Геката, Гера и Геракл. Олимпийские страсти

Глава 10 Лев не спал

А между тем жизнь шла своим чередом. Хотя это было затишье перед бурей, но пока еще ничего такого не случилось. Богини расхаживали по земле, и смотрели, что и как там будет дальше. Порой не только Зевсу хотелось быть ближе к своим людям. Только если при свете дня они были различимы, то ночью их никто не видел, они сливались с темнотой и оставались незаметны.

Чаще других перед Тифоном появлялась Эрида, она словно бы испытывала его терпение на прочность.

Тифон подкараулил Эриду, когда она появилась в очередной раз, и спросил, как только до нее добрался:

– Что вы там задумали, чем это вам мой лев помешал, жил себе, не тужил, так нет, какой там Алкид Геракл появился и зачем? Что ему у себя в Микенах не сидится, руки чешутся, подвиги совершать хочется? А другие от этого должны страдать?

Эрида от таких слов подпрыгнула на месте:

– Твое чудовище почти весь город сожрало. Место живого в Немее не осталось, а ты спрашиваешь, зачем он появился? Да люди бедные едва Геракла дождались, и далеко не все дождались. Если ты этого не видишь, так совсем ослеп, старик, или твоя женушка тебе так голову заморочила?

– Что же ему от голода помирать? Может, травку прикажешь жевать, он хищник, потому и должен писаться мясом. Люди и созданы для того, чтобы у него пища была. Хочешь сказать, что я не прав?

– Ничего, недолго ему осталось питаться, жаль, что многие до этого часа не дожили, но нужен герой, чтобы он перестал горе и смерть нести с собой

– Это ты так решила, что же раньше молчала? – взревел Тритон, он стал понимать, что договориться с Эридой не сможет, не на ту нарвался. Надо было с Гекатой договариваться.

– Он от руки Геракла помрет, – заявила она, – и час его пробил, что бы ты там ни кричал и куда бы ни рвался, и Зевс тебе не поможет, а уж Гера не поможет точно, можешь не мечтать. Она не очень любит нашего героя, но видя, что твой сынок творит, она сама вместе с Гераклом убивать его будет, если что пойдет не так.

Эрида радовалась – она все успела сказать. И этот вздорный папаша ее выслушал, ничего другого ему не оставалось.

– А это мы еще посмотрим, – проворчал Тифон, когда след ее уже простыл и духа ее там не осталось.

От сонной усталости его не осталось следа, он готов был рвануться в сражение за свое семейство и защищать своих отпрысков, даже если самому придется погибнуть.

Так они разошлись в разные стороны, но гроза оставалась, раскаты грома были где-то в небесах, все говорило о том, что недолго ждать осталось.

№№№№№№№

Домой Тифон вернулся мрачнее тучи, он знал, что не сможет соврать своей женушке, да ври или не ври, какая разница.

– Сам убедился во всем, поди у Геры своей побывать успел? —спрашивала она сердито.

– Не был я у Геры, Эриду просто встретил, вот она мне и поведала о том, что всем нам конец близок.

– Ну Эрида тебе наговорит. Ты только уши развешай и слушай ее больше, все раздоры и ссоры без нее никогда не обходились сроду.

– А что она не так сказала-то, говорит то, что знает, и то, что случиться должно, ничего нового она нам не сказала.

– Я не верю, что ничего изменить нельзя, если этот Алкид помрет где по дороге, то все будет по-прежнему. И ты можешь позаботиться о том, чтобы он до нас не добрался.

– Если змеи Геры его в младенчестве не задушили, то теперь то не стоит и мечтать даже. Они все за него и все против нас, ты так глупа, что все еще не поняла этого?

– Но что-то делать все равно надо, не спускай с него глаз и за богинями следи хорошенько, – наставляла она его на верный путь.

Она так поучала его, словно бы даже до этого он сам не мог догадаться, какая стервозная женушка у него, попробовала бы Гера так с Зевсом поговорить

– Вот какой сатир приволок его, жили не тужили, крепко спали, сладко ели, а что теперь начинается.

