Мужчина и женщина: таинство отношений

Из химии органического синтеза: анализ – основа синтеза, и чем беспощадней анализ, тем органичнее синтез. Мир людей нуждается в беспощадном анализе.

Начнем издалека. Хорошо ли быть бессмертным или долгожителем? Например, тебе 100 лет – и умерли все твои дети и даже внуки. Или тебе 90 лет – и не осталось ни одного друга детства. Или тебе 70 лет – и не осталось ни одного родителя, дяди, тети, которые нянчили тебя в детстве. Или тебе 50+ лет, ты жив, но что-то в тебе уже умерло. Что? Например, любовь.

Итак, приоткроем занавес над таинством отношений мужчин и женщин.

1.1. Предыстория гомо сапиенс

Питекантроп, увлекшись питекантропкой, стал человеком.

Новосёлов считает, что отношения мужчин и женщин идут в трёх измерениях:

1. Биологические отношения.

2. Экономические отношения.

3. Межличностные отношения.

Я вместо «как партнеры в бизнесе – экономические отношения» (бизнес есть бизнес) добавил измерение «Социальные отношения».

Любой биологический вид – это набор генов, которые копируют сами себя. А любовь всего лишь копировальный аппарат. Преимущество полового размножения в том, что потомство более изменчивое, а эволюция идет всегда, и не важно – вперед или назад.

Жизнь рождает страсти, а страсти рождают жизнь.

Инстинкт – это совокупность врожденных стремлений, выражающихся в форме сложного автоматического поведения. Либидо, или похоть – древний инстинкт, это желание непременно участвовать в половом размножении. Как и с кем – неважно. Инстинкты лишь сравнивают обстановку с шаблоном, состоящим из набора сигнальных признаков. И возбуждают соответствующую эмоцию.

Если не сработал основной инстинкт – используйте запасной.

Предки приматов жили на деревьях в тропических лесах. Климат Западной Африки конца неогена вынудил предков человека выйти из иссыхающего леса на пространства саванны. Поиски пищи там требовали перемещаться на большие расстояния, и предки человека встали на ноги, чтобы увидеть опасность. Заодно и дальность обзора увеличилась.

Гомо эректус (человек прямоходящий) был предназначен Создателем для эректильной дисфункции.

Когда самка выпрямилась, детеныш больше не мог удержаться на спине, что затруднило собирательство. Лишившись естественной защиты на деревьях, предки человека оказались в опасности. Но прямохождение освободило самцам руки для изготовления оружия. Мелкая моторика развивалась еще в лесу: лазание по деревьям; сбор и очистка плодов, ягод, семян.

Появился гомо фабер – человек вооруженный, который начал 140–40 тыс. лет назад глобальную экспансию. Оружие стало фатальным и для объектов охоты, и для хищников, что уменьшило смертность мужчин. Оружие вместе со стаей, в которую предки человека сбились, увеличило безопасность. Разрастаясь, стая создала защищенное поселение.

Оружие стало фатальным и для конкурентов за самок. Одинокие особи превратились в источник нестабильности, поэтому жизнеспособными стали группы, состоящие из пар. Так из полигамного брака зародился моногамный.

Моногамные семьи получили эволюционное преимущество. Менять половых партнеров стало невыгодно. Самки ухаживали за детенышами, а самцы приносили добычу. Новые возможности воспитания и улучшенное питание повысили способности детенышей. Размножение стало стратегическим проектом, который нужно планировать. Нужно было выбирать долгосрочного, а не просто привлекательного партнера.

Долгий проект партнерства впоследствии повысил роль самки – в 20 веке, когда она стала жить дольше мужчины. Долгим проектом должен рулить тот, кто дольше живет в проекте – семье… Женщина раньше по возрасту входит в семью и позже выходит из нее. А когда-то это был самец.

По схожей причине у кочевников в почете старики – аксакалы. Это имело практический смысл. Сотни лет назад раз в несколько десятков лет, вследствие циклических изменений климата, возникала необходимость вернуться на давно покинутые пастбища, иногда в сотнях километров. И никто, кроме некоторых стариков, уже не помнил: как туда возвращаться, где опасности, где водопой. Память аксакала содержала жизненно важную информацию для племени. А женщины не руководили перекочевкой и жили тогда меньше.

