Мой черный ангел. Лапы и хвосты

Всем котикам, погибшим от ФИПа

Посвящается.

Вступление

А не начать ли мне свою историю пока не поздно. То, что скоро будет поздно, я не сомневаюсь. А хочется рассказать хоть что-то о том, как мы тут жили да были в этом странном мире. Ведь у каждого кота тоже своя жизнь и своя судьба. И у меня она есть, или уже была. Что-то в последнее время я и сам многого не понимаю. Так вот внезапно и странно все случилось, а никто не предвещало беды, наоборот все было так замечательно, хот хотелось бы лучше, а некуда.

Говорят, что люди предчувствуют свою смерть. Коты ее видят. Это вам любой из тех, кто жил с котами скажет. Они видят даже чужую смерть, а свою – тем более. Я ее сегодня увидел в первый раз и понял, что надо поторопиться. Окаменел сначала, не поверил, а потом пришлось поверить. Это странная дама не шутит, она вообще не умеет шутить. Мы же с ней старые знакомые.

Как это случилось на этот раз?

Появилась в коридоре жуткая лысая кошка, прошла в комнату и уселась на палас. Откуда она взялась? Моя Алина никогда бы такую в дом не взяла. Хотя, некоторые берут и даже деньги за них большие платят, как мой Домовой Спиря говорил. Но она бы точно не взяла. Да и кошка эта была не настоящая, призрак кошки, уж поверьте на слово, коту очень просто отличать своих собратьев от пришедших с того света тварей.. Это люди порой путают себе подобных, коты не ошибаются никогда.

Она так повернула голову и на меня посмотрела, что я сразу понял, пришла за мной и не отстанет, пока не заберет с собой. А помирать в два года отроду совсем не хочется, я же только жить нормально начал. Нашел я свой дом только что – тихий уютный уголок, живи и радуйся, и вдруг эта жуткая кошка. Но с другой стороны, когда же ей приходить, если не теперь. Люди это называют законом подлости, а я успел убедиться, что жизнь не только полосатая, она такая странная бывает, что от нее все умирают, все до одного, ну кроме Домовых, конечно, те бессмертные. А вот коты, люди и собаки рано или поздно уходят все равно, просто кому-то повезет больше, кому-то меньше. Только уходят не все сразу, у каждого свой день и час есть.. Да и что бы были, если бы они все в один день померли, кто бы нас всех хоронил сразу?.

И всегда кажется, что эта голая страшная кошка приходит не во время. Наверное, она мерзнет сильно, потому что нет на ней ни одной шерстинки, я и не представляю себе, как бы без своей шубы зиму зимовал. Но она подождет, пока я расскажу свою историю. Никуда она не денется. Ну а я начну, пожалуй, поторапливаться надо, что успеть. Вот все всегда на последний день и час откладываешь, а он все равно не резиновый, но что-то да получится.

Конечно, в этой истории ничего особенного нет, а рассказать все-таки хочется, как да что там случилось. Вот сидите да слушайте на здоровье

Глава 1 Где родился, там и пригодился

А родился я в подъезде одного дома, куда матушка моя прибежала, потому что подъезд тот был открыт, чтобы нас там, в тепле и полумраке ночи и родить. Нигде, наверное, не было такого теплого и уютного места в этом мире как тот подъезд. Для меня и моих братьев с сестрами точно, все говорят, что нам тогда очень даже повезло.

Вот так ночью все и случилось. И была там, в том доме тетя Аня. Она любила всяких разных котов, но еще больше бродячих и заботилась о них все время. Только потому мы на свет и появились более-менее здоровые, под ее присмотром, и роды у матушки прошли спокойно. Люди в такие вот минуты бывают даже полезны, да и в любые другие тоже, что уж там говорить.

Сколько нас было в помете, я не знаю, потому что считать не умел и ничего еще не соображал, и меня тетя Аня сразу отнесла бабушке Лизе. А та жила на первом этаже в том самом доме, где мы и родились. Нести далеко не пришлось, все оказалось рядом. С первых минут это была не жизнь, а сказка какая-то.

