Ее больше нет

Глава 1

Смотря на мир с высоты птичьего полета, я задумалась над тем, как же быстро все происходит. Как все с высоты кажется маленьким и незначительным. Люди похожи на муравьев, снующих туда-сюда. Вот они влюбляются, а вот там кто-то женится. В их жизни все кажется логично, даже если не является таковым. Они делают ошибки, думая, что их изменят. Парой, не замечая, что ошибки, сделанные по молодости, по глупости, по принуждению, по велению сердца, просто нельзя исправить. Ведь нельзя исправить то, что причинила боль другому. Ведь другой этой вашей ошибки не забыл. Как же часто мы говорим: прости, простите, извините. Какой смысл вкладываем в эти слова многие считают, что мы искренне сожалеем, но большинство из нас говорят, так только потому, что не знают, что именно сказать, как именно оправдать себя. А может ошибки нет, хотя есть ведь моя ошибка стоила жизни моей подруги. Вовремя не предупредив, не остановив, наверно можно было что-то изменить, но тогда, да и сейчас я не знаю, что и как сделать.

Ого солнце почти в зените пара домой. Вранье как ком всегда нарастает и может убить. Я, например не часто вру, но все-таки вру. Вот и сейчас надо придумать что-то очень интересное чтобы не объяснять маме почему четвертый раз за неделю я провожу время на крыши шестнадцатиэтажного дома. Как-то я пыталась ей сказать, что панорама, открывающаяся с этого дома меня, вдохновляет и успокаивает. И в правду вид чудесный, на город, реку и лес где-то вдалеке.

Завтра в институт и делать вид что все прекрасно, мило улыбаться и говорить: – Все нормально! Хотя при этом думать быстрей бы на крышу. Остаться одной и может даже поплакать. Последний взгляд на прощанья. Через выход выбраться в подъезд закрыть дверь на щеколду и на лифте вниз. Раньше на этой крыши мы с моей подругой Викой прятались от ее брата Антона. Антон старше Вики на два года. От этого наверно и дрались, ругались и ссорились.

Сидя тут и прислушиваясь к каждому шороху нам казалась что мир остановился. Точнее на такой высоте это не мудрено. Антон боялся высоты, крыши, моста – это все его пугало. А мы с Викой были бесстрашные. Лазили по крышам и мостам, прыгали с тарзанки. И мечтали о том, как на этой тарзанки будут прыгать наши дети. Когда мы попали в аварию, и Вики не стало. Я почти перестала думать о будущем. Еще совсем недавно, мы с ней планировали свою жизнь в ритме non-stop. Мечтали закончить институт и объездить весь мир, построить семью, растить детей, и конечно свадьбу, как у принцессы. Она погибла в свой восемнадцатый день рождения. Мы ехали с Алтая домой по официальной версии: «Водитель КАМАЗа не справился с управлением и выехал на полосу встречного движение, где врезался в машину БМВ. Доказано, что водитель КАМАЗа, как и водитель БМВ, были трезвы. В последствии ДТП погибли двое. Водитель БМВ и его пассажирка с переднего сидения, пассажиры с заднего сидение, отделались сильными ушибами и переломами. У девушки с заднего сидение было сотрясение мозга, у второго пассажира сотрясение мозга и перелом руки. Водитель КАМАЗа не пострадал». Второй кто сидел на заднем сидении, был Антон. Он избегает встречи со мной. Боится воспоминаний, наверное, или винит меня в том, что я уговорила их поехать, а сейчас их нет.

Лифт открыл двери, и я вышла пройдя до двери подъезда я оглянулась наверно автоматически. Мы с Викой смотрели не притаился ли где ни будь Антон. Подъезд был пуст, и я пошла на улицу. На улице не кого не было.

