Кошачий портал: вход для избранных. Сборник фантастических историй

Глава 2

А мыша не хотите?

Маруся опустила жалюзи и включила новостной канал, где показывали репортаж с фестиваля «Оперённые красотой», отснятый ночью Сапсом Сапсановым и Сержем Голубковым. «Какие всё-таки возможности открывают современные информационные технологии, – размышляла Маруся, глядя на экран. В эту минуту Жак Жарко как раз повязывал Нику Журавушкину атласную ленту победителя. – Репортёры ещё не успели глаза открыть, а новости уже смотрят во всех уголках мира. Хорошо работают! Молодцы!» – Она мысленно похвалила операторов.

Ж-Ж Руссо колдовал на кухне: слышалась тихая музыка и его эмоциональные возгласы. «Вот это то, что мне нужно!», «А вот с этим будет ещё вкуснее!», «Это мне пригодится!», «Жаль, этого у меня нет в запасе, а то бы я показал!» Он явно рылся в кулинарных рецептах, желая сразить Филимона наповал. Название кулинарного шедевра он оставил в секрете, сказав Марусе лишь то, что это будет рыбное блюдо.

Идиллия двоих вновь была нарушена стуком в окно. Маруся уже наверняка знала, кто это. Поэтому сразу открыла дверь балкона. На перилах сидели всё те же спекулянты-попугаи. У каждого в клюве болталась связка чего-то непонятного. Тёмные маленькие тела шевелились, издавая невыносимый писк. Марусе пришлось закрыть уши, чтобы не лопнули барабанные перепонки.

– Кому мыша? – прошепелявил большой, не выпуская связки из клюва.

– Что ты сказал? – Маруся открыла уши.

– Мыша хотите? – предложил спекулянт.

Второй, теперь уже с перевязанным глазом, вертел связкой перед Марусей, демонстрируя товар. Приглядевшись внимательно, Маруся поняла, что это летучие мыши. Закрывшись от яркого света крыльями, они только и могли что пищать, болтаясь в воздухе со связанными верёвкой короткими ногами.

– Я летучих мышей не ем! – категорично заявила Маруся. – Они болезни переносят.

– Наши чистые, со знаком качества! Не пожалеете! – не унимался большой.

– Ага, чистые! Не смеши меня! А пандемию кто развёл?

Маруся внимательно смотрела на мышей. Они перестали пищать, и одна даже высунула голову. Увидев кошку, которая отказывается от лёгкой добычи, мышка вдохнула побольше воздуха и разразилась диким криком:

– Помогите! Спасите! Нас насильно удерживают!

– Ну-ка, отдай их мне! – Маруся попыталась вырвать из попугаичьих клювов связки. Но спекулянты не хотели расставаться с дорогостоящим товаром просто так.

– А что дашь взамен? Какая у тебя валюта? – спросил с перевязанным глазом, выпуская связку из клюва.

– Могу дать статью уголовного кодекса! – смеясь, ответила Маруся. – Какую тебе? За насильственное удержание в неволе подойдёт?

И снова попугаев как корова языком слизала. Их сегодняшняя торговля явно не задалась. Если дело так и дальше пойдёт, то они по миру пойдут с протянутой рукой.

– Сюда нам дорога заказана, – говорил крупный напарнику, пересчитывая ящики с фруктами. – Нужно искать других клиентов. Только где их найдёшь!

– Вер-рно, – картавил с перевязанным глазом, – днём с огнём не сыщешь!

Маруся развязала верёвку и свалила мышей в кучу на кровать. Их было не меньше двадцати: четыре довольно крупные, остальные малыши.

– Рассказывайте, как вы оказались на птичьем острове! – спросила она, обращаясь к взрослым.

Родители, а это по всем признакам были они, разделили своих отпрысков на две группы. Как они их отличали, одному богу известно, потому что все были похожи как две капли воды: большие, словно локаторы, ушки, маленькие блестящие глазки, тёмно-коричневые шубки. И у всех огромные крылья, натянутые почти прозрачной плёнкой между длинных тонких пальцев. Мышата продолжали попискивать от страха, и матери вынужденно укрыли их такими же огромными крыльями, будто завернули в плащи.

– Вам можно доверять, мы это поняли, когда вы пригрозили нашим похитителям уголовкой, – сказал мышь-отец со светлым пятном на ухе и такими же светлыми крыльями.

У второго ухо было надорвано: вероятно, он поранился в схватке со спекулянтами. Маруся отметила это, чтобы как-то различать двоих.

– Вы можете рассказать мне всё без утайки! Клянусь, что информация не выйдет за стены этой комнаты! – с этими словами Маруся закрыла балконную дверь и для большей защиты задёрнула плотные гардины.

