Красная лодка отправляется в плавание

Нельзя сказать, что эта аргументация Чэнь Дусю не отличается глубиной. Наконец Чэнь Дусю более подробно изложил свои современные взгляды на китайскую политику и выразил свою поддержку марксизму-ленинизму. Он сказал:

Мой вывод таков: я признаю, что люди неотделимы от политики, но я не признаю, что административные и официальные споры из-за территории и частных прав могут претендовать на роль политики.

Я признаю, что государство может быть лишь инструментом, а не идеологией. Государства древности, где рабами владели граждане, феодальные государства Средневековья, где крестьянская зависимость была основой, и современные государства, где трудящиеся становятся собственностью капиталистов, – всё это государства владельцев. Политика и законы в таких государствах служат инструментами для грабежа. Однако я признаю, что у этого инструмента есть потенциал для преобразования и эволюции, и его не обязательно полностью отвергать, ведь государства владельцев неизбежно порождают зло, в то время как государства, не основанные на собственности, могут быть созданы. Хотя я не считаю необходимым полностью отвергать инструменты государства, политики и права, существующие в данный момент, я не верю, что нынешние буржуазные (то есть грабительские) государства, политика и законы могут устранить социальные злоупотребления. Я признаю, что для строительства государства рабочего класса (то есть класса производителей) следует использовать революционные методы, чтобы создать политику и законы, которые запрещают всякий грабеж как внутри, так и вне общества – это первостепенная задача для современного общества. Что будет дальше, уже не в нашей власти решать”.

В номере “Новой молодёжи”, опубликованном 1 сентября, Чэнь Дусю также представил политическую статью под заголовком “Моё мнение о текущей ситуации”, в которой отметил: “Государство, власть и закон-эти три понятия на самом деле суть одно. Закон является олицетворением силы; если нет силы, то пустые слова о защите или нарушении закона – это незнание истории права. Наша партия относится к закону не так, как юристы, которые его слепо почитают, и не так, как анархисты, которые его полностью отвергают; мы надеемся, что закон будет постепенно развиваться вместе с изменениями классовых партий, и в конечном итоге появится законодательство социалистической партии и государство трудящихся”.71[1]

В ноябре 1920 года, одновременно с основанием ежемесячника “Коммунист”, Чэнь Дусю возглавил работу над проектом “Манифеста Коммунистической партии Китая”, в котором была определена цель коммунистов – ликвидировать частную собственность на средства производства и уничтожить классы. Для достижения этой великой цели рабочие и крестьяне должны захватить власть, установить диктатуру пролетариата, подавить буржуазию и построить коммунизм. Манифест состоит из трёх частей: “Идеалы коммунистов ”, “Цели коммунистов ” и “Современное состояние классовой борьбы”. Общий объем текста превышает две тысячи слов , и он не был опубликован публично, а использовался “в качестве стандартов для приёма членов партии”. Позже была сохранена английская версия в архивах представительства Коммунистического Интернационала в Китае. В декларации говорится, что:

Диктатура пролетариата означает лишь то, что власть была захвачена революционным пролетариатом, но это вовсе не означает, что остатки капиталистической власти, такие как силы, противящиеся революции,былиуничтожены.Такжеэтонеозначает,чтосвержениекапиталистическогоправителъстваавтоматическиприведёт к лёгкой реализации коммунизма. Однако это совсем не так. Задача диктатуры пролетариата заключается в том, чтобы продолжать борьбу с остатками капиталистической силы с помощью силы, а также создавать множество способов коммунистического строительства, которые будут разработаны представителями пролетариата – наиболее сознательной и революционной частью рабочего класса.

С точки зрения содержания “Манифест Коммунистической партии Китая”, составленный Чэнь Дусю, в основном совпадает с “Краткими словами”, опубликованными им в первом номере ежемесячника “Коммунист”.

Действительно, каждая страна имеет свои уникальные условия, и в каждом историческом периоде социальная ситуация также отличается. У духа есть лидеры, но у истории нет пророков. Из публикаций Чэнь Дусю “Разговоры о политике” и “Мой взгляд на текущую ситуацию”, создания ежемесячного журнала “Коммунист” и составления “Манифеста Коммунистической партии Китая” становится очевидным, что в процессе распространения марксизма члены ранних организаций Коммунистической партии активно боролись с антимарксистскими идеями.

