Нашла коса на камень, или Приручение строптивого монарха.

— Сделай хоть один шаг, и я прыгну!

Голос дрожал, но я изо всех сил старалась, чтобы он звучал твёрдо. В груди бушевала буря: смесь адреналина, обиды и отчаянной решимости. Я стояла на узком карнизе шестого этажа, вцепившись пальцами в шершавую кирпичную кладку. Ветер играл с прядями выбившихся из причёски волос, а внизу — пропасть, пугающая и манящая одновременно.

Напротив застыл он — мой очередной любовник, лицо искажено смесью страха и недоумения.

Я уже мысленно праздновала победу — вот он, момент триумфа! Сейчас он бросится ко мне, будет умолять спуститься, клясться в вечной любви… Я почти ощущала вкус сладкой победы.

Но судьба, словно насмехаясь над моими планами, решила внести свои коррективы. Старая кирпичная кладка, измученная временем и непосильной нагрузкой, вдруг затрещала. Под ногой что‑то хрустнуло с леденящим душу звуком. Металлический карниз, не выдержав моего веса, жалобно прогнулся.

— Нет! — вырвался у меня крик, полный ужаса и отчаяния.

Время словно замедлилось. Я почувствовала, как опора уходит из‑под ног, как ветер бьёт в лицо, а мир переворачивается вверх дном. В последний миг я успела увидеть его ошарашенные глаза — а в них, только чистый, неподдельный страх.

И ещё… ещё я заметила её. Ту, что стояла в тени переулка. Её силуэт едва пробивался сквозь сумрак, но я разглядела главное — улыбку. Она улыбалась. Наблюдала за моим падением с холодным, почти научным интересом, словно я была не живой женщиной, а частью какого‑то жуткого эксперимента.

В голове пронеслось: «Кто она? Зачем она здесь?» Но вопросы остались без ответа. Мир вокруг потемнел, и последнее, что я ощутила — леденящее прикосновение пустоты.

***

Некоторое время назад

— Дорогой, неужели все твои советники так и не смогли ничего придумать?! Война нам сейчас вовсе ни к чему, но и отдавать золотоносную реку соседу — совсем не выход!

Королева Элеонора, статная и прекрасная, в самом расцвете лет, приблизилась к супругу, склонившемуся над картой. Её узкая кисть, украшенная тяжёлыми кольцами, мягко опустилась на плечо венценосного мужа. В каждом движении — грация, в каждом взгляде — неподдельная тревога за будущее королевства.

Густав III поднял на супругу задумчивый взор. В его глазах читалась усталость, но не сломленность.

— Нет, не придумали. Я уже и сам частенько задаюсь вопросом: зачем держу всех этих советников, если в итоге приходится самому искать выход из затруднительных ситуаций? Придётся что‑то придумывать и в этот раз. Но реку отдавать никак нельзя!

— Да, дорогой! — горячо поддержала его королева. — Она одна кормит половину нашего королевства! Золото, промысловая рыба, жемчуг, салатные водоросли — и это ещё не весь список! А если мы отдадим реку королю Эдуарду, то лишимся и торговых водных путей!

Из‑за дальнего стеллажа с книгами внезапно раздался грохот. Король и королева переглянулись.

— Вильгельмина! Ты опять подслушиваешь? — Густав III нахмурил брови, но в его чёрных глазах плясали смешинки.

Ответом был тихий стон, а затем — шаркающие шаги. Из‑за крайнего стеллажа, прихрамывая, вышла миловидная черноволосая девушка. Переведя взгляд с отца на мать и обратно, она потёрла ушибленное место и скривилась.

— Теперь синяк будет во всю ягодицу!

— Гелия! — королева возмущённо подняла брови.

— Вот и я о чём! Зачем было давать мне такое длинное имя, если вы используете всего одну его треть?

— Ты же знаешь, что тебя назвали в честь матери его величества, — терпеливо пояснила королева, уже не в первый раз. — Но всё же потрудись объяснить, дочь, что ты делаешь в библиотеке?

— Наверное, я удивлю вас, ваши величества, но в библиотеку люди обычно ходят, чтобы читать книги! — в чёрных глазах девушки, как и у отца, плясали смешинки.

