Путь к цели

© Дмитрий Султанов, 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону

Глава 1

Ну что, Грэг, соберись, не теряй концентрации, когда осталось всего ничего. Уже буквально финишная прямая. Вот-вот цель будет достигнута, всего шажочек нужен. Ты смог ответить на все самые сложные вопросы по профильным дисциплинам, прошел психологические тесты на верность. Но расслабляться еще не время. Тем более тогда, когда от этого зависит твое будущие. Вперед!

Указательный палец твердо утапливает кнопку подтверждения следующего вопроса на виртуальной клавиатуре, и тот моментально вспыхивает перед глазами. Зеленые буквы на черном фоне не сразу собираются воедино, обретая смысл, но как только это происходит, я облегченно вздыхаю. Фуу-ух, повезло. Всего лишь вопрос по истории, причем один из простейших. А как себя накручивал.

«Опишите события, предшествующие Пришествию, а также его последствия для нашего мира». Мысли лихорадочно начинают бегать от факта к факту, прыгая от одного события к другому. Но в итоге я сам себя останавливаю, делая очередной глубокий вдох. И хотя в виртуальной реальности тело практически не ощущалось, мне всегда помогало такое действие уменьшить накал эмоций и собрать мысли до кучи. Времени еще достаточно, но все равно необходимо четко сформулировать ответ на поставленный вопрос, без всякой воды. Так что я решаю мысленно проговорить себе его для начала и только потом уже отвечать.

Итак, наша планета до Пришествия была громадным нагромождением разнообразных стран со своими народами, культурой, обычаями. Да что там говорить, даже языки были разными. Это, конечно, давало индивидуальность каждому государству, но в то же время и разобщало их между собой. Причем настолько, что непосредственно перед Пришествием планета готова была начать Четвертую мировую войну, будто уже забыв ужаснейшие последствия Третьей, когда не только границы многих стран были кардинально перекроены, но местами даже ландшафт полностью изменился, а часть земли стала абсолютно непригодной для жизни, включая тот же Забытый континент. Благо хоть последний был самым маленьким и находился несколько в стороне ото всех, а жителей там было всегда немного. Вот только именно там нашлись запасы стратегического, важного на тот момент, ресурса, и это в итоге привело к текущему состоянию – безжизненной выжженной пустоши.

Но все же повторно глобальная катастрофа не случилась. Внезапно появившиеся громадные многокилометровые космические корабли нависли над миром, заставив замереть всех жителей в ожидании еще больших проблем. Часть стран – из тех, что любили кичиться своей военной мощью, – без всяких попыток переговоров с ходу попробовали атаковать корабли пришельцев, но безрезультатно. Боеголовки сбивались практическим моментально после пуска, а затем неизвестное оружие выпускало мощнейшие энергетические удары, буквально утюжившие землю, создавая кратеры в местах попаданий. Вся авиация, даже самая новейшая с лучшими технологиями сокрытия, словно превратилась в неподвижные мишени, которые тут же уничтожались. Подавив сопротивление даже самых тугодумных вояк, пришельцы взяли паузу на пять дней.

По всей планете воцарилась паника. Большая часть людей, расценив, что пришел настоящий конец света, ударились в массовые помешательства, создавая хаос везде, где только можно. Убийства, мародерство, насилие захлестнули население всех стран. Правительство и высшие чины в большинстве своем сбежали, начав прятаться в своих частных или государственных бункерах и бросая свой народ наедине с этой разрухой. Армии массово распадались и дезертировали, а рядовые военные спешили к своим семьям, не видя возможности бороться с таким грозным противником, имеющим подавляющие преимущество в силе. А затем последовал удар пришельцев.

Всего за сутки неизвестные вторженцы уничтожили все государства планеты, как саму суть явления. Армейское вооружение, склады техники, тайные объекты, все было выжжено ударами из космоса. Но не только это – все правительственные учреждения и бункеры, вместе с прячущимися в них чиновниками, стирались с лица земли. Орбита была очищена от спутников, оборвав почти все варианты коммуникаций. Площадки для изучения космоса, большинство баз данных глобальной сети, громадные вещательные комплексы – все сгорало в пламени пришельцев.

