Геката, Гера и Геракл. Олимпийские страсти

Глава 17 Подарок Эрисфею

Геракл подождал пока будет изготовлена шкура льва, накинул ее себе на плечи и отправился в Микены, тушу ему пришлось тоже захватить, так велел Гермес, то ли он издевался, то ли и правда так было нужно

Но если вестник над кем и издевался, то над царем Эрисфеем, который должен был служить Гере верой и правдой и не мог принадлежать не только своим Микенам, но и самому себе тоже.

Но хорошо Гермесу приказы раздавать, а вот попробовал бы он ту тушу волоком дотащить, тогда бы по-другому запел.

Только он парил рядом и не собирался помогать брату своему, совершил подвиг, так доведи дело до конца, – наверное, так он размышлял в те самые минуты. В отличие от Сизифа, которому подвига совершить не удалось, и камень не удерживался на вершине, Геракл со своим заданием справился с первого раза, потому и должен был познать тяжкий труд, а как хорошо было бы оставить льва в храме Зевса и не тащить в такую даль. Если Зевсу надо, вот и пусть он перебросит его с одного места на другое, но нет, все было не так, как ему хотелось.

№№№№№

Но еще до Геракла в Микены пожаловала Геката, она могла легко перенестись по воздуху, потому и опередила героя. На этот раз Эрида спустилась за ней прямо с небес, где была на Олимпе, и потому богини чувствовали себя свободно и беззаботно, не то, что Геракл, но у каждого своя роль, кто для чего на земле сгодился.

А так как подвиг был первым самым, то эту встречу героя и царя богини ну никак не могли пропустить. Это потом все стало обыденно и понятно, один показывал дело своих рук, второй старался отделаться скорее от трофея и подарить его кому-нибудь, чтобы у него эти чудовища не задерживались. С каждым разом ему становилось все хуже, и тошнота при виде их не оставляла. А пока он был свеж и спокоен, вот только вторжение богинь заставило немного волноваться.

Царь пребывал в явном волнении, понимая, что с часа на час герой пожалует, не собираются же богини у него тут ночевать, а им сверху все хорошо видно.

Эрида волнение его заметила первой, и усмехнулась ядовито

– Ты бы не переживал так, тебе так долго еще переживать придется, а будешь спокойным, глядишь, Гера и отстанет от вас с Гераклом. Ей тоже не очень —то приятно все, что творится тут.

В голосе богини прозвучала то ли угроза, то ли тревога, в волнении царь и не разобрал даже.

Глава 18 Встреча врагов

Вот казалось бы стал Эрисфей владыкой, никого над ним нет, никто не посмеет приказывать и смеяться над ним. А что получилось на деле? Богини тут пропадают с утра до ночи, герой, как проклятый все время возвращается, и ему ни дня покоя нет. А еще что-то надо с чудовищами делать, вот только что, кто бы ему мог это подсказать.

Но Эрисфей молчал. Он только взглянул на нее и ни слова не сказал, прогнать богиню он никак не мог, но и оставаться с ней рядом да в такой момент ему тоже не хотелось. А деваться некуда, хитростью боги его не наделили, и он понимал, что если станет выказывать свое недовольство, будет только хуже. Не надо забывать, что перед ним сама богиня раздора находилась. Да и вторая тоже из тьмы явилась, не запылилась. Он повернулся к Гекате, испугавшись того, что до сих пор ее не заметил даже, а это может ее разозлить, и тогда она всю тьму на него напустит, вот и помутится его разум окончательно.

– Царь должен быть под стать герою, – размышлял Эрисфей, – и наступит день, когда у него все получится, он не сможет быть слугой героя, а пока получалось все так.

Вот если бы Гере не захотелось мстить, как хорошо и спокойно было бы им всем жить.

– Спокойно не будет никогда, – услышал он голос Гекаты рядом, – идет большая игра, в которой Боги стоят против людей. Конечно, они всегда победят, в том никто не усомнился бы, но их интересует не победа, а сама игра, потому они так все и устраивают, и чем увлекательнее это получится, тем проще и легче будет им потом вами править

№№№№№.