Дома я была через пять минут. Закрывшись в своей комнате, я села на кресло рядом с окном поджав к себе ноги я заплакала тихо чтобы мама не услышала. В эти недели, месяца после аварии я начала плохо спать, я просыпалась и кричала. Она мне снится каждую ночь. Я слышала голоса Вики и Ромы они кричали. Просыпалась я и сама кричала. Мама с папой прибегали на мои крики. Давали успокоительное и уходили обратно спать. Даже снотворное не помогало я просыпалась с криками и слезами.

Стук в дверь вывел меня из мыслей, я вытерла слезы и сказала:

– Да! Войдите! – садясь нормально.

– Дочка ужинать будешь? – мама заглянула в комнату.

– Конечно! – пытаясь показать, что все нормально.

– Через пять минут все будет накрыто! Иди помой руки! И ждем тебя за столом! – мама закрыла дверь с другой стороны.

Встав с кресла, я подошла к шкафу. Открыла его нашла майку белую с солнцем и спортивный костюм темно-синего цвета. Переодевшись, я пошла в ванную чтобы помыть руки и умыться.

С кухни доносились звук работающего телевизора. В кухни сидели мама и папа смотрели новости. В ванной я посмотрела на свое лицо.

– Ужас! – вырвалось у меня.

Как с таким заплаканным лицом можно скрыть что ты плакала. Опухшие глаза, уставший вид, кошмар. Хотя! Я же не на курорте была. Умываясь, я старалась больше не смотреть в зеркало. Выйдя из ванны, я услышала голоса родителей. Я остановилась послушать.

– Она опять была на этой крыше, сейчас, когда я к ней заходила она плакала! – выдохнув сказала мама.

– Поль что ты хочешь, прошло всего не чего! Врач же говорил!

– Игорь! Знаешь, как-то твои слова меня не утешили! А если ей в следующий раз взбредет спрыгнуть с этой чертовой крыши. Что тогда? Мы ее и так чуть не потеряли! – мама явно была не в настроение от папиного спокойствия и понемногу начинала возмущаться.

– Поль наша Женька умная девочка и не когда так не поступит. – папа обнял маму.

Мама не нашла что ответить и на кухни повисла молчание. Решив не ждать более, я зашла на кухню, как бы вытирая руки.

– Женечка садись. Тебе положить макароны с грибами или ты суп сырный с курицей будешь? – мама встала и смотрела на меня, думала наверно, услышала я или нет.

– Суп! – устраиваясь рядом с папой, произнесла я.

– «Как день прошел?» —произнес папа.

– Нормально!

– Завтра первое сентября. Ты готова?

– Да очень хочу в институт!

Мама поставила передо мной чашку с супом.

– «Дочка завтра во сколько пойдешь в институт?» —спросил папа, когда я помешивала суп.

– Кира сказала, что к одиннадцати! Это как бы общая линейка! – сделав гребок ложкой я, поднесла ее ко рту и съела.

– Понятно! Игорь дай дочке поесть! Да и сам ешь! – поставив перед папой суп.

Папа еще что-то еще хотел добавить, но решил не скандалить с мамой. После моей аварии они перестали ссорится. Ну только иногда. Далее мы еле молча. Доев суп, я начала вставать мама решила, что я за добавкой или за вторым.

– Женечка сиди я сама тебе положу только скажи чего? – мама посмотрела на меня.

– Нет спасибо! Я поела! – поставив чашку в раковину.

– А как же второе? А чай с пирогом? – мама привстала.

– Чай я пить буду, но потом. Я пойду таблетку выпью!

Мама что-то еще хотела сказать, но папа взял ее за руку.

– Спасибо за обед! – сказала я и налила в стакан воды.

Выйдя из кухни, я пошла в свою комнату. Зная прекрасно что сейчас мама с папой поругаются. Зайдя в свою комнату, я нашла таблетки они были успокоительные. Их надо было пить три раза в день, и при необходимости. Обычно я их пью после того, как проснусь ночью с криками. Выпив таблетку, я села за ноутбук. Включив его, я встала, решив пока он грузится посмотреть в окно. Вид из моего окна был чудесным. Десятый этаж как никак. Во дворе все, как всегда, старушки болтают на лавочки. Дети в песочнице, а вот и машина Антона. У него джип большой не у кого в нашем дворе такого нет.

