Искупление – Дорога к жизни
- -
- 100%
- +
Медсестра первым делом посмотрела реакцию зрачков Ивана на свет, проверила пульс и устало сказала мне, при этом смотря куда-то в сторону:
– Это у него нервный припадок, нужно сделать укол диазепама. А как часто у него такое бывает?
– Ни разу до этого не было. Это что эпилепсия ? – взволнованно спросил у нее я.
– Нет, Я же говорю от нервов это.
Затем медсестра тяжело вздохнула, порылась в своей сумке и спросила:
– У меня остались только большие шприцы на 5 кубов, может у вас есть поменьше?
– Нет, но возможно есть у соседей, подождите я быстро сбегаю спрошу, – произнес я, и направился к выходу из своей квартиры.
Я знал что моя соседка по лестничной клетке и ее сын пожилые люди. «Наверное, у них должны быть нормальные человеческие шприцы», – подумал я. Выбежав на лестничную клетку, я начал звонить в соседскую дверь, но мне никто не ответил, поэтому я начал громко стучать кулаком по ней. Через несколько секунд за дверью мне послышались чьи-то шаги, а затем испуганный женский старческий голос крикнул кому-то внутри квартиры: «Толя не открывай, пусть уходит». «Мда, услышав это, подумал я, – Дружелюбность моих соседей зашкаливает, пофигу им, что кому-то рядом нужна помощь. А вдруг меня здесь вообще убивают». Через мгновение, этот, пока невидимый для меня Толик, по-видимому все же решился познакомится с тем кто ломится в его дверь так поздно. Мне послышались звуки открывающегося замка, а затем соседская дверь приоткрылась и через небольшую щель, Толик спросил у меня:
– Ты кто ?
– Это сосед ваш, моему сыну плохо, нужно срочно сделать укол. Шприцы маленькие есть у вас? –взмолился я.
– О сосед, а ты откуда сосед , сверху или снизу? – Толик думал медленно и никуда не торопился,
– Я сбоку, не важно, шприцы есть у вас или нет ? – резко выпалил я.
– А нет, нету, шприцов – медленно сказал Толик и попытался закрыть дверь.
Но за его спиной снова послышался старческий женский голос:
– А мальчик с костылями ваш? – натужно спросила она.
– Да мой, ответил я, – это мой сын.
– Толик , открой человеку, – сказала она.
Соседская дверь наконец открылась в полную ширину и я увидел того самого Толика, который не хотел мне помогать – высокого худого мужчину лет 50, одетого в серое трико и белую майку алкоголичку. Он молча смотрел на меня недобрым взглядом. Через мгновение, из-за его спины показалась сморщенная старушка в старом желтом халате, с окрашенными в фиолетовый цвет волосами. Она подошла ко мне почти вплотную и пристально посмотрела на меня своими подслеповатыми глазами:
– Видела я вашего мальчика недавно. А что с ним случилось?»
– Плохо ему, укол нужно срочно сделать, есть у вас шприцы или нет ? Принесите побыстрее, если есть – взмолился я.
– Подожди, сейчас принесу, – пробормотала мне старушка и ушла куда-то в глубь своей квартиры.
Вскоре она вернулась, держа в вытянутой руке одну упаковку со шприцом. Я молча выхватил упаковку из ее рук и побежал к себе.
Когда я вернулся в свою квартиру и отдал упаковку со шприцом медсестре, она быстро сделала Ивану укол и через какое-то время ему стало легче. Его тело стало расслабленным, а дыхание спокойным. Я же стоял рядом, готовый в любой момент подскочить на помощь, как будто бы Иван был стеклянным и может разбиться. Медсестра что-то написала на небольшой бумажке, положила ее на стол и начала собираться. Увидев, что она уходит, я боязливо спросил у нее:
– Что мне-то теперь делать? Я с таким никогда не сталкивался.
– Вам нужно обследоваться, а после вам пропишут терапию и лечение. Мы со своей стороны можем только облегчить симптомы, диагнозы мы не ставим, – монотонно произнесла медсестра.