В итоге, планета осталась без большинства накопленных знаний, без вооружения и армии, без связи, с уничтоженной экономикой и без института государства, как такого. Жизнь рядового человека сократилась буквально до ближайшего окружения, и события в других регионах резко стали далекими и мало актуальными. Все моментально сосредоточились на собственном выживании, уже не думая про какое-либо даже теоретическое противостояние пришельцам. Нет, были, конечно, ярые радикалы, готовые бороться до самого конца, но даже они поумерили свой пыл, осознав произошедшее и разницу в силах. А космические корабли на орбите снова замерли в ожидании неизвестно чего, в этот раз уже на гораздо более длительный срок.

Но через полгода они снова дали о себе знать. Громадные машины спустились с небес, неся с собой мир, а не войну. До сих пор никто никогда не видел вживую пришельцев, но всего за десятилетие они перекроили планету под себя, вводя свои законы, которым теперь необходимо было подчиняться. Сопротивляющихся же ждал удар с орбиты. И очень скоро таких практически не осталось.

Был введен единый язык и упразднены остальные. Были изменены системы счета и мер. Единая валюта и запрет на образования любых политических структур. Полная экономическая свобода – никаких ограничений на торговлю чем-либо. Но ввелся запрет на использование или разработку любых видов авиации, ибо небо и космос могли принадлежать только пришельцам. Также было запрещено использовать беспроводные технологии коммуникации, и поэтому к текущему времени громадная сеть кабелей окутала всю планету. Были и другие запреты, но большинство из них касалось того, чтобы люди сидели на земле и не пытались как-то влезть в дела пришельцев. Те закрыли для посещения несколько регионов планеты и один целый континент, но в остальном люди были предоставлены сами себе. И когда умер последний человек, который родился до Пришествия, счет времени обнулился.

Сейчас шел 157-й год по новому летосчислению, и мир представлял собой несколько сотен громадных мегаполисов, полностью контролируемых разного рода корпорациями.

А я прямо сейчас сдавал последний экзамен на выпуск из одного из учебных центров-интернатов корпорации «Технологический концерн кибернетических имплантов Собиана» в Арнон-Сити.

Еще раз мысленно прогнав для себя вспомненные факты, я застучал по виртуальной клавиатуре, набирая запрашиваемый ответ. История обрастала все новыми подробностями, периодично выплывающими в памяти, а я все продолжал. На периферии зрения маячили набранные ранее ответы, но их я уже проверял и еще раз не собирался – вряд ли вспомню что-то новое. Слова все вылетали из меня один за другим, и наконец, последнее было напечатано. Еще раз быстро пробегаю взглядом, проверяя ошибки, но нет, все вроде правильно. Все же легкий вопрос попался. Повезло. Но даже если бы выпало что-то действительно трудное, то что, я зря готовился?

Палец утапливает подтверждение, и я сразу же отправляю весь тест, не давая себе ни секунды на раздумья и новые проверки. Хватит уже, Грэг. Подушки на пальцах соединяются с друг другом в хитром жесте и передо мной всплывает системное меню. Выход.

Черное окружение, разбавленное свечением зеленого интерфейса, исчезает, и я оказываюсь в небольшой темной кабинке метр на метр, заполненной оборудованием. Правой рукой аккуратно отсоединяю коннектор под левой кистью от компьютера, а затем высовываю привычным движением кабель из затылка. Небольшой поворот, и с характерным щелчком второй коннектор отпускает меня. Я устало откидываюсь на кресле. Затылочный кабель втягивается в спинку, но я не обращаю на это внимание.

Это было долго и сложно. Все же большинство тестов мы сдавали на месте преподавателям, но раз в год было независимое оценивание, когда твои знания проверяли абсолютно неизвестные тебе люди. Все это, естественно, проходило через глобальную сеть, где считалось, что личный идентификатор подделать было невозможно. Хотя упорно ходили слухи о хакерах, которые могли это легко сделать и даже сменить кому-либо личность навсегда. Но правда ли это, я не знал. Да и не хотел. Ладно, тест окончен, результат будет завтра, так что нечего тут рассиживаться. Тем более меня ждут.

