Мой любимый призрак. Городские мифы

Глава 3 Ну, здравствуй этот свет

Небо было покрыто густыми снежными облаками. И сквозь них едва проглядывало солнце, сначала оно было мутным, а потом вдруг стало ослепительно ярким. И все это длилось только пару минут. Именно в этот миг и суждено было Эльдару упасть на землю, свалиться вместе со снегом.

Если бы поэт увидел это падение, то он вряд ли сравнил бы его с падающей звездой, потому что летел тот кубарем вниз и при этом казался каким-то странно тяжелым, как куль с мукой. От грации и изящества, восхитившего Пана на небесах, не оставалось и следа. То ли притяжение земли было таким сильным, то ли за время падения произошло еще что-то необъяснимое. Но таким было его возвращение на землю.

– Черт побери, – прошептал Пан со своей высоты, – он только собирался последовать за Элем и невольно остановился, – так ведь и помереть недолго, расшибившись. Видно что-то там пошло не так, тяжесть какая-то странная.

– Два раза не помирать, – услышал он голос Рыжего за спиной, – вы все-таки стащили у меня моего короля. Следил – следил день и ночь, но разве уследишь за вами, злыдни.

Он не скрывал досады, или просто троллить старался, сейчас и на небесах проходили эти словесные игры – издевательства.

– Ты его проиграл, в честной игре, – напомнил Пан, поморщившись, про честную игру он, конечно, нагло соврал, а в остальном все так и было.

– Проиграл, это правда, сколько раз давал себе слово не играть с такими аферистами, как русские бесы, и столько же забирал слово назад. А ведь давно надо привыкнуть к тому, что никогда вы честно не играли и играть не станете. Дурная слава впереди бежит. Но кажется, что со мной афера не пройдет, а снова прошла.

– Да ладно тебе, это судьба. И потом, твой Фауст должен пережить то, что не успел в земной жизни. Мы так поспешно вытащили его оттуда, как только он опомнился, хорошо подумал, и решил вернуться к Лизочке. А этого допустить тогда было никак нельзя, вот и пришлось его забрать, но ведь он был на правильном пути. Вот пусть этот путь и продолжит. А мы с тобой ему в том поможем.

– Это раз плюнуть, – усмехнулся бес, – только Лизавета стала значительно старше, капризнее и мало что от той очаровательной девицы осталось. А потому и у нас задание сильно усложняется. Со взрослыми дамами редко проходит то, что с девицами легко получается.

– А твой крем на что? – напомнил Рыжему Пан.

– Да крем-то кремом, только он поправит форму, а содержание. Ведь тогда все было важно… Этот полковник в душе оставался романтиком, если ты помнишь, а перед душой крем бессилен.

Рыжий мечтательно вздохнул, будто речь шла о его прошлом. Пан поднял брови от удивления.

– И где ты такого нахватался, интересно?

– Я к людям всегда был ближе, чем все вы. И к вашим тоже. Мне все всегда было интересно, то там, то тут и нахватался постепенно.

Демоны замолчали, они вдруг поняли, что заговорились, потеряли Эля из вида, и теперь не могли понять точно, куда он упал. И надо же было такой беде случиться.

Нет, то, что он приземлился в своем родном городе, в последней ставке адмирала, сомнения не было, но город – то был огромен. Там в сущности два города по берегам Иртыша, где по легенде и потонул Ермак. Искать там иголку в стоге сена даже им было очень тяжело. Но может быть, Рыжий специально отвлек его, чтобы усложнить задачу, создать трудности и успешно с ними справляться? А почему бы и нет, тем более он только этим всегда и занимался. Но судя по его озадаченному виду, все было не совсем так, или совсем не так, понять это Пану было не так просто, да и раздумывать некогда – надо спешить.

Настоящий полковник, конечно не сопливый малолетка, много чего у него за плечами было, но теперь в новой шкуре, а вернее, вообще без шкуры, в иных условиях, он может дров наломать таких, что все демоны в мире не разберутся с ним никогда. А отвечать за него придется им, ведь отправляя его на землю, они явно самовольничали. Им просто хотелось еще раз воскресить историю большой любви, которая оказалась длиннее жизни, а ведь чаще всего любовь короче, чем жизнь, только не на этот раз.

И они полетели следом, напоминая падающие на землю метеориты, которые, скорее всего, не взорвутся от соприкосновения с ней, не первый же раз вот так летели. Никаких пожаров и взрывов до сих пор не случалось. Только ведь все когда-нибудь начинается.

