Моё сердце принадлежит (не) тебе, волк

Я любила его, а он разбил мне сердце.
Теперь я невеста альфы, но случайная встреча с бывшим меняет все. Он изменился - теперь у него свой бизнес, он состоятелен, красив и целеустремлен. И он предлагает сбежать с ним.
Но ведь он - человек, а мой жених - оборотень, который хочет сломить меня и сделать только своей. Он никогда меня не отпустит, а если узнает, что я люблю другого, то убьет нас обоих.
В тексте есть:
# бывшие
# пленница альфы
# побег и новая любовь
# шикарный главный герой, который смог
# очень эмоционально
# Хэппи енд

_________________________

Дженар Беквуд был из тех мужчин, кого невозможно не заметить. Восседая в окружении шикарных женщин и развязных парней, он выглядел среди них как король на троне среди плебеев и вел себя соответствующе.

Длинные светлые волосы ниже плеч, расстегнутая на груди рубашка, обнажающая невероятные мускулы. Обтягивающие кожаные штаны и массивные цепочки на шее.

Он был похож на рок-звезду. И напугал бы кого угодно, если бы не был общительным и веселым.

Пока мы с подругами потягивали безалкогольные коктейли у стойки бара, он безостановочно смеялся. Его заразительный хохот разносился по всему залу, заглушая музыку и привлекая внимание последних, кто еще остался к нему равнодушен.

- Шею свернешь, - с ухмылкой заметила Эрмина, прикалываясь над моей непроизвольной реакцией.

Дело происходило в ночном клубе «Огни Эржентилля», куда однокурсницы затащили меня, чтобы немного разгрузить мысли после учебы в академии.

- Стрёмный парень, - поспешила я прикрыть смущение брезгливостью.

- Да что ты? – в голосе подруги прозвучала искренняя издевка, она ни капельки мне не поверила. – Завсегдатай клуба. Он с дружками тусуется здесь первую неделю каждого месяца. Потом надолго уезжает.

- Не люблю выпендрёжников, - поморщилась я и отвернулась. Сосредоточилась на вишенке в коктейле, топя ее соломинкой. – Такие делают, что хотят, и им все сходит с рук.

- Тут ты права, - немедля согласилась подруга. – Он принадлежит к знатному роду Беквудов, очень богат. Известен не только у себя на Саксе, но и здесь, во Франшире. Один из тех самых Избранных.

- Избранных? – подняла я брови.

Так называли людей якобы со сверхъестественными способностями, живущих обособленными группами и не допускающими в свой круг посторонних. Стать частью такой семьи можно было, только заслужив это право чем-то особенным.

Богатые и высокомерные «королевские» особы – так о них уничижительно говорили. Их существование годами обрастало невероятными слухами, один другого чудесатее, которые реально ничем были не подтверждены.

- Ну да, неужели ни разу не видела в новостях? – удивилась подруга моей неосведомленности. – Чем ты вообще занимаешься в свободное время?

Учебой, в отличие от некоторых, - могла я ответить.

- Его семья из очень, очень древнего рода, Беквуды проживают в Великом Сакском королевстве испокон веков, их род существует уже несколько тысяч лет. Им принадлежит чуть ли не половина земель островов, и ты о нем не слышала?

Слышала, конечно. Просто меня никогда не интересовали королевские особы. Я не читала желтую прессу, не следила за модой или политикой. Мне было некогда: нужно было учиться, чтобы обеспечить себе нормальное будущее.

В отличие от Избранных, я была обычной девушкой и богатство не падало мне с неба. Приходилось отчаянно трудиться, чтобы завоевать место под солнцем.

- Ну а как тебе то, что некоторым членам рода уже больше ста лет? – усмехнулась подруга. – Говорят, в их лесах водятся оборотни. Ну а я думаю, сами Беквуды – эти оборотни и есть!

- Неинтересно, - отмахнулась я, не собираясь тратить свое время на банальные слухи.

