Под угрозой уничтожения мира

– Однако насколько я помню, в Валенсии на месте побоища все же обнаружили твой труп, не считая еще двух десятков тел. Кто это был?

Горло внезапно сдавил сухой спазм, и я крепче вцепилась в поводья, уставившись на гриву Скарлетт.

– Служанка из замка, – мой голос звучал глухо, острое сожаление словно свернулось в тугой ком и мешало словам вылетать изо рта. – Я с самого начала знала, что отправляю этих людей на смерть, и тем не менее пошла на это. Когда меня заключили под стражу, у меня было достаточно времени, чтобы подготовиться. Я спланировала все так, чтобы мы взяли ту девицу с собой. Всем известно, что после встречи с олльфаром уцелеть невозможно. У капитана стражи был ключ от антимагических кандалов. Он освободил меня, надеясь, что я спасу их. Я этого не сделала. Все поверили, что тот женский труп – это я.

Фразы получались рублеными, слегка бессвязными, но я была не в состоянии поражать собеседника потоком красноречия. Боги, я и не думала, что это будет так тяжело, ведь я впервые говорила об этом вслух! Мне казалось, что я уже давно смирилась с происшедшим, но стоило разворошить эти воспоминания, как сразу на душе стало так же погано, как и два года назад. Адриан еще подлил масла в огонь, заметив:

– Смелое решение.

– Ох, замолчите! – вскинулась я. Мгновенная вспышка ярости заглушила все прочие мысли, и мой голос теперь напоминал злое шипение. – Что бы вы вообще понимали! Это не вы отдали свою жизнь за то, чтобы спасти родную страну. Не вас за это арестовали и собрались вручить в качестве трофея вашему главному врагу, чтобы только задобрить его, не от вас отвернулись те немногие, кого вы любили и уважали, и не вас лишили титула и изгнали, чтобы как-то оправдать этот поступок в глазах соседей!

Выплюнув гневную тираду, я глубоко вдохнула, пытаясь унять трясущиеся руки. Ну и к чему была эта прочувствованная речь? Показала, какая ты бедная, несчастная и обиженная миром? Или ты думаешь, что архивампира хоть сколько-нибудь беспокоят твои личные переживания из-за всего, что случилось тогда?

– Будешь мстить? – совершенно серьезно спросил архивампир. На его лице не было ни насмешки, ни иронии.

На секунду я даже задалась вопросом, с чего вообще так разошлась – злость пропала так же быстро, как и возникла, оставив после себя ощущение громадной опустошенности.

– Кому? Вам? – устало осведомилась я. – В своем письме я говорила, что больше не чувствую по отношению к вам ненависти, и я не врала. А мои близкие… Что с них взять? Это политика, – я усмехнулась, вспомнив подслушанные в Бларни слова отца. – Я должна понимать, что у короля не было другого выхода.

– Должна понимать? – переспросил Адриан. – А на самом деле?

– А на самом деле я этого не понимаю, – отозвалась я и, пришпорив лошадь, выехала вперед.

Дальше мы двигались в молчании, обдумывая все услышанное. Пару раз останавливались на привалы, а пообедали мы в небольшой рощице, где было много поваленных деревьев. Говорили мало и то лишь о том, что касалось каких-то технических мелочей, вроде того, где остановиться, чтобы передохнуть, или где напоить лошадей.

Ночевать нам предстояло в походных условиях, по пути никаких городов и деревень поблизости не лежало. Защитное поле, которое Адриан установил вокруг выбранной полянки, было гораздо мощнее того, которое умела ставить я, и потому чувствовала я себя спокойно. По моему настоянию мы остановились на ночлег недалеко от озера, и после ужина я отправилась туда искупаться и вымыть голову, а заодно немного побыть одна. Нет, с чисто бытовой точки зрения спутником Адриан являлся совершенно необременительным, но сегодняшний день дался мне нелегко.

Впрочем, вместе мы уже путешествовали, и в ночевке у костра я уже давно не находила ничего нового, так что заснула быстро.