– Ты на сатиров – то не наговаривай, Зевс погулял с чужой женой, а все ты видишь сам. Ему хоть бы что, а нам всем страдай да майся день-деньской, и детей своих теряй.

Тифон с тоской подумал, что дерзкий Зевс позволяет себе то, о чем он даже и не мечтает, и ему все можно, проклятие какое-то.

Ехидна поняла, что Тифона мало волнует, что будет твориться вокруг, он занят какими-то совсем другими мыслями, но никак не могла угадать, о чем именно он думает.

Глава 11 Ну, лев, погоди!

Как долог был путь героя к месту первого подвига. Он убедился в том, что эти земли были почти пустыми, а если кто-то и попадался, так они шарахались в стороны и ни о чем говорить не могли и не хотели.

– Как можно было превратить такую землю в пустыню, что же за чудовища такие тут народились от этой Ехидны, – спрашивал он у Гермеса, который к нему пожаловал, надо было указать герою верный путь, там его замучились уже ждать.

Гермес только усмехнулся.

– Тебе все ведомо, – говорил Геракл, – давай – ка искать его вместе, а то я с ног сбился, а толку нет никакого.

– Да недалеко до него, ты шел правильно, только и лев не дурак, он знает, что время его ушло и недолго ему осталось тут скитаться.

И словно в подтверждение его слов, раздался страшный рев. Лев хотел доказать, что он рядом и прятаться от них никуда не собирается.

Но сначала они увидели Гекату, та поспешила к месту встречи героя со львом. Хотя ей нельзя было помогать ему явно, но и отступать и сдаваться она не собиралась, присутствие и сочувствие тоже много значит.

Гермес переместился к ней, чтобы понаблюдать со стороны за тем, что там будет происходить.

– Твой час пробил, а я здесь для того, чтобы написать поэму о твоем подвиге.

– Или трагедию, – усмехнулся вестник.

– Никаких трагедий, – повернулась она к нему, – конечно, если ты не хочешь стать ее героем

– Да я – то не хочу ничего такого, – тут же поспешно прибавил он, и отошел подальше, от богинь тьмы. Ждать можно было чего угодно, а потом отвечать перед Герой придется ему самому.

– Ну и как тебе наш герой? – спросила Эрида, внезапно возникшая, хотя никто не сомневался, что она была где-то рядом.

– Молод да зелен, но ничего страшного, скоро он станет лучшим, а все приходит с опытом.

№№№№

Тритон случайно или специально немного припоздал, он появился в тот момент, когда лев шел на встречу к Гераклу, и пожалел, что не задержался еще дольше, тогда бы он не увидел того, что тут станет происходить.

Но теперь, когда его заметили Богини, уходить в сторону, прятаться совсем не хотелось, потому он мужественно остановился в стороне.

– Хорошо, что Ехидна всего этого не увидит, она бы сжила меня со света, а так может быть и обойдется. Когда ничего не видишь своими глазами, то не так и страшно становится, – размышлял он, но смотреть, как при тебе какой-то юнец убивает твоего льва, было невыносимо.

Случайно ли в тот момент грянул гром, или Зевс хотел им показать, что он остается с ними, трудно сказать, только у богов бывают случайности, у людей – никогда, они просто чего-то не знают и не ведают, тогда и происходят беды разные.

Ехидна и на самом деле ничего не видела, она предпочитала не смотреть на то, как погибали ее дети. Но напрасно надеялся Тритон, что она потом меньше казнить и миловать его станет, не бывать этому.

№№№№№

Лев вышел на поляну и огляделся. Там был не только Алкид, но и отец, и богини. Наверное, он подумал, что на миру и смерть красна, если вообще о чем-то мог думать в такие минуты. Одно было понятно, что просто так сожрать этого наглого парня у него не получится, надо готовиться к тяжелому поединку, ему и без того все легко давалось до сих пор, но этому пришел конец.

