Пересекающиеся миры

Натали, блаженно улыбаясь, смотрела на воду в бассейне. Небо отражалось в нем вместе с золотом окружавших его деревьев. По календарю уже наступила осень, но погода была чудной. Тихое тепло обволакивало мир. Легкий ветерок нехотя срывал листья, они кружились в солнечном свете и медленно устилали землю. Природа ленилась! Нежилась! Наслаждалась!

Наталья наблюдала за этим волшебным действием, глядя в воду. Восприятие окружающего мира было еще более приятным. Она любила это время года. С одной стороны оно вызывало грусть, с другой – наслаждение и покой. Ей никогда не было так хорошо. Она ни о чем не думала, просто созерцала, сливаясь с природой. За последние 25 лет это была первая блаженная и счастливая осень.

Она прошла через многие испытания в этой жизни, познала любовь и предательство, суету и тщеславие. Она заслужила и выстрадала этот покой, это счастье.

«Подумать только, сорок лет стажа, – мелькнуло у нее в голове. – Я как черепаха Тартила – старая и мудрая, – подумала она и тут же возразила себе, – нет, я не старая! Жан говорит, что я более юная, чем мои студенты. Просто я люблю жизнь. И как суетливо я ее пробежала. А жизнь надо пить маленькими глотками, радуясь и наслаждаясь. У меня не получилось. Я все спешила скорее выучиться, защититься, выйти замуж, обрести угол и так далее. Господи, что было бы со мной, если бы я не нашла свой замечательный Крис, не встретила Жана? Крутилась бы, суетилась бы, не видела бы ни этой осени, ни этой красоты. Так бы и ушла из этого мира, не познав настоящую жизнь».

Наталья оторвала взгляд от воды и прилегла на своем диване-качелях. Над ней вместо неба был навес. Отчего-то ей стало страшно. «Вся моя жизнь была под навесом, без голубого простора небес», – подумала она. Ей очень не хотелось замкнуться в этой раковине.

В знак протеста она встала с качелей и пересела на кресло, стоящее под раскидистым дубом у бассейна. Наталья засунула руку в карман брюк и извлекла Криса. Она нежно прижала к губам свой камень и стала тихо его целовать. Затем внимательно посмотрела на него. Он был прекрасен, излучая множество звезд и переливаясь нежными голубовато-розовыми цветами. Он был теплый и ласковый. Это был ее камень, изменивший ее судьбу и судьбу ее дочери. Крис бы ее другом самым верным и надежным. Она доверяла ему безоговорочно.

Наталья стала тихо шептать ему нежные признания в любви.

– Мой прекрасный Крис! Мой славный мальчик! Мой дорогой друг!

Крис приятно согревал ее пальцы. Казалось, он как живой дышит на них, согревая своим теплом. Идиллия была полной. Наталья переполнялась счастьем.

Вдруг Крис потемнел и погас.

– Что с тобой, моя радость? – спросила его Наташа.

– За нами следит сосед, – был ответ камня, и на его экране появился забор, отгораживающий их виллу от лома соседа. За забором, раздвинув кусты и присев за ними, на Наталью в упор смотрел их сосед.

Наташа похолодела от предчувствия зла и быстро спрятала камень в карман. Она встала и, не глядя на забор, отправилась в дом.

Неоднократно встречая соседа, она не была знакома с ним лично. Со слов прислуги она знала, что он – известный колдун. То ли Лукас, то ли Лука… Ах, нет, кажется, Ланка. Он демонстрировал чудеса своего ясновидения и умение двигать предметы по телевидению. В поселке она не раз встречала его объявления с предложениями снятия порчи, сглаза, установления контактов с умершими и еще какой-то чушью.

Но сейчас от его пристального взгляда у нее по коже побежали мурашки. Она бы и сама не могла объяснить, отчего это. Ясно одно – он ей неприятен и вызывает у нее страх. Но что самое ужасное, он видел ее с Крисом. Значит, камень надо спрятать, решила она. Нельзя позволить, чтобы Ланка проник в ее тайну.

«Хотя, если он экстрасенс, – мелькнуло у нее в голове, – он тут же найдет камень. Этого нельзя допустить. Крис должен заблокироваться».

Она села у камина и, глядя на огонь, все еще ощущала на себе его недобрый взгляд.

– Господи! – взмолилась она. – Помоги мне, избавь меня от всех бед. Ведь ты знаешь, сколько мне пришлось ждать счастья. Не оставь меня!