Воспоминание о нем вспыхнули. Ведь я не только была подругой Вики, но и его девушкой. Посмотрев в сторону его окон слезы сами покатились. Решив не бередить воспоминания, я повернулась и села за ноут. Который к тому времени полностью загрузился.

Зайдя в интернет. Я открыла программу одной из социальной сети.

– Давненько я тут не была! – увидев, как исписана моя стена на странички.

Надписи были желаем быстрейшего выздоровления. И вот наткнулась на последнее Викино сообщение: «Уговорила едем с вами. Только на Роминой машине. После экзамена завтра тронемся!». Я уговорила господи «Я». Она погибла. Слезы потекли сами, выключив интернет, я закрыла лицо рукой.

– Я виновата! «Виновата!» —произнесла я, слезы хлынули.

Через двадцать минут слезы прекратились. Решив снова зайти обратно. Ведь завтра у нас не только линейка, но и пары. Хорошо, что Кира в сети. Написав пару обычных фраз типа: «Привет! Как дела?» Я перешла к сути. «Какие у нас завтра пары?» ответ не заставил себя ждать. «Привет! Все нормально, как твои? Завтра линейка с одиннадцати до двенадцати. В двенадцать двадцать психология, в два часа информатика». Значит брать две тетради и все. Поблагодарив Киру, я вышла из сети и вырубила ноут. Пересев на кресло. Я смотрела в темноту окна. Время семь и рано ложится спать. Встав с кресло, я решила послушать радио! Чтобы грустные мысли ушли. Хотя бы сейчас и не долго.

Под музыку я решила собрать сумку. И подобрать одежду наверно лучше платье синее до колен. Приготовив все к завтрашнему дню я села на кресло чтобы подумать и посмотреть в окно. Зазвенел домашний телефон. В коридоре донеслись шаги. А за тем я услышала мамин голос, она сказала: «Алле!» потом «Сейчас позову!» потом я услышала стук в дверь:

– Да! – посмотрела на дверь.

– «Женечка тебя к телефону!» —заглянув в мою комнату она протянула трубку.

– «Кто?» —встав с кресла произнесла я.

– «Вроде кто-то из группы!» —произнесла мама.

– «Алле!» —сказала я под неся трубку к уху.

– Жень привет! Эта Кира! Звоню сказать, что по информатики будет реферат! Ну помнишь тот который мы писали! В прошлом году! – Кира тараторила.

– Привет Кира! Я все поняла! – только и смогла произнести я.

– Жень! «Еще одно приди пожалуйста на пятнадцать минут раньше!» —произнесла Кира.

– Хорошо!

– Ты как? Все в порядке? – Кирин голос был волнительный.

– Все нормально! «Завтра убедишься в этом!» —но правда все было хуже, чем я говорила.

– Тогда до завтра! «Увидимся!» —произнесла Кира.

– Да увидимся! «Пока!» —произнесла я и повесила трубку.

Расспросов завтра будет куча не знаю, как я буду врать. С улыбкой на лице говорить все нормально, господи вранье и только. Лучше наверно выспаться. Вранье требует сил, причем больших.

«Где-то на кухни есть чай зеленый с ромашкой! Выпить его на ночь и лечь спать!». Выйдя из своей комнаты в коридор, я поставила на базу телефон. С зала доносились голоса. Наверно мама с папой. Я решила под слушать, подойдя к залу я замерла.

– И что Поль! Ты же знаешь, что Вика для Жени была как сестра, которой кстати ты ее лишила! – папа сидел в кресле, а мама ходила по залу.