Медсестра со скорой уже хотела уйти, но затем она остановилась, немного странно на меня посмотрела и вдруг из нее вырвалось: «Скажите, а вы можете попросить еще таких же шприцов?». После этой фразы ее лицо вдруг залилось краской и она отвернулась . Я понял, что ей стало неимоверно стыдно за тот позор и унижение, которые приходится терпеть каждый день, ведь одним белым халатом, аспирином и бинтами жизни людей не спасти, а других средств для лечения у нее не было. Но когда она приезжала на очередной вызов, то незнакомые ей люди, попавшие в беду, просили, умоляли, требовали от нее спасения любой ценой. Все эти люди, что в обычной жизни так часто равнодушным взглядом смотрят на ржавую, раздолбанную машину скорой помощи на дороге и не пропускают ее в пробке, ведь им нет и не было дела до всего этого, пока их самих не коснулись проблемы со своим здоровьем или здоровьем их близких. И когда к ним в дом приходит беда и боль, то они ждут немедленной и оперативной помощи, что часто не всегда возможно, поэтому они готовы от злости разорвать эту женщину в синей форме, которая несмотря на все препятствия, рискуя своей собственной жизнью приезжает к ним на вызов. Большинство из этих людей наверное даже не представляет себе, чего стоит просто доехать к пациенту и практически голыми руками пытаться победить смерть.
Медсестра тихо и незаметно попыталась уйти. Но я остановил ее, и со словами: «Подождите немного, я попробую попросить еще шприцов», – сходил к соседям еще раз и попросил у них, вернее купил у них шприцы, оставив деньги на тумбочке у входа. А затем вернулся в свою квартиру и осторожно протянул медсестре несколько упаковок, словно боясь, что она оттолкнет мою руку и выбежит из комнаты. Она молча быстро убрала все шприцы в свою сумку и вышла из комнаты. Мне даже показалось, что она уже готова расплакаться, поэтому ушла как можно быстрее. Во всей этой суматохе я даже не успел сказать ей спасибо. Когда она вышла из подъезда, я выбежал на балкон и громко крикнул: «Спасиииибооо». Гулкое эхо далеко разнеслось по двору. Не знаю, слышала она это или нет, но от этого мне стало легче. «Теперь, – думал я, – мне придется изучить еще и краткий курс неотложной помощи , справочник болезней, а еще купить аптечку, забить ее нужными лекарствами и шприцами, чтобы в случае чего не бегать по соседям. Моя беспечность в этом плане зашкаливала. Сегодня мне повезло , но где гарантии что завтра такое не повториться и Ивану не станет хуже.
Я сделал выводы из этого случая, научился отличать дешевые и дорогие шприцы, лекарства и таблетки, а также сам ставить уколы, и даже определять температуру тела ладонью своей руки, узнал где в нашем городе можно купить что-то подешевле и чем можно заменить дорогое на дешевое , а самое главное научился покупать что-то, когда до зарплаты еще очень далеко, а нужно именно сейчас. Все это конечно очень помогло мне в моем стремлении хоть как-то облегчить жизнь Ивана.
Глава 15 Любовь
Кто-то может спросить у меня: «Как же ты так долго живешь один без женщины?». И это вполне резонный вопрос. Ведь многое, происходящее со мной, выглядит весьма странно и необычно для рядового обывателя. Мужчина, приживающий свой третий десяток в одиночестве, конечно же вызывает множество вопросов, осуждений и даже подозрений. Каждому встречному не терпится напомнить мне о том что пора бы уже остепениться. Большинство таких «советчиков» считают мое одиночество ненормальным и что мне нужно срочно что-то менять. Возможно это просто зависть. Не знаю. Лично меня пока все устраивает, я называю это половой трезвостью. Она позволяет мне экономить свое время, деньги и перенаправлять мои усилия в другие сферы жизни. Но иногда мне все же приходиться нарушать свои негласные принципы – «развязаться», как говорят алкоголики хотя бы на несколько часов, и тогда в моей жизни появляется она – девушка, которая никогда никого не ищет и никого никогда не ждет. Все всегда хотят и ищут ее сами. По иронии судьбы родители назвали ее Любовь, я же зову ее модным, современным словом – Лав. Она непостоянна и легкомысленна, живет только на съёмных квартирах, часто меняет адреса и номера телефонов. Но при этом наша связь с ней всегда остается неизменной. Когда она появляется в нашем городе, то присылает мне в мессенжер всего лишь один смайлик в виде желтого довольного лица черных очках, а иногда просто обычное смс со скобками вместо смайла – :)))) , это значит что сейчас у нее совсем нет денег и даже телефон теперь простая «звонилка» с кнопками. Я никогда не удивлялся этому, потому что знаю – Лав часто подолгу живет за границей, отдыхает, набирается сил, поэтому возможно не всегда рассчитывает по финансам и по приезду домой остается без копейки в кармане. Когда она возвращается обратно в наш город, то снова выходит на работу, если так можно назвать, то чем она занимается. И первым делом конечно же оповещает всех своих постоянных клиентов, коим являюсь и я. Почему я хожу только к ней? Даже не знаю, наверное привычка. В нашем городе в последнее время стало предостаточно подобных вариантов для мужского отдыха на любой вкус. Всегда можно найти кого-то и получше и помоложе, но не так-то просто найти человека, который знает и понимает тебя с полуслова. Вот поэтому я не меняю своих привычек и думаю что в целом за долгие годы между мной и Лав уже образовалась некая невидимая связь, разрушить которую я пока не в силах.
