Осторожно! Работает госпожа попаданка

Глава 2

– Недурно, недурно, – пробормотал Ирфан, оглядев меня с ног до головы, – присядь на кушетку, Эвианна, я тебя ещё раз осмотрю.

Я прошла к указанному доктором приспособлению, похожему на низкий массажный стол, и присела на краешек, чем вызвала его довольное кряхтение. Видимо, дяденька до этих пор ещё сомневался в моих умственных способностях, а то, что я его поняла и выполнила просьбу, послужило поводом для радости.

Ирфан подошёл ко мне и, вызвав из ладоней тот холодный свет, опять принялся водить ими над моей головой. Но в этот раз он делал это не молча, а бормотал себе под нос комментарии:

– Ни единого блика не осталось. Досадно. Так, так, так: тут норма, тут тоже, а вот тут странно… Эвианна, скажи, ты что-то помнишь о себе? О семье? – я помотала головой. – Похоже, из-за этого и проблемы с речью. Память разрушена капитально, и я сильно удивлён, что ты хотя бы понимаешь, о чём я говорю. Ведь понимаешь? – Я кивнула. – Встань, – продолжил он, и я встала. – Дойди до кровати. – Я дошла. – Ладно. Отлучусь ненадолго, а к тебе сейчас придёт твоя служанка. Помнишь её? – Я опять покачала головой. – Ну да ладно, разберётесь.

Доктор ушёл, а вскоре в палату явилась симпатичная бойкая девица в длинном голубом платье и переднике, которая ну вообще никак своим поведением на служанку не тянула.

– Ну чего сидишь, глазами своими невинными хлопаешь на меня? Довыделывалась? Так тебе и надо! – заявила она и пошла на меня с расчёской наперевес.

В этот момент я поняла три вещи: она собирается меня причесать, хозяйку девица не любит, и Ирфан ей не сообщил, что я всё понимаю.

Хм-м, а это и хорошо, наверное. Послушаем-послушаем, что она скажет.

Девица развернула меня, как куклу, к себе спиной и принялась разбирать пряди. Надо заметить, аккуратно. То ли я ошиблась и не так уж и сильна её неприязнь, то ли выучка оказалась крепче ненависти, то ли служанка просто была милосердной и не хотела отыгрываться на убогой.

– А хотя нет! Не надо! Это ж меня теперь с тобой отправят в Нижний город! – вдруг дошло до неё, и она таки дёрнула меня за локон, заставив вскрикнуть. – Не вопи, Анка! Мне ещё хуже! Это ж мне теперь тебя, безумную, нянчить! Ох, беда, беда! – запричитала она – Но делать-то нечего! Хоть и вредная ты, воображала, но не брошу я тебя. Проживем как-нибудь. Денег тебе дадут, дом старый есть, открою лавку какую-то. Хотя бы и швейную. Шить я умею… Или бусы с браслетами делать будем, – тараторила она, ловко работая руками. – Нанизывать-то камешки на нитку даже тебя обучить можно, – размечталась служанка, – а если денег не хватит, тварюшку твою продадим. Толку от неё все равно никакого. Только жрёт. Не боись, Анка, прорвёмся, – девица треснула меня по плечу так, что я чуть на бок не завалилась.

Да уж… Перспектива дальнейшей жизни складывалась пока не радужная. Тем временем чудо-помощница – сама доброта – соорудила у меня на голове что-то замысловатое и достала из шкафа одежду. Бельё, к счастью, было вполне нормальным: трусы – не панталоны с рюшами, а классические трикотажные. Бюстгальтер напоминал спортивный топ без лямок, но форму держал отлично – явно магия. А вот платье не было современным: длинное, с открытыми плечами и летящей юбкой. На ноги дева предложила мне надеть тряпочные балетки без каблука.

– Сияющий Ирфан сказал выгулять тебя в больничном сквере, – пояснила она мне зачем-то.

Могла бы и промолчать, ведь считала, что я безумна. По привычке, наверное.

Она взяла меня за руку и повела на выход прямо из палаты. Оказывается, она располагалась на первом этаже и имела террасу с выходом в сквер.

Очутившись на улице, я с удовольствием вдохнула вкусный воздух полной грудью и с любопытством огляделась.

Не знай я, что нахожусь в другом мире, подумала бы, что оказалась на тропическом острове – так тут было зелено и ярко. Растения не похожи на наши из средней полосы, но и не выглядели слишком диковинно – стволы, листья, цветы, аромат… Я тропический остров видела только на картинках, но почему-то ассоциация возникла именно с ним. Тут тоже присутствовали избыточная красочность, лианы и деревья, похожие на пальмы. Но, приглядевшись, я нашла и доказательства того, что это не мой мир. На небе я насчитала штук семь радуг, а солнце искрилось, как бриллиант, но не ослепляло.

Дорожки же в сквере были выложены обычными серыми плитами, а скамейки сделаны из дерева.

Мы со служанкой прошлись до высокого забора – чувствовала я себя прекрасно: никакой одышки, ноги, руки – да всё тело – слушались отлично, будто всегда принадлежали мне…

– Эко тебя, Анка, перекосило всю, – вопреки моему самодовольству радостно заметила моя сопровождающая, устав от тишины, – раньше ходила, задрав нос кверху, крохотными шажочками, а плечи отставляла назад, будто между ними шкатулку с драгоценностями несла. А сейчас прёшь, что рыночная торговка за товаром. – Я невольно распрямилась и втянула в себя живот, который у Эвианны и так был плоским. – Вспомнила, как жила простой блёклой в Нижнем? Это хорошо! Это тебе на пользу. Привыкай…

Надо срочно разобраться в этих всех блёклых с блестящими! А то ничего не понятно!

Мы развернулись и пошли обратно. К счастью, из служанки Эвианны слова полились нескончаемым потоком:

– А ведь в детстве мы были равными – обе блёклыми, помнишь, Анка? – Ответами я её не удостаивала. Рано показывать свой разум. – Не думала я, подруженька, что когда Светило одарит тебя бликами, ты зазнаешься. Но, видишь, жизнь как повернулась, Анка. Всё вернулось на круги своя. Но твоя верная Фритка не злопамятная, она тебя не бросит. Кто если не я с тобой возиться будет, а?..

Да уж. Повезло так повезло. «Верная» Фритка наверняка натерпелась от Эвианны и теперь будет отыгрываться…

– …Ох, бедняжечка! А как же ты теперь без своего любимого Андора? Без подарков его?.. – с притворным сочувствием спросила она, выйдя на новый виток.

Я осталась равнодушной. Мне что Андор, что Мандор – вообще фиолетово. Сделала вид, что не слышу.

– …А без магии Верхнего города как жить-то будет тяжко! – не сдавалась моя типа подруга – Там, в Нижнем, каждый артефакт бешеных денег стоит. И стирать ручками придётся, и убирать, и готовить…

Тю-ю, эка невидаль! Я ещё помню, как мама постельное бельё в эмалированном ведре вываривала. Фигня, прорвёмся! Ни один мускул на моём лице не дрогнул.

– …Не интересно с тобой! – в конце концов расстроилась Фритка. – Вообще как неживая. Даже задирать не хочется. Пойдём, на лавке посидим…

– Эвианна и… как там тебя, идите сюда, – раздался от входа на террасу голос Ирфана, и помощница поволокла меня в палату.

– Ноги-руки работают, голова – нет, – отрапортовала Фритка, как только мы вошли внутрь.

– Много ты понимаешь! – рявкнул на неё доктор и достал из коробочки две маленькие блестящие бусины. – Светлейший Андор был милосерден и подарил тебе, Эвианна, уникальный ретранслятор мыслеречи. Иди сюда, я его на тебя надену…

– Ох ты ж, чудеса! – не удержалась от восклицания служанка и прикрыла рот ладонью, а я шагнула к старику.

Ирфан взял бусины в обе руки и одновременно приложил их к моим вискам. Лёгкий разряд, похожий на удар статического электричества, прошиб кожу.

– Ничего себе хреновина! Неужели сработает? – пророкотал на всю палату бас, озвучивая мои мысли, и я подпрыгнула на месте, а потом заорала: – Это что за ерунда?! Я так и буду разговаривать? Этот Сиятельный издевается? – продолжило громко и чётко выливаться в окружающее пространство все, о чём я думаю.

Опомнившись, я содрала бусины с висков и откинула на кровать.

Сказать, что Фритка и Ирфан были удивлены – ничего не сказать. Бедная служанка была в глубоком шоке. Она держалась одной рукой за стену, другой за сердце, а рот её беззвучно открывался и закрывался – бедолага, видимо, сама онемела от потрясения.

Во взгляде доктора читалось не только удивление, но и осуждение. Ну а как он хотел? Думал, девушки думают только то, что говорят? Как бы не так!

Кстати, о мыслях. Очень, очень опасный артефакт! Я так и спалиться могу в два счета! С этими бусинами надо думать очень осторожно и вообще надевать их стоит только в случае крайней необходимости.

– Не ожидал, Эвианна Лали, что ты умеешь так изъясняться. – Я пожала плечами и развела руками. – Я подправлю настройки и надену на тебя артефакт ещё раз…

Я принялась настраиваться на нужные мысли, чтобы, если вдруг что-то не так, думать о белой обезьяне…

– Она что, всё понимает? – наконец, и к Фритке вернулся дар речи.

Я не удержалась и, поиграв бровями, коварно ей улыбнулась – служанка опять схватилась за сердце.

– Конечно, понимает, – проворчал Ирфан, поднимая бусины с кровати.

Он покатал их между пальцами, что-то пошептал, а потом вновь приставил к моим вискам.

Но на этот раз я была готова.

– Я ничего не помню. Мне нужна помощь в адаптации. Вы не можете меня выкинуть без знаний о мироустройстве, – выдала я на этот раз писклявым женским голосом и поморщилась, – я даже не знаю, умею ли читать. Не понимаю свою роль в обществе. Лишена представления, как живут в этом Нижнем городе…

– Что с ней, сияющий Ирфан? – завопила Фритка. – Откуда она такие слова знает, тем более, если ничего не помнит?

Я тут же содрала с себя артефакты, чтобы не выдать в эфир лишнее.

А ведь я эту Эвианну совсем не знаю. Может, она была глупенькой, как рыбка. Что-то я не подумала об этом.

– Издержки выгорания. Ещё и не такое бывает, – принялся доктор объяснять странности не столько Фритке и мне, сколько себе – мне так показалось. – Я специально читал ночью справочники по потухшим и наткнулся на занятные случаи. Один двуликий сияющий, потухнув, принял вторую звериную ипостась и так в ней и остался.

– Ох, ты ж, батюшки! Страсти-то какие! – бедная служанка, у неё прямо день открытий сегодня.

– Это ещё что! А одна потухшая в момент затухания перенеслась в загробный мир, где общалась с самим Мраком, а потом вернулась. Но с тех пор стала выдавать лишь пугающие пророчества… Кстати, Эвианна, ты не переносилась в загробный мир?

Я помотала головой, хотя случай и был чем-то схож с моим.

– И что теперь с ней, такой умной, делать? – забеспокоилась Фритка.

– А ничего. Книги я ей дам, а ты иди собирать вещи. Завтра утром вас спустят в Нижний город. Эвианна здорова, и делать ей больше в Верхнем городе нечего.

Служанка развернулась и, бормоча что-то недовольное себе под нос, унеслась.