Эрисфей заметил, что говорила она так, словно бы ее это мало касалось

– И это правда, – отвечала Геката, – мы только наблюдаем за тем, как они ведут игру, и если что-то совсем не так происходит, только тогда и вмешиваемся, это не наша игра, а Олимпийцев, но порой просто приходится вмешаться, иначе они отобьются от рук. Над всеми кто-то стоит, мы над ними,

– А над вами? – не удержался от такой увлекательной беседы царь, ему было лестно слышать все, что говорила богиня, она с ним словно поделиться собралась всем этим

– А над нами Уран и Гея, – потому что Кронос сбежал, он решил не участвовать в этом, а вот Урану деваться было некуда, ему пришлось оставаться тут с нами. Да и слишком он спокоен, и никуда никогда не денется прародитель наш – небо, солнце, звезды – все в его власти как было, как и осталось. Как бы не старался Зевс, выше Урана ему все равно не прыгнуть, вот потому не может он жить и править спокойно.

Она могла бы говорить так долго, но тут послышались звуки трубы, и Микены было взбудоражены появлением Геракла, словно это не его они ждали так долго и упорно. Но как бы долго не ждал чего-то, происходит это всегда неожиданно.

Герой распрямил плечи и шагнул на эту землю, освобожденную им же самим, он смерти лютой спасенную. Ведь появись тут лев живым и невредимым и туго всем бы пришлось, а рано или поздно он бы появился, едва ведь кончается, а кушать хочется всегда.

Глава 19 Геракл в Микенах

Люди выскочили на улицу, все хотелось увидеть не только самого Геракла, не так часто он у них появлялся, но и того зверя, которого он победил и теперь сюда доставил, хоть и не в целости, но все-таки в сохранности.

Он тащил тележку с тушей через весь город, и везде на его пути встречались люди. Их было тут так много, что диву герой давался. Но популярность и слава тут ощущалась даже сильнее, чем в спасенном мире, и он радовался, что смог вот так быстро прославиться, трудности и опасности были забыты, оставалась только радость, а уж, когда он избавится от туши, то она будет полной

Только когда он шагнул в пределы царского дворца, воины потребовали, чтобы он бросил чудовище перед входом, так как туша подпортилась и воняла страшно. Да и зачем ее было тащить во дворец, все и так прекрасно видели, что чудовище убито, точно не оживет, и надо поскорее от него избавиться

Пришлось герою подчиниться, он опасался, что за время приема у царя они постараются от нее избавиться, но ничего такого не случилось, богини зорко следили за тем, чтобы она оставалась в сохранности, важно было доказательство совершенного подвига, а то и таскаться с ней не стоило. Но желающих приблизиться к убитому льву не оказалось. И снова пришлось Гераклу самому тащить ее в храм.

№№№№№№№

Геракл огляделся по сторонам, и сразу заметил своих старых знакомых богинь. Встреча с ними всегда его радовало, так будет и потом, он не сомневался, что в чужом и злобном мире только они и казались ему родными.

– Как тут многолюдно, уж не меня ли вы ждете? – обратился он к богиням,

Геката загадочно улыбнулась, а Эрида не скрывала ничего:

– Мы твои свидетели, чтобы потом подвиг не был кем-то украден, помирать мы не собираемся, вот и расскажем всем о Геракле, о том, как он сражался со львом и победил его, а то героев-то немного найдется, а вот тех, кто готов у огня погреться всегда хоть отбавляй.

Они одновременно повернулись к царю так, что тот немного поежился, стало не по себе ему совсем.

– А это кто таков? – удивленно спросил Алкид, когда услышал от богини чужое имя, как-то до него слухи еще не дошли, он не знал, что между собой они его так называют

– Это твое второе и главное имя, в честь богини назвали, – отвечала Геката, – если бы ни она, был бы ты одним из многих, а с Герой героем станешь, сам мог убедиться, как она твою жизнь устроила хорошо.

