Альфа для Вашего Высочества

— Попрошу? — её голос прозвучал как хруст зимнего наста, высокомерно и остро. — Скорее это солнце взойдёт в полночь, Альфа, чем чистокровная Грей опустится до просьб перед диким зверем. Я здесь исключительно для дела, а не для того что бы удовлетворять твои плотоядные фантазии.

— Иди спать, Вивиан. Гостиная — моя забота. Завтра на рассвете я жду тебя внизу. И постарайся одеться… менее провокационно. Старейшины стаи — старые волки, их сердца могут не выдержать такой дипломатии. Вивиан проводила его долгим, проницательным взглядом, а затем плавно развернулась и пошла вверх по лестнице, шурша изумрудным шёлком халата. Напряжение между ними не исчезло — оно просто трансформировалось в нечто гораздо более опасное, чем вековая вражда.

Глава вторая

Утренний свет пробивался сквозь узкую щель между плотными шторами, ложась бледной полосой на измятое покрывало. Вивиан резко открыла глаза, тяжело и глубоко дыша, словно только что вынырнула из глубокого омута. Сердце в груди билось непривычно быстро, отдаваясь гулким ритмом в ушах.Ей снился Логан. Сон был настолько осязаемым и горячим, что стирал грани реальности. В этом ночном мороке не было вековой вражды и ледяных стен замка Грей — оставалось лишь удушающее, магнетическое притяжение. Ей снились его руки, сильные и горячие, которые медленно скользили по её телу, пачкая тонкий изумрудный шёлк халата. Она помнила обжигающий жар его обнажённой груди, к которой во сне прижималась без малейшего сопротивления, и то, как его пальцы властно переплелись с её пальцами, лишая возможности сделать вдох. Он наклонялся к ней, и его дыхание обжигало губы, а вкрадчивый хриплый шёпот заставлял её саму подаваться навстречу, умоляя не останавливаться. В этом эротическом сне её вампирская сущность не боролась со зверем — они сплетались в едином, первобытном ритме, где ледяная дисциплина Вивиан плавилась под напором его дикой, неопознанной доселе страсти. Девушка села на кровати, сбрасывая оцепенение, и провела ладонью по лицу. Кожа горела. Она невольно посмотрела на свои пальцы, словно на них всё ещё мог остаться осязаемый след чужого тепла. Её тело, обычно послушное и холодное, сейчас отзывалось непривычным, томительным напряжением внизу живота. Вивиан сделала медленный выдох, заставляя себя прийти в норму. Быстро переодевшись в плотные тёмные вещи, которые больше подходили для лесного быта, она повернула ключ в замке и спустилась по скрипучей деревянной лестнице на первый этаж. В гостиной уже не осталось и следа от ночной расправы. Пол был чисто вымыт, разрушенная мебель убрана, а в камине весело трещали свежие поленья. Логан ждал её у массивного стола. Он уже успел переодеться в чистую рубашку, но от его фигуры всё ещё веяло утренней прохладой и силой. Увидев её, он молча пододвинул по деревянной поверхности плотный термопакет, сквозь стенки которого угадывался густой багровый контур.

— Твой брат позаботился и об этом, — ровно произнёс он. — Посыльный передал вместе с вещами. Вивиан взглянула на пакет, но качала головой, отодвигая его обратно.

— Спасибо, но я ем и обычную еду. В крови пока не нуждаюсь, — спокойно ответила она, присаживаясь на противоположный край , где уже стояли простые тарелки с запечённым мясом и свежим хлебом. Они сели завтракать в тишине, нарушаемой лишь треском дров. Вивиан старалась держать лицо безупречно безразличным, но Логан вдруг замер. Он медленно опустил нож, слегка повёл носом, жадно втягивая воздух, и на его губах заиграла ехидная, понимающая усмешка.

— Ну надо же… — протянул он, подаваясь чуть вперёд через стол.