И удивленно уставилась на подругу, которая совсем перестала меня слушать и открыв рот смотрела куда-то за меня.

- Нормальную музыку, бармен! – гаркнул рядом мужчина, и я в шоке уставилась на того, о ком мы только что говорили.

На стойке лежала пачка купюр, и барменша с зелеными волосами и пирсингом уже спешила исполнить повеление богатенького наглеца.

Мужчина медленно повернулся ко мне с ухмылкой, источающей самодовольство и снисхождение. Так смотрят на мусор под ногами.

- Я видел, - усмешка стала шире, - как ты на меня пялилась.

Его глаза были необычного оранжевого оттенка, будто подсвечивались изнутри ровным пламенем. Взгляд блуждал по моему лицу оценивающе: собеседник решал, стою ли я его королевского внимания.

Не слишком высокий, но жилистый, крепкий и явно обладающий большой силой. Рубашка исчезла, кожаная жилетка была надета на голое тело, на шее висели цепи и какие-то амулеты. Руки покрыты татуировками.

Кожа была гладкой и загорелой: мужчина немало времени проводил под солнцем, быть может, даже в шезлонге у собственного бассейна.

А может, он просто являлся любителем погулять, потому что, в отличие от тех, кому приходилось много работать, мог себе позволить праздно отдыхать.

Пепельные волосы небрежно обрамляли удлиненное лицо, вообще-то, довольно-таки привлекательное и мужественное, несмотря на общий устрашающий образ.

От него веяло непредсказуемостью и силой, опасностью и темпераментом. Но меня, скорее, пугали такие качества мужчины, чем привлекали.

Казалось, он старше меня всего лет на десять, но его глаза выдавали уверенность и опыт гораздо более взрослого мужчины. Это противоречило совершенно незрелым поступкам: так по-хулигански ведут себя разве что подростки.

Ну, точно, у него же есть деньги, ему все можно.

- Потому что ваша шумная компания мешает нам с подругой приятно проводить вечер! – холодно отбрила я, игнорируя пинок Эрмины в мой стул.

Он расхохотался. Так непринужденно и расслабленно, что стало обидно: моя попытка задеть хама провалилась.

- Всегда пожалуйста, царапуля, - этот козел на прощанье тронул меня за плечо. - Обращайся!

- Никакая я вам не цара… - крикнула я, но он уже ушел к своим, забыв о моем существовании.

Теперь мне стало очень жарко. И еще немного трясло. От ярости, обиды и негодования.

Пришлось снять накидку и заказать новый коктейль, старый-то весь пролился.

Эрмина гладила меня по спине, но выглядела при этом так, словно меня только что не смешали с грязью, а облагодетельствовали святостью. С восхищением и завистью. Неужели ей нравится этот отброс?

Меня передергивало от одной только мысли о нем. Неприятно было даже просто находиться в одном помещении.

И я отказывалась замечать, что была задета его пренебрежением не меньше, чем он моим.

К моему удивлению, вместо одного коктейля нам принесли их целый поднос – разного содержимого, на любой вкус. Все безалкогольные, как будто даритель просек, что мы приличные девочки, и искренне пытался угодить.

- От господина в центре зала, - загадочно подмигнула барменша.

Я резко обернулась, пылая гневом, но Эрмина схватила меня за руку, не позволяя наделать глупостей.

- Мы их возьмем, Мара, и не спорь! – облизывалась, как кошка, подруга. – Они стоят бешеных денег, и он тебе должен за твой.

Внимательно наблюдающий за мной нахал поднял свой бокал вместо извинения, и я со вздохом подавила негативные чувства. Каким бы он ни был избалованным говнюком, он все же исправил ошибку, как умел. По крайней мере, попытался, пусть и в своей манере.

Вокруг него по-прежнему толпились распущенные девицы, присаживаясь с двух сторон, как будто устраивались в очередь, и я отвернулась от зрелища, не вызывающего во мне ничего кроме презрения.

