Что-то о фрустрации. Сборник рассказов

Что-то о фрустрации

Посвящается Лампочке. Без тебя этой книги не было бы.

От автора: приветствую, читатель! Впереди тебя ждет пять наполненных абсолютным бредом сумасшедшего рассказов, но я надеюсь, что они придутся тебе по душе. По крайней мере, знакомые, близкие и друзья сказали, что у меня получается не очень плохо. Приятного чтения!*

*На самом деле, я просто страницу совсем уж пустой оставлять не хотел .

Писатель

В подвальчике было абсолютно темно. Писатель с трудом нащупал на столе ручку и ткнул ей куда-то в пустоту – кончик уперся в стол. Писатель немного сдвинул руку вправо, потом влево и, наконец, нащупал тетрадку и принялся писать. В полной темноте это было очень неудобно, рука то и дело срывалась куда-то вниз, соскальзывала с листа и царапала стол. «Мда» – сказал Писатель – «Надо бы чем-нибудь здесь посветить». На ощупь найдя ящичек и кое-как открыв его, он пошарил на дне рукой, благо, там почти ничего не хранилось, и поэтому зажигалка быстро нашлась. После пары щелчков показалось маленькое пламя, свет которого едва ли освещал тетрадный лист. Взглянув на начало своей рукописи, Писатель вздохнул, слова скакали по странице, буквы извивались так, будто их охватила агония, смысл написанного совершенно терялся. Еще и огонь зажигалки вовсе не обнадеживал, угрожая затухнуть через минуту или две. Писатель поднял руку повыше, чтобы освятить стол и с радостью обнаружил на нем подсвечник, но сразу опечалился, потому что из шести возможных, там была только одна свеча, да и то – маленькая и скрюченная. Как только он зажег ее, огонек зажигалки сразу потух. Ну, теперь можно и оглядеться. Самый обычный стол, самая обычная тетрадь, самый обычный подвальчик. Ничего интересного, у других бывает и получше. Такой же обыкновенный комод у обшарпанной стены. Самое интересное было на потолке. Люстра. Нужно было лишь вкрутить Лампочку. Которой не было. А поискать в комоде Писатель не решался. «Хватит отвлекаться» – подумал он – «нужно писать пока горит свеча». После этих мыслей он принялся строчить свой роман. Но дело не заладилось. То подходящее слово никак не приходило на ум, то предложение получалось слишком корявым, время от времени терялась мысль. «А может мне и не стоит писать?». Честно признаться, Писатель никогда настоящим писателем и не был, лишь пытался им стать, но постоянно ему что-то мешало. Так он, по крайне мере, думал. А потом он нашел этот подвал, куда сбегал от всяких проблем и сложностей, иногда здесь ему удавалось написать страницу-другую, но на этом все и заканчивалось. Ни одно своё произведение он не довел до конца, многие хорошие задумки так и не реализовал. Да и по жизни дела у Писателя шли так себе. Ни преданных друзей, ни любви. Грустно, короче.

Так он и сидел, уставившись в полупустой лист, а свеча тем временем, почти сгорела. Совсем рядом маячила перспектива снова погрузиться в беспросветный мрак. А с темнотой опять придут «те мысли», от которых Писатель так сильно хочет отгородиться. Мысли о собственной никчемности, ненужности, бесполезности и бессилии. Именно от них он бежал в этот подвальчик, но даже здесь Писатель не мог спрятаться.

И тут ему в голову пришла одна сумасбродная идея – нужно найти Лампочку. И вкрутить. От таких мыслей у Писателя перехватило дыхание. Да и он сразу отринул их – уж слишком невыполнимы и фантастичны. Во-первых, Лампочки здесь нет, во-вторых, он Писатель, а не Электрик. Вспомнив его, Писатель поморщился. Именно он издевался над ним и стал причиной, из-за которой пришлось прятаться в подвале. Да и в целом, Электрик – неприятный тип. Строит из себя душу компании и рубаху-парня, но всегда обидит слабого или жестоко подшутит. И еще конечно к девушкам относится, словно к вещам. Это было выше понимания Писателя. Именно за вежливость, учтивость и открытость Электрик издевался над ним.

