- -
- 100%
- +
– Как Селин?
– Прекрасно. Оставила с отцом. Что за срочность? – села и положила руки на стол.
– Я не могу дозвониться до мамы. Она кинула меня в блок, – пожаловался Даниал.
– Ну кинула и кинула, – пожала плечами Камелия. – А ты что хотел? Чтобы она приняла тебя с распростертыми объятиями после того, как узнала, что у тебя есть “дитя порока”? И не смотри на меня так. Я говорила с ней, там вообще без вариантов – ты так и останешься бывшим, уж извини.
– Я верну ее. Я сделаю все, чтобы она меня простила, – стукнул кулаком по столу злой отец.
– Ой как страшно! – хмыкнула дочь. – Боюсь и трепещу. Ты сам— то в это веришь после того, что сделал?
– Я объяснял тебе как это вышло и в каком я был состоянии.
– Ой только не надо, пожалуйста, – замахала руками Ками. – Меня стошнит от еще одной истории о твоей адюльтере. Но я тебя предупреждаю: если эта дрянь сунется к маме, я за себя не ручаюсь. Найду, где живет и порву, как Тузик грелку. Даже на ребенка твоего смотреть не стану.
– Она не сунется. Она больше ничего ей не скажет и не подойдет, – прорычал Даниал.
– Ты в это веришь? Что ж она демонстративно трогала тебя в магазине? Да, представляешь, я знаю, мне мама сказала.
– Та сцена вышла боком для меня, но еще больше – для нее. Видеть уже не могу ее, но приходится контактировать ради сына.
– Лихо секретарша взяла за яйца бывшего босса, – усмехнулась Камелия и снова встретилась с недовольным взглядом отца. – А что ты снова так смотришь? Правда глаза колет?
– Тебя в детстве надо было пороть, – опустив голову, заметил он. – Но мама была за западные ценности и говорила, что даже маленький человек имеет право на собственное мнение. Ну вот ты и выросла на нашу голову. Слишком умная.
– И как такая умная дочь появилась у таких странных родителей? – пошутила она, но Даниал только с горечью посмотрел на нее. – Ладно, всё, я молчу. Давай сначала: мама кинула тебя в блок.
– Я ездил к ней, но она не открыла. Просидел в машине до девяти вечера – безрезультатно.
– А чего так рано уехал? – снова хмыкнула Камелия. – Может, она бы в десять или в одиннадцать пришла.
В этот момент подошел официант, поставил на стол графин с лимонадом и разлил его по стаканам. Камелия обхватила свой пальцами и сделала первый глоток.
– Джама так поздно никогда не возвращается. Если это не съемки.
– Ох ты какой! – разулыбалась она. – А может у Джамы появился поклонник и она на свидании с продолжением была? А что? Имеет право. Полтора года в разводе, – она снова хмыкнула и выпила немного лимонада. – Некоторые за это время успевают второй раз замуж выскочить.
– Ты что— то про это знаешь?
– Ни— че— го, – уголок рта девушки ехидно вытянулся.
Разумеется, у Джамили никого не было, и дочь это прекрасно знала. Камелия намеренно троллила, то есть доводила отца, а он принимал все за чистую монету. И вновь Даниал блеснул черными глазами, побледнел и уставился на нее с перекошенным от гнева лицом. Сама мысль о том, что у его Джамы может быть новый роман бесила и выводила из себя. Тем более, после их последней ночи.
– Она не может, – выдохнул он и насупился. – Мы с ней…
Он остановился, потому что, конечно, говорить такое дочери нельзя, но Камелия всегда была внимательной и проницательной, так что и на этот раз перемена в отце не ускользнула от нее.
– Вы с мамой что? – между бровями пролегли две прямые складки , когда она догадалась, о чем он промолчал. Покачав головой, девушка прикрыла глаза ладонью. – Когда вы успели?
– На ее день рождения, – выдержав паузу, признался Даниал. – Спонтанно, – он потер ладонями лицо и устало взглянул на Камелию. – Свет отключили, нас потянуло друг к другу, я ее поцеловал и…
– Так, давай без подробностей. Я все— таки ваша дочь, а не подруга, окей?! Господи, ну за что мне это? Вот скажи, как из счастливой семьи мы превратились в непонятно что? – сокрушалась девушка.