— Ну и какой литературой сейчас увлекается современная молодёжь? — Густав III откинулся на спинку массивного кожаного кресла. Оно жалобно застонало под весом крупного, рано начавшего полнеть мужчины.

Девушка досадливо отмахнулась, игнорируя вопрос. Но затем её глаза вспыхнули лихорадочным блеском. Она посмотрела на венценосных родителей, интригующе быстро показала из‑за спины старинный фолиант и снова его спрятала.

— Я знаю, как решить проблему с рекой!

— Как?! — одновременно выдохнули родители.

— Нужно убедить короля Эдуарда, чтобы река считалась ничейной территорией! Общей! Мы будем намывать золото с одной стороны, он — с другой. Рыбы тоже на всех хватит! Река Ольшанка большая и широкая. Из Берестового моря рыба именно сюда на нерест идёт, да и ширины реки вполне хватит, чтобы и его, и наши торговые корабли не мешали друг другу.

Король удивлённо крякнул и почесал кустистую бровь.

— Была у меня такая мысль. Но Эдуард — ужасный упрямец! Тем более река когда‑то давно была частью его королевства. Как только он взошёл на престол, начал маниакально требовать от всех соседей вернуться к прежним границам. — Густав III задумчиво покачал головой. — Вряд ли кому‑то удастся ему отказать. У Русии самая многочисленная и мощная армия на обоих континентах.

— А мы сможем это сделать! — хитро подмигнула отцу девушка.

— Геля! Это же моветон — подмигивать мужчине! — королева страдальчески закатила глаза, понимая, что любое её замечание мгновенно выветрится из головы старшей дочери.

— И каким же образом? — в голосе короля послышалась заинтересованность. Он взял со стола тяжёлую глиняную кружку с холодным квасом и с наслаждением принялся прихлёбывать, ожидая ответа.

— С королём Эдуардом нужно породниться! — радостно выкрикнула девушка и обвела родителей восторженным взглядом.

Густав III поперхнулся и громко закашлялся. Мать и дочь принялись стучать ему по спине. Мужчина замахал на них рукой, требуя прекратить.

— Я в порядке! — просипел он и, ещё раз откашлявшись, повернул к принцессе покрасневшее лицо. — Дочка, я тебя не понимаю. Ты что, разлюбила своего кузена? Или решила пожертвовать собой во имя процветания нашей страны? Хотя я возлагал на тебя большие надежды. Ты умна не по годам и любому учёному мужу фору дашь, но ты нужна мне здесь! Я именно на тебя хочу оставить наше королевство! Если ты покинешь нас, Вергия останется без наследника! Ты и правда решила выйти замуж за Эдуарда?

— Что вы, папенька! Что угодно, только не за этого старого нелюдимого женоненавистника! Да у него ещё ни одна фаворитка больше недели не выдерживала — все сбегали от этого самодура!

— Ну да, что есть, то есть, — задумчиво пожевал губами Густав III и перевёл взгляд на дочь. — Тогда я не понимаю, как именно мы с ним можем породниться? Говорю сразу, Элеонору я ему не отдам!

Принцесса заливисто рассмеялась.

— Нет, отец, с матушкой я тоже не готова расстаться! Мы отдадим ему в жены Аэлиту!

— Что?! — хором воскликнули венценосные родители двойняшек. Их лица выражали сильное удивление и недоверие.

— Дочка! Ты здорова? — королева положила на лоб принцессы свою узкую прохладную ладошку. — Ты же знаешь, что твоя сестра недалёкого ума с самого детства. Мы её людям не показываем, а ты предлагаешь её Эдуарду сосватать! Да он за такое оскорбление сразу на нас войска пошлёт! Густав, скажи ей!

Король озадаченно потирал подбородок, с любопытством поглядывая на не по годам сообразительную дочь. Первый шок прошёл, и теперь он с нетерпением ждал, когда Вильгельмина раскроет свою хитрость.

Выдержав театральную паузу, чтобы родители прониклись, девушка достала из‑за спины древний кожаный фолиант с чеканными металлическими застёжками и уголками. Раскрыв страницу, заложенную кружевной закладкой, она ткнула изящным пальчиком в некий текст и гордо провозгласила:

— Мы излечим тело нашей бедной Аэлиты, поменяв её душу на призванную извне!

