Чурила и Соловей Разбойник. Волшебные хроники

Глава 6 Быстро сказка сказывается

Ярила оглянулся в тот момент на притихших чертей, Ягу увидел, и вдруг, как рванулся из этого болота. А Болотница, уже о нем размечтавшаяся не на шутку, назад его тащит. И понял он вдруг, что чем больше упираться будет, тем она яростнее тащить его станет. Но когда он решил уступить ей (большего безумия и придумать трудно), тогда она неожиданно отпустила его, потому что русалка первая не выдержала этого поединка, и вцепилась в нее. И пронзительно обе девы завопили, исчезая.

Как хотелось Яриле броситься и спасти матушку. Но он в обратную сторону шагнул, понимая, что добрыми делами дорога прямо в Пекло стелется, а когда ты туда почти уже заглянул, так о чем же думать остается?

Яга облегченно вздохнула, она уже поверила в то, что он за ними бросится, тогда бы забот у всех прибавилось. Но устоял все-таки, и это замечательно, не так прост видно, парень, как она о том думать привыкла.

Равнодушно только Даждьбог на поединок духов и богов страсти взирал. Он вообще хотел развернуться и уйти, но только суровый взгляд Яги его остановил. Тот, кто дарит свет, не может быть таким черствым, – думала старуха, хотя кто его знает, каким он вообще должен быть.

Между тем Ярила вернулся, немного испуганный, он думал, что так там и останется навсегда, в этом болоте и не мог понять как оттуда выбраться удалось.

Черти в след ему твердили, что это только начало и то ли еще будет. Он и сам понять не мог, что может быть на самом деле. Но и раскисать некогда было, как только русалка махнула хвостом, а Даждь презрительно отвернулся, он и пошел за ней. И черти хотели снова поразвлекаться, но Яга их на этот раз остановила, и они присмирели.

– Да из-за него уже все Берегини, я не говорю об остальных русалках, перессорились, и что нам делать дальше, – возмущались те.

– То, что я вам скажу, то творить и станете.

Им пришлось согласиться, а куда против Яги-то переть было, быстро остановит, рога обломает и хвосты повыдирает. Правда, ни с кем она такого еще не проделывала, только пугала, но кому из них хотелось первым под ее горячей рукой оказаться, пальцы цепкие, как крюки, и все-таки они продолжали ворчать:

– И уродится же такой, что творит – то, что он только творит.

– Ну ты даешь, давно у нас ничего такого не было, – возмущались они, как только Ярила со свидания очередного вернулся домой.

– А вы тоже хороши, видели, что я тону, и хоть бы один помог, хотя бы что-то сделали, еще черти называетесь.

– Это ты к Яге с жалобами своими ступай, мы ребята подневольные, как скажет, так и будет, – оправдывался кто-то из них.

– Нечего на Ягу спирать, когда пакостите другим, много вы на нее оглядываетесь?

Так они еще долго перепирались. Но у каждого оставалась своя правда. Но переполох с появлением страстного красавца начался страшный. Не успели черти еще и глазом моргнуть, а уже смертная девица, как про него заслышала, так в лес и пробралась. Что делать? Ведь им от Лешего и попадет, потому что Ярила тут в гостях, а они у себя дома, ведь обещали же за порядком следить. Тогда и пришлось некоторым из чертей чудовищами оборачиваться, да пугать тех самых девиц. Как только они не оборачивались, да девицы не особенно пугливыми попались, пока одних пугают – другие пробираются. Так и носились, как угорелые, и только ждали бедные черти, умаявшись совсем, пока обучение его закончится, да подальше он отправиться. А Яга им и намекнула на то, что лес станет для Ярилы если не первым, то вторым домом точно и должны они привыкать к тому, что он тут и останется, и частым гостем будет.

Тот день черти отметили самым черным камнем еще и потому, что одну из девиц Леший у себя прямо выловил. Как она до такой глуши добралась, это только одному Яриле было известно, но иногда им казалось, что он мстит им просто, за то, что они тогда не особо торопились его из болота вытаскивать. Вот и Соловей подтвердил, а ему сверху виднее, что отрок этот божественный просто издевается над ними так, как ему вздумается и в ус не дует.