– Я люблю твою мать, – вырвалось у Даниала. – Ее люблю, себя ненавижу.
– Что за пара мазохистов елки— палки! – фыркнула дочь.
– Камелия, может, хватит издеваться? Я позвал тебя, чтобы ты мне помогла. Скажи, где мама?
– Я не знаю, – положив руку на сердце, выпалила она. – Честно. Она сказала, что едет за город, поживет там немного и поработает.
– Не верю, что она тебе не сказала, а ты не спросила. Вы же близки, – прищурился Даниал.
– Мама попросила ни о чем не спрашивать. Она захотела сменить обстановку. Я не стала давить. Знаю только, что где— то за городом.
– А если с ней что— то случится, а мы даже не знаем, куда ехать? О чем Джама думает?
– О себе, – вскинув подбородок, ответила дочь. – Мама думает о себе. И правильно делает. А ты сначала с матерью своего ребенка разберись. Извини, конечно, но как ты себе представляешь ситуацию: “Дорогая, прими меня обратно, но я с прицепом”? Ты думаешь, мама побежит, роняя тапки? Да никогда. Я не знаю, что должно случиться, чтобы она простила. Вот правда.
И ведь дочь снова права: не в бровь, а в глаз. Поведение Рианы уже давно его напрягало и бесило, а когда Даниал узнал, что девка без его ведома переехала в Алматы и сняла квартиру, то озверел. Но Риана быстро включила дурочку и тараторила:
– Алишке нужно больше солнца и тепла, а в Астане холодно и ветрено. Здесь больше развивашек для него, здесь хорошие детские сады.
Он твердо сказал, чтобы она возвращалась домой. Прилетать к ребенку два раза в месяц – всё, на что он пока способен. Подрастет – возможно, сможет забирать на длительный срок. А пока…пусть живет с матерью в столице.
Когда Риана сообщила ему, что беременна, Даниал понял, что это конец. Отправил ее в другой город, купив молчание и заставив не высовываться. Сумма с шестью нулями ежемесячно падала на карту бывшей секретарши, которая носила под сердцем его сына – тот самый плод предательства и порока. Когда Джамиля в очередной раз заговорила о разводе, он, снедаемый чувством вины, согласился. Слишком высокую цену Даниал заплатил за то, что на несколько минут забылся в номере Сингапурского отеля.
Глава 11. Черная пантера
Что случилось в Сингапуре?
Огни ночного Сингапура мерцали перед глазами, но он ничего не замечал и ничего его не удивляло, не привлекало и не радовало. Стоя у панорамного окна, Даниал боролся с желанием разбить его и сделать шаг в бездну, чтобы уже наверняка разбиться и не чувствовать боли.
Глоток виски. Взгляд вниз. Страшно до тошноты.
Сев в кресло, мужчина откинул голову назад и посмотрел в потолок. Возникло сильное желание услышать родной, любимый голос, и он позвонил ей. Жена долго не поднимала трубку, и Даниал прикрыл глаза, умоляя ее взять.
– Да? – хрипло отозвалась она.
– Джама, это я, Даник.
Воцарилось молчание.
– Как ты, милая?
– Нормально.
– Ты ела?
– Нет.
– Спишь?
– Нет.
– Почему?
– Не хочу.
– Что делаешь?
– Ничего.
– Ясно, – он чуть не раздавил бокал от злости. Сколько ни старался, никак не мог до нее достучаться. А она только отдалялась и отдалялась.
– Когда ты приедешь?
– Послезавтра. Скучаешь по мне? – давно она не спрашивала его об этом.
– Нет. Хочу чтобы мы быстрее начали бракоразводный процесс.
– А я не хочу, – процедил он сквозь зубы.
Она ничего не ответила, только сопела в трубку.
– Хорошо, поговорим, когда я приеду. Спокойной ночи.
