В ловушке. Город, которого нет

Прогулка по городу

Направился к парку, оказалось, он не так близко находится, как смотрелось, шёл до его начала минут пять, шириной он был метров сто, в середине центральный вход и площадь, вымощенная той же плиткой, что и рядом с пляжем. Площадь довольно большая, метров 100 на 100, в центре памятник Ленину, такой же, как на привокзальной площади, только выше, рядом фонтан. По бокам с двух сторон располагались палатки, всего штук шесть с вывесками из времён СССР, на одной написано – Мороженое, на другой – Горячие пирожки, ещё – Газеты и журналы, в остальные уже не всматривался, так как, прочитав – Горячие пирожки, сразу почувствовал голод и направился прямо к ней. Людей почти не было, только несколько человек, проходящих через площадь, видно те, кто хотел уехать на автобусе, возвращались обратно домой. Подойдя к палатке, почувствовал запах жареных пирожков, именно жареных, а не запечённых в духовке, рядом стояли два круглых стола с зонтиками от солнца, метрах в пяти располагались лавочки. Подойдя к палатке, стал разглядывать меню, обычный желтоватый лист бумаги, выцветший от солнца с ассортиментом, напечатанным на машинке – пирожок жареный с мясом и луком, с капустой и яйцом, с рисом и яйцом и ещё несколько других, далее шли напитки, кофе с молоком, чай с лимоном, пара соков, газировка с сиропом, цен вообще не было. Открылось маленькое окошко, приветливая женщина спросила:

– Молодой человек, что вы предпочитаете?

Я растерянно сказал:

– Можно мне два пирожка с мясом, один с капустой и один с рисом.

Напиток брать не стал, так как у меня была бутылка с квасом, которая уже стала нагреваться, подумал, лучше его выпить, пока он не стал горячим. Женщина скрылась и через несколько секунд выдала мне четыре пирожка на серой бумажке, нет, они явно не в то время живут, подумал про себя, при этом она пожелала приятного аппетита, я стоял и не знал, что сказать, денег не просят, цен нет. Посмотрев на меня ещё раз, она добавила:

– Берите быстрее, а то остынут.

Взял пирожки и подошёл к столику, всё прислушиваясь, а вдруг скажет, что забыл заплатить, положил пирожки на стол, поставил бутылку с квасом, она была вся в каплях конденсата, и открыл её зажигалкой. От пирожков шёл фантастический запах, вкус оказался ещё лучше, они мне напомнили пирожки из детства. В середине 80 годов в Москве на улице Неглинка напротив Архитектурного института была пирожковая, там продавали именно жареные пирожки, в детстве часто там ел, так как жил недалеко в нескольких минутах ходьбы. Вкус пирожков был точь-в-точь, как в той пирожковой, подумал, вот есть ещё фирмы, которые всё делают по ГОСТу и на совесть, не так, как сейчас в Москве, есть не будешь. Быстро уговорил все четыре пирожка и полбутылки кваса, выкинул бумажку в мусорное ведро и направился к стоящей рядом лавочке. Обратил внимание на девятиэтажные дома напротив с другой стороны автобусного круга, там на крыше тоже была огромная надпись – СССР, Народ един, и что-то ещё, читать не стал, хотел немного посидеть, прежде чем идти в парк. Подойдя к лавочке, увидел странную ёмкость для мусора, состоящую из трёх частей, с одной стороны было написано – для бумаг, с другой – для органических отходов, а третья, самая большая, оказалась для бутылок. Инструкция гласила, что нужно стряхнуть пустую бутылку и положить в ячейку горлышком вниз, посмотрев на свою ещё недопитую бутылку с квасом, решил, как допью, так и сделаю.