Пружинисто выпрыгнул из кресла, что моментально мне аукнулось – колено влетело в компьютерное оборудование, вызвав вспышку боли. Да, Грэг, не быть тебе акробатом. Вот так, морщась от боли, я медленно вышел из своей кабинки, потирая ушибленное место. Но осмотреться мне не дали. Налетевшее на меня женское тело моментально повисло мне на шею, а звонкий смех раздался в правом ухе.

– Поздравляю, милый! Как сдал? Все получилось? Не было проблем? – голос начал тараторить не останавливаясь, а я довольно улыбался. Нет, жизнь прекрасна. А скоро станет еще лучше.

– Мне кажется… нет, я абсолютно уверен, что все отлично, – улыбнулся я, слегка отодвигая Софию от себя, чтобы поцеловать. – Завтра будут результаты, и я наконец смогу покинуть тебя хотя бы на время.

Острый кулачок легонько меня бьет в ребра, а девушка строит грозную мину, сердито хмуря брови.

– Тебе бы только сбежать к своим железякам. – Взгляд держится всего ничего, и она, не выдержав, звонко смеется, вызывая во мне прилив нежности. В этот смех я когда-то и влюбился, и он до сих пор вызывает во мне бурю чувств, причем не меньшую, чем в первый раз.

Приобняв девушку, я направляюсь на выход из здания коммуникаций. Людей было немного, но все равно не понимал, почему эти тесты нельзя было сдать в нашем центре. Ведь идентификатор-то не обманешь, если, конечно, не обращать внимания на те слухи. Тем более болтать любят всякое, верить всему было глупо. А нужное компьютерное оборудование вполне было и в интернате.

– Я же не виновата, что мне двадцать лет исполнится всего через полгода. И все это время мы будем мало видеться, – вздохнула София, заставив меня покрепче сжать ее плечо, прижимая ее хрупкое тело к себе.

– Ничего, время пролетит быстро, и скоро ты тоже закончишь обучение и будешь сдавать свой выпускной экзамен. Тем более я буду навещать тебя и Пьера, как только у меня появится возможность. Все зависит от того, что мне предложат по результатам тестов, – остановившись и развернув ее, твердо произнес я, глядя в ее зеленые глаза. Большие, они смотрели на меня с надеждой. Слегка курносый нос был еще больше вздернут вверх, когда она смотрела на меня, закидывая голову назад. Да, уж слишком большая у нас разница в росте была. Почти двухметровый я и невысокая София, моя маленькая красавица.

Светловолосая, с небольшими веснушками на лице, она почти всегда улыбалась. Только изредка она морщила переносицу, обдумывая что-то серьезное, но большей частью она являлась фонтаном позитивных эмоций. И я, часто хмурый и задумчивый, каким-то образом смог зацепить ее с ее жизнерадостностью. Возможно, потому, что противоположности сходятся. Не знаю, да и не важно, ведь я счастлив.

Два года назад, когда ее только перевели из другого учебного центра, который пострадал в ходе очередной войны между нашей корпорацией и «Объединенным союзом биокибернетических протезов Варрона», нашими извечными конкурентами, я ее сразу не то, что увидел, а скорее услышал. Звонкий смех отозвался чем-то внутри, напоминая о моих давно забытых родителях. В нашу учебную аудиторию, которая была забита под завязку учениками всех возрастов, вводили новую группу почти из десятка человек. И их центром выступала крохотная по моим меркам девушка, сверкающая своей улыбкой.

Познакомился я с ней не сразу, а спустя несколько месяцев, хоть мы и жили в пределах одного учебного центра. Но учеников хватало в то время – почти полторы сотни, а я был всегда достаточно замкнутым, так что, по моему мнению, это еще и быстро произошло. И то все благодаря Пьеру – моему названому младшему брату, за которым я присматривал с момента его попадания к нам. После потери семьи в ходе штурма одной из баз его определили к нам, и мы очень быстро сошлись на почве общей любви к технике. А потом я и не заметил, как начал приглядывать за ним и в других вопросах.

Пьер, предложивший Софии помощь в настройке компьютерного оборудования, очень быстро все спихнул на меня по своему обыкновению, заодно и познакомив нас. А спустя какое-то время я обнаружил, что у меня будто появилась настоящая семья – любимая и младший брат.

– Чего завис, будто старый процессор, – пихнула меня София, – отвечай давай.

