- -
- 100%
- +
Предисловие
Данный рассказ является художественным произведением, плодом фантазии автора, носит развлекательный характер и не держит в себе цели кого-либо обидеть.
Но смотреть на супергероику серьезно… Нет, это выше моих сил.
Раз
– Итак, Буран, у меня к тебе очень важные вопросы, – Миротворец дожевал котлету и сел на колени напротив собаки.
– Гаф? – уточнил пес.
– Да, я надеюсь нас примут в первый дивизион, но речь не о том. Ты готов ответить?
– Гаф?
– Не смей отвечать мне вопросом на вопрос, ты, коврик-переросток! – осерчал хозяин.
– Гаф…
– Ну хорошо, хорошо, не дуйся. Я не специально.
– Гаф! – согласился пес.
– Ну вот, хороший мальчик! Хороший Буран!
– Гаф! – снова согласился он.
– Теперь скажи мне, – вернулся к вопросу Миротворец. – Мы с тобой управляем орбитальной станцией «МИР», так?
– Гаф-гаф! – подтвердил Буран.
– Но станцию «МИР» затопили в две тысячи первом, так?
– Гаф… – нехотя согласился Буран.
– Тогда чем мы управляем? ОТКУДА мы получаем сигналы?!
Сержант Шорох оторвался от газеты и заржал в голосину. Смех менялся на ходу и постепенно превратился сначала в собачий, потом в слоновий, а в конце и вовсе сдал звучать как нечто, похожее на брачные призывы шимпанзе.
Буран, прекрасная немецкая овчарка, грустно покосился в его сторону, потом улегся и прикрыл морду лапой.
– Кто проживает на дне океана, Буран? – не унимался Миротворец.
Сержант Шорох прекратил ржать и вернулся к свежей прессе. В штабе, расположенном на третьем этаже офисного центра, прямо за вывеской «Ремонт»(чтобы никто не догадался), было очень скучно. Все ожидали прибытие на собеседование новичка, резюме которого выглядело достаточно внушительно, особенно в сравнении с тем мусором, от которого приходилось очищать электронную почту по несколько раз в день. Просьбы к командиру отряда Чисточелу, по совместительству владельцу суперсилы «деньги», сделать более вместительный почтовый сервер успехом на текущий момент не увенчались.
– Кстати, – Шорох отложил газету. – Буран, зацени мой новый бит!
– У-у-у-у-у, – пес взвыл, а через секунду закрыл морду обеими лапами.
От такого отказа Шорох расстроился.
– Ну и что, что он не особенно интеллектуальный?!
– А то, – Миротворец хихикнул, – что ты заставляешь его эстетические чувства биться в конвульсиях.
– И не только его, кстати, – раздался женский голос.
Джентльмены вскочили с мест и выпрямились по стойке смирно: на пороге штаба появилась роскошная девушка в элегантном обтягивающем платье, подчеркивающем все стратегически важные места. Из разреза выглядывал антрацитовый металлический протез ноги.
Буран свистнул. Ну, или издал максимально похожий звук.
– Шорох, я знаю, что это ты свистел!
– Нет, не я.
– Буран? – ласково улыбнулась девушка.
– Гаф, – пес подбежал к ней и кивнул мордой в сторону Шороха.
– Хороший мальчик! – сказала барышня и принялась с нежностью наглаживать Бурана.
– Шпилька, – учтиво кивнул Миротворец.
– Миротворец, – ответила та и вернулась к собаке. – Кто такой славный мальчик? Ты славный мальчик!
Не прошло и нескольких секунд, как славный мальчик повалил девушку на пол, облизал ей весь макияж, а потом вцепился в металлическую ногу Шпильки, резким движением оторвал ее от крепления культи и потащил к себе в берлогу.
– Плохой мальчик! Плохой! – смеялась Шпилька. – Ну-ка верни ногу!
– Она не взорвется? – уточнил Шорох. – Ты, вроде бы, только с задания?
– Да какое там, – вздохнула одноногая, сидевшая на полу, барышня. – Я была в Париже, в разведке, ничего толком не успела, а Чисточел прислал сообщение, что нужно срочно отсобеседовать новичка. Ну, первый дивизион явно важнее моих дел. Пришлось вырубить подозреваемого, украсть его телефон и залить шампанским его ноутбук.
– Элегантно, – согласился Миротворец, и взялся за живот. – Что-то как…
Откуда-то сбоку раздался тихий смех гиены.
– Шорох!
– А я что? Я ничего!
Девушка привычными движениями уперлась руками в пол за головой, закинула ногу наверх и резко подпрыгнула. Поймав равновесие, она проскакала на ноге до свободного кресла.
Ей было не привыкать. В детстве Шпилька потеряла ногу из-за страшной болезни, с которой не смогли совладать лучшие врачи, но теперь, благодаря развитию технологий, она не только смогла спокойно ходить, но и стала супермоделью. А еще обладательницей пятидесятипроцентной скидки на педикюр.
Втайне она проникала в самые богатые дома и отыскивала миллиардеров-махинаторов. Любимым блюдом девушки были фармацевтические гении, склонные использовать свой талант во зло земному шару. За это ей частенько говорят «спасибо» крупные участники шпионских игр.
В супергерои подалась случайно, и, будучи единственной девушкой в команде, чаще всего играла роль няньки для многолетних мальчиков и одной овчарки, вечно думающей, что ее протез – вкусняшка.
– Буран, верни ногу, по-хорошему!
Собака оторвалась от попытки сожрать или даже повредить металл и весело двинулась в сторону девушки. Но в отлаженный ход операции вмешался Ледокол, который, вопреки полутонному весу громоздкого и малоповоротливого костюма, за который и получил свой оперативный позывной, возник из ниоткуда и переманил Бурана сосисками.
– Шпилька! – обрадованно крикнул он, заполучив в руки протез красотки. – Как кстати! Гляди, что покажу!
Присутствующие принялись махать руками, а пес довольно жевал угощение.
– Даже. Не. Думай, – отрезала девушка.
Ледокол, гениальный инженер, обладал нескольким десятком патентов в области разработки экзоскелетов для различных областей применения. Его разработки были почти готовы для использования на глубоководных базах и в космосе, в медицине и строительстве, на стройках и грузоперевозках. А вот с военным применением вышла неувязочка в виде ярой пацифистской точки зрения. На миссиях Ледокол предпочитал заливать противника монтажной пеной, нежели дать по башке, чтобы вырубить на некоторое время. Ледокол вообще любил монтажную пену и знал, что она остановит кого угодно. Однажды его бывшая пассия попросила сделать ей ванну с пеной и лепестками роз. Как-то не особенно романтично вышло, конечно.
Но себе юноша не изменял и насилие не одобрял. Был убежден, что людям надо помогать, поэтому основное время тратил на работу с инвалидами. Его экзоскелеты давали многим возможность снова двигаться. С помощью встроенного в костюм дефибриллятора он как-то спас Шороху жизнь. Однако сейчас он собирался продемонстрировать товарищам новую примочку, но проблема заключалась в том, что демонстрации примочек иногда… выходили из-под контроля здравого смысла.
– Даже. Не. Думай, – повторила Шпилька. – В позапрошлый раз мне пришлось объяснять полиции, как моя нога пробила окно сто восьмого этажа.
– Нет-нет-нет, – залепетал Ледокол, – в этот раз все будет спокойно!
– Это ты обещал в прошлый раз, – припомнила девушка, – когда мне пришлось объяснять Чисточелу, почему вместо его загородного мусорного полигона образовалась воронка диаметром в километр, в центре которого торчала – вот сюрприз! – моя нога!
Шорох мерзко и отвратительно захихикал. Миротворец сдавленно смеялся из уборной, куда стремительно откланялся минутой ранее. Буран, уже в который раз, закрыл морду лапой.
