Непопулярный игрок 5: убийца богов

У этого слуги впереди тяжелые времена. Нелегко быть двойным агентом. Сунь Бин его быстро раскусит, когда он начнёт врать, но это было не важно. Главное, сегодня вырваться без помех, незаметно покинуть поместье. Репутация слюнтяя Ченя и его беспрекословное подчинение матери меня не устраивает, а если она начнёт перегибать палку, я всегда могу сходить к главе клана и сказать, что мамаша хотела его отравить, убить всех его жен и наследников, чтобы захватить власть в клане, и её посадят в камеру, откуда она уже не сможет мной управлять. Другие жёны главы не упустят шанса окончательно добить и избавиться от опасной конкурентки. Они пустят в ход все свои козыри.

Пусть, потом У Сунь Бин оправдают, если она придумает, как отвертеться, но я уже придумал несколько убедительных доказательств её вины. Во-первых, она скрыла, что я был болен, а значит, я могу сказать, что отравился ядом, который она готовила для главы. Вся эта толпа врачей, которых не могла не видеть стража на воротах и шпионы других женщин, подтвердит, что ходили они ко мне, хотя по версии мамаши приходили они к ней, находившейся временно у сына.

Она это скрыла, но очень трудно объяснить почему. Сам факт лжи заставляет усомниться в любых оправданиях. А тут я опять "бац", удар под дых, сынок всё узнал и сдал мамашу, а она пыталась его заткнуть, держала под стражей, не пускала к главе. Я хотел рассказать наставнику Су Мину, а он с ней в сговоре, угрожал мне расправой. От него давно хотели избавиться, как от позора семьи, а тут такой удобный повод. Можно подтягивать любые действия Сунь Бин под эту версию.

Она пыталась задобрить, купить сына, не желающего смерти отцу, подсунув мне девку для секса, а я уважающий себя, благородный молодой господин клана Су, очень люблю и уважаю отца и не мог с этим смириться. Я также хотел нормального общения с братьями и другими благородными людьми города, молодыми господами нового поколения, но эта презренная женщина настраивала меня против братьев, даже хотела, чтобы я тайно их убил, использовав иглы с ядом, который вначале приказала поискать в городе, а затем в гильдии алхимиков. В итоге приказала использовать смесь ядов ползучих гадов.

Много чего можно наврать наделяя уже известные всем факты другим смыслом. И это варианты навскидку, без тщательной подготовки обвинения и свидетелей. Никто не подумает, что я желаю избавиться от матери просто потому, что она мне никакой не родной человек, и новая личность в теле Ченя устраняет надзирателя.

Это слишком фантастическая версия, куда менее правдоподобная, чем все выдумки, высосанные мной из пальца. Можно было бы сразу сделать этот сокрушительный ход, но если я хочу заменить Шень Кана в столичной академии и делать это ещё и с поддержкой клана, мне нужно сначала разобраться с ним, а затем, получив уважение и одобрение главы, как его нового любимого сына и наследника, давить интриганку. Пока она успешно маскируется, но как я начну вставлять ей палки в колёса, начнёт делать всё больше проколов, и добавит мне доказательной базы своих же несовершённых преступлений.

***

Слуга прибежал доложить о уходе Шень Кана в город и, глянув на его наряд, рост и фигуру, я решил изменить первоначальный план и устроить шоу с переодеваниями. Заставил парня оставить мне его одежду и приказал полчаса изображать меня, сидящим за столом во дворе. Специально покричал для стражи, что сильно им недоволен, и срочно послал его в город, но вместо него из ворот выскочил и сверкая пятками побежал я сам.

Если не вглядываться, со спины, в одежде слуги, я был довольно похож на него, а изменив манеру поведения, дополнил правильное впечатление. Сложнее было с преодолением главных ворот. Я не исключал, что и здесь находились шпионы Сунь Бин, поэтому взял на плечи, с двух сторон от головы, два кувшина и в таком виде покинул поместье, а когда меня окликнули со спины, не стал оборачиваться, словно не слышу или не понимаю, что обращаются ко мне. Не ускорялся, не давая повода начать преследование, даже поставил один кувшин на землю, чтобы демонстративно почесать спину и продолжил идти дальше. Стражник ещё пару раз крикнул, а потом махнул рукой и решил не заморачиваться. Мало ли куда идет слуга с двумя пустыми кувшинами. Если не побежал, значит, глуховат или себе на уме, но точно не какой-то воришка. Таких выдавало стремление немедленно унести ноги, если их засекли.