Глава 4 Возвращаются все

Снег валил густой пеленой, и разглядеть там внизу что-то было очень трудно. Эльдар чувствовал это страшное притяжение. Оно и на самом деле было очень сильным и каким-то болезненным даже.

– Я бы разбился в лепешку, если бы было чему биться, – успел подумать он, на этот раз не ощутив радость от парения. Слишком большим казался груз, который взвалили бесы на его прозрачные плечи.

В армии, в десантных войсках, он прыгал с парашютом и получал от этого огромное удовольствие, но тогда можно было и серьезно поломаться, стать инвалидом, да просто погибнуть, если не раскроется парашют, не то, что теперь, когда никакая беда ему больше не грозила. Теперь это не возможно, а страх не прошел.

В тот момент он больше ни о чем не успел подумать, потому что рухнул в сугроб прямо за первым зданием на Любинском. Вот именно рухнул в самом центре города, любимого города. Это был один из корпусов Медицинского института. А еще для него такая знакомая дорога, по которой он шел домой, и из дома к Серому дому в Долину смерти, как окрестили эту площадь еще с давних пор.

В детстве, когда вместе с мамой они в первый раз прошли по этой улице, она объяснила ему, что это за здание, и какая красивая форма была у людей, которые там работали. Тогда он для себя решил, что обязательно будет там служить, и получит такую форму, и будет ходить по той самой дороге. Мама только улыбнулась, она любила своего старшего сына и обращалась мысленно к Николаю Чудотворцу, чтобы тот исполнил его желание. К святым ее мужа она обращаться не хотела, надеялась, что свои помогут быстрее.

Но как же давно все это было. И кто-то мольбу его матушки услышал, исполнил, наверное, все-таки ее любимый святой, потому что желания ее сына исполнились.

Но за эти годы многое изменилось, и сама площадь тоже стала немного другой. Теперь в самом центре ее красовался собор, в который за все эти годы он ни разу не зашел даже просто из любопытства. Сейчас можно было заглянуть, поставить свечу за упокой души матушки. Почему при жизни не пришло ему это в голову ни разу. Он так и не понял, и не принял ее мир и ее веру, может быть потому, что хотел понравиться суровому отцу, и не допускал того, что он косо на него посмотрит. Из-за своей женитьбы на русской, ему пришлось пережить слишком многое от родных, и он не хотел такой судьбы своему сыну. Пусть хоть в личной жизни у него все будет спокойно, и потом мусульманки спокойнее и покладистее, а разве не это самое главное, при его – то службе нужны ли ему страсти. И очень долго и упорно, он внушал Эльдару именно эти мысли, и даже допустить не мог того, что сын его может ослушаться.

Даже теперь, он не пошел в храм, хотя бояться было некого, он исполнил волю отца. Эль поспешил на Набережную, и ощутил себя Ермаком, только что прибывшим сюда, чтобы покорить Сибирь. Об адмирале, проигравшем главное сражение, думать не хотелось, финский хоккейный тренер объяснил популярно на собственном примере, чем отличается кодекс победителя от комплекса побежденного. И не любивший хоккей, но вынужденный порой быть на Арене – это был его участок службы, он принял все это с радостью и даже восторгом, и имел наглость чувствовать себя победителей. Жаль, что жить Элю тогда осталось только пару лет, он не успел самого главного, до конца почувствовать себя победителем. Но кто же знал, что его вот так поспешно вырвут из этой жизни неведомые силы. А они вырвали, не позволив даже еще раз взглянуть на Лизу, побыть с ней рядом, коснуться ладонью щеки, как он с самого первого дня любил делать. А после страстно и нежно припасть к ее губам. Ни о чем другом не мечтал тот, кто повалялся пару дней на больничной койке, и, не приходя в себя, отправился к аллаху в свои райские кущи.. Больше никаких желаний, кроме этого вот свидания с первой и единственной любовью у него не было. И что теперь получается, он может наверстать упущенное, хотя вряд ли сможет коснуться ладонью ее щеки, но просто посмотреть ей в глаза, побыть с ней рядом, это не так и мало, как кажется, это лучше, чем ничего.

Хотя откуда он мог вообще знать, что лучше, что хуже, если с того света на этот он возвращался в первый раз. А из тех, кто возвращался до него он ни с кем не пересекался, да и молчали они все упорно, не желая рассказывать, как и что там было с ними.

Теперь он повторял слова стихотворения Лизы, обращенное к тому самому великолепному финну, но Эль убеждал себя в том, что писала она это исключительно для него. Хотя это был самообман. Но вслед за бардом он мог бы воскликнуть «Да это ж про меня, про нас про всех, какие к черту волки».