– Конечно, обещаю, – с улыбкой ответил я, сгребая ее в объятия. На крики, что раздавлю, я не обращал внимание. Но пришлось почти сразу прекратить это и уйти в сторону – забывшись, мы перегородили выход из здания.

Привычно серое небо с легкой дымкой между высокими зданиями небоскребов и магнитными линиями поездов будто не обратило на нас внимание. Ему не было никакого дела до нас или вообще чего-либо в этом мире. Почти всегда хмурое, оно словно заставляло смотреть вниз, не давая повода задуматься о чем-то большем.

Само здание коммуникаций было небольшим островком простора посреди нагромождения высоких зданий. Приличный забор отгораживал его от остального района, который был очень далек от благополучия. Грязные, плохо освещенные улицы, все украшенные граффити. Разбросанный мусор, сверкающий под неоновыми вывесками. Опасные переулки, где почти всегда можно было встретить неприятности на свою голову. Звуки сирен патрульных автомобилей корпораций, которые контролировали районы, то и дело звучали в округе. Но их явно не хватало для реального владения ситуацией.

Корпорации хоть и контролировали многое, но далеко не все. А частая безработица с доступностью оружия провоцировала создание разного рода банд, которые нередко служили наемниками войн между компаниями поменьше. Уровень жизни отличался кардинально между работниками корпораций разного размера. А если сравнить еще с обычным гражданином, не работающим в компаниях, то и подавно. Нам реально повезло, что мы принадлежали одной из крупных в городе, причем не только в нашем. «Технологический концерн кибернетических имплантов Собиана» был точно в первой тысяче всех корпораций планеты и в Арнон-сити пришел практически одновременно со своим основным конкурентом. Вот война и шла уже последние лет тридцать-сорок, питаемая ресурсами из других мегаполисов. Она то стихала, то снова набирала обороты, особенно, когда на кону стояли крупные контракты.

Проведя идентификационной карточкой возле турникета, мы вышли за пределы охраняемой территории. Один из бойцов корпорации в тяжелом бронежилете и каске с прозрачным забралом проводил нас безразличным взглядом и последовал примеру остальных своих коллег, внимательно изучавших окружающее пространство. Идиотов, которые бы решились напасть на здание, нашлось бы немного ввиду наличия штурмовых винтовок у охраны и управляемых по кабелю пулеметных турелей по периметру высокой ограды. Но в то же время всякое могло прийти в голову обколотому наркоману, почувствовавшему себя бессмертным после очередной дозы какой-то новой дряни.

София еще больше прижалась ко мне, и мы ускоренно направились на ближайшую станцию постоянно ходившего поезда. Благо она находилась всего в минуте ходьбы. Проезжающий рядом фургон без стекол слегка замедлился возле выхода, но встрепенувшиеся охранники заставили его торопливо ускориться, избегая возможных неприятностей.

Внезапно налетевший холодный ветер заставил поежиться девушку. Хоть сейчас и заканчивалась осень, но громадный мегаполис буквально выделял тепло отовсюду, да и температура в Арнон-сити никогда не падала слишком сильно. Это ж не север.

– Замерзла? – еще больше обнимая, спросил я, стараясь согреть ее теплом своего тела. Она была одета в майку и широкие штаны, оно было и неудивительно, что могла замерзнуть. Это я по своей привычке почти всегда ходил в достаточно плотной рабочей спецовке, несмотря на погоду.

– Нет, что ты, тепло ведь еще. Просто мне не по себе снаружи центра, – честно ответила она.

– Нам в любом случае придется чаще бывать снаружи, как начнем работать. Хотя тебе с твоей работой, возможно, и нет, – подколол я ее.

– Это действительно так, ведь врачи – это ценный ресурс, чтобы подвергать их лишнему риску, – важно заметила она, – не то что всякие техники, их же полно. Найдут замену. Прямо как поломанному болту.

– Ну конечно же, – улыбнулся я, – и ничего, что нам часто придется работать вместе при установке киберпротезов, а? И без грамотного техника врач ничего нормально не настроит.

– Но ты-то еще не грамотный техник, – ехидно заметила она, хитро сверкая своими глазищами.

