Инстинкт Зла. Возрожденная

Книга 2

Глава 1

«Если вы попали в рай, то не спешите радоваться, ведь скорее всего, вы мертвы».

В моем случае эта фраза оказалась аксиомой.

Королевский замок линкхов был похож на фантазию. Слишком нереальный, чтобы оказаться правдой. Однако вот уже несколько дней я живу в этом сказочном месте, наполненном сиянием хрусталя и золота, фантастическими многоуровневыми садами и невероятными водопадами, струящимися прямо в залах. Это место казалось кусочком Эдема, заключенным в оболочку из камня и стекла.

Правда, помимо красот, восхищающих душу, были еще и линкхи, нервирующие все остальное.

Ехать, вернее, лететь на полночнике я категорически отказалась, хотя магистр Хроан-ос и уверял, что это совершенно безопасно. Но я уже была знакома с этими зверюгами и передвигаться предпочитала на старом добром бугатти. Что и сделала, несмотря на недовольное лицо линкха.

Дорогу не запомнила, слишком встревожена была происходящим. И все казалось, что появится Дагервуд и заберет меня у «красных балахонов». Но он не появился.

Когда на горизонте вырос замок, я уставилась на него изумленно, но слишком устала, чтобы восхититься на полную катушку. Тело ломило от непривычных нагрузок, кожа чесалась от корки крови и… чего-то еще. К счастью, линкхи это поняли, потому что первым делом меня проводили в комнату, сказав, что я могу отдохнуть, а после встретиться с наследником.

Я слушала вполуха, жадно рассматривая круглый бассейн внутри зарослей папоротника и экзотических цветов. Мне даже выделили молчаливую служанку, чтобы помочь совершить омовение. Я смерила ее скептическим взглядом и попросила оставить меня одну. К моему удивлению, спорить девушка не стала, словно я действительно была принцессой, а мои слова законом.

Освободившись от грязной одежды, я сложила ее на плоском камне и ступила на белоснежные ступени бассейна. Вода была молочно-белой, на поверхности клубился легкий пар. Я вошла по пояс и легла, положив голову на бортик. Надо мной покачивались темно-розовые бутоны – налитые, сочные и тугие. Сладкие запахи наполняли это странное помещение, потолка не было, вверху плыли облака, создавая полную иллюзию экзотического пляжа. Но вот мысли мои были совсем не так радужны. Итак, первое. Я помню то, что помнить никак не могу. Кусочки чужих жизней, образы-воспоминания шести принцесс линкхов. Эти картинки довольно хаотичны, стоит сосредоточиться на одном, и он ускользает. Воспоминания разрознены и похожи на какую-то разноцветную мешанину.

Второе. Я больше не человек. С тех пор как умерла в автомобильной аварии, отправившись на пикник со своим парнем.

Третье. Рик знал, кто я, догадывался, что со мной сделали, и целый год молчал, пытаясь найти способ предотвратить слияние. Рассказать он никому не мог, справедливо полагая, что вряд ли пожиратели оставят меня в живых. Как относиться к поступку Рика, я пока не знала. С одной стороны, понимаю, что он пытался защитить меня. С другой… с другой, обидно, что молчал.

И последнее. Влад Дагервуд. Мужчина, который меня все это время злил и притягивал, а напоследок пытался убить. И с которым у меня был секс. Ах, нет. Самый невероятный и восхитительный секс, что только можно представить!

Остальными пунктами шли линкхи, общая непонятность ситуации и мое весьма туманное будущее.

Я хмыкнула и ушла под воду, чувствуя, как загорелись щеки. И что мне со всем этим делать? Может, поесть? Раньше мне это помогало.