Они говорили при царе так, словно бы его не было на месте, и они все томились в ожидании его выхода. Но он сидел на своем месте, ему оставалось только напомнить о том всем, кто тут был.

Эрисфей отлучился, он пошел взглянуть на тушу льва и стал гадать, как молодой парень, пусть и не слабый, мог с ним управиться. А когда убедился, что лев мертвее мертвого, то и вовсе стал думать, стоит ли с ним связываться дальше, и что будет если он разойдется со своими подвигами не на шутку

№№№№№№№

Наконец все повернулись к царю, словно только что вспомнили о его существовании и стали говорить, что было, что будет, чем кончится.

– Ну до конца нам всем еще ой как далеко, – загадочно усмехнулась Эрида, – но все мы тут собрались для того, чтобы приветствовать Геракла и поблагодарить его за то, что спас мир, и все у него на этот раз получилось.

Эрисфей надулся от важности и стал говорить, что в мире еще очень много зла и подвигов на его долю хватит. Должен же он был хоть что-то сказать этакое, а то как-то странно все там получалось у них. Вроде есть царь у них, но они все ведут себя так, как будето его нет или где-то он хворый лежит.

– А что со львом —то делать? – не выдержал Геракл.

Он на любил обилия слов, когда все вокруг отдыхало, а пора было бы заняться делом.

– Я все видел, – заявил царь, и все видели, пусть его сожгут в костре.

Он на минуту задумался, правильное ли решение принял или нет, и тут же прибавил:

– А лучше отправьте к Посейдону, он вероятно еще не видел, что стало с детёнышем его.

Царь понимал, отправит ли он туда льва или не отправит, все равно виноват останется, потому что он крайний. С Герой бог морей связываться не станет, с Зевсом и его сыном тоже, значит остается только царь Микен – действующее лицо и исполнитель во всей этой истории, он вроде и не виноват ни в чем, а за все отвечать будет как миленький.

Геракл отправился к себе, во дворце ему оставаться совсем не хотелось, холодно ему тут было и неуютно совсем. Богини тоже за ним последовали, пора было заниматься другими делами, раз это сделано. Царь обрадовался, Геракл с возу, дышать хоть немного легче будет, и можно отдать главные приказания и подумать, что он должен делать дальше.

Глава 20 Указ царя

Царь облегченно вздохнул только после того, как герой покинул пределы его дворца, и сразу время потекло значительно быстрее, чем прежде. Впереди было немало славных дел, ему ли о том не ведать.

Но первым делом, чтобы как-то, пусть и запоздало проявить свою власть., царь издал указ о том, чтобы Геракла во дворец не пускали

– Не должен он тут появляться и смущать умы наши, да еще с очередным чудовищем, если будет нужно, то я сам выйду за городскую стену, чтобы его встретить.

Указ многим мог показаться странным, к чему бы такие тонкости, ведь пожаловать к царю может любой путник. Уж до дворца его дойти никому не возбраняется, но как оказалось только не Гераклу. Указ мог прозвучать и дерзко тоже, это ведь с какой стороны посмотреть.

Трудно сказать, чем Геракл должен был на это ответить, пока еще до самого героя этот странный указ не дошел, он был спокоен и беззаботен, разговаривал с богинями и пытался понять, каким будет его следующий подвиг. Но судя по всему, и они о том ничего не знали, не ведали.

– В мире может случиться что угодно, – изрекла Эрида и с тонким намеком на то, что она может тому поспособствовать.

А Геката прибавила:

– В неожиданности происходящего есть своя прелесть, пусть твой непутевый братец обо всем сам думает, а нам с чего бы это озадачиваться такими делами.

Наверное, она во многом была права, только неопределенность для героя- самое страшное наказание. На долгое время он связан по рукам и ногам.

– Есть вещи и пострашнее, – говорила Геката.

– Интересно какие? – упорствовал Геракл.

– А вот настанет момент, и сам о том все будешь знать.

Они знали, конечно, обо всем, а ему зачем о том ведать? Как говорили богини, все случается неожиданно, вот и пусть на этот раз так и случится.