Король и королева замерли. В библиотеке повисла тишина, нарушаемая лишь тиканьем старинных часов.

— Ты говоришь о ритуале Пересечения? — голос Густава III дрогнул. — Вильгельмина, это запрещено законом!

— Закон можно изменить, — девушка сжала край фолианта, её пальцы побелели от напряжения.

— Но кто станет этой «призванной»? — королева шагнула вперёд, её кольца сверкнули в свете свечей. — Ты же понимаешь, что душа должна быть добровольной?

Вильгельмина медленно подняла глаза. В её взгляде не было сомнений — лишь холодный, расчётливый блеск, от которого у короля пробежал по спине неприятный холодок.

— Я уже нашла кандидатку.

— Кто она?! — выдохнули родители одновременно.

Принцесса загадочно улыбнулась.

— Та, кто с детства была предоставлена сама себе. Та, для которой вся жизнь — это борьба за существование. И та, кто как никто другой подходит для предстоящей миссии по соблазнению сурового монарха!

За окном грянул раскат грома. Свечи дрогнули, и на мгновение тени в углах библиотеки словно ожили, протянув к ним чёрные щупальца.

— И она уже здесь! — прошептала принцесса.

***

Просыпаться не хотелось совершенно. Да и постель давно мне не казалась такой уютно-воздушной, словно на облаке лежу. Стоп! На каком это облаке? Как раз на небесах я должна сейчас быть, если они, конечно, существуют. На долю мгновения меня охватил жуткий страх, так как показалось, что я еще падаю и вот-вот грохнусь о землю.

— Тише-тише! Всё хорошо! Ты дома, ты с семьей! — услышала я рядом с собой участливо звучащий голос девушки и буквально подскочила в постели, открывая глаза.

— Какой семьей? У меня нет семьи! — выпалила я, усиленно моргая и окидывая ошарашенным взглядом просто гигантскую комнату, посреди которой на возвышении со ступенями стоял шикарный сексодром человек эдак на восемь. И на котором я в данный момент сидела.

— Теперь есть! — оптимистично прозвучало рядом, и я невольно повернула голову в сторону источника мелодичного голоса. Рядом с моей огромной белоснежной кроватью в массивном резном кресле сидела черноволосая девушка и с любопытством на меня смотрела.

— Получилось! — восторженно прошептала она. И потянулась к свисающему с прозрачного балдахина кровати белоснежному шнуру, заканчивающемуся пушистой кисточкой. Раздался приятный звон, тотчас двустворчатая дверь открылась, и вошла девушка, одетая в миленькое платье с белым кружевным передником. Быстро присев в поклоне, вошедшая уставилась на вызвавшую ее брюнетку.

— Грета, позови скорее наших родителей, Аэлита проснулась!

— Сию секунду, ваше высочество! Еще один быстрый поклон, и горничная вышла, тихо прикрыв за собой белоснежные створки.

— Значит, высочество? — хрипло произнесла я, разглядывая незнакомку. Девушка была очень молода и красива. Ее длинные и прямые черные волосы свободно струились по плечам, а словно ночное небо глаза смотрели приветливо и в то же время настороженно. А я лишь пыталась соединить свое падение с шестого этажа девятиэтажки и нахождение в поистине царских палатах. Да еще это «ваше высочество»!

Девушка молчала, молчала и я, но при этом мой взгляд за несколько секунд успел охватить и просканировать окружающее меня пространство. Почти всё вокруг меня было белоснежным, и всё же это почему-то не создавало впечатление стерильной больничной палаты. Белый мраморный пол с прожилками серого и розового цвета, мягкие пуфики, софа, секретер и трюмо на изогнутых ножках розового дерева, а еще и ваза с мелкими голубыми цветами на низеньком столике у кровати — всё это придавало помещению изысканность.

Вся необходимая обстановка присутствовала, но из-за большой площади комнаты как бы терялась и не создавала впечатления тесноты. Судя по наличию огромной кровати, стоявшей прямо посередине комнаты, это была спальня. За изголовьем кровати имелись три больших окна, лишь слегка задрапированные легчайшими прозрачными занавесками. Что, вскользь отметило мое сознание, было очень разумно, так как солнце не будет светить в глаза.