В следующий раз мы встретились на танцполе. Видимо, Дженар совсем не привык к отказам, потому что вновь попытался подкатить ко мне в своем репертуаре.

Это значит, терся вокруг нас с Эрминой, норовя схватить меня в охапку и прижать к себе, как делал это с предыдущим десятком таких же, как он, раскрепощенных и вульгарных дамочек.

Но как только он оказывался рядом, я ускользала. Народу было много, сделать это оказалось легко, но меня немного бесило, что он не позволяет мне расслабиться.

Поэтому, когда мне наскучила эта игра, я вернулась к бару, оставив приставучего ловеласа в полном распоряжении восторженной подруги.

- Может, хоть познакомимся? – настырно преследовал он меня, уже не раздражая, а пугая своей непонятливостью. – Я Беквуд. Дженар Беквуд.

Он сказал это так, словно я должна растечься лужицей от упоминания его небезызвестного имени.

- Ее зовут Мара, - подставила меня подруга, материализовавшись рядом. – А я Эрми, кстати, - протянула она ладонь.

Поразительно, с какой легкостью этот скот переключился на другую. Плотоядно ухмыльнувшись, он поднес ладошку Эрмины к губам, и она еле устояла на ногах, собираясь грохнуться в обморок. На ее висках выступили капельки пота, а рот от шока приоткрылся.

- Я ухожу, - заявила я, ситуация совсем уже не радовала, и я не хотела обострять ее еще сильнее.

Да и пора было собираться: утром я должна была выехать в Баравиль, чтобы навестить отца.

- Нет, подожди!

Эрмина бросилась за мной и возле гардероба мы долго спорили. Оставаться я категорически не хотела, но Эрми была взрослой и самодостаточной и сама могла решить, что с этим делать.

Кроме меня, в зале где-то тусили Ирунис с Тосни, с которыми мы вместе пришли, так что Эрми не будет тут одна.

Впрочем, судя по ее горящим глазам, она собиралась воспользоваться случаем и оседлать красавчика, пока он в настроении.

- Тебе точно нужно ехать домой прямо сейчас? – взгрустнула подруга, хотя для нее было лучше, чтобы я убралась, тогда никто не будет стоять между ней и Дженаром.

Я разъяснила ей положение, в котором оказался отец. Он болел. Уже давно. Сильно.

Денег на лечение у нас не водилось. Их едва набиралось на оплату академии, и даже если бы я ее бросила, на дорогостоящую операцию не хватило бы.

Эрмина обещала сделать все возможное, чтобы помочь моей семье, а я была благодарна ей уже за то, что она проявила сочувствие и выслушала меня со вниманием, а не просто бросила, убежав к своему новому «бойфренду на одну ночь». Или «на пять минут» в тесной кабинке туалета.

- Я все слышал, - голос, раздавшийся из темноты, когда я поспешила через арку к оживленной улице, чтобы вызвать такси, заставил меня вскрикнуть и отшатнуться.

В свет выступила знакомая фигура, преграждая путь. Цепи тихо звякнули, словно кандалы, которые преследователь заготовил, чтобы сковать меня и похитить.

Дженар. Он что, ждал меня здесь? Подслушал наш разговор?

- И что? – сцепив зубы, бросила я вызов, не собираясь демонстрировать страх.

Вокруг было полно народу: у входа в клуб, впереди на улице. Если закричу, меня услышат.

Но Беквуд не угрожал мне. Выглядел он самоуверенным и пренебрежительным, но напугать не пытался.

- Я могу купить кого и что угодно, - произнес он медленно, с расстановкой. – Дело за ценой. Я оплачу лечение твоего отца. Взамен…

- Что? – буркнула я, хотя не нуждалась в объяснении: оно было написано в его горящих огнем глазах.

- Ты знаешь, - ухмылка стала шире. Он был абсолютно в себе уверен.

- Никогда, - рассердилась я и, обойдя наглеца, бросилась к улице.

