Дервиш-паша - визирь Османской империи. Книга 3. "Новая эпоха"

Глава 1. Кара Мустафа.

По маленьким улицам Стамбула бежал, не разбирая дороги, тринадцатилетний юноша, зажимая в руке булку свежевыпеченного хлеба. На молодом человеке была оборванная одежда, а на ногах практически развалившиеся башмаки. Он бежал со всех ног, время от времени, чуть не натыкаясь на прохожих, но молодость позволяла ему молниеносно реагировать, и парень чудом не налетал на препятствия. За юношей неслись стражники. Дело в том, что этот молодой человек украл на рынке у булочника выпечку, а теперь пытался скрыться. Воришка повернул в узкую улочку и ещё один шаг отделял его от столкновения с девушкой, но он остановился, как вкопанный.

– Ай, – вскрикнула хатун.

Оглядевшись по сторонам, парень понял, что если девушка не посторонится, то ему не пройти мимо её. Но юная красавица не собиралась уступать дорогу. Поняв, что он попался, парень сглотнул ком подступивший к его горлу. Девушка окинула взглядом нищенку и, прищурив глаза, лукаво улыбнулась. Затем она одним движением схватила его за лохмотья и с силой, несмотря на всю свою видимую хрупкость, впечатала его в стену. Девушка сделала шаг вперед. Стражники к этому времени подбежали к проулку и, увидев хатун, остановились.

– Хатун, ты не видела воришку? – спросил один грозный страж.

Молодой человек так и стоял у стены, плотно прижимаясь к камням. Благодаря тому, что у стены ближе к преследователям был выступ, юношу нельзя было увидеть, если, конечно, они не пройдут дальше в проулок.

– Видела. Он чуть не сбил меня с ног. Этот оборванец пробежал вправо к тем домам, – и хатун указала рукой в другую сторону.

– Спасибо, – ответил ага, и стражники побежали в направлении указанном девушкой.

Спасительница обернулась к бродяге, прожигая его карими глазами.

– Я сохранила твою руку, – сказала дерзкая красавица, – за воровство её бы тебе отрубили…

– Что же я тебе должен в ноги упасть, благодетельница… – со злостью буркнул воришка.

– Как ты смеешь, я сейчас крикну их, и они арестуют тебя.

– Твоя воля… – гордо ответил бродяжка и выпрямился во весь рост.

Высокий черноглазый брюнет был на голову выше маленькой хатун и, несмотря на грязь на его лице было видно, что он достаточно симпатичный. Его руки тряслись толи от холода, толи от продолжительной гонки.

Вдруг послышались крики и молодые люди поняли, что это возвращаются стражники.

– Иди вперед, – властно повелевала девушка и указала дорогу оборванцу.

Парень не стал спорить и пошагал быстрым шагом. Когда они вышли из проулка, девушка окинула улицу взглядом и показала юноше идти к огромному дворцу. Подойдя к воротам, хатун постучала.

– Кто? – послышался голос с другой стороны.

– Мирей.

Ворота тут же открылись, и девушка мотнула парню головой в сторону дворца. Нищенка понял её без слов и подчинился. Войдя в огромный сад, бродяга попытался оглядеться вокруг, но не сумел, потому что девушка ткнула его в бок.

– Хватит глазеть, иди вперед.

Парень не сопротивлялся и, опустив глаза, пошел впереди хатун. Они завернули за угол.

– Мирей, – послышался громкий голос. Парень обернулся и увидел, как девушка вся сжалась в комочек и закрыла глаза. Хатун резко обернулась и посмотрела на человека, окрикнувшего её. Воришка не мог увидеть, кто позвал девушку, так как он был за стеной, но он отчетливо слышал его.

– Что это значит, хатун? Кого ты привела? – закричал на девушку мужчина, – я не понятно вам всем объяснил, чтобы на территории не было посторонних?

– Господин, простите меня, я… я…

– Немедленно выведи его из дворца.

– Господин, позвольте… – тихо лепетала девушка.