Даже в доме, у камина беспокойство не покидало ее, и она боялась достать камень, чтобы обменяться с ним информацией. Поселившееся в ней беспокойство вызывало покалывание в области сердца. Не хватало еще сердечного приступа. Это ее разозлило.

– Ну, ты мать, совсем плоха, – сказала она себе. – Умей владеть собой. У тебя есть Крис, есть Жан. Еще посмотрим, кто кого.

Он смотрел на нее с непонятным чувством зависти. Впервые за много лет в нем поселилось это чувство после приезда новых соседей. С помощью хрустального шара и карт он кое-что узнал о них.

Его пациенты из поселка очень мало знали об этой семье. Лишь говорили, что хозяин дома француз, а его жена и дочь – русские. Дочь была замужем и жила вместе с мужем и сыном – маленьким Жаном – в этом же доме. Кроме того, к ним постоянно приезжал и неделями жил с ними еще какой-то мужчина. О нем никто ничего не знал. Карты же говорили, что он военный, близкий друг дома.

В доме была прислуга. Тетка Пелагия, какой-то шофер и три охранника. Жили они тихо, не контактируя с соседями по поселку. Вроде бы ничего сверхъестественного. Но это «старая баба», как он называл ее, не давала ему покоя. Было в ней что-то ему не понятное. Он бился уже полгода, но не мог разгадать ее тайну. А то, что тайна была – он не сомневался.

Он знал, что ей уже за шестьдесят, хотя на вид он не дал бы ей и сорока. Ужасней всего в этой ситуации было то, что он и сам не мог понять, откуда у него взялось чувство зависти к ним. Он боролся с собой. Старался не думать о них, но ничего не мог поделать с этим наваждением.

Вот и сейчас он подсматривал за ней из кустов. Видимо она почувствовала это – вишь как внезапно исчезла.

– Она ненормальная, – говорил он себе. – Надо же, целует какой-то камень, видимо свое украшение. Что-то шепчет ему, улыбается. Разве может себя так вести нормальная шестидесятилетняя женщина?

Особенно раздражало его, когда они собирались все вместе.

– Что этот француз нашел в этой старой бабе? – спрашивал он себя. – Он что, не мог найти себе молоденькую девчонку? Почему он остановил свой выбор на этой чокнутой?

Разгадывая их тайну, он узнал, что вместе они совсем недавно. У нее были муж и дочь. Она где-то преподавала. Кажется, кто-то говорил ему, что экономику. Почему же француз не увез ее вместе с дочерью во Францию, а поселился здесь? «Известный колдун» не находил ответов. Ни карты, ни шар, ни свечи не отвечали на его вопросы.

Все это его бесило, потому что вызывало сомнения в собственных способностях. Он не завидовал их достатку. Он ненавидел их за тайну. Но он завидовал их счастью. Он чувствовал, что они все счастливы.

Будучи известным колдуном, он привык возвращать, дарить счастье и благополучие людям. Он был сильнее всех. Он мог все. И вдруг эти… Им ничего не нужно, у них всего больше, чем у него. Он им не нужен и не интересен. Они не смотрят в его сторону, не стараются познакомиться.

Это настолько бесило его, что он не мог спокойно работать, есть, спать… Они лишили его покоя. Он, особенный человек, впервые в своей жизни завидовал. Он ненавидел их за это. Ох, как же он их ненавидел. Но он не мог прожить и часа, не наблюдая за ними или не гадая на них. Это стало навязчивой идеей. Это превратило его жизнь в ад.

Иногда, глядя, что она что-то пишет, сидя в саду или гуляет, или плавает в бассейне, он ловил себя на мысли, что она чем-то притягивает его к себе. В ней есть эта самая загадка. Он не мог объяснить себе этого. У него была молодая и очень красивая жена. Правда, все основное время она жила в Москве, чтобы не мешать ему работать. У него было двое детей, трое внуков. Ему всегда казалось, что он удачливее всех, его жизнь удалась на все сто. Он привык гордиться своей особенностью. Он любил своих детей, свою молодую жену. И всегда считал себя очень счастливым.

Но вот уже полгода самым интересным для него была чужая жизнь, тайну которой он не мог постичь. И это его бесило. Несколько раз он порывался навести порчу на их дом и на всех них. Особенно ему хотелось сделать несчастной «эту баба», как он называл хозяйку. Но всякий раз он останавливал себя, ведь это противоречило его принципам. Он всегда считал себя в высшей степени порядочным человеком и твердо знал: если он опуститься до этого – ему конец.