Едва я закончила осмотр помещения, как двери снова открылись, и в спальню вошла целая процессия. Я ойкнула и до самых глаз натянула на себя одеяло. Первыми шли мужчина и женщина в очень красивой, но давно устаревшей одежде, напоминающей мне фильм про времена правления Людовика Четырнадцатого. Кругом одни рюши, кружева, накидки, шлейфы… И вообще было непонятно, где начиналось одно и заканчивалось другое.

Но от всего наряда веяло шиком, дороговизной и величием, как, собственно, и от самой походки коренастого, склонного к полноте мужчины с цепким взглядом черных глаз и его прекрасной спутницы в струящемся золотистом длинном платье с ажурным воротником-стоечкой. Зеленоглазая красавица смотрела на меня с волнением и затаенной надеждой. Головы этой пары украшали тонкие венцы с самоцветами.

Двигаясь тихо и быстро, из-за спин монарших особ словно тени выскользнули слуги, поставив рядом с моей кроватью два массивных кресла, лакеи поспешно удалились.

Я с трудом сглотнула. Даже несмотря на укрывавшее меня одеяло, чувствовала себя неуютно рядом с разодетой в пух и прах парой.

- Геля, ты уже просветила свою сестру о произошедшем? – голос венценосной дамы прозвучал словно колокольчик.

— Нет, мам. Вы же с отцом сами сказали не пугать ее, а как только очнется, позвать вас!

Королева перевела на меня свой взгляд.

- Дорогая! Не переживай, мы тебе все сейчас объясним. Но сначала я хотела бы знать, что именно ты помнишь последним, прежде чем… очнуться здесь?

По скрестившимся на мне пытливым взглядам я поняла, что от меня ждут ответа, но собрать разбегающиеся мысли было очень сложно. Я покашляла, прочищая горло, и произнесла:

- Я помню, что выпала из окна квартиры на шестом этаже, — и нахмурилась, не узнавая свой собственный голос. — Скажите, я сильно пострадала? В смысле, как долго я была без сознания и меня лечили?

Мои венценосные посетители переглянулись.

— Детка, не хочу тебя пугать, но, как уже, наверное, понимаешь, ты находишься не в своем мире. Существует великое множество миров, но действительность такова, что ни в один из них нельзя переместиться в собственной физической оболочке. Перемещаются только освободившиеся души и только в тело, свободное от души, или вытесняя более слабую душу.

Возможно, мне это только показалось, что в глазах королевы заблестели слезы, но женщина быстро взяла себя в руки и тихо добавила:

— Твоя душа вытеснила из тела спящую душу моей младшей дочери, отправив ее на перерождение.

Дорогие читатели!

Я рада приветствовать вас в новой истории!

Чтобы не потерять книгу, добавьте ее в свою библиотеку.

А чтобы поставить лайк, нажмите «Мне нравится»!

Вам не трудно, а автору и его Музе очень приятно! :)

Глава 3. Экспресс-обучение новоявленной принцессы

Я с гулко колотящимся сердцем выслушала длинную тираду королевы, и последнее шокирующее откровение. Во рту у меня пересохло, и мой взгляд невольно упал на хрустальный графин с водой, стоявший на низеньком прикроватном столике. Но вылезти из-под одеяла, чтобы налить себе воды, по понятным причинам я не могла.

Проследив за моим взглядом, принцесса протянула руку и налила в узкий бокал воды, который затем подала мне. Я с жадностью припала к воде, лишь только теперь, по дрожащей руке и стучащим о край бокала зубам, поняв, насколько я сейчас в шоке от всего происходившего со мной.

Напившись, как ни странно, ощутила, как напряжение быстро покидает меня, а в голове образуется звонкая приятная пустота. Не знаю почему, но я сразу и безоговорочно поверила этим людям, поняв, что это не розыгрыш и не страшный сон. Так как мне такое привидеться попросту не могло! Я с самого детства была реалисткой до мозга костей, потому, родившись в семье алкаша и проститутки, и «профессию» себе выбрала самую что ни на есть практичную — содержанки! И, надо сказать, что дела мои шли весьма успешно! Первый и последний в моей жизни прокол вышел по чистой случайности из-за плачевного состояния старого кирпичного дома еще сталинской постройки.