Так я добрался по улице до сада у старой торговой площади, там в закутке между городской стеной и стоящим к ней почти вплотную поместьем, переоделся в спрятанную в кувшинах одежду. Из своего двора я убегал, держа её перед собой, прижатой под одеждой к животу, но на главных воротах поместья это выглядело бы слишком подозрительно и родилась идея с кувшинами. Оставив пустые кувшины возле груды камней, я одел свою одежду поверх одежды слуги и еще несколько раз попробовал движения техники "Дробящий удар", но без финальной стадии.

С движением Ци по телу довольно быстро разобрался. Благо, сама техника была простой, проще некуда. Как и в большинстве "взрывных" техник, в этой боевой технике второго уровня, нужно поднять Ци из живота, подмешав к ней чистой Ян и быстро перенаправить её в верхний, головной даньтань, а затем рывком, с подшагом, отправить энергию в руку и вытолкнуть наружу вместе с толчком прижатой к противнику ладони. Это по сути вообще не удар, а толчок с одновременным выбросом энергии через центр ладони, зато какое громкое название – "Дробящий удар"! Техника второго уровня!

Отрабатывать при подготовке приходилось все элементы техники, кроме финального выброса, так как чревато большими проблемами. Во-первых, энергии у меня ограниченное количество. Один раз сделаю выброс и сдуюсь, а во-вторых, первое же применение на теле противника с закалкой, скорее всего, сломает мою кисть, столкнувшись с обратным ходом взрывной Ци и также разрушит часть моих меридианов.

Это цена, которую придется заплатить, за использование взрывной Ци без закалки. Вообще я заметил, что очень много в этих манипуляциях с энергией держится исключительно на самовнушении. Я мысленно приказываю энергии покинуть сосуд-хранилище, представляю, как замешиваю в неё внутренний огонь Ян, дальше мысленно направляю, и прямо на ходу чувствую, как этот горячий шар поднимается вдоль позвоночника в переносицу, а оттуда уже в любую другую часть тела, куда я укажу такой же мысленной командой.

Всё – сплошное самовнушение, убеждение себя в реальности происходящего, наблюдение за процессом, проделав который десять, двадцать, сорок, сто раз, закрепляется условный рефлекс. Энергия Ци сама начинает двигаться по телу по нужной схеме, при мысли, что я сейчас делаю ту или иную технику, удар, приём. Дальше идет уже наработка рефлекса на скорость применения. Если я верю, я знаю, достаточно Ци, техника срабатывает, но закреплять её в незаконченном виде было вредно, поэтому я и не зацикливался в доведении приёма до автоматизма, просто увидел, что работает, получил подтверждения от себя и старика, что всё так и должно быть и довольный отправился на тусовку.

На входе в сад возникла небольшая заминка. Один из крепких мужчин преградил мне дорогу, требуя представиться, но меня узнал телохранитель Шень Кана и подскочив, поприветствовал меня, как третьего молодого господина клана Су. Этого было достаточно, чтобы незнакомый верзила отошёл в сторону. Я ответил телохранителю вопросом:

– Тут ли мой старший брат?

– Да, господин Чень, – с готовностью подтвердил мужчина.

– Я хочу с ним поговорить, проводи меня к нему, – приказал я.

– Простите, молодой господин, лучше идите сами, это место, где наследник Шень Кан просит его не беспокоить.

– Ладно, – согласился я, и уже заходя внутрь, заметил, что и телохранитель второго старшего брата пасётся неподалёку.

"Что тут такого интересного происходит, что все сюда слетаются, как пчелы на мёд?" – подумал я. Старый сад уже со входа выглядел каким-то диким и запущенным. К нестриженным, густым кронам плодовых деревьев подтянулись довольно высокие кусты, их окружила высокая трава и вся эта стена зелени уже через десять шагов от входа образовала непроглядную преграду, за которой нельзя было разглядеть ничего и никого. Среди травы в разные стороны, огибая ряды деревьев, вглубь вели несколько хорошо протоптанных тропинок. Я пошёл по той, что круто уходила вправо, но едва скрылся с глаз охранников у входа, сразу свернул с уже проложенного маршрута, направившись в густые кусты.