Глава 5 Омские ангелы так беспричинно печальны

Что- то в мире менялось на глазах, но что именно Елизавета понять никак не могла. Она встретила мужика, который был на кого-то странно похож, но она не могла вспомнить на кого именно. И зачем вообще она вдруг с ним столкнулась тут и сейчас. Нет, определенно в мире что-то происходило, узнать и понять бы еще, что именно.

И только потом, вглядевшись и вслушавшись, догадалась, что пересекались они на сайте Стиху ру, только он не говорил, что из Омска, вроде там было что-то про Казахстан, потому она никак не ожидала его вдруг в реальности встретить. Да и вообще, от поэтов лучше держаться подальше. Ведь давал ей наказ дедушка, вернее любимый поэт ее бабушки, которого она привыкла считать своим дедушкой. Так вон он наказывал, чтобы Лиза не приближалась к ним, издалека они кажутся значительно симпатичнее. Вот пусть такими в ее памяти и остаются.

Она помнила, что этот парень писал приличные стихи, иначе бы прошла мимо и не остановилась. Но разве это был повод для личного знакомства здесь, на улице? Хотя возможно в последнее время, только творчество было поводом для знакомства, такой чужой казалась она для обычных мужиков. Представить себе, что она с кем-то знакомиться на СЗ было невозможно. Ну, пара фраз, не более того, поупражняться в изящной словесности можно, если время есть, но чтобы соглашаться на свидание – нет уж, увольте. Она давно не играла в эти игры, где проигрыш велик, а выигрыш ничтожен.

– У меня все точно так же, – говорил Николай, которого она еще в сети окрестила Ники и продолжала так называть. – Я знал, что ты не согласилась бы со мной встретиться, потому и не называл город. Но мне было интересно все, что ты делаешь, и я знал, что рано или поздно на тебя наткнусь на улице нашего города, ждать пришлось довольно долго, но это стоило того.

Мужик, а он казался настоящим мужиком, а не этим супер пупер непонятно какого полу, – как она окрестила золотых мальчиков и тех, кто пытались себя за них выдать. Правда, в Сибири и в Омске их было значительно меньше, вероятно, они сразу перебирались в дорогую столицу и околачивались там. Нет, небеса ей послали настоящего мужика, уже не так плохо. Да еще поэта, что обещало продолжительное знакомство. Но она сразу почувствовала, что будет кто-то еще из ее прошлого, чтобы сравнить и сделать выбор. Да какой к черту выбор. Она так привыкла быть одна, что ей определенно никто не был нужен, ну может быть в ресторан сходить, не более того.

И снова Лиза не попрощалась и не сослалась на работу, которой у нее было больше, чем надо в данный момент, ей не нужно было даже лгать или лукавить. Но отчего так происходило, словно бы они были как-то связаны не в этой жизни, так в другой и прекрасно знали друг друга тысячу лет. А может и связаны, а может и знали. Случайных встреч по второй половине жизни точно не бывает.

Такое чувство возникает вдруг иногда. И не просто симпатия, и именно то, что это твой человек, и видитесь вы не первый раз, и не в последний. Разве не так было с Олегом. Она увидела его в студенческом клубе. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что они встречались в разных временах. Он улыбнулся и прочитал эти ее мысли, и согласился. Правда, он был уже женат, и влюблен в свою жену – этого не скроешь. И ничего, кроме общения быть не могло. Но они жили по соседству и много общались. Хотя она даже не знала до его гибели, что он писал стихи. Но это не имело никакого значения. Они же были не двумя половинками, а двумя уникальными личностями, на время столкнувшимися, чтобы потом она помнила, она писала о нем, она вписала его в компанию поэтов, которых так любила и ценила. И главное, он был коренным омичом, что еще важнее. Ведь среди поэтов она упорно искала именно омичей.

Нет, что не говори, а в последнее время была какая-то мистика, причем она проявлялась везде, в самых неожиданных местах. Значит, должно было случиться что-то еще и это только прелюдия. Хотелось ли ей перемен, таких глобальных. Она не могла ответить на этот вопрос однозначно.

Николя признался, что в городе бывает не так часто, работает на севере, а сюда приезжает почти как в гости к дочери, хотя живут они в квартире на Левом берегу. Но он чувствует себя гостем в Омске, что конечно стало для него минусом. Наверное, так она себя чувствовала в столице, у бабушки. А ведь часто проводила там немало времени, у нее были там старинные друзья-товарищи.