Я встретил Лав несколько лет назад совершенно случайно. Я не искал ее на каких-то особых сайтах для быстрого «траха» или по объявлениям похожего рода, ведь там всегда были варианты по принципу товар – деньги- товар, как на рынке, мне же требовалось нечто иное, из разряда человеческие отношения, но за разумную плату. Найти такое было непросто даже с такими связями как у меня. Но я не сдавался. В один из вечеров я как обычно «охотился» – то есть бесцельно слонялся по барам нашего города в поисках траха на одну ночь. Я обошел три или четыре места и наконец завис в странном заведении под названием «Ядреная соль». Там я впервые увидел Лав вместе с каким-то парнем, который явно был не из ее лиги. А затем все случилось само собой. Я взглянул на Лав и застыл, словно ребенок, увидевший у другого безумно красивую игрушку, которой сразу же хочется завладеть. Лав мне понравилась с первого взгляда, она казалось удивительной, не похожей на остальных, такой вроде бы простой на первый взгляд, словно твоя соседка по студенческой общаге, при этом независимой, загадочной и необычной. Я сразу же решил для себя, что познакомлюсь с ней, чего бы мне это не стоило. Улучив момент, когда ее парень, напившись пива, пошел отлить в сортир, я подошел к тому столу, где сидела Лав, и на мой вроде бы тупой вопрос: «Что, как?», она лишь засмеялась и ответила: «Очень скучно». Затем я спросил у нее, показывая своим пальцем на пустой пивной бокал стоящий рядом с ней на столе:
– Это твой парень?
– Нет, конечно, ты прикалываешься? Это просто работа. Понимаешь, иногда нужно помогать людям, расслабиться, – ответила она и снова заулыбалась.
– Оставишь номер? – осторожно спросил ее я.
– Пиши,– легко бросила мне она.
Это был тот самый момент между нами, когда я видел кто она, а Лав в свою очередь видела кто я и чего хочу, поэтому никому из нас ничего не требовалось объяснять. Я позвонил ей, но не сразу, а выдержав определенную паузу в несколько дней, при этом особо не парился с темой для беседы. В разговоре с ней я начал говорить грубо и развязно, пытаясь изображать мачо, но она сразу же прекратила это, сказав: «Может хватит уже выделываться, меньше слов, больше дела» ,а затем назначила место и время встречи. Вскоре, я уже шел домой к Лав с бутылкой какого-то странного пойла из ближайшего супермаркета. Как заправский раздолбай я не очень-то готовился к встрече, поэтому даже не побрился и собирался в спешке. Прийти с пустыми руками мне было неловко, в итоге в магазине я схватил первую попавшуюся бутылку вина, даже толком не прочитав что было написано на ее этикетке. В том доме, где жила Лав, на двери подъезда не было какого-либо замка или домофона, поэтому я без предупреждения прошел в подъезд, а затем быстро поднялся по лестнице на пятый этаж и позвонил в дверь ее квартиры. Делал я это как-то по наглому, очень долго держа свой палец на кнопке. Лав открыла мне дверь и я вдруг застыл на месте от весьма серьезного взгляда ее больших серых глаз, а мое игривое настроение сразу же куда-то улетучилось. На долю секунды я даже подумал, что возможно ошибся дверью или это вообще какой-то розыгрыш из серии «ржака, всем смотреть до конца». Увидев меня, стоящего с бутылкой вина в руке на пороге, Лав знаком показала мне не шуметь, а затем тихо произнесла: «А, это ты, давай, заходи побыстрее. Она закрыла за мной дверь, а затем уже громким, приветливым голосом сказала:
– Извини что я так себя веду. Меня просто соседка уже достала. Эта полоумная бабка все время сидит дома и следит кто чем занимается из соседей. Пару раз уже приходила ко мне и орала, что я вожу сюда кого попало. Да и тебе наверное тоже не нужны лишние проблемы.
