- -
- 100%
- +
– Не знаю, почему, – говорила невидимая Анна, – но мне захотелось рассказать вам про каменные сады, которые существуют на планете, где я родилась. Сады эти создаёт народ, живущий, как и ваши предки, на маленьких восточных островах. В этих садах нет растений, только камни, которые стоят на гальке, расчёсанной граблями. Они называются сады дзен, это сады созерцания. Но с какой точки созерцатель ни смотрит на этот сад, он никогда не увидит всех камней сразу.
– Прощайте, леди Арина. – Сказала Анна через несколько секунд. – Я никогда не забуду нашу с вами встречу, подобные встречи – это вехи на жизненном пути, они многому нас учат.
Леди Арина, которая уже давно перестала ходить по апартаментам и стояла у окна, глядя на город, расстилающийся под космопортом, со странной, мечтательной улыбкой на губах, ничего не сказала в ответ. Сад из камней с далёкой неведомой планеты проник в её сердце и овладел её душой эстета.
Глава третья
Шествие Рыб
Возвращение в Луану было гораздо более быстрым, чем путь в Дину – Анна и Ош полетели домой в воздушном автобусе. Анне хотелось побыть среди своих новых соотечественников, почувствовать себя одной из них. Получилось не очень. Мероканцы косились на Оша, кто с недоумением, а кто и с неприязнью. Всю дорогу Анну и Оша преследовали разговоры про Вая Атта и Понтифика, причём мероканцы, со свойственной им прямотой, даже не пытались говорить вполголоса в присутствии родственника этого самого Понтифика. Когда они приземлились в Луане, Анна сочувственно пожала руку Ошу, но тот ответил довольно спокойно:
– Что ты, это мне на пользу. Я понял, насколько же был прав во всех своих поступках. С Понтификом что-то происходит, и мне даже думать страшно, что именно. Мероканцы на грани; это очевидно. Бедняга Кор. Он тоже это понимал, и делал, что мог.
– Мне тоже его жаль. Как ты думаешь, если Вай Атт скажет, что ему приказал Понтифик…
– Понтифик не мог ему ничего приказать, это невозможно. Лорд такого ранга не станет напрямую общаться с таким ничтожеством. Тут всё сложнее.
– То есть, может получиться так, что он признается в…
– В том, что ему было обещано что-то за уничтожение Шена? Да, может получиться и так. Скорее всего, получится так. А пообещать ему что-то можно было только с соизволения Понтифика, так как Вай – преступник. Только Понтифик мог пожаловать ему амнистию, в любом случае.
– А если он не признается?
– У него не будет выбора. Допрос проводится в специальной камере, где… В общем, я там был. Врать там невозможно. Молчать и то очень трудно. Вряд ли Вай это сможет.
– Но тогда выход только один. – Анна остановилась на краю площадки, глядя на морской залив.
– Ты видишь выход?
– Конечно. Офицер, который от лица Понтифика договаривался с Ваем, может сказать, что он солгал ему, и Понтифик не в курсе.
Ош несколько секунд молчал, стоя с нею рядом и тоже глядя на морской залив. Было уже жарко, не смотря на раннее утро; ветер, колышущий его длинные светлые волосы и платиновые пряди Анны, был уже горячим. Жаркий запах лепидодендронов, казалось, усиливал зной.
– Да. – Сказал он наконец. – Но он должен опередить официальный допрос и слушание.
– Тяжёлый выбор. – Задумчиво проговорила Анна. – По сути, судьба Союза зависит сейчас даже не от Вая, а от того самого неизвестного офицера, верно?
– Верно. – Ош кивнул самому себе несколько раз. – Именно. От него.
Всю дорогу до острова он думал о том, что сказала ему Анна. Вспомнилось то, чего он не вспоминал уже давно: обряд, инструменты, кровь, растворяющаяся в воде. Им овладевал гнев. Почему, чтобы спасти эту проклятую планету, всякий раз приходится лгать, нарушать законы этой самой планеты и становиться изгоем ради неё?! Понтифик ли в этом виноват, или что-то большее?! Как легко было бы свалить всё на одного человека, но разве в этом дело? Что-то не правильно на самой Кинтане, и если бы так было везде! Но мероканцы живут иначе. Можно сказать, что их мало, что их Община – образование специфичное, и это будет правда; но ведь и Раббе живёт иначе! Да, Бард и Шхар ещё хуже Кинтаны, но с каких пор нужно равняться на худших?!
На пляже их встречали Асте и Гэвэнто, уже загорелый, как и его мероканские сверстники, с доской для серфинга, с крохотным гвоздиком в ноздре и со стильной стрижкой. Вот кто быстро приспосабливается к обстоятельствам и схватывает на лету самую суть! У него уже пропал акцент, он стал разговаривать в точности, как и Асте и её друзья.
– Как дела? – Спросила Асте. – Как съездили?
– Прекрасно. А здесь что?
– Да так. Один инопланетный мальчик сломал себе ногу, и Тибре Заэм пришлось пошевелить своей задницей и лечить его. До сих пор, наверное, бухтит там у себя. Такая вредная! А Кейсар в Плеоне.
– Инопланетный мальчик – это ты? – Строго спросила Анна. Гэвэнто с независимым видом пожал плечами:
– Упал с доски. Волна была сильная, а эта дура мне говорит…
– Я не дура, и говорила я правильно!
– Если бы ты не начала кричать…
– А ты бы ещё во время урагана на волну полез!
– Молчала бы лучше!
– Тихо! – Воскликнула Анна. – В ушах от вас звенит! Дома разберёмся, кто что сказал, кто что сломал. Гэвэнто, я оставила тебя здесь с Асте, полагая, что ты взрослый, серьёзный мальчик, и нечего беспокоиться о тебе.
– А что произошло? – Огрызнулся Гэвэнто. – Я же не умер!
– Ты мог покалечиться!
– Но не покалечился же! – Хмуро возражал Гэвэнто, поднимаясь вслед за Анной по лестнице. Ош отстал, и шёл позади всех, забрав у Асте доску. Слушал перепалку Анны и Гэвэнто, усмехаясь. Уже почти настоящая семья!
Луана готовилась к Шествию Рыб. Этот праздник религиозного, мистического характера, посвящённый силам природы, плодородию, связан был с приходом на нерест в устье Луан раз в семь лет реликтовых кистеперых рыб Т’ганьи. Это был кортианский праздник, но мероканцы принимали в нём участие, превращая его в потрясающий по накалу страстей и красочности карнавал. Готовилась к нему загодя вся Луана; определяя нужный момент по поведению одного из культовых животных кортиан, броненосцев Т’валва, которые каким-то образом знали точное время и приходили к Луан точно в срок. Молодые животные уже начали появляться на улицах, и являли из себя отдельное зрелище. Страховидные, размером с крупную свинью, покрытые панцирем и роговицей, напоминающей чешую, они неторопливо вышагивали по улицам, игнорируя людей и транспорт, бросая по сторонам суровые взгляды из-под развитых надбровных дуг. Ни один кортианин в здравом уме и твёрдой памяти не обидел бы Т’валва; его появление возле какого-либо дома было огромной честью для хозяев, и кортиане даже выставляли угощение перед своими дверьми, в надежде, что какой-нибудь зверь им соблазнится – это значило бы, что дом благословен на процветание. Порой это случалось на самом деле. Молодые животные, пришедшие слишком рано, искали пропитание у людей. Но старые особи, огромные, до тонны весом, покрытые мощной потрескавшейся от времени бронёй, с когтями, скребущими камни мостовых с металлическим лязгом, приходили точно в срок, и к человеческим подачкам снисходили настолько редко, что это действительно можно было расценивать, как благословение богов.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.