Обнимаю. Про особое родительство в стихах и прозе

Общество всегда выделяет «не таких, как все». В чём причина? Часто это стеснение, нежелание видеть несовершенство этого мира.

Особым родителям часто приходится сталкиваться с некорректными и неуместными суждениями в отношении их детей. Это обидно, но родители забывают о том, что сами не сразу приняли особенности своего ребёнка, научились считывать его реакции и контролировать свои. На это ушло время. Время, которого у стороннего наблюдателя, по сути, нет. Человек видит ситуацию здесь и сейчас, не зная предыстории, комментирует, и зачастую комментарии эти нелепы и неприятны. Возможно, эта мысль поможет проще относиться к подобным ситуациям – люди просто не знают ситуации, не умеют правильно реагировать.

Когда приходит это осознание, становится ясно: гораздо важнее общественного мнения то, что у родителя внутри.

Стоит только понять это, сразу становится легче: меньше претензий к себе, к ребёнку и меньше внимания на то, что говорят окружающие.

Общественное мнение

– Среди родственников были похожие заболевания?

– Вы употребляли алкоголь во время беременности?

– Ты идёшь на поводу у него, вот он и вьёт из тебя верёвки!

– Всыпать бы ему хорошенько, сразу вся дурь выйдет!

– Это заболевание или такая педагогическая запущенность?

– Я своему объясняю, ты почему не можешь? Просто скажи, что так вести себя нельзя!

– Заговорит, не переживай, вон некоторые и до пяти лет молчат, и ничего!

Лера бережно складывала в копилку всё, что с особым участием говорили окружающие, близкие, дальние. И не очень далёкие – во всех смыслах – вопрошающие. Бесконечной чековой лентой список этих вопросов разворачивался перед молодой мамой. Перечитать его весь за раз было невозможно – неугомонный аппарат марки «Общественное Мнение» без устали отбивал всё новые и новые фразы. Это была новая модель, что-то типа факса – каждое входящее сообщение сопровождалось оглушающим сигналом. Звук пулей проникал через ухо и рикошетил по всему телу – от головы в сердце, оттуда куда-то вниз живота, опять к голове. И так по кругу. Иногда аппарат давал сбой – сообщения приходили без звука, но уведомление доставлялось ночью, перед тем, как Лера пыталась уснуть. В это время была особенно слышна его работа. Ведь она бережно определила ему место – на тумбочку возле кровати. Ночью сообщения приходили так громко и больно, что ей приходилось доставать свою копилку, разматывать ленту и вспоминать все-все слова. И плакать.

А ещё…

Фразы сопровождались взглядами. Взгляд – это отдельный вид оружия. Равнодушный. Осуждающий. Соболезнующий. Презирающий.

Ассортимент оружия на фабрике под названием «Общественное Порицание» очень широк, постоянно пополняется новыми моделями. Инженеры-изобретатели настолько умны, что никакие солнечные очки и притворные улыбки не могли бы скрыть это оружие – взгляд. Да, в общем-то, и скрывать никто не собирался. Ведь так важно показать, что у тебя есть свой Взгляд. Свой собственный. Как и собственное Мнение. С ними ты полон уверенности и неотразим, а значит можешь блестеть, сиять и щедро расплёскивать то, чего в тебе так много.

Однажды ночью Лера, как обычно, прокручивала слова, фразы. И так расстроилась, что залила слезами всю ленту. Бумага размокла, текст поплыл – невозможно было разобрать ни слова. Отчаяние. Пропала копилка. Пропала… и вместе с ней пропали слёзы. Девушка пыталась выудить из памяти хоть одно слово, за которое можно зацепиться и заплакать. Безуспешно. Опустошение.

Уснула.

Утром в голове была лишь одна мысль: «Я хочу познакомиться со своим ребёнком!» С тем, кого все вокруг знают так хорошо – лучше собственной матери, – что без конца тыкают в его качества. Невоспитанный, неполноценный, неумный, не вписывающийся ни в какие рамки и не подходящий ни под какой шаблон своего окружения. Какой же он?

Целый день мама с сыном провели вдвоём. Конечно, они всегда 24/7 были вместе, но в этот день Лера была рядом с ребёнком всей душой – заглядывала ему в глаза, ловила улыбки, обнимала больше, чем обычно. И объятия были теплее и крепче. Началась новая жизнь.

Пролетали дни, а может, месяцы. Всё новое и новое открывалось в сыне. Как-то в один из понедельников они лежали дома на полу, среди десятка игрушек, и Лера услышала какой-то настойчивый звук. Она даже не сразу поняла, откуда он исходит. Комната! Бегом туда! Тумбочка у кровати! Дрожащей рукой девушка берёт ленту, выходящую из аппарата, а он печатает, печатает дальше – сообщения одно за другим идут нескончаемым потоком:

– Ты герой!

– Я бы так не смогла!

– Вы с сыном такие молодцы!

– Как ты всё успеваешь?

И ещё, ещё, ещё.

Лера читала, и чувство гордости за себя и сына переполняло её. Растянула ленту, читает снова и снова – и вдруг:

– А что с ним будет, когда ты умрёшь?

– А с виду и не скажешь, что он больной!

Огонь волнения пронёсся по всему телу, Лера хотела закрыть уши в страхе, что сейчас навязчивый звук аппарата проникнет в голову – но из другой комнаты услышала плач ребёнка. Голос сына вернул её в реальность, она побежала к нему. Оказалось, что он разбил губу о край дивана. Ребёнок лежал и рукой прижимал ушибленное место. Мать бросилась на помощь – жалела, целовала и не могла скрыть восторга. Восторга, понятного только ей. А в голове слова врача: «У вашего сына высокий болевой порог, и если он чувствует боль, он её не идентифицирует, не может определить источник».

И вот сын лежит на полу, кричит, держится за губу, а мать обнимает его и радуется: он чувствует, он знает, где больно!

Дальше были вторник, среда, пятница, июль, сентябрь.

Семья жила обычной жизнью – занятия, реабилитации, будни и праздники. Однажды вечером, ложась спать, Лера подумала: «А что там аппарат? Там, наверное, накопилась куча сообщений», – но была настолько уставшей после активного дня, что решила отложить на завтра этот вопрос и уснула.

Разбудил её утром настойчивый звонок в дверь. Пришёл курьер. Молодой парень с добрым и участливым Взглядом, принёс коробку и документ на подпись. Спросонья Лера еле разобрала текст документа:

«Сопроводительное письмо к новой модели аппарата «ОМ-2». Уникальный гаджет, позволяющий узнать о вас и вашей семье много интересного. С его помощью вам откроются такие истины как:

«Надо же! Как тебе удаётся быть счастливой, несмотря ни на что?»

«Вас в пример надо ставить!»»

И ещё куча текста. Лера вернула курьеру документ и коробку и сказала, что это какая-то ошибка, видимо, перепутали адрес доставки.

Закрыла дверь, заглянула в комнату сына – спит. Вернулась к себе в кровать, посмотрела на тумбочку – под слоем пыли стоял старенький, давно забытый девайс. «Надо бы выкинуть», – пронеслось в голове перед тем, как молодая счастливая мать провалилась в сон.

Действительно, там, где в центре дома стоят любовь и принятие, нет места хоть старому, хоть новому общественному мнению.

Принятие

Принятие – это путь,

Порою тернист и сложен.

Но стоит хоть раз шагнуть —

Пройти и его возможно.

Вначале масштаб ужасает

И виден каждый овраг.

Лишь сила внутри помогает

Решиться на первый шаг.

Конечно, по-разному люди

На старте себя ведут:

Один – долго думать будет,

Другой – может с места рвануть.

А третий, помедлив немного,

Свернёт и помчится прочь,

Забудет об этой дороге,

Не в силах себя превозмочь.

И кажется бегство удобным,

Но это лишь сладкая ложь.

А ложь, как известно, способна

Воткнуть в спину острый нож.

Никак не сбежать и не скрыться.

Возможно, года пролетят,

И, как ни крути, возвратиться

Придётся когда-то на старт:

Увидеть в пути предстоящем

Спасенья души своей суть

И с жаждой свободы манящей,

Поверив в себя, шагнуть.

Твердить про себя как заклятие:

«Ты сможешь! Тебе это надо!»

И будет тогда принятие

На финише лучшей наградой.

Жить, а не выжить

Не видеть, не думать, не слышать.

Так легче, так проще принять.

Но всё же, чтоб жить, а не выжить,

Придётся себя поменять.

Отбросить подальше сомнения,

И волю покрепче в кулак.

И тут же придут изменения.

Лишь стоит решиться на шаг.

Один шаг – и легче дорога.

И цели видны на пути.

Не нужно мечтать об итогах,

А нужно лишь просто идти.

Спрятаться в панцирь

Такое желание знакомо, наверное, большинству людей, которые внезапно столкнулись с «нехорошим» диагнозом.

Причин много: страх, стремление оградиться от осуждения, человек сам ещё не принял и не осознал толком, что произошло, поэтому «пускать в эту тему чужих» не хочется.

В панцире хорошо и спокойно. Никто не видит, что у тебя «что-то не так». Постепенно окружение начинает казаться враждебным или безразличным. Человек начинает думать, что он остался один на один со своей проблемой.

Я точно знаю, что если выглянуть из панциря, то сразу тебя и не заметят. Стоит подать голос – и вот уже кто-то оглянулся на звук, а кто-то протянул руку и предлагает помочь выбраться, нужно только протянуть руку в ответ. И так помаленьку, помаленьку в какой-то момент и обнаруживаешь, что от людей уже не укрыться, да и панцирь давно пылится где-то за ненадобностью.

Так и просится вывод: если хочется спрятать голову в песок или зарыться – сделай это, возможно, тебе так легче будет принять ситуацию. Но не засиживайся. Мир вокруг слишком интересен, чтобы ограждать себя от него.

Эй, Судьба!

Мне за что испытание это?

Для чего мне оно дано?

Я на сотни вопросов ответы

Не ищу. Мне уж всё равно.

Да и, честно сказать, не искала.

Приняла этот факт, как есть.

Но другие вопросы остались.

Вот на них мне, Судьба, ответь!

Ладно – я. Может где-то грешила,

Споря с Богом, превысила тон…

И ошибок я тьму совершила.

Но ответь мне: Причём здесь он?!

Ему лет-то всего немного!

Ему впору гонять футбол.

Но идёт он другой дорогой,

И меня за собой повёл…

Где друзья? Где шалаш? Где занозы?

Где его беззаботные дни?

Эй, Судьба! Я сейчас серьёзно!

Где же детство его, объясни!

Да, конечно, сейчас мне ответишь,

Что я мыслю опять примитивно,

А на деле – особые дети

Счастливы и позитивны.

Что они выше всех вопросов,

И, конечно же, им не важно

То, что нас так тревожит, взрослых,

И свой крест сам проносит каждый.

Не хочу эту лирику слушать,

Хотя часто сама верю ей.

Ты, Судьба, посылай ему лучше

На пути только добрых людей.

Защити от страданий его ты,

От жестокости, лжи защити.

И пусть встретит любовь и заботу

На особом своём пути.

Скажи мне, дождь…

Скажи мне, дождь, о чём твоя печаль?

Смотрю в окно, а там всё слёзы, слёзы…

Ответил дождь: «Тебя мне очень жаль!

Смеёшься ты, не можешь быть серьёзной.

Ты посмотри на жизнь – ты этого ждала?

Об этом ты мечтала так заветно?

И изменить бы многое смогла

В своей ты жизни, если бы не это».

Ты знаешь, дождь, меня ведь не исправишь:

Я буду счастлива в любой из дней ненастных.

И если ты хоть на минуту перестанешь,

И ты увидишь то, что жизнь прекрасна.

Увидишь Радугу – какое это чудо!

Услышишь трели молодых птенцов.

Увидишь, как светло и радостно повсюду.

И ты меня поймёшь в конце концов.

Поймёшь, что счастье состоит из мелочей,

И за любым, пусть даже долгим, ливнем

Согреешься ты теплотой лучей,

И грусть, уныние тогда тебя покинут.

Всё в жизни важно – дождь и жаркий зной.

Тоска и радость, слёзы, что пролиты.

И главное – ты для себя усвой:

Своей судьбы ты главный повелитель

Слово на букву «А»

Чтоб открыть своей жизни секреты,

Мне никак не найти слова

Ведь решила – в рассказе нету

Места слову на букву «А».

И всё сразу становится складно —

Зарисовки из будней просты,

И о жизни моей «шоколадной»

В инстаграм1 полетели посты.

И похвастать могу полной чашей:

Вот в кафе мы идём, вот – в кино.

Гляньте, люди, в семейке нашей

Всё НОРМАЛЬНО, всё гладко… Но…

Пролистав идеальную сказку,

Я пойму – не моя это жизнь.

И, срывая за маской маску,

Я впущу в свою жизнь АУТИЗМ.

Боль, беспомощность, слёзы, слёзы.

Это слово страшней, чем пожар.

Ведь сожгло все мечты и грёзы.

Не во сне – наяву кошмар.

«Аутизм» – я «на вкус» это слово

Буду пробовать день за днём.

И не мало пройдёт, пока снова

Мы счастливый наш пазл соберём,

Перепишем картину жизни,

В краски правды макая кисть.

Гляньте люди! И с аутизмом

Можно счастливо жизнь прожить!

Снова всё в инстаграме красиво:

Не страшны мне любые слова,

Хоть внесло мне в судьбу коррективы

Это слово на букву «А».

Живая

Страх. Окутал, захватил и поглощает.

Вопросов нет, я жмурюсь – просто страшно.

Как? И за что мне это? Я не знаю.

Жизнь прошлая уж кажется неважной.

Кто я? Теряю с каждым днём я суть.

Какая я? Всё! О себе ни слова!

Нет смысла в отрицании: этот путь

пройти должна. И я почти готова.

Почти?! Да что за глупость, я смогу!

Отдам себя я на решение проблемы.

И стиснув зубы – ноги вдребезги – бегу

Дистанцию. Сломлю себя, систему.

Пробью, допрыгну – всё! Уже не человек.

Я робот. На ошибку не имею права.

Сверну вулканы, разверну теченье рек.

Мне не нужны признание и слава.

Мне нужно вытянуть, помочь преодолеть.

Должна. И ничего нет, кроме долга.

Должна найти, должна отчаянно успеть.

А в жалости к себе нет никакого толка.

Вдох. Шаг за шагом – вижу результат.

Нет хаотичности, всё чётко и по плану.

Расчёт холодный – нет пути назад,

Прокачен мощно скил особой мамы.

И в бесконечной жертвенной борьбе,

Потребностей, усталости не зная,

Остановившись, вспомнишь о себе.

Вопрос застынет: кто же я такая?

Вопрос пугает, оглянусь по сторонам,

Найти ответ потребность ощущая,

Вступлю я в легион особых мам,

Тех, что идут под флагом я «ЖиваЯ».

Я в зеркало смотрю – лицо, глаза…

В одну секунду остро осознаю,

Что больше ни минуты так нельзя.

Я прокричу: «Я здесь! И я живая!»

И этим криком я пробью любой гранит,

Очистившись, я вновь взгляну на небо.

Теперь я знаю, я имею право жить.

И этот путь не просто так дан мне был.

Про львицу

Ждала приплода молодая львица.

Лев тоже ждал. Хотел устроить пир:

«Подаришь первенца, моя царица,

К твоим ногам я положу весь мир».

Рожала в муках, такова природы воля,

Инстинкт животный сразу дал понять:

Пришла беда, ей выпало на долю

Родить того, кто отличается от львят.

Нет, внешне всё совпало – хвост и лапы,

На папу-льва пронзительно похож,

Но только еле дышит, очень слабый.

По телу львицы бьёт стальная дрожь.

Его вылизывала так отчаянно, но тщетно.

И вместо рыка раздавался тихий стон.

Ночь, как в тумане, ускользала незаметно.

Упала в забытьи, проснулась – нет, не сон.

Вот лев в пещере. Понял всё. Глаза отвёл.

Пока бежал, его поздравил каждый.

Он отвернулся. Думать или насовсем ушёл?

В тот миг для львицы было всё не важно.

Она пошла. Куда глаза глядят.

Рассвет. Ручей. Как в зеркало смотрела.

Из отраженья на неё смотрела мать,

Утратившая за ночь своё тело.

Утратившая душу. Что ж, так вышло…

Мир рухнул, тот, что должен был лежать у ног.

А из пещеры доносился еле слышно

Родной, зовущий маму, слабый голосок.

Мне говорили

Мне говорили: я бы не смогла.

Сказали: ты герой и не иначе.

Мне говорили: я бы умерла.

Мне говорят – от жалости я плачу.

Мне говорили столько разных слов.

Про памятник и про предназначение

Я слушала от тех, кто не готов

Снести судьбы моей пути и злоключения.

Мне говорили, что достойна я наград,

Мне говорили, что во мне так много силы,

И каждый находил, что мне сказать.

Я слушала и от бессилья выла.

Вы знаете, я тоже б не смогла,

И слезы градом там, где неуместно.

В один момент сгорела я дотла

И, словно Феникс, вопреки воскресла.

Воскресла, чтоб заботиться, растить.

Ведь смысла не было в моей внезапной смерти.

Жизнь не угаснет, если есть, кого любить.

И здесь, пожалуйста, мне на слово поверьте.

Мне говорили… Я в ответ хочу сказать:

На моём месте справится любая.

Но только моё место примерять

Я и врагу в сердцах не пожелаю.

Каждый решает сам

Так случилось, что человек упал.

Споткнулся, толкнули – это не важно.

А дальше, валяется он или встал —

Решить для себя может каждый.

Один громким криком мир известит —

И люди бегут, руки вверх поднимая.

А он наслаждается этим, лежит,

Злодейку-судьбу беспощадно ругая.

Другой, не успев долететь до земли,

Кругом оглядится, с досадой отметит,

Что все посмеяться жестоко смогли

И каждый падение это заметил.

Третий – найдёт в себе силы, сам встанет

И руку чужую возьмёт, чтоб подняться.

Каждый, споткнувшись, мгновенно решает,

Из жизненных ям как ему выбираться.

Поиск виноватых

Кричи не кричи —

Виноваты врачи,

Они как попало

Роды принимали.

Генетику мужа

Ещё вспомнить нужно.

К Вселенной запросы

Не поняты просто.

Атмосферный фронт

Был тогда не тот.

Добавили дури

Магнитные бури.

Судьба виновата

За то, что когда-то

Тебя не щадила —

Злой рок подарила.