– Почему ты постоянно снимаешь артефакт, Эвианна? – обратился ко мне Ирфан, как только за ней закрылась дверь.

Я приставила к вискам бусины, настроившись на нужную волну, а потом ответила:

– Чтобы некоторые мои мысли остались при мне.

– Недоразуменьице! Прости, не объяснил. Ретранслятор не озвучивает все до единой мысли, он передаёт лишь то, что ты хотела бы сказать вслух.

– Да? – сказала я подаренным мне голосом, а про себя подумала: так это ж отлично!

И… артефакт промолчал. Я выдохнула с облегчением.

– Я сейчас принесу тебе книги и оставлю одну до утра. Обед и ужин тебе принесут. Подумай хорошенько, может, тебе ещё что-то надо?

– Нет, спасибо. Ничего не надо, – подумав, я отпустила доктора – что я могла у него попросить?

Интересно, чего он от меня ждал? Проверял мою память? Думал, что я помню индейца и захочу ему что-то передать? Ладно, не важно. Пусть книжки несёт! А то я просто невероятно жажду знаний.

А ещё хочу есть. Впервые желудок дал о себе знать, спев аллилуйю голоду. Интересно, скоро меня накормят?

Не успела я поругать «заботливых» родственников за то, что даже передачку никакую больной не принесли – даже попить ничего, а пить, по закону подлости, захотелось страшно, – как дверь открылась, и дама в белом халате, надетом поверх длинного серого платья, и в белом чепчике ввезла в палату тележку с ароматными блюдами.

К моему величайшему счастью, мясо тут было мясом, овощи овощами, а фрукты фруктами. То есть они, может, и отличались от наших названиями и формами, но сути своей не поменяли. Поэтому обед я определила как куриный бульон с зеленью, тефтели с коричневым рисом и подливой, овощной салат с заправкой и морс из ягод.

Помощница Ирфана накрыла на стол, пожелала мне приятного аппетита и удалилась.

Я же накинулась на еду, как будто неделю не ела. А может, и не ела? Я же не знаю, сколько без сознания провалялась.

Вкус у блюд был немного непривычный, но вполне съедобный. Покончив с последним кусочком тефтеля, я сыто потянулась и зевнула. После обеда страшно захотелось спать. Ну я и не стала себе в этом отказывать.

Глава 3

Разбудили меня тихие шаги – это помощница Ирфана принесла книги. Она положила их на тумбочку стопкой и потрогала ладонью мой лоб.

– Как чувствуешь себя, Эвианна? – заботливо спросила.

– Хорошо, – ответила я и вздрогнула от звука чужого голоса.

Я действительно чувствовала себя лучше, чем до обеда.

– Сияющий Ирфан передал тебе книги и блокнот с писателем, – я глянула на тонкую белую книжицу и длинную палку, похожую на карандаш. – Нужно что-то ещё?

Я нашла взглядом стол, убедилась, что графин с морсом и тарелка с фруктами на нём стоят.

– Нет, ничего не надо, – отказалась я и, как только дама вышла, ухватилась за верхнюю книжку.

Ею оказался какой-то детский учебник. Прямо совсем для малышей лет четырёх-пяти с объяснениями элементарных вещей. То, что надо!

Самое главное, что выяснила первым делом – я умею читать. Благодаря этому, изучив книгу от корки до корки, я узнала: этот мир называется Эри; империя, где я нахожусь – Опс; правят ею всемогущие Сиятельные лорды – сильнейшие маги, как я поняла. Поклоняются в Опсе Светилу – а то блестящее Солнце, которое я видела – его типа глаз. Радуги – посылаемая на Эри благодать – магическая энергия. Ночью Светило дневной глаз закрывает, но открывает другой – тусклый глаз – Луну по-нашему. А звёзды – это окна в домах детей Светилы. Ещё в книге были нарисованы часы – точь-в-точь как наши. Соответственно, и день здесь длился двадцать четыре часа.

Деньги назывались лучи и блёстки. Лучи – крупные бумажные купюры, а блёстки – мелочь. Я не знала, дадут ли мне эти книги с собой, но предполагала, что блокнот с карандашом доктор дал мне не просто так, а для конспекта. Поэтому попробовала его сделать, но выяснилось, что писать я не умею.

Задумалась. Тут определённо прослеживалась тенденция: понимаю, но не говорю, читаю, но не пишу… О чем это говорит? О каком-то дисбалансе. Как будто в мозг знания вложили, а синхронизировать с артикуляцией и мелкой моторикой забыли. Ведь хожу я и двигаю руками нормально. Вероятно, потому что обитатели Эри делают это так же, как и люди. А вот писала и говорила Эвианна совсем не как Анна, поэтому и произошёл сбой.

Что ж… Это даёт надежду на то, что есть шанс научиться и писать, и говорить. Нужно только найти логопеда или, на крайний случай, Фритку заставить мне показать, как она произносит звуки.

Помню, как учительница английского просила нас приносить на урок зеркало, и мы перед ним учились правильно произносить иностранные слова. Точно! Справлюсь! Не хотелось бы мне всю жизнь говорить вот этим писклявым голоском.

Открыла следующую книгу – толстый талмуд под названием «Закон и Порядок Опса». И прямо на первой же странице наткнулась на очень нужную и важную для меня сейчас картинку.

Гордо расправив плечи, на меня смотрели четыре красавца… и двоих из них я знала: индеец и викинг. Сиятельные лорды – гласила надпись над их головами, а у ног красовались выведенные золотым имена.

Сиятельный рубин Андор РубиЛеск – как зовут вождя краснокожих, я уже знала, не знала только, что он рубин. Рядом с ним стоял Сиятельный турмалин Дамир ТурмаЛеск – а это викинг! Его я рассматривала особенно внимательно, поэтому заметила, что на пальце гада блестело кольцо с жёлтым камнем – им он меня сюда и загнал! Перевела взгляд на руки Андора – и да, у него в кольце сиял красный камень. Следующий Сиятельный лорд был темнокожий, но с тонкими правильными чертами лица и длинными белыми волосами – «Сиятельный оникс Камран ОниЛеск» было написано у его ног, но, в отличие от остальных лордов, по нему сразу было видно, что он не земной человек – явный сказочный персонаж. А камень в кольце этого Сиятельного был, само собой, чёрный. Последний Сиятельный лорд ослеплял рыжей шевелюрой и глазами цвета молодой травы. Звался он Сиятельный янтарь Идрис ЯнтЛеск.

Так, так, так… Мысли поскакали, опережая друг дружку. Значит, закинул меня в тело Эвианны проклятый турмалинище. Зачем? Подозреваю, с целью навредить рубину. Понятия не имела чем именно, но разберусь.

Я встала с кровати, посетила купальню, оделась и решила проверить террасу. Дверь в сквер оказалась открыта. Отлично! Мне нужно на воздух. Может, там будет думаться лучше.

Подхватила книгу, какой-то красный фрукт из вазы и вышла. Присела на лавочку, вгрызлась в плод, напоминавший вкусом землянику и банан одновременно, и погрузилась в чтение.

Стояла хорошая погода. У нас такие дни бывают в тёплом августе, когда не жарко и не холодно, а приятный ветерок освежает, но не валит с ног. Поэтому ничего не отвлекало меня от постижения мироустройства Опса.

А выходило вот что. Эти самые Сиятельные считались прямыми потомками Светила и обладали уникальными, просто колоссальными способностями! Какими именно – тайна.

Ну, один-то точно по мирам путешествует и души крадёт.

Так вот, они были когда-то правителями четырёх разных стран, но потом объединились в империю, потому что жить внизу, как всем нормальным людям, им сделалось неудобно. Тогда, объединив силы, им пришлось построить Верхний город в небесах…

Ничего себе! Это я сейчас нахожусь на небе?! Страсти-то какие!..

Внезапно вспомнилась моя простая прошлая жизнь, где всё было очень понятно и знакомо… Интересно, что там произошло? Как мои сотрудники? Как Лиза? Не упекли ли её в психушку? Заняла ли душа Эвианны моё тело? И достаточно ли она разумна, чтобы и её не упекли в дурдом?

Все эти вопросы были настолько болезненными и животрепещущими, что я решила об этом пока не думать. Нельзя мне раскисать!

Перевернула страницу и погрузилась в чтение.

Дальше шло про сияющих.

Это, как я поняла, тоже маги, но гораздо слабее Сиятельных. Второго сорта, так сказать. Они периодически рождаются среди блёклых.

Блёклых, твою дивизию! То есть в семьях обычных людей, которых обзывают тут блёклыми. Ну да ладно, не это сейчас важно.

Так вот, когда у одарённых Светилом блёклых просыпаются блики, они получают возможность общаться с высшими лордами и перебраться в Верхний город, поближе к благам.

Как я понимаю, жизнь наверху сильно отличается от жизни внизу.

Свеженьких сияющих могут сопровождать в новую реальность присияющие – родственники и слуги, которые, по сути, так и остались блёклыми, но благодаря одаренному родственнику или хозяину получили возможность просочиться наверх.

Ну и особый класс – потухшие. Несчастные, которые не выдержали слишком тесного общения с Сиятельными и утратили магию. Выгорели. Они, кстати, случались достаточно часто, но изгонялись в Нижний город по причинам, которые в книге не объяснялись.

Я думаю – чтобы не мозолить своим уродством Сиятельным лордам глаза.

Закрыла книгу и решила пройтись до забора. Может, получится найти какую-то щёлку и глянуть, что за ним делается? Почему-то остро захотелось это проверить.

Забор был каменный и глухой. Но я упрямо пошла по траве вдоль него и вскоре набрела на небольшую деревянную дверь, и вот в ней и обнаружились щели. Приложила глаз к самой верхней и увидела выложенную серыми плитами проезжую часть и кусок тротуара на другой стороне улицы.

По дороге ездили красивые кареты – у меня иногда на свадьбы такие заказывали, под старину, – а впряжены в них были грациозные лошадки. По тротуару неспешно прогуливались дамы в длинных пышных платьях и с зонтиками в сопровождении господ в таких же старинных одеждах.

И всё бы ничего, я бы подумала, что попала в мир, где развитие как в нашем девятнадцатом веке, но вдруг сквозь цокот копыт до меня долетел вполне натуральный звонок мобильного, и одна из дам, покопавшись в сумочке, достала из неё вполне земной аппарат и поднесла к уху.

Я потрясла головой. Что тут происходит? Я могла допустить мысль, что жители Эри используют наши технологии, раз могут путешествовать по мирам… Ну или мы их технологии используем – не знаю. Но почему они тогда так выряжаются и почему у них такой транспорт? Тут проходит маскарад?

И, как ответ на мой вопрос, вдалеке раздался рёв мотоцикла, который стремительно приближался. Громкий такой, грозный. Как будто это летел натуральный дорогой байк.

Знаю я их. Устраивала как-то раз байкерскую свадьбу.

Но вскоре я его увидела, и вопросы отпали. Хоть железный конь и пронёсся мимо меня быстро, я прекрасно успела рассмотреть его седока! Викинг турмалиновый! Точно он обитает здесь, а мотоцикл, небось, на Земле украл! Мне очень-очень надо до этого гада добраться!

Подёргала дверь – безуспешно! К сожалению, заперта она оказалась на совесть. Я взвыла от досады и пошла обратно.

Ладно! Не буду терять время. Не могу достать турмалинового сейчас – достану позже. Мне главное – во всех хитростях этого мира разобраться и найти возможность пробраться обратно наверх, а потом и домой. Я с этого викинга с живого не слезу!

Решительно двинулась к лавке и принялась грызть гранит науки с усиленным рвением. Читала до тех пор, пока помощница Ирфана не позвала ужинать. А наскоро перекусив неопознанной запечённой рыбой и такими же неведомыми овощами, по вкусу напоминавшими капусту, кабачок и картошку, принялась за следующие книги.

Уже и на улице стемнело – помощница включила мне свет, стукнув один раз в ладоши. Выключался он двумя хлопками, кстати – это она мне объяснила перед тем, как попрощаться до завтра. А я продолжила читать. Бегло ознакомилась с налоговым кодексом Опса, с религиозными традициями, с праздниками, культурой, международными отношениями… Ого! На Эри живут, помимо людей, гномы, орки, двуликие и эльфы! Прочитала о правах и обязанностях блёклых, об образовании… Уснула на очередной книжке детских сказок…

И мне снилась такая несусветная дребедень из мешанины полученных знаний, что даже вспоминать страшно.

Разбудила меня рано влетевшая в палату Фритка:

– Одевайся, Анка, скоро «Светлый путник» подадут! А тебе ещё деньги получать и бумаги подписывать! – выпалила она, а я похлопала сонными глазами и поняла, что очень мало из прочитанного вчера усвоила.

Поэтому всё придётся постигать на практике и собственном опыте. Вздохнула тяжко и поднялась с кровати.

Глава 4

В купальне я сняла с себя рубашку и, погрузившись в бассейн, окончательно проснулась. И в этот момент я так остро осознала: пока в моей новой жизни были только цветочки, а вскоре пойдут ягодки, то есть самостоятельная жизнь в совершенно незнакомом мире, что пришлось уйти под воду с головой. Не хватало мне ещё слезами залиться! Я до попаданства сто лет не плакала. С тех самых пор, как осталась совсем одна…

Так! Стоп, Аня. Не вспоминать! А то сейчас воспоминания наложатся на нынешние реалии и вообще утащат в истерику, что, как следствие, превратит тебя в страдающую флегму, которой всё вокруг станет безразлично, кроме её бед. А тебе надо глаза и уши держать востро!

Переплыла пару раз бассейн, вымылась, зубы почистила, обсушилась волшебным ветерком. И опять кольнуло сожаление. Сто пудов внизу ничего подобного нет. Эх, непутёвая я попаданка. Попала в сказку, и то из неё быстро выпнули в серые будни. Вот так и живу всю жизнь – никаких чудес. Все блага потом и кровью добываются.

Натянула опять не пойми откуда взявшуюся чистую сорочку и вернулась в палату, а там очередной нежданчик. Застыла на пороге, вообще не зная, как на него реагировать. Служанки в палате не было, зато у тумбочки, на которой лежали книги, стояли Ирфан и… викинг-турмалин! Причём местный доктор явно перед ним оправдывался и выглядел испуганно.

Глядя на эту картину, кидаться на Сиятельного с криками «Верни меня домой, гад!» мне вмиг перехотелось. Всё же я женщина адекватная, понимаю, к кому можно дверь с ноги открывать и что-то требовать, а в какой ситуации лучше помолчать. К тому же, инстинкт самосохранения, который у меня, оказывается, имелся, просто вопил: «Аня! Замри и не выдавай себя! Вы с этим местным божком в совершенно разных весовых категориях. Ты совершенно не знаешь, чего он добивался, поменяв тебя местами с Эвианной. Сначала всё выясни, а потом действуй. Нет гарантии, что он тебя не добьет, если поймёт, что дело пошло не так, как он задумал». Всё это пролетало в голове само собой, со скоростью мысли, а мужчины тем временем заметили моё появление и, прекратив разговор, развернулись, чтобы удостоить вниманием.