— Чувствую какой-то новый запах. Черника стала звучать гораздо слабее, зато появилось кое-что другое. Очень приятный, манящий аромат. Вивиан внутренне похолодела, хотя внешне ни один мускул на её лице не дрогнул. Она мгновенно поняла, что именно он почувствовал. Оборотень уловил едва уловимый, сладковатый запах её собственного возбуждения, которое до сих пор шлейфом тянулось за ней после утреннего сна. Её тело предательски выдало её тайну хищнику, чей нюх был способен распознать любые перемены в гормонах. Она сделала глоток чая, заставляя себя смотреть ему прямо в глаза без тени смущения, хотя внутри неё бушевал шторм. Она сама не могла понять, почему её организм так дико и остро среагировал на этот сон. Избалованная замковой роскошью и строгими правилами этикета, Вивиан никогда не позволяла себе вольностей. «Видимо, надо было согласиться на парочку свиданий с кем-нибудь в замке, а не запирать себя в четырёх стенах последние сто лет», — с глухой иронией подумала она про себя, понимая, что затянувшийся голод по нормальным отношениям сыграл с её разумом злую шутку, выбрав в качестве объекта подсознательного желания самого неподходящего мужчину на земле. Логан продолжал лениво улыбаться, явно наслаждаясь её молчаливым напряжением и тем, как стремительно менялся воздух в комнате.

— Это запах духов, Логан, — Вивиан изящно опустила вилку, и её голос прозвучал ровно, без единой вибрации волнения. — Мой брат передал вместе с вещами новый флакон из замковых запасов. Но, видимо, твой дикий нюх просто не способен отличить обычную парфюмерию от твоих собственных иллюзий. Советую сосредоточиться на мясе в тарелке, а не искать скрытые смыслы в воздухе. Логан тихо хмыкнул, и этот звук больше походил на утробный, сытый рык хищника, который прекрасно знает, что добыча просто пытается защищаться. Он лениво откинулся на спинку стула, не сводя с неё внимательного, пронзительного взгляда, в котором читался отчётливый вызов и азарт. Ложь вампирши не сбила с него спесь, а лишь сильнее раззадорила зверя внутри. Он слишком хорошо знал разницу между дорогим парфюмом и живой, горячей реакцией женского тела.

— Духи, значит? — протянул он, и его низкий голос зазвучал вкрадчиво, с лёгкой хрипотцой. — Что ж, пусть будут духи, Вивиан. Главное, чтобы от этой твоей «парфюмерии» у наших старейшин не перехватило дыхание. Доедай. Они ждут нас на поляне, и поверь, их вопросы будут куда менее приятными, чем мои. Вивиан лишь плавно приподняла подбородок, показывая, что разговор окончен. Напряжение между ними в этой уединённой гостиной продолжало искрить, но утренняя перепалка была прервана — впереди их ждала настоящая проверка на прочность перед лицом всей стаи.