– А ты еще не врач, – парировал я. Не выдержав, она рассмеялась своим звонким смехом, и мое сердце снова растаяло. Прижав ее посильнее, я толкнул дверь на станцию поезда. Правда, спустя пару секунд пришлось разорвать объятия, проходя через рамку металлодетектора. Эта станция была под охраной патруля, и меры безопасности здесь были повышены. Но оружия я не носил, и мне было все равно. К тому же я и пользоваться им толком не умел, только обслуживать и ремонтировать. Даже название не пытался запомнить, тем более корпорации частенько модернизировали его. Оружие в принципе никогда не влекло меня, и мне больше нравилось заниматься роботами. Последние были гораздо сложнее, интересней, и главное, перспективней. Пока еще не получалось их сделать полностью автономными, но где-то даже ходили слухи о разработке настоящего искусственного интеллекта. Но сплетни всегда распространялись чуть ли не по каждому вопросу. Верить им явно было глупо.

– Эй, Грэг, пойдем уже…

Черт, снова ушел в свои мысли, заставив Софию меня ждать. Быстро проведя своей картой идентификатора личности по считывателю, я прошел на станцию. Вообще проезд был платным, а нам в интернате денег не давали. Взамен корпорации взяли на вооружение принцип того, что все счета копятся и в конце месяца компания напрямую рассчитывается с поставщиками услуг, а с сотрудника эта сумма удерживается. Таким образом они экономили на объеме, выбивая сниженную цену, а с сотрудника вычитывали без скидок. К тому же реально выплачивать приходилось меньше ввиду подвязывания всех своих работников под определенные магазины, часто напрямую принадлежавшие самой корпорации. Конечно, все это руководство объясняло тем, что таким образом снижается риск грабежа на улице, особенно учитывая количество банд в округе, но это была, как всегда, только часть правды.

Дорога домой не заняла много времени. Ввиду разгара рабочего дня вагон был полупустым. Безработные же чаще всего предпочитали просто так не кататься, ограничиваясь передвижением на своих двоих по своим районам. Рядом сидели всего несколько одиночек, молча ушедших в свои мысли, да шумная компания из трех подростков лет шестнадцати. Все в коже с металлическими наклепками, в татуировках по телу и лицам, с ярко-зелеными и оранжевыми прическами, они то и дело заинтересованно поглядывали на Софию. Мне пришлось в какой-то момент упереть в них взгляд, пытаясь показаться максимально грозным и будто предупреждая не лезть. Не знаю, то ли мой рост вкупе с широкой курткой, хорошо скрывающей мою худобу, то ли они просто были не настроены вступать в конфликт, но нам повезло и взглядами все ограничилось. Вышли они за остановку до нас, и после этого София облегченно вздохнула.

А уже в центре на меня налетел Пьер, быстро что-то тараторя, да так, что ничего понять было невозможно. Схватив своего названого шестнадцатилетнего брата и встряхнув его посильнее, заставив прикусить язык, я произнес:

– Помедленней говори, а то снова ушел в турборежим, – коротко стриженный, слегка полноватый подросток в такой же, как у меня, спецовке вздохнул и уже спокойно начал, после короткой паузы:

– А я что виноват, что ты дылда и до тебя так все долго доходит? Ладно, братец, теперь к делу. У меня получилось! Получилось, получилось, получилось! – Пьер спустя всего несколько слов не выдержал, забывая про «помедленней», и снова начал активно размахивать руками. – Я слегка изменил код и наконец-то нашел ошибку. И он сдвинулся, ненамного и в другую сторону, но все же это уже прогресс! Пошли скорее, пошли, – он тут же начал тянуть меня в сторону мастерской. Я беспомощно обернулся на Софию, но она мягко улыбалась.

– Иди уж, – кивнула она, и я, успев напоследок поцеловать ее в лоб, был утянут Пьером окончательно.

Глава 2

– Демонстрируй свои успехи, хакер огненного места, – подколол я его, как только мы спустились вниз в мастерскую, где у нас был оборудован собственный закуток посреди большого помещения учебной аудитории, он же технический склад разнообразного хлама, полезного и не очень.

