Полночный гость
- -
- 100%
- +
О боже! А он-то обещал жене самую мягкую и теплую постель на свете! Стивен готов был биться головой о трухлявую перегородку комнаты.
Конечно, Мэган не произнесла ни слова. Да и зачем? У нее все было написано на лице. В обмен на согласие бросить брата и поехать в Англию ей обещали роскошную жизнь. И где эта роскошь?
– О вещах не беспокойся, – быстро предупредил ее Стивен. – Ни к чему их распаковывать, мы здесь не задержимся. Отдохни немножко, а я тем временем съезжу к Уолтеру Норбери, своему поверенному. Прикажу выдать деньги и открыть особняк. Мы сразу же переедем.
Он поцеловал Мэган на прощание, выбежал из дома и назвал кучеру адрес Норбери.
Всю дорогу Стивен нетерпеливо ерзал на сиденье, а когда экипаж остановился у нужного дома, готов был безо всяких предисловий кинуться в кабинет поверенного и разом покончить с кошмаром прошлых двух лет. Стоит только Норбери его увидеть, и к Стивену вернется все – титул, дом, состояние...
В просторной приемной он наткнулся на тощего вылощенного юнца, которого до сих пор в конторе Норбери не встречал. Клерк поднял глаза от раскрытой перед ним на столе папки с документами. И смерил посетителя с ног до головы долгим, безмолвным, презрительным взглядом. Судя по оттопыренной нижней губе и написанному на лице негодованию, он принял Стивена за очередного попрошайку.
– Граф Арлингтон к Уолтеру Норбери! – вскинув голову, ледяным тоном произнес Стивен.
Клерк сначала фыркнул. А уж потом разразился хохотом.
– Если вы граф Арлингтон, – простонал он, утирая выступившие от смеха слезы, – то я – сам король Англии! – Успокоившись, клерк вновь выпятил губу: – Я знаю капитана в лицо!
Капитана?!
Значит, Джордж все-таки добился титула! Но для этого нужно было объявить старшего брата погибшим. Как же Джорджу удалось это сделать, если положенных по закону семи лет еще не прошло? Без согласия адвоката... то есть Уолтера Норбери... здесь явно не обошлось. Без согласия – а скорее всего, и всяческой поддержки.
Дьявольщина! Кто же еще стал соучастником адского плана Джорджа? Кто еще помогал ему избавиться от старшего брата, чтобы заполучить титул и наследство?! Стивен был потрясен до глубины души. Не зная наверняка, кто еще из его знакомых содействовал похищению, он теперь не был уверен, кому можно открыться.
Ошибка могла ему стоить жизни. Если бы только ему! Жизнь Мэган тоже зависела от того, насколько хорошо он знает своих друзей.
Есть лишь один человек, на которого можно положиться безоговорочно. Рейчел. Сестричка его никогда не предаст.
Но Джордж! Клерк с ним знаком, а значит... значит, Джордж в Англии.
– Где же сейчас капитан? – Стивен ничем не выдал переполнявшей его ярости.
– Вернулся в Америку. Он служит в армии Его величества.
Вернулся в Америку. Где, естественно, и связался с Гирамом Флинтом... после того как получил письмо Стивена и понял, что старший брат, вопреки его ожиданиям, не погиб.
– Ну, а старший брат капитана? Где он?
– Пропал. Уехал на континент – и не вернулся. По слухам, чуть позже его тело выловили рыбаки.
Стивен окаменел. Неужели чей-то изуродованный труп приняли за тело графа Арлингтона?! Возможно ли, чтобы в фамильной усыпальнице в Уингейт-Холле, рядом с его родителями, покоился чужой человек? А что же Рейчел?
– А сестра графа? Она живет в Уингейт-Холле?
– Понятия не имею, – пожал плечами клерк.
– Мне нужно встретиться с Норбери.
– Вряд ли он захочет вас принять, – презрительно фыркнул клерк.
– Еще как захочет! – рявкнул Стивен и толкнул ногой дверцу перегородки, разделявшую помещение на две части – половину для посетителей и половину секретаря.
Клерк выскочил из-за стола и загородил путь к кабинету Норбери.
– Его нет!
– Так я тебе и поверил! – Стивен отпихнул клерка в сторону и ворвался в Кабинет своего присяжного. Кабинет был пуст.
– Где он, черт побери? – в ярости обернулся Стивен к юнцу, переминавшемуся с ноги на ногу у него за спиной.
Тот ответил – по-видимому, испугавшись решительного вида странного гостя:
– За городом, по приглашению его милости герцога Уэстли. – Клерк умолк, не иначе как в надежде увидеть на лице посетителя тот же благоговейный восторг, что переполнял его самого. – Раньше чем через неделю не вернется.
– Выходит, Норбери работает на Уэстли? – изумился Стивен.
Клерк гордо вскинул подбородок, точно служба у столь высокопоставленных лиц повышала и его собственный статус.
– Именно!
Из офиса Норбери Стивен вышел в совершеннейшем смятении. Что же теперь делать? Он так мечтал вернуться в Англию, думая, что ему достаточно сделать только шаг по родной земле – и все проблемы сами собой исчезнут. Но если Норбери – и бог знает кто еще! – был заодно с Джорджем, то и здесь, в Лондоне, ему грозит не меньшая опасность, чем в американских колониях!
Стивен оцепенел от страшной мысли. А жена? Если враги сумеют расправитьсся с ним даже в Лондоне, что станет с Мэган? Беззащитная женщина, одна, в чужой стране, без поддержки, без денег...
Стивен с мучительным стыдом вспоминил, как уговаривал Мэган поехать с ним, как уверял, что в Англии им ничего не будет угрожать.
Дьявольщина. Да как он может после этого смотреть ей в глаза?! Но что же делать, к кому обратиться?
Прежде всего Стивен подумал об Энтони Дентоне. Уж кто-кто, а Тони не мог предать друга!
Вскочив в экипаж, Стивен назвал кучеру адрес Дентона – тот жил в фешенебельном районе Лондона, на Пиккадилли-стрит.
Раньше жил. Квартира Тони оказалась пуста.
– А где же Дентон? – спросил Стивен у хозяина дома.
– В деревне, где ж еще! – скривился тот. – Прячется от кредиторов. Сбежал тайком посреди ночи, да еще за полгода задолжал.
Дентон всегда жил на широкую ногу, но Стивену и в голову не приходило, что у приятеля могут быть какие-то финансовые проблемы.
– В деревне, говорите? А где именно – не знаете?
– Слышал, где-то на севере... вроде как пытается окрутить какую-то богатую наследницу. Небось промотает ее состояние так же, как и свое!
Окрутить богатую наследницу?! Боже правый! Только не Рейчел! Сестричка заслуживает гораздо большего, чем может ей дать Дентон! Стивен проклинал себя последними словами за то, что уехал из Уин-гейт-Холла, за то, что отправился в путешествие по континенту... оставив сестру без своей защиты и поддержки. Черт бы побрал его эгоизм и легкомысленность!
Расставшись с хозяином бывшей квартиры Дентона, Стивен в смятении топтался на улице, пытаясь сообразить, к кому же можно еще обратиться. К несчастью, все его приятели в это время года переезжали в загородные поместья.
Да и кому он мог бы довериться без опасения оказаться в ловушке? На ум пришло одно-единственное имя. Герцог Уэстли. Ледяная надменность герцога отвратительна, но его порядочность никто бы под сомнение не поставил. Только вот к самому Стивену герцог испытывал откровенную неприязнь... Попробовать обратиться к Уэстли?
Да герцог просто расхохочется ему в лицо и заявит, что Стивен получил по заслугам. И даже, возможно, будет прав. Он заслужил все эти несчастья. Он! Но не Мэган!
Стивен вскинул было руку, чтобы остановить другой экипаж, но вовремя опомнился. Деньги тают буквально на глазах, а впереди пока только неизвестность, так что нужно бы поберечь то, что осталось.
Насколько же отличается его возвращение на родину от того, что виделось из Америки! Стивен зашагал сквозь сгустившийся над Лондоном туман. Промозглая сырость пробирала до костей. Стивен ежился и. дрожал в своем шерстяном плаще и мечтал о пылающем камине или хотя бы о более теплой одежде. Его вдруг неприятно поразил неприглядный вид города, тех домов, мимо которых он проходил.
В ушах звенело от резких выкриков извозчиков и грохота колес по мостовой. Вонь от лошадиных лепешек, угольной гари и дешевой еды била в нос.
Прежде он не обращал внимания, до чего неприветлива толпа на улицах Лондона. Сейчас же на него постоянно кто-то натыкался, отпихивал или задевал плечом.
Из-за угла показался надменный, шикарно одетый джентльмен и двинулся навстречу Стивену. Толпа мгновенно расступилась, образовав проход для чопорного господина. Только тогда Стивен понял, что не Лондон изменился, а он сам. Его убогая, почти нищенская одежда превратила его в ничто. Он стал частью толпы.
Прежде он редко ходил пешком по лондонским улицам, предпочитая роскошные экипажи, к которым боялись подступиться зеваки и нищие.
И вот Лондон обернулся для него совсем другой стороной. Теперь это была не та яркая, сверкающая столица развлечений и беспечной жизни, что осталась в памяти Стивена, а угрюмый, шумный, зловонный город, где никому ни до кого нет дела. Неудивительно, что у Мэган был такой потрясенный и несчастный вид.
Стивена охватило внезапное желание уехать отсюда, вдохнуть свежесть йоркширских лесов и холмов, увидеть Уингейт-Холл.
И Рейчел.
Узнать, наконец, от сестрички, кто же виновен во всех его несчастьях.
Рейчел расскажет обо всем, что произошло здесь за время его отсутствия. А может, ей даже известно, кто, кроме Норбери, был участником заговора против графа Арлингтона.
От следующей мысли у Стивена кровь застыла в жилах. Рейчел сделала бы все, что угодно, лишь бы остановить злодеев. Она бы никогда не допустила... Боже, неужели Рейчел могла поплатиться жизнью за то, что защищала брата?
В Уингейт-Холл! Нужно попасть в Уингейт-Холл как можно быстрее!
Стивен сам не заметил, как перешел на бег.
Глава 23
Мэг лежала на неудобном, в комках, матрасе и не могла заставить себя открыть глаза. Веки сами собой опускались, отгораживая ее от зрелища убогой комнаты, столь непохожей на ту роскошь, что ей была обещана. К сожалению, она не могла так же легко отгородиться от пронзительных криков и оглушающего шума улицы.
Тоска по Джошу с каждым часом становилась все сильнее, все невыносимее. Не нужно было поддаваться на уговоры Стивена. Мэг чувствовала себя страшно виноватой перед братом – даже несмотря на то, что оставила его у Вильгельма и Герды, которые наверняка позаботятся о Джоше как о своем собственном сыне. И несмотря на то, что Джош не возражал немножко пожить в семье Вильгельма.
Немножко? Но сколько? Мэг проняла дрожь. Боже, неужели она никогда не увидит брата?
Услышав тихий скрип двери, Мэг раскрыла глаза. Стивен переступил через порог, осторожно закрыл за, собой дверь. Надежда, вспыхнувшая было в Мэг, погасла при виде расстроенного, мрачного лица мужа. Даже не зная еще, что случилось, она понимала, что хороших новостей он не принес.
– Узнал что-нибудь?