– Я просто послушала врачей. Игорь, кстати, это ты мне сказал это не последний ребенок в нашей жизни. Этот ребенок не прожил бы и год! – мама заплакала и села на диван.

Мое дыхание затаилась сестра, у меня могла быть сестра, но походу с отклонениями раз мама решилась на такой отчаянный шаг как аборт.

– Что я виноват!? Кстати, это тебе поставили диагноз бесплодия после аборта! – папа встал с кресла и подошел к маме.

– Просто мы могли взять ребенка, но ты не захотел, а сейчас… – мама замолчала.

Решив, что на сегодня хватит тайн. Я прокралась как можно тише на кухню. Включив свет на кухни, включила чайник и начала искать чай с ромашкой. Найдя чай, я поставила его на стол и достала кружку большую. Повернувшись к обеденному столу, я вдруг вспомнила как мы тут беседовали накануне аварии точнее за два дня.

– Гешка ты не исправима! Мой брат влюблен в тебя, и готовит подарок! – Вика сделала глоток чая.

– Вик что за подарок? Ты знаешь? Говори? – пододвинувшись к ней я посмотрела на нее.

– Я не знаю, просто он такой таинственный ходит! А еще Рома сделал мне предложение! Правда только, чтобы я к нему переехала! – Вика взяла пироженное.

Щелчок чайника отвлек меня, точнее вынул меня из воспоминаний. Заварив чай, я взяла кружку и пошла в комнату. Проходя мимо зала, я не стала останавливаться. Зайдя в комнату, я поставила кружку на стол и пошла к шкафу чтобы надеть пижаму. Переодевшись. Я подошла к кровати и расстелила ее. В этой комнате мы с Викой часто проводили время, беседуя, играя в карты, гадая. Выпив чай, я легла на кровать укрывшись одеялом. Я отвернулась к стенке. «Хорошо бы сегодня без кошмаров!». Закрыв глаза, я провалилась в сон.

«Веселимся, болтаем и едем! Знаю точно, что в город домой. Мы с Антоном на заднем сидении сидим в обнимку. Рома и Вика на переднем сидениях. Вика смотрит в окно, а Рома на дорогу. Музыка играет. Антон что-то говорит, но я не слышу его из-за музыки. Потом я вижу грузовик, который виляет по дороге.

– Рома! Смотри! «Тот придурок водить не умеет!» —произнесла я, смотря с вниманием на дорогу.

– Вот это да! «Он походу выпил!» —ехидно произнесла Вика и отвернулась к окну обратно.

Рома отвлекся и не заметил, как КАМАЗ виляя выезжал на встречную. Через пять секунд я увидела это и закричала.

– Рома смотри на дорогу! – столкновение явно не избежать.

Удар. Вика закричала я тоже. Машина перевернулась и кувыркалась по кювету!» – я проснулась.

В комнате темно. Найдя на ощупь светильник, я включила его. Посмотрела на будильник два часа ночи.

«Ужас это опять повторилось!» – подумала я, садясь в кровати. Я не запоминала сны просто знаю, что эта авария и это кошмар. Саму аварию я плохо помню, а вот во сне такое чувство что я ее проживаю еще и еще раз! Решив выпить таблетку успокоительную, я встала и пошла на цепочках на кухню. Налив стакан воды я пошла обратно. Включив свет в комнате, я подошла к полочке с лекарствами. Взяв с нее таблетку, выпила ее и села на кресло. Так сказать, чтобы она успокоилась. Думать не надо, а то опять впаду в забытие. Самое страшное что я всегда чувствую Вику рядом со мной. Ее не зримое присутствие пугало и успокаивало меня. Она не когда не расстраивалась по поводу какой ни будь трагедии. Она умела найти нужные слова что бы предать человеку уверенность и успокоить его.