Вынырнула, откинув волосы, и ойкнула, увидев сидящего на бортике линкха. Светлые, отливающие голубизной волосы, длинные сзади, часть закручена в узел на макушке. Узкое бледное лицо, четко очерченные губы, тонкий нос. Красная меховая накидка совершенно неуместна в этом саду папоротников, но вряд ли принца это смущало. Под мехом видны черные брюки, высокие сапоги до колена и расшитый алыми цветами парчовый жилет. Оказывается, принц королевского дома – изрядный модник! Явись он в подобном виде на какой-нибудь супермодный показ, и все местные метросексуалы удавились бы от зависти!

Старший принц Дома Пробуждающих Папоротники– Алесс. Собственной персоной. Убила бы эту сволочь!

Именно его я уже видела в «Гранях» и сейчас могла рассмотреть цвет его глаз. Насыщенный, темно-зеленый, неестественно яркий.

Принц сбросил мех на камни и уселся, рассматривая меня своими нечеловеческими глазами. Черт, надо признать, этот линкх удивительно красив. Слишком утончен и изящен на мой вкус, но бесспорно великолепен. И это вызывающее совершенство бесит невероятно, словно еще раз подчеркивая наши отличия.

– И долго вы будете меня рассматривать? – нелюбезно осведомилась я.

– Не удержался, – он улыбнулся, показав ряд белоснежных зубов. Ну, слава небесам – не черные, как у Хроан-оса. – Я так давно жду этого момента.

– Какого? – мрачно протянула я, порадовавшись, что вода непрозрачная. – Когда я окажусь в этой ванне? После того как вы меня убили, подержали в психушке и почти свели с ума? Этого момента вы ждали, Ваше Высочество?

– Смешно, – весело сказал он, ничуть не смутившись моими обвинениями. Впрочем, глупо было ожидать, что это белобрысое древнее создание умеет смущаться. Интересно, сколько высочеству лет? Люди точно столько не живут. И даже черепахи, наверное.

– Мы все расскажем тебе. Со временем. Не сразу, конечно. Пока ты слишком сильно воняешь пожирателем, – он рассмеялся, но в зеленых глазах мелькнуло отнюдь не веселье. Там сверкнула ненависть– лютая и беспощадная. Настолько яростная, что мне стало холодно в этой исходящей паром воде. Но линкх тряхнул головой и снова улыбнулся. – Я лишь хотел сказать, что сейчас ты гостья в моем доме, Виктория. Считай его своим домом. Я постараюсь, чтобы тебе было хорошо здесь.

– Настолько хорошо, чтобы я забыла о собственной смерти? – уточнила я.

– И даже лучше, – принц подмигнул. – А смерть… Человеческая жизнь так коротка и ничтожна. Ты будешь благодарна за то, что мы выбрали тебя. Простая смертная и принцесса папоротников– разница очевидна.

Конечно. Скажите это моим родителям.

Но я промолчала, понимая, что пока не стоит лезть на рожон. И лучше придержать все те гневные обвинения, что вертелись на языке. Потому что в добрые намерения линкха я не верила ни капли. Он напоминал мне санитара в клинике, что с доброй улыбочкой убеждает съесть очень вкусную и полезную таблеточку, от которой я гарантированно сойду с ума.

Ну уж нет. Плавали – знаем.

– А теперь я хочу посмотреть на тебя, – сказал Алесс и неожиданно ступил в воду. В два шага оказался рядом и дотронулся до моего лица. – Поднимись.

От изумления я на миг опешила, а потом отпихнула принца, метнулась в сторону, проклиная все эти бассейны, в которых мне катастрофически не удается остаться одной!

– Что вы себе позволяете? Не трогайте меня!

Лицо застыло, но линкх тут же тряхнул головой, отчего на глаза упали белые пряди.

– Ах, стеснение. Такая человеческая реакция. Я забыл, что люди стыдятся своих тел, хотя это и понятно, они так… несовершенны. – Он поморщился. Но потом все же повернулся к бортику и сел, опустив руку в воду. – Прости, я действительно не сдержался. У нас другие… обычаи.

– Я не знаю ваших обычаев! – отплыла еще дальше, мрачно решив впредь купаться в одежде. – У людей не принято прикасаться к незнакомым людям!