– Ты хотела черно-белого котика, вот и получай и распишись, – сказала она, – а я тебе помогать буду его растить, если что понадобиться, только скажи, корм там, или в больницу куда, сама все сделаю. Но не может он у меня дома остаться, ты же знаешь, что сын мой житья ему не даст, а у тебя все спокойно. Только так надо кота и растить.

Бабушка согласилась, приготовила мне коробку, миску, лоток для туалета, налила теплого молока в соску. Ей сказали, что кормить котят надо много и часто, так чтобы я рос быстро и оставался здоровым. Тетя Аня приходила часто, брала на руки, смотрела и радовалась. Она же нам сказала, что другим повезло меньше, а с моей хозяйкой и жильем она угадала. Она приучила меня к лотку, сказала, что если я не буду в туалет ходить в синюю коробку с опилками, то на улице окажусь, я быстро привык, да и что там сложного. Там в коридоре за дверью он и стоял. Там было тихо и уютно, тепло и никто не мешал мне в лотке посидеть подольше, аккуратно все загрести, чтобы пахло соснами, а не моими какашками.

№№№№№№№

Бабушка Лиза жила одна. В доме было тихо и спокойно, внуки навещали ее редко, да и были они уже взрослые. Она разговаривала только со мной долгими вечерами, когда мы телевизор вместе смотрели, и еще говорила вечерами по телефону со своими подружками. Разговаривала порой так долго, что я у нее под боком и засыпал.

А еще в каждом доме есть свой Домовой, я это скоро узнал. У нее был Домовой, которого звали Кеша. Я его скоро разыскал на кухне под столом в углу, а может это он нашел меня, кто его знает. Но мы встретились в самые первые дни, это я точно помню.

Мы ночами часто сидели около батареи и разговаривали. Он меня и учил жизни, рассказывал о том, о сем, и так интересно рассказывал, что мог я его слушать целыми ночами. Потом мне даже снилось что-то из того, что он рассказывал, и это были и красивые, и забавные сны. Хороша была жизнь, о чем я все время не уставал повторять.

Кеша мне и сказал, чтобы я сильно не радовался, потому что бабушка моя старенькая, она долго не протянет и скоро помрет, а я у нее последняя радость в этой жизни и осталась.

– Скоро к ней смерть придет, и что с тобой тогда делать, ума не приложу, – тихо говорил мой заботливый Домовой.

Слова эти показались мне очень страшными, хотя говорил он тихо, почти шепотом, но это ничего не меняло. Я почувствовал, как страх расходится по всему моему телу и перетекает в ужас. Я даже охрип, открывал рот, а ничего сказать долго не мог.

– И что тогда будет? – осторожно спросил я, когда голос наконец вернулся ко мне.

– Да со мной ничего такого и не будет, а вот что с тобой, не знаю даже, станешь ты бродячим котом, увидишь, какая бывает у них жизнь, если вообще на улице выживешь. Там такие долго не живут, уж поверь мне, не хочу тебя пугать, но знаю, о чем говорю.

В один из вечеров он и рассказал мне, что такое смерть, и почему она к людям и животным приходит, как забирает людей и котов навсегда. Они уходят, вернее их уносят другие люди, и больше никогда назад не возвращаются.

– А что делать, – говорил он, не могут же люди и коты вечно жить. Тогда их и вовсе девать некуда будет. Вот так и умирают они рано или поздно. Тело становится каменным, их закапывают в землю, а души уносятся высоко в небо, на облаках души кошачьи селятся и плавают вместе с облаками, иногда поглядывая на землю.

Но на землю они редко возвращаются, потому что ничего хорошего тут не было. Но некоторые все же возвращаются, если сильно тосковать начинают. Встречал я и таких котов тоже.

На это он замолчал и отвернулся, не хотел на меня смотреть, словно скрывал что-то еще более печальное и тяжелое, о чем мне лучше было ничего не знать. А ведь и правда, заранее о печальном лучше не говорить и не думать, тогда живется спокойнее и веселее.

И хотя говорил он убедительно, но я ему не сильно поверил, потому что был я маленький и глупый, казалось, что это может с кем-то случиться, но не со мной и не с бабушкой Лизой. И потом, у меня еще есть тетя Аня, если что, та самая, которая и на свет помогала родиться, и пристроила меня в дом.