Первобытно-общинный строй, существовавший два миллиона лет, был основан на охоте и собирательстве. Ареал охотников и собирателей не превышал радиуса пешей доступности: утром на охоту и собирательство, а вечером вернуться с добычей – примерно 10 км. Площадь ареала первобытной общины, таким образом, составляла πR2 =3,14×100 км2=314 км2. Она, по всей видимости, могла прокормить порядка 150 предков человека. Потому что примерно столько могли обеспечить себе безопасность, например, от стаи волков. На протяжении этих двух миллионов лет и была сформирована привычка / потребность иметь общение со 150 своими сородичами, что гарантировало безопасность и выживание.

При переходе к сельской жизни размер общины увеличился до нескольких тысяч человек. При бо́льшем размере поселения становилось далеко добираться до своего участка земли. Здесь 150 человек – это «квартал». Бо́льший размер поселения (город) был возможным, но не при сельском образе жизни. Совместная деятельность предков гомо сапиенс стала основой, на которой строились их отношения, любовь и привязанность друг к другу.

Выживали те, которые подавляли инстинкт. Расчетливый самец мог в случае жестокого обращения проявить покорность, но, выждав, стукнуть обидчика рубилом. Гены человека, победившего инстинктивную конфликтность расчетом, наследовались. Так возникла низкая примативность (Новосёлов).

На промышленном этапе ограничение на размер поселения снялось и, по историческим меркам быстро, размеры мегаполисов превысили 15–20 миллионов человек, но размер общины – число Данбара (гипотетический предел количества стабильных социальных отношений, зависящий от объема неокортекса) – остался прежним. Согласно расчетам Р. Данбара, оно считается равным 150. Когда размер поселения превысил размер общины в 100 000 раз и даже ранее, число Данбара стало стремиться к нулю: раз невозможно поддержание отношений со всеми – то и ни с кем. В мегаполисе не нужна стая для обеспечения безопасности и питания, их обеспечивают государство и бизнес. Люди не здороваются и даже не знакомы с соседями по лестничной площадке. Это катастрофически увеличило число одиноких людей. К 2020 году число живущих за пределами страны рождения или гражданства, вместе с внутренне перемещенными лицами, достигло 325 миллионов человек. Два миллиона лет привычки / потребности иметь общение со 150 своими сородичами никуда не исчезли. Вследствие этого возник большой психологический дискомфорт. Люди в трехпоколенной семье из 10 человек на отдельном хуторе менее одиноки, чем холостой мужчина в городе с населением 20 миллионов человек.

Мегаполис – это место, перенаселенное одинокими людьми.

Мужчина тем больше привлекает женщин, чем выше его ранг. Согласно Протопопову, решающим компонентом рангового инстинкта (потенциала) является уверенность в превосходстве – возможно, ничем не подкрепленная. А также: агрессивность, склонность инициировать конфликты; способность выдерживать их; неуступчивость. Настойчивость – признак жизнеспособности и психологической устойчивости. Противопоставлять себя другим может лишь высокоранговая особь.

В определении рангового потенциала настораживает эта «ничем не подкрепленная уверенность», или, по-простонародному, «вшивая спесь». Последняя является признаком эгоцентризма, у женщин называемого стервозностью. И это вряд ли имеет отношение к уровню рангового потенциала.

Мужчин, воображающих себя крутыми, много среди силовиков. Личные качества (ранг) там заменяют знаки различия.

«Вшивая спесь» имеет отношение к высокой примативности, а не к высокой ранговости. По Протопопову примативность – это сила инстинктов относительно рассудочно-мотивированного поведения. Чем выше уровень примативности, тем более человек является рабом эмоций. Эмоциональность теснейшим образом связана с инстинктивностью. Примативность имеет косвенное отношение к интеллекту, культуре и темпераменту.

Но рассудочно-мотивированное поведение – отнюдь не константа, как следует из трудов Протопопова и Новосёлова. Поэтому относительная сила инстинктов – тоже не константа. Следовательно, ранжирование индивида по примативности – тоже не константа! Мы рождаемся высокопримативными, а к зрелости – в результате воспитания, самовоспитания и мудрости – становимся низкопримативными. Чем дольше живем – тем больше контраст между стартовой и текущей примативностью.

Система наказаний / воспитания для того и создана государством, чтобы сокращать в обществе долю высокопримативных (антиобщественных) элементов.

Вообще-то еще лет сто назад система наказаний была с точки зрения эволюции более эффективной, чем современная. Но концепция прав человека взяла верх над концепцией общественного блага.

Высокоранговые и высокопримативные – это люди, уважающие себя, но не уважающие других: политики, уголовные авторитеты, бизнесмены.

Высокоранговые и низкопримативные – это люди, уважающие себя и других: ученые, художники, интеллигенция.

Низкоранговые и высокопримативные – это люди, не уважающие себя и других: силовики, хулиганы и мелкие артисты.

Низкоранговые и низкопримативные – это люди, не уважающие себя, но уважающие других, легко манипулируемые: подкаблучники, «мужчины советского типа».

Новосёлов считает, что высокоранговый низкопримативный активен и обучаем, на нем стала держаться цивилизация.

Слишком быстрое по биологическим меркам укрупнение сообществ вследствие развития материальной культуры в последние несколько тысячелетий породило нехарактерные условия существования. А именно – сытость и безопасность в условиях социума. И не было времени, чтобы приспособиться (Новосёлов).

Оказалось, что человек может выжить в мегаполисе в одиночку социально-экономически, но не может выжить социально-психологически и даже биологически (суициды).

Беда человечества состоит в том, что оно спесиво отрицает влияние инстинктов на отношения мужчин и женщин, называя это биологизацией «высоких» эмоций.

1.2. Предпосылки любви и секса

Мужчины влюбляются и женятся от инстинктивного страха остаться вне стаи и погибнуть.

С рождения человек обычно окружен положительными эмоциями. На смену эмоциям родителей приходят эмоции друзей. Гомо сапиенс мог выжить только в стае. Смысл друзей в ощущении: «Я не один, я выживу!». После школы друзья разъезжаются. Если он поступает в университет, эмоции от друзей длятся еще четыре-пять лет. Поэтому-то люди без высшего образования заводят семью на четыре-пять лет раньше. После университета эмоций становится еще меньше: друзья заняты семьей. Пора создавать свою стаю – семью. В силу возраста повышается гормональный уровень и человек ищет любовь, решая гормональные и эмоциональные проблемы.

Когда мужчина спит один – ему тревожно. Он ведь эволюцией заточен на безопасность – подстраховать некому. Спящий одиноко ощущает себя изгнанным из стаи, обреченным на гибель. И вот эта тревожность «спящего одиноко» исподволь подтачивает психику. Не может нормальный мужчина решить эту проблему, живя с другом – люди не поймут…

Этот вид инстинкта используется государством в виде ограничения общения и наказания одиночеством – тюремным заключением. Одиночная камера и келья, оказывается, не лучшее место для мужчины…

Дефицит общения, психологический вакуум после школы / вуза ускоряют появление любви. Этот вакуум быстро преобразует отношения с более-менее пригодным объектом в любовь. Гормональный пожар «тушится керосином» феромонов – и вуаля: вспыхивает любовь!

Любовь – это лирика с лавровым венком физики, а страсть – это физика с фиговым листком лирики.

Жизнь в мегаполисах дорогая, недоступная для молодежи и создания семьи. Поэтому одиноких женщин и мужчин всё больше. Эмоциональный вакуум плюс тревожность «спящего одиноко» – это симптомы мужчины в мегаполисе. Именно с появлением мегаполисов появились мужчины-маньяки…

Эмоциональная пустота вызывается отсутствием рядом близкого человека другого пола. Это отсутствие психологически давит на инстинкт самосохранения: удастся ли продолжиться в будущее посредством потомства? Даже если потомство уже есть. И нет эмоциональной силы, опустошающей сильнее. Инстинкт самосохранения всё-таки. Любовь вторгается в человека с силой, пропорциональной эмоциональной пустоте и тревожности внутри него.

Сила любви человека является обратной стороной его внутреннего ослабления.

Чтобы реализовать сексуальную потребность и инстинкт самосохранения, мужчина осуществляет с приемлемой и доступной для него женщиной прелюдию и половой акт.