- Твой отец умрет, - слова Дженара укололи на удивление больно. – Другого шанса не будет, царапуля. Сколько ты стоишь? – зашуршали бумажки – то ли купюры, то ли чеки. – Пять тысяч ферлингов? Десять? А что, если я дам тебе миллион?

Я даже не замедлилась. Вылетела на улицу пулей и бросилась к дороге перехватить первую же свободную машину.

Глава 2. Стань моей женой

Следующая наша встреча состоялась спустя месяц.

Мы с подругами тоже были завсегдатаями «Огней Эржентилля». Просто потому, что молоды и безрассудны, а еще потому, что этот клуб стоял прямо напротив академии и мы частенько захаживали туда сразу после занятий.

В какой-то из вечеров Эрмина тихо ущипнула меня за локоть, и я, обернувшись, увидела знакомую компанию, шумно вваливающуюся в зал.

Снова Дженар в своей излюбленной расслабленной манере, несколько его приспешников и куча приятелей, на первый взгляд посторонних, словно их набрали с улицы. Может, так и было.

Мое лицо от негодования стало наверняка пунцовым, хотя подруга приняла это совсем за другую реакцию.

- Не переживай, Мара, и на твоей улице будет праздник!

- Нет уж, уволь, - огрызнулась я, предложение в подворотне до сих пор вызывало во мне бешеную злость.

Хотя здоровье отца становилось все слабее, и мне позарез необходимы были деньги, я никогда не смогла бы переступить через себя. Да и отец был бы против, узнай он об этом.

«Не готова поступиться принципами даже ради его спасения? – тоненький голосок тревожно звучал изнутри и не давал обрести покоя. – После операции отец проживет еще пять, может, десять лет. Неужели ты не воспользуешься единственным шансом отсрочить смерть»?

«Нет», - в зародыше давила я сомнения, не хватало еще всю жизнь потом считать себя продажной женщиной.

«Эрмина переспала с гадом вообще забесплатно! – нагло донимал писклявый голос. – Представь, что ты сможешь купить за миллион»!

Но я была еще слишком юна и идеалистична, чтобы расстаться с невинностью таким ужасным способом.

Боялась, что Дженар примется за старое, едва меня увидев, и готова была просто сбежать из клуба, как в тот раз. Но парень потерял ко мне интерес. Он больше не смотрел в мою сторону, по крайней мере не так часто и не так пристально.

Должно быть, мой отказ сильно его оскорбил, и он решил не тратить на меня время.

Спустя час я смогла вздохнуть свободно и просто общаться с подругами, не беспокоясь ни о каком преследовании.

Все изменилось на танцполе.

На этот раз на мне было блестящее зеленоватое платье на тонких золотых бретелях в пол. В противовес брючному костюму и блузе с длинным рукавом с прошлой встречи.

Мы просто двигались в такт музыке каждый в своей компании, но в какой-то момент Дженар оказался за моей спиной. Кружась, я повернулась и увидела его прямо перед собой.

Он выглядел потрясенным. Смотрел не на меня, а куда-то за меня. Или на мою руку. Или на стразы платья. Кто его знает.

Я думала, что испачкалась в чем-то, но кожа была обычной, платье тоже чистое.

А он все не отводил глаз, словно увидел привидение. Стоял, смотрел, а потом просто развернулся и ушел, ничего не предприняв и не сказав ни слова.

Спустя пять минут я забыла и об этом странном инциденте тоже. Что творится в чужой голове, мне было неведомо, лишь бы меня не касалось.

Я была шокирована, когда через день на счет моего отца поступил платеж, полностью покрывающий лечение. Имя даритель не скрывал, хотя на этот раз ничего не требовал. Пока не требовал.

Я отправилась в клуб следующим же вечером, понятия не имея, что буду делать. Отвешу пощечину и потребую забрать подачку или все же отблагодарю за помощь, вроде как безвозмездную?

Я очень-очень сомневалась, что такой, как Дженар Беквуд, отдал свои денежки по доброте душевной. Но все же изнутри стучалась мысль, что парень вовсе не так плох, каким казался.

- Спасибо, - вместо всего, крутящегося в моей голове, я смогла выдавить только это. – Но я все равно не стану с вами спать.

- Не надо, - мужчина понимающе улыбнулся и освободил рядом с собой место. – Присядь. Просто присядь. Это я хоть заслужил?

Ситуация дурно пахла, но что еще я могла сделать? Подвох обязательно вскроется, но пока я ждала объяснений, мне оставалось лишь уступить, иначе я чувствовала бы себя стервой.

К концу вечера я полностью изменила свое отношение к Дженару.

Он больше не вел себя как самовлюбленный индюк, привыкший получать все, что хочет.

Как оказалось, он может быть абсолютно нормальным: галантным, уравновешенным и даже вполне заботливым. Разговорчивым и простым. Защищающим, если понадобится его помощь с другими завсегдатаями клуба, считающими себя неотразимыми.

Конечно, я понимала, что это ловко расставленная ловушка: не получилось взять меня нахрапом, и опытный ловелас выбрал иную тактику.

Вот только почему именно я? Что во мне такого особенного? В любовь прожженного бабника я ни капли не верила. Кто он и кто я, в конце концов?

Шло время. Только оно было целителем душ во все времена. Иногда помогало быстро, иногда требовалась целая жизнь.

Моя настороженность исчезала очень медленно.

Наши отношения начались не с той ноги, но постепенно, спустя долгие недели переросли в дружеские и, наконец, почти доверительные.

Дженар Беквуд водил меня на свидания в необычные места: на выставку средневекового оружия, где сам рассказывал о каждом экспонате. В галерею современного 3Д-искусства, где инсталляции были выполнены на скульптурах из стекла, поражая объемностью и глубиной цвета. В парк каруселей: прокатиться на самой высокой горке в стране.

Ужины в кафе стали для нас привычным делом. В основном Дженар расспрашивал обо мне и рассказывал о себе. Чаще, конечно, второе, потому что я не была болтливой, а такие, как он, как раз любили покрасоваться подвигами перед женщиной.

Его истории о давних временах, когда я еще даже не родилась, приводили меня в восхищение. Я готова была слушать их часами и никогда не потеряла бы интереса.

Это было что-то сродни волшебства: помнить события, десятки раз перевранные в учебниках истории. Быть непосредственным участником военных баталий или прямым наблюдателем. Своими глазами видеть исторических личностей, чьи лица сохранились лишь на портретах.

Мы стали друзьями. Ну, насколько это возможно.

В глубине моей души все равно сидел червячок, что мужчина ждет от меня постели в ответ на свои ухаживания.

Хотя он ни разу больше не заговаривал об этом, голод в его глазах становился все ощутимее. Он старательно скрывал его, проявляя невиданное терпение.

А затем моему отцу стало хуже. Лечение, поначалу приносившее результат, обернулось осложнением, которое грозило быстрой смертью, если не провести операцию немедленно.

Выхода не было. Только Дженар мог помочь, другого способа найти срочные деньги я просто не знала.

Что еще сделать? Взять кабальный кредит в банке? Его могли и не дать бедной студентке. Украсть? Занять у друзей суммы, которые вряд ли смогу отдать?

- Ты все еще хочешь переспать со мной? – хрипло спросила я, добела заламывая пальцы, сплетенные под столиком. Мы ужинали в маленьком прибрежном ресторанчике с видом на пролив.

- А что? – его глаза сверкнули хищным огнем, оценивающий взгляд прокатился сверху донизу по моему телу, и все мои внутренности сжались.

Не только от страха, ведь это случится со мной впервые. Отчасти уже и от предвкушения, потому что Дженар давно не был мне противен.

Уверенный в себе, привлекательный и темпераментный мужчина, терпеливо ожидающий момент, когда я сама буду готова углубить наши отношения, не мог не притягивать меня и не вызывать ответного желания. Особенно после того как я узнала его лучше и перестала видеть только яркую оболочку.

- Отцу нужна операция… - голос сломался и затих.

Протянув руку через стол, мужчина посмотрел на меня требовательно. И ждал, пока я не вложила в его сильные пальцы свою дрожащую, потеющую ладонь.

- Как я уже сказал: ты можешь просить любую цену, я заплачу ее.

- Ну, тогда… - я задыхалась от волнения и злости на себя, что все-таки приходится делать это. Но самоуважение – ничто, когда ты можешь спасти единственного родного человека. – Тогда помоги ему, оплати операцию, и я стану твоей…

К моему бескрайнему удивлению, Дженар не воспользовался моим согласием немедленно. Не повел себя со мной, как с одной из своих легкодоступных девиц. Не отнесся как к потаскухе.

Вместо этого он зажмурил на секунду глаза. А затем заключил мою ладошку в плен обеих рук решительно и властно, но и почти нежно.

- У меня встречное предложение, - его распахнувшиеся глаза снова сверкнули плотоядным пламенем, пробирающим меня до костей.

- Ты хочешь что-то еще?

Так и знала, что все не будет просто! Так и знала, что это ловушка!

Отнять руку Дженар не позволил.

- Мне уже недостаточно только постели, Мара. Стань моей женой, и все мои деньги будут твоими.

_________________________

Визуализация персонажей:

Дженар Беквуд - оборотень-альфа, положивший на нашу героиню глаз. Властный и опасный мужчина неизвестного возраста, выглядит на 30-35, богат, красив, хладнокровен и жесток, привык получать все, что захочет. Любит провоцировать драки и никогда не проигрывает. Живет на полную катушку.

Принадлежит к роду древних оборотней, живущих среди людей обособленными общинами, не допускающими в свой круг посторонних.

Марайна Велмос (Беквуд) - обычная, воспитанная и скромная девушка, но зато с характером. Оказавшись в трудном положении, вынуждена согласиться на брак ради спасения отца.

Старается видеть в Дженаре хорошую сторону, но интуиция отчаянно кричит ей не доверять ему, быть осторожной.

Глава 3. Предсвадебная лихорадка

С тех пор прошло немало времени. Несколько недель понадобилось мне на принятие решения, хотя переспали мы тем же вечером.

В глубине души я была практически уверена, что наутро Беквуд забудет о своем предложении, и я останусь в прошлом, как уже использованный материал. Именно так он поступал со всеми своими женщинами, ни к одной не относясь серьезно.

Разве я отличалась от них? Только тем, что пришлось ухаживать за мной дольше обычного? В конце концов я оказалась точно такой же, как все они, и у Дженара не было причин возиться со мной впредь.

Я бы не удивилась, если б наутро он просто выставил меня за дверь. Добившись своего, потерял ко мне интерес. Я бы даже посчитала это справедливым и закономерным.

Но он этого не сделал.

По какой-то невероятной причине жениться не передумал, хотя и в любви ни разу не признался. Наша связь походила на деловую договоренность, только что взамен получал Беквуд, я понятия не имела.

Ну, хоть не потерял ко мне уважения после постели, и на том спасибо.

Он не изменился, остался прежним – таким, каким был с начала нашей «дружбы». Немного пугающим, грубоватым, самовлюбленным владельцем части семейного бизнеса, живущим на полную катушку. Но и опекающим, уверенным в себе и серьезным мужчиной, уставшим от однообразного существования за несколько сотен лет.

Спустя месяц, получив на руки счет за операцию отца, я сказала «да» почти от чистого сердца, решив, что так будет даже лучше.

Теперь я не чувствовала себя продажной: я стала возлюбленной невестой. И Беквуд не покупал мое согласие, а по долгу положения помогал будущему тестю.

Сместились акценты. Мне, правда, стало легче.

Мои наивные, романтические мечты разбились, как стекло о камень. В один из дней, не дозвонившись до Дженара поздно вечером, я решила наведаться в клуб, чтобы обсудить вопрос, не терпящий отлагательств.