- -
- 100%
- +
Часть 01 Вопиющая неблагодарность
Следуя за Шао Хуаном в гостиную цитадели на первом этаже, я предвкушал, как наемся от пуза, а потом обсужу с ним интересные мне темы. Думал, проведу пару дней в секте Пагоды мудрости, общаясь с Андреем и погружаясь в тонкости культивации или других доступных ему знаний. Но стоило герою пройти в соседний зал, как следовавший за ним главный наставник, резко преградил мне дорогу и заявил, что выполнение требований по договору невозможно без моего непосредственного участия.
Меня окружило четыре мужчины с копьями и, следуя приказу сурового старика, вывели к воротам крепости. Там меня уже ждала повозка с собранными для поиска бандитов людьми. Среди них выделялся один тучный, пожилой мужчина с глубокими залысинами, облаченный в белую одежду. По неспортивной фигуре и объемной, позванивающей бутылочками сумке, перекинутой через плечо, я догадался, что это целитель. Поднятый среди ночи мужчина смотрел на меня с нескрываемой неприязнью. Другие спутники тоже поглядывали искоса. Разумеется. Я приперся на базу среди ночи и лишил их полноценного отдыха. Ученикам пришлось подчиниться приказам вышестоящего руководства и сопровождать какого-то чужака, нагло расхаживающего в форме с эмблемой секты.
– Парень, долго еще тебя ждать? Запрыгивай, и поехали, – приказал крепкий мужчина, разместившийся на переднем борте повозки, рядом с возничим.
Я активировал духовное зрение, чтобы оценить силу членов выделенного мне отряда и полез в кузов повозки. «У сильнейшего всего лишь третья звезда серебра. Как они собираются справиться столь малыми силами?» – разочарованно отметил я, разглядывая пятерых пассажиров и их командира. У целителя вообще не было культивации. Если его не прикроют другие, он может умереть от любой тычка. Пока я изучал спутников, возничий не оборачиваясь, спросил:
– Куда ехать-то? В долине множество деревень. Парень, ты из какой будешь?
– Извините, название деревни я не знаю. Двигайтесь сейчас прямо по дороге до подножья перевала, а на первой развилке возьмите налево.
Повозка тронулась с места и довольно быстро спустилась в долину. Мне на своем пути в секту приходилось идти на гору, а еще постоянно останавливаться и прислушиваться, нет ли кого поблизости. Лошади наоборот, вынуждены были убегать от постоянно подгоняющей их в спину повозки и на прямом участке спуска перешли на галоп. В таком стремительном темпе мы скатились на равнину, исполосованную решеткой высохших заливных полей.
– Ты что же это сам, ночью, безоружный из своей деревни к нам пришёл? – спросил командир отряда, когда лошади замедлились и шумная тряска улеглась.
– Да, мой брат смертельно ранен, нужна срочная помощь целителя. Да и бандитов, похитивших Юйлань, лучше как можно быстрее найти и уничтожить, пока моя сестра не сошла с ума от издевательств.
– Каких это бандитов? – переспросил командир.
– Как каких? Тех, что напали на деревню. Вы же для этого со мной едете? – спросил я, предчувствуя неладное.
– Приказа кого-то искать не поступало, – заявил мужчина.
– Мы должны доставить целителя в деревню, а как он закончит, вернуть его живым и здоровым обратно. Мастер Шу и мастер Чень дали очень конкретные инструкции.
– А как же поиск бандитов? Главный наставник обещал…
– Парень не зарывайся. Тебя, кстати, назад мы тоже везти не будем. Мастер Шу сказал хорошенько отделать тебя за то, что ты оскорбил мастера Шао, но я слабаков вроде тебя не бью, так что будь благодарен, что уйдешь невредимым. Да, еще сказали тебе передать: «Если еще раз появишься у крепости, пеняй на себя!» Никто с тобой церемониться в следующий раз не будет. Стражам разрешено убивать проходимцев. Мало ли кто из врагов следит за воротами. Если и не убьют, то изобьют так, что домой ты уже не вернешься. Понял?
– Понял, – офигевший от резкой смены отношения, отозвался я.