Сначала черти хотели и над ним так же поиздеваться, но решили, как немного остыли, что тогда этому конца и края не будет. И потом, может быть, это сам Соловей, а не Ярила издевается, и хочет их лбами столкнуть, с него станется, у него тоже на них был зуб, да еще какой.

Одним словом, не стали черти в тот раз распыляться, силы надо было беречь, особенно если поверить Яге, а как ей не верить, что он здесь гостем будет частым

– Ты может одну какую девицу выберешь, – спросил у него черт Тарас, которому больше других от лешего досталось. Он просто под горячую лапу попал, зазевался.

– А это еще почему? – удивился парень, – а всех остальных, я что, по-вашему, обижать должен? Если они вас обходят стороной, сюда рвутся, я что, от них убегать должен?

Не нашелся, что на это Тарас ответить, но с тех пор, он стал приглядываться и прислушиваться к тому, что между девицами и Ярилой происходит. И постепенно такого опыту набрался, что сам уже мог другим рассказывать и объяснять, как и что в таких случаях бывает. Ведь черти, хоть они ребята и сообразительные, но многих вещей, особенно когда сами не попробовали, не понимают.

Они, например, никак усечь не могут, как можно зверю какому или человеку в болоте утонуть, а потом еще и помереть. Вот и тех отношений, когда уединиться он, лапаться начинает, что говорить, а потом и делать – это тоже ну никак не мог он уразуметь. Такими странными и смешными были движения его, а уж девиц, то спасать бросались, то наоборот, нехорошими словами называли, но все попадали не туда и не так.

Черти есть черти. И Тарас первым понял, что если для них это не важно и не интересно, то это вовсе не значит, что это не увлекает и других. Видно, что еще как увлекает. И потом долго говорили они что там и как может быть, но самые пронырливые, не только говорили, но и видели кое-что, и могли на примерах показать, что там этакое происходить может.

Увлекательными оказались эти беседы. Очень бы удивился Ярила, если бы он что-то услышал из всего этого, но слышал их Даждьбог.

Глава 7 Да не быстро дело делается

Однажды он брел с другой стороны Ракитова куста да и прислушался. И надо сказать, что он-то понимал еще меньше, чем черти, что могло происходить между девицами и братом его названным. Это так Яга заставила их побрататься, и хотя не хотелось ему совсем, но перечить он ей не стал. И когда вечером увидела Яга, что задумался он глубоко, и узнала, что он разговорчики чертей слушал, то вздохнула она.

– Да вот так, один пьет не напьется, а другому и пить не хочется – так и получается, нет, чтобы страстей вам поровну разделили, но когда Перун с русалкой дело имеет, это совсем не то, что с Велес с Дивой, только кто бы им подсказал, кому и с кем быть надо.

Мало чем могла Даждьбога Яга утешить, но он почувствовал, что к Яриле она настроена добродушно, а его вроде бы жалеет даже, до чего же ему было обидно все это, а делать нечего, такой уж уродился.

Вот и Кикимора, их разговор слышавшая, случайно, как она говорила потом, решила ему помочь, надоело ей от Ярилы девиц отгонять. Стала она Берегиню Диву уговаривать, чтобы та уж с Даждем побыла.

– А сама – то что. -Возмутилась Кикимора.

– А ты на меня смотрела внимательно, парню для первой ночи, что такая нужна. И ты ему не особенно подходишь, но должен он с кого-то начать, а то в лесу нашем время проведет столько и что?

Ничего на это не ответила Берегиня, но проникновенные слова Кикиморы все-таки задели ее, а может, она пожалела его. И на самом деле, одному все, а другому ничего. И поплыла она к нему, заговоров всяких наготовила, да таких, что любой, кого поманила бы, без оглядки за ней пошел. И надо признать, что задержался Даждь, потому что Кикимора со спины тоже колдовала. Он сидел перед ней на валуне огромном и с такой тоской вдаль смотрел, что чуть не взвыла Берегиня. И в тот самый момент такие стоны раздались с того берега реки, такие сладостные вопли, что Яга из своей избушки выпрыгнула.

