практически наверняка знала толк в сексуальных удовольствиях. Во всяком случае, когда она заметила мои быстрые, украдкой бросаемые на нее взгляды, то не стушевалась, как это обычно бывает у юных девушек, а чуть заметно улыбнулась. Судя по всему, красавица прекрасно понимала, какое неизгладимое впечатление производит на мужчин, и умело этим пользовалась.
Через какое-то время дежурная проводница приглушила свет в вагоне и все начали укладываться спать. Мой дядя по привилегии, данной ему преклонным возрастом и избыточным весом, разложил себе постель на нижней полке и вскоре смачно захрапел, распугивая своими басами окружающих пассажиров. Я же, как более молодой да ранний, с большим удовольствием вскарабкался на верхнее место, после чего принялся кутаться в простынку. Тем более что напротив меня, там же наверху, собиралась улечься и моя коварная обольстительница.
Она совершенно спокойно, нисколько меня не стесняясь, стащила с себя джинсы, рубашку и, сверкая белыми трусиками, полезла к себе на полку! Увидев столь будоражащую мое невинное сознание картинку, я тут же самым диким образом возбудился и прибил своим восставшим естеством простынь к потолку. Не знаю, заметила ли девушка под покровом темноты мою эрекцию или приняла ее за ногу, упершуюся в крышу вагона. Но она, вместо того, чтобы лечь спать, принялась дразнить меня еще сильнее! То под предлогом царящей в вагоне духоты простынь с себя скинет, то попку в мою сторону призывно отклячит! Дескать, гляди-ка, маленький развратник, нравятся ли тебе мои спелые ягодицы?..
Казалось, она просто издевается над несчастным девственником, стараясь довести меня до инфаркта! Я лежал словно разбитый параличом, буквально изнывая от желания, и страшно боялся повернуться на живот. Поскольку из-за того, что вагон сильно потряхивало, это могло привести к непроизвольным фрикциям и последующему семяизвержению. «Еще мне не хватало здесь все спермой залить!» – с ужасом думал я. В общем, в ту ночь мне так и не удалось сомкнуть глаз. А вы попробуйте заснуть, когда рядом с вами, на расстоянии всего лишь вытянутой руки, расположилась девушка невероятной красоты!
Я пытался прислушиваться к монотонному стуку колес, искренне надеясь, что звуки тарахтящего в ночи поезда хоть как-то успокоят мою возбужденную плоть и настроят меня на сонный лад. Но моя почти обнаженная соседка не выходила у меня из головы! С каким невыразимым блаженством я бы переместился сейчас к ней на полку! Однако девушка почти наверняка не поймет такого моего маневра. Еще, пожалуй, и испугается, чего доброго. А уж как удивится моей прыти дядя, даже представлять не хочется. Начнет, скорее всего, кричать: «Ах ты, паршивец! Половой террорист! Ишь, чего удумал! Не дорос еще, чтобы по девкам прыгать!» И сам к ней попробует пристроиться…
Должен вам сказать, что нет ничего тяжелее и мучительнее жизни девственника. Видеть вокруг себя красивых девочек и не иметь возможности прикоснуться к ним – хуже пытки не придумаешь! Как говорится, близок локоток, а не укусишь. Тяжкое бремя сексуальной невинности так сильно отравляло мое существование, так выматывало меня снаружи и опустошало изнутри, что я дни и ночи напролет думал лишь о том, как бы мне поскорее от нее избавиться. Но вот с этим как раз имелись огромные трудности. И заключались они в том, что в школе я был невероятно, просто чудовищно застенчивым!
В принципе, мое тогдашнее состояние можно без всякого преувеличения назвать даже болезненным. «Олег, – часто подначивали меня мои товарищи, – что ты ходишь, как неприкаянный? Найди себе нормальную девчонку, закрути с ней любовь, и ты увидишь, что жизнь – не такая уж плохая штука!» «Легко сказать найди, – расстроенно отвечал я им, – а вы попробуйте сделать это с моей проклятой стеснительностью!» Стоило какой-нибудь девушке проявить ко мне хотя бы минимальный интерес, как меня буквально накрывала волна парализующей все робости и нерешительности. Как там в песне поется: «Раз пятнадцать я краснел, заикался и бледнел, но ни разу улыбнуться не посмел». С этим надо было что-то делать, и я, не в силах справиться со стыдливой напастью собственными силами, решил обратиться к бывалым ребятам из числа своих одноклассников.
В отличие от меня, они уже вовсю крутили романы с местными красотками, и им было о чем поведать незадачливому товарищу. Широко разинув рот и вытаращив глаза, я завороженно слушал байки про ошеломляющие подвиги школьных ловеласов, совершенные ими на сексуальном поприще. Ведь я тогда не знал даже, с какой стороны подойти к девчонкам, в то время как они уже пачками вертели их на своих причиндалах. По крайней мере, так выходило с их слов. Истории, которые они мне рассказывали, потрясали мое целомудренное воображение! Оказывается, в нашем классе уже не осталось девчонок, которых бы они не оприходовали. Ну, может быть, за исключением одной-двух несчастных девственниц, бывших настолько страшными, что на них даже вор не покусится. Более того, они также нагнули раком и всех девчонок из параллельного класса, изъявивших жгучее желание отдаться им и умолявших о соитии.
Изумленный до глубины души открывшейся мне тайной, я слушал своих приятелей, не веря своим ушам! Как же так получилось, что вся эта эротическая феерия прошла мимо меня и я ничего не заметил?! Более того, не принял в ней самого деятельного участия! Я готов был рвать на себе волосы от отчаяния! И лишь спустя какое-то время случайно узнал, что пацаны просто сочиняли все эти свои сексуальные похождения, выдавая желаемое за действительное. А если и трахали кого-то из одноклассниц, то только во сне.
В школе, признаюсь честно, я не пользовался большой популярностью среди девушек. Во всяком случае, они не особо демонстрировали свой интерес к моей скромной персоне. Здесь, правда, надо заметить, что учился я в довольно специфическом учебном заведении, где романы с одноклассницами в принципе не поощрялись. Поэтому я долго не мог понять, вызываю ли я у девушек хотя бы сотую часть того любовного томления и трепета, что испытываю сам по отношению к ним? Или они ко мне абсолютно равнодушны? Разобраться с этим насущным вопросом мне помогла поездка в крымский лагерь труда и отдыха, куда нас в старших классах отправили на целое лето собирать фрукты для тамошнего совхоза. В Крыму (благо работа нам это позволяла) мы объедались сладчайшими персиками, сливами, алычой, черешней и абрикосами. А заодно купались в море, загорали на пляже и сходили с ума по достопримечательностям полуострова, главными из которых были местные красотки.
Помню, как однажды я брел, о чем-то задумавшись, по селу и вдруг увидел девушку какой-то неземной красоты, которая даже не шла, а плыла мне навстречу, купаясь в лучах заходящего солнца! Ее заразительный смех летел над окрестностями, и вся она будто светилась от счастья, озаренная теплым закатным светом! Ветер-проказник то и дело пытался задрать ей платье, и в эти мгновения у меня буквально перехватывало дух, а сердце готово было выскочить из груди! Она и впрямь была так ошеломительно прекрасна, что невозможно было не лишиться дара речи, глядя на столь изумительное творение природы! Согласитесь, не так часто в нашей жизни нам приходится сталкиваться с людьми, наглядно олицетворяющими собой само совершенство! Через несколько секунд прелестная незнакомка прошла мимо, бросив на меня едва уловимый взгляд, который обжег меня сильнее, чем беспощадное крымское солнце. Я тут же страшно стушевался и покраснел, не зная, что мне теперь делать и куда бежать.
С той самой минуты я только и думал о том, как бы мне еще раз увидеть эту невероятную то ли девушку, а то ли видение! Несколько дней я не находил себе места, работа валилась у меня из рук, я блуждал словно пьяный по деревне в надежде встретить ее где-нибудь на улице и одновременно жутко боясь этой встречи. По ночам я, стиснув крепко руками подушку и представляя в своих объятьях так поразившую меня девушку, неотрывно грезил о роковой красавице. Мне снилась ее обворожительная улыбка и бездонные голубые глаза, в которых я тонул, как последний мальчишка! Отныне меня не интересовало в этой жизни ничего – только бы взглянуть еще раз на прекрасную незнакомку хотя бы издалека, услышать ее чарующе-пленительный смех, почувствовать легкость ее шагов…
Спустя несколько дней в небольшом сельском клубе была устроена дискотека, на которую пришли многие местные девчата и парубки. Мы, московские школьники, также решили посетить это крайне важное для молодежи мероприятие. Помню, я сидел тогда у стены (поскольку не умел и не любил танцевать), и что-то обсуждал со своими приятелями. Внезапно дверь отворилась и в зал вошла Она – мечта любого поэта, идеальный образец всесокрушающей красоты и женственности! Эта девушка могла свести с ума кого угодно, а не только такого смешно заикающегося подростка, как я. Меня опять словно обухом ударило по голове, и я, совершенно не понимая, как мне справиться с охватившим меня жутким волнением, изумленно уставился на нее! Она прошла через весь танцпол, не обращая внимания на присутствующих, подошла ко мне, и, обхватив горячими ладонями мое лицо, страстно поцеловала прямо в губы! После чего, гордо выпрямилась и вышла из клуба.