В номере стало сумеречно, как вечером. Она знала, что летучие мыши очень боятся света и хотела создать им комфортные условия. Теперь они почувствуют себя свободнее и откроются.

– Рус, принеси, пожалуйста, молока. Да побольше! – крикнула она роботу.

Мышата явно хотели есть, потому что беспокоились и продолжали пищать даже под покровом материнских крыльев.

– Накормите их и уложите спать, а потом поговорим. Вижу, что дело серьёзное! Занесла же вас какая-то нечистая на остров, где живут одни только птицы. Вы здесь явно не по адресу.

Руссо не понравилось такое беспокойное хозяйство, неожиданно свалившееся на голову, которой, кстати будет напомнить, у него никогда не было. Но он стерпел, с опаской выдав несколько бутылочек с молоком и удалившись в ванную комнату, где продезинфицировал себя всеми известными средствами, найденными в аптечке. «Хотя роботы коронавирусом не болеют, но можно же и компьютерный вирус поймать. От этих мышей всего можно ожидать!» – так думал Руссо, мечтая лишь о том, чтобы незваные гости побыстрее убрались.

Вскоре мышата были накормлены и посапывали курносыми носами, уложенные штабелями на Марусину подушку. Мышь с надорванным ухом приготовился рассказать таинственную историю.

Глава 3

Занесла нечистая

– Вы, Мария Васильевна, совершенно правы! – согласился мышь-отец с надорванным ухом, узнав, как зовут Марусю. Он решил обращаться к ней официально и представился тоже по имени-отчеству. – Я Крылан Мохноногович. А это мой брат – Ушан Белокрылович. – Мышь с пятном на ухе и светлыми крыльями кивнул в знак знакомства. – Вы правы, сюда нас занесла нечистая, – ещё раз повторил он. – Мы случайно попали на остров. В тот день ничто не предвещало беды. Мы и думать не думали, что наша спокойная жизнь закончится, и начнётся сплошной кошмар.

– Что же с вами случилось? – Марусе не терпелось узнать.

– Наш дом очень далеко отсюда. – Крылан тяжело вздохнул. – Так далеко, что нам никогда больше не увидеть родного берега.

– Наши крылья не похожи на птичьи и не предназначены для перелётов, – вступил в разговор Ушан. – Это всего лишь перепонки, к тому же, очень тонкие.

– Вы не ставьте на себе крест раньше времени! – Маруся решила подбодрить братьев.

– Несколько месяцев назад на нашу землю обрушился сильный шторм. – Слова давались Крылану с трудом. – Ветер был такой силы, что проник в пещеру, где мы спокойно спали, ничего не подозревая. Он закрутил нас в высокую серую воронку и понёс через океан. Сколько времени мы провели в воздухе, сказать трудно. Казалось, шторм бушевал несколько дней. Выжили только мы четверо. – Он указал на брата и на двух мышей-мам.

– Когда мы, израненные и обессиленные, открыли глаза, то увидели незнакомое место. Это был птичий остров, на котором нам предстояло жить. – продолжил рассказ Ушан. – Здесь родились наши малыши. – Он с любовью посмотрел на мышат, подёргивающих во сне ушами.

– Значит, вы прижились на острове? – поинтересовалась Маруся.

– Нам удалось приспособиться. Но, признаюсь, это было нелегко. – Крылан приоткрыл рот. – Посмотрите на наши зубы. Как видите, они острые, как иголки. И да, мы – вампиры! На первый взгляд это кажется ужасным, но, поверьте, не так страшен чёрт, как его малюют. Там, где мы жили, нас считали целителями.

– Как это? – Маруся напряглась, на минуту представив, как Ушан впивается в неё клыками.

– У нас была своя клиентура, которой требовалось проводить регулярное кровопускание. Если я не ошибаюсь, у них было повышенное давление. —

Крылан попытался успокоить разволновавшуюся кошку. – Они жертвовали несколько капель крови, и им становилось легче.

– Это то же самое, что делают медицинские пиявки? – успокоившись спросила Маруся. Она не понаслышке знала о гирудотерапии. Как-то Филимон нашёл водоём с пиявками и стоял там до тех пор, пока к его ногам не присосалось десятка два. После этой процедуры он не испытывал никаких проблем и чувствовал себя молодым и резвым.

– Да, примерно то же самое. Наши укусы не оставляют следов. Как и у пиявок, в нашей слюне есть особое вещество гирудин, которое останавливает кровь и заживляет ранки.