Сказки все это и не стоит заранее думать о плохом, надо жить и радоваться, а там видно будет.

Домовой наш жил за холодильником в тихом темном уголке, а я в мягком кресле в светлом углу, там лежало красное мягкое одеяло с разными рисунками. И прямо за креслом была теплая батарея и широкий подоконник, туда я с кресла запрыгивал утром, чтобы посмотреть на то, что на улице творится. Это был кусочек мира странного и не очень понятного, но очень интересного, и мне так хотелось всегда видеть все это и не оказаться вдруг бродячим котом.

Кеша и сказал мне, что сейчас там, на улице – осень, потому желтые листья отрываются от деревьев и летят куда-то, а деревья скоро будут совсем голыми и им будет одиноко и зябко без листьев.

– Скоро увидишь, как на улице может быть холодно, – говорил он, – тогда зима наступит. Будет не просто холодно, она все заморозит, побелеет все вокруг, и ты можешь стать ледяным котом, если зазеваешься.

Кеша старался предупредить меня об опасности, потому я на него совсем не обижался, когда он вот так вот говорил.

– А какая она будет? – спрашивал я у него.

– А это тоже сам увидишь, как я тебе могу сказать, какая. Зима она и есть зима, белая и снежная, там и уши, и лапы, и хвост можно отморозить, если не привык от морозов спасаться.

Так появилось еще одно чудовище в мире, и оно называлось – зима.

Глава 2 Первый листопад

А жизнь продолжалась.

Домовой Кеша меня не обманул. Однажды я вскочил на свой подоконник, бабушка мне туда подушку положила, чтобы удобнее было лежать, посмотрел на улицу и увидел, как толпой полетели желтые листья. Они были такие легкие и золотистые, их было так много, и это не птички, хотя сначала я подумал, что птицы летят, спасаются от зимы. Но это были листья с деревьев перед окном. Интерес но, куда же они все летели?

Домовой остудил немного мой пыл. А ведь он умел читать мои мысли и всегда знал, о чем я думаю. Потому мне и не нужно было ему о чем-то говорить. Посмотрит пытливо и уже все знает.

– Они летят в грязь, и скоро их никто разглядеть не сможет, – неожиданно заявил он и прибавил, – их просто втопчут в землю люди или собаки, а потом дворники сметут в одну кучу и вывезут на свалку. Так для них все и закончится. Осень, она и есть осень, тут ничего не поделаешь.

Это, как говорит часто бабушка Лиза, изнанка жизни. Она сказала совсем о другом, не помню уже о чем, но подходит и для осени тоже.. Листопад она видела сто раз, потому не обратила на него внимания.

Но о судьбе листьев тоже можно так сказать – оборотная сторона медали. Да и не только о листьях, ведь в природе все рождается, живет, а потом умирает. Но я был тогда молодым и зеленым. Вернее, я был сверху черным, а снизу белым, если о моей шкуре говорить А зеленым – это значит молодым, как Кеша любил говорить, а еще доверчивым, многого не понимал, просто потому что не знал толком ничего, вот и смотрел на мир широко открытыми глазами. Но первый листопад мне понравился. И когда листья перестали лететь, то стало грустно. Тогда я и спросил, будет ли еще листопад. Хотя деревья за окном были уже голые, на них совсем не было листьев, но ведь ветер мог их принести с других деревьев, вон он как дул иногда, что и людей мог повалить, не только листья.

Кеша ответил как-то загадочно, что для него точно будет, а для меня, кто его знает.

– Это почему так? – удивился я.

– Потому как жизнь кота да и человека может быть очень короткой, а впереди у тебя еще зима, весна, лето и только потом снова наступит осень. А за эту уйму времени мало ли что случиться может. Но не заглядывай так далеко вперед, пустое это дело. Живи, пока живется, – торопливо проворчал он, словно хотел от меня отмахнуться. Он всегда так делал, когда сказать придется о чем-то печальном или просто не приятном.

Конечно, он был прав, мой старый Домовой. Уж он-то пожил на этом свете не один человеческий век и все прекрасно знает. Хотя давным-давно – коты столько не живут, не покидал этого дома. Но ведь не обязательно везде бывать, чтобы узнать, какая она – жизнь. Для этого можно слушать рассказы других духов, которые бывают в разных местах и любят путешествовать. Они расскажут тебе о том, чего ты не знаешь сам. И за столько веков много рассказов накопится.