– Я слышал иное, – фыркнул Алесс. – Люди многое делают с незнакомцами. Хорошо, я дам тебе время привыкнуть, Виктория. Мы еще увидимся.

Он легко поднялся, смахнул с одежды капли воды, которые не намочили ткань. И удалился куда-то за папоротниковые заросли. Я задумчиво потерла макушку, размышляя об этой странной встрече и разглядывая воду. Там, где была рука Алесса, сейчас покачивался нежный белый бутон на тонком стебле.

Дальнейшее омовения я завершила быстро, как-то расхотелось сидеть голой в этом бассейне. Неизвестно, кого еще принесет нелегкая. Так что, прополоскав пряди и смыв с тела грязь, я вернулась к камням.

– Ваша одежда, госпожа, – пропела тонкая большеглазая девушка, выходя из-за колонны. Мне даже удалось не вздрогнуть, чего-то в этом роде я и ожидала. Ну конечно, оставили меня в покое, верю!

– Давай, – я выдернула из руки полотенце, быстро вытерлась. – Ты кто?

– Вира, – поклонилась она. – Ваша Тень.

– Тень? – изумилась я. – У меня вроде своя есть.

– Тень – это слуга, принцесса, – серьезно проговорила девушка. – Я одна из тысячи ваших теней.

Тысяча слуг? Круто. И что мне с ними делать? Да я даже имена буду запоминать пару лет.

– Тень – это тень, – хмуро буркнула я. – На асфальте. А слуги мне не нужны. Ладно, забудь, – я махнула рукой и скептически осмотрела платье, что мне принесли. Тонкая светлая ткань нежно-сиреневого цвета, золотое кружево сверху. Красиво. К тому же выбора у меня все равно пока нет. Так что натянула его, а Вира затянула широкий пояс на моей талии и подала изящные босоножки.

– В комнате накрыт ужин, госпожа. Если позволите, я вас провожу, – торжественно объявила Вира.

– Давай, – рассеянно кивнула я, осматриваясь. В заплетенной розами и папоротником стене все же обнаружилась дверь, а за ней почти обычная комната, если не считать огромного, во всю стену, окна и тоже цветов– ползущих по стенам и свисающих с потолка.

– Здесь везде так много растений? – я отвела бутон, касающийся моего плеча, и села в кресло у накрытого стола.

– Конечно, – снова удивилась Вира. – Это ведь Дворец Цветов. Сила произрастания – основное наследие принца.

– То есть все эти цветы и папоротники из-за высочества? – уточнила я.

– Да, госпожа, – улыбнулась прислужница.

– Мило, – пробормотала я и сняла крышку с ближайшего блюда. Похоже, на этот стол переместили ужин из какого-нибудь ресторана, персон так на десять. Потому что здесь было несколько видов мяса и рыбы, с десяток различных закусок, сыры, соленья и десерты.

– Если меня так будут кормить, я, возможно, даже останусь, – облизнулась я, приступая к трапезе. Вира смотрела на меня, склонив голову.

– Присоединишься? – махнула я рукой, хрустя огурчиком.

– Благодарю, я сыта. Во всех смыслах.

– А что ты ешь для насыщения… ну, не телесной оболочки?

– Боль, – радостно пояснила она.

Я чуть не подавилась куском курицы. Аппетита заметно поубавилось.

– Ты из дома Оплетающего Терновника?

– Да, госпожа.

– Ясно, – посмотрела я на скромную Виру другими глазами. Худощавая, высокая… кого-то она мне напоминала… – Слушай, а Алекс из твоего рода, тебе не родственник?

– Александр мой брат, – обрадовалась прислужница. И тут же помрачнела. – Но… его давно никто не видел. Алекс нарушил Закон и был отдан пожирателям. Поговаривают, за ним явился сам Вершитель… – во взгляде девушки сверкнула ненависть. – Никто не знает, где теперь мой брат. Лига передала, что он наказан.