И вновь Даниал не дождался ее реакции – послышались рваные гудки. Со злости мужчина бросил телефон на кровать и осушил стакан. Горечь вперемешку с выдержанным алкоголем обожгли гортань. Его уже так достала эта беспросветная реальность, когда тебя не слышат, не принимают и хуже всего – обвиняют в смерти сына. В дверь номера осторожно постучали. Он нехотя встал с кресла и пошел открывать.
– Здравствуйте, Даниал Темирланович, – робко пробормотала ассистентка, держа в руках пухлую папку.
– Что такое, Риана? – нахмурился Даниал.
– Ребята прислали нам обновленную информацию по завтрашней сделке. Я все распечатала, чтобы вы посмотрели перед встречей, – в своей исполнительности она походила на отличницу.
– Заходи.
Даниал впустил помощницу в номер и рукой указал на стол. Она положила на него папку и окинула взглядом беспорядок: пепельница с бычками – хотя шеф вроде не курил, початая бутылка виски, пустой бокал. Риана покачала головой и покосилась на босса, который сел в кресло и прикрыл глаза ладонью.
– Вам налить еще? – услужливо спросила она.
– Налей. И себе тоже.
– Я не пью.
– И правильно делаешь, – хмыкнул он и понял, что опьянел. – На эту гадость очень легко подсесть.
Риана налила виски в пузатый бокал, обхватила его длинными пальцами, подняла и чуть встряхнула. Янтарная жидкость плескалась на дне и завораживала, вызывая игривую улыбку. Она подошла к креслу и поняла, что босс заснул. Тогда девушка наклонилась и положила ладонь на его колено:
– Даниал Темирланович, – прошептала она.
– Что? – дернув ногой, спросил он, а затем убрал руку с лица и открыл глаза.
– Ваш виски.
Риана протянула ему бокал и когда он забирал его их пальцы, как и взгляды встретились.
Номер освещали огни большого города и приглушенный свет стильных настенных бра. Риана решила прибраться, взяла пепельницу, отнесла ее в ванную и выбросила бычки в урну. Затем протерла салфеткой стол, на который Даниал умудрился пролить виски, когда пил в одиночестве. Девушка видела, что босс уже пьян, но не уходила.
– Как ваша жена? – спросила она участливо.
– Нормально. Хочет развод, – бросил он равнодушно. – Столько лет вместе и она хочет развод.
– Печально, когда браки по любви так распадаются, – грустно вздохнула она.
– А вот ты, Риана, почему не замужем? – поставив стакан на подлокотник, поинтересовался он.
Она помолчала, украдкой посмотрела на него, опустив глаза, а затем отвела взгляд и прошептала:
– Как вам сказать? Мне не везет в этом деле. Я давно люблю мужчину, с которым никогда не смогу быть.
Даниал хмыкнул, но ничего на это не сказал – у каждого всё же своя боль и свои тараканы. Он размял шею рукой, поднялся и оказавшись у стола, положил ладонь на документы
– Так, что там у тебя?
– Здесь новые расчеты команды по строительству башен, – неожиданно она накрыла его пальцы своими и посмотрела в глаза, как невинный оленёнок, а потом опустила их к его рту.
– Иди, – кадык нервно дернулся, Даниал резко убрал свою руку с папки.
– А если я не хочу уходить? – тихо отозвалась она и коснулась губами его губ. Он сразу отстранился, стерев пальцами ее вкус.
– Ты границы переходишь, Риана. Иди, – указал ей на дверь.
– А если я скажу, что это вы – мужчина, которого я люблю. С первого дня, как увидела вас. Я не могу смотреть на то, как моего любимому человеку плохо. Как он устал, как его используют, высасывают из него все силы, не отдавая ничего взамен.
– Риана, уходи по— хорошему, – громко приказал мужчина, сжав кулаки.
– Нет, – помотала головой. – Вы устали, вы вымотались. Вам плохо. Я хочу вам помочь, потому что люблю вас. Только вас люблю, – бормотала и быстро расстегивала пуговицы на блузке, открывая его взору красивую, упругую грудь в кружевном бюстгальтере, идеальную талию и плоский живот. Она спустила рукава, пробежалась тонкими пальчиками по груди и животу, сняла рубашку и выкинула на кровать. – Я буду хорошей девочкой. Я сделаю так, что вы обо всем забудете.