Встав с кресла, я пошла обратно в кровать, спать хочется укрывшись с головой, я закрыла глаза. Сон не шел. Я начала ворочаться. Решив, остановится на правом боку. Я вдруг неожиданно уснула. Конечно, сном назвать это можно было с трудом, опять авария. Только теперь я знаю, что она будет, и сделать не чего не могу. Крики и я проснулась вновь. Я решила сразу не смотреть на время. Лежа в кровати и думая над тем почему авария случилась именно с нами.

Мысли хлынули, но их перебил будильник, который я поставила на семь. Решив пойти в ванную чтобы смыть с себя следы аварии, точнее, чтобы с водой они унеслись прочь. Почистив зубы, я переключила кран на ритм душ и встала под него. После мытья я пошла в свою комнату. Включив ноутбук, я пересела в кресло. Подождав пока он загрузится. Как только процесс загрузки был завершен. Я пересела за стол, на котором он стоял. Найдя файл с надписью Реферат по инфо. Я его открыла десять страниц по процессорам и их работу. Нажав на кнопку принтера, я начала распечатывать реферат. Пока он печатается я решила высушить волосы феном, чтобы уложить их правильно и красиво. От природы у меня волосы вьются, я не очень кудрявая, но при желании можно мои кудряшки использовать как красивую прическу. Пробор на левую сторону. «Вот интересно я увижу на линейке его! Или он ее пропустит!» – подумала я, смотря на себя в зеркало.

Умывшись, одевшись я решила пойти позавтракать, точнее попить зеленый чай и бутерброды. Мама хлопотала по кухни. Увидев меня, она повернулась.

– Доброе утро! – мамин голос был радостный.

– Доброе! А ты что сегодня не работаешь? – меня интересовал этот вопрос.

– Просто сегодня у меня выходной, так как у нас налоговая проверка!

– Мам ну ты же главный бухгалтер?! Тебе разве не надо быть там?

– Нет милая твой папа все сам уладит. Так как он директор и владелец компании!

– Понятно! Что на завтрак?

– Сырники! Твои любимые!

– «Ну тогда мне чай зеленый к сырникам!» —произнесла я и присела за стол.

– «Сейчас!» —произнесла мама и достала мою кружку.

В этот день мы всегда с Викой встречались примерно за час или два до назначенного времени. «Год назад как это было.

– Жень первый день в таком институте! Господи я так рада! Рада что ты со мной! Рада этому! – Вика лепетала в своей комнате, мы собирались на линейку.

– Вик я тоже рада! «Но мне кажется, что там будет сложновато!» —крася губы произнесла я.

– Жень ты не исправима! Первый курс – это первый шаг к высшему образованию. А потом ты будешь начитанной девушкой с дипломом в области психологии! – взяв меня за правую руку произнесла Вика.

– Вик! Ты просто не понимаешь мои предки хотели, чтобы я пошла на бухгалтерский учет, аудит или коммерцию. А психология! – сказала я.»

Мама поставила передо мной сырники и чай.

– Спасибо! – пытаясь сфокусироваться на маме и сырниках.

– Кушай! – мама села рядом.

Год назад я была так счастлива! А сейчас! Я даже не уверена что хочу. Живу и все. Я начала еле ели есть. Мама наблюдала за мной, по виду было видно, что она явно не в восторге от моего состояния. Она пару раз пыталась со мной заговорить, но увидев мой отреченный вид она передумала. Доев сырники и допив чай, я встала из-за стола.

– Я сама помою посуду!

– «Спасибо за завтрак!» —произнесла я когда была уже на пороге кухни.

За завтраком я потеряла примерно около полу часа. Время девять тридцать пора выходить. До остановки пять – семь минут ходьбы. На улицу тепло как никогда надев туфли, я вышла из дома. Вниз на лифте.