Не дождавшись ответа, Мэг приподнялась на кровати, с трудом разлепила внезапно пересохшие губы:
– Когда мы отсюда уедем?
– Придется переночевать. А утром, самым ранним дилижансом отправимся на север – в Йоркшир, в Уингейт-Холл.
Мэг недоуменно свела брови:
– Но ты ведь говорил, что еще дней десять мы пробудем в Лондоне.
– Да-да, знаю... Но ситуация, как выяснилось, гораздо сложнее, чем я думал. Не так-то просто, оказывается, вернуть себе имя и состояние.
У Мэг все перевернулось внутри. Не просто страх – смертельный ужас сжал сердце. Стивен заверял ее, что достаточно только шагнуть на английскую землю – и ему обеспечены безопасность, положение в обществе, состояние!
И еще он обещал тут же послать за Джошем. Но до сих пор она не заметила даже намека на то богатство, о котором он беспрестанно говорил в Америке. Дом, куда ее сегодня привез Стивен, выглядел роскошно... но чей это дом?!
– Что сказал поверенный? – выдавила она из себя.
Поверенный! Да есть ли у него вообще поверенный! И без того хрупкая, ее вера в Стивена ускользала, точно песок сквозь пальцы.
– Норбери нет в Лондоне. Но судя по всему, он тоже может быть причастен к моему похищению. Теперь я могу довериться только Рейчел. Поэтому мы завтра же уезжаем в Йоркшир. Нужно встретиться с Рейчел.
Губы у него побелели, сжались, превратившись в напряженную узкую линию.
– Прошу тебя, Мэган... Не смотри на меня так...
– Я не виновата... Ничего не могу поделать. – Мысли Мэг в который раз вернулись к Джошу. – Ты обещал послать за моим братом, как только мы окажемся в Англии.
– И я это сделаю, Мэган, обещаю. По щеке ее покатилась слезинка:
– Я его когда-нибудь увижу?
– Ну, конечно, любовь моя...
Он протянул к ней руки, но Мэг в страхе отпрянула. Господи, кому же теперь верить, на что надеяться? Стивен уговорил ее пересечь Атлантику, и она согласилась – вопреки здравому смыслу, вопреки доводам рассудка! И что из этого вышло? Даже ее мать не совершила столько глупостей, сколько сама Мэг... влюбившись в Стивена Уингейта.
Слава богу, думала Мэг, глядя в окошко дилижанса, подпрыгивающего на булыжниках Большой Северной дороги, что вела через зеленые пологие холмы в сторону Йоркшира. Слава богу... смрад и грохот Лондона остались позади...
Жаль, нельзя было оставить там же и назойливую болтовню соседки по дилижансу, неимоверной толщины дамы, не умолкавшей ни на минуту.
Несмотря на все свои сомнения, Мэг отчаянно не хватало мужа. Узнав, что есть места дешевле, Стивен решил ехать снаружи. День выдался пасмурный, холодный, и Мэг очень переживала, что Стивен промерзнет на ледяном ветру.
Сделав над собой усилие, она прислушалась к болтовне сидевшей напротив дамы. В начале пути та представилась как миссис Хокли.
Похоже, все интересы миссис Хокли сосредоточились на сплетнях о «знати», как она называла любых представителей британской аристократии. Неизвестно, почему дородная дама решила, что и ее вынужденная слушательница питает столь же глубокий интерес к личной жизни вельмож, к скандалам, связанным с ними, и к их любовным похождениям.
Мэг уловила, что все пикантные подробности исходили в основном от родной сестры миссис Хокли, служившей белошвейкой у французской модистки мадам д'Артеми. Мадам, судя по всему, была весьма популярна среди лондонских леди, чем и пользовалась белошвейка – несомненно, такая же любительница сплетен, как и ее сестра.
Нескончаемый поток историй об экстравагантных излишествах, изменах и неприличных интрижках английских вельмож шокировал Мэг до омерзения. Что за люди! Никакими титулами невозможно прикрыть полное отсутствие нравственных принципов.
– Что же, в высшем свете вообще не признают любви и верности в браке? – не удержалась она от язвительного вопроса.
Не заметив сарказма, миссис Хокли пожала пышными плечами:
– Так уж, знаете, у знати принято, милочка. Своим собственным супругам там предпочитают чужих – и никто не удивляется. Они изменяют друг другу, и все с этим мирятся. Если, конечно, все шито-крыто. Им, знаете ли, все равно.
Ну, а Мэг – нет! В жизни бы не не хотела иметь дела с такими людьми. Слава богу, что Стивен не из этого так называемого «высшего общества». Хотя теперь по крайней мере ей стали понятны высказывания мужа насчет измен в браке. Он говорил, что любовница у женатого человека – это не исключение, а правило. Похоже, так оно и есть... Но для самой Мэг это правило как было, так навсегда и останется гадким и безнравственным!
Пропустив очередную историю миссис Хокли мимо ушей, Мэг вдруг вспомнила о Кейт – жене Гирама Флинта.
– А о лорде Данбаре вам ничего не известно?
– Какой такой лорд Данбар? Никогда о таком не слыхала. Откуда ж он, милочка?
– Его поместье называется Королевские Вязы.
– Не-ет, милочка, вы ошиблись! Королевские Вязы принадлежат герцогу Уэстли!
Значит, Стивен была прав...
– Говорят, герцогиня Уэстли – красавица, каких больше нет? Преувеличивают, конечно! Сестра говорит, что в целом свете не сыскать женщины краше леди Каролины Тэбер – ну, вы знаете, это супруга сэра Джона Тэбера, любовница покойного лорда Арлингтона. О-ох! Его светлость был таким замечательным человеком – красивым, обаятельным. Сестра говорит, женщины в нем просто души не чаяли, но он, конечно, выбирал самых что ни на есть красавиц. И всех своих любовниц наряжал только у мадам!
– Всех любовниц! – в ужасе воскликнула Мэг. Так, значит, их у него было несколько! Ее затрясло от возмущения.
– Сестра говорит, у него был отменный вкус.
Никто лучше его не знал, что пойдет даме, а что нет. И в нарядах, и в драгоценностях знал толк! Уж сколько женщин по нему глаза выплакали, когда он умер... Невеста его, Фанни Стодарт, само собой... но и другие тоже! А уж леди Каролина-то как убивалась!
У него, оказывается, еще и невеста была. Мэг презрительно скривила губы. Стоило слезы лить по человеку, который обручается с одной, имея связь еще с массой женщин!
– Этот ваш покойный лорд был весьма популярен у дам, как я погляжу, – едко заметила она. – И хватало же на всех!
Стивен попросил остановить дилижанс на перекрестке, у таверны – излюбленного питейного заведения жителей Уингейт-Холла, решив, что сначала неплохо было бы разузнать, какие сюрпризы уготованы ему в поместье.
Помогая Мэган выйти из экипажа, он с трудом подавил вздох. Господи, что за несправедливость! Привезти жену в Уингейт-Холл в наемном дилижансе! Но у него и на дилижанс едва-едва хватило денег, а теперь не осталось даже на скромный ужин в таверне... О том, чтобы нанять лошадей до особняка, и речи быть не может. Придется идти пешком, а это путь неблизкий.
Ни разу в жизни Стивену не доводилось пользоваться общественным транспортом, как не доводилось ужинать и ночевать в дешевых гостиницах. Он очень надеялся, что такое произошло с ним в первый и последний раз. Прежде он всегда путешествовал в своих элегантных экипажах, в крайнем случае – в наемных, и останавливался в роскошных загородных особняках знакомых и приятелей. Еще одно преимущество, которого не ценил до тех пор, пока не потерял.
Мэган обвела взглядом долину с разбросанными кое-где каменными деревенскими домиками.
– Как красиво! А до твоей фермы далеко?
– Мы уже дома. Все это владения Уингейтов. Уингейт-Холл.
Мэг только скептически приподняла брови. Дилижанс тем временем с грохотом двинулся дальше, а они остались стоять на краю дороги перед таверной.
– Давай ненадолго разделимся, – предложил Стивен. – Ты пройдись тут, осмотри окрестности – теперь ведь это все твое! – а я загляну в таверну, разузнаю кое-что, ладно?
Мэг пожала плечами:
– С удовольствием разомну ноги. Только ты недолго.
– Нет-нет, – заверил он ее.
Мэган развернулась и двинулась по тропинке к одному из симпатичных деревенских домиков. Всю дорогу в Йоркшир Стивен страдал, чувствуя, как тает ее вера в него.
Он не винил Мэган, о, нет! Да и как можно было ее винить, если он не сдержал ни одного из своих обещаний. Разве такую он обещал Мэган встречу в Англии? И что вышло? Нужно отдать Мэган должное – она ни разу не попрекнула его на словах...
Но горький укор в ее глазах был хуже всяких слов.
Несколько секунд Стивен смотрел вслед жене, а потом вошел в таверну. В тесном, плохо освещенном помещении с двумя узкими окнами было душно от пылающего в камине огня и витал сизый дым от трубок.
За одним из грубо сколоченных столов собралась веселая компания. Четверо мужчин, каждый с кружкой пива в руке и трубкой в зубах, перебрасывались шутками и хохотали, хлопая друг друга по плечам. Стивен приблизился, опустив голову, затем повернулся спиной к камину – так, чтобы его лицо все время оставалось в тени. Лишней монеты на пиво у него не было, но разгоряченные беседой и уже выпитым пивом крестьяне не обратили внимания, что гость присоединился к ним с пустыми руками.
Ни один из четверых посетителей таверны не был Стивену знаком – о том, что это крестьяне, он догадался по их обветренным лицам и простой домотканой одежде.
А ведь это наверняка местные жители... Стивен с горечью осознал, что он совсем не знает своих крестьян. Вот отец – тот наверняка смог бы обратиться к каждому по имени. Да и проблемы каждой из крестьянских семей отца волновали так же, как свои собственные.
Двоим из компании было, пожалуй, лет ро тридцать, Оба крупные, сероглазые, с суровыми, точно вырубленными из камня лицами. Несомненно, братья, решил Стивен. Двое других были заметно ниже ростом и постарше.
– Вы живете в Уингейт-Холле? – поинтересовался он, уловив паузу в разговоре четверки.
– Ага, – отозвался один из братьев.
– Ну, и как здесь живется?
– А чего ж! Теперь-то, когда хозяином стал герцог Уэстли, здорово! – ответил второй брат.
Стивен решил, что слух его подвел. Должно быть, треск поленьев виноват...
– Это точно, – снова кивнул первый. – Сэм прав. Нам чертовски повезло с герцогом.
Какого черта! Стивен был совершенно ошарашен. Каким образом Уэстли мог купить Уингейт-Холл?!
Да очень просто! Если старшего сына объявили умершим, а Джордж вступил в наследство и титулом, и поместьем – кто мог запретить новому хозяину продать Уингейт-Холл? Наверняка это сделал Джордж! Рейчел скорее умерла бы, чем продала хоть акр земли, принадлежащей Уингейт-Холлу. Но в таком случае где Рейчел? Что с ней?
– Раньше-то поместье вроде принадлежало графу Арлингтону? – старательно копируя крестьянский выговор, спросил он.
Сэм презрительно фыркнул:
– Дак что тот граф! Смылся на континент и утоп, а поместье оставил этой стерве уингейтской с загребущими руками!
Стивен дар речи потерял. Его сестричка! Рейчел же все любили! Так что же могло с ней случиться, если даже крестьяне называют ее стервой!
