Лабиринт Минотавра. Герои, боги и чудовища

Глава 1 О Лучезарном боге

История наша начинается в те давние времена, когда боги только что появились в этом мире.

Они росли и мужали, и приходилось им так сложно, что страшно было даже себе представить. А если вспомнить, что перепуганный Кронос съедал всех только что родившихся детей, то и вовсе жутко делается. Из утробы материнской попадали они в темную и пустую утробу отца. Вот у многих пропадет желание и вовсе там оказаться в том странном до невероятности мире. Не очень хочется людям появляться на свет, но ничего они поделать не могут, никто их о том не спрашивает.

Но в те самые времена, когда удалось спасти и спрятать только Зевса, и Рея страшно волновалась за сына, оказавшегося в одиночестве в чужом мире, да только едва появившись на свет, в те самые времена Гелиос – бог света и повелитель тепла решил жениться. Его женой должна была стать одна из дочерей Старика Океана – Перса.

Первой ее приметил на берегу Гелиос, и понял, что он на ней женится обязательно и готов остаться рядом в бессмертии, что было конечно, очень решительным шагом, боги-то не умирали никогда, в отличие от людей.

И хорошо, если бы у Океана была одна только дочь, но не бывать этому, на свет появилось много дочерей, и любая из них была ослеплена красотой Лучезарного. И каждая хотела его женой стать непременно. Остальные сестры уразуметь не могли, почему выбрал он Персу, а мириться с таким решением Гелиоса не собирались. Каждая из них была уверена, что если и захотелось ему жениться, то на ней, единственной и неповторимой, а вовсе не на Персе, которая казалась спокойной и невозмутимой. Да и что ей было волноваться, если он уже выбрал ее, пусть волнуются те, кому не выпало такого дивного счастья – стать женой самого Гелиоса, разве с ним кто-то сравнится, тем более Зевс был пока еще мал и неразумен.

Как там разобрались сестры Персы, сказать трудно, ясно только, что все они отступили перед Гелиосом, и решили, что это он недостоин их, еще пожалеет, что Персу выбрал, да поздно будет. И только одна Климента

мириться и отступать не собиралась, наоборот, она решила все сделать для того, чтобы оказаться в его постели.

Говорят, когда желание так велико, то какие-то силы, добрые или злые, все равно помогут его осуществить. Так случилось и в тот самый раз. Она долго говорила с богиней раздора Эридой, которая оказалась в нужном месте в нужное время, а она всегда так вот оказывалась, было у нее какое-то такое качество, появляться там, где в тебе особо нуждаются обиженные и несчастные девицы.

И Эрида пообещала ей, что обязательно поможет добиться того, чего ей так хочется. Это придавало невероятной уверенности сестрице счастливой невесты, если у нее в помощницах оказалась сама Эрида, то ни терять, ни бояться ей нечего

Не только Климена, но и ее матушка Тефида слышала этот странный разговор, и она решила, что не стоит скрывать опасности от жениха, чтобы не стало еще хуже, и решилась обо всем предупредить Гелиоса. А он потом пусть решает, как хочет.

Вот и отправилась она к Гелиосу самому, чтобы обо всем ему поведать.

– В тебя влюблена другая моя дочь, ты бы подумал обо всем хорошенько, может быть оставить Персу и жениться на Климене, пока ничего не случилось, всем будет лучше?

Она смотрела в голубые глаза лучезарного и ждала от него ответа.

– Я сделал свой выбор, – гордо заявил он, – моей женой станет Перса, я не могу жениться на всех, кто мне нравится, а тем более, кому нравлюсь я.

Что это было, простое упрямство, или он любил спокойную девицу, кто его знает. Но от своего Лучезарный не отступился. Да и стоило ли потакать капризам вздорных девиц.

– Будь осторожен, – только и смогла сказать ему в ответ мать невесты Океанида Тефида, – против тебя сама Эрида готова сражаться. А с ней шутки плохи, добром это не кончится.

– Буду, – просто отвечал он, но даже не подозревал того, что станет происходить, какой упрямой может оказаться младшая сестра, и тем более богиня Раздора, которая так долго ждала своего часа.

Мужчины, боги, титаны, только думают самонадеянно, что они правят миром, им только кажется это, на самом деле все происходит совсем по-другому. Но в этом богу Солнца только предстояло убедиться. Да в те времена все только начиналось, откуда им было о том знать.

Глава 2 Сестры- соперницы

Лучезарный только казался добрым и мягким, и готовым всех согреть и осчастливить, на самом деле он был непримиримым и яростным и всегда добивался всего, чего хотел даже в незначительных делах, а уж когда все касалось такого важного дела, как женитьбы, и говорить нечего, никто не мог сбить его с пути. Но тогда он не ведал, какая сила ему будет противостоять. Ведь все для всех только начиналось

А между тем Климента не собиралась останавливаться, она ворвалась к Персе, как только заметила, что там никого больше не было и с порога заговорила о главном:

– Я долго думала говорить ли тебе о том или не говорить, но решила все-таки признаться, я влюблена в твоего жениха и отступать не собираюсь, не надейся. Думаю, я ему тоже нравлюсь, сестрица

Перса только смотрела на нее, не понимая, что она несет, а главное, что нужно было ей ответить, но Кли кажется и не ждала никакого ответа. Ей просто нужно было все это сказать для очистки совести. О чувствах других своенравная девица не думала.

– Выйдешь ли ты за него или нет, я его оставлять не собиралась. Я стану его возлюбленной, и буду всегда рядом с вами третьей, но не лишней. Видно, судьба у меня такая.

При этом она притворно вздохнула, словно это ее на самом деле волновало

– Но все решено, ты со мной так не поступишь, ведь ты же моя родная сестра, – робко отвечала та.

– Еще как поступлю. Тебе лучше отказаться от него, я все равно добьюсь своего, – усмехнулась она и почувствовала, что все у нее получается прекрасно.

– Хорошо, иди пока, я что-нибудь придумаю.

Но она не могла придумать ничего другого, как только отправиться к жениху и поговорить с ним. Как не робка была Перса, но в такие минуты она действовала смело, кажется, перестала всего на свете бояться.

Ярко светило солнца, оно могло спалить или ослепить, это как получится. Но девица храбро двигалась вперед. Пусть лучше спалит или поведает, как им всем быть дальше.

Гелиос удивленно на нее взглянул. Конечно, кто только перед ним не появлялся – всем хотелось его света и тепла, но, чтобы пришла Перса, этого он никак не мог ожидать.

– Что привело тебя сюда, ты бледна и тебе может стать плохо от такого жара. Тебе надо беречь себя, дорогая.

– Ничего, переживу как-нибудь, – тяжело вздохнула та.

Она с грустью смотрела, как темнела ее кожа, сгорая на глазах, наверное, она становилась безобразное, он не станет на ней жениться после такого, но волновало ее другое.

– Моя сестра, она была у меня и призналась, что всегда будет любить тебя и не отступится, что же нам делать. Я знаю ее с детства, она не отступится, и получит все, что хочет, а теперь она хочет тебя. Значит, она тебя получит, но ведь ты собрался жениться на мне.

– Ты хочешь отказаться от меня? – удивленно спросил Гелиос.

– Нет, конечно, не хочу. Но я не могу жить в постоянном страхе, зная, что она будет все время врываться в нашу жизнь. Ты мне нужен больше жизни, и я ни с кем не хочу тебя делить.

– Но я люблю только тебя, и почему ты решаешь, что мне лучше оставаться с той, которую я не люблю и вряд ли когда-то полюблю.

– Может и не лучше, – согласилась Перса, но нам всем будет плохо.

– Успокойся, ни о чем не думай, я люблю только тебя, и никто нам в том не сможет помешать.

Она немного успокоилась и даже улыбнулась. Но Перса и не подозревала, что Эрида была поблизости, а где же еще ей быть в такой важный момент. Последние слова Гелиоса разозлили ее не на шутку. Да как он вообще смеет такое говорить.

– Никто не сможет помешать, говоришь. Еще как смогут, – расхохоталась Эрида. Она таит давнюю обиду на Гелиоса. Хорошо, что он, увлеченный Персой, пока не видел и не слышал богиню раздора, но ведь увидит и услышит обязательно, вот тогда и попляшет.

Перса попрощалась и отправилась к себе, она дурно себя чувствовала, и хотела побыть немного в тени и прохладе. Эриды, мелькнувшей за огромным деревом, она не заметила, словно той и не было в этом мире.

В природе царило затишье, но было оно явно перед бурей.

Глава 3 Гелиос и Океан

Гелиос спокойно обходил свои миры на закате, чтобы спуститься в Аидов мир до рассвета, он ни о чем не волновался, в отличие от Океана, в водах которого он оказался в то время. Издалека за ним наблюдал Океан, и не скрывал даже тревоги, потому на воде нарастала страшная буря.

Накануне жена его рассказала о том, что не все так гладко в их семействе, и вряд ли они смогут порадоваться вместе с Персой, потому что их младшая дочь не собирается отступать и сдаваться.

– А разве все не решено? – удивленно спросил старик

– Решено, но для нас, а не для нее, говорит, что она любит Гелиоса, а ты ведь знаешь, если это любовь, то все вовсе не так прекрасно, как кажется. Мы не сможем ее остановить, она добьётся своего.

– Ты еще что-то от меня скрываешь? – встревожился старик.

– Здесь была Эрида, и она во всем обещала ей помогать, – тревога прозвучала в голосе еще жены.

Да и любой бы понял, что помощь Эриды, это что-то страшное, просто ужасное.

– И что же она?

– Она не собирается отступать и сдаваться.

Они помолчали немного, каждый думал о своем, и все-таки судьба бедной дочери была брошена на весы, и скорее всего ничего хорошего ее не ждет. Только Старик был бессилен как-то ей помочь.

– Но у них есть головы на плечах, и они предупреждены обо всем, – в голосе Океана появилась надежда.

Мужи отважные вообще чаще всего пытаются сгладить все страшные стороны, до конца в душах их живет надежда на лучшее.

– Да, если бы Эрида не задумала что-то страшное. А уж она еще себя покажет, конечно, ее мишенью всегда будут оставаться боги, но пока и нам достанется. Эрида всегда будет стоять на своемю

Гелиос, кажется, в первый раз слышал имя богини коварства, тогда Океану пришлось поведать о том, кто она такая на самом деле.

– Она пришла в этот мир, чтобы сеять раздор, дарить нам ссоры, и живет она по принципу: чем хуже всем, тем лучше будет ей самой. И ничего удивительного в том, что все другие стараются держаться от нее подальше, но вот это вряд ли возможно, потому что сама она старается быть как можно ближе ко всем, уж одной ей оставаться совсем не хочется.

Океан взглянул на своего гостя, ему хотелось понять, что тот думает, что он скажет в ответ.

– Ничего она не сделает, никак мне не помешает, – махнул рукой Гелиос, и на этот раз он был значительно дальше, чем остальные от земли и от жизни на ней.

– Тебе что, ты поднимешься на небеса, оттуда и Эрида, и все наши беды кажутся малыми и незаметными, а нам тут оставаться, и еще неизвестно, как все повернется.

Но сколько не говори, а надо было Океану готовиться к свадьбе дочери, раз уж так все складывалось. Дочери всегда выходят замуж рано или поздно, с этим надо было смириться. Вот только что им делать с Эридой? А ведь там еще и Клит хочет в лепешку расшибиться, но получить в возлюбленные Гелиоса, эти двое точно найдут друг друга. И союз их разрушит все, ведь ломать не стоить, это легко и просто

Глава 4 Свадьба Персы и Гелиоса

Свадьба между тем приближалась. Были приглашены самые разные гости, и если кого-то случайно забыли пригласить, то это была, конечно же, богиня раздора Эрида. Сколько раз еще это случится позднее, но тогда был самый первый раз, когда ее не должно быть на свадьбе.

Хмурился Океан, он понимал, что и пригласить страшно, и не приглашать еще страшнее, как бы не решили, все равно им не избежать беды. Эрида не была приглашена в конце концов.

– Она все испортит, – говорила Тефида мужу, оправдываясь, и тот согласно кивал головой.

– Что же ты молчишь?

– Но так будет еще хуже, она разозлится еще больше, врагов надо держать на близком расстоянии, тогда можно предупредить какие-то их действия.

– Потом и будем держать, а пока пусть она остается подальше, нам надо выдать дочь замуж

Океану показалось, что какая-то тень мелькнула поблизости, он поежился и отошел в сторону.

Эрида только усмехнулась, слыша эти речи.

– Мудрец, с ними не так просто справиться, как с богами, – подумала она про себя, – да и оставаться приходится все время одной, но ничего страшного, она и не с такими справлялась, и потом справится, и эта свадьба не будет такой уж веселой и безоблачной, как им хочется. Но это не ее вина, а еще родственники называются, да с такими родичами и враги отдыхают.

№

Грустно и одиноко стало вдруг Эриде, и решила она отправиться туда, где ей точно были рады. Она оказалась в просторном жилище прях – богинь судьбы, которые все знали наперед и рассказывали не только о том, что было, но и о том, что еще случится и не раз.

– Эта свадьба, только начала важных дел, а будет и совсем другая, та которая станет началом для большой войны.

– Войны, говорите, – усмехнулась Эрида, -не хотите же вы сказать?

Именно это они и хотели сказать, что и там все повторится, как и тут, потому что в мире нет ничего нового, все повторяется снова и снова, и на ту свадьбу, где миром станут править боги, Эриду не пригласят, и она все сделает для того, чтобы все перессорились и начали воевать. А что ей остается делать, если и люди, и боги и титаны такие негодники. Пусть все запомнят, не она начинает все это, она только отвечает тем же, и не может быть по-другому.

– Но та свадьба еще далеко, а я хочу понять, что будет тут, что мне надо еще сотворить, – размышляла Эрида.

Пряхи рассказали ей о сестре Персы, которой очень нравится Гелиос.

– Вот это уже что-то, нам надо встретиться с этой девицей и все решить., – тут же засуетилась Эрида.

И только ее и видели на небесах.

А между тем свадьба шла своим чередом, хотя накануне тревожились многие, но ничто не предвещало беды.

Глава 5 Эрида и Климента

Стоило только ненароком взглянуть на Эриду, и сразу становилось понятно, почему ее так часто забывали приглашать, – от нее исходил страшный холод. В воздухе начинало пахнуть ссорами и раздорами, и те, кто смотрели друг на друга улыбаясь, до ее появления, начинали злиться и яриться. Все менялось, все становилось невыносимым, стоило только ей где-то побывать, а порой и вовсе праздник заканчивался похоронами.

Сама же она считала, что без нее было бы скучно и грустно жит, да и жизнь казалась бы пресной и совсем не интересной.

Так было и на этот раз, с явлением Эриды все начиналось и заканчивалось одинаково. Правда, тут было и еще кое-что – накануне свадьбы Эрида умудрилась встретиться с Климентой и заявила, что все будет у нее хорошо, и более того, все будет так, как ей хочется. А Эрида была осведомлена в том, чего именно ей хотелось. Надо было придать уверенности этой несчастной деве, чтобы она действовала напористо и не останавливалась перед заданной целью.

– Но Гелиос против, – напомнила та, – значит и вовсе ничего не будет, не обманывай меня, не дари напрасную надежду.

– Пока против, а потом он обрадуется. Боги и Титаны странные создания, они не понимают и не хотят понимать, что хорошо, а что дурно, до них часто это очень долго доходит, может быть потому, что они так высоко находятся, а сверху хоть и видно все, но не так хорошо, как хотелось бы. Не раз убеждалась, что многого они просто не могут разглядеть.

И чем больше она говорила, тем больше убеждалась девица, что богиня права, и странно то, что ее так не любят все кругом. Должен же кто-то им правду говорить.

Невеста помнила слова своей матушки о том, что не стоит с Эридой связываться, тем более юной и беспечной деве, она мягко стелет, да жестко спать приходится. Но наказ этот девица помнила только до того момента, пока не встретила саму богиню, потом он как-то скоро забылся. Тем более что она решила бороться за Лучезарного до конца. Разве может быть в мире что-то, что ей недоступно, разве согласится она просто так оставить своего любимого?

Богине раздора нравился настрой этой девицы, она в чем-то была похожа на нее саму, потому та и решила, что стоит ей помочь во всем, пусть она добьётся того, чего хочет. Почему любимый, ее любимый должен доставаться совсем другой девице, которая будет сидеть и томно ждать своего часа, ничего для этого не предпринимая. Но как же все это устроить? А обещанное она собралась исполнить. Эрида решила прибегнуть к обману.

Она пользовалась своими трюками и позднее, правда они становились все более тонкими и непонятными, но в тот раз все было довольно просто и незамысловато. Да и что, собственно, стараться, если есть простые и очень действенные способы для того, чтобы добиться всего, чего хочется.

Если вы не верите, что древнейший из них, это объявить о своей беременности, и ни бог, ни человек не устроит перед тем, что зарождается новая жизнь, и он за нее отвечает, то знайте, что все это начиналось уже тогда. А люди потом только повторяли то, что делали боги.

Нет, конечно, Зевса не смущало и это. Не мог же он при живой Гере жениться на всех подряд девицах, так это Зевс, а вот с остальными, и особенно с простодушными Титанами, все было значительно проще. Они – то спокойно могли поверить во что угодно. Жен у них на примете была не дюжина, а одна, ну от силы две, потому они и впадали в радостное предчувствия того, что на свет должен появиться наследник. И это давало им право соглашаться на многое, если не на все. Так случилось и с нашими заговорщицами, одной из которых была не кто-нибудь, а сама богиня раздора. Ничего более простого и более действенного она придумать не могла, и хорошо, если влюбленная, потерявшая голову от любви девица ей в том поможет.

Глава 6 Белое и черное

А дальше все закрутилось, завертелось само собой. В тот день, когда счастливая Перса объявила о том, что она беременна, Эрида появилась у Клименты и сказала, что сегодня можно будет провести ночь у Лучезарного. Он ослеплен своей радостью и ничего не заметит, когда смотришь со света во тьму, то мало что разглядеть можно. А ей это просто необходимо, если она не передумала соперничать с сестрой. Конечно, она не передумала, отступать не собиралась.

Климента даже понять не могла, как она сама о таком простом способе не догадалась, почему для этого ей понадобилась богиня раздора. Но думать и размышлять было некогда. Надо побыстрее действовать, потому что все можно упустить, а потом об этом придется жалеть, когда еще выпадет ей такой случай, она к тому времени может уже и старухой стать.

Конечно, страх роился в ее душе. Ведь все было просто на словах, а когда все это надо было осуществить. Она не верила в то, что Лучезарный может от нее отказаться. Но не стоило сильно надеяться на то, что он возьмет и сразу согласится. Да еще в такой день, значит, надо было ничего ему не говорить, выдать себя за другую, за ту, на которой он хотел жениться, и, хотя Климента вовсе не хотела становиться Персой, ей было противно все это, ее пожирала зависть и злость, но ведь у нее не было никакого выхода.