Покрасневшее лицо кудрявой эльфийки, в котором не осталось ничего красивого или благородного, кривилось в мученической гримасе, скрюченные пальцы напоминали лапы хищной птицы. Женщина бессильно привалилась к стене, в то время как ее младший сын лежал на земляном полу в шаге от нее и, хрипя от удушья, до крови расцарапывал себе горло. Лучины еле горели, сжигая последние капли кислорода, но я испытала малодушную радость от того, что света почти нет и я не могу видеть больше деталей этой жуткой картины. Несмотря на то что я была лишь наблюдателем, я буквально физически ощущала нехватку воздуха, эту безнадежность и панику, в которых можно было захлебнуться, и сама начала тяжело дышать, почувствовав удушье. Нет, нет, нет! Я не хочу этого, выпустите меня! Это все иллюзия, сон, это произошло сто лет назад!

Кто-то встряхнул меня за плечи, но видение не желало отпускать. Пытаясь вдохнуть, я только хватала ртом воздух, которого не было, удушливый смрад словно наполнил меня целиком и поглотил, грудь горела. Казалось, что я тону в каком-то вязком киселе, из которого уже не выбраться, и силы бороться стремительно заканчивались.

– Корделия, проснись! Это просто кошмар!

Смутно знакомый голос донесся до меня, как сквозь затычки в ушах, и звучал неясно, но зато я поняла, что из той бездны есть выход. В попытке выбраться я рванулась вперед, и внезапно меня затопили новые ощущения и звуки – ночной ветерок, шелест листьев, неровность елового лапника, на котором я лежала. Воздух вдруг вернул себе свою текучесть и разом заполнил мои легкие, так что я зашлась в припадке кашля. Кто-то продолжал удерживать меня за плечи, и, распахнув глаза, я начала вертеть головой по сторонам, убеждаясь, что все в порядке и подземная тюрьма мне только приснилась. Рядом я увидела Адриана, которого, похоже, разбудили мои либо крики, либо стоны, он и привел меня в чувство. Адриан выглядел встревоженным, и, увидев это непривычное выражение на его лице, я вспомнила о еще одной важной детали и в очередном приступе паники торопливо отвернулась в сторону.

– Нет, не смотри на меня, – голос звучал хрипло, и я еще раз закашлялась, чтобы прочистить горло. – Тебе это неприятно, я знаю. Сейчас это пройдет.

Глаза-то у меня после кошмаров всегда светятся, как темно-алые фонари, если таковые вообще бывают, и в темноте мной смело можно пугать слабонервных людей. Адриан к таким не относился, но какую реакцию вызывали у него красные глаза Этари, я помнила хорошо, так что надо было скорее взять себя в руки, чтобы вернуть им обычный цвет.

– Посмотри на меня, – ровным голосом сказал Адриан за моей спиной и мягко, но настойчиво дотронулся одной рукой до моего лица, вынуждая повернуться к нему. Я неохотно подчинилась и взглянула ему в лицо, с трудом удержавшись от соблазна зажмуриться, ибо знала, что красный огонь потухнет только тогда, когда я успокоюсь, а мне до этого еще было далеко.

Адриан внезапно приблизился вплотную ко мне, и одну руку он по-прежнему держал на моем плече, а второй все еще касался моего лица. Ненависти, отвращения или гнева, которых я так боялась, не было, он смотрел на меня с той же тревогой, которая удивила меня несколько минут назад.

– Что-то будет, – выдохнула я, вспомнив о подоплеке этих снов. – Завтра стоит опасаться чего-то плохого. Нападения или чего-нибудь в этом духе.

Он удивленно моргнул.

– С чего ты взяла?

– Эти сны, – я неопределенно помахала рукой в воздухе. – Они никогда не бывают просто так. Это как предупреждение, что что-то должно произойти, причем всегда опасное. Наверное, это одна из особенностей Этари.

– И часто ты их видишь? – хмуро спросил Адриан. Я почувствовала, что он верит мне.

– Не очень. За прошедшие два года – три или четыре раза. Но каждый раз картина настолько яркая, что мне кажется, будто я не просто свидетельница, а участница происходящего! – слова вырывались сами собой, вытаскивая на поверхность те страх и боль, что я чувствовала во сне. – Каждый раз я вижу, как они задыхаются в этой дыре, ничего не могу сделать и начинаю испытывать то же самое!

– Кого ты видишь?

Я зябко передернула плечами, хотя ночь выдалась теплой, да и костер еще не догорел до конца.

– Этель Этари и ее сына. Не знаю, как его зовут. После смерти Арлиона их двоих схватили и казнили. Похоронили заживо. Это тоже магия Этари, доставшаяся от предков…

– Общая память, я знаю, – кивнул Адриан. – Ты видишь воспоминания сына Арлиона.