Вивиан плавно поднялась из-за стола. На ней были плотные чёрные брюки из мягкой замши, идеально садившиеся по фигуре и подчёркивающие её стройные ноги. Вместо тёплого джемпера на ней был облегающий шёлковый топ с высоким воротом цвета горького шоколада, который плотно охватывал её тонкую талию. Будучи вампиром, она была абсолютно равнодушна к лесной прохладе — её мёртвая плоть не знала холода, поэтому на её плечах не было ни тяжёлых курток, ни шерстяных кофт. Лишь длинное, невесомое пальто-мантия из тончайшего чёрного атласа свободно струилось за её спиной, мягко шурша по деревянному полу при каждом шаге. Её длинные тёмные волосы были аккуратно собраны сзади в высокий, тугой хвост, открывая точёную шею и подчёркивая безупречный овал бледного лица. На ногах красовались изящные кожаные сапоги на плоской подошве — практичные, но сшитые с тем изысканным мастерством, которое выдавало их замковое происхождение. В этом строгом, закрытом, но лёгком наряде не осталось и следа от ночной провокации. Она выглядела сдержанно, собранно и по-военному лаконично. Движения девушки были лишены суеты, несмотря на то, что под пристальным, изучающим взглядом Логана воздух в гостиной казался почти осязаемым. Оборотень последовал её примеру. Он легко, с ленивой грацией хищника поднялся со стула, на ходу подхватывая со спинки свою тяжёлую кожаную куртку .Они вышли на крыльцо вдвоём. Осеннее утро встретило их густым, сырым туманом, который клочьями стлался по лагерю, цепляясь за раскидистые лапы вековых елей. На месте огромного ночного костра в центре поляны теперь лежала лишь куча серой, дымящейся золы, но плотный запах пролитой крови, казалось, намертво въелся в мокрую брусчатку и древесину срубов. Волки из лагеря уже бодрствовали, но вели себя на удивление тихо: они провожали Вивиан угрюмыми, настороженными взглядами, однако близко подходить никто не решался — ночной урок вожака усвоили все. Чуть поодаль, у массивного навеса из потемневших от времени брёвен, их уже ждали. Пятеро старейшин стаи сидели на низких скамьях вокруг расколотого грозою дубового пня, заменяющего им стол. Это были старые, умудрённые опытом волки с суровыми, иссечёнными шрамами лицами и сединой в длинных волосах. От их фигур веяло той тяжёлой, давящей силой, какая бывает только у тех, кто пережил не одну войну. Рядом с ними, скрестив руки на груди, стоял бета Томас. Его лицо при виде Вивиан мгновенно перекосилось от едва сдерживаемой неприязни. Логан шёл чуть впереди, уверенно прокладывая дорогу сквозь туман, но не терял из виду свою заложницу. Вивиан держалась рядом. Её гордая осанка и ледяное спокойствие оставались безупречными. Среди этого дикого, пропахшего сыростью и звериными шкурами лесного быта она выглядела чужеродно .Когда они приблизились к навесу, самый старый из волков, чьё лицо пересекал глубокий след от когтей, медленно поднял голову. Воздух между ними мгновенно налился свинцовым напряжением.

— Ты привёл её сюда, Логан, — глухо, с хриплым рокотом произнёс старик, даже не глядя на Вивиан.

— Ты поселил врага под своей крышей и заставил стаю подчиниться. Но совет старейшин хочет знать: действительно ли девчонка из рода Грей стоит того, чтобы мы доверили ей жизни наших детей, или её легион просто ждёт момента, чтобы ударить нам в спину?

Вивиан сделала небольшой шаг вперёд, плавно обходя Логана и выходя прямо к совету старейшин. Тонкий чёрный атлас её мантии едва слышно скользнул по пожухлой осенней траве. Она не стала дожидаться, пока Альфа начнёт её защищать или оправдывать присутствие чужака перед своими подчинёнными. Ей нужно было заговорить первой, чтобы старые волки сразу поняли: перед ними не слабая пленница, а полноправный представитель короны Грей.

— Меня зовут Вивиан Грей. Мой отец, король Люциус, официально наделил меня титулом преемницы престола , передав в мои руки абсолютную власть говорить от имени короны, — её чёткий, мелодичный голос прозвучал удивительно ровно под бревенчатым навесом, мгновенно заставив притихнуть даже бету .

— Мой титул — это не просто дань замковому этикету, это гарантия того, что моё слово имеет вес королевской печати. И я стою здесь без оружия не потому, что рассчитываю на вашу милость. Мой легион стоит на границе Южных скал. Они ждут моего возвращения через одну луну. И если бы мой отец действительно планировал стереть вашу стаю с лица земли, ему бы не потребовались шпионские игры и заложники. Полки Люциуса просто перешли бы русло высохшей реки. Тридцать лет назад вы уже видели, как это происходит. При упоминании событий тридцатилетней давности по рядам старейшин пронёсся глухой, яростный рокот. Один из старых волков инстинктивно сжал кулаки, а на его шее вздулись тяжёлые вены. Но Вивиан даже не повела бровью.