– Да хватит уже, Грэг, это же была шутка, не нужно было так реагировать всем! – огрызнулся Пьер на мою реплику. – Не думал, что будут такие последствия. – Ага, в первую очередь для его задницы, а затем и для нервов нашего учителя программирования. Малый был всегда талантлив в управлении компьютерами и виртуальной реальностью, и в какой-то момент к этому добавилось природное любопытство. Он где-то откопал дополнительные учебники и направил весь свой гений на организацию шикарной, по его собственному скромному мнению, шутки. Только объект оказался не тот, что предполагалось, а наш учитель, который решил что-то проверить перед занятием. Естественно, неудачно для себя. Ничего не подозревая, мистер Холн подключился к киберпространству и даже успешно успел проработать какое-то время перед тем, как осознать, что его конечности начинают гореть. Решив, что это какой-то трюк, он попытался произвести системный выход, но ничего не получилось. А затем он почуял запах настоящего дыма, вслед за чем пламя перед глазами резко вспыхнуло, поглощая его с головой.

В общем, когда кричавшего учителя в предынфарктном состоянии отсоединили от оборудования, попутно погасив дымящую конструкцию возле него, Пьеру досталось, мягко сказать, сильно, несмотря на его одиннадцать лет. С тех пор я порой и подкалывал его в те моменты, когда он снова включал свою креативность на полную, частенько плюя на последствия при этом.

– Ну и где робот? – спросил я, заходя к нам и не видя нужный объект. И хотя наш закуток, огороженный металлическими листами, был не слишком большим, он был завален даже похлеще, чем основной склад. Места оставалось только в центре на рабочем столе, а также на небольшие проходы к стеллажам или к компьютеру Пьера.

– А, я его укрыл подальше от посторонних взглядов, – заговорщицки произнес моей названый братишка от чего мне захотелось хлопнуть себя по лбу.

– Да кому он нужен, Пьер! Ты сам же его демонстрировал всем, кому не лень, даже Дугласу! – не выдержал я, возмутившись этим его играм в секретность.

– То было тогда, когда он не работал. А сейчас другое дело, и я не хочу, чтобы этот толстый засранец вмешался в мою работу из-за своей зависти, – серьезно ответил Пьер.

– Это было всего один раз, и он же сам реагировал в ответ на твою очередную «невинную» шутку. Хватит уже на него наговаривать. Тем более тебе бы самому не мешало меньше налегать на еду, – видя, что брат снова начинает заводиться, как обычно бывало с ним, я резко остановился и сменил тему: – давай, показывай наш успех, не будем терять время.

Тот только махнул рукой, тихо буркнув: «Долговязый». Немного успокоившись, Пьер снова выглянул в мастерскую, проверяя, нет ли там кого, чем вызвал у меня тяжелой вздох. Порой он был уж слишком уперт, и решив для себя что-то, менять свое мнение не собирался, даже если оно было откровенно ошибочным и на это указывала куча фактов. Но, с другой стороны, ему это всегда давало некую твердолобость и целеустремленность в решении проблем, и неудачи его никогда не пугали, наоборот, провоцируя направить еще больше усилий на достижение своей цели.

Сдвинув вбок высокий ящик и стянув грязное покрывало, он наконец открыл мне вид на наше общее детище, которым мы занимались последние полгода. Робот выглядел совсем непрезентабельно, с минимумом элементов корпуса. Бочкообразное туловище без головы с двумя разными манипуляторами стояло на некой короткой треноге. И хотя часть его было откровенным металлоломом из разных запчастей, все было максимально вычищено и тщательно соединено, а сложная цепь проводов во многих местах была собрана в аккуратные пучки. Все же усилий я приложил изрядно, собирая его в первый раз, а затем и неоднократно перебирая под то и дело меняющиеся запросы Пьера.

В нашей творческой команде он отвечал за программное обеспечение и целевое задание, а я уже придумывал, как реализовать его безумные идеи из того хлама, что был под рукой. Порой приходилось договариваться с учителями или персоналом центра, чтобы достать что-то конкретное, отрабатывая затем за помощь. Но тут я шел навстречу Пьеру – мне сложно было ему отказать, когда он впервые обратился ко мне за помощью в создании робота. Причем он хотел все написать с нуля, не используя стандартные шаблоны. Таким образом, он хотел полностью для себя понять все подводные камни в робототехнике, а также попутно поискать более изящные решения, чтобы в итоге добиться того, чего пока никто официально не смог сделать – полностью автономного робота без непосредственного управления по кабелю.