Очнулся от дум своих Даждь, посмотрел на красавицу, словно только что ее увидел, развернулся и пошел прочь. И только Кикимора бежать за ним бросилась. Да споткнулась, упала, а потому и догнать его никак не могла. Да и что за радость за ним гоняться было. Завалился он на сундук свой, и заснул таким крепким сном, что и Соловей своим свистом вряд ли разбудит, вот и все страсти, какие были у него. И только черти радовались – он им никаких хлопот не доставлял, таких бы воспитанников да побольше.

– И чего радуетесь, – возмущалась Кикимора, – да он бесчувственный совсем.

– А мы уже запарились с Ярилиными чувствами. Пусть лучше так все и будет – орали они в один голос.

Но никак Кикимора не могла успокоиться. И тогда, видя, как страдает безвинно Кикимора, Яга отправила туда Баюна.

– Хватит на печке лежать да сметану есть, ты бы Даждем занялся.

– А я думал, Яриле помощь нужна, у него там отбою нет.

– Потом издеваться будешь, когда поможешь Кикиморе.

– А ей-то в чем помогать.

Кот прикидывался простачком, на самом деле он уже давно обдумывал, как и что можно сделать для молодого бога. И теперь с легкой руки Яги, если бы он еще поломался, то она и пнуть могла бы хорошенько, отправился он искать Даждя. Но искать его долго не пришлось, он пока один сидел под тем самым дубом священным, и думал. Словно бы приготовился заранее сказки кота слушать. Кот появился в неурочный час.

– А я-то думал, где тебя искать, девиц не досталось.

Молчал Даждь, на него глядя.

– А ты бы все-таки выбрал себе кого, вон их шастает теперь сколько, а то слухи всякие да пересуды среди духов пошли.

– Я ничего не слышал

– Зато я уже наслушался, – огрызнулся кот.

– Мне никто не нужен, вот и Кикимора и Берегиня прохода не дают.

– Их можешь не слушать, – заявил Баюн, – но я все-таки кот ученый, и могу тебе сказать, что богам девицы нужны, уж если папашка твой до русалки дошел. А такой правильный был.

Юноша так на него смотрел, словно перед ним сам Ний – главный враг его стоял, но кота это не особенно волновало, скорее вдохновляло.

– Если ты не покажешь всем, что ты не так холоден и немощен, как Кощей, то со мной дело иметь будешь.

– Да тебя Дунай победил и сюда приволок, а я с какой радости слушать должен.

– Да ты еще глупее, чем казалось, да думаешь любой Велес поймал бы меня, коли я сам бы того не захотел, и не поддался.

Прозвучало это убедительно, и может, еще что подействовало, но Даждь решил, что не приятно, когда тебя с Кощеем сравнивают.

Черти весь вечер нехорошими словами кота обзывали, и передавали друг другу, что он отправил и второго к девицам.

– Нам одного мало было, прямо наказание какое-то.

На этот раз он нашел ту самую Берегиню, и ушел с ней, но так все тихо и незаметно было, что если бы все духи заранее ничего не знали, то и не заметили бы этого происшествия.

Но утром Яга признала, что у кота все лучше получилось, чем у остальных воспитать бога Солнца.

– А то ты во мне сомневалась, – обиженно мурлыкнул кот, доедая свою сметану.

Но как только с этим как-то утряслось, и прошли они обучение науке страсти нежной, так уже о новом думала Яга, о бое показательном.

– И где мы чудовище возьмем? – насторожились черти.

Они все смотрели на Тараса и на кота – эти двое соображали лучше других и в обучении дальше продвинулись. И ощутив всю важность происходящего, оба, почти в один голос заявили.

– Горыныч, больше некому, – прибавил кот.

Яга молчала, но черти остальные готовы были за Горыныча горой стоять.

– А если они его укокошат? Как можно его под мечи их подставлять, ведь это даже не воины хвастливые, а боги.

– И когда и где наш Горыныч пропадал, – не сдавался Тарас, никого другого он припомнить не мог.

– Тогда уж Кащея, ему все равно помирать, – Марат вперед выступил, – вот и поглядим, какой он бессмертный.