– Да ну не бойтесь, в этот раз точно спокойно!
Ледокол взмахнул рукой и из задвижки на предплечье выскочило твердосплавное сопло. Через пару секунд тугая струя огня разрезала протез Шпильки пополам.
– Газовая горелка! – победно объявил инженер, когда пламя погасло.
– Прекра-асно, – меланхолично сказала девушка, глядя на две половинки некогда целой ноги. – Теперь почини.
– Эм, – замялся Ледокол. – Я не могу. Сварочный аппарат я еще не установил.
И вновь воздух разрезал искусно созданный голосом сержанта Шороха смех гиены.
Шпилька глубоко вздохнула и дважды щелкнула пальцами. Буран просеменил в одну из комнат и, оставив на полу довольно глубокие борозды, притащил увесистый кейс. Девушка ввела код на панели доступа, и крышка распахнулась, обнажив запасной склад металлических ног.
– Запишу на твой счет, – фыркнула Шпилька и, под виноватый взгляд Ледокола, принялась выбирать «аксессуар». – Посмотрим…
Два
– Бери с автоматом! – возбужденно крикнул Шорох.
– Обоснуй, – попросила девушка, не отрывая взгляд.
– Автомат в ноге – плюс десять к харизме и плюс двести к атаке!
– Гаф! – согласился с ним Буран.
– Хм, а я думала, мол, вдруг наш новичок – засланный, надо подстраховаться… Договорились, – и она быстрыми движениями ввернула себе в ногу автомат.
Шорох аж завизжал от радости.
– ПОСМОТРИТЕ, КАКАЯ КРАСОТА! – пролаял басом посетитель в длинном коричневом пальто. – Я не знал, что буду работать со звездой «Планеты страха» Роберта Родригеса! Могу ли дерзнуть и попросить автограф?
Буран зарычал, но в ту же секунду вошедший метнул в него сосиской.
Инцидент был исчерпан.
– Наш человек! – сержант вышел навстречу гостю. – Обожаю «Планету страха»!
– И я, – скромно поднял руку Ледокол.
– Нет, – Шпилька улыбнулась совсем недоброй улыбкой. Разговоры о «Планете страха» ей порядком надоели.
– Вы, стало быть, Метатель?
– Он самый. Рад знакомству!
– Сержант Шорох, тоже рад.
Джентльмены обменялись рукопожатиями.
– Это у нас, – он указал на девушку, – Шпилька. Сосиску доедает Буран, а его наставник Миротворец сейчас… творит новый мир в отдельно взятой уборной.
– А это что за холодильник? – уточнил новичок.
Ледокол, до сих пор сконфуженный инцидентом со Шпилькой, потупил взгляд.
– Это Ледокол. Он у нас технарь.
– О, типа программист?
– Да, типа программист.
– А ты, Ледокол, можешь починить мой DVD-плеер? – спросил Метатель. – В нем диск с фильмом застрял.
Шпилька прикрыла глаза рукой:
– Еще один болтливый киноман на мою голову, – резюмировала она с деловым видом. – Но вам, мальчики, понравится.
– Ну а то, – улыбнулся во весь рот сержант.
– А Вы, Шорох?
– Он у нас пародист свободного жанра, – вставила шпильку Шпилька. – Искусно имитирует широкий спектр звуков, но лучше всего – голоса животных. Гиена из «Короля Льва» у него чудо как хороша.
– Ага, – кивнул Шорох. – Итак, мы – «Коллектив Альфа», супергеройская команда второго дивизиона, и для выхода в первый нам позарез нужен шестой участник. В двух словах – о себе?
– О, – замялся на мгновение Метатель. – Ну, рассказывать по сути и нечего. Я родился в семьдесят первом, родители работали на стройке Байкало-Амурской Магистрали. В четвертом классе меня забрали в кадетский корпус для одаренных, но оказалось, что это была начальная спецшкола для будущих агентов КГБ. Там нас учили метать ножи. Как-то однокашник спросил, зачем метать ножи, если нужно просто нажать на кнопку и запустить ракету, а я метнул нож ему в руку и сказал, что он больше не сможет нажимать на кнопки.
Киноманы Шорох и Ледокол посмотрели на Метателя счастливыми щенячьими глазами, а Шпилька закатила глаза.
Гость продолжил:
– Ну, после этого меня, конечно, посадили в карцер на неделю, а потом тренировки по метанию становились сложнее и изощреннее. В общем, я могу метнуть все что угодно прямо в цель. А потом… – он сделал многозначительную паузу. – За день до повышения Союз распался, и нас распустили на все четыре стороны. Я устроился лесником, чтобы никому не навредить, но пару лет назад в нашу глушь провели Интернет, и я увидел ваше объявление. Ну, помогу, думаю, сделать мир лучше.
– То есть боевого опыта нет? – Шорох расстроился и издал соответствующий звук.
– Нет, но я все помню! Метатель все может!
– Минуточку, – воскликнула Шпилька. – Родились в семьдесят первом… Вам сейчас пятьдесят два?
– Ну да, – кивнул Метатель. – Но пусть мой возраст не будет вам помехой. Нам в КГБ кроме тренировок еще и кое-какие препараты давали.
– Вы поэтому выглядите на тридцать с небольшим? – уточнила девушка.
– О, нет, это все свежий воздух, – покачал головой новичок.
Со стороны уборной послышались подозрительные звуки.
– Миротворец? Все хорошо?
– ПФФФГНННМММММХХХХ….
– А я ему говорил, что котлеты для Бурана, – пожал плечами Шорох. – Давайте-ка на поле. Надо размяться.
Три
Позади офисного центра располагалось старое футбольное поле, огороженное высоким металлическим забором. Оно и стало базой для тренировки команды. Автоматические огнеметы, турели с дротиками, подносы с шампанским – в общем, все, что нужно для оттачивания навыков в среде, приближенной к реальности.
– Итак, – заговорила Шпилька. – Мы все еще ни разу нормально не прошли полосу препятствий, а на каждом задании – лажаем со всей силы. Соберитесь. У нас общая цель – первый супергеройский дивизион. Тогда нам всем будут давать нормальные миссии, а не районных плохишей. Мы этого хотим, Шорох?
Сержант утвердительно свистнул.
– Мы этого хотим, Буран?
– ГАФ! – завилял хвостом пес.
– Мы этого хотим, Ледокол?!
– Да! Но с оговорками, Шпилька, я тут составил список…
Девушка проигнорировала замечание:
– Мы этого хотим, Метатель?!
– Да, но у меня вопрос.
– Задавай.
– А почему вы все называете друг друга исключительно по прозвищам?
Шпилька замялась, но ее спас Ледокол:
– Этому существует много разных объяснений. Я лично придерживаюсь теории СКП.
– Чего? – не понял Шорох.
– СКП – Селективная корректировка памяти. Когда мы становимся супергероями, нам принудительно блокируют сегменты мозга, отвечающие за запоминание настоящих имен других суперов.
– Но это же какой-то вздор, – воскликнул подошедший к группе Миротворец. – Это сложно, а, главное, бессмысленно!
– Сложно? Да, – согласился Ледокол. – Бессмысленно – отнюдь.
– Докажи! – крикнул Метатель.
Шпилька пожала плечами.
– Ну гляди, – заговорщицки сказал технарь. – Наш мозг можно взломать?
– Нет, – отрезал Шорох.
– Откуда ты знаешь наверняка, если у тебя нет соответствующих медицинских знаний?
– Э… – начал было сержант.
– Иначе этим бы занимались все подряд, – отрезал Миротворец.
– Верно. Но мы не можем этого знать, потому что нет никаких гарантий, что с нами этого еще не делали. Нас могли уже сто раз откорректировать, и мы об этом никогда бы не узнали.
На несколько долгих минут воцарилась тишина. Присутствующие открывали рты и ловили воздух, не в силах что-либо противопоставить этой логике.
Первым не выдержал сотворения нового мира знаний Миротворец. Он упал в обморок.
– Эй, ты чего? Я же пошутил… – грустно пролепетал Ледокол.
Шорох начал издавать звуки старого модема, а после сообщил, что подключение не удалось.
– Как бы метнул в тебя сейчас что-нибудь… – мрачно сказал Ледоколу Метатель.
– Не надо в меня ничего метать! – замахал руками с сервоприводами Ледокол. – Метни лучше меня! Если, конечно, сможешь!
– Метатель все может!
И в следующую секунду новичок метнул технаря в московские высотки, сверкающие в лучах закатного солнца.
– А-а-а-а-а-а-а-а-а… – затихал вдали крик.
Шпилька озадаченно смотрела улетающему Ледоколу вслед.
– «Способен метнуть все что угодно прямо в цель» – еще раз прочитал строчку из резюме новичка Шорох. – Ни о каких ограничениях по весу тут не сказано. Берем мужика!
На горизонте, там, куда летел Ледокол, произошел мощный взрыв.
– Газовый баллон от горелки, наверное, – девушка покачала головой. – У него должна была сработать катапульта. Бура-ан?
Но не успела она позвать второй раз, как Пес оказался у ее ноги-автомата, аккуратно держа в могучей челюсти едва дышащего Ледокола в ошметках костюма. И возложил подношение рядом.
– Какой славный мальчик! – погладила собаку Шпилька. – Какой шустрый! Умничка!
Пес довольно покрутился у ее ног, а потом вцепился мертвой хваткой в ногу автомат и оторвал ее от культи. Опять.
– ЭЙ! Коврик блохастый, верни!
Шорох снова засмеялся не своим смехом, а Буран скрылся в глубине здания. Спустя несколько секунд послышались выстрелы и жалобное скуление.
– Доигрался, – со злостью сказала Шпилька.
– Там же ГАЗ! – пришел в себя Ледокол.
Но третий этаж уже взлетел на воздух.
На «Коллектив Альфа» посыпался дождь из осколков стекла.
– Посмотрите, какая красота! – улыбался Метатель.
– КАКОГО МУСОРОСБОРНИКА?! ЧТО ЗА БАРДАК ТУТ ПРОИЗОШЕЛ?! – заорал человек в маске. – МНЕ ЧТО, ОПЯТЬ ЗА ВАМИ УБИРАТЬ?!
Четыре
– А это кто? – уточнил Метатель, указывая на человека в маске.
– Это Чисточел, – опустив голову, сказала Шпилька. – Он наш лидер.
– А почему он так помешан на уборке?
– У него какой-то очень крупный бизнес по мусоропереработке, или вроде того, – шепнул Шорох, едва заметно шевеля губами.
Чисточел акулой кружил вокруг к собравшейся на скамейке «команде».
– Я попросил провести собеседование. ПРОСТО. ПРОВЕСТИ. СОБЕСЕДОВАНИЕ. Как надо сложить эти слова вместе, чтобы получилось «надо взорвать штаб»?
Он прошагал два круга:
– Вы должны были поговорить с Метателем и оценить его в действии, а не стрелять в газовый баллон!
– Это все Шорох! – в сердцах, словно загнанная в угол напакостившая школьница, крикнула Шпилька.
– Чего это ради я? – не понял сержант.
– Бери автома-ат, Шпилька, плюс десять к харизме!
– Да я же из лучших побуж…
– А ну хватит! – прорычал Чисточел и прошел еще круг. – Я понимаю: вы все тут думаете, что я – денежный мешок и все такое прочее, но, прикиньте, деньги не бесконечны! Как и мое терпение! Все должно было пройти чисто, а вы – ВЫ-Ы-Ы! – устроили не бог весть что! – он остановился. – А что с Миротворцем?
Супер сидел, бледный как бумага, судорожно тыкал в планшет на руке и чуть не рыдал.
– Буран… – срывающимся голосом сказал он. – Станция «МИР» его не находит…
Некоторое время все сдавленно молчали. Буран, хоть и пакостил, но был искренне любим абсолютно всеми.
– Найдем… Мои специалисты все тут уберут, – промолвил наконец Чисточел.
– А, не на уборке, а на чистоте… – сказал сам себе Метатель. – Это как в том фильме про уборщика…
– В котором? – тихо уточнил Ледокол.
– Ну, где робот планету чистил.
– Это мультфильм был.
– Разговоры!
– Прости, Чисточел, – виновато промямлил Ледокол.
– Да. Прости нас, – добавила Шпилька.
– И куда мне ваше «прости» пристроить? А?! Все, концерт окончен! Не возьмут нас в первый дивизион!
Команда подняла головы:
– Как это?!
– А так! – не унимался Чисточел. – Мы ни разу вместе не работали нормально! Все задания оборачивались косяками и катастрофами! Вы вечно ругаетесь и обсуждаете фильмы! Трижды, стоило мне отвернуться, взрывали штаб! Да ни на кого из вас нельзя положиться, черт бы меня убрал!
– Побрал, – небрежно поправил Метатель.
– НЕВАЖНО! Вы не суперы, вы – суперский сброд! Как вы вообще можете нормально работать вместе, если даже имен друг друга не знаете?!
Откуда-то послышался свист закипающего чайника.
– Шорох, японский ты магнитофон, прекрати немедленно издавать звуки! – рявкнул Чисточел.
– Это не я, – удивленно поднял голову сержант.
И верно. Звук не пропал.
– А кто тог…
Но Чисточел не договорил. Ему на голову упал Буран.
– Ты живой! – мгновенно вернулся к реальности Миротворец. – А «МИР» тебя никак засечь не могла! Вот же барахла кусок! Ну иди сюда! Кто хороший мальчик?!
Пять
Так в семьдесят третий раз «Коллектив Альфа» не вошел в первый дивизион супергероев. Но вам же нужен сиквел, да?
Шесть
Через три недели Шпилька, в сопровождении Метателя, участвовала в показе мод в соседнем торговом центре.
Чисточел, впав в глубокую депрессию, закрылся в своем офисе.
А в это время в новом штабе Ледокол испытывал недавно открытую технологию работы с ураном-235, торием, дейтерием и тритием, в надежде решить проблему энергопотребления костюма.
Шорох, по привычке, в шутку издал странный звук, который технарь воспринял неправильно и выронил из рук инструмент.
Буран ничего не успел поймать могучей пастью.
Миротворец даже не дернулся.
Все члены команды погибли в термоядерной вспышке.
Как и город.
И куча других супергероев.
Семь
Да ладно, шучу.
Восемь
После чудесного спасения Бурана команда сплотилась и все заиграло по-новому. За пару десятков заданий «Коллектив Альфа» сработался и стал действовать как единое целое.
Когда наконец в далекое прошлое ушли грызня, взаимные упреки и обвинения, обиды и недомолвки – случилась катастрофа.
И на долю «Коллектива Альфа» выпала миссия по спасению мира…
Девять
А когда после триумфальной победы их пригласили в первый супергеройский дивизион, герои сложили все свои суперовы амбиции в сейф и выбросили на дно океана, к станции «МИР».
Десять
В следующий раз они собрались в штабе не как суперы, а как приятели, и каждый знал другого по имени. И вместе пересмотрели «Планету Страха».
Вместе. До самой старости они оставались вместе, помогали и поддерживали друг друга. Были семьей.
Быть супергероем для друга – гораздо важнее всякой супергеройской славы.