Солнце проникало через деревья и освещало все во круг. Первое сентября это день знаний. Знаний я получу сегодня не мало, а еще я научусь виртуозно врать. Я наткнулась взглядом на машину. Машину Антона, значит он еще дома. Как бы мне хотелось его сейчас увидеть, поговорить. Но нет сегодня вряд ли получится. Остановка на ней было всего не чего народу. Теперь дождаться маршрутку и я почти в институте. Обычно нас довозил Антон. Мы с Викой всегда его просили, и он не мог нам отказать. Но Вике нет и теперь Антон не должен отвозить меня на пары.

Вот и маршрутка. В ней можно посидеть подумать, передав деньги за проезд я начала думать. Вот интересно что будет, как все пройдет? Что скажут? Что нового придумают? «Господи, как же мне ее не хватает! Если бы можно было вернуть все назад и увидеть ее! Поговорить с ней! Поплакать у нее на плече! Поговорить за жизнь!» – слезы навернулись от этих мыслей.

Пробок почти не было, и я быстро добралась до универа. До корпуса я дошла быстро. Люди около корпуса кучковались. Кира помахала мне, и я пошла к ней.

– Как я рада! «Привет!» —произнесла Кира, когда я подошла к ней ближе.

– Я тоже рада! «Привет! – произнесла я, – а где все?» Или все опоздают?

– Нет все в 204 аудитории. Я просто встречаю, да и мне надо дождаться нашего куратора! Насчет учебной литературы узнать! – емким ответом ответила Кира.

– «Я пойду в аудиторию!» —произнесла я и пошла в сторону корпуса.

Вопросов было мало в основном как я себя чувствую и как мои дела. С улыбкой на устах я говорила – Все нормально. Линейка прошла быстро, официальная речь и отпустили на пары.

Слушая преподавателя, я его не слышала. Точнее не воспринимала. Мысли были далеко от универа, далеко. Я была там, где душа Вики. Я не могу ее вернуть или поменять себя на нее. Она должна жить. Я же не могу прийти в себя.

– Жень! Ты чего не пишешь? – голос Киры меня вывел из мыслей.

– Просто не хочется писать! – шепотом также ответила я.

Кира сидела рядом и не из-за того, что хотела, а только потому что мест было не так много. Всегда активно участвовала как в жизни университете, так и в жизни группы. Она всегда активно что-то говорит, выступает, я не могу сказать какая Кира в жизни только по тому, как я с ней не общалась это и понятно она всегда старалась отгородится от нас всех. Друзей таких прям закадычных у нее нет. Но есть просто приятели, которые могут позвонить спросить, списать, расспросить о том, что и как, одним словом, староста. Хотя староста эта не ярлык, а просто наверно тот человек, который узнавая какие-то новости, выступление на совете, она активистка отдельно взятой группы.

Кира строчила и строчила наверно даже не думая, что и как. Хотя у нас в конце года будет экзамен. «Быстрей бы этот день закончился». Решив послушать учителя, я начала вдумываться в то, что она говорит. Остальную пару я была увлечена тем, что объясняла преподаватель.

– «Жень ты идешь с группой отмечать первый день учебы?» —спросила Кира, когда дверь за учительницей закрылась.

– А куда собираемся идти? – я не хотела идти, но и отрываться от коллектива мне не хотелось.

– Вообще парни хотят в бар, да и многие девушки тоже, так что в бар пойдем! – произнесла она.

– Я за! – хотя хотела сказать нет.

– Замечательно! Ребят после пары собираемся на улице около лестнице. «Никого ждать не будем!» —громко произнесла Кира.

И вот зачем я согласилась. Хотя отвлечься мне надо. Да и общение будет не лишнем. За эти месяца после аварии я не общалась не с кем кроме врачей и родителей. Главное говорить все четко и емко, и так что бы не выдать тот факт, что я не могу забыть Вику. Как не странно тема Антона даже не поднялась. Наверно многие не решились об этом спросить по тому, как я приехала на маршрутке, а не с Антоном.

– Жень! – шепоток от Киры до меня донесся.

– Что? – так же шепотом.