– Да все нормально, я понимаю, с пенсией жить несладко, – попытался пошутить я.
В коридоре той квартиры, где жила Лав, стоял легкий полумрак, освещаемый одним лишь тусклым светильником, поэтому обстановка здесь стояла весьма интимная. В нашем разговоре наступила пауза. А я вдруг понял, что мы сейчас наконец в первый раз вдвоем. Лав была во всем домашнем, без яркого макияжа и прически, одетая в розовый, мягкий комбинезон, с капюшоном к которому были пришиты лоскуты ткани наподобие зайчих ушей. Мне вдруг захотелось дотронуться до нее, но вся моя решительность куда-то улетучилась. Так уж вышло что в первый раз в своей жизни я должен был заплатить за секс, поэтому смущался словно неопытный девственник. А Лав, как опытная, по этому поводу особо не парилась, поэтому весело сказала мне:
– Ты раздевайся и проходи в комнату.
В ответ я решил пошутить:
– Мне целиком раздеваться или как?
На это она саркастически улыбнулась, сказав:
– Да, но только носки не снимай, оставь, это ведь так секси.
Лав пригласила меня в комнату.
Кое как стянув свои кроссовки, я последовал за ней, где уже смог рассмотреть Лав получше. Она вдруг спросила меня:
– Может мне переодеться? Хочешь шоу?
На что я мотнул головой:
– Не, мне и так нормас, не хочу чтобы ты парилась с одеждой.
Она улыбнулась:
– Ну тогда иди быстро в душ и прыгай ко мне в кроватку.
– А я бы не отказался бы от второго костюма с заячьими ушами, – попытался пошутить я.
– Второго такого костюма у меня нет, но могу тебе усы подрисовать, – улыбнулась она.
Я быстро скинул с себя одежду и побежал в душ. Когда вернулся то увидел что Лав все же решила переодеться. На ней теперь была только короткая-легкая накидка. Не произнося ни слова, она поманила меня на кровать.
То что происходило между нами дальше ничем особенным описать нельзя – вполне обычная близость, разве что Лав в этом процессе позволяла чуть больше свободы. Когда все кончилось, и она устало лежала на мне, с моих губ вдруг вырвалась фраза: «Как же не хочется уходить», а она в ответ засмеялась и потерлась головой об меня словно кошка. А затем сказала: «Время еще есть, давай полежим еще чуть-чуть, расскажешь мне что-нибудь?» и я зачем-то рассказал ей то что первым пришло в голову: о том как в детстве я мечтал стать водителем и ездить на большом грузовике. Потом я ей что-то очень долго говорил, говорил, а она не перебивала. Вскоре мой час закончился и я ушел. Так прошла наша первая встреча.
С того момента с Лав у меня было еще множество совместных свиданий. И постепенно, со временем, вот это вот – полежать, пообниматься, поразговаривать, для меня почему-то стало важнее, чем сам процесс ради которого я приезжал к ней. Я иногда даже ловил себя на мысли о том что может быть мне предложить ей все бросить и уехать куда-нибудь вместе. Глупая конечно идея, Лав бы точно отказалась. Найти себе мужа и завести детей с такой внешностью как у нее вообще никогда и нигде не являлось проблемой. А вот сохранить свою свободу для нее было гораздо важнее. К тому же таких как я она видела насквозь. Она как-то даже сказала мне: «Ты можешь любить женщину только в сексе», и поначалу я воспринял это как комплимент своему мужскому достоинству, не задумываясь о каком-то другом, более глубоком смысле этой фразы. Сейчас же думаю что она была права. А что если все так и есть? За мгновения наивысшего наслаждения, я готов отдать всего себя ради той женщины с которой я рядом. Вполне логично, что я хочу получить тоже самое взамен. При этом в обычной жизни с любой женщиной я скучен и однообразен. Все у меня стандартно: цветы, походы в кино, кафе, рестораны, обычный отдых, какие-то скучные подарки без души. Я ничего не придумываю, просто всегда покупаю и дарю нужные, стандартные вещи. При этом к этому процессу я не прикладываю никакой фантазии, делаю все просто потому, что так нужно. Вот поэтому наверное если даже Лав бы согласилась жить со мной, то со временем мы друг другу надоели бы до смерти и стали хуже врагов.