Ну что же, видно будет, как и что, и если отец оставит его без помощи, то грош ему цена, пусть потом всю оставшуюся жизнь казнится, а он помрет, так от руки героя, не самая худшая смерть.

Так тогда все и начиналось, а вот чем закончится, этого не знали даже богини, хотя им хотелось, чтобы все закончилось победой Геракла

Глава 12 Поединок со львом

Герой двинулся ко льву, понимая, что не должен медлить, но тут же услышал голос Гекаты прямо у самого уха:

– Не торопись, иначе проиграешь, тут в пещере два выхода, сделай так, чтобы ему некуда было бежать. Если он сбежит, то тебе за ним точно не угнаться. И спрячется он на этот раз лучше, чем прежде.

Геракл слышал ее, соображал он на удивление быстро, что и должно было спасти его в трудную минуту. Лев же видел, что богиня о чем-то ему шептала, но он был так зол, что не мог понять, что именно она говорит его злейшему врагу, а надо было бы знать, о чем они там говорят.

Когда она вернулась к Эриде, та не скрывала своего раздражения:

– Ты осторожнее, нам запретили с ними иметь дело, не стоит связываться, а то прикует он тебя, как Геру к креслу или головой вниз висеть будешь. Да и Прометей в таком же положении уже сколько веков, любит Зевс со своими противниками расправляться.

Даже сама Геката не верила, что с ними Зевс может так поступить, но кто это может знать наверняка? А предупрежден, значит и беды не случится, надо быть осторожнее, а то и герою не поможешь, и себе навредишь.

Геракл мысленно поблагодарил богиню. Он уже знал, что она его услышит и так и двинулся дальше. Надо было разузнать по дороге о повадках зверя, но как раз там он никого и не встретил, и дивился, что никого и нигде поблизости не оказалось, так что узнать было неоткуда. А Гермес этого мог и не знать, а если даже и знал, то он не должен был всего этого говорить, потому что он от Зевса полностью зависит.

№№№№№№

Дружба с древними богинями тем и хороша, они меньше боятся Громовержца, а скорее Посейдона, потому что его сын породил это чудовище, и они могут себе позволить то, о чем новые боги и не догадываются даже.

Геракл ушел в сторону ото льва, тот даже не понял, что на самом деле произошло, уж не отказывается ли герой с ним сражаться. Лев гадал и не мог понять, радоваться ему или печалиться из-за этого.

Куда он пошел вдруг и зачем начал таскать камни? Странные происходили дела, однако. Когда зверь догадался, что богиня с ним говорила о другом выходе из пещеры, который к тому времени были завалены, было уже поздно. Дело сделано, зайдя в свое жилище с одной стороны с другой он выбраться не сможет.

Если лев понял это поздно, то Тритон, не знавший об этой хитрости, вообще ничего понять так и не мог. Он только оглядывался по сторонам и спрашивал у богинь, что там происходит, они же не проронили ни звука.

Геракл присел немного передохнуть и перекусить, хотя его запасы подошли к концу. Но Гермес принес для него мешок с едой, это было в его власти, да и вряд ли его кто-то накажет, а если и накажут, то выкрутиться он сумеет, почему собственно он не может покормить брата родного?

После долгого похода пища казалась особенно вкусной, да и жизнь было прекрасна, почти восхитительна, если бы лев не рычал так грозно.

Глава 13 И была схватка

Лев тоже проголодался, но так как еды ему никто не принес, то ему пришлось отправиться самому, поискать тех немногих, кто еще остались тут и кем можно поживиться. Всех девиц, всех молодых парней он давно слопал, а старики были такими не вкусными, младенца должны были еще подрасти. На этот раз охота продлилась дольше обычного, и он страшно устал, но все-таки нашел там какого-то барана, пасшегося без присмотра, видно присматривать за ним было некому, и вернулся в свою пещеру, помня, что должен быть особенно осторожным.

Что за наказание такое, он не мог быть спокоен даже в своей пещере, где такое видано?

