Собаки тоже ЛЮДИ
- -
- 100%
- +
– Сердце такая штука… – врач неопределённо повертел рукой. – Но, ничего, ничего. Не принимайте и Вы близко к сердцу, – глядя во встревоженные глаза Веры, сказал он. – Всё уладится.
Прошло несколько дней. Виктору становилось только хуже.
– Кто такая Окси, Ропси или что-то в этом духе? – однажды, неожиданно, спросил Веру доктор.
– А откуда это?
– Да я вчера дежурил ночью по отделению, подходил к Вашему мужу. А он мечется по кровати и всё их зовёт.
– Может быть, Рокси?
– Да, да! Мне кажется, что так. А кто это?
– Наша собака, доберман.
– И что с ней, что он так о ней волнуется?
– Да вы представляете, доктор, мы, уезжая с мужем в отпуск, оставили её у одной женщины, а когда приехали, то собака нас не приняла. Обиделась.
– И как муж принял это?
– Сильно расстроился.
– Ну, ну! —
– Да вот, в принципе, и всё.
– И давно всё это произошло?
– Да больше месяца назад.
– А что собака?
– Да не знаю. Мы у неё давно не были.
– Вы, или муж?
– Вместе мы у неё давно не были.
– А он сам мог к ней ходить?
Вера внимательно посмотрела на доктора. Она давно почувствовала, что что-то с Виктором не так, но связать это с его тайными посещениями Рокси она не могла.
– Наверно, – тихо ответила она.
– Вам надо сходить к Вашей собаке. Посмотреть, что там происходит. И потом скажите, пожалуйста, мне.
– Хорошо! – сказала Вера и встала, чтобы идти.
– А муж как относился к собаке? – вдруг спросил доктор.
– Он очень любит её, – повернувшись к нему, ответила Вера. – Да и она его тоже, – голос Веры сорвался.
– Ну, хорошо, хорошо, – заторопился врач.
Вера прямо из больницы пошла к Дарье Семёновне и неожиданно догнала её по дороге к дому. Поздоровались.
– Тёть Даша, а Виктор давно у вас был?
– Да несколько дней назад.
У Веры заболело сердце. Она остановилась.
– И что Рокси?
– Да ничего. Как всегда отвернулась. – и Вера увидела, как на глаза тёти Даши навернулись слёзы.
– Что случилось?
– Умирает Рокси. Ничего не ест и умирает.
– У меня муж тоже умирает. Врачи ничего сделать не могут.
Тётя Даша с ужасом смотрела на Веру.
– Это они оба от разлуки умирают, – тихо прошептала она. – Надо что-то делать. Пойдём, милая домой.
Войдя в комнату, Вера увидела Рокси лежащую не на большой, а на старой маленькой её подстилке. Это была не собака, а сплошные кожа да кости. Во рту она держала резиновый мячик, которым они всегда так весело играли с мужем. В Рокси жили только глаза.
Вера встала перед собакой на колени и, тихо плача, начала разговаривать с ней.
– Роксичка! Девочка наша! Ты прости нас, пожалуйста! Мы действительно любим тебя. Мы же не знали, что ты так на нас обидишься. Мы же уезжали не навсегда, а на время. Не умирай и не забирай нашего папу. Она нежно гладила собаку по гладкой, чёрно-коричневой голове, и слёзы капали на лапы лежащей перед ней Рокси.
– Смотри, – произнесла, стоящая за Верой, хозяйка дома.
Вера подняла к ней заплаканное лицо. Тётя Даша показала рукой на Рокси. Вера посмотрела на собаку и увидела, что её маленький, плоский хвостик виляет, как было тогда, когда она видела своих хозяев и радовалась их приходу.
– Она рада тебе, – срывающимся голосом сказала тётя Даша. Вера наклонилась и, приподняв морду собаки, поцеловала её. В ответ Рокси положила ей в руку резиновый мячик, затем тяжело вздохнула и закрыла глаза.
В кардиологии был переполох. У Виктора остановилось сердце, и реаниматоры упорно старались его «завести».
«Нет! – шептал про себя лечащий врач, – Нет, дорогой мой! Я тебя твоей собаке не отдам!». Он уже на сто процентов был уверен, что все осложнения у Виктора от переживаний из-за их отношений с собакой. Такого случая в своей практике он не видел, но чего в жизни не бывает. Они оживили Виктора. Сердце забилось сначала слабенько и робко, но потом стало набирать обороты. Пульс наполнился, и сердце заработало ровно.
– Чёрт те что происходит с этими больными, – удивлённо сказал реаниматолог. – только что сердце было ни к чёрту, а тут…! – Он махнул рукой и, снимая перчатки, вышел из палаты.
– Доктор! Там жена больного пришла, – сказала вошедшая в палату медсестра.
– Скажите ей, что я сейчас выйду. Да не пугайте там её. Всё уже в порядке.
Вера со страхом смотрела на идущего к ней доктора. Она уже знала, что мужу стало плохо. Но насколько плохо? И тут она увидела, что идущий к ней врач улыбается. Слёзы полились из Вериных глаз, она опустила голову и доктор, подойдя к ней, стал гладить её по голове, как маленькую, тихо говоря: «Всё хорошо, всё уже совсем хорошо! Не надо плакать!»
– Доктор, – спросила она – а было совсем плохо?
– Да! Мы думали, что всё, не спасём.
– Это она его отпустила, – и Вера снова заплакала.
– Кто, она?
– Рокси! Собака Рокси! Она его простила и не взяла с собой.
– Что?! Собака умерла? Когда?
– Час назад. Я ходила к ней. Просила её простить нас.
Доктор с удивлением смотрел на Веру: «Прямо чертовщина какая-то происходит», – повторил он про себя слова реаниматолога!
А Вера сидела и плакала, опустив голову на свои колени.
Виктора перевезли в свою палату. Он спал. Ему снилась Снежная долина, где они когда-то катались с Рокси на лыжах. В общем-то, катался он, а собака везла его по лыжне. Но довольны они были оба.
Потом он вдруг оказался на берегу реки Яны, куда они выезжали с друзьями и собаками на рыбалку. Затем он увидел себя в совершенно пустой белой комнате, сидящим на вертящемся Роксином стульчике для кормёжки. Перед ним лежала маленькая Роксина подстилка, на которой, неожиданным образом оказалась, сидящая Рокси. Она глядела ему в глаза.
– Я не обижаюсь на вас, – услышал он в своей голове. – Мне было плохо и больно без вас. Но я люблю вас. Не сердитесь на меня, но такие мы собаки обидчивые ЛЮДИ. Не предавайте своих близких и друзей! Никогда не предавайте!
Виктор, всхлипнув, тяжело вздохнул во сне. Он потянулся к Рокси, чтобы погладить её, но она исчезла. А на полу лежал её резиновый мячик. Он попытался взять его, но у него не получилось. Он повторял свою попытку раз за разом, но ничего из этого не выходило.
Сидящая рядом с ним Вера увидела, как из глаз спящего Виктора выскользнула и скатилась по щеке слеза. Пальцы руки что-то пытались найти. Она достала из своей сумочки Роксин резиновый мячик и вложила его ему в руку. Виктор сжал его и улыбнулся во сне.
Рассказы о спорте
1. ГОНКА
Глава I
Звонок раздался поздним вечером, когда Валентин уже собирался ложиться спать. Звонил, судя по прерывистым звонкам, междугородний телефон.
Он взял трубку и услышал на другом конце телефонного провода Галину Шлыкову из федерации лыжных гонок Спорткомитета России.
– Здравствуйте! – громко прокричала она.
– Я вас приветствую.
– Госкомспорт формирует группу специалистов на чемпионат мира по лыжным гонкам в Лахти. Предлагают поехать Вам и Вашему государственному тренеру по лыжным гонкам.
– И сколько это «удовольствие» будет стоить на человека?
– Пятьдесят процентов оплачивает Госкомспорт, а пятьдесят Вы.
– Так сколько будет эти пятьдесят процентов?
– Порядка тысячи рублей.
– Когда давать ответ?
– Вчера! – Галина засмеялась и добавила, – Чего там думать! Я вас с Поликарповым уже внесла в списки. Я правильно сделала?
– А Вы сомневаетесь?
– Нет! Нисколько.
– Тогда, спасибо!
– Теперь о деле. Ваш заграничный паспорт в Госкомспорте есть?
– Да.
– Тогда Виктору Дмитриевичу необходимо быстренько оформить выездные документы и направить их к нам в международный отдел со ссылкой: «Чемпионат мира в Лахти».
– Хорошо, сделаем!
– Ну, всё! Там у вас ночь?
– Да, вроде того.
– Тогда, спокойной ночи.
– Спасибо!
Положив трубку, Валентин прошёл из прихожей в рабочий кабинет, сел к столу и, достав из кейса календарь спортивных международных мероприятий на год, стал искать раздел «Лыжные гонки». Найдя его, он открыл страницу, где было написано: «Чемпионат мира по лыжным гонкам, Лахти, Финляндия».
В состав национальной сборной команды страны входили два спортсмена области и это, по всей вероятности, стало поводом для включения его и государственного тренера по лыжным гонкам областного спорткомитета в состав делегации. Валентин работал председателем этого Северного областного комитета по физической культуре и спорту, и два года его спорткомитет осенью принимал на учебно-тренировочный сбор Национальную и молодёжную сборные команды СССР по лыжным гонкам.
На Снежной долине, располагавшейся в двадцати шести километрах от города в уютной горной долине, снег выпадал с начала октября и, по заверениям тренеров сборной команды страны, были созданы все условия для проведения учебно-тренировочного сбора на первом снегу.
Впервые такой сбор был проведён здесь осенью 1987 года, в предверии зимних Олимпийских игр в Калгари. Те игры были одними из самых результативных для наших лыжников, в чём, несомненно, была «вина» и их Северной территории.
Главный тренер сборной команды страны Виктор Александрович Иванов, встретившись после Олимпийских игр с Валентином в Москве, со смехом рассказывал ему, как на одной из пресс-конференций, после очередного выигранного нашими лыжниками золота, журналисты настойчиво допытывались у тренеров сборной, куда они пропали в период с середины октября до середины ноября? Зарубежные специалисты отслеживали подготовку нашей сборной, но ни в одном из традиционных мест первого сбора на снегу наших лыжников не оказалось.
Смеясь, Иванов объяснил им, что найдены идеальные условия подготовки лыжников в Северной области. И что там, несмотря на пугающие всех разговоры о страшных морозах, есть отличное местечко, Снежная долина, где можно прекрасно и очень результативно тренироваться как осенью, так и весной.
Валентин захлопнул календарь. «Надо идти спать. Завтра, то есть сегодня, обрадую Дмитриевича».
Утром он сообщил приятную новость гостренеру, и тот помчался оформлять выездные документы.
В определённое время они прибыли в Москву, поселились в гостинице «Спорт» и поехали в отдел зимних видов спорта Госкомспорта СССР, где, в принципе, и была федерация лыжных гонок страны.
Выезд в Финляндию был назначен на семнадцатое марта с Ленинградского вокзала. Но, шестнадцатого они забежали в Госкомспорт России. Там Валентин договорился о встрече с его председателем – Виталием Георгиевичем Смирновым.
В шестнадцать часов они были у председателя в кабинете.
– Приветствую, приветствую тебя Валентин Николаевич, – встретил их хозяин кабинета, вставая из-за стола. – Какими судьбами Вы в Москве? Не балует Северная территория нас своими посещениями.
– Да вот решили прокатиться на чемпионат Мира по лыжным видам спорта. Это наш государственный тренер по лыжным гонкам Виктор Дмитриевич Поликарпов – представил он Поликарпова.
Они пожали друг другу руки и, когда расселись за столом, Смирнов спросил:
– А едете-то туда зачем?
– За золотом, – ни секунды не колеблясь, ответил Поликарпов. – Там у нас два человека будут выступать в лыжных гонках. Уж одно-то золотишко надо бы нам взять. Тем более, что это первый опыт нашего выступления на таком уровне.
– Очень надеемся на успешное выступление Лены Вяльбе, – добавил Валентин, – Попадёт в эстафету – обязательно будет золото. Хотя и от любой другой медальки не откажемся.
– Ну, что же, это хорошо, когда есть уверенность в конечном результате. Вы, говорят, у вас дома какие-то чудесные условия создаёте для наших лыжников? Я говорил с Ивановым, он просто в восторге и от условий для тренировок и проживания. А особенно отмечал ваше к ним отношение. Это по-государственному! Кто же кроме нас самих будет заботиться о сборной команде? Молодцы! – повторил Смирнов.
Затем они минут тридцать говорили о делах в области, а в конце разговора Смирнов поинтересовался:
– Просьбы какие-нибудь есть?
– Есть Виталий Георгиевич. Едем на чемпионат Мира, а подходящей одежонки нет. Думали, что Госкомспорт страны экипирует всю группу, но там к этому подошли по-философски. Каждый едет, в чём может. Так что мы совсем без верха остались.
– Так, – Смирнов нажал кнопку. Когда в кабинет вошёл его помощник, он сказал ему: «Позвони на базу Шаповалову, пусть там прилично оденут и обуют этих хлопцев с Севера, и доложат мне, как они это сделают. За пятьдесят процентов стоимости. А вернее так: привезёте золотую медаль – экипировка ваша. Просто медаль – пятьдесят процентов. Без медали – всё за ваш счёт. Идёт?» – он хитро посмотрел на Валентина.
– А почему бы нет?
– Ну, тогда по рукам!
Когда визитёры вышли из кабинета, Смирнов, немного подумав, снял телефонную трубку, набрал номер директора спортивной базы Росспортпрома и сказал ему, что все расходы по экипировке Михеева и Поликарпова Госкомспорт России берёт на себя. «Вот так, – сказал он сам себе. – И это правильно!»
Семнадцатого утром в номере гостиницы, где остановился Валентин, зазвонил телефон.
– Алло! Валентин Николаевич?
– Да! Кто говорит?
– Это из организационного отдела Госкомспорта России. Мы узнали, что Вы в Москве и нам необходимо встретиться.
– А что за вопрос? Я сегодня уезжаю в Финляндию и у меня есть свои дела.
– Мы в курсе дела и надолго Вас не задержим. Это касается годовых статистических отчётов.
– А по телефону эти вопросы решить нельзя?
– Ну, если Вы по телефону можете поставить отсутствующую на Вашем отчёте подпись, то давайте решать. Но, и кроме этого есть вопросы по отчёту, а конкретно, по нашим контрольным цифрам.
– Хорошо, сейчас подъеду.
Одевшись, он зашёл в номер к Поликарпову.
– Виктор! Меня вызвали в Госкомспорт России. Что-то там с годовым отчётом. Ты один прогуляйся по Москве. Посмотри какие-нибудь сувенирчики, и купи на меня горячительного. А то, боюсь, не успею.
– Да я тоже должен тут «слетать» в Подмосковье, в город Одинцово, в гости к однокласснице. Вчера созвонились. Могу тоже не успеть по магазинам. Но если да, то чего брать-то? Впервые еду за границу, не то, что некоторые. – Виктор засмеялся.
– А чего там гадать? Купи литровые «Пшеничной». Штуки по две на человека хватит. Тем более что за границу пропускают только по две бутылки. Ну, там колбаски, хлебца, сырочку. Да, что я тебя учу? Сам разберёшься.
– А если не успею?
– Ну, тогда я постараюсь затариться на двоих. Пока, пока! Встретимся на вокзале.
– Пока, пока!
На удивление, в Госкомспорте все дела решились быстро, и Валентин всё же пробежался по магазинам. Чтобы застраховать себя от неожиданностей, он купил четыре литровых бутылки водки, на себя и Виктора, различной закуски и, довольный сам собой, явился на вокзал. В зале ожидания они встретились с Поликарповым, который, чтобы не разочаровывать своего руководителя, отказался от поездки в Одинцово, а сосредоточил всё своё внимание на выполнении магазинного задания.
Теперь они оказались перед фактом явного перебора горячительного и невозможности изменения ситуации. Нет, вариант был, конечно, к примеру, оставить половину купленного в камере хранения. Но это не вписывалось в их жизненный опыт. Поэтому, так ничего другого и не придумав, они решили взять всё с собой, а там, мол, посмотрим.
Объявили посадку на поезд. Найдя свой вагон и купе, путешественники обнаружили там уже сидящего попутчика. Черноволосый, коренастый, пожилой мужчина представился – Иван Утробин.
Валентин и Виктор переглянулись. Перед ними сидела легенда лыжного спорта, бронзовый призёр далёких Олимпийских игр и чемпионатов Мира шестидесятых годов в эстафетных гонках.
– Валентин Михеев – председатель Северного облспорткомитета, – представился Валентин и, пожимая руку Утробину, подумал: «Повезло с попутчиком».
– Виктор Поликарпов, – раздалось сзади, – гостренер по лыжным гонкам этого же спорткомитета. – К столу протиснулся Виктор и тоже пожал ветерану руку.
– Как Красногорск? – спросил он.
– А чего с ним будет? Стоит на месте, – ответил Утробин.
– Я имею в виду красногорскую гонку? Получается?
– По-разному. Но, в основном, всё катит.
Утробин сел, а Виктор пояснил Валентину, что тот ежегодно готовит Всесоюзную лыжную гонку. Готовит здорово, и все надеются когда-нибудь провести там этап Кубка мира по лыжным гонкам.
В дверь купе постучали, и на пороге объявился четвёртый пассажир. Им оказался тренер олимпийского чемпиона семидесятых годов Юрия Крюкова. Познакомились. Попутчики с удивлением смотрели на то, как Валентин и Виктор рассовывали бутылки по сумкам.
– Не многовато? – с улыбкой спросил Утробин. – На границе таможенники пропустят только литр. Я частенько езжу в Финляндию. Местные таможенники лютуют.
– А как же две бутылки?
– Так две пол-литровые, а не ваши «гуси»! Да у вас и по две явный перебор.
– Ситуэйшин! Что делать будем? – Виктор посмотрел на Валентина.
– А чего делать? Ничего! Сейчас плотно поужинаем, а там…, – Валентин неопределённо покрутил рукой. – Там жизнь покажет.
За разговорами время пролетело быстро. Поезд мягко отошёл от платформы.
– Ну, слава богу, поехали! Давайте ужинать. Дмитриевич, накрывай стол!
– Тогда в складчину, – подключился тренер Юрия Крюкова. – У меня тут домашние харчи есть. Вот, к примеру, малосольненькие огурчики, копчёное мясцо. Подойдут огурчики?
– Чего спрашивать. Видите, водочку открываю, – отреагировал Виктор.
– Я тогда за стаканчиками, – объявил Утробин и вышел из купе.
«Что у нас есть из закуски?» – Валентин достал из сумки нарезанную в магазине колбасу, хлеб, банку шпрот, большой кусок зельца, сыр. Почти такой же набор вывалил и Поликарпов. Добавили копчёненькую рыбку и красную икорку.