– Вон пошла.
– Я знаю, как вам нужна разрядка. Вы столько месяцев живете в напряжении, – черная пантера подкралась слишком близко и гипнотизировала своим шепотом. – Так отпустите себя. Вы же знаете, я все для вас сделаю, Даниал Темирланович.
Она подошла вплотную, смело и нагло положила ладонь на ширинку, погладила плотную ткань и заглянула в глаза. В голове зашелестели красные флаги. Он сказал себе: “Гони ее на хрен” и схватил за руку с намерением выставить за дверь, но она ловко вывернулась и поцеловала его.
Впервые за двадцать с лишним лет он целовался с другой, но недолго, потому что после сорвался и подобно обезумевшему зверю развернул секретаршу и сделал все так, чтобы только не видеть ее лица и не смотреть в чужие глаза. Алкоголь ударил в голову. Белый шум в ушах смешивался со стонами ассистентки и звукам соприкасающихся тел. Ее стринги болтались на щиколотках, а юбка поднялась к животу. Он задыхался от духоты и тяжелого воздуха. На лбу и висках выступила мелкая испарина.
– Да! Да! Даниал, еще, – приподнявшись и повернув голову, кричала она и кусала губы.
– Рот закрой, – прорычал он и надавил на поясницу, заставляя Риану вновь уткнуться лицом в стол. Но это, похоже, только раззадорило ее, потому что она принялась скулить и царапать ногтями гладкую поверхность.
Все закончилось быстро, и на смену ничтожной разрядке пришло страшное осознание смертельной, непоправимой ошибки.
– Одевайся и выметайся. Чтоб когда я вернусь, тебя здесь не было, – грубо бросил Даниал.
Оставив Риану в комнате, он ушел в ванную, где стоял под холодным душем пока не протрезвел и не озверел: возненавидел себя за измену, грязь и слабость. Стало противно.
На следующий день они вели себя так, будто ничего не произошло. Вернувшись домой, он вызывал ее в кабинет и сообщил, что она уволена.
Глава 12. Хорошо иметь домик в деревне
Вдали от большого города, суеты, загазованности дышалось легко и свободно. В первую ночь на даче она спала без задних ног, и встала на рассвете, когда красное солнце только— только поднималось над зелеными холмами, окрашивая их сияющий изумрудный цвет. Где— то вдали, у соседей, запели петух, а вблизи, на ветках яблонь и груш защебетали птицы. Выйдя на веранду, Джамиля запахнула легкий кардиган, надетый поверх длинной шелковой сорочки. Она потянула носом и почувствовала, как приятно пахнет утро, зеленая трава с прозрачными капельками росы, распустившиеся цветы в саду. Все вокруг оживало, дышало, стремилось к солнцу и она – та, что очень долго жила во тьме, тоже захотела жить. Криво— косо, но жить так, как хочет она.
Время здесь шло медленно, но его хотелось смаковать, как тот самый вкусный чай с мятой, что она заварила утром, или свежую горячую булочку с вареньем, или хорошую книгу, привезенную с собой из города. Все свои тексты Джамиля уже сдала продюсерам и знала, что в ближайшее время новых заказов не будет, так как программы по традиции уходят в отпуск и июне, а вернуться в августе. Поэтому с чувством выполненного долга, она позволила себе расслабиться, отдыхать и ни о чем не думать. Ну разве что о том, как хорошо иметь домик в деревне.
После обеда, часа в четыре, она вышла погулять по окрестностям. Солнце уже было не таким активным и палящим, поэтому Джамиля оставила дома соломенную шляпку, но надела легкий облегающий сарафан небесно— голубого цвета на тонких бретельках, бежевые шлепки и маленькую сумочку на длинном ремешке. Туда удачно поместились телефон и ключи. По дороге ей встречались местные: одни поглядывали на незнакомку с интересом, другие равнодушно проходили мимо. Мальчишки мал мала меньше играли у ворот, а те, что постарше бегали с мячом или катались на велосипедах. Ни тебе мобильных, ни планшетов – нормальное такое, хорошее детство.