Мне на глаза попалась круглая табличка с перечёркнутой красной полоской сигаретой и стрелкой, сразу вспомнил, что в этом городе, как вышел из автобуса, ещё ни разу не курил, последний раз, кажется, вчера вечером. Самое интересное, что до этой надписи мне курить и не хотелось, как-то про это забыл, но сейчас очень потянуло, ещё раз посмотрел на стрелку и пошёл в том направлении, куда она указывала. Следующая лавочка стояла метрах в четырёх, там были тот же знак и стрелка, дальше метров через пять увидел стоящую как-бы отдельно лавочку с круглыми пепельницами по бокам, верх для пепла, середина для мусора. Присел на лавочку, достал из сумки (если её можно так назвать, у меня на ремне висела тёмно-коричневая кожаная барсетка небольшого размера) сигареты и закурил. Меня одолела такая слабость, что потянуло в сон, у меня так бывает, когда хорошо поем, поэтому не обратил на это внимания и стал раздумывать, куда я попал. В голову лезло только то, что это какой-то бывший закрытый военный городок, каких в СССР было полно, жители которого просто не знают, какой сейчас год и что СССР уже нет. Может, раньше они тут так и жили, военным и их семьям всё оплачивало государство, чтобы они ни на что не отвлекались и служили Родине, и у них принято, что для гостей тоже бесплатно, сейчас это мне казалось самым правдоподобным объяснением.

Но мне не давало покоя море, и ещё эти странные деревья, насколько помню, на юге они другие, там даже пальмы есть, а здесь как в Москве. Море тут точно не может быть, расстояние не более 12 километров от МКАД, по этому направлению было только водохранилище, но до него километров 90—100 по Ленинградке ехать. Докурил, допил квас, выкинул бычок куда полагается, пошёл к соседней лавочке, аккуратно положил, как было сказано в инструкции, бутылку, после чего направился к парку. Что сразу бросалось в глаза, так это чистота на такой большой площади, пошёл к центру, чтобы посмотреть на памятник. Он представлял из себя круглый постамент из гранита высотой метров семь, на котором стоял сам памятник высотой метров пять, похоже, из бронзы, очень качественно отлитый, хорошо видны все детали костюма и лица, посмотрел на надпись – ЛЕНИН. Про Ленина нам рассказывали с детского сада, видел множество книг, картинок, да и на деньгах, а сколько ему памятников по всему СССР было в разных позах, не сосчитать. Я ушёл в себя, раздумывая о море, бесплатной еде и транспорте, обошёл памятник и подошёл к фонтану размером метров пять на пять, из которого били незамысловатые струи, изображавшая цветок чаша была из мрамора с выступами в виде как-бы лавочек, на которых можно сидеть. Оглядев памятник сзади, направился к входу в парк с открытыми огромными кованными воротами серого цвета, сверху висела большая полукруглая вывеска – Парк Культуры и Отдыха, по бокам два портрета, один Ленина, другой Маркса или кого-то, похожего на него, в общем, мужика с большой бородой. Рядом стоял то ли прилавок, то ли стол под навесом, с надписью на лицевой стороне – Билеты, за которым сидела женщина лет 50, когда подошёл, она сразу оживилась, поздоровалась, я с ней в ответ, и спросила:

– Ты хочешь парк посетить?

В ответ кивнул, после чего она с большой радостью выдала мне билет, такой же, как в автобусе, только с надписью – Билет в Парк и сказала, чтобы при выходе не забыл его сдать. Поблагодарил её и пошёл внутрь, опять подумав, что-то в этом городе не так, зачем выдавать билет, если можно пройти бесплатно, как и в автобусе с кондуктором. Мне пришла в голову мысль, что власти в этом городе решили таким образом содействовать пенсионерам, показать их значимость и нужность, чтобы тем было не скучно, лучше работать, чем лежать на диване. Главная аллея была шириной метров восемь, выложенная той же плиткой, что и площадь, по бокам через каждые пять метров лавочки, за ними газон с высокими деревьями. Складывалось впечатление, что эти деревья сажали по линейке, так ровно они стояли и точно совпадали с деревьями на другой стороне, все одной толщины и высоты, даже ветки казались одинаковыми. Посажены они были рядами так, что после двух рядов с обоих сторон параллельно главной аллее шли дорожки, встречались портреты той же пары и растяжки красного цвета с надписью – Слава СССР, стояла пара телефонных будок. Прибавил шагу и минуты через четыре дошёл до центра с круглой площадью, в середине которой стояло колесо обозрения, площадь огибали деревья, аллеи расходились направо и налево в дополнение к центральной. Колесо вблизи смотрелось больше, во всяком случае выше двенадцатиэтажных домов, самое интересное, что выглядело оно совсем новым, как в принципе и всё в этом городе. По бокам размещались какие-то детские аттракционы, людей в парке вообще не было, во всяком случае, пока шёл, никого не встретил. Колесо не работало, рядом с ним стояла палатка метра полтора на полтора, со стеклянным верхом, в ней сидела женщина. Увидев меня, она, как и первая, оживилась, поздоровалась и спросила:

– Что, хочешь покататься?