– Так в чём проблема? На острове у всех нормальное давление? Или птицам жалко для вас кровушки? – Маруся не понимала, почему всполошились летучие мыши, и почему они просят о помощи.

– Мы спокойно обходимся и без крови. Здесь мы начали питаться соком манго и папайи, и это нисколько не хуже. Дело в том, что кто-то намеренно распространяет про нас ложные слухи. – Ушан и Крылан выглядели подавленными. Из глаз мышек-мам покатились слёзы.

– Что говорят? – Марусю разбирало любопытство.

– Среди птиц ходят слухи, что ночью мы нападаем на спящих и высасываем кровь до последней капли. Нам постоянно присылают угрозы и обещают расправиться с детьми. – Братья обнялись, словно заранее прощались друг с другом. – Вы сами видели, что произошло сегодня. Попугаи связали нас, спящих, и принесли на растерзание. Но судьба послала нам ангела в вашем лице, Мария Васильевна, иначе этот день мог стать для нас последним.

– Я попытаюсь узнать, кому это выгодно, и что кроется за всеми этими тайнами! – Маруся уже строила план расследования. – А пока вам лучше остаться здесь. Руссо приготовит вам уголок и отгородит его ширмой. Только прошу вас не шуметь ночью. Я очень чутко сплю.

Глава 4

Чрезвычайная ситуация

Ж-Ж Руссо Мыслитель не стал выказывать недовольства по поводу неожиданных квартирантов, хотя ему такое соседство явно было не по душе, а как можно быстрее выполнил распоряжения Маруси. За ширму к мышам Рус старался не заглядывать, хотя бояться ему было нечего, так как от рождения он был бескровным. Только лёгкий шелест крыльев выдавал их присутствие в Марусином номере. Теперь у робота обязанностей прибавилось: в его задачи входило три раза в день доставлять вампирам молоко и фруктовый сок. Остальная же забота о малышах лежала на мышиных мамах и папах. Ещё нужно было поздно вечером открыть окно, чтобы по очереди выпустить Крылана, Ушана и мышиных мам. Для прогулки им отводилось не более часа, и после этого окно закрывалось.

Руссо больше интересовал Филимон, который вот-вот должен был появиться в отеле. А наблюдать за мышами ему совершенно не хотелось. Маруся, чтобы встретить мужа, уже отправилась на побережье, куда с минуты на минуту прибывал лайнер. Кроме неё прибытия корабля ждали все участники фестиваля «Оперённые красотой» с чемоданами, полными нарядов, украшений и косметических средств.

Сапс Сапсанов и Серж Голубков не упускали возможности сделать интересные кадры для журналов. Фая и Тая Цаплины с рюкзаками, полными очищающих средств для стёкол и зеркал, у самой кромки воды периодически мочили ноги. Тут же неспешно прохаживался Жак Жарко, раскланиваясь и расшаркиваясь то с одним, то с другим участником представления. В стороне, понуро опустив головы, стояли обвинённые в краже зеркал и бриллиантового венца Китоголовкин и Седлоклювченко. Зоркий взгляд Ника Журавушкина, который по прибытии на родину пообещал сдать их правосудию, держал воришек в напряжении и не давал возможности расслабиться. Честно сказать, Ник уже не злился на Гасса и Ябиру, но на дружбу с ним они больше не могли рассчитывать. Дружба предательства не терпит!

Руссо уже заканчивал приготовление званого ужина в честь приезда Филимона, как вдруг за дверью послышались громкие звуки сирены. Это система оповещения возвещала о чрезвычайной ситуации на острове.

– Что такое? Что за звуки? – Руссо не на шутку встревожился. На его памяти ничего подобного не было. Он наполовину высунулся в дверной проём. Сирена не утихала.

Из соседнего номера на трёх колесиках неторопливо выкатился неизвестный объект с прозрачным куполом сверху, вытянутый, словно водонагреватель. Внутри купола загорались и гасли голубые светодиоды.

– Сириус, неужели это ты! – От радости зелёный глазок Руссо часто замигал. По-другому выразить эмоции он, к сожалению, не мог. – Как я рад тебя видеть! Значит, это ты мой новый сосед!

Это действительно был старый знакомый Руса – робот-интеллектуал «Сириус Неповторимый №111». Услышав голос Мыслителя, Сириус развернулся и отчётливо проговорил:

– Да, это я! А это ты, Руссо? Давно не виделись! – В его голосе Рус не услышал особой радости. Но Сириус всегда был высокомерным и чванливым.

– Ты случаем не знаешь, почему воет сирена? – добродушно спросил Рус, не обращая внимания на равнодушие Сириуса.

– Даю справку, – начал Неповторимый, – к острову приближается цунами, вызванное мощным подводным землетрясением в четыре с половиной балла.