– Я буду встречать его на городской стене, дальше делать ему нечего, а то тут скоро весь Олимп соберется на него полюбоваться, – между тем говорил жене своей верной Эрисфей. Только она одна должна была знать, к чему это он такой странный Указ издал

Судя по выражению лица, царице это совсем не нравилось, то ли она успела в Геракла влюбиться, то ли знала о какой-то опасности, но говорить ему ничего не хотела

– Жены наши так коварны и непостоянны, что их надо опасаться больше, чем тех самых героев, – изрек глупый царь.

А разве после такого указа его можно было назвать мудрым?

Но всем им легко было судить и рядить. Царь дрожал перед такими грозными богинями. Он понятия не имел как с ними управляться. И подозревал, что они первые, но не последние тут явились, не запылились, а оно ему надо было.

№№№№№№

А между тем, с тушей льва на той же тележке воины царя отправились на морской берег к Посейдону, им надо было отдать то, что осталось от его внука. И понятно было, что радости большой они не испытывали, а делать все равно нечего, надо было туда отправляться. Смрадом и так был отравлен воздух, еще немного и люди все от какой-нибудь холеры помирать начнут.

Море казалось спокойным, хотя, наверное, только казалось, потому что какие-то страшные порывы ветра едва не сбивали их с ног, и все-таки они исполнили приказания царя и надеялись, что не скоро придется взяться за дело снова, ну или будет там кто-то иной свой долг исполнять.

Воины решили на берегу не засиживаться, ведь понятно, что за все достанется им, хотя они только исполняли царскую волю, никого не убивали и не трогали, но тут Владыка морей долго разбираться не станет.

Перед прощанием с побежденным Геракл прихватил зубы и когти льва, шкура давно при нем была. Он отправился он передохнуть в родной дом, пока новых подвигов еще не было. Но вряд ли их придется долго ждать.

Глава 21 Геката, Гермес и Геракл

Все немного успокоилось, Эрида решила остаться пока в городе, у нее были тут какие-то важные дела, а Геката вместе с Гермесом поспешила покинуть его. Надо на остальной мир посмотреть, а тут они успеют побывать не один раз. Подвигов предвиделось немало.

– И кто только такое придумал, чтобы ничтожный царь героем управлял? – не выдержала Геката. Ее возмущению не было предела. Видно, то, что она увидела, радости ей не принесло.

– Зевсу не нужны сильные цари, – усмехнулся Гермес, – умные и хитрые сыновья тоже не нужны, они могут заговор учинить, как он сам когда-то отца свергал, и сколько с ним воевать пришлось, а вот такие сильные пойдут. Нам же остается с Эрисфеем, только следить и следовать за ним, иначе Гера весь мир уничтожит, она это может, увлечется борьбой, и не остановишь тогда.

Говорил ли серьезно Вестник или шутил, как узнать и понять?

Они попрощались с Гераклом на перекрестке и двинулись дальше, не сомневаясь в том, что скоро встретиться придется снова.

– Не расслабляйся, – заявил Гермес, – ненадолго расстаемся.

Геката заверила, что она напишет поэму о первом подвиге героя. Хотя поэма уже почти готова была, но хотелось еще почитать, посмотреть, дописать, к этому герою и его делам богиня относилась серьезно, если сравнить хотя бы с Троянской войной, ближе и дороже он ей был, чем те, кто покорил и разрушил Трою, и не только силой оружия.

– Кроме меня все одно некому, и должно остаться мое свидетельство, кто еще сможет все так рассказать.

– И ты не расслабляйся, немало тебе писать придется, – говорил Гермес.

Ему нравилась Геката, хотя и была она древней дамой, но ведь по богиням такого никак сказать нельзя. Сколько бы ни прошло времени, они оставались юными и прекрасными. А вот тепла и мудрости у них было значительно больше, чем у молодых.

№№№№№№

– А не навестить ли нам Прометея, – кажется, бросил ей вызов Гермес.