– Ты собрался богов позорить, тогда уж с тобой лучше пусть сражаются, Старик трехтыщелетнего молодцам подсовываешь, и Змей хоть вид внушительный, а этот.

И сами черти понимали, что остановиться на Горыныче придется, да больно не хотелось им этого.

А тут и Горыныч, словно узнал, что его помощь требовалась, и появился ненароком. Он всегда так вот влипал в очередную историю

– С богами сражаться? – удивился он, и ушам своим не поверил, – да с какого перепугу?

– А чего ты боишься, убить ты их все одно не сможешь, даже если и захочешь, – настаивал Тарас.

О том, что опасность самому Змею может грозить, он и сам не думал, и другим думать не позволял.

Но Горыныч не сдавался, особенно, когда черти со всех сторон наседали.

– Не могу, вдруг увлекусь, и неизвестно в какую лягушку меня потом они же и превратят. Велесу я слова дал, не драться, Перуну не давал, но как только он узнает, то еще хуже будет, чем с Велесом, не буду драться, и не уговаривайте.

Но если Горыныч сначала верил в то, что он от чертей отбрехаться сможет, то напрасно. Тараса поддержали все остальные. Они убедили его, что все это так, пустяки, и никому ничего не грозит, а Яга все одно его заставит.

Черти есть черти, легче согласиться, чем спорить с ними бесконечно. Он мог бы отмахнуться от них, как от мух назойливых да и улететь, но Горыныч точно знал, что с чертями лучше не ссориться, и гиблое дело их держать во врагах своих. А ему было очень одиноко, слово в горах сказать не с кем. И потом, черти иногда заглядывали к нему. А общение, пусть и с чертом, дорогого стоит. Вот и пришлось ему, с какой стороны не глянь, согласиться. А что еще будешь делать. Яга на этот раз чертями была довольна – без нее управились, даже кот почти не помогал.. На что-то они все-таки годились, уже отрадно.

Глава 8 Поединок со Змеем

И объявили черти торжественно богатырям, что ждет их поединок со Змеем на рассвете.

– Спите, сил набирайтесь. Мечи свои точите.

Ярила самодовольно усмехнулся, а Даждь спросил только.

– А никак нельзя, чтобы без Змея.

Но кот опередил чертей на этот раз.

– Без Змея нельзя никак, уж если любой богатырь должен Змея своего прикончить, то вам сам Перун велел.

Кот не был уверен в том, что велел именно Перун, но от своего не отступался, да и с именем Громовержца все солиднее выглядело. И как только заря занялась, все на поляне собрались. Соловей свистнул Горыныча, он у него в лесу остановился, не летать же туда да обратно. И распрямил Змей плечи, хотя хотелось ему поспать хорошенько, а потом в озере покупаться, но пришлось это отложить. Все черти в такой ранний час уже копытами перебирали, а ему что оставалось делать?

Первым Тарас Ярилу выпустил, пусть удаль свою покажет. И показал, змею пришлось огнем дыхнуть, чтобы немного его остудить. Но больше он дымом его приморил, потому что знал, что так и до пожара недалеко, а там уж точно спасибо не скажут.

После того, как кашлять он стал, отошел в сторону, а Тарас уж Даждя вытолкнул вперед, чтобы тот не опомнился, да снова не полез. Хватит с него и так для начала. Но на этот раз орудовал Даждь так хитроумно, что отпрыгнул Змей да и в овраг и угодил. И вроде прыгнул недалеко, овраг много дальше быть должон, но там и оказался прямо, только головы торчат.

На этот раз ничего не оставалось ему, как признать поражение, но самое главное, что из того оврага выбраться он никак не мог, сколько не старался. Застрял и все тут. Черти вокруг носятся, а как достать оттуда змея никто не знает. Со всех сторон черти бросились, тащить начали, но где там, тяжеленный змеюга и не пошевелится даже. Если бы за Тугариным не слетали, то так бы в овраге и остался. Но тот быстро его, как занозу выдернул оттуда. Пару деревьев сломал для острастки и умчался. некогда ему было тут оставаться.