Свечка почти сгорела. Но Писатель, удивив сам себя, поднялся из-за стола и открыл ящик комода. Пусто. Следующий – такой же результат. И только когда он открыл самый нижний, ему улыбнулась удача. В нем лежала коробочка, внутри которой была Лампочка. Красивая, новая Лампочка. Такая его и спасет. В этот миг Писателя охватила гордость за себя, он вдруг понял, что не такой бесполезный и беспомощный, каким привык себя считать. Стены подвальчика перестали быть такими обшарпанными, стол и тетрадь обрели какую-то индивидуальность в глазах Писателя. Он вдруг заметил, что у стола очень красиво загибаются у пола ножки – прямо как он и хотел, а тетрадь не тонкая и грязная, а толстая и в красивой обложке. Даже свеча стала сгорать не так быстро. Ну, а теперь пока вкручивать Лампочку.

Писатель потянулся к люстре и вдруг остановился. Каким бы Электрик не был плохим, он все же лампочки вкручивать умел. А Писатель нет. Он резко обернулся – показалось, что кто-то положил руку на плечо, причем руку склизкую и липкую. Но всего лишь показалось, а в голове, тем временем, стучала мысль – «я бесполезный и никчемный». Казалось, будто стены вновь обшарпываются, а тетрадка и стол приходят в негодность. Свеча стала гореть с какой-то умопомрачительной скоростью и через минуту подвал погрузился в абсолютный мрак.

«Ну я и слабак»

«Бесполезное ничтожество»

«Как же я жалок»

В голове так и роились черные и мерзкие мысли. Писатель сидел на полу, забившись в угол и обхватив колени руками. Так всегда. В этом вся его жизнь и такой она останется навсегда. Или нет? Раньше он не сжимал в руках Лампочку. Вдруг показалось, что Лампочка что-то пытается сказать, Писатель не мог толком разобрать что, но, казалось, будто она просит его не переживать и уверяла в успехе.

Разве Писатель теперь имел право сидеть в углу и страдать, жалея себя? Конечно нет. Он встали и в полной темное полез на стол, чтобы достать до люстры. Упал. Было очень больно. Но снова полез. В этот раз смог устоять. Размахивая в темноте руками, он наконец-то нашел свою цель. «Ничего не выйдет» – думал он, но сразу же эту мысль перекрывала другая – «Все получится». В кромешной темноте, на ощупь, он совместил Лампочку и патрон. Оборот. Еще один. И еще. Лампочка вошла до упора, но ничего не изменилось. Через секунду загорелся свет. Яркий и ослепительный. Писатель чувствовал, как черные, густые мысли, которые раньше не давали ему нормально жить и писать, сгорают, умирая и исчезая навсегда. Он с любовью посмотрел на Лампочку. «Какая же она красивая» – думал он.

Опустившись на стул, он принялся писать. Слова лились рекой, складываясь в стройные и ровные предложения. Такой легкости Писатель не испытывал очень давно. Наконец, он закончил своё произведение. Оглядевшись, он не узнал свой подвал. Теперь это был дворец, за окном которого раскинулся прекрасный сад. Через секунду Писатель понял, что подвал, в котором он так хотел спрятаться от дурных мыслей, на самом деле и был этими мыслями, которые окружили его и не давали даже спокойно дышать. А теперь им на замену пришли совсем другие, которые и воздвигли дворец. Писатель был уверен в себе, своих силах, не считал себе хуже других, отныне он никогда не называл себя бесполезным или никчемным. Все благодаря Лампочке. Он посмотрел на нее. Она украшала собой самую большую дворцовую люстру, висевшую в самом центре зала. Если бы не она, то он бы и дальше гнил в своём подвале. Сейчас Писатель хотел вновь приступить к работе, так он был вдохновлен. Садясь за стол, он вновь посмотрел на свой светоч. Секунду он думал, что же все-таки его сподвигло на такое свершение. Ответ нашелся сразу. Любовь к Лампочке. Ну конечно. Что же еще. Успокоенный этой мыслью, Писатель принялся за новый роман, теперь ничто не мешало ему быть счастливым.

Искатель

Он шел сквозь густой сосновый лес, отовсюду слышались звуки животных, пение птиц, разлапистые ветви деревьев скрывали почти весь солнечный свет, а тот, которому все же удавалось проникнуть сквозь зеленую занавесу, лишь отчасти разгонял темноту, из-за чего в лесу время будто бы остановилось в тот момент, когда на него опустились сумерки. Длинный синий плащ тащился за путником по земле, скрывая рыцарский доспех, на поясе висел одноручный меч средней длины, а на спине был прикреплен щит. Под ногой путника хрустнула веточка, из чащи раздался рев, и навстречу рыцарю вышел огромный бурый медведь, в глазах животного ярость быстро сменилась на животный интерес. Зверь подошел к рыцарю и лизнул его шлем, затем, когда человек погладил его, развернулся и, издав довольный рев, убежал. Путник продолжил свой путь.

Выйдя из леса и поднявшись на вершину холма, рыцарь увидел вдалеке в горах огромный, величественный замок, который, к сожалению, пожирало время. Несколько башенок и флигелей обрушились, фрески со стен исчезли почти полностью, окна зияли пустотой и унынием. Рыцарь вздохнул и двинулся в путь.

Он полз по отвесным обрывам, шагал по камням, увязал по пояс в грязи и чуть не утонул в реке, но все же добрался до замка, войдя внутрь, рыцарь быстро нашел тронный зал, поглядев на старый разрушенный до основания трон, он достал фонарик и зажег его, сразу же огромную комнату почти полностью наполнили призраки, и один из них, который был больше всего похож на короля, спросил у рыцаря – «кто ты такой, добрый странник, что пробудил нас?».

–Приветствую, достопочтенный король. Прошу простить меня, что прервал ваш многовековой покой. Как зовут меня, я уже и не помню. Могу лишь сказать, что десять тысяч лет назад, когда в мире этом была еще жизнь, я ушел на поиски Священного Грааля. Шел с самого края мира, из королевства, которое погибло одним из первых. Мудрецы, когда я уходил в путь, сказали мне, что цель моего путешествия может быть здесь, в самом центре мироздания. Ваш замок, достопочтенный король, последний замок, который я смогу встретить на своем пути, ибо дальше, как вы знаете, до самого горизонта расстилаются земли, вход в которые был запрещен. Я разбудил вас, что испросить разрешения пройти дальше и совета на случай непредвиденных осложнений.

Призрак короля улыбнулся, конечно он позволил рыцарю идти дальше. Рассказ пробудил воспоминания о былых временах, когда мир еще населяли люди.

Рыцарь шагал по запретным землям, на ум ему приходило прошлое, уже такое далекое. Он, еще будучи мальчиком, записался в академию, где показал небывалые до этого успехи. Рыцарь быстро продвигался по службе, казалось, ему просто благоволит удача. Он повстречал прекрасную девушку, которая стала его женой, у него были дети – сын и дочь. Но это было очень давно. Все, что он имеет сейчас, – это цель путешествия в виде Священного Грааля.

Один неосторожный шаг и путник сорвался с обрыва. Несколько раз ударившись спиной о камни, рыцарь, скатившись вниз, застыл в неестественной позе. Его шея была вывернута на несовместимый с жизнь угол. Прошла минута. Рыцарь издал стон и поднялся. Всего его раны исчезли, а вывернутая шея встала на место. Так случалось всегда, когда она умирал. Стоило ему полежать минутку, как все приходило в норму. Это был его дар, помогающий преодолевать столь сложный путь.

На закате Рыцарь увидел на земле следы, что очень сильно удивило его. Кто? Кто это мог быть? Неужели есть кто-то еще? Да и так рядом с Граалем? Рыцарь понял, что ему стоит ускориться. В голову лезли мысли о прошлом, о счастливых моментах, о играх с детьми и, почему-то, воспоминания о запахе волос жены. Разумеется, это мешало продвижению вперед.

Хижина. Посреди пустыни. Обычная покосившаяся хибара, каких много в захолустных деревнях. Именно в такой родился Рыцарь. Зайдя внутрь он увидел человека в черных доспехах, на разваливающимся столе лежал маленький шарик, источающий золотой свет.

–Привет. – сказал человек в черном. – вот ты и нашел Грааль. Доволен?

Рыцарь ничего не понимал.

–Не беспокойся. – продолжил незнакомец. – Я это часть тебя. И наоборот. По сути, Рыцарь – это мы вместе. Мы две его разных стороны. Так, я, например, темная часть рыцарской души. А ты, наоборот, светлая.

Грааль на столе начал видоизменяться и принимать привычную форму чаши. А Черный Рыцарь тем временем продолжил:

–Я пришел сюда очень давно. Еще когда часть людей была жива. Прорубил себе путь. Перешагивал через их тела, убивал. А ты? Уверен, ты такого не делал. Ты всего лишь пошел по пути своей судьбы – искать Грааль. А точно ли это была судьба? Тебя же спрашивали, хочешь ли ты отправиться в это путешествие или нет. Я, кстати, отсоединился от тебя ровно в этот момент. Мы оба стали бессмертными. Оба двинулись навстречу неизвестности. – Рыцарь слушал своего антипода, но в голову навязчиво лезли воспоминания о семье. – Только вот я сразу сел на самого быстрого коня и поскакал, как загнал его, так пересел на другого. Если на моем пути вставали разбойники, я, не раздумывая выхватывал меч. И убивал. Много убивал. Тех, кто это заслужил. А ты нет. Ты помогал всем подряд. Наставлял на путь истинный. Конечно. Ты же у нас Рыцарь Света. Но так ли это?