– Я сама тебе хотела это предложить, – спокойно отвечала Геката.

Она была не только прекрасно, но еще и умна, что очень важно для самого Гермеса. Он не любил глупых и упрямых богинь, таких как Артемида, всегда стоявшая на своем, даже если она была не права, а чаще всего она и была не права, но переубедить ее не мог даже он сам. А от этого страдали многие.

Хотя, как можно зарекаться, если Купидон стрелу отправит, то ему придется ее полюбить, но ведь по душе она ему все равно никогда не будет. Геката совсем другое дело, она многое пережила, но не очерствела душой, осталась прежней, и видит в людях только хорошее, не замечая скверного, и готова прийти на помощь. Трудно сказать, как повела бы себя Эрида, если бы с ней рядом не было Гекаты, та все время сглаживала острые углы, старалась, чтобы все было спокойно, ведь и в самых тяжелых делах можно найти какие-то свои прелести.

Гермес пытался вспомнить, была ли она у Прометея в период его пленения, и ничего такого вспомнить не мог. Конечно, в старые и добрые времена они наверняка встречались и ни раз, а вот потом.

Хотя времени прошло не мало, и герой изменился, в таких – то условиях. Он и сам давно его не навещал, и трудно было представить, что они там найдут, но давно надо было к нему наведаться, не хорошо так вот просто бросать тех, кто пусть и по своей глупости попал в беду.

– Да какая глупость? – удивилась Геката, – он хотя бы что-то делал, в отличие от многих.

Может она намекала на него самого, как знать, но уточнять он этого не стал, пусть говорит, а он должен сделать все так, как ему того хочется.

Глава 22 В гостях у Прометея

В горах было спокойно и прохладно, пусто как-то, особенно после того, когда они покинули шумные Микены. Об этом Геката и поведала Гермесу.

– Зато хорошо отрезвляет, – отвечал тот, – я вообще часто тут прячусь, когда на Олимпе затевается что-то шумное и скверное. Только я в отличие от него добровольно сюда сбегаю, да и многие сбегают, но он томится оттого, что насильно его сюда поместили.

– Но отрезвление не должно длиться так долго, сколько он там, бедняга уже мается, – протестовала богиня ночи.

Ничего не успел ответить Вестник, они резко остановились прямо перед Титаном. Зрелище это было конечно страшным. Он смотрел на них и улыбался, словно это они, а не он томились тут так долго.

Гермес стал рассказывать о появлении Геракла, о первом его подвиге, о том, что и как там творится в том мире людей и богов.

– Он придет ко мне, и я ему поведаю тайну, которая заставит Зевса все переменить и освободить меня из плена.

Геката с сомнением покачала головой, она думала, что до встречи должно пройти так много времени.

– Ничего, не столько ждал, подожду еще, а ему и оставалось только одиннадцать подвигов, если первый он уже совершил, – намекнул на что-то тайное для них пленник.

№№№№№№№

Пришельцы переглянулись, они не знали, сколько будет подвигов, а Прометей знал. Хотя возможно, он пускал им пыль в глаза, но Гермес не заметил подвоха, а если и он не заметил, значит так все и будет. Геката успела убедиться, что Вестник никогда не ошибался.

Прощаясь с ним, Геката обещала вернуться.

– Мне надо поговорить с тобой, записать твою историю, ее должны знать все в этом мире. А жизнь твоя достойна того, чтобы о ней говорили.

– Чтобы не совершать такие же глупые поступки? – спросил он, улыбаясь.

– Чтобы не бояться их совершать, – поправила его богиня, и кажется, ей все больше нравился Прометей.

– Она вернется, точно вернется, – про себя продумал Гермес. – И это хорошо, мне не придется так часто у него бывать. Вот пусть она и рассказывает Зевсу, что тут и как творится в этом мире, где есть только горы, и прикованный к ним титан. Он говорил что-то об освобождении, но возможно ли оно, и что такое должно случиться, чтобы так было?

Но забегать вперёд не хотелось, пусть все идет своим чередом.

Часть 3 Подвиги продолжаются