Но пока мне хотелось только того, чтобы моя бабушка Лиза жила подольше и я успел из окна увидеть и зиму, и весну, и лето, и новую осень. Да и с Кешей расставаться мне тоже не хотелось. Хотя порой он был не очень добр, даже жесток, как вы сами успели заметить, но я с ним сжился давно, он меня учил жизни и рассказывал обо всем, что знал сам. Много интересного рассказывал, откуда бы я все это узнал?

Но дни были все короче – осень называлась поздней, и она теперь была совсем не такой красивой, как в самом начале, все темнее были тучи над головой, солнце почти совсем не появлялось, и весь мир погрузился в точку зеленую.

И все равно в комнате в кресле было тепло и уютно, и никаких бед с нами не должно было случиться. Я привык верить в лучшее, так было приятнее и проще жить на свете.

Глава 3 Домовой и первый снег

Какая же это была спокойная и счастливая жизнь, когда наступила та, первая зима, но тогда я этого не понимал, потому что мне не с чем было сравнить. А ведь это самое главное, когда мы можем что-то и с чем-то сравнить, тогда и вспоминаешь, как все было прекрасно. Только это уже прошло и ушло навсегда.

Однажды я проснулся оттого, что в комнате стало совсем светло, а когда запрыгнул на окно, то заметил, что там был белый-белый снег. Такой белый, что я зажмурился, на него так трудно было смотреть.

Кеша мне рассказал, чем зима от осени отличается, и я его сразу узнал.. Он был такой белый и такой легкий, и все кружился и кружился за окном, и падал в грязь, туда, где еще оставались последние листья.

Тогда я и не представлял, какой он холодный и мокрый, если на шерсть попадает. Это потом мне придется из-за него сильно страдать, а тогда все было прекрасно. Я любовался снегопадом в тепле и уюте, крутил головой так, что она даже закружилась. И со всех сторон на меня летел и летел снег.

Помнится, в тот день я ел курицу с кашей с особой радостью, и думал о том, как все-таки хороша наша жизнь. Но без беды не обошлось, в тот день бабушка заболела, пришли люди в белом, они были похожи на снег за окном. И первый холод пробежал по моей шкуре, когда широко распахнули дверь в прихожей, а я выбежал посмотреть, кто же там пришел. Да и шкура была наполовину белой, как снег за окном. Это были врачи, которых вызывают, когда человеку стало совсем плохо.

Врачи что-то говорили тете Ане, писали какие-то бумаги. Они искали тех, кто мог бы вынести носилки с бабушкой в их машину, и эти парни тоже зашли в комнату. Столько людей я не видал сроду.

Бабушку увезли в больницу, и я заволновался, заметался. Паника была страшная, только пока еще не стоило волноваться, тетя Аня приходила ко мне вечером, оставлял корм, меняла воду и просила, чтобы я ничего не боялся и ждал, пока вернется моя бабушка домой.

– Ты не переживай так, Мишель, ее подлечат и снова тебе вернут, они сказали, что с ней все будет хорошо.

Каши больше варить было некому, но я стал есть сухой и влажный корм из пакетиков, потому что от голоду помирать не собирался. Хотя он был и не такой вкусный, но жить можно. Да и надо было дождаться возвращения бабушки Лизы из больницы. Как она будет без меня жить, ей же будет скучно, она все время говорила, что я у нее один остался. И Кеша мне рассказывал про главный зимний праздник – Новый год, я же должен был увидеть его своими глазами.

– Это веселый, радостный праздник, в доме пахнет елкой, много красивых игрушек, только ты наверняка испугаешься салютов. Их боятся все

коты и собаки, но люди так развлекаются, и плевать им на животных, а те бедняги порой убегают из дома, а если на улице оказались, то бегут, куда глаза глядят. В это время больше всего потерянных собак, они становятся бездомными и на котах отыгрываются, за свою неудавшуюся жизнь. И это большое счастье, если кто-то из них найдет новых, а то и старых хозяев, но такое случается не часто.