Она отвернулась, а я задумчиво сунула в рот ложку. Да уж, пожирателей тут не любили. Мягко говоря. А Дагервуда и вовсе ненавидели.

Даже мысленное упоминание его имени отозвалось внутри болью, и я тряхнула головой, прогоняя воспоминания. Как героиня всем известной книги, подумаю я об этом завтра.

– Пожалуй, я уже наелась, – пробормотала, поднимаясь. Внутри разлилась сытая слабость, захотелось спать.

– Позвольте показать вашу спальню, где вы могли бы отдохнуть? – подскочила ко мне Вира. Я благосклонно кивнула. Осматривать дворец, блуждать по коридорам и даже думать расхотелось, видимо, я слегка переоценила свои силы. Так что позволила увлечь себя в очередную заплетенную розами комнату, где была расстелена белоснежная кровать. Прохладные простыни так и манили на них растянуться, что я сделала с удовольствием. Зевнула во весь рот, даже не закрывшись рукой.

– Отдыхайте, госпожа, —голос Тени стал каким-то далеким и тихим. А все события– незначительными. Все показалось незначительным, кроме желания спать…

***

– Влад, у нас три трупа на берегу, – голос Конрада в динамике звучал глухо и сипло, что-то шумело там и грохотало. – В порту, все неместные, будут вопросы от Лиги отправителя.

– Скоро буду, – процедил Дагервуд и отключился.

Ударил ладонью по рулю. Проклятие! Линкхи словно взбесились, количество инцидентов увеличилось в разы, это пятое нарушение закона за неделю. Пятое! Да чтоб их всех!

Пожиратель на миг прикрыл глаза. Не хотелось думать, что это связано с его ошибкой. Единственной ошибкой, которую он допустил за долгие годы в Лиге. Единственной и непростительной. Виктория…

– А теперь ответь на вопрос, мог ли ты ее остановить? – пробормотал он, сидя в автомобиле. Двигатель пока молчал, зато внутри пожирателя ревела буря.

О да. Он мог. Правда заключалась в том, что он очнулся раньше, чем Ви ушла. Присущая пожирателям способность к исцелению почти мгновенно восстановила Влада Дагервуда, и он открыл глаза в тот момент, когда девушка нервно натягивала одежду.

И ничего не сделал.

Просто смотрел на ее спину, на вздрагивающие плечи, на спутанные волосы.

Смотрел, желая притянуть ее к себе. Вернуть… в свою постель. Или просто вернуть себе? Да, он позволил ей уйти. Смертельная ошибка.

Дагервуд снова ударил по рулю, порше коротко взвыл сигналом, словно негодуя на такое обращение. Влад невидящим взглядом уставился на серебристые пики деревьев. Какого вирга он отпустил ее?

И какого хрена сделал все остальное?

Он не имел на это права. Ни малейшего, даже самого крохотного права! Прикасаться, целовать, смотреть… Заниматься самым восхитительным и невозможным сексом в своей жизни. Он. Не имел. Права!

В бездну все! Какого демона он не убил ее?

Не смог. Проклятие. Просто не смог. Самоуверенный и хладнокровный Вершитель, славящийся своей преданностью делу пожирателей, оставил в живых ту, что, скорее всего, уничтожит и саму Лигу, и его вместе с ней.

Хренов идиот.

Шаги он услышал заранее и отвернулся к окну, чтобы не видеть Рика.

– Прости, задержался, – выдохнул тот, усаживаясь на сидение рядом. – Конрад уже звонил? Он сказал, что в порту есть убитые, скорее всего, кто-то из низших…

– Я знаю, – Дагервуд повернул ключ в замке зажигания.

Рик, почувствовав его настроение, осекся. Некоторое время ехали в молчании.