И тут стрела Геракла к нему и прилетела, но радоваться герою было рано, перед ним был не обычный зверь, так просто с ним не расправиться. Но Геракл понимал, как страшен раненый зверь, с ним надо было быть осторожным и осмотрительным вдвойне.

А потом выяснилось, что все стрелы, выпущенные в него, большого вреда льву не принесли, его шкура была почти непробиваема, неуязвима для того, отчего бы умер любой другой обычный зверь. Никто и не говорил, что победа будет легкой, но ведь не такой же тяжкой. Богини куда-то делись, ему показалось, что остался он в чужом мире, полном опасностей, совсем один.

Надо было действовать быстрее и проворнее и придумать что-то еще, более важное и значимое.

№№№№№№

Гера с небес смотрела на то, что там творилось, Гермес наблюдал снаружи, хотя ничего такого не мог узреть, богини немного отвлеклись и не могли понять, что там происходит.

Лев же, получив несколько ран, понял, что герой никуда не делся, он просто что-то там творил, а теперь пытается с ним расправиться. Геракл, и не только он один, судя по всему, оставался все время где-то рядом. Какая наглость, ворваться в пещеру и думать только о расправе над ее хозяином, так могут поступать только люди и некоторые из богов. Их следовало бы за это наказать, если бы они не были так настырны и не сбились в стаю.

Зверь долго вглядывался, чтобы разглядеть человека, сначала почувствовал, а потом и нашел его и сразу приготовился к прыжку. Он должен опередить героя, если схватка не минуема, то надо быть впереди.

Хотя богини в темноте видели лучше, чем люди, но и они не могли всего, что там творится, разглядеть, вот как много значит свет для всего живого, уж не говоря о тех, кто не просто наблюдает, а кому сражаться приходится.

– Он оглушил зверя, – говорила Геката. Она видела в темноте лучше, чем ее подруга, привыкшая к дневному свету. Эрида со временем стала совсем другой и сделалась ближе к Олимпийцам, чем к старым богам- Титанам.

Глава 14 Поединок продолжается

Когда они приблизились, надо же было все увидеть, Алкид сидел верхом на льве не позволяя ему вырываться, и яростно его добивал, сетуя на то, что сил у него оставалось после изнурительного поединка не так много, как ему бы хотелось, но он справился, лев захрипел, а потом и вовсе перестал дышать.

В тот момент все на земле и на небесах вздрогнуло, казалось, что под ними затряслась земля, и стали откуда-то падать камни, грохот был страшный.

Алкид пытался понять, жив тот или уже испустил дух, чтобы освободиться, лев мог и притвориться мертвым, так часто поступают дикие звери в природе. А тогда все изменится, и он внезапно воскреснет, герою придет конец.

Алкид оглянулся во второй раз и заметил и Гекату, и Эриду, они были дивно прекрасны в свете луны. Одна просто улыбалась, словно испытывала его на прочность, а вторая заявила:

– Давай, выбирайся, он окаменеет скоро, ты сделал свое дело.

И на самом деле Алкиду показалось, что лев стал холодеть, или просто от усталости ему становилось холодно и жутко как-то. Только теперь он заметил, каким огромным был тот, с кем ему пришлось сражаться.

№№№№

Как трудно было с него слезть, если бы не Гермес, то, наверное, он так и остался бы на мертвом льве, но тот подскочил и буквально сдернул его с чудовища.

– Что-то ты кажешься побежденным, но это пройдет, с рассветом все будет выглядеть иначе.

– Еще страшнее покажется, – вторил ему Алкид.

Ничего на это Вестник не ответил, он думал о своем, мыслями был уже далеко. Он думал о том, что скажет Тритону, который был где-то поблизости и дядюшке Посейдону. Тот точно не скажет спасибо за все, что они с его внуком сотворили, но тут надо обращаться за защитой к тетушке Амфитрите.