И снова Кеша рассказывал о таких ужасах, просто шерсть дыбом становилась. Но я-то был уверен в том, что бабушка моя вернется, мы снова будем жить вместе и никуда я не убегу, и у меня будет настоящий праздник, веселый и беззаботный.

Все сбылось так, как хотелось. Открылась дверь, и на пороге вместе с тетей Аней стояла баба Лиза. Вот только во второй раз оттуда пахнуло холодом. Тогда я понял, как бывает холодно, если в такое время оказаться на улице. Но в тот день у нас был праздничный обед. И снова началась прежняя жизнь, такая, к какой я и привык с самого начала..

Ну что же, все хорошо, что хорошо кончается. Ну не совсем кончается, а только на короткое время, а может и не короткое, это как повезет.

Когда праздник наступает в первый раз в жизни, то ждешь его и веришь, и запоминаешь навсегда. Так было и со мной той зимой, я ждал Новый год, о котором все вокруг столько говорили, но они – то видели его и праздновали не раз. А у меня Нового года еще и не было пока

Глава 4 Здравствуй, Новый год

Ну вот и наступал этот самый праздник, о котором столько говорил Кеша. Но наступил он не сразу, а постепенно. Сначала на улице стали появляться люди, которые, которые несли с собой елки. Их с каждым днем становилось все больше. Они все чаще проходили перед нашими окнами – первый знак того, что праздник близко.

Домовой говорил, что перед праздником они занесут их в комнаты и будут наряжать разными игрушками и огнями, так чтобы они горели и сверкали. Это всегда очень красиво и особенно радуются дети и коты. От такой радости дикой елка может упасть, а игрушки разбиться, потому что они стеклянные. Хотя сегодня и пластмассовые делают, которые не бьются, так что все зависит от хозяина, от того, как он нарядит свою елку. И эта елка будет стоять в доме аж две недели, потому что все это будут праздники.

Внуки бабы Лизы, я уже тогда с ними успел познакомиться, принесли в дом ветки от елки. Примостили их на стене, и так хорошо запахло во всем доме, так празднично стало на душе. Теперь я точно знал, как пахнет праздник. А запахи для котов значат больше, чем для людей, это я вам могу сказать точно.

По дому были развешаны какие-то украшения, мне особенно понравился золотой дождь, он так красиво переливался, когда зажигали свет, и раскачивался даже от моего дыхания, потому что был очень лёгким.

Я любил играть с ним всю ночь напролет. Я гонялся за золотниками по всему дому. Бабушка только улыбалась, она была глуховата, потому шум мой почти и не слышала, да и понимала, что молодому коту надо немного размяться и побегать, чтобы потом хорошо спалось. А под нами никто не жил, потому и не жаловались на то, что много шуму ночью.

В последний день в году, когда бабушка улеглась спать, мы с Домовым сидели под столом – это был наш домик теперь, и тихонько разговаривали, ждали, когда начнутся те самые салюты. Я притащил к нему золотинок и игрушечный шар, чтобы и у него там тоже был праздник. Кеша очень обрадовался такому подарку.

Правда, про золотинки те Кеша меня предупредил, что если я ее проглочу, когда ношусь с ними как угорелый, то может случиться беда, придется меня разрезать и вытаскивать их из желудка, иначе они забьют все, и я не смогу ни есть, не пить. Вот оказывается, что кроется за блестящими игрушками. Но я его тогда не сильно слушался, мне же все было нипочём, молодо-зелено. И праздник был замечательный, такой разноцветный и блестящий.

Так мы дождались тех самых салютов, хотя и знали, что они скоро будут, а все-таки бабахнуло неожиданно. Я подскочил под столом и головой ударился о том самый стол, было больно, но весело, праздник все-таки.

Но страшно было только в самом начале, потом я даже на подоконник запрыгнул и смотрел на разноцветные искры. А они взлетали вверх все выше и выше, а потом падали вниз и рассыпались на мелкие искры.

Правда, когда пролетел огонь прямо перед окном, я свалился в кресло от неожиданности и потом уже смотрел оттуда. Как-то не охота было больше на подоконник запрыгивать. Я всегда умел находить безопасное место, что мне помогло спасаться позднее.