– Влад, – осторожно сказал Рик. – Я знаю, что ты винишь себя. В том, что отпустил ее. Но… Спасибо тебе. Спасибо тебе, брат. Ты даже не представляешь, что сделал для меня и как это важно, – он говорил торопливо, не замечая, как стекленеют глаза Дагервуда и сжимаются пальцы на кожаной оплетке руля. – Я не смог бы жить, зная, что она… ее… нет. Понимаешь? Ви для меня все. И я найду способ ее вернуть, освободить от сути линкхов, что в нее вложили! Я найду этот способ! Мне просто надо время. И ты мне его дал! Спасибо, что сделал это ради меня …

– Заткнись, – не выдержал Влад. Скорость, как всегда, была запредельной, но сегодня это не успокаивало, а лишь раздражало сильнее. Он вновь надавил на газ, выжимая из двигателя максимум. Автомобиль взревел, вылетел на изогнутый серебристый мост, соединяющий два берега реки. Белая чайка испуганно вспорхнула с опоры, когда мимо промчался порше. – Заткнись, Рик. Я совершил ошибку, и не ради тебя. Я вообще ничего не сделал ради тебя. И с Викторией все произошло не так, как ты себе вообразил.

Дагервуд сжал челюсть почти до хруста. Чувствовал он себя мерзко. Просто отвратительно. Но он никогда не был трусом и привык отвечать за свои слова и тем более поступки. А значит, должен сказать Рику правду. С самого начала собирался, но всегда вокруг было слишком много… посторонних.

– О чем ты? – непонимающе посмотрел Рик.

– Я…

Белая птица вспорхнула с опоры.

Еще не осознав, но уже среагировав, Дагервуд резко повернул руль, понимая, что по тормозам бить бесполезно и слишком опасно. Яма! Ловушка, разрыв между мирами, не Терра и не Энфирия, дыра, которую линхи создают для поимки людей. Словно карман на ткани пространства, вот гладкое полотно, а потом– раз! Прорезь! Замаскированная такой же тканью, то есть куском реальности. Люди называют это дежавю, а пожиратели знают, что стоит увидеть повторяющийся элемент – надо нестись от этого места как можно дальше. Вот только проблема в том, что свернуть было некуда. Узкий мост, с двух сторон кованое ограждение. Инерция несла двухтонную машину вперед, шины визжали, потому что Дагервуд вывернул руль, надеясь избежать провала в ловушку. Капот снес ограду, и порше завис, балансируя между водой и мостом. Жуткий и омерзительный скрежет ударил по ушам, заставляя скривиться. Еще раз качнувшись, автомобиль рухнул вниз, пробивая успевший встать, но еще не окрепший ледок. На миг порше завис в образовавшейся трещине, а потом дернулся и нырнул сразу на полкорпуса. От удара лобовое стекло треснуло и под давлением брызнуло внутрь мелкими осколками вместе с водой и льдом. В машине, сделанной по спецзаказу и способной разгоняться до немыслимой скорости, подушек безопасности не было.

– Рик? – выдохнул Дагервуд, бросив быстрый взгляд на брата. Вода уже заполнила салон, еще минута, и машина уйдет под лед полностью.

– С моей стороны не выйти, – Рик снова безуспешно дернул дверь. – Заклинило.

– Значит, вперед. Когда полностью погрузится. Готов?

Брат кивнул, сжав зубы. Паники в его глазах не было, лишь недовольство.

Вода заполнила салон порше, свет погас. Мужчины сделали последний вдох, дожидаясь, когда ослабнет и уравновесится давление, не дающее выбраться. Дагервуд показал рукой, заставляя брата выбраться первым. Тот скривился, но послушался, оттолкнулся, пролез через дыру в лобовом стекле. Влад устремился следом, выпуская мелкие пузырьки воздуха и сдерживая желание изо всех сил рвануть вверх, к свету, воздуху, теплу… Ледяная вода обнимала смертельным коконом, но Влад знал, что это лишь иллюзия. Его тело способно пережить и не такие объятия. Но разум все равно сопротивлялся, пытаясь избежать опасности и увеличивая в крови дозу адреналина.