Прежде всего Коммунистическая партия Китая столкнулась с полемикой о социализме, инициированной Чжаном Дунсунем и Лян Цичао.

В ноябре 1920 года Чжан Дунсунь опубликовал “Еще один урок из путешествий по материку”; в декабре он опубликовал “Настоящее и будущее”. Эти статьи открыто выступали против марксистской теории классовой борьбы, искажали классовые отношения в Китае и утверждали, что единственный путь спасения страны- это увеличение богатства, а разговоры о социализме не приведут ни к чему. В феврале 1921года Лян Цичао также опубликовал такие статьи, как “Ответ Чжан Дунсуню о социалистическом движении”, в которых поддерживал и развивал аргументы Чжан Дунсуна. Они устно утверждали, что “капитализм падёт, а социализм будет процветать”, но в тоже время подчёркивали, что промышленность Китая отсталая и “настоящей трудовой и сельскохозяйственной революции не произойдёт”. Поэтому Китай “не должен строить страну рабочего и сельскохозяйственного класса” и не может создать коммунистическую партию, и социалистической пропаганде нужно уделять меньше внимания, иначе это приведёт к “псевдотрудовой и сельскохозяйственной революции”. Они считают, что главной проблемой Китая является бедность, а решение состоит в том, чтобы опереться на “дворянство и купечество” для оживления промышленности и развития капитализма. Они исповедовали идеи британского учёного Рассела о “мягком социализме”, который был на самом деле буржуазным реформизмом под флагом социализма.

Ранние марксисты, представленные Чэнь Дусю, Ли Дачжао, Ли Да и другими, без колебаний выступили против ошибочных взглядов Чжан Дунсуна, Лян Цичао и других. Чэнь Дусю открыл специальный выпуск “Дискуссии о социализме” в журнале “Новая молодёжь”, в котором был затронут широкий круг тем. Ли Да опубликовал такие статьи, как “Чжан Дунсун в его первоначальном виде”, “Рабочие и социализм”, “Обсуждение социализма и вопросы к Лян Цичао”, Ли Дачжао опубликовал “Социализм в Китае”, Хэ Мэнсюн-“Какие методы следует использовать для развития промышленности Китая”, а Цай Хэсэнь также прислал “Марксизм и китайский пролетариат” из Франции.

В ответ на заявление Чжан Дунсуна и Лян Цичао о том, что в Китае нет рабочего класса, Чэнь Дусю задал риторический вопрос: “Если в Китае нет трудящихся, то кто же производит рис, который вы едите, одежду, которую вы носите, дома, в которых вы живёте, и транспорт, на которомвы передвигаетесь? Кто печатает газету, которую вы издаёте?” Ли Да в своей статье отмечает: “Что касается Китая, то это противостояние между международным капиталистическим классом и китайским рабочим классом. В Китае наблюдается избыток рабочей силы; нельзя сказать, что рабочего класса нет, просто он не организован”.

Они также подчёркивают,что тьма в китайском обществе достигла своего предела. Чтобы свергнуть реакционное правление и изменить социальное положение в Китае, “китайские трудящиеся должны объединиться, организоваться в революционные группыи изменить производственные отношения. В противном случае спасти страну не получится”. “Рабочие (крестьяне и рабочие) организации, борясь против капиталистов, сражаются за сохранение независимости Китая. Только трудовые группы могут достичь цели независимости страны”,-утверждают они, добавляя, что необходимо объединить сторонников коммунистической веры, организовать прочные группы и создать Коммунистическую партию- это не только необходимо, но и осуществимо.

Что касается вопроса о том, следует ли вести ожесточенную классовую борьбу, Чэнь Дусю и Ли Да отметили, что сущность капиталистов заключается в том, чтобы быть корыстолюбивыми, чтобы они могли “осознать”, что доброта к рабочим может быть лишь пустым звуком. Поэтому капиталисты могут обращаться с рабочими “не только для того, чтобы избежать проигрыша в забастовке, но и для безопасного расширения власти капитала”. “Статус китайского народа в мировой экономике был определён на подъеме рабочего движения. Если вы хотите внедрить систему, которая защищает капиталистов , независимо от того, какова причина, подавить её невозможно. “Если рабочий класс хочет добиться освобождения, он может использовать только “самый распространенный, насильственный и эффективный бескомпромиссный метод классовой борьбы”, то есть “прямое действие”.