Пройдя яблоневые сады, Джама добралась до той самой речки, которую расхваливала Галия. Сестра не соврала: место было шикарное, тихое, красивое, спрятанное за массивными деревьями и кустами. Речка шумела и неслась вниз, ударяясь о крупные камни. Джаме вдруг очень захотелось помочить ножки, и быстро скинув шлепки, она вошла в воду и ахнула от неожиданности и холода. Но шок прошел быстро, а на смену ему пришли поразительные ощущения легкости и радости от простого, живого, настоящего.
Когда она выбралась на сушу, то сразу же села на траву, не заботясь о том, что испачкает платье. Наслаждаясь пейзажем и звуками, не сразу поняла, что у нее в сумочке вибрирует мобильный. Достав его, Джама приняла звонок от дочери, была непривычно весела и довольна.
– Доча, привет!
– Я смотрю горный воздух пошел тебе на пользу, – присвистнула Камелия.
– Тут так хорошо. Приезжайте с Селин, адрес у тебя есть, – вытянув ноги, они принялась шевелить пальцами, которые чуть онемели от ледяной воды.
– Как-нибудь приедем. Я что звоню. Тебя папа ищет со всеми собаками. Меня пытал.
– Надеюсь, ты ничего ему не сказала? – нахмурила брови женщина.
– Обижаешь! Но имей в виду, он шерстит. Не удивлюсь, если СБшников своих напряг.
– Он не найдет меня. Твой отец не знает, что Галия купила дачу.
– Ну дай Бог. Хоть отдохнешь от него, – посмеялась Камелия. – Всё, давай, кайфуй дальше, ни о чем не думай и высыпайся.
– Уже, – улыбнулась Джамиля.
– Вот и отлично. Люблю.
– И я тебя, моя девочка.
Выключив телефон и убрав его обратно, Джамиля подобрала ноги, обхватила их руками и положила подбородок на колени. Значит, Даниал ищет ее. Только зачем? Никак не может определиться?
“Да черт бы тебя побрал, Даник. И тут ходишь за мной тенью. – подумала она. – Как мне выкинуть тебя из головы?”
Волшебной пилюли, чтобы все забыть, никто еще не придумал. А так хотелось бы выпить таблетку и перестать вспоминать прошлое, даже если оно было счастливым.
Октябрь 1997 года
– Джамилёк, ну может хватит уже? – взмолился оператор дядя Саша. – Мы весь Арбат вдоль и поперек прошли, столько людей записали для твоего блица.
– Дядь Саш, миленький, – сжимала микрофон молодая двадцатилетняя журналистка. – Нам попадались одни пенсионеры. А мне нужны молодые лица: школьники, девушки, парни. Им же жить в 2030 году.
В тот месяц президент страны выступил с посланием народу и озвучил долгосрочную программу “Казахстан 2030” – стратегию развития страны на ближайшие годы. По его задумке к тридцатому году государство преодолеет кризис, станет демократическим, правовым и экономически развитым. Редактор новостной программы отправил Джамилю на алматинский Арбат и велел опросить горожан. Журналисты часто туда ездили, потому что в самом центре города всегда было многолюдно. Попадались интересные мнения, но в основном от старшего поколения, а хотелось послушать молодых.
– Вон, смотри, – обреченно вздохнул оператор. – Двое ребят идут. Давай подойдем.
– О, давайте, – обрадовалась Джама. – Ну дядь Саш, у вас глаз – алмаз.
– Опыт не пропьешь, Джамилёк, – оператор, схватил тяжелый штатив с камерой и побежал за корреспондентом, которая уже подлетела к парням.
– Здравствуйте, можно задать вам пару вопросов?
– Девушка, извините, мы спешим, – сказал светленький.
– Да ладно, Игорь, давай послушаем, – остановился темненький паренек в синей куртке. – Что вы хотели, девушка?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.