В детстве Рыцарь часто думал о том, кем станет, когда вырастет. Разумеется, ему хотелось стать великим. Его мечтой с самого детства было найти Священный Грааль. Все его детские игры были посвящены этому, юношеские стремления основывались на этой мечте. Даже свою любовь он завоевал увлеченностью Граалем. Девушка влюбилась в него именно из-за этого романтизма, но в глубине души понимала, что она все равно будет на втором месте для Рыцаря. Потому что на первом месте всегда был и будет Грааль. Когда Рыцаря признали достойным, он незамедлительно согласился отправиться в путь. Но это означало, что ему придется бросить семью. И он это сделал. Без всяких колебаний. Попрощавшись на пороге с женой и последний раз обняв детей, он развернулся и без сожалений отправился в путь. Если ему на дороге встречались нуждающиеся, то он помогал им, ибо он тот Рыцарь, молва о котором должна быть вечной. Ведь так он сможет прославиться.

–А может, темная сторона – это ты? Я что-то не помню, чтобы ты как-то отреагировал на известие о смерти жены. Да и я собственно тоже был мало заинтересован. – Продолжал Рыцарь в черном. – Хотя, скорее всего, мы с тобой оба сволочи. Я ведь и много невинных убил, ослепленный желанием найти это безделушку. – он покачал Грааль пальцем. – Только вот и зачем мы ее искали?

По щекам светлого Рыцаря потекли слезы. Воспоминания о прошлом, семье, друзьях и потерянном счастье просто разрывали его голову. Правда ли он так хотел найти Грааль? С чем это желание всегда было сопряжено? Правильно, с желанием прославиться. Он заговорил:

–Да, ты прав. Мы оба друг друга стоим. По-другому не может быть. Я мечтал прославиться, думал, что если найду Грааль, то стану кем-то великим. Я просто хотел быть любимым. Когда я был ребенком, то у меня не было друзей, совсем. Я был изгоем, потому что был не такой, как все остальные. Мне было очень одиноко. И тогда я решил – если я стану кем-то большим, то ко мне потянуться, я смогу стать интересным для других. И поэтому… поэтому я бросил тех, кто действительно любил меня. Я не замечал их чувств, потому что был слишком увлечен воспоминаниями о том одиночестве, что преследовало меня в детстве. И, что самое забавное, я нашел Грааль, но людей больше нет. Некому слагать обо мне легенды.

–Вот как. – сказал Черный Рыцарь. – А я был слаб. Меня в детстве постоянно били одноклассники. Пустым местом считали. Потом я стал сильнее, отомстил обидчикам, но сам с собой примириться не смог. Всегда казалось, что я живу в чьей-то тени. Поэтому, когда выдалась возможность заграбастать Грааль, я сразу же ей воспользовался. Чтобы доказать самому себе, что я могу, что я не ноль без палочки. Хотя на тот момент я нашел уже много людей, которые считали меня равным себе или даже брали с меня пример. Но я, как и ты, не замечал этого. Был ослеплен обидами из прошлого. Нашел Грааль, доказал, а зачем? Ведь тех людей, что уважали меня, больше нет. Я сам отказался от них.

Оба рыцаря замолчали. Потом Черный поднялся и, положив руку на плече Светлого, растворился в воздухе. Они вновь стали единой личностью и раздробленные части воспоминания Рыцаря слились в единую картину. Глядя на Грааль, он подумал – «теперь я точно все сделаю правильно», в голове прозвучал ответ – «разумеется».

Рыцарь взял в руки Грааль и закрыл глаза. Открыв их, он увидел перед собой Настоятеля Академии, вопрошающего – «Желаешь ли ты отправиться на поиски Священного Грааля и потратить на это жизнь, если потребуется?». Рыцарь нашел глазами в толпе зрителей свою жену и ответил Настоятелю – «нет». Пройдя мимо шокированного Настоятеля, он подошел к ней и обнял, вдыхая такой знакомый запах её волос.

Злодей

Седые волосы старика спадали до самых плеч, опускаясь на черное пальто. Опершись на бамбуковую трость, увенчанную серебряным орлом, он, глядя на приближающегося человека сказал – «Надо же, кого я вижу». Пришедший на секунду остановился, посмотрев на старика. Желтый лист опустился на землю около его ног. Огромный парк поглощала осень.

Старик был Злодеем, а его только что появившийся собеседник – Героем. Множество раз они сражались между собой. Много раз Герой побеждал Злодея и не давал тому захватить власть, уничтожить мир, освобождал заложников. Но после каждого боя Злодей снова поднимался из пепла и продолжал борьбу. Так прошло долгих шестьдесят лет. Но сейчас им на замену пришли молодые. Новый злодей разрушал города, новый герой сражался против него и побеждал.

–Ну, – обратился Злодей к севшему рядом Герою, – ничего не меняется?

–Ага. – Герой посмотрел вдаль. – И никакой засады?

–Нет. А зачем? К тому же, я устал. Пойдем, пройдемся напоследок.

Два старика поднялись. Медленно шагая по каменным дорожкам, они разговаривали обо всем, что хотели обсудить все шестьдесят лет, проведенные в сражениях.

–Почему я решил творить зло? Ну, это ты так думаешь. Для меня-то все это злом не было. Просто как-то раз я проснулся утром и понял, что все в мире неправильно. Мне захотелось его починить. Я глянул в окно и увидел тебя, раздающего тумаки грабителям. Сразу стало понятно, что место героя занято, поэтому пришлось занять противоположенную сторону. Нет-нет. Не говори, что я мог бы стать твоим напарником, мы бы могли вместе очищать город от шпаны и кого покрупнее, не надо, оба же понимаем, что это бред несусветный. Да и не смогли бы мы. Героизм, – Злодей помедлил, – он где-то не здесь, не мирское это. Это скорее, когда тебе в голову сила какая-то с размаху бьет, и не можешь с собой ничего поделать, в горящий дом бросаешься один, хотя за пожаром толпа целая смотрит. Или, вот идешь по улице и вдруг видишь, как бьют кого-то. Ну вот откуда ты знаешь, за что его бьют, может от плохое кому-то сделал и теперь расплачивается, но тут тебе в голове голос говорит – «ворвись», и ты врываешься, потому что раз голос так сказал, то точно бьют его не ради наказания. И пусть засранцев этих пятеро, а ты один. Все равно победишь. Вот это – героизм.

Герой покачал головой. Частично он соглашался со Злодеем.

–И тебе так ни разу в голову не било? Да не поверю. Ты не настолько законченная мразь, уж я-то тебя за шестьдесят лет, поди, изучил. Помнится, ты однажды… – Герой призадумался, копаясь в воспоминаниях, но ничего, что бы могло оправдать Злодея, на ум не приходило. – Да точно помню, что такое с тобой было. Да и вот это все про «не от мира сего», «в голову бьет» – это мелочно как-то, что ли. У героя Великая Цель должна быть, глобальная, которая вдохновляет его на этот треклятый героизм и подвиги. У меня это… Впрочем, не важно. Иначе героизма и не получится, один раз в жизни на улице хулиганов разгонишь и на этом все кончится. А цель, она будет толкать тебя, заставлять что-то делать. Разве нет?

Злодей поморщился.

–Вот ты сейчас взял и все обесценил. Хочешь сказать, что спасти человек из пожара – это не героизм? Цели то под собой великой это не имеет. Лицемерием попахивает. Великая цель твоя как раз-таки героизм на корню и убивает. Безусловно, на пути к ней может быть много опасностей, много хороших и добрых поступков, но это уже не то. Это, получается, холодный расчет, помноженный на крепкую волю. И, честно говоря, в самом начале мне тоже в голову било, тут ты прав. Пару раз вступился за кого-то, утопающего спас, но ты обо мне тогда не слышал. Трагичность ситуации заключалось в том, что я как-то слишком быстро осознал, что таким образом ничего не исправить. И составил свой первый план. Помнишь его? Господи, каким же он был тупым и алогичным. Но и ты тогда был не лучше. Никакой тактики, просчета, ворвался ко мне и давай кулаками махать. Ха-ха-ха. И смех, и грех, но ведь так забавно! – Герой тихо хохотнул в усы. Действительно, воспоминания о молодости развесили их. – Но ведь я искренне считал, что делаю что-то полезное, что таким образом смогу восстановить справедливость и навести порядок. И Великую Цель я тоже имел. Все, что я бы ни делал, было ради нее. Только вот, шел я к ней, видимо, не теми путями.