Горыныч им только хвостом уже в полете помахал. Не собирался он снова в ближайшее время к ним наведываться, больно суеты много, и хорошо, что Яга еще перед всеми его отчитывать не стала, хмыкнула только, и богатырям говорила, какую и кто из них промашку совершил, и что в следующий раз делать надо.

Змей решил, что в следующий раз они без него обойдутся, пусть дураков в других местах ищут.

– Это тебе не с Кощеем биться, – говорит ему вслед Яга.

Наконец про него Яга вспомнила, да только она его и видела, близко его уже и не было там. Только рукой она махнула, да с богатырями вместе ужинать пошла. Блинов она им испекла, для поддержания сил растраченных, да не простых блинов, стоило ли над такими париться, а заговоренных, особенные блины это были. Как съели их богатыри, так не только силы свои утерянные восстановили, но и помудрели значительно и больше видеть и слышать, чем обычно стали они.

А Змей, как вырвался из их объятий, так и в полете еще решил с Кощеем тем самым шутку пошутить, и отправил его туда, откуда только что сам сбежал.

– Там ждут они тебя, не дождутся, все спрашивают, где Кощей, да где, ты бы уж туда отправился.

Тот и сам собирался заглянуть в лес заповедный, а раз Горыныч за ним залетел, так и еще шустрее собрался, Змей заверил, что его догонит, но тут же спать и завалился.

Кощей решил сразу свою силу и мощь показать, раз они так хотят, и перепутал сослепу богатырей, а посему, еще больше заморозил он Даждя, и еще сильнее Ярилу распалил, уверенный, что щедро дает каждому из них как раз то, чего ему и не хватает. Да еще отправился к Яге за благодарностью, когда дело свое сделал, а то, как же, она и не просила его еще, а он уже все натворил. Но очень удивился Кощей, когда Яга на него напустилась с порога.

– Ну, молодец, а ты у меня спросил, что делать надо, Даждя он заморозил, размораживай скорее, да пошевеливайся.

– Вот еще. То замораживай, то размораживай.

– Да о тебе же пекусь, когда братец твой темный тебя в плен возьмет, только он тебя спасти сможет.

И так серьезно она о том говорила, что не усомнился в том Кощей. Вот и пришлось ему исполнить то, что требовалось от него.

Он с давних пор знал, что кого-кого, а Ягу слушать надо, она дурного никогда не посоветует, он и слушался.

Глава 9 Вмешательство Кащея

Кащей решил немного задержаться, он так далеко мчался, и хотя его никто и не оставлял тут особенно, но он остался. И когда все улеглись спать, кот услышал какой-то шум, и отправился посмотреть на то, что там происходит. И он увидел, как Кощей на полянке, при свете луны, играл в кости с Ярилой, и так они были азартны, что и не остановишь вовсе.

Кот и сам смотрел на все и никак пошевелиться не мог. Яга поняла, что надо самой подниматься, и отправляться туда, Она схватила кота за ухо, и он взвизгнул. Игроки опомнились в один миг и очнулись. Яга смотрела на них волком.

– А ты молодец, говорила я тебе, чтобы парня не трогать, непрошеный гость видно хуже Кощея будет.

– А чо это хуже еще? – возмутился Кащей.

– Хорошо, хорошо, – согласилась Яга, – лучше, чем Кащей будет.

Ярило усмехнулся, когда услышал их речи. Кащей понимал, что с Ягой лучше не спорить, хуже только будет. Кот успел улизнуть, он решил, что надо спрятаться где-то, пока она там с игроками разбирается.

– Ты только этому его и научить можешь, умелец ты наш.

Но она увела уже парня, и Кощея отправила подальше. В то время Даждь прощался с Берегиней. И осталось только порадоваться тому, что хоть один из них все делает медленно, но верно.

Когда черти пробудились и собирались у Яги, она их, когда богатыри тут были, утром у себя поджидала, то она и напомнила всем, что приближался праздник Купала.

– Вы должны не просто веселиться и сурью хлебать, а смотреть в оба, чтобы Морена не появилась, а если появится, то только в дремучем лесу у Соловья ее и оставляйте.

Она что-то знала, иначе бы так настойчива не была. Черти клялись, что будут смотреть в оба и сурью только после праздника пить станут. Но Яга понимала, что и Морена хитра, тут одних чертей мало, чтобы ее остановить и спрятать подальше.