Влад огляделся, насколько позволяла темнота реки. Тяжелый порше успел нырнуть довольно глубоко, хотя дна еще не достал, покачиваясь в толще. Но автомобиль уже не интересовал пожирателя. Он вертелся, пытаясь увидеть Рика. Где он? Уже всплыл? Слишком быстро, вряд ли…

Но если брата нет вверху, то где он?

Дагервуд заставил себя перевернуться и посмотреть вниз, туда, где призраком маячил автомобиль. Пузырь воздуха справа, там, где заблокирована дверь… откуда?

Влад сложил ладони, не обращая внимания на жжение в легких. Заработал ногам, всем телом, жалея, что нет времени освободиться хотя бы от обуви. Но, как назло, сегодня на нем были тяжелые ботинки, а не туфли, которые легко сбросить с ног.

Из глубины вновь долетел пузырек воздуха, и Дагервуд рванул туда, за все ускоряющейся машиной. Воздух внутри заканчивался катастрофически быстро, но Влад лишь сжимал зубы и погружался, погружался… И когда стало казаться, что все напрасно, что обманулся, и нет здесь ничего, кроме искореженного металла, вот тогда он и увидел Рика. Острая решетка моста, рухнувшая следом за порше, ударила парня и заодно пришпилила его к капоту, не давая вырваться. Только если отодрать кусок ноги, которую пробила острая пика. Рик был в сознании и дергался в безнадежной попытке освободиться.

Дагервуд знаком приказал ему успокоиться. Страх сжигает воздух, и как бы ни были сильны пожиратели, но они смертны. А Рик – тем более, ведь он еще не успел убить ни одного линкха и поглотить его суть и силу. Дагервуд осмотрел кусок железа, торчащий из бедра брата. Надо вытащить за один рывок. На большее не хватит времени. У Рика. Голубые глаза смотрели испытывающее, но паники в них не было. Сожаление разве что.

Дагервуд отвел взгляд, обхватил зазубренную пику и рванул, упершись ногами в капот своего порше. Секунду казалось, что бесполезно, слишком сплавилось от удара железо, но потом кусок дрогнул и выскочил, освобождая пленника.

Рывком Дагервуд схватил Рика за шиворот и рванул вверх. Еще и еще, делая широкие гребки свободной рукой, вкладывая всю силу своего мощного, тренированного тела.

Воздух обжег губы и легкие льдом, но они оба хватали его истово и жадно.

– Сам доползешь?

Рик кивнул, сжимая зубы, и Дагервуд не стал говорить, что брат ослаблен из-за своего нежелания делать то, для чего рожден. Без силы линкхов пожиратель долго не протянет. Это инстинкт, который требует удовлетворения.

Но Влад промолчал.

До берега действительно пришлось ползти, временами ломая еще тонкий лед и вновь уходя под воду. На разрушенном мосту уже собрались люди и кричали, показывая на двух «утопленников». Дагервуд накинул на них с Риком флер. Людям ни к чему видеть их. Скользкий берег встретил неласково, но пожиратели лишь вздохнули с облегчением, выбираясь на него. Влад бросил быстрый взгляд на ногу Рика. Порез глубокий, опора пробила мышцу насквозь, но тело уже регенерирует, и кровь почти не течет. Брат поправится.

Влад глотнул колючий воздух, провел рукой, стирая с лица лед и воду. Не бывает подходящего времени для плохих новостей. И лучше сказать правду сразу, не затягивая до момента, когда сказать ее уже станет невозможно.

– Рик, – позвал он. Тот поднял голову, сидя на снегу и осматривая рану. – Я не договорил, когда увидел ловушку. – Его голос звучал привычно безэмоционально. – Насчет Виктории. У нас с ней был секс.

Рик моргнул, осознавая. Вскочил, охнул от боли в ноге, сжал кулаки.

–Что? Что ты сказал? Ты… ты ее заставил?