Со временем я перестал даже думать о любой попытке переделать Лав. Но шли годы, мы становились старше, одиночество вокруг меня стало сжиматься плотным кольцом, людей в моем окружении становилось всем меньше, я стал бояться потерять и Лав. Но больше всего при каждой новой встрече с ней, я стал бояться встретить такого же клиента как и я. Хуже всего было бы столкнуться с ним лицом к лицу где-нибудь на лестничной клетке или у входа в ее квартиру. В тот момент должны были соприкоснуться две наши вселенные и произойти огромный взрыв. Думаю, что увидев такого же постоянного клиента Лав, я мысленно начну все время представлять ее с другими мужчинами и больше никогда к ней не приду. Вот поэтому я стал всегда опаздывать на встречу с ней минут на 10-15, а также предварительно проверять кто входит или выходит из дверей ее подъезда, чтобы не столкнуться с этим человеком лицом к лицу.
В тот последний раз я снова стоял у дверей ее очередной, съемной квартиры, держа в руках коробку зефирок с ванилью. Лав любила их, но всегда говорила, что зефир это вкусное зло, и самое главное после очень быстро сжечь все калории, и я конечно же понимал, что она имела в виду под словом «сжечь». Я не собственник, да и как-то глупо ревновать свободную женщину подобной профессии к другим мужикам, но все же мне всегда было интересно как она остается такой энергичной после стольких лет этой работы. Вот какой я у нее сегодня по счету? Первый, второй? А может четвертый? Мне все же приятнее было думать, что она принимает только по одному клиенту в день. Я позвонил в дверь, Лав открыла ее и впустила меня к себе в квартиру. Она снова сменила прическу и цвет волос, теперь сделала каре и вместо блондинки стала яркой брюнеткой. Мы уселись на диван. Лав предложила мне вина, я не отказался. Но почему-то всего после пары бокалов в моей голове вдруг зашумело и все стало расплываться. Лав сидела совсем рядом, и, поставив свой бокал на небольшой столик перед диваном, легла на спинку дивана, вытянувшись во весь рост. Восприняв это как сигнал к действию я тоже поставил свой бокал и потянулся к ней, чтобы сделать то, ради чего я сюда пришел, но внезапно все пошло совершенно по-другому. Я вдруг крепко обнял ее обоими руками, как ребенок и прижался к ее груди. А затем начал говорить. Вот только совсем не о безумной любви или сжигающей дотла страсти, а об обычной жизненной «бытовухе». Я жаловался Лав на свою унылую работу, на постоянную усталость, на то что мне все время не хватает денег и как тяжело одному воспитывать ребенка. На этой фразе Лав вдруг дернулась, хотя до этого все время лежала неподвижно и просто слушала. Она вдруг перебила меня, спросив: «Мне это не послышалось? Когда это ты успел? У тебя что есть ребенок?». Услышав ее слова, я вдруг замер, понимая, что наверное сказал ей лишнего, но отпираться теперь уже было бессмысленно. Поэтому сказал Лав правду: «Да, ты знаешь, так вышло, усыновил, недавно». Она засмеялась и оттолкнула меня в сторону, сказав: «То есть ты теперь отец-одиночка, отец-героинь, отец-домохозяин? А я лежал рядом с ней, пьяный и хмельной и тоже улыбался говоря: «До такого конечно мне еще далеко».
Я выговорился и мне вдруг стало лучше. Напряжение, копившее внутри меня столь долгое время, ушло. Но после мгновения облегчения, мне вдруг стало стыдно за тот порыв слабости и малодушия, который больше подходил для разговора с мамой или психологом, чем для женщины к которой все нормальные люди приходили только за самыми низменными, плотскими страстями, так часто овладевающими человеком. Надеюсь Лав не подумала, что я таким образом я пытался ее разжалобить и выклянчить бесплатный секс. Но вот этого самого секса с ней у меня сегодня еще не было. Я попробовал было начать и Лав вроде как была тоже не против. Но мне почему-то не захотелось. Промчавшись так минут 15, я не смог поднять своего друга, Лав тоже ничего не смогла сделать с ним, поэтом я сказал ей:
–Ладно, мне пора, видимо в следующий раз, я рассчитаюсь как обычно.