– Боже! – воскликнул Руссо. – На берегу Маруся! Нужно срочно предупредить её об опасности! – У Руссо подкосились ноги. – Да ведь там весь бомонд! – Он готов был схватиться за голову, но увы, у него её не было.

– Тебе надо, ты и предупреждай! – пробормотал Сириус и спокойно удалился в номер.

Руссо ничего не понял, да и некогда ему было разбираться в странном поведении товарища. Он вихрем выскочил из отеля и помчался на пристань на полусогнутых, мигая единственным глазом и издавая хоботком странные звуки наподобие учащённого дыхания.

Джулия, дежурившая на ресепшене, в недоумении проводила его взглядом. «Сумасшедший!» – подумала она и отключила гостиничную систему оповещения.

Глава 5

Без паники!

Далеко в море показался лайнер. Сначала он походил на маленькую белую точку, но по мере приближения к берегу приобрёл очертания корабля. Встречающие оживились и радостно замахали крыльями.

Маруся видела, как по поберегу среди птиц шныряет Руссо, и поняла, что он разыскивает её.

– Русик, ты не меня ищешь? – окликнула она робота, выходя из зарослей.

– Мария Васильевна, сейчас же уходите! – прохрипел Руссо и тут же, собрав силы, протрубил: – Спасайся кто может!

Птицы повернули головы и изумлённо посмотрели на непонятное существо. В бунгало такие помощники не предусматривались. Многие, особенно прибывшие с периферии, были далеки от прогресса.

– Рус, ты что, белены объелся?! – Маруся очень рассердилась. – Ты что панику сеешь? Хочешь, чтобы началось столпотворение?!

Руссо в ответ только мигал глазом и учащённо «дышал» хоботком.

– Объясни наконец, что случилось? Что-то с мышами? Или у тебя ужин сгорел? – Маруся не знала, что думать. – Почему ты дрожишь как осиновый лист?

Но Руссо не успел ответить ни на один из вопросов, потому что с моря послышался гул, который усиливался с каждой секундой. Это начиналось цунами.

Птицы, ощутив его приближение кожей и какими-то особыми органами чувств, запаниковали. Одни попытались зарыться в песок, другие искали укрытие среди прибрежной растительности. Третьи сбились в кучу и спрятали головы, думая, что это поможет. А некоторые почему-то бросились в воду и беспорядочно били крыльями, пытаясь справиться с волнами.

И только Сапсанов и Голубков не теряли самообладания: вытащив из чемоданов оборудование, вели прямой репортаж о начале стихийного бедствия. Они, как истинные репортёры, всегда были на боевом посту и готовы были умереть с камерой. Телеканалы уже получили от них первые данные для экстренного выпуска новостей.

Теперь Марусе всё стало ясно. Умом она понимала, что нужно организовать птиц и отвести подальше от берега, но не могла вымолвить и слова. Её взгляд был прикован к кораблю, который, как щепку, бросало из стороны в сторону.

Ветер усилился, и небо заволокло свинцовыми тучами. С бунгало срывало соломенные крыши. Деревья качались и гнулись. Птицы громко кричали и метались по берегу в поисках укрытия.

– Рус, приди в себя! – приказала Маруся роботу. – Сделай всё, что предусмотрено инструкцией по чрезвычайным ситуациям! В твоей оперативной памяти есть такая программа. Дай чёткие указания! Иначе случится непоправимое. Будешь потом всю жизнь винить себя!

Глаз Руссо заморгал, и это значило, что робот перезагружается.

– Внимание! – вдруг раздалось из его динамика. – Всем построиться! Следовать за направляющими Журавушкиным и Жарко!

Переполох стих, и пока птицы строились, Руссо подскочил к растерянному Нику.

– От тебя, брат, зависят их жизни! Веди всех на возвышенность! – быстро, почти скороговоркой проговорил он. – Какое здесь самое высокое место? – спросил Руссо у Жака Жарко.

– Это Акрополь! – Жак вспомнил, как в детстве бабушка рассказывала ему о чудесном спасении жителей острова на сопке во время наводнения.

Ника в последующие минуты было не узнать: он напрягся и вытянулся, как струна. Его команды звучали уверенно и чётко:

– Без паники, товарищи! Все за мной! Шаг в шаг! Замыкающими назначаю Китоголовкина и Седлоклювченко! Сёстрам Цаплиным вылить средство для стёкол и наполнить ёмкости питьевой водой!

Журавушкин первым двинулся в противоположную сторону от берега, туда, куда показал Жарко. Вдалеке высилась сопка, почему-то именуемая местными «Акрополь». Наверное, потому, что она располагалась в центре и была важным местом на острове. Исходя из того, что там можно было переждать цунами, так оно и было. Сопка оправдывала своё название.

Вереница потянулась за Ником и Жаком на Акрополь, словно тонкая змейка.

Вскоре на берегу никого не осталось, кроме Руссо и Маруси.

Глава 6

Будем жить!

Маруся наблюдала, как корабль, на котором сейчас плыл её любимый кот Филимон, борется со стихией. В её глазах не было ни капли страха: она верила, что всё обойдётся, но в то же самое время не переставала молиться своему кошачьему богу.

А в это время на корабле происходило вот что.

Филимон и его новый знакомый Базилио Сфинксис, начисто лишённый шерсти кот с огромными ушами и янтарными глазами, забившись в одну каюту, тоже молились кошачьему богу, наблюдая за тем, как капитан корабля борется со стихией. Морской Лев постоянно менял курс, заставляя своё судно лавировать меж высоких волн, гребнем вздымающихся почти до самого неба и со всей силы падающих обратно. Судьба экипажа и пассажиров висела на волоске. Но, видимо, не зря кошки усердно молились кошачьему богу!

Небо пронзили электрические стрелы молний, и оно обрушило на море тонны скопившейся в тучах дождевой воды. Раскаты грома донеслись и до острова. Их слышали и птицы, ещё не успевшие добраться до Акрополя. Они расселись у подножья сопки, укрылись крыльями, по которым стекали потоки воды, и ждали сигнала с берега.

Руссо, на которого падали тяжёлые крупные капли, выдвинул из корпуса дополнительную панель в виде зонта, и под ней укрылась Маруся. Рус извлёк из памяти информацию о том, что теперь падающая с неба вода скорее всего подавит волны, и море успокоится. А значит, в этот раз цунами удастся избежать.

Морской Лев тоже облегчённо выдохнул, глядя, как столкнулись на поле битвы гроза и гигантские волны. Из радиорубки раздалось сообщение, что беда миновала, и корабль вскоре благополучно причалит к берегу.

Филимон и Базилио крепко обнялись и, не говоря друг другу ни слова, пошли собирать вещи. Теперь их смело можно было назвать друзьями по несчастью. Ведь ничто так не сближает, как общая беда. А её они пережили вместе!

Когда стало очевидно, что цунами похоронено на морском дне, Руссо протрубил отбой тревоге и выпустил из хоботка красную сигнальную струю особого безвредного порошка. Птичий караван, ожидавший какого-либо знака, увидел в небе неожиданно возникшее красноватое облако и потянулся обратно к берегу, чтобы встретить судно, которое увезёт их подальше от острова, где они запросто могли погибнуть.

«Пронесло! – радуясь в душе, думал каждый. – Будем жить!»

Глава 7

На все вопросы я отвечу завтра

Маруся в этот вечер радовалась за двоих: за себя и за Филю. Филя радовался за троих: к его списку добавился Базилио. Его решили тоже пригласить на ужин. Оказалось, что это именно Сфинксису забронировали соседний номер, помощником в который назначили Сириуса Неповторимого.

Жак Жарко, после того как посадил на корабль последнего пассажира, удалился к себе и от пережитого кошмара впал в летаргический сон на трое суток, не забыв снять с головы накладной хохолок и повесить его на видное место. На двери его хижины болталась табличка с надписью «Не беспокоить!» От приглашения отужинать вместе с Марусей и её прибывшим на остров мужем он отказался, сославшись на полученный стресс.

«Какой впечатлительный!» – отметили про себя Филимон и Базилио, глядя на нового знакомого. Они и догадаться не могли, что Жарко происходит из семьи потомственных актёров. А актёры, как известно, утончённые натуры.

Коты были слишком голодны, чтобы думать о несчастном Жаке. «Нам больше достанется!» – прошептали они, чтобы никто не слышал, и сами засмеялись от своих слов. Руссо был на высоте: его пышный омлет «Морской бриз» с креветками таял во рту, и кошки долго облизывались, нахваливая повара. Из чьих яиц он его приготовил, и какие ингредиенты добавил, осталось загадкой. Никто из присутствующих не задавался целью узнать кулинарные секреты Руса. Достаточно было того, что это «бриз», а не какое-то «торнадо на ужин».

Филимона переполняли эмоции: он рассказывал о том, что им с Базилио пришлось пережить на корабле, и как отважный Морской Лев не дал затонуть судну. Сфинксис сидел, закутавшись в тёплый плед, потому что, не имея собственной шубы, по вечерам очень мёрз. А после пережитого его просто била лихорадка.