Дагервуд прикрыл глаза. Заставил? Сказать «да»? Дать Рику надежду?

– Нет, – глухо сказал он. – Это было добровольно.

Лицо Рика стало бледнее снега, лишь разбитые губы выделялись черным провалом.

– Добровольно? Она приняла в себя суть линкхов, Влад. Юная, ничего не понимающая девушка, которая понятия не имела, что с ней сделали и кем она стала. И ты называешь это добровольно? Добровольно? – от яростного крика взлетели чайки, облюбовавшие проталину. Рик шагнул ближе. – Вот как ты считаешь? Ты сволочь, Влад. И ты воспользовался ею!

Он запнулся. Глаза потемнели, зрачки расширились. Потом Рик поднял ладонь, на которой темнела кровь, и яростно выкрикнул слова на изначальном языке:

– Я, Валарикх Юлиан Эйджен Дагервуд, разрываю кровную связь со своим братом Владом. Силой Изначального Закона я отрекаюсь от него и клянусь отомстить, как врагу!

Воронка снега взвилась вокруг пожирателей, заключая их в кокон клятвы. Кровь обоих вскипела, выжигая кровные узы, связывавшие братьев. Дагервуд посерел, неотрывно глядя на того, кого защищал и оберегал с самого рождения. Того, кого считал своей единственной семьей. Да, они всегда были слишком разными. Хотя бы потому, что Рик родился от другой матери и тогда, когда сам Влад был уже взрослым, уже мужчиной. Но после ухода отца лишь они вдвоем остались от рода, некогда причастного к сокрушению самого Легара.

Черные символы вспыхнули на лице и руках Рика – родовые и кровные знаки, впечатанные в саму суть пожирателя. Они горели, и Рик взвыл от нестерпимой боли. Но длилось это недолго. Знаки побагровели и погасли. Связь разорвалась.

– Что ты наделал… – Влад не узнал свой голос. Слишком хриплый. Голос незнакомца.

– То, что должен был, – жестко сказал Рик. Его глаза сузились, в них не было ни капли сожаления. – И исполню то, в чем поклялся.

– Из-за женщины?

– Из-за своей жены, – лицо Рика исказилось.

– Жены? – Дагервуд усмехнулся. – Она даже не в курсе, что вы женаты. И боюсь, не поймет твоих притязаний.

– Не твое. Собачье. Дело! – вспыхнул Рик. Занес кулак, но сдержался и отступил назад, недобро усмехнувшись. – Не надейся, сейчас я не буду тебя убивать. Я подожду. Пока силы… сравняются.

Влад склонил голову, неотрывно глядя на брата. Снежный кокон опал, лишь на снегу остались следы крови. Рик ушел, закрывшись непроницаемым щитом.

Влад Дагервуд устало опустился на обледеневший берег. Одежда встала колом на теле пожирателя, ободранные до крови ладони болели. На мосту выли сирены, спасатели пытались понять, как достать людей из-под воды, не подозревая, что один из утопленников сидит совсем рядом.

Поганый день. Охренительно поганый день.

Помимо разрыва кровной связи Влада сейчас волновало и еще одно обстоятельство. Ловушку «дежавю» сделали не просто в Терре, а на железном мосту. Во-первых, Дагервуд однозначно проехал бы по нему, направляясь на другой берег реки. А во-вторых… А во-вторых, это не могли сделать линкхи. Значит, ловушку для Вершителя создал кто-то из пожирателей. И вероятно, тот же, что вынес яд из хранилища.

Вот только кто?

Глава 2

…Блеск, сияние, радужные искры… Я кружусь, кружусь, и кровь моя горяча в эту ночь, и солнечный свет ласкается зверем, и расцветают папоротники… И линкхи смотрят на меня. Они все смотрят: главы родов, сиятельные и чистокровные … он тоже смотрит… я улыбаюсь, потому что знаю – нет никого прекраснее меня во всей Энфирии…