— Время слепой ярости прошло, — отрезала она, удерживая взгляд самого старого ликана с рассечённым лицом. — Вы можете продолжать ненавидеть мой род и кормить свою гордость старыми обидами. Но пока вы рычите на меня, ваши патрули замерзают на скалах, а на складах лагеря нет и половины провизии, необходимой для выживания в морозы. Я пришла предложить вам сделку, которая навсегда изменит жизнь Кровавой Луны. Открытые южные торговые пути, доступ к рынкам замка и продовольствие без пошлин. Взамен я требую лишь одного — неприкосновенности границ и полного отвода ваших отрядов на три мили вглубь леса. Старейшины опешили. Наступила мёртвая, звенящая тишина, прерываемая лишь мягким потрескиванием углей в каньоне. Старые волки переглянулись. Они ожидали от преемницы Люциуса высокомерных ультиматумов или угроз казнью, но эта девчонка била в самую суть их внутренних проблем. Она знала о голоде в стае. Она предлагала им силу и процветание, которых у них не было веками. Самый старый ликан медленно перевёл взгляд с Вивиан на Логана, который всё это время лениво стоял чуть позади, скрестив руки на груди и с откровенным, хищным восхищением наблюдая за своей заложницей.

— Логан… — глухо позвал старик, и его голос больше напоминал шуршание сухого гравия.

— Девчонка говорит красиво. Но волки не привыкли верить словам Грей. Каковы наши гарантии? Логан медленно оттолкнулся от опорного бревна навеса и сделал два широких шага, оказываясь вплотную к Вивиан. Жар его разгорячённого тела снова окутал её, заставляя шёлк её топа едва заметно колыхнуться от встречного потока воздуха. Он лениво опустил ладонь на её плечо, и его горячие пальцы слегка сжали атлас мантии, обозначая свою личную власть над ней перед всем советом.

— Её гарантия, совет, — это она сама, — вкрадчиво, с опасной хрипотцой в голосе произнёс Альфа.

— Вивиан Грей остаётся в моём доме на одну луну. Она будет жить по нашим законам и есть нашу еду. Если Люциус обманет нас и закроет посты — его преемница никогда не вернётся в замок Грей. Она останется здесь со мной навсегда. Как мой личный трофей. Старейшины замерли, переваривая услышанное, а Томас за спиной вожака потрясённо выдохнул. Логан повернул голову к Вивиан, наклоняясь так близко, что его дыхание снова опалило её бледную шею, заставляя внутренние вампирские инстинкты девушки хищно встрепенуться. На его губах играла та самая дерзкая, хищная улыбка.

Вивиан плавно повернула голову, совершенно не смутившись опасной близости Логана. Её лицо оказалось так близко к его лицу, что она могла уловить тончайшие перемены в его дыхании. Логан упивался моментом своей прилюдной власти, но преемница Люциуса умела наносить ответные удары без единого замаха. Она не стала сбрасывать его ладонь со своего плеча — это выглядело бы как слабость. Вместо этого Вивиан подалась чуть вперёд, сокращая расстояние до ничтожного минимума, и вкрадчиво шепнула ему прямо в самые губы:— Трофеем можно стать только в том случае, волк, если охотник выживет в этой игре. Постарайся дожить до конца луны. Это был чистый, расчётливый удар. В её глубоких тёмных глазах на долю секунды снова проскользнул тот самый холодный, опасный блеск, который Логан видел ночью. Она не просто приняла его вызов — она перевернула правила, дав понять, что запереть её в лагере Кровавой Луны ещё не значит победить. Логан на мгновение застыл. От такой откровенной, леденящей дерзости Альфа пришёл в настоящий, дикий восторг. В его груди зародился глухой, раскатистый рокот, но это была не злость, а сытый, хищный азарт мужчины, который встретил равного противника. Он медленно убрал руку с её плеча, но его взгляд продолжал сверлить её с тяжёлым, многообещающим восхищением. Эта девчонка не боялась его клыков, и это будоражило его сильнее любой вековой вражды. Старейшины, внимательно наблюдавшие за этой безмолвной, но яростной дуэлью характеров, переглянулись между собой. На поляне под навесом воцарилась звенящая тишина. Старые, умудрённые опытом волки увидели то, чего не смог разглядеть ослеплённый яростью Томас. Между их молодым вожаком и преемницей легиона Грей искрила опасная, бешеная и непреодолимая химия. Это была битва двух сильных лидеров, которая связывала их крепче любых бумажных договоров. Если бы Вивиан была просто папиной куклой, Логан давно бы сломал её. Но её леденящая воля заставила совет поверить: эта сделка — не ловушка. Самый старый ликан с рассечённым лицом медленно опустил ладонь на расколотый дубовый пень, прерывая молчание.— Мы принимаем твои условия, Вивиан Грей, — глухо произнёс старейшина, и его голос эхом разнёсся в сыром утреннем тумане.

— Слово Альфы связывает нас. Пакт заключён. Кровавая Луна отведёт свои патрули, но помни: твоя жизнь принадлежит этой стае до следующего полнолуния.

Когда старейшины один за другим поднялись со своих мест и медленно скрылись в густом утреннем тумане, Вивиан плавно развернулась к Логану. Свинцовое напряжение, царившее под навесом, наконец-то начало рассеиваться, уступая место чистой, прохладной свежести леса. Атласные полы её мантии мягко колыхались от лёгкого движения ветра.— Ну что, Альфа, официальная часть завершена, — ровно произнесла она, заставив Логана лениво изогнуть бровь. На её лице снова появилась та самая маска безупречного, аристократического спокойствия.

— Раз уж мне предстоит провести здесь целую луну, я бы хотела знать, где именно заперта. Проведи мне экскурсию по окрестностям. Покажи свои владения. Логан тихо хмыкнул, засовывая руки в карманы куртки. Его взгляд, всё ещё хранивший сытый азарт после её удара, медленно скользнул по её шёлковому топу. Он явно не ожидал от замковой гостьи такой деловой расторопности. Большинство заложников на её месте заперлись бы в комнате, молясь о скором спасении, но Вивиан Грей сразу перешла к освоению территории.

— Экскурсию, значит? — вкрадчиво протянул он, и в его низком голосе послышалась лёгкая, дерзкая хрипотца. — Хочешь изучить пути отхода, принцесса? Или просто ищешь место, где твоему легиону будет удобнее устроить засаду?

— Если бы я хотела сбежать, Логан, я бы сделала это ещё ночью, пока твои волки вытирали кровь в гостиной, — убийственно холодно и чётко отрезала она, высокомерно вздёрнув подбородок. — Мне нужно понимать логистику лагеря, чтобы наши будущие торговые караваны не натыкались на твоих излишне нервных бойцов. Так мы идём? Или вожак боится оставаться наедине с безоружной вампиршей за пределами своих постов? Логан откровенно рассмеялся. Дерзость Вивиан не злила Альфу, она въедалась в его сознание, стирая любые остатки вековой вражды.

— Идём, Вивиан,

— Логан резко развернулся, делая приглашающий жест в сторону уходящей вглубь леса каменистой тропы. — Покажу тебе наши охотничьи угодья. Но учти: за чертой лагеря правила приличия заканчиваются. Там хозяйничает только дикая природа. Постарайся не отставать в своих изящных сапожках. Вивиан лишь плавно двинулась следом, шурша атласом по жухлой траве. Напряжение между ними никуда не исчезло, оно лишь трансформировалось, обещая превратить эту прогулку по окрестностям в новое, ещё более опасное противостояние.

Каменистая тропа вела их всё дальше от срубов и дымящейся золы лагеря, поднимаясь круто вверх по склону ущелья. Сырой туман постепенно редел, оставаясь где-то внизу, а сквозь тяжёлые лапы вековых елей начали пробиваться первые тёплые лучи утреннего солнца. Они шли вдвоём. Логан двигался с ленивой, но безупречной грацией хищника, то и дело придерживая для неё колющие ветви, а Вивиан плавно ступала следом, заставляя атласные полы своей мантии шуршать по опавшей хвое. Дорога была долгой, и на каждом шагу они постоянно пытались уколоть друг друга. Ни один не упускал возможности отпустить колкость.