Не думал, что эта локация так хорошо подходит для моих нужд. Моя задача выследить компанию Шень Кана и подслушать о чём она говорит. Если там будет одна бессмысленная трескотня, то я вмешаюсь и заставлю этого парня выйти из себя, а дальше – дело техники.

Я проник за стену кустов, окружавшую очередной ряд деревьев. Здесь трава не была вытоптана совсем. Тут никто не ходил. Удовлетворившись этой естественной подсказкой, я пошёл вдоль ряда кустов параллельно тропике, и не спеша, прислушиваясь к тихим голосам впереди, добрался до беседки, окруженной густой живой изгородью.

Вход к беседку подходил как раз от той тропинки, с которой я ранее свернул. Сейчас же я подошёл к ней с боковой стороны и оставался вне поля зрения людей расположившихся внутри. Понятно, послушаем, о чём говорят внутри.

Я осторожно приблизился на расстояние, с которого хорошо различал голоса и тихонько присел в траву возле двух кустов, чтобы скрыться от взгляда тех, кто также может решить пойти по параллельному главной тропинке пути, но судя по тому, что трава здесь везде была непримятой, так тут обычно никто не поступал.

В беседке разговаривали только двое. Два молодых женских голоса. Говорят, говорят, и вдруг, я слышу, что разговор зашел в какую-то странную степь:

– Я скучала.

– И я скучала.

– Я больше так не могу.

– Потерпи ещё немного, моя мать скоро уедет в столицу к госпоже Му Янь и мы сможем больше времени проводить вместе.

– Скорее бы, я не могу ночами сомкнуть глаз, всё время думаю о тебе.

– И я.

– Мэнсюэ.

– Лифань.

– Мэнсюэ, я хочу…

– Потерпи, Лифань, не здесь.

– Мэнсюэ, чмок, чмок, чмок…

– Ли… фань… нет.

– Чмок, чмок, чмок…

– А если нас увидят?

– Не увидят. Синьхуа меня предупредит. Твоя слуга тоже никого не подпустит.

– Нет, я послала её ждать начала представления. Лифань, я стесняюсь, нет, прекрати.

– Мэнсюэ…

– Ай, ой, ох…

– Мммм, чмок, мммм…

Потом последовал явный звук поцелуя в засос. Потом ещё один с причмоком и странное сопение и шуршание ткани. Меня разобрал интерес, что там вообще происходит, и я подкрался ближе и мягко раздвинув ветки кустов и листики густо оплетающего беседку дикого винограда. Аккуратно заглянул внутрь и вбок.

Мама дорогая! Вижу, а напротив меня, чуть справа, две девицы. Одна откинулась спиной на сидение, повернула набок голову, а вторая с головой забралась под её одежду и оттуда раздаются эти громкие причмокивания и шумное сопение. Та, что поглаживала и направляла подругу поверх одежды, тихонько постанывала, зажмурилась от удовольствия и ритмично шевелила бёдрами, что прямо намекало, что она уже не стесняется, совсем не против, а даже очень за.

Судя по разговору, под юбку забралась Лифань, а Мэнсюэ, это та, которая сейчас принимала ласки настойчивой подруги. Наверное, всё это продолжилось бы ещё какое-то время и закончилось понятным финалом, но к беседке со стороны протоптанной тропинки прибежала девушка в одежде слуги и, не заходя внутрь, прокричала:

– Госпожа! Госпожа Тан, представление начинается!

Девицы чуть не грохнулись вдвоем с лавки на пол от неожиданности. Отскочили друг от друга в разные стороны, лихорадочно поправляя, кто причёску, кто одежду. Обе красные, как помидор, разгорячённые, разошлись не на шутку и тут такой облом.

– Хорошо, Циньцинь, иди и жди меня там где Синьхуа, мы сейчас подойдем, – хриплым, сдавленным голосом ответила Мэнсюэ.

– Да, госпожа, – ответила девушка и пошла в сторону от беседки.

– Она видела? – шёпотом спросила Лифань и в этот момент меня словно током прошило.

Я в шоке, скривился, чтобы не вскрикнуть, и мне вдогонку прилетает подсказка от Ченя, что эта самая Лифань, это его соседка, юная госпожа Ли Фань Юэ, мечта его влажных грёз и она здесь со своей кузиной, младшей дочерью главы города, Тан Мэн Сюэ. Их матери родные сестры. Видимо, девочки много времени проводили в детстве вместе, вот и привязались друг к другу. Бугага! В моей голове щелкнула одна идея, и я решил грубо встрять в разговор.

– Она нет, а я да, – раздвинув лозу и шагнув внутрь беседки прямо через перила ограждения, сказал я.

Девчушки сначала вскрикнули от страха и вскочили на ноги, чтобы сбежать, но потом Ли Фань Юэ узнала во вторгнувшемся в секретное укрытие незнакомце своего соседа, схватила Мэн Сюэ за руку и заслонив её собой, холодно спросила:

– Что вы здесь делаете, господин Чень?

– Пришёл представление посмотреть, а увидел намного больше, чем ожидал, – лыбясь на все двадцать восемь зубов, сострил я.

– Что вы хотите за своё молчание? Если вопрос можно решить золотом, то я заплачу. Сто… нет, двести. Двести золотых завтра с утра принесёт Синьхуа в виде моего скромного подношения и просьбы оставить это недоразумение в прошлом, – раздув ноздри и злобно стреляя то на меня, то на выход из беседки глазами, предложила девица Ли.

– Всего двести золотых? – делая разочарованный вид, спросил я.

– Если этого мало, я добавлю ещё.

– И сколько же? Ещё жалкую сотню или две? Ты так низко ценишь репутацию дочери главы города Тан Потяня?

Я специально сделал акцент не на её личной чести, а на пострадавшей от её несдержанности девицы Тан, которую она так старательно прикрывала собой. Услышав мои слова та расплакалась и выскочив из укрытия рухнула на колени.

– Умоляю, господин Чень, не губите меня. Я лишь раз поддалась порочному желанию. Это непростительная ошибка, которую я буду искупать всю жизнь, только не губите репутацию моего отца. Я не осознавала, что делаю, это всё она, это Ли Фань меня заставила.

– Правда, а мне так совсем не показалось? – сделав удивлённое лицо, театрально заявил я, – А как же: "Потерпи ещё немного, моя мать скоро уедет в столицу к госпоже Му Янь и мы сможем больше времени проводить вместе". Не похоже, что кто-то один раз поддался желанию. Вы этим давно занимаетесь, я всё слышал и видел.

Пережив настоящий ужас от моих слов, от того, что её раскрыли, девица Тан попыталась кинуться мне в ноги, но её подруга подхватила девушку под руки, оттянула назад и усадила на лавочку.

– Да, как вы смеете угрожать госпоже Тан?! Мой отец судья и заставит вас пожалеть… – прошипела она.

– Ага, денег на нормальное подношение не хватило и теперь пошли угрозы. Что дальше? Начнёшь кричать, чтобы прикинуться жертвой нападения? Хорошо, начинай, мне есть что рассказать тем, кто сюда придет, – ничуть не испугавшись, продолжал издеваться я.

– Сколько вы хотите, господин Чень? – убитым голосом спросила Тан Мэн Сюэ, – простите, но у меня действительно нет большой суммы, чтобы убедить вас забыть всё что вы услышали и увидели. Всё что у меня есть, это четыреста золотых. Я могу попросить у отца ещё сто в качестве карманных денег на следующие два месяца, но это всё, чем я могу вас отблагодарить.

– Не вздумай! Ты не должна… – возмутилась Ли Фань Юэ, кинулась и схватила руками ладони подруги.

Та резко вырвала свои руки и грубо отпихнула девицу Ли.

– Уйди, Ли Фань, просто уйди. Не хочу тебя видеть! Я же просила тебя подождать. Было так сложно? Я терпела в разлуке больше года, а ты не смогла потерпеть всего несколько дней. Я же тебя по-хорошему просила.

– Прости, Мэн Сюэ, не отвергай меня, прости.

– Уйди. Уйди! Просто исчезни из моей жизни, я больше не хочу тебя видеть.

– Нет, умоляю Мэн Сюэ… Сюэ прости меня, я всё сделаю, чтобы ты не пострадала. Я займу у старшего брата, продам свои украшения. Прошу, только не гони меня прочь.

– Отстань от меня, отвали Ли Фань, он же смотрит.

Теперь и вторая девица, расплакалась, обхватив ноги своей любимой подружки. Было видно, кто кого любит сильнее, кому стыдно показаться слабой, и кто о чём думает. Такая милая сцена. Прямо шоу запретной любви.

– Ладно, девочки, раз вы такие скучные и кроме крохотной кучки золота вам нечего мне предложить, я пожалуй пойду и расскажу о вас сначала братьям, а потом и другим собравшимся посмотреть представление гостям. Вот они удивятся, чем две, с виду невинные, завидные невесты, занимались тут наедине. Лучше разорвать вашу порочную связь и открыть глаза жителям города и вашим родителям, что скрывается под вашей "невинной", сестринской любовью.

Я был в ударе. Теперь даже обнимавшая ноги подружки Ли Фань Юэ не смогла удержать девицу Тан на лавке. Она сначала попыталась отпихнуть прилипалу ногой, а потом махнула рукой и просто прыгнула вперёд, чтобы дотянуться до моих ног руками. Схватившись за них, она подтянулась вперёд и стала тереться лицом и умолять о пощаде. Ли Фань Юэ пыталась оттащить подругу и не позволить ей унижаться, в итоге, бросила эту бесполезную затею, присоединившись к ней и с чувством выкрикнула:

– Су Чень Бин, я же тебе нравлюсь, я предлагаю себя. Делай, что хочешь, но только не вреди Мэн Сюэ.

Такая трогательная сцена, но мне пришлось её прервать.

– Ладно, сестрицы-любовницы, как я понимаю, у вас нет никаких ценных духовных артефактов, ядер духа и других полезных для культивации духовных сокровищ?

– Нет! Нет! – девицы в унисон закачали головами, заглядывая мне в глаза.

– Так и быть, я забуду о ваших глупостях. Жду завтра с каждой по двести золотых и вы ещё должны мне по одному желанию.

– Какому желанию? – не понимая, спросила Ли Фань Юэ.

– Моему желанию. Что я скажу, то вы и сделаете. Согласны?

– Да! – с готовностью, согласилась Тан Мэн Сюэ, – я всё сделаю, господин Чень!

– Погоди, – попыталась её остановить подружка, – А что если он скажет нам расстаться и больше никогда не встречаться? Ты на это согласна?

– Да, – ни секунды не сомневаясь, подтвердила Мэн Сюэ.

– А если скажет ему отдаться, ты тоже согласишься?

– Господин Чень готов нас отпустить, почему ты опять всё портишь?! – взорвалась дочь главы города.

– Он водит нас за нос! Мы не только заплатим ему, а ещё и станем его девками по вызову. Ты разве не понимаешь, что он хочет сделать. Не соглашайся.

– Господин Чень, не такой человек. Правда? Он просто хочет получить от нас помощь, когда она ему потребуется. Не меряй других по себе, Ли Фань. Это лишь тебе одной всё время только это и надо! Я давно должна была понять, какой ты на самом деле человек.

Пока девушки не рассорились я поспешил подтвердить:

– Верно, молодая госпожа Тан, мне нужно, чтобы вы помогли мне, если в этом возникнет острая необходимость. Прикрыли меня собой, защитили, если мне будет угрожать опасность. Мир большой, жизнь сложна, мы скоро все разъедемся по разным городам, но пока мы соседи, живем рядом, ходим по одним улицам, я хочу получить с вас обещание помочь, когда я попрошу о помощи. Ваше тело, невинность, которой у вас на самом деле уже нет, меня мало волнует.

– Тогда и я согласна, – вытирая рукавом слезы, подтвердила Ли Фань Юэ.

– Вот и договорились, идемте смотреть представление. Из-за вас я всё самое интересное пропустил!