Ники смущался, прелестное состояние для взрослого мужика, и сразу было видно, что ему не хочется уходить так просто. Уж если они столкнулись так внезапно, нельзя же взять и просто попрощаться.

– Мне скоро уезжать на работу, а не провести ли нам вечер вместе, вот хотя бы завтра, – очень робко, без всякой спеси и апломба предложил он.

Самое странное предложение из всех возможных и невозможных. Она сто лет не была на свиданиях, и стоит ли начинать?

Елизавета понимала, что она должна согласиться, не понятно зачем, но должна, потому что этот крепкий мужик спасет, прикроет ее отчего-то более странного и страшного, чему пока она не знала названия. Она даже не догадывалась, что именно это могло быть, и все же… Он натолкнулся на нее не просто так и в тот самый час, когда что-то должно было свалиться, как снег на голову.

Она протянула ему визитку с домашним и Сотовым, улыбнулась на прощение. И вместе с Максом направилась домой. Пес был явно чем-то недоволен. Он умел это выражать, и Лизи прекрасно понимала свою собаку.

– Да ладно тебе, это не просто первый встречный, мы с ним общались, о стихах говорили, мне просто неловко отказать ему, тем более он уезжает далеко и надолго. А ты посидишь один вечер без меня, дом поохраняешь, и ровно в полночь я вернусь. А может и раньше, ты и соскучиться еще не успеешь.

Пес недоверчиво на нее взглянул, но они ничего друг другу сказать не успели. Какая-то незримая суматоха заставила забыть и волнения, и собачьи обиды. Но что это было? Даже пес не смог бы объяснить, если бы и умел говорить, а что уж говорить о милой даме?

Глава 6 Большие перемены

Поравнявшись со своим домом на набережной, они вдруг остановились оба одновременно, потому что перед ними что-то упало прямо в глубокий снег. Это был не человек, потому что даже очертаний фигуры не было, скорее большой прозрачный мешок с водой, такие летом сбрасывают мальчишки, завидя кого-то, а потом прячутся у себя в квартире.

Но и пакета никакого она не обнаружила, когда подошла ближе, не было там пакета, просто провал в сугробе. Словно кто-то незримый в него провалился и исчез у них на глазах. Да и сбрасывать его было неоткуда. Они стояли на открытом со всех сторон месте, ну разве что с облака кто-то мог им швырнуть незримую фигуру.

Макс задрал голову кверху, но там никаких мальчишек или взрослых не было, даже самолет над ними не пролетал. Да он бы и учуял запах, но и запаха не было, и что бы это значило.

– Вот и я говорю, что бы это значило? – развела руки Лизи и стала оглядываться. Ничего так и не обнаружила и дернула его за поводок.

– Подожди, Лизи, – услышала она голос за спиной.

Вздрогнула, замерла и готова была превратиться в соляной столб или в фигуру изо льда. Такие уже начали мастерить повсюду в их прекрасном граде, в преддверии Нового года.

Пес его слышал тоже, потому что он зарычал яростно, словно там стоял бандит с ножом, и готов был ударить его хозяйку. Вот интересно, что он такое видел? Но что-то точно узрел.

Лиза резко оглянулась, посмотрела туда, куда уставился Макс, откуда раздавался голос, и само собой никого там не нашла. Но этот голос, это имя, она не забыла бы его ни в этой жизни, ни в какой другой. Только кто мог его имитировать, откуда все это появилось? Этого не может быть, она и не думала, что помнила его, что так сразу узнает, словно не было всей ее жизни без него. А может быть она становится ведьмой от горя и несчастий? Нет, это только цитата из любимого романа.

И в тот момент снова подбежал Ники, словно бы он гнался за ней все это время и теперь, наконец догнал.

– Лизочка, милая, как только ты отошла, мне позвонили и сказали, что нужно выезжать на вахту, наш ресторан придется отменить до лучших времен, они не будут ждать. А мне очень нужна эта работа.

И он растерянно стоял перед ней, словно потерял что-то самое дорогое и близкое, и страдал страшно от своей беспомощности.

Как ни странно, Лизи даже обрадовалась его вторжению, потому что перед ней был живой человек, его эмоции, чувства, переживания – все было живым и настоящим. А она начала отвлекаться на какие-то странные силы, и сама словно бы переносилась в иное пространство. Вон начала слышать мысли своей собаки, так ведь и свихнуть недолго на старости лет, а у нее еще столько дел впереди. Она не может сейчас отключиться от мира, и витать где-то в эмпиреях снов и грез, живая прошлым, далеким прошлым. Ники ее спасает и спасет от всего, что было и давно быльем поросло.