Он услышал, как подъехала машина, и француз закричал радостно:

– Натали!

Он вздрогнул и выронил хрустальный шар. Тот покатился по полу, как оторванная голова. Он даже увидел, чья это голова. Он вздрогнул. Хотел отойти от окна, но не смог. Ему было видно, как она выбежала, бросилась в объятия своего француза.

– Тоже мне, Ромео и Джульетта, – пробурчал он, но продолжал смотреть.

Француз обнял ее, и они пошли к машине. Ох, как же его это раздражало. Француз достал необыкновенной красоты букет и, приклонив колено, подал его ей. Набрав кучу пакетов в руки, он все равно пытался обнять ее. Они шли к дому, слившись воедино, обвешанные пакетами, а впереди торчал букет цветов, который она еле держала двумя руками, такой он был огромный.

Ланка не мог больше на это смотреть. Он плюнул и вышел на крыльцо. Вдруг глаза его остановились от ужаса. Прямо у его ног, высунув язык и сверкая глазами, на него смотрел волк. Красные глаза его горели жаждой пищи, а высунутый язык, казалось, источал яд. У Ланка подкосились ноги. Он чуть ни сел прямо на траву. Хорошо, рядом было дерево, и он схватился за него. В этот миг он забыл обо всех своих талантах и, как приговоренный, смотрел на зверя.

Тот схватил его за брюки и поволок к углу дома. Колдун, не понимая ничего, сделал несколько шагов. Наконец, овладев собой, он сказал:

– Милый мой, я дам тебе сейчас мяса. Много, много мяса.

Тут же он почувствовал, что зверь отпустил его. Он наклонил голову, чтобы посмотреть на зверя, и никого не увидел. Ланка бессмысленно улыбнулся и свалился без чувств.

Неразрешимая загадка

Сколько пролежал Ланка на земле, он не знал. Он открыл глаза и вспомнил ужасное видение. Что же это было? Он, опытный колдун и неплохой экстрасенс, которым он считал себя, не мог себе объяснить происходящее. Видение или явь? Никаких следов зверя он не обнаружил. Обнаружил он лишь себя, лежащего у крыльца, и никого вокруг. Больше всего его удивляло, почему он даже не попытался защититься. Возможно, это был сон? «Но, как я мог улечься спать у крыльца?», – подумал он.

Прежде всего, он решил восстановить свой энергетический потенциал. Наверное, впервые за последние полгода он не думал о соседях. Перед ним встала другая проблема. Она отодвинула его зависть и ненависть на какое-то время.

Внезапно Ланка совершенно отчетливо понял, что это был оборотень. Но куда он пропал? И что это за новая сила, направленная против него?

Большую часть своего времени Ланка тратил на обеспечение своей энергетической защиты, отлично понимая, что врагов и завистников среди собратьев по профессии у него тьма. Соседей он не брал в расчет. Опытный маг, он не мог не осознавать, что эти люди для него совершенно безопасны. Они не способны на подобные «шалости». Но найти врага нужно быстро. Вычислить его серди окружения, понять его цель.

Свалившаяся неприятность захватила его полностью. Он не мог простить себе своей беспечности в последние месяцы. Почему он свернул со своего твердого пути? Что так заинтересовало его в соседях? Может, он стал инструментом его личных врагов? А цель их проста: отвлечь его, натравить на чужаков, истощить его энергетические запасы.

Эти мысли не давали ему покоя. Он выпил травяной чай, умылся святой водой, зажег все свечи в доме. Не спеша, достал и почистил свой хрустальный шар и уселся, сосредоточившись на возникшей проблеме. Долго смотрел в него, ничего не различая. Наконец, в шаре появилось облако, за ним – смутные очертания. Он увидел охотничий домик где-то в лесу. В каком именно лесу, он не знал. В доме находился странный человек. У него был приоткрыт рот, и с языка капала слюна. Оборотень?

Ланка сосредоточился, но никак не мог различить черты лица. Мужчина был темен лицом. Скорее всего, горец, решил Ланка. На боку его виднелись остатки шерсти, и нога, скорее лапа, была с когтями. От волнения, внезапно нахлынувшего на Ланка, он потерял контуры в шаре и сколько не пытался сосредотачиваться, ничего не выходило. Видение не возвращалось.