Я обвела взглядом всю троицу и остановила его на королеве.

— Я ответила на вопрос, ваше величество! А теперь вы, пожалуйста, просветите меня, почему вы поменяли душу своей дочери на мою. И для чего это вам понадобилось?

В дверь комнаты поскреблись, затем она чуть приоткрылась, но никто входить без приглашения в спальню не осмелился.

— Ваше величество! — голос из-за двери был преисполнен важности от возлагаемой на его хозяина миссии. — Прибыл посол из Артании! Просит безотлагательно принять его по вопросу отчуждения примыкающей к границе с Русией горной гряды.

Король с королевой многозначительно переглянулись.

— Иду, Бертран! Пригласи посла в малую приемную, — с этими словами монарх поспешно покинул спальню, оставив женщинам самим разбираться в произошедшем.

Я снова посмотрела на королеву. Она кивнула мне.

— Ну что ж, продолжим!

***

Уже несколько часов прошло с того момента, как моя венценосная матушка (как мне было приказано ее называть) покинула меня вместе с моей сестрой.

Слуги уже два раза приносили обед, но из-за бродивших в голове мыслей аппетита не было совсем. И лишь когда я заметила, как приставленная ко мне служанка, забрав поднос, принесла еду с пылу с жару в третий раз, я отмерла, поняв, что добавляю людям хлопот. Поэтому я наскоро поела, почти не ощутив вкуса блюд, и снова зарылась в успокаивающую мягкость перины, уже в который раз прокручивая в голове всё, что мне поведала королева.

А подумать было о чем!

Оказывается, у этой четы монархов родилось две дочери-двойняшки! Та самая девушка, что сидела около меня, являлась старшей, а та, чье тело я сейчас занимаю, чуть младше Вингельмины. Но при рождении вокруг шеи последней малышки обмоталась пуповина, и ее еле откачали повитухи. Насколько я поняла, мозг девочки пережил кислородное голодание, и маленькая принцесса с самого рождения была словно не в себе. Она совершала простые действия, но совсем не контактировала с окружающими ее людьми. Девочка не разговаривала, не улыбалась, не реагировала на речь. Хотя, что она вовсе не была глуха, это доказывало то, что бедняжка могла, например, вздрогнуть от грохота упавшей вещи или собачьего лая. Со зрением у нее тоже все было в порядке, так как девушка иногда провожала кого-либо идущего равнодушным взглядом, а затем снова могла часами неподвижно сидеть, уставившись в одну точку, и ни на что не реагировать, и на свое имя тоже. А оно у нее было очень красивое — Аэлита!

Дальше королева мне поведала о том, что умерший менее года назад король Русии Теодор, отец принца Эдуарда, был довольно мягким правителем и сильно зависящим от чужого мнения. Он по поводу и без раздавал соседям земли своего государства, пытаясь убедить Сенат, что чем меньше территории, тем меньше проблем, с ней связанных. Поэтому восшествие на престол тридцатитрехлетнего принца Сенат и народ восприняли с энтузиазмом и надеждой, что наконец прекратится разбазаривание территории Русии.

Эдуард же, едва взойдя на престол, немедленно стал настаивать на возвращении исконных земель его страны. И вот уже почти год послы граничащих с Русией стран безрезультатно обивали пороги резиденции нового императора в надежде сохранить за собой подаренные им ранее земли и избежать войны.

Между королевством Вергия, которое волей судьбы стало моей новой Родиной, и Русией яблоком раздора была широкая и полноводная река Ольшанка, что несла свои воды в Берестово море. Ее русло пролегало поверх золотоносной жилы, проходящей буквально по границе двух королевств на небольшой глубине. Воды реки размывали ее, выбрасывая на берег вместе с песком драгоценные песчинки и даже небольшие самородки. Кроме того, река была богата рыбой и являлась стратегически важным водным путем для торговли с другими странами.

А дальше королева посвятила меня в свои планы относительно роли ее старшей дочери Вингельмины во всей этой истории. И ее должна была сыграть именно я! Так как девушки были между собой очень похожи, а Аэлиту так вообще никто из посторонних не видел, меня и решили выдать за старшую, умную дочь, отправив в Русию в качестве жертвенного агнца.

Моей задачей было очаровать грозного и нелюдимого монарха соседней страны и, женив на себе, склонить по-родственному к некоторым уступкам своей новой «родне». По сути, меня словно котенка собирались бросить в глубокую реку с быстрым течением, в надежде, что едва получив шанс на вторую жизнь и не желая «утонуть», я очень постараюсь «выплыть» и выполнить свою задачу, договорившись с королем Эдуардом о совместном с сопредельным государством владении спорной рекой.

На волнующий меня вопрос, что будет со мной, если не удастся моя миссия, королева спокойно пожала плечами и уверила, что ничего для меня плохого не произойдет, так как душу ее дочери уже не вернуть, то я так и останусь ею. А позже мне найдут подходящую партию и выдадут замуж.

Ага! Знаю я эти «подходящие партии»! Читали! Для моих «родителей» она будет подходящая, а также для политических отношений между странами. Но что для меня тоже — в этом я очень сильно сомневаюсь! Тем более мне, которая сама всегда выбирала себе мужчину, глубоко претила мысль, что кто-то будет что-то за меня решать!

В любом случае, я поняла, что придется как-то здесь устраиваться, так как вернуться назад мне не судьба. Королева просветила меня, что при том ритуале, который используется для призыва новой души в тело, откликается именно та, которая только что освободилась от предыдущей бренной оболочки и еще не успела уйти на перерождение. Не верить ей у меня повода не было, так как я прекрасно помнила свой полет с шестого этажа, который должен был закончиться на асфальте, так что без вариантов, я бы точно не выжила.

Почувствовав, что от всех этих дум моя голова снова готова заболеть, я еще выпила той «волшебной» воды, дающей телу расслабление, а мыслям легкость. Едва опустив голову на подушку, я уже спала.

***

- Сестренка! Просыпайся! Нас ждет много дел!

Кровать подо мной запрыгала, вырывая из царства Морфея, где я получала в подарок долгожданную шубку из викуньи! Это самый дорогой в мире мех, производимый из обитающих в Перу животных, относящихся к роду лам. И такая шубка страшно дорогая! И вот как раз именно ее я и выпрашивала в тот злополучный день, когда немного перестаралась с шантажом своего любовника.

Открыв глаза, я обрадовалась, вспомнив, что это всё не сон, а очень даже по-настоящему. Так как новая жизнь — это в первую очередь новые возможности, тем более у меня такой старт удачный — оказаться сразу принцессой. Меня, конечно, ожидают трудности, но я уже привыкла в своей прошлой жизни, что «бесплатный сыр бывает только в мышеловке».

Я сладко потянулась и открыла глаза.

— Как спалось, сестренка? — Вингельмина сидела рядом со мной и широко улыбалась.

— Отлично! Давно так сладко не спала! — Я ответила искренне. Так как на самом деле чувствовала небывалый прилив сил и желание к активным действиям.

— Я рада, сестренка! — Вингельмина наклонила голову к плечу, словно прислушиваясь к тому, какие ощущения вызывает в ней это слово. — Тогда вставай, умывайся, одевайся, и, как принесут завтрак, я к тебе вернусь! Времени мало, а научить тебя нужно многому! — С этими словами девушка вскочила с кровати, дернула за белый шнурок и выпорхнула из моей спальни.

Не успела я и ноги спустить с кровати, как в дверь постучали и вошли две девушки. Одну из них я уже вчера видела.

Поприветствовав книксеном, мои личные горничные немедленно взяли меня в оборот, вертя, умывая, одевая и расчесывая. При этом Грета без умолку болтала.
— Ваше высочество! Первые дни вам надлежит провести в своей комнате, чтобы научиться этикету и получить другие минимальные знания, чтобы в будущем не вызвать подозрения. Обучать вас будет ее высочество Вингельмина. Но если вам что-то понадобится или появятся вопросы в ее отсутствие, я к вашим услугам!