При воспоминаниях о ней, Гермес прямо просиял, из всех трех богинь она была ему приятнее других. Персефона как-то испортилась рядом с Аидом, из веселой и беззаботной девицы она превратилась в угрюмую даму, молчаливую, в отличие от Геры, но в молчании ее таилось что-то неведомое, тяжелое, и главное, не угадаешь, что такое это было. А вот жена Посейдона была хороша, ничего не скажешь, мягка, добра и главное она все и всех понимала, и на нее всегда можно было рассчитывать, если нужна была защита.

Алкид со своим подвигом, приблизил их новую встречу, теперь до нее было рукой подать. И это радовало Вестника, хотя с самим Посейдоном встречаться ему совсем не хотелось. Он твердо решил, что встретившись с его женой, постарается избежать с ним встречи. А уж Амфитрита потом постарается обо всем рассказать мужу, убедить его, что у сына Зевса, и его племянника просто не было выбора.

Глава 15 Это победа

Алкид вышел передохнуть и немного подышать свежим воздухом, а потом, когда понял, что все хорошо, и он сделал это, тогда он пошел в пещеру, чтобы вытащить зверя на белый свет, нечего ему больше в пещере делать.

Каким же тяжёлым он оказался даже для такого богатыря.

Богини и Гермес с интересом наблюдали за ним, теперь можно без страха приблизиться к зверюге, им ничего не будет.

– И что с ним делать? – спросил он у всех, бывших с ним рядом?

– Надо отнести его в город, чтобы люди видели, что он убит и бояться им нечего, ну а царю я думаю, и шкуры хватит, не тащить же его туда, пустое это занятие.

На рассвете Алкид таки и сделал. Но так как он не потрудился соорудить какие-то приспособления, то дорога ему показалась такой долгой и такой тяжкой, что только чувство собственного достоинства не позволяло ему взвыть от усталости.

Вот что за жизнь такая, ты же подвиг совершил, ты же должен и тяжести такие нести, и все ради людей, которые и поблагодарить забудут,

Хотя не нужна ему никакая благодарность, но обида никуда не делась, она оставалась в его душе.

Конечно, до Микен он его тащить не собирался, так и дух можно испустить, а вот то, что шкуру с собой придется прихватить, тут богини правы, без нее, кто же поверит там, что он убил чудовище.

По дороге к нему присоединился Гермес, он должен был обо всем поведать Гере. Теперь ничего страшного не было, хотя и прежде смерть ему не грозила, но сражаться со львом совсем не хотелось.

– А там, в городе, куда его девать? – тяжело дыша, спросил Алкид

– Ну я так понимаю, что он станет жертвенным животным, потому в храм его отнесем.

Гермес говорил так, словно и у него на плечах была туша льва, хотя ничего такого и не было там. Но было хотя бы понятно герою, что делать дальше.

– Там жрецы для тебя шкуру его обработают, тогда и можно будет двинуться дальше

Все так и получилось, как говорил Гермес, храм Зевса был в центре города, с любой стороны к нему легко было подойти. Они туда прямиком и направились.

Туша тут же оказалась на жертвеннике для Громовержца, и Гермес быстро договорился, что они снимут с него шкуру, как только люди все своими глазами и увидят, и отдадут ее герою.

№№№№№№№№№

И поход в город и все что там творилось дальше, не могла не видеть Гера с небес, уж она за всем следила внимательно.

– Твой сынок не только змей передушил не так давно, со львом он тоже управился, – сообщила она, как только они уселись пировать, в честь того самого подвига, хотя на первый взгляд это была обычная пирушка, какие случаются все время там, на Олимпе, больше то заняться им и нечем.

– И даже тебе не удалось ему помешать? – поинтересовался Зевс, желая ее подколоть хорошенько.

– А я ему помогала даже, уж больно много бед принес этот зверюга, вот будет подвиг помельче, тогда его и прикончим, – заявила она.

Зевс взглянул на нее внимательнее, шутит ли она или серьезно убить его собралась. Но понять этого он не смог, как ни старался. Про себя же он решил, что не стоило его так уж сердить, а то хуже будет, и тогда ему самому придется истреблять всех, кто жить мешает, а делать этого совсем не хотелось.