– Я вижу, ты не поняла…

– Не смейте, – выйдя из-за угла, сказал юноша, – не смейте так разговаривать с девушкой…

Дервиш оглядел оборванца и, представив эту картину со стороны, засмеялся. Зная то, что наставника султана боятся, даже сильные мира сего, хатун в страхе смотрела, то на парня, то на пашу. Молодой человек выпрямился в полный рост, и Дервиш сурово посмотрел на него. Очень худой, высокий парень, несмотря на всю свою молодость и проворность, вряд ли мог противостоять крепкому визирю, и одного удара капудана хватило бы, чтобы успокоить наглеца.

– Я не позволю Вам ага обижать хатун, ведь она ни в чем не виновата.

– Замолчи… – зашипела на юношу Мирей и опустила голову вниз.

Парень ничуть не испугался своего поведения, но, взглянув на свою одежду, вдруг понял, как он должен выглядеть в глазах этих людей.

– Мирей, отведи его в дальние комнаты западного крыла, – строго приказал паша, – и пусть сидит тихо и никуда не выходит, вечером я приду и поговорю с ним.

– Слушаюсь, господин, – поклонилась девушка.

– Жди меня, – пригрозил парню указательным пальцем капудан, – если посмеешь уйти, из-под земли достану.

Юноша проводил визиря пылающим от гнева взглядом.

– Иди, что застыл, – приказала хатун и вновь ткнула парня в бок.

– Кто этот ага? – поинтересовался бродяжка.

– Не твоего ума дело… – фыркнула хатун, – тихо ты… Ничего не спрашивай и хватит смотреть по сторонам.

Парень невольно пытался рассмотреть сад и дворец, но назойливая «стражница» подгоняла его и что-то бурчала себе под нос. Дойдя до дальних комнат хатун остановилась.

– Для начала сходи в хамам.

– Может, хватит мне указывать, что я вообще здесь делаю?

– Веди себя тихо…

– Мне это надоело, – парень схватил девушку за руку, но она тут же отдернула её и строго посмотрела на наглеца, – прости. Скажи мне хоть, что меня ждёт?

Мирей понимала, что оставлять парня в неведение до вечера жестоко.

– Если ты не собираешься всю жизнь нищенствовать и бродяжничать, если ты хочешь чего-то достигнуть в этой жизни, то доверься мне. Я привела тебя к человеку, который может изменить твою судьбу, если захочет, но тебе нужно доказать, что ты достоин этого…. Иди в хамам, я принесу тебе что-нибудь, чтобы ты переоделся.

Парень зашел в баню и вынул из ободранной сумы булку и с жадностью стал кусать её, проглатывая большие куски не разжевывая. Потом он скинул в себя лохмотья и пошел мыться. Мирей вернулась с одеждой и новыми башмаками. Пройдя в хамам, девушка увидела на скамейке обглоданную булку и одежду, которая больше походила на старые тряпки. Положив кафтан на лавку, хатун вышла в сад. Когда юноша вернулся из бани, он долго смотрел на новый наряд и боялся его надевать. Никогда раньше у него не было новой одежды и приходилось довольствоваться тем, что подадут на улице. В раннем возрасте албанец потерял родителей, и как другие мальчишки из бедных стран, был перевезен солдатами в Стамбул. Не желая подчиняться, парень вырвался из плена и стал скитаться, добывая себе пищу подворовывая на рынке.

Выйдя из бани, юноша преобразился. В новом кафтане и башмаках его уже нельзя было назвать нищенкой. Высокий парень с иссини-черными волосами и такими же глазами, был ещё красивей, чем показалось Мирей раньше и она отвела взгляд, поняв, что с интересом разглядывает его. Молодой человек увидел смутившеюся хатун и впервые внимательно посмотрел на неё. Хрупкая девушка с тонкими просвечивающими руками, с острым носиком и лицом, похожим на мордочку куницы, она смешно сжимала тонкие губы и прищуривала огромные глаза, когда в её голове назревал какой-то план. Черные вьющиеся волосы были убраны назад, но некоторые непослушные пряди беспорядочно падали на плечи. Закрытая, как маленький зверёныш, хатун могла быть и злая и добрая, но она, однозначно, была проворная и сильная, как успел убедиться юноша.

– Ты стал похож на человека, – засмеялась девушка, увидев, что парень пристально смотрит на неё.

– Что дальше?

– Пойдем, я покажу тебе твою комнату, – ответила Мирей и отвела молодого человека в дальние покои для слуг, – Я принесла тебе обед.

– Я не голоден, – возразил парень.

– Ага, я видела… – припоминая обглоданную булку, пробурчала девушка, – Как тебя зовут?

– Кара Мустафа.

– Откуда ты?

– Из Албании. Кто этот ага, которому ты служишь?

– Что ты заладил ага ага… – рассердилась девушка.

– Неужели бей? Или паша? – отчего-то рассмеялся Мустафа.

– Визирь совета Дивана, – рассержено ответила хатун и закусила губу из-за того, что сказала лишнее.

Парень сглотнул ком подступивший к горлу.

– Визирь? – робко переспросил он.

– Сиди здесь тихо, – приказала Мирей, не желая отвечать, – вечером решиться твоя судьба.

– Подожди, – Кара чуть коснулся руки девушки, пытаясь остановить её, – зачем твоему господину помогать мне, а может он меня отдаст судье, и меня накажут за воровство?

– На всё воля нашего всевышнего…

– Мирей… – с мольбой смотрел на неё Мустафа.

– Отдыхай, вечером узнаем, что будет с тобой.

Девушка улыбнулась и вышла из комнаты. Молодой человек огляделся вокруг. Просто обставленная комната была восхитительна. Юноше не приходилось ночевать в таких покоях, здесь было тепло и светло, а на столе стоял вкусный обед. Парень понял, что он всё ещё очень голоден и сел на подушки перед маленьким столиком, на котором стаял горячий суп.

Вечером приехал Дервиш-паша и позвал Мирей.

– Слушаю Вас, господин, – с почтением поклонилась хатун.

– Теперь расскажи, как попал сюда этот парень?

– Я шла с рынка, – быстро без остановок заговорила Мирей, – этот юноша, чуть не натолкнулся на меня. Он убегал от стражников, за ним гнались, потому что он украл хлеб.

– И ты привела вора в мой дом? – грозно спросил капудан.

– Паша, он очень проворный и я уверена, что из него можно вылепить, что угодно.

– О чем ты?

– Госпожа, сказала мне, что Вам нужен человек, который будет так же верно служить нашему повелителю, и я подумала…

– Ты подумала, – вдруг закричал паша, – ты подумала, что вор подойдет мне?

– Паша…

– Я не закончил. Ты думаешь, что вот этот… – капудан показал рукой в сторону дальних комнат, – достоин, заменить Махмуда-пашу? …

Глаза Дервиша горели огнем, боль от потери друга была ещё очень сильна и, возможно, паша был несправедлив по отношению к девушке.

– Паша… – на глазах Мирей появились слезы, но она тут же смахнула их.

– А может дело в другом? Этот бродяга приглянулся тебе!

– Нет, паша, что Вы… – хатун упала на колени и расплакалась.

Дервиш заходил по комнате, в нем боролись два противоречия. Если паша оставит здесь этого парня, то рано или поздно он увидит Хандан. Конечно, юноша, скорее всего, не встречал султаншу раньше и не сможет узнать, но Валиде часто посещала обители и приюты для бедняков, и парень мог видеть её. С другой стороны Дервишу действительно был нужен надежный человек и нет ничего лучше, чем воспитать такого человека самому, но будет ли толк в этом бродяге.

– Хорошо, – сказал Дервиш, – я дам ему шанс, но, если он подведет меня…

Капудан обернулся и увидел, что девушка, не в силах остановиться, плачет, толи от обиды, толи от страха перед грозным нравом паши.

– Мирей, к сожалению, не из каждого можно сделать сильного человека, а преданного сделать ещё сложнее…

– Паша, – встав и вытерев слезы, твердо проговорила хатун, – а Вы можете сделать из меня сильную и бесстрашную?

Паша засмеялся и положил свои огромные руки на её маленькие плечи.

– Ты гораздо смелее, чем думаешь. Но мой мир очень опасен и я не могу обрекать тебя на несчастную судьбу. Оставайся с госпожой, это для меня намного важнее.

Увидев, что Мирей успокоилась, Дервиш велел ей отвести его к гостю.

Глава 2. Опасность извне.

… Стамбул. Дворец Дервиша-паши.

Кара Мустафа после вкусного обеда прилег на кровать и не заметил, как уснул. События дня, сулившие перемены в его жизни, отразились на снах молодого человека.

Сон, который он увидел, был яркий и сказочный: «Кара Мустафа шел по огромному дворцу, а слуги почтительно кланялись ему. На нем был дорогой изысканный кафтан. Он шёл, высоко подняв голову, чувствуя свою силу и власть».

Мустафа проснулся оттого, что дверь покоев открылась, и в комнату вошёл Дервиш-паша. Визирь грозно посмотрел на юношу, который предстал уже не ободранным нищим, а статным молодым человеком. Капудан вспомнил слова Мирей, что из этого юноши можно лепить, что угодно.

– Мирей, можешь идти, – приказал Дервиш, желавший остаться с гостем наедине.

Хатун поклонилась и, бросив успокаивающий взгляд на молодого человека, удалилась.

Капудан сел на диван и начал свой допрос. Сначала паша недоверчиво осматривал юношу, но слушая его рассказ, визирь вспоминал свой жизненный путь, который был так похож на судьбу этого мальчика и стал смягчаться.

… Англия.

Пока в Османской империи происходили восстания, беспорядки с которыми султану Ахмеду помогал разобраться бесстрашный визирь Дервиш, в Европе тоже не всё было гладко. В Англии, со смертью королевы Елизаветы I, закончилось правление династии Тюдоров, и на престол взошёл король Шотландии Яков Стюарт. Однако у страны осталось много проблем. Слухи о готовящихся восстаниях дворянства и мятежах на религиозной почве охватили страну. Главный советник покойной королевы, лорд Роберт Сесил, убедил монарха, что фаворит Елизаветы сэр Уолтер Рэйли – государственный изменник. Суд над героем нации повредил популярности короля Якова I. Ситуацию ухудшили реформы государя, поддерживающего протестантов. Религиозные преобразования в католической стране, ущемили права бедных католиков. Недовольства против короля Англии нарастали…

… Октябрь 1605 года. Лондон.

Группа людей, проходившая по тёмной улице, перед зданием парламента, остановилась и о чём-то зашепталась.

– Томас, Вы должны арендовать помещение, вблизи здания парламента, – сказал человек с пронзительным взглядом, зрачки его зеленых глаз ушли в точку, и поэтому собеседнику показалось, что они могут прожечь в нем дыру.

– Я всё сделаю, маркиз.

– Скоро всё изменится, мы подчиним этот мир нашему великому Ордену, – без единой эмоции, произнес молодой человек.

Этим человеком был Антуан Куаффье де Рюзе, маркиз Д’Эффиа – то ли англичанин с французской фамилией, то ли француз, прикидывающийся англичанином. Молодой красавец с пугающим лицом, больше похожим на маску, которая могла принять любое выражение и любую эмоцию, в зависимости от ситуации. Окружающие его люди, прислушивались к нему, несмотря на то, что по возрасту он был младше их.

– Осталось совсем мало времени, джентльмены, – продолжил молодой человек, прищурив глаза, будто ему мешал свет факела, – король Яков собирается произнести речь в здании парламента, к этому времени у нас всё должно быть готово.

– Мы всё сделаем, милорд, – сказал Гай Фокс, пытаясь угодить собеседнику.

Маркиз высоко поднял голову и его серые глаза, пробежали по заговорщикам. Молодой человек чуть поклонился и ушел в тень. Остальные ещё немного постояли в кружке, обсуждая какие-то планы, и побрели по домам.

Через неделю Томасу Перси удалось взять в аренду помещение, расположенное прямо под залом заседаний Палаты лордов. Заговорщики стали перевозить из лондонского района Ламбет, расположенного на противоположном берегу Темзы, бочонки с порохом. Они пытались не привлекать к себе внимания, и это им вполне удавалось, таким образом, они доставили в арендованную комнату тридцать шесть бочонков пороха. Всего в комнате было заложено две с половиной тонны пороха – количество, достаточное для того, чтобы не только разрушить здание парламента, но и нанести серьёзный ущерб всем домам в радиусе 800 метров. Прикрыв бочки дровами и углём, заговорщики стали ждать назначенного часа. Произнесение тронной речи было назначено на 5 ноября 1605 года, тогда-то и должен был прогреметь взрыв.

Накануне 5 ноября все заговорщики, кроме Фокса, уехали в графство Уорикшир, где было много католиков. Оттуда после гибели Якова I они намеревались начать народное выступление в поддержку католического монарха.

Тем временем лорд Монтгил через государственного секретаря графа Солсбери передал письмо с предупреждением о взрыве королю Якову I. По его приказу, в ночь с 4 на 5 ноября в парламенте прошёл обыск, во время которого в комнате, набитой порохом, был схвачен Гай Фокс.

– Сир, мы привели преступника, который собирался взорвать здание парламента, – доложил стражник, который привел Гая Фокса к монарху.

– Кто ты такой? – спросил Яков I.

– Меня зовут Джон Джонсон,

– Зачем ты хотел взорвать Палату лордов?

– Чтобы избавиться от Вас, – дерзко ответил Фокс, – страна должна освободиться от короля и лордов, которые решили поддерживать протестантов. Истинные католики со мной и наше дело продолжат.

– Уведите его, – приказал Яков I, – и допросите с пристрастием.

Гая Фокса пытали на дыбе, и стойкости заговорщика хватило на четыре дня. Он выдал всех своих товарищей, а через день собственноручно подписал текст признательного заявления. Вскоре были арестованы все участники заговора.

– Это великолепно, – хвалил король своих солдат, – вы в короткий срок разоблачили заговор и теперь все преступники должны быть наказаны.

Столь стремительный и блистательный разгром заговора позволил провести показательный процесс, над его участниками, который состоялся в Вестминстерском зале здания парламента 27 января 1606 года. Исход процесса не вызывал сомнений – все заговорщики были признаны виновными в государственной измене и приговорены к смертной казни.

Казнь участников «Порохового заговора» была назначена на последние дни января 1606 года в центре Лондона, во дворе собора Святого Павла.

Когда казнили заговорщиков, среди толпы зевак, не поднимая глаз из-под капюшона, к эшафоту прошёл человек двадцати четырех лет с каменными глазами. Маркиз проходил мимо людей, но они будто не видели его. Молодой человек поднял голову и посмотрел на Гая Фокса. Измученный пытками, он не мог стоять на переломанных ногах. Его окружали остальные заговорщики и, которых сейчас должны были предать самой жестокой казни – четвертованию. Осужденные ждали горькой участи и пытались глазами найти в толпе, хоть одно не безразличное к их участи лицо, но таких не было. Зеваки ждали с нетерпением кровавого зрелища и подгоняли палачей одобрительными криками.

«Странный народ, – подумал Гай Фокс, – вчера они хотели избавиться от короля, а сегодня наслаждаются нашей казнью».

Оглядев толпу, Фокс увидел среди людей руководителя заговора и замер.

– Как ему удалось избежать наказания, – попытался крикнуть Гай Фокс и кинулся к нему.

Мужчина рванул, как раз в тот момент, когда палач накинул ему петлю на шею. Резкий рывок сломал позвонки преступника, и он повис в петле. Маркиз Д’Эффиа бросил безразличный взгляд своих серых глаз на повешенного и исчез в толпе зевак.

– Антуан Куаффье де Рюзе, – сказал пожилой человек, с печаткой тайного ордена на пальце, – Ваша миссия в Англии закончена. Вы успешно справились, и я хочу поручить Вам новое задание…

Молодой человек поклонился и весь превратился вслух…

Корабль из Англии следовал к Турецкому берегу, на его борту был человек, не привлекавший особого внимания к себе. Маркиз Д’Эффиа смотрел в бескрайнее море, в котором отражалось голубое небо и его глаза, будто впитав этот цвет, были светло-голубого цвета. Англичанин бесшумно вышагивал по палубе и о чем-то думал.

Глава 3. Посол Англии.

Прошло несколько недель с тех пор, как Кара Мустафа попал во дворец Дервиша-паши. Капудан организовал в западной части сада тренировочную площадку, где обучал юношу владеть саблей, стрельбе из лука и битве на матраках. Силы в руках у молодого человека было ещё мало, и борьба ему давалась с трудом, зато стрельба из лука была его врожденным даром. Каждый раз, когда Мустафа попадал в цель, Дервиш думал, что это случайность, но последующие выстрелы доказывали обратное. Вторая стрела вонзалась в мишень рядом с предыдущей стрелой, а зачастую ломала её, потому что вонзалась в тоже место, что и первая. Эта способность Кары Мустафы вызывала восторг капудана, хотя он и не подавал виду, что доволен учеником.

– Я, кажется, знаю, с каким именем ты пойдёшь по жизни, – неожиданно сказал Дервиш, когда юноша подобным образом испортил очередную стрелу.

Кара Мустафа ожидал, что капудан сердится, потому что он ещё не привык, что грозный вид визиря может сулить похвалу.

– Вы не довольны мной, господин? – смущенно спросил Кара.

– Ещё как не доволен, ты переломал все стрелы, – будто сердясь, ответил хмурый паша, – но именно это и наводит мою мысль на твоё новое имя «Кеманкеш» – «стрелок», «лучник». Отныне ты будешь Кеманкеш Кара Мустафа.

– Благодарю, за честь, паша.

Юноша впервые назвал Дервиша пашой и визирь понял, что Мирей разболтала молодому человеку, кто он такой.

– Ты знаешь, кто я?

Кара понял, что выдал себя и Мирей, но не отвёл глаза.

– Я полагаю, Вы занимаете высокий пост в нашем государстве, но Вашего имени я не знаю, – уверенно ответил юноша.

– Не знаешь и не догадываешься? – с интересом продолжил капудан.

Мустафа смутился напору визиря.

– Это один из уроков… Ты должен замечать мелочи, незначительные детали и вырисовывать из них картину…. Как моё имя?

Кеманкеш смутился ещё больше, он понимал, что если он ошибется, то ему не избежать гнева паши.

«Так, что я знаю, – подумал Мустафа, – он является визирем совета, об этом я узнал от Мирей. Этот дворец огромный, значит, этот визирь богат и влиятелен. Я бы предположил, что это великий визирь, но наш великий визирь стар. Молодой, сильный, жестокий – это может быть только…»

– Ну, что же ты молчишь? – перебил его размышления паша.

– Вы Дервиш Мехмед-паша, капудан-паша и наставник нашего повелителя, – твердо отчеканил юноша.

– Мирей тебе сказала? – усомнился визирь.

– От хатун разве слова добьёшься? – с какой-то нежной обидой ответил молодой человек.

Дервиш уловил что-то в его голосе и строго посмотрел на Мустафу.

– Я опекун этой девушки, не вздумай посмотреть, когда-либо в её сторону, Кеманкеш.

– Слушаюсь, господин, – покорно ответил Кара, и поклонился.

– Продолжай свои тренировки, – ровным тоном сказал паша, – стреляешь ты хорошо, а вот с саблей не дружишь. Сабля – это продолжение твоей руки, а не палка, которую ты нашёл на дороге. Сабля защитит в бою и сохранит твою жизнь.

Юноша почтительно поклонился и проводил взглядом уходящего визиря. Когда Дервиш скрылся за углом, сзади Кеманкеша раздался звонкий голосок Мирей.

– Кара Мустафа….

Дервиш отправился на совет Дивана. После смерти Гюзельдже Махмуда-паши, визири совета держались от капудана на расстоянии, боясь его гнева. Ахмед переживал, что потеря выбила Дервиша из колеи, и пытался его как-то отвлечь, давая различные поручения.

– Дервиш, – начал Ахмед, – вчера в столицу прибыл английский посол. Вы должны с ним встретиться, я хочу знать позицию короля Якова относительно австрийского двора. Посетите нашего гостя, узнайте, хорошо ли он устроился, и всем ли доволен. Я хочу оказать послу Англии достойный приём.

– Слушаюсь, повелитель, – ответил Дервиш, размышляя о чем-то своем.

После совета, капудан отправился к дому, в котором остановился посол Генри Лелло. Особняк посла был недалеко от дворца Топкапы.

Встреча Дервиша-паши с послом Англии не была назначена. Визирь решил посетить дом сэра Лелло без предупреждения, это покажет послу, что он не должен забывать, что он в гостях, но визит смягчится тем, что к гостю пришел один из самых влиятельных людей османской империи – это скажет о высочайшей чести, которая оказана Англии, в лице её представителя.