- -
- 100%
- +
Марсианка шла, плавно покачивая бедрами. Невероятно красивая девушка была одета в полупрозрачный, переливающийся радужными разводами и облегающий ее идеальную фигуру комбинезон. Я замерла, засмотревшись на ее плавные и скользящие, словно у дикой кошки, движения. А ведь я так и не побывала на Марсе!
Зазевавшись, я не успела отлететь в сторону, и сквозь меня снова прошел гуманоид, в этот раз чем-то напоминающий мифического йети. Брр! Меня аж передернуло от омерзения. Почему-то почудился запах мокрой шерсти, да еще и ее ощущение у меня во рту. Знаю, что это фантомные чувства, но все равно очень правдоподобно.
Сплюнув воображаемую шерсть, я снова обернулась на марсианку и представила себе Марс с его терракотового цвета грунтом и легкие с виду, но на деле прочные конструкции жилых модулей.
Душу снова кольнуло сожаление, что все в своей короткой жизни я оставляла на «потом», считая, что у меня впереди много времени и я успею сделать все, что запланировала, и даже больше.
Не успела.
И теперь моя душа — это все, что у меня от меня прежней осталось! Снова посмотрела вслед марсианке, заметив, что не я одна провожаю ее восторженным взглядом. На нее смотрели все, кто находился в зале ожидания космопорта, даже моноподы!
Уж на что не похожие на гуманоидов существа, и те вытянули ей вслед свои глаза на тоненьких антеннах. Вообще, моноподы больше напоминают больших улиток ростом с человека, только разумных.
Цивилизация брюхоногих еще не вышла в космос, поэтому, не имея своих, они пока летают на кораблях Конфедерации. А еще, эти существа оставляют за собой неприятную, трудносмываемую слизь, поэтому для их передвижения выделили специальную дорожку, ограничив ее светящейся красной разметкой.
Справа от меня, как раз оттуда, где она проходила послышался вскрик и звук падения тела. Я мрачно усмехнулась. Еще одна жертва красоты марсианок! В конце зала ожидания последний раз мелькнула мерцающая серебром изящная фигурка.
Я повернулась, чтобы посмотреть на очередного самца, жалко барахтающегося в белесой тягучей слизи.
Вот так всегда и бывает: засмотрится потенциальная жертва на красотку и не видит, куда идет! А дорожка моноподов ошибок не прощает!
Я подлетела ближе. Служба спасения в виде многорукого крокуса уже была на месте. Не сказать, что красивое существо, но зато крайне многофункциональное. Напоминающий спрута работник космопорта уже поднял над дорожкой зазевавшегося мужчину и двумя щупальцами принялся ловко обирать с него слизь, стряхивая ее вниз. А еще одним щупальцем он водил вдоль тела потерпевшего прибором экстренной диагностики, проверяя на наличие возможных травм.
Скучающие в ожидании объявления посадки пассажиры, обнаружив новый объект для своего неуемного любопытства, уставились на него, чем вызвали всплеск негодования у обследуемого. А что, его можно понять, довольно унизительное положение.
Коротко взвыла сирена, оповещая о посадке очередного пассажирского шаттла, и головы ожидающих гуманоидов дружно повернулись в сторону табло, на котором отобразилась информация о прибывшем рейсе.
- Эй! Милада! Полетели! Пассажиру стало плохо при посадке, реанимационная капсула тоже не смогла ему помочь, похоже, он уже готов к перемещению!
Стофиус, местный призрак давно умершего оператора уборочной техники, взмахнул полупрозрачной конечностью и унесся в сторону медицинского отсека. Еще раз бросив взгляд на неосторожного мужчину, которого уже поставили на ноги, я полетела догонять своего призрачного друга.
Перед поблескивающей глянцем стеной я снова притормозила, не решаясь двигаться дальше. И хотя я уже научилась пролетать сквозь материальные препятствия, до сих пор испытывала страх. Все время казалось, что сейчас с разгону больно ударюсь головой, которой у меня, увы, больше не было.
Из стены высунулось недовольное псевдолицо Стофиуса.
- Что, опять не можешь? Давай руку!
Я протянула ему свою, словно сотканную из тумана конечность и зажмурилась. Легкое ощущение движения, чуть заметного сжатия и…
- Все, приехали!
- Прилетели, - поправила я его машинально, оглядываясь. Все точь-в-точь, как в современной лечебнице, небольшие уютные кабинки из непрозрачного матового материала да медицинские капсулы, весело подмигивающие разноцветными светодиодами.
В этой кабинке капсула была свободна. Она стояла открытой нараспашку и словно звала опуститься на ее мягкое эргономичное ложе и довериться современной медицине, умеющей спасать даже совершенно безнадежных больных.
Но у меня уже нечего было спасать, а новые тела запрещено выращивать галактической конвенцией, так как было доказано, что клоны являются полноценной личностью и тоже имеют душу!
За тонкой перегородкой слышались взволнованные голоса, но я опять не решилась самостоятельно проникнуть через материальную преграду, а так как Стоф уже испарился, вылетела из кабинки через дверь и влетела в ту, что была по соседству.
В медицинской капсуле лежал молодой мужчина, а рядом переговаривались два служителя здоровья, наблюдая за веселым перемигиванием красных огоньков на панели капсулы.
Стоф же, как всегда, был тут как тут, он довольно потирал призрачные щупальца, и кружа над капсулой, ожидал выхода души из тела. Этот призрак уже давно мечтал покинуть опостылевший ему космодром, и, ухватившись за покинувшую душу тело, вот так, прицепом, отправиться на следующую ступень жизненного цикла.
А дежурные медики, между тем, спорили между собой, не понимая, почему аппаратура показывает в трахее пациента посторонний объект, но никакого объекта сканеры не фиксируют.
Я с интересом следила за происходящим, пытаясь отгадать, откачают ли мужчину медики, а если нет, то его, пока ничего не понимающая душа, скоро вылетит полупрозрачным облачком из района грудной клетки.
- Ну, давай, давай же, вылетай! – колбасился и нетерпеливо пританцовывал над лицом мужчины Стоф. Его то и дело переплетающиеся и тут же распутывающиеся щупальца выдавали сильнейшее волнение. Стофиус когда-то принадлежал к расе крокусов, но сейчас, маленького размера, и в призрачном виде, он выглядел куда симпатичней, чем его живые сородичи.
- Что-то долго его душа не покидает тело, может, он еще выкарабкается? – засомневалась я, подлетев ближе и пристально всматриваясь в лицо лежащего в капсуле молодого симпатичного мужчины. Странно знакомое лицо.
- Ты бы посмотрел, что ли, что с ним? Видишь, медики не справляются! Да и аппарат тоже! – не знаю, что за приступ человеколюбия меня неожиданно посетил, но мне почему-то очень захотелось, чтобы мужчина открыл глаза. Мне показалось, что тогда я, возможно, его узнаю.
- Эх! Не люблю я это дело! Ну да ладно! – махнул Стоф щупальцем и полупрозрачной рыбкой нырнул в грудь мужчины.
Я вряд ли бы решилась на подобный трюк. Оказаться внутри почти трупа… Брр!
Некоторое время ничего не происходило. Если не считать того, что аппарат уже истошно верещал, оповещая о крайне критическом состоянии пациента, а медики кричали еще громче, размахивая руками в попытках что-то доказать друг другу.
Я горько усмехнулась. – Да, слишком сильно мы стали зависеть от механизмов и приборов. Очутись сейчас эти эскулапы без реанимационной капсулы где-то в дебрях необжитой планеты, так бьюсь об заклад, не смогли бы ничем помочь пострадавшему даже с незначительной проблемой.
Вдруг тональность сигнала изменилась, и прибор изобразил тонкую горизонтальную линию. Медики еще больше засуетились. Ну еще бы! Чтобы в наш двадцать третий век, да кто-то умер молодым! Это же чрезвычайное происшествие!
Я вытянула свою призрачную шею, боясь пропустить момент выхода души из тела, и надеясь успеть разглядеть лицо мужчины с открытыми глазами, прежде чем появится над его головой светящаяся воронка и засосет его.
Но вылетела не новенькая душа свежепреставившегося, а Стоф! А вслед за этим тело мужчины выгнулось дугой, затряслось, как под напряжением, и он кашлянул.
Кашлянул так, что из его рта вылетело некое маленькое, почти прозрачное нечто и, с противным чмоканьем впечатавшись в щеку одного из «светил» медицины, упало на пол.
- Фу! Что это за гадость!? – аж подскочил тот.
Второй же спокойно надел перчатку, наклонился и, подняв с пола непонятную штуковину размером с ноготь большого пальца, поднял ее выше, разместив напротив яркого светильника.
- Откуда у пациента в трахее взялась ххххх? (непереводимое биологическое название животного)
- А кто это? – заинтересовался второй, лишь бросив взгляд на пациента, за которого уже взялась заботливая система жизнеобеспечения.
- Ну, если по-простому, то это морское животное-симбионт. Туристы любят с их помощью нырять на мелководье и любоваться красотами подводной жизни. Прикладывают по одному существу к каждой ноздре перед самым нырком, и животное тут же присасывается к ней. А затем, словно фильтр, выделяет кислород из воды и передает в дыхательные пути реципиента, - принялся объяснять более осведомленный коллега.
Я же подлетела ближе, с интересом прислушиваясь и представляя то, о чем он рассказывал. Да, понырять таким способом я тоже мечтала! Но, увы, не успела.
- А что же тогда это существо делало в трахее мужчины?
- Не унимался первый эскулап.
- Да кто ж его знает? – пожал плечами второй. – Может, вдохнул нечаянно. Вот очнется, мы его и спросим!
После этих слов они оба повернулись к пациенту, повернулась и я. Над лежащим неподвижно телом мужчины зависла его душа. Глаза «новорожденного» призрака были широко открыты. Он растерянно огляделся, а затем перевел взгляд на лицо своего собственного тела.
- Ну и как ощущения? – хмыкнула я.
Призрак мужчины повернул голову в мою сторону, и глаза его расширились.
- Милада? Ты? Но ты ведь… умерла!
И тут я вспомнила! Потерявшийся в воспоминаниях кусок моей жизни встал на место, и я радостно оскалилась.
- Ну, привет! Мой дорогой! Вот и свиделись! Ненадолго ты пережил нелюбимую жену!
И тут призрак моего вдовца повел себя совсем не по-мужски. Он открыл широко рот и завизжал. Даже не способные услышать призрака живые работники от медицины принялись взволнованно озираться, каким-то шестым чувством ощущая что-то.
Продолжая визжать на одной ноте, новорожденный призрак принялся буквально долбиться в собственную грудную клетку, пытаясь вернуться назад. Мы со Стофом, обалдев, наблюдали за этим сумасшествием. И вдруг… призрак моего вдовца исчез! Он словно впитался в тело, вслед за чем прямая линия на приборе дернулась и поползла вычерчивать острые пики.
- Смотри! – пихнул локтем один медик другого. – Это какой-то сбой системы, или я ничего не понимаю!
- А что не так? Ожил ведь!
- Да нет! Ты посмотри, какую частоту пульса выдает аппаратура! Будто пациент только что с пробежки вернулся!
— Вот это жажда жизни! – с уважением в голосе протянул Стоф, пялясь на то место, где только что зависало это недопривидение.
— Это не жажда жизни! Это страх смерти. Между прочим, повторной, но уже от меня, - фыркнула я, задумчиво глядя на затрепетавшие ресницы приходящего в себя негодяя. – Это он меня убил! Ну, ничего. От меня не спрячется, и МСТЯ моя будет ужасной!
Глава 2. Я сказала, слабительное, значит, слабительное!
Я нервно заметалась по узкому помещению медицинского бокса, не замечая, как иногда, вместо того чтобы привычно врезаться в стену и остановиться, пролетаю сквозь нее и тем же путем возвращаюсь обратно.
Мои призрачные пальцы то сжимались в кулаки, то разжимались. Я периодически бросала свирепые взгляды на все еще не пришедшего в сознание мужчину, горя желанием вцепиться руками в его шею и душить, душить…
Хотя… Я резко остановила свой хаотичный полет и задумалась. Подняла взгляд на замершего и с интересом естествоиспытателя, смотревшего на меня Стофа.
- Кроме того, как пролетать сквозь материальные объекты, мы еще что-нибудь умеем?
Крокарианец зашелся в каркающем смехе, потрясая своими полупрозрачными щупальцами.
- Мы умеем всё! Ну, разве что не можем быть видимы живым.
- Первая часть мне больше понравилась, - пробухтела я, - но вот только как я буду ему мстить, если он даже не сможет об этом узнать? Почувствовать?
— Это проще простого! – Стоф небрежно махнул щупальцем и задумчиво уставился на «спящего красавца», хотя ему мой бывший муж явно казался уродом. – Но за это, - протянул он многозначительно и наставил на меня, словно перископ, один глаз, - за это ты расскажешь мне, за что ты так зла на своего самца!
Я поморщилась. Мне неприятно было даже вспоминать это, не то, что рассказывать. Кому понравится осознавать себя обманутой дурочкой, которую предали два самых близких человека. Все же, как хорошо было мне раньше, когда я не помнила всего этого.
Хотя… Тогда мне было очень скучно. Это надо же, дожила, развлекалась тем, что наблюдала, как похотливые самцы… Тьфу ты, мужчины, заглядевшись на марсианок, попадали в липкую слизь моноподов, а затем и в цепкие щупальца крокуса.
Но зато теперь… Теперь у меня есть цель! И более того, я наконец поняла, почему в момент смерти мою душу не затянула в себя сверкающая воронка.
Я снова посмотрела в лицо молодого красивого мужчины и усмехнулась. Оказывается, чтобы узнать человека лучше, так сказать, заглянуть в его душу, нужно всего лишь умереть! И, к сожалению, «начинка» человека далеко не всегда соответствует внешней оболочке.
Вот Дейв, например, очень красив! Во всяком случае, у него классически правильные черты лица, и все девушки на нашем курсе буквально гроздьями вешались на него. Но выбрал он меня! Хотя было бы чему радоваться! Если бы я только знала его лживую, двуличную натуру, ни в жизнь бы с ним не связалась! Но мало того, его душонка, оказывается, еще и трусливая! Я вспомнила, как совсем недавно она истерично визжала и старалась вернуться в тело, лишь бы избежать моей мести.
Между тем из реанимационной капсулы послышался стон, и мой вдовец прохрипел:
- Где я? Воды!
Умный аппарат немедленно поднес ко рту пациента гибкую прозрачную трубку, по которой сначала побежала чистая вода, а затем подкрашенный розовым питательный раствор.
- Вы, юноша, в медицинском блоке космопорта! – ответил второй, более умный медик. – Ваши показатели уже в норме. Если желаете, можете потихоньку подниматься! – Эскулап дотронулся до сенсора, и прозрачный колпак капсулы медленно откинулся в сторону.
- Что? Что со мной случилось? – Просипел Дейв и, поморщившись, потрогал шею. – Горло дерет.
- Да вот эта красавица у вас в трахее была! – Раскрыл ладонь медик, показывая ему прозрачный желеобразный кругляшок.
- Фу! Какая гадость! – Дейва передернуло, и он, морщась, свесил ноги на пол.
Из коридора послышался шум.
- Пустите меня! Да пропустите же, я сказала! Там мой жених! – визгливый женский голос заставил меня поморщиться, и я перелетела поближе к Стофу, так как с его ракурса актеры этого неожиданного спектакля были как на ладони.
В и без того тесный реанимационный отсек ворвалась Лафлора собственной персоной! Подружка моя заклятая! И как всегда яркая, словно на карнавал собралась.
- Где он? Дэйв! – она бросилась к моему мужу и принялась ощупывать на предмет возможных травм, словно он не склизкой фигней подавился, а как минимум скатился с Эвереста!
- Со мной все хорошо! – прохрипел Дейв, отбиваясь от ее рук и смущенно косясь на посмеивавшихся медиков.
- Любезная! – обратился к Лафлоре тот, что показался поумнее, - вы не просветите нас, откуда в трахее вашего жениха могло оказаться… это? – он вытянул руку, раскрыл ладонь и теперь уже ей продемонстрировал «внешние легкие», как мы звали это существо в академии.
Подруга поморщилась и бросила ворчливо, вроде бы ни к кому не обращаясь:
- Тебе что, было мало напитков в баре шаттла? Зачем в моих вещах бутылку взял?
- А тебе что, простой воды для меня уже жалко? – просипел Дейв и снова поморщился.
- Воды не жалко! Но ты залез без спроса в мои вещи и выпил «внешние легкие»! С чем я теперь буду нырять в океане планеты Вирпл? – прошипела красотка и сдула со лба ярко окрашенную прядь волос: - Я не хочу напяливать на себя это уродское снаряжение, оно исказит мое лицо!
Эскулап, тот, который поглупее, фыркнул от смеха. Лафлора подскочила как ошпаренная и схватила со все еще раскрытой ладони второго медика желеобразный, уже изрядно подвядший без воды кружок.
- Отдавайте второй, и мы пошли! – рявкнула она, в свою очередь вытянув руку ладонью вверх.
- Милада! А можно я ей туда плюну протоплазмой? – не выдержал призрачный крокарианец.
- Погоди, еще вспугнешь! – отмахнулась я, со все возрастающим интересом наблюдая за развернувшимся перед нами представлением.
- А это не к нам, любезная, это вы к своему жениху обращайтесь! – хихикнул смешливый медик, а его старший товарищ лишь криво улыбнулся.
- Я вас не понимаю! Выражайтесь яснее! – нервно топнула ножкой Лафлора, и яркая прядь ее челки снова сползла ей на лицо.
- Если я вас правильно понял, то ваш жених выпил воду из бутылки, где содержались «внешние легкие». При этом одно животное случайно попало ему в трахею, а второе, по всей видимости, сейчас находится у него в желудке! – задумчиво протянул старший медик и окинул Дейва внимательным взглядом, словно примериваясь и прикидывая, в какой части организма мужчины сейчас находится второе существо.
- И… и что? И как? Как теперь его оттуда достать? – последовавший за этим вопросом острый, словно лазерный скальпель, взгляд подруги заставил моего муженька поежиться.
- А ты говоришь, плазмой плюнуть! – прошептала я своему призрачному приятелю, словно нас мог кто-то услышать. – Она бы сейчас убежала, и мы не посмотрели продолжение такой увлекательной пьесы!
- Да как достать? – почесал под прозрачной силикагелевой шапочкой голову более рассудительный медик. – В принципе, это существо имеет белковую природу, так что, думаю, скорее всего переварится в желудке. Но если вы желаете получить этот организм в целом виде, то выход один – слабительное!
- Давайте! Да поскорее! – едва дав мужчине договорить, выкрикнула Лафлора.
А я, увидев, как вытянулось и побледнело лицо моего бывшего мужа, звонко рассмеялась.
- Я правильно понимаю, - еле сдерживая рвущийся смех, а оттого повернувшись к подруге спиной, начал младший медик, - что вы, после прохождения этого существа через пищеварительный тракт вашего жениха, планируете его использовать по назначению?
- Кого? Дейва? – подзависла подруга после такого витиеватого вопроса эскулапа.
Плечи мужчины подозрительно задергались, а затем послышался всхлип.
- Каким образом вы будете использовать по назначению вашего жениха, я тактично не буду уточнять, а вот насчет этого существа было бы любопытно узнать.
- Конечно буду! А иначе бы зачем его так ускоренно извлекать? – возмущенно фыркнула подруга.
- Тогда, - все также не поворачиваясь лицом и периодически подергиваясь, продолжил тот, - вам нужно поместить его в воду! Я имею в виду это существо, а не вашего жениха. Поместить в воду на несколько часов, а потом менять ее еще раза три-четыре, так как, как бы вам помягче сказать…, «внешние легкие» покинут организм не в совсем первозданном виде.
- Они что, впитают… - побледнела Лафлора и громко сглотнула, словно подавляя рвотный спазм.
- Вы меня совершенно правильно поняли! – кивнул мужчина, оборачиваясь и являя нам свое раскрасневшееся лицо. – Может, все же… снаряжение для подводного плавания? Там всего-то одна маска!
- Я сказала, слабительное, значит, слабительное! – схватив с ладони медика протянутую капсулу, Лафлора скомандовала: «Дейв! Поспешим к аэротакси! Нам нужно как можно скорее оказаться дома!»
Дейв, отвернувшись и пряча от врачей взгляд, встал на ноги и, пошатываясь, направился вслед за своей непреклонной половиной, а медики, уже не сдерживаясь, зашлись в громком хохоте.
- Ну что же ты? Даже не последуешь за ними? – Стофиус метнулся к выходу и застыл, колыхая призрачными щупальцами на легком сквознячке.
- А зачем? Я вспомнила своего мужа, вспомнила и все остальное! Я знаю, где находится наш дом. И я вскоре к Дейву наведаюсь! Но сначала ты меня научишь, как делать то, что умеют все призраки!
- Не раньше, чем ты мне расскажешь, что с тобой случилось и почему ты так зла на своего самца!
- Ну ладно, хорошо! – изобразила я глубокий вздох. – Полетели в какое-нибудь тихое местечко. А то надоело мне тут.
- Тихое местечко в космопорту? – телескопические глаза Стофа буквально вылезли на лоб. – Хотя… если подумать…, то тише медицинского блока разве что морг.
- Ну что ж, в морг, так в морг!
Глава 3. "Я мыслю, следовательно, я существую"
Помещение морга встретило нас стерильной чистотой, пустотой и тишиной. Как раз самая что ни на есть атмосферка, чтобы подумать о вечном. Но мне было не до этого. Совсем еще недавно преследовавшая меня апатия сменилась бешеной жаждой деятельности. Теперь я знала, отчего не ушла в свет. Вспомнила причину своей преждевременной кончины, и теперь у меня просто призрачные ручки чесались от желания сомкнуть их на шее Дейва.
Но, как говорится, «Выпьем за то, чтобы наши желания совпадали с нашими возможностями», а у меня как раз эти два критерия никак не желали совпадать.
Облетев по кругу помещение, полюбовалась на находившиеся под стеклом обнаженные тела в криозаморозке. Рядом с каждым из них значился текст с личными данными и причиной смерти. Я невольно вчиталась и поняла, что у этих бедолаг, как и у меня, не было шансов быть спасенными лишь по одной причине: нас нашли слишком поздно!
Не было самого ценного ресурса — времени! Когда на грани жизни и смерти, человека еще можно спасти, но при условии, что он будет оперативно доставлен в медицинский центр и помещен в реанимационную капсулу. Но если по какой-либо причине этого не было сделано, то вот он результат — под стеклом в морозильной камере.
- Хорошо, слушай! — я резко повернулась к зависшему посередине помещения Стофиусу, терпеливо ожидающему мой рассказ. — Я родилась в состоятельной семье. Мои родители были отличными этнографами — специалистами по изучению различных народов, их культуры, традиций, быта и места проживания. Они облетели множество планет, а когда мать моя узнала, что ждет ребенка, отец купил большой участок земли и построил чудесный дом!
— Моя мать на несколько лет оставила свою профессию, всецело занимаясь мной, да и отец все чаще оставался с ней, занимаясь моим воспитанием. За прошлые годы работы они накопили достаточно средств, чтобы позволить себе жить безбедно еще очень долго. Но… их беспокойные, жаждущие приключений натуры звали отправиться в новое захватывающее путешествие! — я ненадолго замолчала, погружаясь в воспоминания своего детства.
— Милада! — тихо позвал меня крокарианец, и я посмотрела на него рассеянным взглядом, возвращаясь в здесь и сейчас.
- Что, Стоф?
- Можешь не рассказывать. Я и так научу тебя всему, что знаю сам, - его голос был непривычно тих. Я бы даже сказала, что в нем сквозила грусть. А говорят, что гуманоидные расы сильно отличаются от всех остальных. Уж на что крокарианцы внешне напоминают огромных сухопутных спрутов, но эмпатия у них точно такая же, как и у людей. И я была благодарна своему приятелю за эту человечность.
- Спасибо, Стоф, но мне лучше, наверное, высказаться. В последний раз вспомнить и проститься с моей прошлой жизнью. Она, знаешь ли, была чертовски хороша! – я улыбнулась, вспоминая, как сначала злилась на родителей, когда они отправили меня в учебное заведение с проживанием, а сами снова улетели в очередную экспедицию.
- И все же я быстро освоилась и даже начала хорошо учиться. Кроме основных предметов, там давалась возможность изучать интересующую тебя область, так сказать, факультативно. Я занимала одну из кабинок для обучения, надевала очки дополненной реальности и... пропадала для всех, с головой погружаясь в необыкновенные, невероятные миры с фантастически прекрасной, хоть и чужой природой и населяющими их существами.