Его дело, выпустить в этот мир героев, а там они и сами должны управиться со всем, что творится вокруг.

Гера же сожалела, что ни Гефест, ни Арес не были так сильны и не справились бы с таким вот чудовищем, хотя они оставались богами, и годны для каких-то других дел тоже важных и нужных, но надо признать, что подвиги совершали в это время совсем другие.

№№№№№№№

Зевс выслушал Гермеса, именно он рассказывал о том, что и как там было, а потом распорядился в честь Алкида проводить Немейские игры

– В честь Геракла, – поправил его Гермес.

Громовержец поднял бровь, он в первый раз услышал новое имя своего сына, потом перевел взгляд на свою женушку.

– А что я, – поспешил оправдаться Гермес, – это Эрида его так первая назвала, ну а почему бы и нет.

Зевс возражать не стал, он понимал, что спорить с Эридой себе дороже, и Гермес как всегда удачно вывернулся из этой непростой ситуации.

– Ну Геракл так Геракл, он мог родиться и у нас с тобой, – повернулся он к жене, всем своим видом подчеркивая обратное, то что у них он родиться никак не мог, только у земной царицы.

Но она, кажется, не видела и не слышала его, думала о чем-то своем, далеком и очень важном.

Так не только на земле, но и Олимпе герой с легкой руки Эриды и был переименован, и только матушка его еще не ведала, что у ее сына теперь совсем другое имя. Родители о том всегда узнают последними.

Глава 16 Слава герою

Когда тело льва было брошено на Зевсов алтарь, и все оставшиеся в живых убедились, что им больше ничего не грозит, они шумно и радостно стали праздновать свое освобождение, словно сами во всем этом участвовали. Может просто радовались, что дождались освобождения.

Но с той минуты Немея ожила у всех на глазах, преобразилась, и стали они славить своего героя от всей души.

Геката все бросив, отправилась туда, и не просто посмотреть на то, что там творится, но и дописать свою первую поэму о Геракле.

Она знала обо всем, что случилось накануне, но вот этот момент освобождения и возвращения к жизни был для нее очень важен. Это надо было увидеть и почувствовать

Пока Геката тут прогуливалась одна, Эрида задержалась в другом месте, если дело было сделано, то ей не было больше интересно то, что там теперь творилось. Но это и к лучшему, богиня Тьмы могла спокойно подумать о главном и не смотреть по сторонам в поисках своей подруги и все время ждать, что она там начнет творить за ее спиной.

И на самом деле для богини раздора, что могло быть интересного в том, что город стал мирным и зажил своей обычной жизнью. А вот на Олимп она заглянула с удовольствием. Ну и конечно, в первую очередь ей хотелось взглянуть на Геру и посмотреть, о чем она там думает, чем дышит. Эрида понимала, насколько сложным было ее положение, она проиграла бы в любом случае, а толк в проигрышах Эрида знала лучше других. Если бы герой погиб, то мир бы погиб вслед за ним. Оттого, что он победил льва, Гере лучше не становилось, скорее наоборот, она должна была испытывать досаду, но не испытывала ее вовсе. И ясно, что все шло ко второму подвигу, только как же она будет вести себя дальше.

№№№№№

Можно было этот оправдать благом для народа, для того, чтобы спасти мир, иначе боги без людей останутся, но ведь получалось как, желая зла, она все-таки творила благо и для мира, и для того, кого отравила без всякого сожаления на смерть.

Гера поздно заметила Эриду и поняла, что от той ничто не ускользнуло, она явно что-то затевает, и пришла насладиться ее поражением. Увы, так бывает, когда ты затеял темное дело.

– Кто назвал парня моим именем? – спросила она сердито, скорее всего, пожаловаться Зевсу хотела, но он не собрался связываться с богами Тьмы, в детстве ему удалось избежать их, и теперь тоже. И такая мелочь, имя героя, не могли его вовсе волновать. Хотя, наверное, он должен был защищать свою жену, но не на этот раз, пока пусть все остается как есть.