–Итак, – подвел итог Ланка, – именно он – мой враг. Но почему? Где мы пересеклись, что я ему сделал?

Он раскинул Таро. Карты ответили ему однозначно: он его не знает, но это – враг. Ланко встал и начал ходить из стороны в сторону. Он чувствовал, что потерял спокойствие, что происходит что-то, ему совершенно не понятное. «Нужно подготовиться к связи с предками, – решил Ланка, – они помогут определить недоброжелателя».

Ему нужно было сосредоточиться на проблеме. Он глотнул травяного чая и направился в лес. Трехдневное одиночество и строгий пост его не смущали. Он привык к такому образу жизни, чтобы помогать себе и другим людям.

Семья в сборе

Наталья с Жаном, отдав продукты Пелагии, рассматривали новую игру, купленную Жаном для своего маленького тески. Лика и Юрий должны были вернуться с минуты на минуту. Они возили маленького Жана на тренировки по плаванию. В бассейне с другими детьми и под руководством тренера маленький спортсмен удивлял всех своими достижениями. Дома же он не хотел плавать и нырять, а лишь плескался и шалил.

На семейном совете было решено развивать его физические и умственные способности. Жан привил внуку любовь к языкам, так что малыш говорил уже на четырех языках. Он прекрасно ездил на велосипеде и ходил на лыжах. Эммануил научил своего любимца водить машину. Малыш неплохо рисовал и сам читал детские книжки. Если учесть, что ребенку было всего два года, то становится понятным, почему его уже заметили в обществе.

Наталье такие огромные нагрузки внука были не по душе. Она радовалась его способностям, но и боялась за него. Ей казалось, что мальчика лишают детства. На этой почве шли постоянные споры и с Жаном, и с Ликой. А вот Юра был полностью согласен с тещей. Они оба всячески баловали ребенка, нанося «непоправимый вред делу воспитания», по выражению Лики. Послышался звук подъехавшей машины, и Жан с Натальей вышли на крыльцо.

Оказалось, приехал Лев Сергеевич – их давний друг и соратник Жана по развитию межпланетных отношений. Генерал контрразведки, Лев Сергеевич был непосредственным начальником Юры – мужа Лики. Несколько лет назад Наталья Викторовна и Лика попали в поле зрения органов, отдыхая за границей. Идя по их следу, Юра чуть не погиб, но Наталья спасла его. Между Юрой и Ликой возникла любовь, они поженились, у них родился мальчик, которого они назвали Жаном в честь мужа Натальи и их большого друга. Лев Сергеевич и Юра побывали на родной планете Жана – Крисе. С ними произошла масса приключений, закончившихся, к счастью, благополучно.

В подмосковном доме Жана Лорана все чувствовали себя отлично. Лев Сергеевич тоже поселился здесь, но по роду работы он частенько пропадал на неопределенное время. Иногда его отъезды затягивались на месяцы.

Сегодня Лев приехал домой, так как, будучи человеком одиноким, стал практически членом семьи Жана и Натальи и с радостью стремился в этот дом, где его ждали верные и преданные люди. Он тоже принес цветы Наталье и пакеты с гостинцами для всех, а главное – для своего любимца – маленького Жана.

– Где мой принц? – был его первый вопрос после того, как он поздоровался с друзьями.

– С минуты на минуту должны приехать, – ответила Наталья. – Иди переоденься, умойся, и будем ужинать, – добавила она.

Пелагия накрывала стол в саду в беседке. Она очень ловко управлялась с хозяйством и считала этот дом родным. Ее привезли их Белгорода, где она помогала по хозяйству Наталье Викторовне и Лике, когда им на время пришлось покинуть Москву.

В Белгороде она жила с больной сестрой. Наталья с Жаном поселили ее сестру у себя и Пелагия, не разрываясь между двумя домами, было совершенно счастлива. Она знала, что ее здесь любят, и платила своей преданностью, а также вкусными завтраками, обедами и ужинами.

Увидев Льва Сергеевича, она разулыбалась. Было видно, что этот человек ей тоже очень приятен. Лев Сергеевич подошел к ней и подал несколько пакетов и огромную коробку с тортом. Пелагии же лично он привез новые в красивой оправе очки. Та их примерила, взяла газету, прочитала несколько строчек и выразила полный восторг. Довольный генерал пошел в свою комнату.

Через несколько минут приехали Юра с Ликой и Жаном. За рулем был Эммануил. Он остановил машину, открыл дверцу, нежно взял на руки Жана и опустил его на землю. Малыш побежал к Наталье и Жану – старшему, которые тут же подхватили его на руки по очереди. В этой сцене было столько счастья и любви всех друг к другу, что зависть великого колдуна становилась понятной. Ликуша расцеловала маму и Жана – старшего, а Юра тепло с ими поздоровался.

За ужином много смеялись, шутили и спорили. В разговоре Наталья упомянула о странном поведении соседа и неприятных ощущениях, связанных с этим событием. Лев Сергеевич тут же сделал какую-то пометку в своем органайзере, а Жан вышел и о чем-то быстро переговорил с Эммануилом. Как ни странно, но в семье к сообщению Натальи все отнеслись очень серьезно.

Маленький Жан, спросив разрешение выйти из-за стола, пошел с Львом Сергеевичем рассматривать новую железную дорогу, которую тот ему привез и игру Жана. Наталья с Ликушей отправились в сад на качели. А Юра остался готовить снасти для вечерней рыбалки.

Устроив Ликушу поудобнее, Наталья уселась у нее в ногах. Она чувствовала, что дочь очень устала, и у нее просто смыкаются веки. Мать ласково погладила свое «сокровище», поцеловала ее ручку и взяла ее в свои ладони. Ликуша улыбнулась, закрыла глаза и провалилась в сон. Наталья с нежностью и любовью смотрела на дочь. Вокруг была тишина. Осенний лес своим шелестом убаюкивал и ее. Солнце еще не зашло, и было приятно нежиться в его заходящих лучах.

Сама того не заметив, Наталья тоже задремала. Ей приснился сон. Она увидела, как ее сосед бродит по лесу, собирая какие-то травы, как он буквально обнюхивает и осматривает каждый корешок. Потерев пальцами, он складывает травинки в альбом для рисования, между чистых, белых листов. Каждой травинке отведены свои страницы. Положив листок или корешок между страницами, внизу он делает запись. Затем что-то шепчет и закрывает находку.

Все его действия происходят, как в замедленном кино. Кажется, что он совершает какой-то ритуал. Вот его лицо озарила радость находки. Он сорвал какой-то алый цветок, поднес его к глазам, потом понюхал, посчитал лепестки, радостно улыбнулся и положил в альбом. Затем, опустившись на колени, стал искать еще что-то в траве. Видимо, такой же цветок. Но он не попадался. Колдун все рылся и рылся в земле.

Наконец, ему удалось сорвать еще два цветочка. Отправив их по назначению и сделав какую-то запись, он вдруг стал детским совком рыть норку. Из получившегося углубления он вытащил маленького черного крота, его он засунул в маленький целлофановый пакетик и бросил в сумку, висевшую у него на плече.

Поднявшись на ноги и пройдя какое-то расстояние, Ланка стал обдирать кору с осины, складывая ее в карман куртки. Он переходил от дерева к дереву, что-то шепча. Совершенно неожиданно возле него оказался мокрый, страшный с горящими глазами волк. Сосед почувствовал присутствие зверя, искоса глянул на него и онемел.

Наталья видела, что он превратился в каменную статую, и волк с удивлением обнюхивал его. Вид зверя потряс Наташу. Она даже во сне ощутила ужас от его присутствия. Это был не просто волк, а монстр из фильма ужасов. Он увеличивался прямо на глазах. Мокрая шерсть становилась дыбом, а глаза, как два факела горели жаждой расправы с добычей.

Сосед стоял, что-то шепча окаменевшими устами. Волк обнюхивал его, но чувствовал, что это не человек. Он рычал и злился. Наташа сжалась в комок от страха, а волк вдруг подпрыгнул прямо к голове Ланка, и голова упала.

Наташа открыла глаза и встретилась с удивленным взглядом дочери.

– Мамуля, что случилось? Тебе приснился плохой сон? – спросила Лика. – Ты вдруг так закричала.

– Да, золотко мое, мне приснился страшный сон, – ответила Наталья и рассказала его Лике.

Дочь задумалась.

– Чтобы это могло значить? – в раздумье произнесла она. – Вообще волк означает чью-то зависть и враждебность по отношению к тому, кто его видит. Это сон – предупреждение. Но в твоей интерпретации, мне кажется, он означает предупреждение завистнику.

– А почему ты думаешь, что он – завистник? – спросила Наталья.