– Даа! – протянул вернувшийся со стаканами Утробин, – широка душа северян! Этого нам не съесть и за неделю.
– Ничего, под водочку всё быстро пролетит.
Виктор разлил водку, и все посмотрели на Валентина. Тот, сидя, сказал: «Ну, за успех нашего совершенно безнадёжного дела!» За разговорами засиделись до двух ночи. Неоднократно к ним забегали попутчики из других купе. Угощали всех, но выпили, как выяснилось позднее, только бутылку.
В пять утра всех разбудил стук в дверь купе.
– Пограничный контроль. Предъявите, пожалуйста, документы.
Молоденький пограничник быстро проверил паспорта. «Счастливого пути и удачи на чемпионате!» – пожелал он, видимо сориентировавшись по Утробину. Следом за ним в купе зашёл и, окинув его быстрым взглядом, вышел таможенник.
– И это всё? – недоумённо спросил Поликарпов.
– Это только начало, – ответил Утробин. – Всё самое интересное впереди, – и он многозначительно посмотрел на багажную полку, где стояли сумки с водкой.
– А мы вообще-то где?
– Это, дорогой мой Виктор Дмитриевич, город Выборг. До тридцать девятого года – Финляндия.
Поезд дёрнулся и, набирая ход, пошёл к Финской границе. Через час они были на финском пограничном посту. Проверили паспорта. Всё в порядке. Раздался осторожный стук в дверь, и на пороге появилась финка средних лет в таможенной форме.
– Здраствуйтэ. Тамошенный контрол.
– Здравствуйте, – в разнобой ответили путешественники.
– Запрэщённые к профозу прэдмэты эст?
– Нет, – раздалось стройнее.
– Сколко весётэ вотки? – она внимательно посмотрела, почему-то на Валентина.
– Как и положено: по две бутылки, – глядя прямо ей в лицо, смело соврал он.
Она посмотрела в его «кристально честные» голубые глаза и, вдруг, сказала:
– Счастливого пребывания в Финляндии! – повернулась и вышла из купе.
– Спасибо! – в один голос поблагодарили присутствующие.
– Ну, Вы даёте, – выдержав паузу, восхищенно произнёс Утробин. – Впервые вижу такие чудеса. Чтобы финский таможенник и не проверил сумки? Фантастика!
– На том и держимся! – ответил Валентин, и добавил, – На честности!
Все «заржали», а Виктор, вдруг, достал из своей сумки пол-литровую бутылку водки, и предложил это дело обмыть.
– Откуда поллитровка-то? – уже удивлённо спросил Валентин.
– Оттуда! А вдруг бы она попросила показать поллитровки? Что бы тогда было? Вот я и купил, прицепом, четыре пол-литровые бутылки.
– Ну, силён, – сказал Фалеев, и все снова засмеялись.
После того, как «поправили» здоровье и помогли это сделать попутчикам, все вновь улеглись спать. Проснулись перед самым приездом. Быстренько собрали вещички и выскочили на перрон вокзала. Там группу ожидал гид и автобус, который отвёз их в небольшой финский городок Коувола. Он располагался в тридцати километрах от Лахти.
Гостиница, где группу разместили, оказалась небольшой, но очень уютной. Завтрак – шведский стол, что позволяло запастись бутербродами с колбасой и сыром. Ужин проходил тоже в гостиничном ресторанчике. А вот обедом, в дни проведения гонок, должны были обеспечивать по ходу соревнований в Лахти. Но сегодня обед их уже ждал.
После него все поехали в Лахти ознакомиться с местом проведения чемпионата.
Это был тоже небольшой и очень ухоженный городок с большим городским рынком на центральной площади города. Уж чего-чего, а сувениров здесь было огромное количество. Правда, и цены «кусались». Здесь им встретился врач сборной команды по лыжным гонкам. Встретив северян, он бросился к ним и сразу же ошарашил: «Приветствую вас! За медальками приехали? Не без оснований, не без оснований! Серёга Кичкин в такой потрясающей форме, прямо ужас! Он на прикидке в Бакуриани привёз всем, даже Володьке Смирнову. Это будет чемпионат Серёги. Я вам говорю!» 5
– Постойте, постойте! А Ленулька как?
– А что Ленулька? Побежит, куда денется! Здорова. Настроение отличное. Так что завтра мы им тут устроим образцово-показательное выступление!
– Тьфу, тьфу, тьфу, – Валентин сплюнул через левое плечо. – Не «накаркайте» Александр Николаевич!
– Нечего и каркать. Завтра всё сами посмотрите.
– А вы нам стартовый протокол дадите? – спросил доктора Поликарпов.
– Почему бы нет? Вы полдесятого подходите к входу на стадион, там и увидимся. Договорились?
– Конечно!
– До завтра! Я побежал. – И он быстро скрылся за лотками с сувенирами.
– Ну что, вроде бы и не зря приехали, если верить доктору?
– Подождите, Валентин Николаевич, гонка всё покажет, – остудил председателя Виктор. – Мы предполагаем, а судьба располагает.
Утром, в красно-белых куртках, таких же комбинезонах и дутышах, они быстрее всех выскочили из автобуса, привёзших всех в Лахти, и к назначенному времени были у входа на стадион. 6
Подошёл немного задержавшийся доктор. Выглядел он не таким весёлым, как вчера. Без энтузиазма передал северянам стартовые протоколы мужчин на тридцать километров.
– Что случилось?
– Да, ваш Серёга – сумасшедший! Он вчера, видите ли, «в душе прогрелся!» Потом прошёлся голыми ногами по бетонному коридору общаги, как Иисус Христос по морю – «аки посуху».
– Ну и что?
– Ну и ничего! Ничего теперь не будет! Лежит с температурой под сорок – балбес!
– Он что, совсем того, «поехал», – Валентин покрутил пальцем у виска. – Или у вас там, в сборной, шутки такие?
– Шуток здесь мало, Иванов просто в бешенстве. Помимо того, что Серёга не может выступить в индивидуальных гонках, он, практически, развалил всю эстафетную команду. Ведь он коронный стартёр! – И, махнув рукой, доктор пошёл к домику сборной команды страны.
Такие новости не прибавили настроения. Но, надо было идти на трассу и выбрать себе место, где было бы удобно смотреть гонку. Тем более что зрителей изрядно прибавилось, и подходили всё новые желающие увидеть предстоящее зрелище не по телевизору, а живьём.
Шли маленькие и большие дети, взрослые и, совсем пожилые, если нестарые, люди. Все они были одеты в яркие разноцветные куртки, шапочки, шарфы. Эта гамма цветов создавала праздничное настроение. Способствовало этому и появление среди зрителей великих, в прошлом, спортсменов. Здесь были финн Юхо Миетто, норвежец Эдвард Бро, швед Магнуссон, другие знаменитые лыжники. Они с удовольствием фотографировались с поклонниками лыжных гонок, а, при фотографировании с детьми, усаживались для этого прямо на снег. В воздухе витал дух большого красочного праздника.
Организаторы проложили лыжные трассы так, что они петляли рядом со стартовым городком, и можно было, перебегая с места на место, несколько раз за гонку видеть лыжников. Перед выкатом на финиш, лыжня делала петлю и уходила вниз под лахтинский трамплин. Там был небольшой, но очень крутой подъём, на котором, практически, и решалась судьба гонки. Лыжники попростому называли его «заглотыш». Вот уж действительно, как заглотнёшь его, то и получишь на финише. А сам финишный участок шёл под горку, затем лыжник выкатывался на лыжный стадион и, делая по нему почти круг, финишировал у трибуны со зрителями. Места на трибуне стоили немалых денег.