–И вообще угрызений совести не испытывал? – спросил Герой.

–А вот это и есть проблема твоей цели. Любая великая цель уничижает человека. Вот смотри, хочу я создать мир без преступности. Без зла в принципе. Начинаю всех перевоспитывать. Но попадается мне кто-то, кто ну вот прямо хочет совершать зло и быть поганцем. Все складывается так, что я его убиваю. Зло совершил? Ну, да, наверное. Но ведь это для счастья всех на земле. И начинаешь ты так себя успокаивать, и это абстрактное «счастье для всех» перевешивает частные случаи. И со временем ты начинаешь намного проще отправлять в расход «мешающих» тебе людей. Самое страшное – осознание, что это «всеобщее счастье» есть лишь маленький мирок, в которым ты хочешь спрятаться от всех своих проблем, приходит слишком поздно.

Два старика, прогуливаясь по парку, набрели на ухоженное кладбище, сами того не заметив.

–И в погоне за золотой клеткой, в которую так хочешь упрятать себя, теряешь всю человечность. – Злодей посмотрел Герою прямо в глаза. – Я усыпал свой путь трупами, бедствиями и грехами. Все ради того, чтобы в итоге ничего не достичь. Знаешь, я никогда не считал себя злым. Я думал, что другие меня просто не понимают. Мое добро отличается от их добра, вот и все. И даже когда меня объявили злодеем, я очень удивился, но, как сейчас помню, усмехнулся и подумал – «пора опровергнуть старый тезис о вечной победе добра над злом». Видимо, все-таки это кристальная правда.

Герой закурил. Были у него причины не любить разговоры про добро и зло. Особенно ему не нравилась мысль что первое всегда побеждает второе. Подумав над словами Злодея, он в чем-то с ними согласился. Подумав еще, сказал:

–А знаешь, я тебе даже благодарен. – Герой оперся на белый надгробный камень. «Здесь покоится трижды спасший мир» – гласила надпись на нем. – Ведь без тебя не было бы меня. В смысле, я бы не стал таким, каким ты меня сейчас видишь. Не знаю, можно ли сказать, что ты меня мотивировал, но… я бы не спас школу, если бы ты ее не захватил. Я надеюсь, понимаешь, что я хочу сказать.

–Да, – Злодей кивнул, – понимаю. Я тоже частенько об этом думал. Чем страшнее злодейство, тем более великое геройство приходит на битву с ним.

–Именно! Я это и хотел сказать. Но все это натолкнуло меня на мысль, что добро и зло… они ка бы существуют только парой. И одно может порождать другое. Они антиподы, но и без друг друга не могут. Ведь, если так подумать, наши поступки всегда оценивались в системе норм, которую же сами люди и, пусть неосознанно, создали. Тогда получается, что мы сами всегда решаем, что есть зло и добро?

–А я минуту назад, о чем говорил? Отсюда все конфликты и случаются. И это нормально. Постоянно усиливающие друг друга добро и зло необходимы, потому что в этой борьбе и рождается нечто, формирующие ту систему, в которой люди будут оценивать это самое добро и зло. То есть система создают сама себя, как бы это не странно не звучало. Только глянь, современный герой не чурается убивать своих врагов, а для тебя это было неприемлемо! А злодей? От его выкрутасов даже мне немного не по себе становиться. А все почему? Мы с тобой в нашей долгой борьбе породили что-то, изменившее старую систему. Она постоянно сама себя обновляет. Вот что хочу сказать!

Герой вдруг закашлялся. Старику стало плохо. Злодей помог ему опуститься на землю и прислонил спиной к могильному камню. На нем было высечено – «В память и Презренном, что чуть не сжег мир дотла»

–Символично. – С усмешкой сказал Герой.

–Что ты имеешь в виду?

–Помнишь, я говорил про великую цель? Так вот слушай.

Из последних сил Герой начал свою речь.

Давным-давно, шестьдесят пять лет назад, Злодей взял в заложники принцессу. На выручку ей уже спешил Герой. Когда они встретились в битве, голову Злодея не покидала одна мысль – «Мы сражаемся, но я должен проиграть. Так было всегда. Добро побеждает зло. Это такой ритуал». В самый яростный момент, когда Злодей уже ожидал финальный удар, призванный сорвать весь его коварный замысел, Герой не смог отразить простой удар. Клинок врезался ему в грудь. «Видимо, мы не поняли наши роли» – сказал он, умирая с улыбкой на устах.