Такого шума и грохота не было слышно еще долго, тем более, что начали сигналить какие-то машины, в них, наверное, попали эти самые огоньки, и люди выбегали на улицу, кто-то смеялся, а кто-то ругался. Но было все равно весело и интересно.

Да в первый раз все всегда бывает интересно. В первый и в последний, только первый мы всегда знаем, а о последнем можем и не догадываться даже, он наступает неожиданно и кажется самым обычным разом.

Я пошел в комнату, чтобы взглянуть на бабушку Лизу, она в тот момент мирно спала и что-то бормотала во сне. Посидел, посмотрел, убедился, что все хорошо и вернулся под стол к Домовому. Не надо было его надолго оставлять одного. Хотя он раньше как-то без меня обходился, так это было раньше.

Ну и хорошо, пусть спит себе спокойно, пока у нее есть кот, с ней ничего такого страшного не случится. Я помурлыкал немного, сам не знаю о чем, и тоже отправился немного поспать. Коты вообще ведь спят очень много. Так они сил набираются на новый день, чтобы потом можно было прыгать и бегать битый час и горя не знать.

Глава 5 Утро нового года

А потом наступило утро. Правда, на самом деле это был уже день, а не утро. Наверное, еще ни разу я рано утром не просыпался. В доме уже пахло гречневой кашей с курицей, это бабушка мне готовила обед, а себе кипятила чай., потому что обедала она раньше. А к тому времени, когда я просыпался, ей оставалось только чайку попить.

Она смотрела в окно и говорила о том, что погуляли видать хорошо люди добрые, вон сколько мусора было кругом, но у дворников был выходной, и придется денек подождать, пока они вернутся и все уберут.

– Хорошо, что наш дом не спалили, правда, Мишка, а то куда бы мы с тобой пошли? На улице бы жить пришлось.

Я почему-то подумал о том, что не будь у меня дома, я мог бы слоняться по тем самым улицам, где было столько грязи, что снег уже не казался таким белым и чистым. Шарахался бы от всех хлопушек, а может и ушли с лапами обморозил, а почему бы и нет. И жалко мне было тех бродячих котов, которые никому на этом свете не нужны. Как же им тяжело. Нет, у каждого кота должен быть свой хозяин обязательно.

Но чтобы мысли такие грустные не терзали, я все-таки развернулся и отправился спать, только не в свое кресло, а в ящик под диваном, там лежало старое теплое одеяло, было так уютно и тепло, и темно, что еще сытому коту надо, когда у него есть крыша над головой. Ничего ему больше не надо, вот и вырубился я моментально, и провалился в сон

И мне снились какие-то красивые сны, летали шарики над головой, порхали снежинки, но они не были ни холодными, ни мокрыми, и вкусно пахло кашей с мясом и еще чем-то необычным, тем, чего я еще в своей жизни не успел попробовать. Но какие мои годы, ведь это был только первый новый год в моей жизни.

Зима хороша сама по себе, если у тебя есть дом. И пока он есть коту ничего не страшно, наоборот чувствуешь тепло и уют.

Проснулся я снова от грохота – там, за окном, наверное, продолжали праздновать. Но Кеша перебрался ко мне на диван и сказал, что там слишком гремит и грохочет, у него в углу, лучше посидеть пока тут. Так мы и сидели с ним до самой полночи, потом я доедал остывшую кашу, холодная она была не такая вкусная, но есть можно.

Во время своей бродячей жизни, когда и день и два нечего было есть, я вспоминал те дни и думал о том, каким же я был вредными и противным, когда не доедал кашу и требовал еще чего вкусного, того, чего в доме не было, а может быть припасено было на праздник.

Бабушка только ворчала и отваривала мне рыбу, потому что ни коту, ни человеку нельзя все время есть одно и то же, – говорила она, – пища должна быть разнообразной. А рыба очень полезная, в ней есть то, чего нет ни в каких других продуктах.

Конечно это так, только, если нет даже корки хлеба или какой-нибудь кости, то уже о разнообразии как-то не думается. Было бы что пожевать и то хорошо. чтобы не урчало все в животе и можно было спокойно заснуть.