– А потому что он подсматривает за нами и, как ты сама сказала, смотрит недобрым взглядом. Он него идет опасность. Безусловно, от колдуна идет опасность взгляда и порчи. Ты знаешь, мамочка, – вдруг сказала Лика, – мне даже хочется куда-то уехать от него подальше.

– Думаешь, опасность так велика? – задумалась Наташа. – Нужно посоветоваться со Львом.

– Ах, мамуля, – возразила Лика, – от колдуна никакие государственные органы не спасут. Ему ведь не нужно убивать нас ножом. Он, не выходя из дома, может провести какой-нибудь ритуал и навести порчу, или что там у них еще бывает? Поэтому от него лучшее спасение – переезд. Нужно обговорить это с нашими мужчинами.

– Бросить такое прекрасное место… Да и Лев не поймет, если у нас тут же появится новый дом, – сказала Наталья.

– Ну а что здесь такого. В связи со сложившейся обстановкой продали один дом и купили другой, – заметила дочь.

К ним подбежал маленький Жан с огромной коробкой и попросил поиграть с ним в новую игру. Нужно было шарики загонять в лузу. Надо сказать, ни Лика, ни Наталья не смогли так лихо щелкать рычагами, загоняя шарики, как делал это их малыш.

Женщины забыли обо всем, любуясь и восхищаясь своим чадом. К ним присоединился Лев. Он тоже лихо справлялся с игрой и между «мужчинами» завязалась борьба. Победил Лев и маленький Жан, как взрослый пожал ему руку и поздравил с победой. Дамы с укором смотрели на победителя, и Лев, смущаясь, объяснил, что в отличие от них он хочет вырастить из Жана настоящего мужчину, поэтому относится к нему с уважением, а не со снисходительностью.

Начавшийся было спор, погасил Юра, пришедший с удочками и пригласивший всех к водохранилищу на рыбалку. Он дал удочку Жану, и тот гордо возглавил экспедицию.

На берегу Юра раздал всем удочки, а подоспевшие Жан с Эммануилом расставили складные стульчики. Рыбалку открыл Эммануил, поймав маленького пескарика, чем очень огорчил своего любимца. Маленькому Жану было позволено снять рыбку с крючка и положить ее в ведерко с водой. Добрый мальчик, чтобы компенсировать рыбке причиненные неудобства, бросил в ведерко несколько червячков.

Сосредоточившись на рыбе, все собравшиеся на берегу следили за своими поплавками и не заметили, как из кустов прокрался кот Мурзик. Он наклонился над ведерком с пескарем и, хлопнув лапой по воде, опрокинул его. Рыбка забилась на песке. Мурзик схватил его так, что из пасти выглядывал только хвост, и тут раздался громкий рев, который издал маленький Жан.

Все бросились к нему, но малыш побежал за котом, вытирая кулачками слезы. Хитрый кот нырнул в самую гущу кустов, малыш за ним. Протянув ручонку, он схватил Мурзика за хвост. Тот выпустил когти и очень глубоко поцарапал мальчика. Юра, забыв об удочках, схватил сына и помчался заливать ему раны. Эммануил пошел за ними. Безобразник Мурзик нарушил приятное семейное времяпрепровождение.

Верный Крис

Поблагодарив Пелагию за вкусный ужин и пожелав ей спокойной ночи, Наталья отправилась в свою комнату. Она не хотела докучать мужчинам, что-то тихо обсуждавшим у камина, и детям, которые в детской укладывали Жана спать.

Тихо войдя в свою комнату, она прилегла на кровать, не раздеваясь. Какое-то тревожное состояние не покидало ее. Мысли вернули ее к разговору с Ликушей о соседе. Быстро достав Криса и прижав его к губам, Наталья попросила показать соседа. На экране она увидела его дом. В саду, большую часть которого занимали вишни, на скамеечке перед столом сидел грустный, но сосредоточившийся на чем-то Ланка. Перед ним стояла трехлитровая банка с жидкостью. В ней, кроме жидкости было что-то черное. На поверхности плавали три алых цветка.

Наталья даже вскочила с постели. Ее поразила мысль, мелькнувшая у нее в голове. «Крот!», – почему-то решила она. Возле банки стояли три пустые бутылки из-под водки. «О, Господи! Он что, решил заспиртовать его?», – подумала Наталья.

Ланка гипнотизирующим взором уставился на банку и что-то шептал. Черный комочек в жидкости оставался неподвижным. Но колдун смотрел на него неотрывно. Казалось, он приказывал черноте в банке ожить. Но все оставалось по-прежнему.