Я опять кивнул, на этот раз билет не дали, она предложила пройти к кабинке, они все были открытые человек на шесть каждая, сверху, как и полагается, зонтик. Женщина сказала садиться на любое свободное место, как будто здесь было полно людей, и добавила, чтобы не забыл пристегнуться цепочкой, ответил:

– Конечно, я всё сделаю, как нужно, можете насчёт этого не беспокоиться.

После чего она уже вдогонку сказала, чтобы, когда мне надоест кататься, нажал кнопку – СТОП, тогда она остановит. Вошёл в кабинку, сел на лавочку, нашёл эту цепочку, перекинул её через ноги и пристегнулся, если, конечно, это можно так назвать, так как цепочка свободно лежала у меня на коленях. Прозвучал автомобильный гудок, колесо бесшумно и настолько плавно тронулось, что я даже не почувствовал, как это произошло, кабинки стали медленно подниматься.

Колесо обозрения

Колесо продолжало крутиться, не было слышно ни скрипов, ни щелчков, ни работы двигателя, полная тишина была и в городе, очень странное ощущение. Поднялся уже выше деревьев и сразу стало очень жарко, к тому же подул лёгкий, но горячий ветерок, город увидел, когда поднялся до середины и открылся панорамный вид на 360 градусов. В середине кабинки было небольшое колесо, начал его медленно крутить, кабина стала разворачиваться в левую сторону ровно на канал и девятиэтажные дома, их оказалось четыре штуки, подъездов, наверное, по пять в каждом, построенных вплотную друг к другу, но с выступами, как лестница. Если в начале канала от воды до дома было метра два, то к концу, то есть к скверу и морю, до воды было уже метров 15—20. За девятиэтажными домами показались пятиэтажные панельные дома яркой окраски, тоже четыре, стояли они по два с каждой стороны, между ними сквер с белоснежным храмом с золотыми куполами в центре. Дальше шёл, видно, частный сектор с деревянными одноэтажными домами, именно домами, на избы они похожи не были, все утопающие в зелени, окрашенные также ярко, с выделенными углами и наличниками белого цвета, за ними шёл лес или роща. Со стороны моря, где пляж, размещалась какая-то промышленная зона, стояло несколько ангаров и одноэтажное здание, у берега пристань или мини-порт, видно, для разгрузки небольших барж, одна как раз причалила. Возле одного строения стояла пожарная машина, предположил, что там находится пожарная часть, всё огорожено довольно высоким металлическим забором из стальных штырей, виднелись ворота, от них вела широкая дорога, переходящие в центральную, которая и шла к автобусному кругу. С высоты стало видно, что бухта с пляжем в форме месяца, поэтому внизу этого причала заметно не было. Колесо поднялось ещё выше, за лесом я отчётливо увидел море, оно меня не на шутку напугало. Я медленно покрутил колесо в ту сторону, откуда мы заезжали в город, картина открылась следующая: отсюда видно уже ту одинокую остановку в поле, на которой сошли те трое бедолаг. Остановка, судя по всему, находилась на холме, поэтому с дороги видно только бескрайнее поле, а с высоты стало заметно, что метров через 50 холм заканчивается, и в низине располагается довольно большой посёлок или деревня, там стояли как раз именно избы и деревянный храм. И на тебе, опять это море, вы что, издеваетесь?

К берегу вела грунтовая дорога, на нём какие-то строения с небольшой пристанью, от остановки до моря примерно метров 400—600. Я уже с испугом стал крутить колесо, везде только море, остановился опять на деревне, в той стороне с такой высоты должен увидеть Москву, как на ладони, с её высотками и Останкинской башней. Да и все областные города, так как расстояние, которое проехал на электричке, не более 7 километров от МКАД плюс на автобусе около 3 километров от станции, но вокруг только море. Покрутил колесо в сторону двенадцатиэтажных домов, за ними был лес, у меня сложилось впечатление, что это вообще остров, который с большой землёй ничего не связывает, оставалась только надежда, что дорога, идущая через лес к вокзалу, за ним не обрывается. Вот скажите, как я мог сюда попасть, в окрестностях Москвы ничего подобного не существует, а ещё этот сказочный и безлюдный город времён СССР не давал мне покоя. В голову пришло сразу несколько вариантов, первый и самый безобидный, что я просто уснул в электричке, второй, что схватил солнечный удар и это галлюцинации, а третий, что я просто умер, все эти варианты имели права на существование.

Колесо спустилось уже до середины, решил сделать ещё один круг, чтобы, уже не отвлекаясь, на самом верху посмотреть в ту сторону, откуда пришёл автобус, может, там тоже море. С этой мыслью уселся поудобнее и посмотрел вниз на парк, людей по-прежнему не было, закурил, чтобы хоть как-то успокоиться, после чего достал телефон и решил позвонить ещё раз уже в спокойной обстановке. Нажал на повторный вызов и стал ждать соединения, оно себя долго ждать не заставило, тот же женский голос мне ласково сообщил, что данный вид связи не может быть установлен, сигнал на дисплее полный, батарея больше середины. Нервно куря, позвонил оператору по короткому номеру, то же самое. В то время у меня был маленький телефончик, какой-то покемон, меньше и тоньше пачки сигарет, с большим дисплеем с голубой подсветкой, который даже рисунки примитивные показывал. Оператором был Сонет, номер прямой московский, Сонет отличался от МТС и Билайна тем, что у него другая частота вещания и нет симок, номер программировался сразу в телефон. Колесо дошло до самого низа, я выключил телефон и незаметно выкинул бычок, осознав, что нарушил этим не один десяток городских правил, но мне было не до того, нервы сдавали, на душе кошки скребли, мысли путались.

Колесо пошло на второй круг и уже поднималось к макушкам деревьев, появились двенадцатиэтажные дома, тоже четыре штуки подъездов по пять, только они стояли в ряд как по линейке, у всех пристройки к первым этажам, видно, магазины или ещё что-то, между домами проезды. Колесо поднялось уже до середины и стало видно широкую дорогу, разделяющую парк, дальше тротуар, который упирался прямо в эти магазины, машин или автобусов на дорогах нет, даже запаркованных. Сразу за двенадцатиэтажными шли ещё два девятиэтажных дома, которые разделял очень широкий сквер, за ними стояла стандартная школа в четыре этажа из красного кирпича, панельный детский сад в два этажа и здание, похожее на администрацию, так как перед ним площадь с таким же памятником, как на вокзале, всё было настолько аккуратным, что казалось неестественным. В глубине стояли ещё три здания, одно двухэтажное и два одноэтажных, часть из панелей, часть из желтоватого кирпича, все они огорожены, похоже на больницу. Дальше, как и на другой стороне, начинался частный сектор, который упирался в лес, с высоты были видны симпатичные домики на набережной, в одном из которых я уже был. Со стороны города каждый дом имел свой участок длиной метров 20, узкий, ровно по размеру дома, на некоторых из них присутствовали даже мини-бассейны с лежаками и туями. Последний дом упирался в большой холм или гору, на которой росли деревья, как я понял, город был небольшой, от силы пара квадратных километров.

Колесо поднялось к самой верхней точке, я встал, чтобы ещё раз всё уже основательно осмотреть, везде только море и этот остров. К сожалению, высоты колеса не хватало, чтобы убедиться, что это на сто процентов остров, ещё бы метров 5—10 выше, и можно увидеть вокзальную площадь и что за ней, а из-за этой лесополосы, которая имела небольшой подъём, дальше ничего не видно. Мысли в голову уже не шли никакие, мой мозг, наверное, просто не хотел это воспринимать, самое интересное, я почему-то даже немного успокоился и нажал красную кнопку, чтобы меня внизу остановили. Всё думал, откуда взялось это море, где Москва, где я вообще, вспомнил, что сидел у окна, электричка точно не проезжала никаких водоемов, только один мост через Москву-реку, на автобусе стоял у заднего окна и тоже всё видел, просто сон какой-то, хотя понятно, что не сплю. Колесо доехало почти до самого низа, почувствовал, как оно замедлилось и через несколько секунд остановилось ровно в самой нижней точке. Расстегнул цепочку, положил её рядом на лавочку, встал, подошёл к женщине, та опять оживилась и бодрым голосом спросила:

– Ну как, понравился наш город?

– Да, очень всё у вас тут красиво.

И сразу в лоб спросил:

– А что, город на острове находится?

Женщина удивлённо на меня посмотрела и произнесла:

– Какой остров, где? Какой город на нём находится?

– Ваш город.

Она покачала головой, продолжая недоумевать и приговаривать:

– Вот молодёжь.

После этих слов я сказал:

– Спасибо за экскурсию.

Очень вежливо, насколько мне удалось после увиденного, попрощался, но ей, видно, это понравилось, так как она добавила:

– Приходите завтра, ещё покатаю.

Сообщил, что иду на автобус, уезжаю домой, помахал ей рукой, направился в сторону выхода из парка и уже через пару минут дошёл, шёл, видно, очень быстро. Женщина на входе уже стояла и ждала меня, достал из кармана билет и передал ей, взяв его, она спросила, как мне их парк, ответил, что всё очень понравилось и попрощался, она пожелала удачи и сказала, что ждёт меня снова, в парке есть ещё очень много интересного. Промолчав, только кивнул, и таким же быстрым шагом направился к палатке с пирожками, только подходил, а окошко уже было открыто, в нём торчала продавщица, которая с оживлением спросила, хочу ли я ещё пирожков, ответил:

– Большое спасибо, если можно, только попить, я у вас тут лимонад видел.

Она сразу нырнула обратно и через пару секунд дала стеклянный стакан с лимонадом, сказав, что она осмелилась налить двойного сиропа, я поблагодарил и залпом выпил весь стакан. Лимонад оказался очень вкусный, раньше в Москве в центре стояли палатки, в которых продавали сигареты и такой лимонад, тонкая большая колба с сиропом, внизу маленький металлический краник, наливали сироп и уже потом газировку. Последняя такая палатка была в конце 80 годов на Неглинке напротив ЦУМа рядом с магазином «Музыкальные инструменты», мне показалось, что тут даже вкуснее.

– Большое спасибо, – я поставил пустой стакан в окошко, она его сразу убрала и ответила:

– Мы всегда вас ждём, заходите.

Я попрощался и двинулся, кажется, ещё быстрее, чем шёл до этого, в сторону остановки, уже минут через пять был у автобуса, который по-прежнему стоял на своём месте, людей рядом не было, выдохнул, слава богу, не опоздал. Уже немного успокоившись и отдышавшись, огляделся по сторонам, метрах в пяти увидел лавочку, она стояла почти перед мордой автобуса в глубине сквера в высоких кустах, плюс этой лавочки в том, что над ней зонтик от солнца и спинка, в отличие от лавочки возле остановки. Подошёл к ней, с одной стороны стояла странная мусорка с отсеком для сбора бутылок, с другой та же пепельница, с облегчением плюхнулся на неё. Жара не спадала, джинсовка мешалась, я был весь мокрый, ещё с моря стал дуть очень жаркий ветерок, мне после моего марафона только этого не хватало. У меня этот город из головы не выходит, какая ошибка с адресом? Даже если я мог бы такое допустить, то такого города поблизости не могло существовать, иначе я бы про него знал, кому неохота на море отдохнуть, не выезжая из области. Стал разглядывать лавочку, она действительно новая, а не свежевыкрашенная, подумал, где они такие берут, может на складах остались ещё со времён СССР, просто места нужно знать. Взглянув ещё раз на стоящий на остановке пустой автобус, вспомнил, что сверху мне не удалось даже парк рассмотреть, меня отвлекло всё остальное, а в планах было и по самому парку прогуляться, и к магазинам подойти посмотреть, чем торгуют, а я уже тут около остановки сижу. Подумал, да не страшно, в следующий раз всё осмотрю, и после этой мысли меня пробил холодный пот, сам не знаю, вслух сказал или нет: