- -
- 100%
- +
© Свистунов А., 2024
Вступление
Когда я, еще в школе, читал великую антиутопию «Мы» Е. Замятина, то был впечатлен не столько ужасом описываемого мира, сколько тем, как глубоко понимал Замятин человека и человеческое, наши сильные и слабые стороны. Следующая цитата отпечаталась на моей памяти сильнее любых дат с уроков истории, химических соединений или законов физики: «Человек – как роман: до самой последней страницы не знаешь, чем кончится.»
Эта мысль выражала и мое отношение к людям: мне часто казалось, что нельзя полностью узнать человека, что – к счастью или к беде – он в конце концов преподнесет тебе сюрприз, удивит, озадачит. Иногда я думал, не ошибаюсь ли, не романтизирую ли излишне, не возвожу ли в абсолют случайную фразу? Но в другие разы мои скрытые ожидания неизвестного оправдывались, и я снова примирялся с невидимыми пучинами человеческих душ вокруг меня.
Однако со временем ко мне подступила смутная догадка, что метафора Замятина не полна, что она – лишь заключительная половина или следствие другой, очень простой идеи. Ведь если человек – роман, который можно читать, значит, он должен быть сначала кем-то написан? И если до конца жизни человеческой нельзя прочитать его всего, получается, мы все – незаконченные произведения в процессе создания?
Перечитывая свои стихи при подготовке этого сборника, я вспоминал ситуации и обстоятельства их написания, мои мотивы, источники вдохновения. Все это менялось на протяжении лет, меняло меня, и изменения отражались в моих стихах: в выборе тем, аллегорий, стиле построения рифм и ритма и прочем. Я назвал этот сборник «Заметки на полях», потому что в годы школы и университета я набрасывал стихи в рабочих тетрадках, прямо во время занятий. В каком-то роде эти записи образовали конспект моей жизни, краткую выжимку повести под названием «Андрей Свистунов». Через эту книгу я делюсь конспектом с теми, кто помогал мне писать эту повесть, собственной рукой оставляя комментарии, рецензии и даже полноценные произведения на моей бумажной душе.
Внутри сборника я сгруппировал свои работы по небольшим разделам: одни разделы, как «Дым Отечества» или «Взросление», содержат мою рефлексию на конкретные события из жизни или на что-то абстрактное, например, необратимый ход времени; другие, как «Голос из подземки», просто рассказывают истории с похожими сюжетами, героями и локациями. Я также указал годы написанных стихотворений и отсортировал их внутри разделов, чтобы продемонстрировать, как менялось мое творчество за последние десять лет, вместившие в себя университет, работу, эмиграцию, возвращение домой и нескончаемые поиски себя от Касабланки до Таганрога и от Антальи до Москвы.
За написание того, что есть в этой книге, я благодарю каждого человека, кто когда-либо заглядывал в мою жизнь. А если вы это читаете, то отдельное спасибо вам за то, что вы все еще где-то рядом.
Ваш Андрей Свистунов.
Южная ночь
Таганрогский вечер (2015)
Как светлы вечера в апреле!Я как-то за зиму отвыкОт теплой яркости весенней,Стремящейся еще на мигПод ясным небом задержатьсяИ расцарапать облака,Что в сумерки грозят подкрастьсяИ в ночь накинуть холодка.Мой добрый таганрогский вечер!Таких, как ты, я не встречал.Скорее авиадиспетчерПосадку бы нам разрешал!И я вернусь в тепло и мягкостьЛюбимых южных вечеров;Эх, ностальгическая сладость —Родимых мест извечный зов.Ночь в Петроваце (2015)
Ночь. Петровац. АвтомобиляСлучайного негромкий шум.Луна неполная светила.Я был освобожден от дум.Как встретил я тебя, впервыеЯ не томился всей душой,Какие мы с тобой: родные,Чужие ли? Морской волнойТревоги смыло, как нырнул яВ Адриатическую гладь,А ревности шальная пуляГрудь перестала разрывать.Я часто о тебе мечтаю,Жалея, что тебя здесь нет.Ночь. Петровац. Да, я скучаю,Но без тоски на лунный светСмотрю. Еще не кончен Вранац.Разложен на тарелке сыр.Я продолжаю любоватьсяНа тихий, гармоничный мир.Прощание с Черногорией (2015)
Истлела память дней вчерашних;Позавчерашних – встала вновьГромадой образов, заставшихВрасплох меня, – эмоций дробь.От этих импульсов теряюЯ равновесие внутри,Но с тайным счастьем предвкушаюВосход воскреснувшей зари.Артерии московских улицИ вены черногорских горКлубком в моей душе свернулисьСпокойствию наперекор.Последний путь для буйной кровиВедет к началу – в Таганрог.Прощай, прекрасный Херцег-Нови!Мне нужен Родины глоток.Чудесный Котор, воссоздавшийОазис рая на земле,Мне будет сниться в зимы нашиИ греть меня в своем тепле.А Петровац узнают людиНа напечатанных листах,Когда писательские будниЗапустят стрелки на часах.И завтра Тиват. И прощанье.Я, может быть, еще вернусь…Невыносимость ожиданья —Вот-вот домой я возвращусь!Как будто не случилось года,Который я провел вдалиОт невысокого порога,От желто-выцветшей двери;Который растянулся жизнью,Не надоевшей ни на миг, —Но я не слышу и не вижуТого, к чему за год привык.А вместо этого – как прежде,В ушедшие семнадцать лет;Я раньше умирал в надеждеНавек оставить город – нет!Соврал себе: хочу обратно,Когда-нибудь бы захотел.Мне сердце изъяснилось внятно —Вот странствиям моим предел.Что ж, в самолет! Ни слова большеО сожалениях моих,Иначе станет только горшеСредь этих облаков немых.100 лет одиночества (2017)
Ты – мои сто лет одиночества,Из пустого в порожнее – круг.Кто другой мне ни скажет пророчества —Знаю: только твои не солгут.Клевета, предрассудки и домыслыСонмом бабочек стены мостят:Для тебя поменяю я полюсыИ куплю у цыган краску-яд.По мушкету раздав сотоварищам,Я в подполье до смерти уйду.Не ищи меня после по кладбищам —Я воскресну с отметкой на лбу.Но едва заколышутся простыниНа веревке у дома, как яТрепещу, что зовут тебя, Господи,До высот, где иссякнет земля.Годы ливня тропически-буйногоНезаметны под крышей с тобой;Содрогаются стены от бурногоУрагана, а в сердце – покой.Мне бы жить только эти мгновения!Все бумаги-пергаменты – в печь!Ты – мои сто лет приключения —Одинокого, как этот смерч.Back (2017)
So I’ve come back.My native town has scarcely changed since ancient times.My friends have either grown or perished away from ourprevious ties.I have come back —Just for a fortnight to gaze upon the childhood’s world.Predictably, none I have found in that of adulthood – behold!I have come backIn search of something I rid myself of long ago.Its scent has lingered, filled my head with some melancholyvertigo.Why am I backWhen all I’d yearned for was find the rest I’m doomed to lack?Last time I checkedThe phantom palace was ruined to a rusty shack.So I’ve come back.My alien birthplace, your countenance relieves my grief,For home you were and home you will be despite resentmentat my leave.Вишневый Сад (2019)
Аллея белых южных вишенЦветет, откинув талый снегВетвями, меж которых слышенВоскреснувшей весны разбег.Пускай вокруг аллеи камниЕще покрыты зимним льдом;Они его расколют сами —Своим мятежным чередом.Ворвался в хмурую природуДеревьев ветреный набат,И шелестит на непогодуРаскованный вишневый сад.Аллея гордых южных вишенКалейдоскопом будит мирИ ждет, что подойдет поближеЕе звезда, ее кумир.Но солнце спряталось в вуалиИз астероидных поясов;Напрасно вишни расцветали:Затмение – знак холодов.Опали первые листочкиКовром на иней у корней;Замерзли, отвердели почкиЕще на много мрачных дней.Однако, силами ВселеннойУстроен круг сезонных смен.Зима уходит постепенноСо всех космических арен.А значит, каждому затменьюОднажды встретится рассвет;Вновь солнце озарит аллею,И вишни расцветут в ответ.Брат олимпийского канона;Сквозь бреши в хлипких облакахОгнем рванется с небосклонаЛуч, отражаясь в лепестках.Свобода южных берегов (2021)
Свобода южных береговПульсирует в горячих венах.Иду вдоль северных домов,Считая номера на стенах.Вот твой этаж, твое окно,Твой силуэт за занавеской;Мне хочется подняться, ноПричины нет на это веской,А без причины я тебеСовсем не нужен на пороге.Смущать тебя своим антреНе буду глупо-одиноким.Свобода южных береговПускай кипит в горячих венах;Иду вдоль запертых домов,Читая надписи на стенах.Мактуб (2020)
«Так предначертано.» – ты бросила мне это.Что фаталисту Ницше, воля и любовь?Когда «мактуб» ты повторяешь вновь и вновь,Я ощущаю тщетность всякого ответа.Арабской ночью сердцем я ищу восток,Сжимая компас размагниченный в ладонях.Что для любви «мактуб», я всё-таки не понял,И что любовь «мактуб», я выяснить не смог.«Так предначертано.» Я хрипло протестую,Судьбой оставленный средь безнадежных дюн,А ты скрываешься в щипках сетарных струн;Бесстрастно небо: уходи, ищи другую.Куда же деться из песков?Скажи, Мактуб!Занесена тропа сухой персидской бурей.Покорно лечь я не готов,Пока из губСочится кровь, не признавая высших судей.Арафат (2022)
Ночь Арафат сошла на землю —Благословенный путь к вратамВеликой Милости, что внемлетРабов отчаянным мольбам.Так сказано в восточных книгах,Так верят в южных городах,Что если вера хоть с песчинкуЕсть в сердце, то простит Аллах.Пустыня шепчет утешенья,Мерцает звездный пантеонНад затхлым духом разрушеньяЭллинских арок и колонн;Прах полководцев и поэтовК сожженным стенам галерейПрибило эхо минаретов,Прижег свет солнечных лучей.Зачем я здесь – под лунным взглядом,А не у стоп любимых ног?Мне больше никаким обрядомВ твой Джаннат не найти дорог.Ночь Арафат мою надеждуПесчинкой веры, мне чужой,Захватит ветром где-то междуНебесной гладью и морской.Отправлюсь в хадж к твоим святыням —Который год, который круг;Который раз я слышу ИмяИ слепо дергаюсь на звук?Муэдзин (2022)
Азан пронзил безмолвный вечерИ растворился в плеске волн.Расправят ли атланты плечиПод муэдзина пятый стон?Не высказанной вслух надеждойНаполнен уходящий день,Но здесь, над полосой прибрежной,Уже парит ночная тень;И солнце скрылось за горами,И месяц выступил в дозор;И звезды по-над морем самиРазглядывают гладь в упор.Росой беспечные мгновеньяНа камни лягут возле нас.Атлантам поспешить к спасеньюДиктует утренний намаз.Увы, не слышно муэдзиновНа глубине соленых вод.Прогнулись спины исполиновТысячелетьями хлопот;Там спят герои древних мифовСредь затонувших кораблей,Коралловых садов и рифовИ невозделанных полей.Архипелаг ночных кошмаров (2022)
Архипелаг ночных кошмаров,Где мне знаком любой причал,Вчера под утро замолчал.Словами мертвых адмираловМеня уже он не встречал.Накрыло гавань душным штилем —Склеп затонувших кораблей;Кресты – из мачт и якорей.Здесь я протаскивал под килемМечты ненаступивших дней.Остовы брошенной армадыСгнивают, увязая в ил.На каждом я сюда приплыл,Но их маршруты и командыМне вспомнить не хватает сил.На берегу лежат обрывкиКогда-то алых парусов;Теченьем вдаль от острововУносит карты и отрывкиЖурналов, писем, дневников.Прощай, архипелаг кошмаров!Душа дрейфует на плоту;Что ей искать в твоем порту?Она зола твоих пожаров,Твой крик в морскую пустоту.Истина на дне
Бессонница (2017)
Бессонница полна тобою —И этим мне дороже сна.Иду проторенной тропоюМолить и хаять небеса;Ошибку всё одну и ту жеСпешу зачем-то совершить:Назло твоей колючей стужеТебя по-летнему любить.Бессонница – котёл мечтаний.Твой образ – в проблесках луныСреди знакомых очертанийИ в напряжении струны,В которую стянулись жилы:Один конец – к твоим ногам,Другой – до моря из текилы,К ее соленым берегам.Бессонница – феномен духа,Природе чуждый и больной.Какая укусила мухаЛюдей вдруг потерять покой?Как мы вошли в противоречьеС естественным порядком дел?Зачем отродье человечьеВоспряло мыслью против тел?Бессонница полна тобою —Библиотека кинолент,Крутящихся сами собою,Хотя ты им сказала «нет».Не помню, как они включились,Не знаю, как нажать на «стоп».Как будто мы договорились,Что этот кинозал – мой гроб?Бессонница – приют ответов;Ты зря пугаешься меня:Висок у дула пистолета —Не твой, а мой, и это яЛечу с открытого балкона,Вскрываю вены и петлюЗатягиваю к шее плотно —Ведь это я тебя люблю!Бессонница – циклична, сволочь!Не разберёшь, который час;В глазах мутнеет – полдень? полночь?Безумия смешной аванс!Лежу и представляю толькоТебя как ось миросистем,Уже не удивляясь, сколькоИх создано средь этих стен.Выходные (2018)
Одинокие выходныеВыжгли спиртом осипшее горло.Мы как будто проснулись чужие —Так внезапно, болезненно-скоро.Между нами – какие-то метры:Я успел их измерить шагамиДо того, как холодные ветрыНас разняли дверными замками.Я заклеил под окнами щели,Чтобы прошлое не утекало;Силуэтов на этой постелиМне теперь ностальгически мало.Мистика (2018)
В бутылке вина – недопитая истина;Растоптаны капли на грязном полу.Ты спишь не в кровати влюбленного мистика,Не слышишь, как стекла гремят по столу.Осадок на дне – колдовство и алхимия;Осадок на сердце – нелепость и вздор;Бесстрастно взглянула – холодная, зимняя, —Меня не заметила снова в упор.Ушла на всю ночь без желанья остаться;Зачем же сходиться опять поутру?Примерзну к торчащим пружинам матрацаИ душу бессонницей в пыль изотру.Честность (2019)
Странно – пятница, вечер, а хочетсяНе приветливой женской руки,Нет – какой-то спокойной тоски,Безмятежного одиночества.Неужели те призраки прошлого,Чью бесформенность я так любилИ чьи кости сто раз перемыл,Оставляют меня, безнадежного?Или это – печальная трезвостьИз-за спьяну открытых дверей?Нет, сегодня не будет гостей —Лишь забитая, грязная честность.Мы глядим друг на друга, и колкоОтдается стук сердца в груди.Я хочу отвернуться, уйти,Не стоять перед ней на иголках.Понимающий вздох.Опустились глаза.Честность тихо уходит из вида.Я опять был с ней плохИ опять не сказал,Как от прошлого тошно и стыдно.Icebreaker (2019)
We could use that old icebreakerMixed with vodka, gin, and juice;In this warfare I’m a slacker,And your terms define the truce.Yet you’re making no advancesHaving seen my troops retreat.I refuse to play defensesAny more before your feet.Pour yourself a glass of liquor,Drink it in a single shot.Maybe then I’ll spot some vigorIn your eyes bored and bloodshot.Did you ever care to noticeThe belligerents around?Were you ever moved by storiesOf my raging battleground?God knows I have spared no effortDisillusioning myself,I have grown to be an abbotDown the pit in which I dwell.On my heart, aligned like trenches,Scars still form your name ablazeTill there comes someone who quenchesEvery flame within my gaze.Вода (2020)
В разлитой водке больше смысла,Чем в застоявшейся воде.Скрывает истину на днеСтакан, пока она не скислаИ не осела на стекле.Но в чистых пятнах на столеВсе ясно, живо и прозрачно;В них отражается невзрачноОсоловевший сомелье.Проходит время. Сохнут лужи.По каплям испарится жизнь.Душа накоплена, как слизь,Внутри, а между тем снаружиНасели небеса на уши;Как глубоко ни суй беруши —Душа, как прыщ, начнет гноитьсяИ спиртом к солнцу просочится;В его лучах воспламенитсяНасквозь промокшая страницаОчередной бездарной чуши.Горит и шелушится кожа;Стекает облако, тревожаИзборожденный склон горыПотоком грязи и воды.Но сухо высится гора,Когда вода с нее стекла.Красота (2020)
Ты говорила мне, что любишь красоту.И я люблю ее. Свободно. Неревниво.Не так, когда я говорю, как ты красива, —Иначе, искренней, спокойней – и не ту.Пойдем со мной; я покажу ее убогость:Разлитый спирт, остатки пицц, табачный дым;Мы то хохочем, то отчаянно молчимИ каждый падает во внутреннюю пропасть.Ложись на пуф или на смятую постель;Темнеют взгляды перед смазанным рассветом,Ползет роса, как кровь, по ржавым парапетам,Мир замедляется, утрачивая цель.Остывший чай, холодный пепел на конфорке —Все от бессонницы страдая, Бог творил,Накинув старый и свалявшийся акрилПоверх линялой перепачканной футболки.Он до сих пор не спит и смотрит в потолок,Не сознавая, впрочем, красоты момента,Не завершив ни одного экспериментаИ ничего не сделав из того, что мог.Майская мимоза (2020)
Раздвоилась убогая комнатаС пьяных глаз у меня в голове.Пью ли, чтобы не чувствовать холодаИли чтобы замерзнуть в Москве?Без тебя даже теплые грозыБарабанят, как град ледяной,По кустам запоздалой мимозы,Окруженною майской травой.Самолеты проносятся с ревомВ незашторенном светлом окне.Я лежу и мечтаю о новом,Нашем общем, непрожитом дне.Сквозь лучи восходящего солнцаТы спускаешься утром с небес,Словно ангел, который смеетсяВсем страданиям в противовес.На душе мне становится легчеВсякий раз, когда вижу во сне,Как тебя обнимаю за плечи,Находя в этой робкой весне.Резвый двигатель жаждет полетаИ с Жуковского рвется к Кремлю;Он рычит под кабиной пилотаНа замешкавшуюся зарю.Ну, а я же прошу ее медлить:Не хочу просыпаться одинВ этой за ночь остывшей постелиИз пропитанных водкой перин.13/07 (2021)
Налей вина за год знакомства,Перечитай мои стихи;Мое духовное банкротствоЛегло в пробелы и штрихи.Мне ничего уже не надо.Предел моих желаний – ты,И веет мягкою прохладойОт потерявшей вкус мечты.Немного пресно, но терпимо:Не в каждой шутке будет соль.Да, ты по-прежнему любима,Но, наконец, не через боль.Понятно все. Вино осталось,Но новых истин нет на дне.Одна похмельная усталостьОткрытием досталась мне.Не спать (2021)
Не спать —Бежать,Работать,Выпить —Не быть с собой наедине.ЖеланияВсегда открытыНавстречу мыслям о тебе.БессонницаТобой жива лишь.В ночных углахПылят мечты,Как конница.Но ты все знаешь:В моих глазахЕсть только ты.Лишенный силНестись по кругу,Лишенный правНа пьяный дым,Я не простилБольную скукуИ, душу сжав,Поджег свой Рим.Не спать —Гореть,Метаться,Думать —Не поддаваться никомуИ не искать тебя повсюду,Впиваясь взглядами во тьму.Ниоткуда (2022)
За холодной стеной – бесконечная бездна;За пределами комнаты ждет пустота.Комбинация счастья предельно проста:Задержите дыханье, не двигайтесь с места,Между прошлым и будущим ждите моста.Портят вид из окна снегопады и ливни;Сквозняки по кайме нераздвинутых шторПробираются в спальню, скользят в коридор:Разглядите узор их невидимых линий,Только свой не чертите им наперекор.Пейте больше вина, не надейтесь на чудо,Но звезду караульте до самой зари;Вдохновляйтесь, пусть помнят одни фонариВашу тень на балконе – тень, из ниоткудаВ никуда не нашедшую ночью двери.Новогоднее (2022)
Бой курантов. Слова на бумажке;Чье-то имя – конечно, твое.Я поджег с президентской отмашкиИ в игристое бросил ее.От всего уходящего годаНичего не осталось в душе,И декабрьский снег возле входаПо-январски сверкает уже.Ты исчезла мерцаньем гирлянды,В ярких искрах бенгальских огней.Провожаю без чувства утратыВереницу непрожитых дней.Я всегда знал пристрастия ИстиныИ теперь из-под крышки винаПод торжественно-гулкие выстрелыДотянусь до стеклянного дна.На рассвете – хмельная бессонница,Отблеск фар одиноких такси.Запорошить метель поторопитсяБуквы блеклых, нелепых «прости».Ты права: все проходит со временем.Много «если» добавил бы я…Ну да черт с ним, с моим глупым мнением;Я сгорел – значит, правда твоя.Монах
Монах (2018)
Монах самой мрачной обители,Чернокнижник, пророк, еретик —Ты все в наших душах постигОт правды до лжи о спасителе.Ты видел стремление к светуИ вечную тягу к греху;Ты знаешь, что там, наверху,Нет тех, кто нас спросит к ответу.Ты чувствовал и одиночество,И братскую близость друзейСердцами сторонних людей,Откуда и черпал пророчества.Ты понял феномен надежды,И в тех, кто казнил себя сам,Ты тоже узрел ее храм,А мы оставались невежды.Твоя правота, безусловно,Была недоступна другим —Самодовольным, чужим,Глухим, как смоленые бревна.Любя геометрию, ты ненавиделВстречать идеальные формы.Ты в море приветствовал ветры и штормы,Проповедуя только о штиле.И что же, монах? Где теперь та ученость,Где мысленный твой пьедестал,С которого ты гордо нас осуждалЗа порочность, безволье и косность?Скажи нам, монах, что случилось с тобой?Паутиной покрытые книги,Как заброшенной жизни вериги,Не справляются с новой тоской?Почему ты лежишь без болезни и делаНа холодном и грубом полу?Где же воля к познанию неба, к труду?Где все то, что тебя раньше грело?Не боишься ли ты стать таким же, как мы,Жить без цели – из старой привычки?Равномерно гореть, как обычные спички,Зажигаться и гаснуть средь тьмы?Ах, монах, тяжело ведь так – в уединении;Изучил нас и думал, что сам не таков?Что не хватит на Божьего сына оков?Одинаково слабы холопы и гении.Ты познал страсть, монах?Ты достиг ли нутромРубежей нашей общей природы?Ощущаешь ли страхПоражения в том,Чего хочется больше свободы?Получил ли отказ?Осознал, наконец,Как искусство твое эфемерно?Свет науки погас —И растаял мудрец,И терновый венецЧеловеческих глазБольно колет в падении, верно?Иордан (2018)
Я видел, как падали ангелыС высоких многоэтажек,Усердно махали крыльями —Спасали последний полет.Я думал: привиделись Ванге лиСнежинки из чистых стекляшек,Без совести, с перьями пыльнымиВо мраке угаснувших звезд?Я видел, как бесы вылазилиИз ада горячей сверхновойИ жгли землю светом неправедным,Бесчестящим мысли людей.Я думал: а есть еще фраза лиДля этой картины знакомой,Чей образ бы не был украденнымИз братской могилы идей?Я видел, как сотни писателейПошли на охоту за музой,Как каждый ее изнасиловал,Оставив на память рассказ.Я думал: а сам не той масти ли?Не был вдохновенью обузой?Тоску свою не препарировал?Ну, даже хотя бы сейчас…Я вижу всю фантасмагориюРазумного нашего мира,Всех соединившего радостноИ слившего грязь в общий чан.Я думаю, эту историюОткроет чужая сатира,Пока между нами безжалостноРокочет в дыму Иордан.Я вижу в тебе невозможное,Увы, мною не достижимое:Желанное счастье спокойствияИ всепонимающий взгляд.Я думаю, что дело сложное —Доставить души содержимоеТуда, где закон – удовольствие,Из мест, где счастливое – яд.Я видел однажды отчетливоТебя на другом берегу,Пока Иордан не обрушилсяНа наш недостроенный мост.Уложены музы заботливоВ ряд в пост-модернистском гробу.Ключ к новому не обнаружился;Я начал писательский пост.Я видел поток Иордана,Который размыл берега,И ты теперь так далека,Что там, где бежала река,Раскинулась гладь океана.Зеленые глаза (2018)
Так рано ночь легла на город,Что я проснуться не успел.Под одеяло гонит холодИ ловко направляет мелПо контурам уснувших тел.Во сне мне не приснится образ,Которым грезил наяву;Ты, безусловно, к счастью компас,Но, видимо, не к моему,Раз ты не разгоняешь тьму.Надежды снег ложится сверхуЗемных раздумий надо мной.Снежинки тают под землей,Мешая прикоснуться к светуИ наполняя дух водой.Быстротечно (2019)
Все быстротечно: реки, мысли, чувства,Свобода выбора и добровольный плен,Произведения нетленного искусства,Запечатлевшие эпох ушедших тлен.Все быстротечно: сила обещаний,Как верность сердца в девичьей груди,Ослабевает после двух прощаний.Дух истлевает с телом – тут чудес не жди.Не уповай на Бога: даже пантеоныТвоих тотемов не способны задержатьДвиженье времени и вечные законы.Творит природа только чтобы разрушать.Реальность ветрена, и ветреность повсюду:В любимой девушке, в разбросанных словах.Разбей оставшуюся в целости посудуИ сам разбейся в горький, обожженный прах.Мельница (2020)
Я искал тебя, чтоб исповедаться;Рассказать, как противно скрипитПод грехами души моей мельницаСредь заброшенных сердцем орбит.По камням лупят ржавые лопасти,Бесполезны ее жернова:Между ними – бездонные пропасти,Неживые, пустые слова.Заунывный сквозняк одиночестваЗалетает сквозь щели в стене,Распиная духовное зодчествоНа сколоченном наспех кресте.Двадцать лет до гвоздей сожаленияПлыл в пространстве, как сорванный лист,Солнцем преданный самосожжению,Незаметный с небес фаталист;Почитая их холод веригами,Я вонзал их в гордыню и гнев,Придавив богословскими книгамиИ молитвы прочтя нараспев.Невозможно достичь очищенияТем, кто хочет простить себя сам;Но знакомство с тобой, как крещение,Приобщает меня к чудесам.Я опять восхожу на Голгофу,И, узнав деревянный остовСтарой мельницы, бывшему кровуДо земли поклониться готов.И насмешлив обугленных досокОбращенный навстречу оскал;Дозаветной судьбы отголосокЯзыками огня засверкал;И взметнулся столб дыма, и мельницаОбъявила мне херем, и чадЗаволок мне глаза, и мерещится,Что погиб Гефсиманский наш сад.Убийца (2020)
Молчит гладь Финского залива —Невозмутимо-холодна.Я поднял прошлое со дна:Труп усмехается мне криво;В стекле зрачков дрожит луна.Здесь год назад стоял убийца —В моем пальто, в моих словах;Тонули перед ним в волнахСобытия, стихи и лица;Потухший, сдавшийся монах.Но не носить убийце рясу,Пока в глазах покоя нет;А в них – огонь, их дикий светТебя желает всю и сразу —Мое проклятье, мой секрет.Молчит гладь Финского залива —Так безмятежно-холодна;На пристань вышла ты одна —Недосягаемо-красива —Смотреть, как я сойду с ума.