Так и вышло. В разгар праздника исчез Даждьбог, никто не смог сказать, куда он делся, Берегиня металась, как неприкаянная и себя и всех ругала нехорошими словами. Но Даждьбог, как сквозь землю провалился. Они все знали, что именно туда он и провалился, Морена, обернувшись той самой Берегиней, к которой он привык, увлекла его в Пекло, а потом было уже поздно. Металась и русалка. Она понимала, что бессильна перед Богиней смерти, та любого обморочит.

Яга сидела спокойная, ей было все известно заранее, и не о чем печалиться.

– Моему сыну учение впрок не пошло, – сокрушалась русалка, – вот Ярила, цел и невредим.

– Не переживай, и у него своих Морен будет еще побольше, чем у твоего, только не все сразу.

Успокоило ли это русалку, или нет. Но она уже видела тот мрак, ту тоску и холод, где юный и прекрасный сын ее обнимал стройный стан грозной богини

Черти пили сурью, теперь уже ждать было некого, и веселились. А что не повеселиться, если богов можно не охранять, Ярило и без них обойдется, в Даждь, – ему уже не поможешь, его там теперь другие черти встречают.

Яга на всякий случай туда кота отправила, чтобы он посмотрел, и рассказал после праздника всем, что там в мире подземном твориться. И пришлось Баюну снова по Пеклу прогуляться. И делать нечего, куда парня загнали, оттуда и доставать надо, только легко сказать, да трудно сделать.

На самом деле кот, в отличие от веселых чертей, которые еще и мухоморами под шумок закусили, очень волновался за Даждьбога, он уже успел убедиться, насколько Морена коварна и зла. Когда-то бес Тарас старался ее на путь истинный наставить, и все они потом знали, что из этого получилось, он до сих пор содрогается, когда о тех временах вспоминает. Серьезная она девица, ничего не скажешь. Если бы Ярила с ней оказался, он хоть закаленный, много чего видел, знает, а этот.

И кот спешил на помощь, потому что поддержка и добрый совет юному богу сейчас совсем не помешают. Пока кот бродил в темноте, Ярило уже был в объятьях Берегини. Она не сильно страдала оттого, что Даждь ее оставил, а хотела отомстить ему. Ярило хотел утешить брошенную и несчастную, на том они тогда и сошлись, и очень даже неплохо, как пьяные черти утверждали, провели эту праздничную ночку.

Но и для него она оказалась последней тогда. Всему, что было нужно, он уже обучился. А потом начиналась другая жизнь и другая история.

Вот об этом и рассказывала Яга коту Макару и бесу Игнату. Они о том слышали впервые, и очень внимательно ее слушали.

Глава 10 Кот жалуется царю

Но сказки сказками, а дела делами. Отправился кот у царю Гороху, чтобы рассказать ему о том, что происходит в дремучем лесу и предупредить, чтобы не ждал царь воина на службу еще год точно не дождется. То ли зуб у кота был на Соловья, то ли еще что-то такое случилось. Но царь прямо рассердился пуще прежнего, когда обо всем об этом услышал. У него и без того много бед было с лесом связано, а тут еще такое.

– Ну, Соловей, ну Разбойник, – взревел царь, совсем разбойник от рук отбился. Это как смеет Соловей моих воинов у себя оставлять, – возмущался царь, – кто ему такое позволил, интересно.

– А так и смеет, Разбойник он или не разбойник, обжульничать любого ему раз плюнуть. Только и твои воины бывшие и будущие должны помнить о том, что ни с кем из духов нельзя им соглашаться играть, потому что проиграют наверняка. А тогда придется всякую повинность исполнять, и никуда не денутся. Этот до тебя просто не дошел, а там глядишь, и твоих, уже обученных уведет.

И царь и кот одновременно вспомнили, как сам царь с Водяным решился в кости играть, и сколько потом пришлось усилий прикладывать, чтобы все утрясти, да чтобы Василиса цела и невредима осталась. Царь что-то проворчал по этому поводу, но ничего припоминать не стал, в другую сторону стал разговор уводить.