Так-то сопровождавший меня отряд был слабым, но против меня одного, безоружного, толком не знающего ничего о боевых техниках – более чем достаточный. Зря я не поднял шум у входа в столовую. Там еще был шанс привлечь внимание Андрея, а теперь меня к нему на километр не подпустят. Мало ли, что я мастеру секты скажу. Главного наставника моё привилегированное положение не устраивало. Пока он держал мастера в искусственно созданной изоляции, то полностью контролировал ситуацию. Я же стал угрозой его безраздельной власти. Но почему же герой за меня не вписался? Возможно, он до сих пор и не знает, что меня под охраной выпроводили с базы. Ему скажут, что я пошел в туалет, отдыхать или вообще резко решил уехать, да что угодно.
Зря Андрей сказал, что сделает меня замом. Видать, нас в тот момент подслушивали и вот, теперь появилась проблема с возвращением в секту. Оставался только один вариант – прокачаться где-нибудь в другой секте, а как буду хоть что-то из себя представлять, попытаться встретиться с героем снова.
Был еще один вариант. Вернуться с Клариссой через святилище Тайных врат в Латор, а оттуда отправиться к восточному континенту. Дориан зазывал меня в Боевую Академию Эббиса. Там, по его словам, находилось целых сорок героев, с которыми я могу объединиться, чтобы отправиться в путешествие на верхние этажи. Если они окажутся достаточно сильны, мы сможем вызволить Андрея из плена главарей его секты и помочь ему добраться наверх. Конечно, если портал на третий этаж действительно затоплен, то сделать этого не получится, но я решил слепо не доверять словам Роберта Вайнштайна. Уже дважды убедился, что у каждого героя своя, иногда разительно отличающаяся от других, картина устройства Башни Видящих.
Однозначно можно сказать лишь то, что порталы и стражи между мирами существуют, а кто как воспринимает свой путь и силы – сугубо субъективный опыт. Вон, Мо Шень, считал себя гением, но я за месяц достиг большего, чем он за сотню лет. Всё относительно и зависит от широты взглядов и опыта конкретного индивидуума.
Я обдумывал свои дальнейшие действия, пока повозка не добралась до первых домов деревни. Я сказал возничему, что нам нужно к стоящему на отшибе дому на другом конце деревни и через пару-тройку минут, повозка достигла белеющей в лучах луны лачуги семьи Жао.
Двое из учеников секты остались охранять повозку, двое других и командир отряда, двинулись следом за мной и целителем. Благо, семья Жао не спала. Уцелевшая сестра при звуке шагов спряталась на втором этаже, а Жао Нин и матушка Чуньхуа встретили нас на пороге. Они не отходили всю ночь от умирающего сына, и очень удивились, когда я появился в сопровождении людей в форме секты Пагоды мудрости и сам щеголял в такой же качественной одежде.
Целитель проверил пульс умирающего Жао Гуя, размотал полоски ткани и внимательно осмотрел его раны в свете факела. Он обработал раны какой-то жидкостью и одну за другой обломал и извлек из тела парня стрелы. После чего он обработал раны еще раз, сделал новую перевязку чистой тканью из своей сумки и, перевернув парня на спину, влил ему в рот содержимое сразу трех разных флаконов. Еще три таких флакона оставил у края циновки на полу и вытер со лба проступивший пот.
– Если до обеда не откроет глаз, влейте в него эти три лекарства, – сказал он сидевшей рядом женщине и стал собираться на выход.
– Целитель, как он? – спросил я.
– Раны не смертельные, но наконечники стрел были смазаны каким-то слабым ядом, поэтому он не приходит в себя. Я напоил его тремя антидотами. Чтобы раны не загноились, с утра снимите все перевязки, сделайте густой отвар из горькой травы тигриного уха и промывайте им раны каждые шесть часов. Лучше ему активно не двигаться ближайшие две недели.
– Спасибо, многоуважаемый целитель, – склонившись головой в пол, воскликнула матушка.
– Простите, после ограбления нам даже нечем вам заплатить, – забеспокоился Жао Нин.
– Не нужно, ваш сын помог нашему мастеру, а я помогаю вам. Услуга за услугу, – закидывая свою сумку на плечо, ответил мужчина и вышел из дома.
Минута и повозка секты Пагоды мудрости скрылась из виду.
– Сынок, спасибо тебе огромное, что спас своего старшего брата, – сказал отец, – ты очень рисковал. Ночью на дорогах очень опасно. Могут и звери повстречаться.
– Вы же меня на гору затащили с матушкой. Мне было куда легче, – смутившись от похвалы, ответил я.
– Спасибо, спасибо сынок, – присоединилась к похвале матушка.
Я купался в словах искренней благодарности, как вдруг повозка секты вернулась к нашему дому.
– Эй, малец, снимай одежду ученика секты, – потребовал командир отряда.
– Но, у меня нет другой одежды. Моя рубаха и штаны остались в купальне.
– Меня это не волнует. Снимай по-хорошему или…
Я почувствовал себя униженным и оскорбленным, но проглотил унижение. Молча снял с себя чистую, удобную форму и вернул её мужчине. Сам оказался абсолютно голым.
– Вот, так-то лучше. На, прикройся, – сказал мужчина, давая мне кусок рваной мешковины.
Раздосадованный я вернулся в дом. Жао Нин тут же принялся стягивать с себя последнюю рубашку.
– Сынок, холодно, одень мою рубашку, – предложил мужчина.
– Нет, не нужно. Я сам виноват, что не забрал свои вещи из купальни. Схожу и заберу их завтра.
– Ну, куда ты пойдешь в таком виде. Стыдно. Чуньхуа, у нас есть, во что одеть сына?
– Прости дорогой, ничего нет. Разве что, можно раздеть Жао Гуя. Ему всё равно двигаться пока нельзя. Прикроем его циновкой, пока другую одежду не найдем.
Так и решили. Мне достались штаны старшего брата и рубашка отца. А нижнюю часть тела Жао Гуя прикрыли двумя освободившимися после смерти деда и старшего брата циновками. Тела мертвых раздевать не стали. Не принято забирать у мертвых последнее. Это может разгневать их дух.
К удивлению родителей, я не остался в доме на ночь. Меня так расстроила нищета семьи, что я прямо посреди ночи отправился через поля в Сайпан. К девяти-десяти утра, по моим расчетам, я должен был добраться к городу, а там можно будет наведаться в дом клана Лю или в Башню алхимии, чтобы выяснить, где находится Кларисса. Я очень надеялся, что Мо Шень не забрал у Циньцинь мою первую партию пилюль концентрации. От продажи первой части заказа, я мог бы получить несколько десятков тысяч лян.
Однако существовала проблема с идентификацией заказчика. Пилюли я заказывал в теле Ризольды, а сейчас я парень и не какой-то уважаемый богатей, а деревенский оборванец. У меня даже обуви не было. Свои, плетеные из коры молодых побегов лапти, я оставил в секте, а полученные на время мокасины пришлось вернуть. Как убедить Циньцинь, что я и есть госпожа Ли? Я надеялся, что заказ сможет забрать Кларисса. Она имела к Ризольде отношение, и значит, могла сказать, что получает его для неё.
Дорога по заливным полям, небольшим холмам, рощицам и оврагам, превратилась для меня в еще одно испытание. Среди полей обитало множество змей, лягушек, крыс, лис и прочей живности, которую я растревожил своим визитом. Благо, никто на меня не напал, не ужалил, но приходилось очень внимательно смотреть под ноги, что в полутьме сделать нелегко.
Из-за частых задержек в пути, в город я пришел позже, чем рассчитывал – лишь к одиннадцати. К счастью, довольно легко, пристроившись к группе других крестьян, прошел за ворота, и очень удивился, как безлюдно стало на улицах. Во время турнира, куда не глянь, толпились люди. Везде стояли лавочки для уличной торговли. Даже во время шторма на улицах было больше людней, чем сейчас. Похоже, все гости разъехались, а те, кто остался, попрятались по своим жилищам. Что тут вообще происходит?
Часть 02 Чудесный целитель
Перед тем, как встречаться с представителями клана Лю, я зашел в одну из недорогих забегаловок, чтобы послушать, о чем говорят горожане. По неизвестным причинам, слухи в Империи Тан распространялись с молниеносной скоростью. О происшествии с гигантским зверем-носорогом на дороге, в далеком Сайпане узнали уже на следующий день после моего приезда. Причем, узнали с таким подробностями, о которых мне, непосредственному участнику событий, было ничего неизвестно.
Первое, что бурно обсуждали обитатели таверны – это последствия ограбления городской сокровищницы. Посланник императора, который должен был вручить приз победителю турнира, уехал через час после того, как об ограблении стало известно в городе. Видимо, призом являлась крупная денежная сумма или ценный предмет, хранившийся там во время ограбления. Турнир и так был испорчен взрывами, от которых пострадало множество зрителей и несколько крупных построек, а тут еще и приза от императорского двора не стало. Подобное оскорбление посланник Его Императорского Величества стерпеть не смог.
Настолько дерзкого ограбления никто из глав знатных семей и командования городской стражи не ожидал. Причем, выгребли всё под чистую. Многие богатые горожане и привыкшие жить на широкую ногу наследники знатных семей вмиг стали значительно бедней. А в ратуше хранились не только сбережения богатейших семей, но и собранные для казны императора налоги, которые после турнира, вместе с отрядом охраны должны были отправить в столицу.
Короче, наместник и все, кто был связан со сбором и сбережением налогов, крупно влипли. Вскоре в город должны были прибыть судебные приставы из столицы. Будут выискивать преступников, сообщников среди недовольной знати, вести допросы, устраивать пытки. Из города, от греха подальше, свалили все имевшие проблемы с законом личности. Прятавшиеся в бедных кварталах шайки воров и грабителей также разбежались по долине.
Я стал понимать, что найти напавшую на дом семьи Жао банду будет не так легко. Они могли оказаться залетными птичками из города, ограблением деревни запастись припасами и отправиться в другую провинцию или в глушь джунглей, подальше от города, чтобы переждать наплыв императорских ищеек.
Второй темой обсуждения были чудовищные взрывы и массовые убийства, которые Мо Шень устроил, дорвавшись до артефактов Гоуцзяня. Я своими глазами видел, как старик уничтожил глав, наследников и многих старейшин сразу нескольких богатейших семей города. Причем клан алхимиков подвергся наибольшему грабежу, но отделался минимальными жертвами среди наследников, по сравнению с другими пострадавшими семьями. Те понесли непоправимые потери, выступив ритуальными ягнятами демонического пути культивции старика.
Сплетники живо обсуждали новых глав и наследников наиболее пострадавших знатных семей. Как оказалось, больше всего досталось торговому клану Чжан и семье наместника У. В семье Чжан убили главу, всех старейшин, и вообще всех, кто обладал золотым рангом. Из-за этих трагических событий на место лидера неожиданно продвинулся младший сын убитого главы – Чжан Баосян, тот самый, с которым я пересекся на соревновании стрелков, а позже на слепом аукционе в лавке редкостей.
Стать в двадцать два года главой целого клана – такое редко когда случается. От сплетников я узнал, что после дерзкого ограбления городской сокровищницы, обеспокоенным этим событием молодой господин Чжан усилил охрану собственности семьи массово подавшимися в наемники младшими мастерами секты Девяти лун.
Со смертью главы У Ланфэй и двух старших наставников, эта секта настолько ослабла, что фактически, прекратила своё существование, что сильно скажется на позициях семьи У в Долине родников. Князь У лишился тети, двух троюродных сестер и своей младшей дочери У Жолань, лишь недавно достигшей золотого ранга благодаря полученной от мастера Фу пилюле духовного совершенства. Единственной наследницей семьи стала уже немолодая и находящаяся в немилости у отца, старшая дочь У Жилан. Она же временно возглавила секту Девяти лун до решения вопроса о её воскрешении или окончательном роспуске.
Проблемы князя У усугубило еще одно событие. Пойманные в особняке клана Фу воры, под пытками выдали имя своего заказчика и цель проникновения. Сплетники уверенно заявляли, что заказчиком оказался сам наместник. Мастер Фу Си был вне себя от ярости, тем более, семя «цветка», ради которого воры якобы проникли в его дом, исчезло из кольца главы еще раньше, во время совместной попойки с князем. С учетом того, что младшая дочь наместника погибла в день резни, мастер Фу не стал предъявлять князю У претензии по поводу наёмных воров, а просто удалился на свою базу в горах, объявив, что семьи У и Фу больше ничего не связывает. Сплетники были уверены, что он нанесет свой удар позже, когда прибудут посланники императора.
Единственный клан, который вообще не пострадал в день резни, был клан воинов Ван. Это показалось сплетникам очень подозрительным. В городе главу секты Зеленого дракона стали голословно обвинять в сговоре с сектой демонического культа и записали в число злейших преступников. Не желая подвергать себя и учеников опасности, Ван Цао отменил набор новичков и отправился на свою хорошо защищенную, горную базу.
Его примеру последовали еще несколько мелких сект, также отменив набор новых учеников в этом году. В итоге, турнир Молодых талантов был сорван. Съехавшиеся со всех концов провинции зрители и торговцы разочарованы. Не желающие попасть в руки судебных приставав странствующие бродяги, также поспешили удалиться в более спокойные места. За несколько дней город опустел.
Единственное место города, в котором, по словам сплетников, было не протолкнуться, где даже по улице нельзя было спокойно проехать из-за множества преграждавших путь повозок и людского столпотворения – это поместье семьи Яо. Его территория превратилось в палаточный городок. А причиной всему – распространенная кланом новость, что они примут всех, кто пострадал от проклятия. Желающих оказалось так много, что все прилегающие к богатому району гостиницы заново заполнились гостями, прибывшими в надежде получить волшебное исцеление.
Хозяин забегаловки стал требовать, чтобы я что-то заказал или катился прочь, и мне пришлось покинуть заведение, так как денег у меня при себе не было. К сожалению, я ничего не смог узнать о судьбе Клариссы, но новость о сотнях проклятых, прибывших в город и всё еще ожидающих помощи меня воодушевила.
Я решил, что первым делом посещу особняк семьи алхимиков Лю, и если Кларисса там, то с ней прогуляюсь в Башню алхимии и к особняку клана культиваторов Яо, но оказалось, что не только Клариссы, но и самих членов клана в особняке нет. Лю Мэнсюэ, ставшая новой главой семьи после гибели Лю Чанмина, собрала все ценные вещи, своего сына и Клариссу и отправилась на базу секты Лазурного дракона. Она была настолько напугана убийством отца, дяди, глав и наследников других знатных семей, что решила укрыться под защитой мастера Яо Шеня, любезно предложившего свою защиту.
Причем, старейшины Фуюй и Мэнли ссылаясь на то, что будет некрасиво слишком злоупотреблять гостеприимством мастера Яо, предпочли получить защиту для себя и своих сыновей от секты Зеленого дракона. Они рассудили, что раз клан Ван убийцы не тронули ранее, значит, не посмеют тронуть и в дальнейшем. В особняке семьи Лю осталось лишь несколько человек прислуги, которые не пустили меня на порог, хоть я и представился родственником госпожи Кла Лиссы.
Благо, Башня алхимии еще худо-бедно работала, выполняя заказы из ингредиентов заказчиков, но у меня не было никаких прав получить заказ предназначавшийся госпоже Ли, и я опять остался ни с чем. Без «Дьявольского везения» моя жизнь превратилась в череду разочарований и неудач. Я не смог за двое суток раздобыть ни одного куска пищи, получил от ворот поворот в секте Пагоды мудрости и разминулся с Клариссой.
Я понятия не имел, где находится база секты Лазурного дракона и направился к дому клана Яо, чтобы выяснить этот момент и заодно предложить свою помощь в исцелении проклятых. Уж тут-то я рассчитывал получить теплый прием и заслуженное признание. Но оказалось, что невезение – это страшное бремя, которое способно сломать даже самого жизнерадостного и оптимистичного человека. С трудом пробившись через толпу, обступивших усадьбу клана Яо людей, я попытался добиться у стражей ворот встречи с главой дома, но тут же получил агрессивный отказ. Господин Яо, сын главы секты никого не принимал. Меня послали куда подальше и даже слушать не стали, что я что-то умею.
Толпа просителей, как оказалось, также желавшая встречи с главой семьи Яо, не дала мне нормально переговорить с охраной. Человеческое море возмущалось, шумело, бурлило, потом опять переходило к просьбам и мольбам. Меня естественным образом вынесло из этой толпы подальше от желанных ворот, и я решил действовать по-другому. Придется обратиться напрямую к родственникам страждущих, раз уж действовать через клан Яо не получается.
***
Яо Лаоши, старший сын мастера Яо Шеня, будущий наследник семьи и глава секты Лазурного дракона сидел в отцовском кабинете на втором этаже и смотрел на бушующее за стенами усадьбы человеческое море. Он откровенно злился на отца. Зачем он доверился сомнительной незнакомке и раструбил на всю провинцию о том, чтобы пострадавших от проклятия свозили к его поместью в Сайпане? Сам-то он, когда запахло жаренным, забрал учеников и ушел в горы. А расхлебывать проблемы теперь приходилось сыну.
Проклятые стали поступать уже в первый день, когда новость о чудесном воскрешении мертвых и спасении умирающих от проклятия разнеслась по городу. Оказалось, что среди жителей двадцатитысячного Сайпана, членов гильдии наемников и семей простых торговцев немало пострадавших в последние месяцы людей.
Причем, чем человек был слабее по рангу культивации, тем дольше он мог выживать под действием печати. Полнейшим чудом оказалось то, что десять из двадцати учеников клана Фу, брошенные в старый склеп и считавшиеся погибшими, всё еще были живы. Их никто не поил и не кормил более трех месяцев, но они каким-то чудом смогли выжить. Печать их словно законсервировала, искусственно продляя полусмерть полужизнь.
Однако, из-за того, что госпожа Ли так и не появилась, двое из выживших счастливчиков всё же умерли вскоре после транспортировки в холодный подвал особняка. Возможно, они погибли из-за небрежного отношения в дороге. То, что в проклятых учениках еще теплится жизнь, поняли далеко не сразу. Выжили лишь те, кто оказался при транспортировке в верхних рядах. Остальные были или раздавлены или умерли от удушения без естественной циркуляции легких.
Наплыв желающих получить помощь в первый и второй день Лаоши воспринял спокойно. Пациентов размещали в комнате прислуги, на циновках под навесами во внутреннем дворе. Потом в комнатах для гостей, потом в спальнях членов семьи и просто на деревянный настил под забором.
На третий день поступило более двух сотен проклятых, и их просто негде было разместить. Они лежали во всех помещениях усадьбы, на кухне, на складе, на кроватях, на полу. Даже при таком размещении, их приходилось складывать очень плотно, оставляя узкие проходы, чтобы пройти между рядами при необходимости. Все эти люди нуждались в питье, мочились под себя, поэтому слуги были заняты уборкой и обходом больных круглые сутки.
В доме стало пахнуть, как в деревенском сортире. Кишечники некоторых пострадавших также избавлялись от остатков застоявшейся внутри пищи. К этому моменту вернувшийся на пару часов глава и ученики покинули дом и все заботы свалились на плечи наследника. Причем, мастер Яо приказал ждать появления госпожи Ли, но отказывать прибывающем в размещении больных в усадьбе.
Ночь и утро четвертого дня стали для Лаоши форменным кошмаром. Сотни повозок с больными окружили усадьбу. Родственники больных нагло требовали встречи с ним, требовали помощи, а ему просто нечего было им ответить. Признаться, что никакого лечения нет, и не будет – будет страшным позором для клана. Потерять лицо, не выполнив свои обещания – худший для репутации клана исход. Мужчина терпеливо ждал появления создавшей проблемы госпожи Ли, проинструктировал охрану ворот, чтобы они пропустили только её, а остальных гнали в шею. Помочь всем желающим они просто не в состоянии.
К позднему утру четвертого дня ситуация вокруг дома начала накаляться. Приезжих добавилось и недовольная толпа, с учетом огромного числа возмущенных родственников, стала намного больше. Обратившиеся за помощью раньше – требовали встречи с выздоравливающими больными. Забравшиеся на крыши повозок бунтари, увидели сотни разложенных по двору на циновках больных и начали кричать, что клан Яо обманщики и никакую помощь больным не оказывает.
Лаоши такой поворот событий даже немного успокоил. Тайное стало явным, но кричащих правду людей быстро заткнули. Родственники проклятых просто не желали признавать такую действительность. Всем хотелось спасти дорогих людей, и они продолжали шуметь, возмущаться и биться в ворота, требуя приема и не собирались расходиться.
Вдруг, мужчина заметил, что в толпе возникло новое движение. Люди стали потихоньку, а затем всё активней и быстрей перетекать на соседнюю улицу. Сначала исчез длинный караван повозок вновь прибывших, потом толпа недовольных уменьшилась вдвое, а те, кто остались, требовали уже не приема, а выдать им переданных на лечение родственников, даже если помощь им еще не была оказана.