Затем встал с дивана и начал одеваться.
– Ты правда ничего не хочешь? Неужели пришел просто пришел поговорить и все? – слегка разочаровано спросила у меня Лав.
– Да, я пойду, мне надо по делам еще заехать и вообще времени мало, – смущенно ответил я, не смотря куда-то в пол. А еще ты извини, что я наговорил тебе всего этого, наверное со стороны это очень странно выглядело. У тебя остались те же реквизиты карты ? А то знаешь я ненавижу с наличкой таскаться.
Лав вздохнула и встала с дивана:
– Ну как скажешь, пойдем тогда я тебя провожу. Карта у меня все та же, но если у тебя проблемы с финансами, то пока не надо, потом закинешь.
Настало время уходить. Я понимал, что возможно, после всего что наговорил Лав, мы никогда больше не встретимся и она, словно почувствовав это, сказала: «Удачи тебе в жизни, ты правда очень хороший». Эта ее фраза потом надолго засела у меня в голове – Я? Хороший? Неужели она действительно меня таким считает? – думал я.
Я так и не скинул ей на карту деньги, решил что так у нее и у меня наконец появится повод никогда больше не видеть и не знать друг друга. Рано или поздно кто-то из нас первым должен был закончить эти странные отношения и так вышло что это сделал я. Я всегда платил ей чуть больше положенного, но в последнее время мне стало казаться что эти деньги нужнее для чего-то более важного чем потребности своего тела. Возможно это просто старость. Возможно потребность жить не для себя.
Как сложилась дальнейшая судьба Лав я не знаю. Возможно она встретила своего «sugardaddy» или вообще бросила все и уехала из страны. Возможно и то и другое. В ее профессии важно вовремя уйти, чтобы не закончить свои дни в одиночестве, вспоминая лишь о растраченных впустую шансах на удачную жизнь. Надеюсь, она наконец нашла то, что искала. Что до себя, то наверное, прекратив свою связь с Лав, я потерял последнюю из тех нитей что все еще связывали меня с прошлой жизнью. Рано или поздно это должно было случиться, поэтому как говорят англичане «no hard feelings». Я не жалел об этом, ведь настало время двигаться дальше.
Глава 16 Опасность
Приехав вечером к школе, я как обычно ждал Ивана в своей машине на парковке. День выдался напряженным, поэтому мое настроение оставляло желать лучшего. Иван сразу же это почувствовал, как только оказался в машине. «Все нормально?» – сразу же настороженно спросил он у меня. А я молчал, не зная что ему ответить. Погруженный в свои мысли, я лишь бесцельно переключал кнопки на магнитоле. Ивану очень быстро это надоело, поэтому он тронул меня за руку со словами: «Ты делаешь это уже несколько минут. Поехали уже, а то мне жрать охота ппц». Ехать мне конечно же хотелось вот только не домой, а куда-то очень далеко, желательно подальше из этого города. Все это было последствиями моего недавнего, не самого приятного разговор с одним человеком, имени и фамилии которого я не знал, а вот он наоборот казалось знал меня очень хорошо. Незнакомцу очень нужно было то чего у меня не было, поэтому теперь я не находил себе места. Я пытался вести себя как можно более спокойно, хотя мое положение было на грани катастрофы. Звонок с незнакомого номера застал меня прямо в разгаре рабочего дня, во время какой-то очень длинной планерки посвященной грандиозному выполнению и перевыполнению сверх-планов. Я пулей выскочил из конференц-зала и ответил на вызов, думая что это звонок от одного очень важного клиента, которого я почти месяц разводил на сделку, словно девушку на секс. Но судя по незнакомому голосу, в трубке оказался совсем не клиент, а какой-то озлобленный на весь мир гопник. Он сразу же начал давить на меня, говоря резко, грубо, не давая вставить слово в ответ: «Значит так бля, слушай ты чмырь, я все про тебя знаю. Готовь деньги, а не то все узнают кто ты такой и что ты за птица». Холод прошел по моей спине после слов этого незнакомца, а ведь я уже начал почти забывать это чувство всесильного, всеподчиняющего, бесконечного страха. Я не знал, что ответить этому человеку, поэтому вначале решил прикинуться дурачком:
– А вы кто ? – удивленно спросил его я.
–Я то? – в ответ громко рассмеялся незнакомец, – Я твой родственник, бля.