– Да. Нам завтра стоит быть осторожнее. Может, это будет как раз то, о чем ты говорил.

Я уже во второй раз обратилась к архивампиру на «ты», но он снова не обратил на это внимания, обдумывая мои слова. Я молчала и постепенно приходила в себя. Поднеся через несколько минут руку к глазам, я убедилась, что красные отблески на нее не падают. Адриан тем временем осторожно обнял меня и сказал:

– Тебе нужно отдохнуть.

Я хотела возразить, но не успела – знакомое снотворное плетение, которое я не раз использовала сама, коснулось меня прежде, чем я успела отреагировать. Глаза закрылись сами собой, и я погрузилась в спокойный безмятежный сон.

Когда я проснулась наутро, Адриан уже поднялся. Под действием заклинания я проспала крепко весь остаток ночи и чувствовала себя отдохнувшей. О кошмаре ничто не напоминало.

Позавтракав, мы тронулись дальше. К ночному разговору не возвращались, но, хотя Адриан и выглядел спокойным, мне казалось, что он все время ожидал нападения. Я сама чувствовала себя неуютно, однако с той нервозностью, которая была в академии перед нападением умертвий Танатоса, не было никакого сравнения – что ни говори, а присутствие архивампира здорово успокаивало.

Все-таки приятно иногда чувствовать себя «дамой, попавшей в беду», и знать, что у тебя есть защитник. Пусть даже временный, действующий исключительно в собственных интересах, и о чьих истинных намерениях остается только догадываться.

Магия Этари не подвела, и фигуры в плащах окружили нас во время одного из привалов. Мы как раз собирались трогаться дальше, когда неподалеку ощутился магический всплеск, который возникает после открытия портала, а затем из-за деревьев показалась группа магов в балахонах, закрывавших лица. Хотя нет, магом там был лишь один – предводитель, единственный, у кого капюшон не был надвинут на лицо. В нем я неожиданно узнала того самого некроманта, которого видела в Атламли в компании Танатоса. Проклятье, выходит, Адриан был прав – Арлиону и в самом деле нужна я!

Маг это подтвердил, когда в немом изумлении вытаращился на архивампира, явно не ожидая здесь встретиться с ним, а затем на его лице промелькнула неуверенность. Значит, изначальной целью все-таки была именно я. Впрочем, магистр быстро справился с собой, и удивление сменилось выражением отчаянной решимости.

Махнув рукой, он приказал своим сопровождающим заняться Адрианом, а сам целенаправленно двинулся в мою сторону. Преимущества такой тактики я поняла сразу же: некромант возглавлял группу не просто воинов, а той самой нежити, которую они все так любят использовать. Адриан молниеносно выхватил из-за спины сарды и встретил толпу вооруженных умертвий шквалом ударов и выпадов, так что разглядеть отдельные движения стало невозможно, а мне теперь предстояло иметь дело с магом-магистром, который и в прошлый раз победил бы меня, если бы не своевременное вмешательство олльфаров.

– Ваше высочество, – вежливо обратился он ко мне, не спеша нападать. Говорить ему приходилось на повышенных тонах из-за лязга оружия неподалеку. – Я предлагаю вам пойти со мной. Вам не причинят никакого вреда.

– Только через мой труп, – прошипела я, прикидывая шансы на победу. Демон, насколько я могла судить, именно этим все и закончится.

– Как пожелаете, – он искривил губы в неприятной улыбке. – Мне было приказано только не убивать вас, а наши целители в случае чего вас подлатают.

Мы обменялись несколькими боевыми заклинаниями средней сложности, которые были моим потолком, в то время как маг явно просто развлекался. Швыряя плетения, мы кружили по поляне, отбивая удары друг друга, и долго продолжаться это не могло. Адриан был слишком занят – число зомби успешно сокращалось, но для того, чтобы уложить их всех, еще явно требовалось время.

Некроманту первому надоел такой стиль боя, и он решил сократить дистанцию. Метнул в меня какое-то незнакомое плетение, которое я не успевала отбить и потому рухнула на землю, пропуская его над головой, а маг в это время стремительно приблизился ко мне, одновременно формируя что-то новое, – судя по мерзкой ухмылочке, особенно неприятное, – и запустил его в мою сторону, стоя буквально в метре от меня, а затем знакомым движением вытащил из-за ворота камешек с запечатанным порталом и активировал его.

Что произошло в следующий момент, я так и не поняла. В ту секунду, когда плетению оставалось долететь сантиметров двадцать, вокруг меня вспыхнула пленка защитного барьера. Почему-то она была темной, чего я никогда раньше не видела, так что весь мир вокруг внезапно стал на несколько оттенков темнее. Влетев в это поле, плетение не просто развеялось, нет, оно взорвалось с такой силой, что стоявшего рядом некроманта отшвырнуло на десяток метров в сторону, и я успела лишь увидеть безграничное удивление на его лице до того момента, как он исчез. Что-то подобное произошло полтора года назад в Госфорде, когда мы сорвали Раннулфу ритуал, только тогда столкнулись два плетения, а то, что окружало сейчас меня, было магическим щитом. Причем определенно не моим – подобное я видела впервые в жизни. Краем глаза заметила, как рассеивается открытый рядом портал, а взглянув на структуру окружавшего меня магического поля магическим зрением, я поперхнулась: щит не был цельным, как я привыкла ставить, его словно соткали из тьмы, которая тонким слоем клубилась вокруг меня.

Так, понятно, вопросов больше нет. Единственный, кто мог создать такую штуку, – это…

Однако, взглянув в сторону Адриана, я недоуменно нахмурилась. Архивампир расправлялся с последними двумя зомби и явно не был в состоянии заниматься одновременно еще и моей защитой. Будто в подтверждение этой мысли тьма вокруг меня развеялась, вернув миру привычные краски, в то время как Адриан продолжал сражаться, не отвлекаясь. Тогда что это было? Я подобное в жизни бы не создала, архивампир слишком занят, тогда кто?

Добив последнее умертвие, Адриан, не убирая оружия, направился в мою сторону.

– Ты цела?

– Д-да, – неуверенно отозвалась я и указала пальцем на лежавшего в стороне некроманта. – Его здорово шарахнуло… не знаю чем.

Архивампир подошел поближе, взглянул, а затем наклонился и обыскал.

– М-да, допрашивать его уже поздно, – с неудовольствием протянул он. – И порталов при нем никаких. Как он намеревался вернуться к остальным?

– Он что, умер? – вскинулась я, а затем, сообразив, что вопрос был глупый, сообщила: – У него был портал. Он его открыл, но не успел воспользоваться. А если воскресить его?..

– Не выйдет, – на лице архивампира отразилось отвращение. – На нем провели ритуал, после которого вернуть человека к жизни невозможно. Арлион любил использовать этот трюк…

Я сделала попытку приблизиться, но Адриан меня перехватил.

– Не надо. После взрыва он выглядит… не очень. – Я послушно остановилась, разом потеряв желание лично удостовериться, а архивампир хмуро добавил: – Не рассчитал. Не думал, что отдача будет настолько мощной.

Я изумленно вытаращилась на него.

– Так это сделал ты?! – Подумав полсекунды, я торопливо поправилась: – Вы?

– Говори уж «ты», раз начала. – Адриан наклонился и принялся вытирать о траву клинки. – Да, я.

– Но как? Ты же был занят умертвиями!

Адриан убрал сарды в ножны и обернулся ко мне.

– Именно сейчас я этого не делал. Просто некоторое время назад я привязал к твоей ауре щит, чтобы какой-нибудь маг случайно тебя не убил. Как раз для подобного случая – когда возникает непосредственная опасность, он активируется и исчезает, когда угроза пропадает.

Я несколько раз вдохнула и выдохнула, не веря собственным ушам, и в соответствии с женской логикой – самой логичной из всех известных логик – напрочь позабыла о нападении и его причинах. Он все еще считает нужным защищать меня?

– То есть ты создал для меня эту защиту уже после того, как узнал, кто я?

– Нет, – Адриан неожиданно улыбнулся. – Я создал ее, когда зашел к тебе в Оранморе попрощаться. Подумал, что, раз ты твердо намерена заняться своими планами, защита тебе не помешает.

Так он сделал ее еще две недели назад? Да, я прекрасно помню наше прощание и наш разговор, но я даже не почувствовала никакого магического вмешательства!

– И ты оставил ее даже после того, как прочел мое письмо?

– Да.

Я шумно выдохнула, а Адриан хмуро сказал:

– Давай лучше отправляться. Скоро начнет вечереть, а до ближайшего города еще несколько часов ехать.