В ходе дискуссий члены ранних организаций Коммунистической партии также поддерживали идею развития промышленности, но, исходя из текущей международной обстановки и социального положения в стране, утверждали, что в Китае невозможно самостоятельно развивать капитализм. Поскольку “если мы будем только увеличивать материальное благосостояние, не заботясь о том, как правильно распределить его, чтобы большинство людей могли наслаждаться счастьем от материальной культуры, в итоге это благосостояние всё равно будет сосредоточено в руках меньшинства, а большинство останется без средств к существованию”. Поэтому Ли Да подчёркивает: “Что касается текущего состояния Китая, то новых производственных предприятий очень мало; на сегодняшний день лучше всего развивать промышленность с помощью социализма, избегая всех негативных последствий, возникающих в капиталистическом обществе Запада”.

Что такое социализм? Нужен ли Китаю социализм? Какой социализм необходим Китаю? Более чем годовая полемика на эти темы фактически стала дискуссией о том, должен ли Китай идти по пути социализма или капитализма и нужно ли создавать пролетарскую партию. Истина не может быть ясна без спора. В результате более чем годичных дебатов всё больше людей стали лучше понимать марксистскую теорию и в итоге встали на её сторону, в то время как сторонники классового примирения, такие как Чжан Дунсунь и Лян Цичао, в силу несостоятельности своих аргументов потеряли аудиторию.

С конца 1920 года по конец 1921 года – это ключевой период для становления Коммунистической партии Китая. За годовой дискуссией последовало укрепление веры в марксизм у множества активистов , ранее неясно воспринимавших социализм.

1декабря 1920 года Мао Цзэдун в своём ответном письме к Цай Хэсэну, Сяо Цзышэну и другим отметил: “Теперь, когда капиталисты получили право на образование, “капиталисты не могут верить в коммунизм, ведь “в истории все авторитарные, империалистические и милитаристские режимы никогда не прекращали своего существования без давления из вне”. Он также добавил: “Я считаю, что революция в России – это единственный выход из безвыходной ситуации, когда все другие пути закрыты. Это не лучший способ, который мы могли бы выбрать, но единственный способ, который остаётся, – это метод террора”. Мао утверждал, что рост числа радикальных партий и коммунистов в разных странах-это естественный результат текущей ситуации. Поэтому “мирный путь для достижения коммунистической цели” невозможен. В письме он изменил своё мнение о ранее принятых анархистских и западных демократических взглядах, заявив:

“Что касается абсолютного либерализма, анархизма и демократии, то, на мой взгляд, это лишь красиво звучит в теории, но на практике невозможно”.72[1]

В 1920 году в популярном направлении социалистической мысли среди всех фракций главным идеологическим препятствием, которое Коммунистической партии Китая необходимо было устранить при создании партии, был анархизм.

В то время анархизм временно доминировал в китайском новом движении. Это не удивительно, поскольку в Китае было много мелкой буржуазии, и люди, впервые воспринимая социалистические идеи, зачастую не имели научного и чёткого понимания социализма. Представители Коммунистической партии, такие как Чэнь Дусю и Ли Дачжао, решительно боролись с анархистами, такими как Хуан Линшуан и Цюй Шэнбай.

В течение этого года Хуан Линшуан и Цюй Шэнбай опубликовали статьи, такие как “Критика учения Маркса” и “Мы против “большевиков ”, в которых атаковали марксистов. Представители анархизма, к которым они принадлежали, часто под флагом “социализма” и даже “коммунизма” отстаивали идеи крайнего индивидуализма, провозглашая “абсолютное равенство” и “абсолютную свободу”, выступая против любой власти и организации. Они отвергали дисциплину и пропагандировали абсолютный уравнительный подход, противостояли всем государствам, включая диктатуру пролетариата.

Этот мелкобуржуазный социализм, сосредоточенный на индивидууме, был очень привлекательным для молодёжи, которая была крайне недовольна мрачной социальной реальностью и стремилась изменить своё положение, но им не хватало практического социального опыта. Особенно это касалось разорившихся мелких производителей и политически безнадёжных представителей мелкой буржуазии. Они ошибочно считали, что этот подход является наиболее радикальным и эффективным.

10 июля 1920 года Юй Сюсун записал в своём дневнике: “После возвращения в Коммунистическую партию общества, которую мы организовали, я испытываю недоумение по поводу аннакизма (то есть анархизма,прим, цитату) и польшевикизма (то есть большевизма, прим, цитату ).Ранее веря в анархизм, я действительно был слеп”73[1].

В марте 1921 года главное анархистское издание “Глас народа” возобновило публикацию после четырёхлетнего перерыва и всё чаще выступало с нападками на марксизм. “Мы должны понять, что так называемая коммунистическая партия на самом деле совершенно отличается от анархистской коммунистической партии, стремящейся к свободному обществу без властии к системе коммунизма, основанной на принципе “от каждого по способности каждому по потребности".74[1]

Также в журнале говорилось: “Принуждение со стороны власти и системы, а также механическое внедрение коммунизма ни к чему хорошему не приведут. Пусть народ сам организует свою жизнь – вмешательство государственной власти всегда приводит к плохим последствиям. Истинная автономия строится народом. В общем, российская революция была успешной в разрушении общества, но потерпела неудачу в его строительстве”.

“Наши принципы очень просты и ясны: отвергать все формы угнетения и принуждения, направленные на реализацию свободного общества”.75[1]

В ответ на атаки анархистов Чэнь Дусю, Ли Дачжао, Ли Да, Ши Цуньтун и другие начали активно защищаться еще в сентябре 1920 года.

В первом номере ежемесячного журнала “Коммунист” Чэнь Дусю в своем вступительном слове сдержанно критиковал: “Господа анархисты! Вы изначально выступали против капитализма и частной собственности, пожалуйста, не тратьте ваше драгоценное стремление к свободе на поддержку капиталистов. Все средства производства должны принадлежать трудящимся, а все права должны находиться в руках рабочих – это наш девиз. Если вы не готовы потакать бездействующим капиталистам, это тоже должно быть вашим девизом”.76[1]

7 апреля 1921 года в третьем номере “Коммуниста” в рубрике “Краткая информация” Чэнь Дусю снова выразил свою точку зрения, заявив : “Мы не утверждаем, что идеалы анархизма плохи, но считаем, что их мечты смотрят далеко в будущее. Пока злые черты человеческой природы не будут полностью искоренены, законы и армия необходимы”.77[1]

Затем в четвёртом номере был опубликован анализ Ли Да под названием “Анатомия анархизма”, который метко указывал: “Анархизм может существовать только как индивидуализм. Что касается принуждения, хоть в разных масштабах, в определённые моменты оно необходимо”. Он также призвал своих друзей, верящих в анархизм, “основываться на фактах и теории для эффективной работы, не тратить драгоценные силы впустую”. Ли Да подчеркнул, что для достижения революционных целей необходима новая сила, способная к борьбе, и рекомендовал марксизм.78[1]

Ежемесячник “Коммунист” стал важной платформой для критики анархизма, последовательно публикуя статьи, такие как “Обсуждение социальной революции”, “Почему мы выступаем за коммунизм?” и “Как мы будем проводить социальную революцию?”, в которых разъяснялись основные отличия между марксизмом и анархизмом. Кроме того, “Коммунист” начал использовать марксистскую теорию для анализа китайских условий, исследуя природу общества, революционные цели, задачи и движущие силы, что стало началом обсуждения программы Коммунистической партии Китая.

Что касается вопроса о свободе, Ли Дачжао отметил: “Представьте себе человека, который с самого рождения живёт в полном уединении, вдали от социального окружения; такой человек не имеет никакой свободы выбора”. Это означает, что свободы вне социальных отношений не существует. Чэнь Дусю добавил, что общество состоит из множества объединений, и в каждом из них люди имеют разные мнения. Если в группе люди не согласны, они могут выйти из неё; но как можно выйти из общества, когда мнения его членов расходятся? Это подчеркивает, что абсолютная свобода недостижима.

Примечания