– Как себя чувствуешь? Ты можешь идти с нами? – так же шёпотом продолжала она.

– Кира все в порядке! Я могу! – ответила я шепотом.

– Хорошо, а то я волнуюсь за тебя!

– Спасибо!

Ой это так мило что я чуть не заплакала от эмоций. Она искренне говорила об этом, а не ради «красивого словца». Она за всех переживает и всегда спрашивает, что и как. Еще пара и все мы идем гулять. Кира лепетала с соседкой, которая сидела впереди нее. Зовут ее Олеся, для группы просто Леся. Леся была на подобии Вики. Та всегда искала, где и с кем погулять. Вика просто рано нашла Рому и кроме него ей не надо было не чего, а Леся еще не нашла своего. Точнее она меняет их с периодичностью от двух недель до двух месяцев. Леся что-то жарко лепетала Кире. Кира в начале краснела, потом бледнела, смущалась и горела. Наверно что-то не пристойное предлагала. Леся же выдумщица.

Вторая пара прошла быстро так как все обсуждали куда пойдут и как повеселятся. Встретившись после пары около лестницы, мы поехали в бар. Меня довез Дима наш одногруппник. Он еще человека три вез, меня посадил на переднее сидение. Я пристегнулась. Так как Дима очень гонял, хотя сейчас он почему ехал медленно. Меня это удивило.

В бар мы приехали первыми. Заказав воды, я осталась около стойки. Он смотрел на меня с другого конца бара. Он смотрел как-то осуждающе. Наверно осуждает что я тут. В этом месте. Хотя он тоже тут. Видя, как он пьет водку я поняла, что он заливает горесть и обиду. Я вдруг поняла как тему наверно сейчас больно видеть меня.

– Жень чего грустишь? – голос Киры стал для меня неожиданным.

– Погляди туда и поймешь почему?! – показав взглядом на Антона.

– Понятно! Вы с ним так и не разговаривали? Ну после … – Кира смутилась и не стала договаривать.

– После аварии?! «Да!» —сказала я.

– Я не думала, что он так много пьет!? – скептично произнесла Кира смотря на Антона.

Я не нашла что ответить он сунулся, вид был уставший, на лице гримаса печали. Оно понятно.

– Девчонки пойдем те веселится!? – весело произнесла Леся, подойдя к нам.

– Женя пойдем! Давай потанцуем?! «Пошли!» —произнесла Кира и повела меня танцевать, не дождавшись ответа.

Антон смотрел на меня. Я чувствовала его взгляд на себе. Что ж надо повеселится. Ритм был легкий просто покачиваясь у меня получалось попадать в такт. Я старалась не думать не о чем, но вдруг в толпе я увидела Вику, смотревшую на меня в упор. Замерев на месте, я смотрела туда.

– «Оу!» —произнесла я, свет блеснул, я отвела взгляд, когда я вернула его на ту точку, где была Вика то увидела пустоту. Я начала искать ее взглядом, мотая головой в одну и в другую сторону. Не понимала как и почему я ее увидела. У меня был растерянный вид.

– Жень ты чего? – Дима посмотрел на меня.

– «Мне надо на воздух!» —произнесла я пошла в сторону выхода.

– «Я с тобой ты не против?» —сказал Дима, идя за мной.

– «Иди!» —произнесла я около выхода.

Я вышла на улицу было прохладно и свежо. Глотая воздух жадными рывками, а в голове одна и та же мысль «Это Вика! Вика я не могла ошибиться!». И начала часто моргать.

– Жень ты как? – Дима приобнял меня.

– Не знаю! – промолвила я.

– Может, воды принести? – произнёс Дима, смотря на меня.

– «Нет спасибо!» —сказала я и посмотрела на противоположную сторону улице и увидела Вика.

Вика стояла, ее освещал фонарь, волосы развивались по ветру, она смотрела на меня, а я на нее. Дима проследил мой взгляд и спросил: