Непопулярный игрок 5: убийца богов

– Кто ты? Что тут делаешь? Отвечай!

Вышла накладка, или мужчина сам дёрнулся или моя рука дрогнула, но я разок, а может и несколько, легонько, буквально, самым кончиком кольнул взятого в плен незнакомца в шею. Выяснить, кто он, и что здесь забыл у меня не вышло. Самодельный яд оказался на удивление сильным и быстрым. Как было видно по эффектам, он сильно затруднял дыхание, возможно, вызывал отёк пораженного участка тела или полностью парализовал легкие. Кроме того проявился и довольно сильный отравляющий эффект.

С широко выпученными глазами, придавленный мной к земле мужчина в ужасе захрипел, в судорожных попытках силился вдохнуть, а когда я вскочил с него, опасаясь отчаянной атаки в предсмертной агонии, он изошёл из рта сначала белой, а затем и красно-бурой пеной. Отмучавшись так примерно минуту, он застыл на месте. Упс, я вляпался в непреднамеренное убийство. Клянусь, действительно не хотел его смерти. Надо было осторожней управляться с иглой, но непоправимое уже произошло и мне пришлось разгребать последствия того, чего я совсем не планировал.

Поместив опасную иглу в свой бамбуковый футляр в стороне от других, я поспешил скрыть следы совершённого убийства. Во-первых, оттащил и закинул тело мужчины в ближайшие, густые кусты. От места волока остались заметные следы на траве, но я боялся, что пена, в которой находился весь живот и лицо незнакомца, также ядовита и побрезговал нести его на плече.

Лестницу я забросил в другие кусты, подальше. Вначале хотел просто по-быстрому сбежать. Хватит мне приключений на один вечер, но потом подумал, что если в сад пробралась целая банда, то они могут угрожать не только старшим братьям Ченя, но и моим должницам. Если всё это организовано с целью похищения дочери главы города или просто банального ограбления, то я мог бы этому помешать, атаковав бандитов оттуда, откуда они меньше всего ожидают нападения, с тыла.

Я уже нарушил их планы, спрятав лестницу, но если просто сбегу, могу об этом пожалеть. Положившись на мнение старика, который прямо вопил, что с таким отличным ядом я не только с одним, а с целой толпой бандитов справлюсь, решился на рискованные действия.

***

Мои предположения оказались верны. В сад действительно пробралась банда преступников. Их точное количество установить было трудно, так как они разбились на группки поменьше, рассредоточились, чтобы окружить и преградить богатым детишкам путь к бегству. Я шёл по тем следам, что они оставили на траве и в определенном месте, эти следы разошлись сразу в нескольких направлениях. Часть людей ушла направо, часть налево, а кто-то продолжил двигаться прямо. Этих прошедших прямо я и обнаружил первыми.

В кустах, обрамляющих большую, очищенную от травы поляну, лежали четверо. Как и предполагалось, они также оказались ко мне спиной и обновив яд на игле, я в наглую, засадил её всем четверым в оголенные участки торчащих из кустов ног. В этот раз мои уколы были глубокими и выверенными, поэтому и умерщвление противников прошло гораздо быстрее. Звуки представления, где трое мужчин-актёров, одетых в женскую и мужскую одежду, разыгрывали какую-то пошловатую сцену, под звуки какого-то струнного инструмента и писклявой дудочки, заглушили хрип и предсмертные конвульсии моих жертв.

Оттащив убитых в соседние кусты, я осторожно двинулся по кругу, выискивая других членов банды. Я накрыл ещё четверых, скрывавшихся правее, потом ещё троих, расположившихся за сценой. В какой-то момент, у меня закралось подозрение, а не произошло ли недоразумения? Может, это и не бандиты вовсе, а какие-то бедняки, которые пробрались в сад, чтобы посмотреть шоу, устраиваемое для богачей. Не совершил ли я ужасного злодеяния? Я остановился в нерешительности, заметив очередную тройку пар ног. Начал сомневаться, атаковать – не атаковать. Подкрался, пытаясь подслушать, о чём между собой говорят эти трое, но уже через несколько минут мои сомнения полностью развеялись.

Бандиты действительно не спешили нападать, так как их главарь залип на пошловатый сюжет спектакля о неверной, молодой жене старого генерала и прекрасном учителе музыки с кричащим именем Нефритовая булава, которого главная героиня комично пыталась соблазнить.

Как только наступила развязка первой части представления, музыка замолкла, актёры поклонились и сделали перерыв для расстановки новых декораций, включавших теперь и кровать, главарь вспомнил, зачем он вообще пришёл и выскочил из кустов, дав поднятым вверх мечом сигнал к всеобщему нападению. Так я тех троих, что нашёл последними и не устранил, пока была удобная возможность, и теперь группу из двух десятков богатых детишек, включая их слуг, окружала банда из двадцати двух головорезов. Было бы красивое число – тридцать три, но одиннадцать членов банды из кустов так и не появились, создав небольшую брешь в северо-восточном участке кольца окружения.

Некоторые, напуганные нападением бандитов девицы взвизгнули и прижались к служанкам, но эта поляна располагалась на противоположном конце от входа в сад и этих сдавленных звуков было недостаточно, чтобы привлечь личную охрану. Желание отделаться от телохранителей вышло капризным мажорам боком. Возникла пугающая, напряженная атмосфера. Бандиты схватили и прижали к земле попытавшихся сбежать в брешь актёров. Тех людей, кого я выбил, звали по именам, но они по понятным причинам не откликались и оставшимся пришлось немного растянуться, чтобы заполнить брешь. Главарь выругался и пригрозил, что жестоко разберется со всеми беглецами.

– Все, кто попытается сбежать – будет убит! – повторил за ним, как попугай, низкорослый помощник.

Я тихонько отсиживался в кустах, не спешил вмешиваться, надеясь, что мой старший брат, наконец, раз уж выдался подходящий повод, покажет мне и бандитам, чему он научился у своего наставника. А если у него силёнок не хватит, чтобы отделать их всех, я и вмешаюсь. Лучше бандитам пока не знать о партизане в тылу. Атакуя из укрытия, со спины, у меня больше шансов существенно сократить их численность до вынужденного прямого столкновения.

Пока главарь банды запугивал своих жертв, я готовился массово метать иглы из кустов, для чего вынул баночку и погрузил в неё все иглы из футляра. Противник по-прежнему был повернут ко мне спиной, не имел на теле никаких доспехов и сейчас напоминал удобные ростовые мишени. С трех шагов в такую крупную цель я точно попаду. Грех этим не воспользоваться.

Однако, нужен был какой-то отвлекающий момент, активные действия внутри окружения, чтобы меня не обнаружили, а их не происходило. Девушки сбились в середину, прячась за слугами. Парни вели себя не лучше. Смотрели на бандитов, как перепуганные щенята. Никто даже не пытался сопротивляться.

– Отпустите меня, я второй молодой глава клана Су, Су Джинтянь. Я хорошо заплачу, – после небольшой паузы, объявил мой второй, старший брат.

Видимо, главарь на это и рассчитывал, поэтому не стал затыкать пленника, а вступил с семнадцатилетним парнем в диалог:

– И сколько же ты заплатишь в качестве выкупа за свою жизнь?

– У меня есть трактат с техникой второго уровня "Теневой шаг".

– Он у тебя с собой?

– Нет, он находится в моих покоях, в поместье клана Су. Если вы отпустите меня, я схожу к себе и…

– Нет, нет. Я на такое не куплюсь, – раздраженно отмахнулся мужчина с шрамом через левый глаз, – Заплатить вы можете только тем, что есть при вас. Давайте, выкладывайте всё ценное, или мы просто отберем это, а в качестве платы возьмем нечто другое. Ха-ха!

– И это не только девиц касается, – добавил низкорослый помощник, – так что гоните деньги!

Главарь недобро глянул на коротышку, посмевшего влезть в его разговор, и тот стушевался и, отступив назад на пару шагов, опустил голову.

Присмотревшись, я наконец понял, почему парни трусят сопротивляться. У половины бандитов при себе имелись луки и небольшие, самодельные арбалеты. Не факт, что из них можно в кого-то попасть и смертельно ранить, но проверять это на себе никому не хотелось.

Богачи привыкли решать все проблемы деньгами, поэтому готовы были заплатить столько, сколько с них потребуют, лишь бы не рисковать своей жизнью. Позже бандитов поймает городская стража или личная охрана оскорбленного клана и деньги будут возвращены, а потерянную жизнь уже не вернёшь. Понятно. Прагматичный подход. Отбросам нужны были деньги, жертвы готовы были с ними расстаться, но это не благотворительность, завтра же поквитаются.

Главарь поставил на землю корзину, которую взял из горки, где лежал реквизит актёров и объявил:

– Каждый, кто хочет сегодня уйти отсюда живым, должен положить сюда всё ценное, что у него есть. Быстрее, я уже устал ждать или вы хотите, чтобы мои люди положили вас лицом в землю и сами обшарили вашу одежду?

– Первой вышла Ли Фань Юэ. Она сняла с шеи дорогое, золотое украшение, положила его на дно корзины и потянув за собой служанку, направилась к выходу с поляны.

– Стоять! – приказал главарь, – пойдешь, когда и все другие расплатятся.

Хитрость девушки не сработала. Она явно планировала на всех парах побежать к выходу и позвать сюда стражу. Главарь прекрасно понимал, что она задумала и не дал ей уйти, приказав товарищам придержать её на месте.

– Давайте скорее, я начинаю терять терпение, – раздражался мужчина.

Один за другим детишки богачей начали сбрасывать в корзину мешочки с золотом и серебром или дорогие предметы украшения. Это продолжалось до тех пор, пока среди тех, кто расплатился не собралась основная часть присутствующих мажоров, а среди тех, кто ничего не положил в корзину, остались лишь старшие братья Ченя и дочь главы города со своей молодой служанкой Циньцинь.

– А вы чего ждете? Давайте сюда своё золото, – подгонял главарь.

– У меня нет при себе денег, – призналась девушка.

– Нет денег, тогда ты пойдешь с нами, – заявил главарь.

– Пожалуйста, отпустите меня, мой отец глава города. Я заплачу, просто у меня сейчас нечем. Деньги у моего охранника, чтобы воры не украли. Я принесу деньги куда скажете.

– Ты дочь главы Тан? – удивился мужчина и заметно смягчился, – Ладно, молодая госпожа Тан, я вас отпущу. Не хочу, чтобы потом за мной гонялась вся стража города. Вы можете идти. Я возьму в качестве заложницы твою прелестную служанку. Как её зовут?

– Циньцинь.

– Прелестная малышка. Всегда мечтал о такой юной любовнице, – показав гнилые зубы, улыбнулся мужчина.

После этого резко перестал лыбиться и вернулся к роли жестокого главаря банды грабителей.

– Циньцинь станет залогом за твою свободу. Если ты не выкупишь её за тысячу золотых, то сама понимаешь, что с ней случится. Мужчины не смогут долго терпеть. Мне захочется приласкать грустящую красавицу. Деньги ты принесёшь сама или передашь через другую служанку куда я скажу. Поняла?

– Да, – без промедлений подтвердила девица и направилась к толпе расплатившихся за свободу.

Несчастная служанка, не зная, что ей делать, робко последовала за госпожой, но главарь сделал несколько быстрых шагов в её сторону и схватил девушку за руку.

– Ты что тупая? Ты плата за госпожу Тан. Сегодня пойдешь со мной. А если будешь упираться, уже сегодня вечером согреешь постель старику.

Девушка попыталась вырвать руку и сбежать, но мужчина умелым движением сделал ей подножку. Она упала. Он грубо схватил её за волосы, потащил к корзине и бросил рядом на землю.

– Госпожа, госпожа! – кричала и плакала девушка, но девица Тан спряталась в толпе других богатых детишек и даже не взглянула в её сторону. Даже если ей было жалко служанку, она думала сейчас только об одном, как поскорее оказаться в поместье её могущественного отца, подальше от опасных убийц и грабителей. Она уже прокляла тот миг, когда согласилась по просьбе кузины Ли Фань Юэ прийти в это странное место на какое-то дурацкое представление.

– Теперь вы, – уставившись на хмурых парней, потребовал мужчина, опять обнажив меч.

– У меня тоже нет при себе денег, – заявил второй сын, – но техника второго уровня, что я готов вам отдать стоит намного больше тысячи золотых.

– Меня не волнует, что у тебя есть в поместье. Плати золотом сейчас или мои дружки так тебя отделают, что будешь харкать кровью до конца своей недолгой жизни.

Парни нервно переглянулись.

– У тебя тоже нечем расплатиться? – поморщившись, спросил главарь у Шень Кана.

– Есть, но я не собираюсь отдавать тебе и этой кучке подонков ни одной монеты.

– О! Это уже интересно. Так ты смелый? Я люблю смелых. Мы из таких устраиваем бегающие мишени для тренировки стрельбы из арбалета. Что же, я посмотрю, что ты можешь. От скольких болтов увернешься, прежде чем упадешь и будешь жрать ртом землю. А ты будешь её жрать, когда я сломаю тебе руки и ноги, умоляя, чтобы я не подвешивал тебя над костром. Смелые меня развлекают больше всего.

– Босс, а можно я его того, как вы наиграетесь, – сделав жест, означающий "поимею", выдал коротышка.

Этот уродец был помешан на однополом сексе или у него имелись какие-то другие проблемы, но он уже во второй раз намекал, что обласкает не желающих платить парней. Возможно, это ещё один элемент запугивания. Мало кому захотелось бы оказаться в таком положении. Для гордых парней подобное унижение могло быть куда хуже смерти.

– Не лезть, когда я разговариваю или я вас двоих сегодня подвешу над костром, – гаркнул мужчина, срываясь на коротыша, после чего перевёл тяжелый взгляд на решившего дерзить молокососа и добавил:

– Ты хочешь, чтобы я сделал тебя нашей подвальной шлюшкой? Многие захотят узнать, каков богатенький сынок в постели. Если не заплатишь, то уже сегодня ночью узнаешь, какой мой помощник резвый с парнями вроде тебя. Не буду его останавливать до утра. Он залюбит тебя до смерти.

Я прямо почувствовал, что это фонтан блефа. Дымовая завеса, попытка запугать, задавить противника морально. Главарь испугался, что парень может оказаться сильным боевым мастером и теперь думал, как с ним разобраться и не потерять лицо перед бандой. Он не угрожал ему избиением, а начал оскорблять его мужское достоинство, заставляя взбеситься, чтобы его пристрелили при попытке атаковать.

– А у тебя смелости хватит, сказать мне это в лицо с глазу на глаз, а не прячась за спинами своих шавок? – спросил парень.

"А он мне нравится", – подумал я. Шень реально оценивает свои силы и не полез в драку против двадцати двух противников, пока рядом были другие люди. Он понимает, что начнется хаотическая стрельба из арбалетов. Многие будут случайно ранены, или даже убиты. С его второй закалкой, его тоже могут ранить, но точно не смертельно. Он дождался, когда те, у кого нет закалки окажутся в относительной безопасности, в стороне от основной группы бандитов и бросил вызов главарю, сразиться один на один.

Он также не желает раскрывать свои козыри перед случайными свидетелями, поэтому предлагает бой с глазу на глаз, один на один. Это важный момент. Так он ставил под сомнение силу главаря, а в их среде на принуждении силой и запугивании держится вся дисциплина. Главарём становится сильнейший или тот, кто достаточно умен, чтобы собрать вокруг себя сильных помощников, которые будут опасаться взбунтоваться, зная о силе остальной свиты.

Я понял, чего хочет добиться Шень Кан. Он вызывал у бандитов интерес к этой схватке, ведь в случае успеха, главарь не заберет всё награбленное себе и у каждого появится шанс получить не просто пару золотых или серебряных монет, а целую корзину сокровищ, на которые, в представлении перебивающихся от грабежа к грабежу преступников, можно припеваючи жить всю жизнь!

– Хочешь, чтобы я свернул тебе шею, щенок? – храбрился главарь, но я чувствовал, что он теряет авторитет в лице своих подельников, так как просто кидается угрозами, не приводя их в исполнение.

– А ты попробуй? Что боишься? Штаны обоссал? – подначивал парень.

"Да он делает то, что я собирался сделать с ним! Он опускает главаря" – подумал я.

– Всё, мне надоело это слушать. Ты сам напросился. Я заберу твоё золото с трупа. Убейте его! – приказал мужчина, махнув рукой, но никто не подчинился.

Сработало! Главарь потерял лицо, отказавшись от поединка, а возможно, многие бандиты сами опасались продемонстрировать, как коряво стреляет их самодельное оружие. Оно потеряет свою угрожающую силу, а к тому же будет уже разряжено. Нет, так просто заставить разрядить арбалеты главарь подельников не смог.

– Что вы стоите? Я сказал – убейте его! – второй раз приказал мужчина с шрамом, выходя из себя.

Ничего не произошло. Никто не желал подчиняться трусу. Он схватил за руку одного из стрелков, вырвал его арбалет, оттолкнул его в сторону и направил в грудь Шень Кану. Тот даже не вжал плечи. Смелый парень. Его брат упал на землю, накрыв голову руками. Лучше бы он просто побежал. Из-за вычищенного мной участка и людей, удерживавших толпу в стороне, окружение сквозило огромными дырами. Шанс, что в него станут стрелять, а ещё и попадут в движении, если он начнёт юлить, был минимальным.

Оценив ситуацию, я понял, что пришло и мне время действовать. Накал страстей стоял максимальный. Все смотрели на главаря бандитов и не спасовавшего парня. Я мог начать метать иглы и начал.

– Ай! Ой! Бл*ть! Д*рьмо! – вскрикивали те, кого я успел ранить метнув первые четыре иглы. Так как я атаковал крупные цели, фактически, в упор, четыре попадания из четырёх и каждый раз быстрый нырок вглубь кустов, чтобы никто не понял, откуда и кто стреляет. Моё главное оружие не подвело. Пару слоёв ткани пробивало легко, но большая часть яда при попадании, всё же оставалась на одежде, поэтому эффект от отравления проявлялся не так быстро и ярко.

Пока я устраивал спонтанные атаки в спину, началась ожидаемая схватка между Шень Каном и главарём. Я видел её урывками. Парень в основном оборонялся, отскакивал и уклонялся от размашистых взмахов мечом. Всеобщим вниманием к бою воспользовалась лежавшая на земле служанка. Небольшими перебежками она отбежала от корзины и мимо лежащих на земле с пеной у рта бандитов, нырнула в кусты. Я бы тоже этого не заметил, если бы она не врезалась прямо мне в бок. Мы завалились на землю вместе.

Девушка вскрикнула. Мне пришлось срочно затыкать ей рот левой ладонью. В правой я держал целый пучок ещё не использованных игл. Поняв по одежде, кого ко мне принесло, я шикнул на служанку.

– Тихо, Циньцинь, я свой! Я друг госпожи Тан.

Услышав эту фразу, девушка перестала трепыхаться и я убрал руку с её рта, повернулся на бок и сбросил её с себя на землю. Она не узнала меня, но шум не поднимала.

– Беги к выходу и позови охранника госпожи и всех других стражей, – приказал я и девушка согласно кивнула и подобрав руками до колен своё длинное платье, кинулась бежать, но не в ту сторону.

Мне пришлось на бегу схватить её за ногу, из-за чего она опять взвизгнула.

– Не туда, Циньцинь! – опять шикнул я и указал рукой правильное направление.

Девушка со второго раза поняла, что я ей подсказываю, развернулась и побежала в противоположном направлении. Хорошо. Скоро придёт подмога. Теперь будет гораздо легче. Я вернулся к краю кустов, чтобы продолжить одиночные, скрытные атаки, и вижу, первоначальный план ограбления к этому моменту уже посыпался. Главарь всё продолжает бегать за Шень Каном, тот успешно уклоняется, но сам, почему-то не атакует. Следившие за схваткой бандиты, всё же отвлеклись и заметили, что некоторые их товарищи, которых никто и пальцем не трогал, почему-то валяются на земле без дыхания. Забеспокоились, и решили, что пора делать ноги. Но кто из грабителей делает ноги, не прихватив с собой добычу? Желающих опустошить корзину оказалось очень много.

Цепь окружения распалась и все грабители устремились к центру поляны, чтобы запустить свою руку в общий котел. И тут коротышка проявил особую наглость. Он схватил всю корзину и побежал с ней к тому месту, где я ранее видел лестницу. Дальше я стал свидетелем настоящей трагедии. Считая, что главарь уже не авторитет и нужно брать своё, бандиты рванули за коротышкой, оставляя его одного.

Я тоже заинтересовался содержимым корзины, тем более, в бою Шень Кан категорически отказывался при свидетелях показывать свои истинные боевые умения. А смотреть за его беготнёй прыжками и перекатами было скучно. Гораздо больше интереса вызывал вопрос, что произойдет дальше с бандитами и их добычей, ведь я уже знал, что лестницы нет на месте. Они оставили детишек без присмотра и многие из них ринулись к своей охране на входе, вслед за убежавшей туда же Циньцинь. Скоро они должны были вступить с бандитами в бой и я хотел на это посмотреть из безопасного убежища.

Но произошло нечто другое. Толпа из пятнадцати преступников загнала коротышку в угол сада, а он взял, гнида, и перекинул корзину через стену. Что тут началось! Во-первых, самого мелкого гада убили на месте. Изрубили в капусту. Во-вторых, трое из них попытались перелезть через стену без лестницы, став друг другу на плечи, и тут, сразу были забыты все товарищеские узы. В рядах банды возникло тотальное недоверие. Этим троим не дали перебросить их товарища, так как оставшиеся в саду испугались, что другие их кинут и сами уйдут с добычей.

Раньше добычу от грабежа распределял главарь, а без него, каждый резко захотел получить всё себе и бандиты, надеясь, что именно им удастся это сделать, кинулись нещадно резать друг друга, в упор разряжать арбалеты. Страшная картина резни, где человеческая жадность приняла самые уродливые формы. Победителями в резне вышли трое. Один был ранен, но хотел продолжать, а два других быстро поняли, что сами они без лестницы перебраться через забор не смогут и оставили агрессивного противника истекать кровью, а сами кинулись к выходу из сада, надеясь проскользнуть через охрану.

Третий кинулся за ними, но вскоре упал лицом в траву, так как рана дала о себе знать. Настало время моего выхода. Уколом иглы я помог закончить свою жизнь парочке тех, кто был ранен, но ещё жив и мог рассказать страже, что последним у стены появился парень с лестницей и именно он мог унести корзину.

После этого я быстро поставил лестницу к стене прямо в том месте, где её бросил, убедился, что под забором не ходит стража и, забравшись целиком на забор, откинул её ногой в кусты. Дальше я действовал очень рискованно, но другого и не оставалось. Я побежал прямиком к месту в переулке, где упала корзина, собрал в неё всё, что вывалилось от удара об мостовую и с этим грузом в руке рванул к точке, где ранее оставил кувшины.

Там я пересыпал содержимое корзины в два кувшина, а её бросил в канал, чтобы заставить бандитов искать содержимое там. С кувшинами прошёл несколько кварталов от сада, пока не нашёл оголенный от уложенного везде камня участок земли. Разрыхлил плотную, слежавшуюся землю иглой и собрав ладонями, засыпал ею кошели и золотые побрякушки сверху. Набивал кувшины, пока полностью не скрыл их содержимое под толстым слоем грунта, но в своё поместье добычу не понёс, а спрятал её за городом, куда специально прогулялся с кувшинами, чтобы найти подходящее место для временного тайника.

Если девицы Ли и Тан сдержат слово и расплатятся, вместе с награбленным у бандитов у меня появлялся уже небольшой капитал для приобретения нормальных, а не самодельных игл, пилюль и духовных камней для быстрого старта культивации. Конечно, мутно я начинаю, Ченю мои методы вообще не по душе, но я тут не на прогулке. Тысячи посланников других Небесных богов десантировались в этот мир и не как я, без единого бонуса, в какое попало тело. Мои противники сильны, и я должен поскорее стать сильнее любого врага, которого встречу. Плевать на репутацию клана Су и прочие мелочи. Когда меня убьют будет учитываться только факт проигрыша. Как ты там выглядел в глазах аборигенов, вообще никого не волнует.