– Ага, – подтвердил брат Сэма. – Во баба! Чуть нас всех не угробила. Да и Уингейт-Холл, коли на то пошло. Все соки выжимала. Ох, и работенки же теперь у герцога с герцогиней! Им, бедным, еще работать и работать, чтоб поправить, чего эта стерва натворила.
Еще один сюрприз. Значит, Уэстли женился! Стивен всегда считал, что надменный герцог ни одну женщину не сочтет достойной своей безупречной особы. Но что было еще более удивительным – так это искренняя симпатия, с которой крестьяне отзывались о герцоге.
– А чего нам этот Арлингтон? – продолжал Сэм. – Ну, утоп, и бог с ним. На поместье-то ему было наплевать, даже появляться здесь брезговал. Все по лондонским балам разъезжал. Вот что я вам скажу... – торжественно провозгласил он. – Герцог в наших краях – первый человек! Ну, после Благородного Джека, само собой.
– Благородного Джека? – переспросил Стивен. Брат Сэма отхлебнул пива из кружки.
– Не слыхали? Дак это ж наш разбойник. Без него б мы как пить дать с голоду померли. Стерва-то эта из нас последние жилы вытягивала. Ну, все отбирала подчистую!
Оч-чень интересно. Стивен с удовольствием посмотрел бы на реакцию высокомерного герцога Уэстли, если б тот узнал, что крестьяне ценят его почти наравне с разбойником с большой дороги.
– А как же герцог стал хозяином Уингейт-Холла?
– Дак младший брат Арлингтона ему передал. Капитан-то – человек военный. Ему, слава господу, поместье ни к чему.
Как мог допустить все это поверенный Уингейтов?
Уж он-то знал о соглашении между отцом и Джорджем – если младший сын не захочет взять на себя управление поместьем, то Уингейт-Холл переходит к Рейчел. И что произошло с Рейчел? Характеристика обоих братьев ну никак не подходила его нежной, заботливой сестричке.
– А что стало с этой... дамой из Уингейта? – У него дрогнул голос. – Где она?
– В аду, где ей самое место! – прорычал Сэм.
– Вы шутите! – вскинулся Стивен.
– Очень нужно. Где еще и быть стерве, которая на себя руки наложила, а? В целом свете по ней небось никто и слезинки не пролил.
Стивен был потрясен, шокирован, уничтожен – и физически, и морально.
Уингейт-Холл – в руках давнишнего недруга Стивена, герцога Уэстли.
Рейчел мертва. И никому нет дела до ее самоубийства.
Может, Джорджу как-то удалось восстановить крестьян против Рейчел и довести ее до такого отчаяния, что она предпочла умереть?
Если Стивена официально объявили умершим и Джордж продал Уингейт-Холл герцогу Уэстли на законных основаниях, то вернуть поместье вряд ли удастся. И винить некого, кроме самого себя. Он по собственной беспечности потерял поместье, которое было родным домом для многих поколений Уингейтов. Чертов безответственный идиот. Вместо того чтобы развлекаться в Лондоне, лучше бы приехал и взял на себя управление Уингейт-Холлом!
– Ты как, приятель? – прорвался сквозь сумбур его мыслей голос Сэма. – В порядке?
Черта с два он в порядке. И уже, похоже, никогда не будет.
Шатаясь, он почти вывалился из таверны, не разбирая дороги кинулся вверх по холму и бежал до тех пор, пока не рухнул, задыхаясь, под рябиной, что одиноко стояла на плоской вершине холма.
Все. Надежды разбиты. Жизнь кончена. Нет ни Рейчел, ни дома, ни состояния. Ничего! А денег едва хватит на корку хлеба для жены.
О-о, Мэган...
Он заставил ее пересечь Атлантику, привез сначала в Лондон, потом в Йоркшир. Несмотря на все ее сомнения, убедил-таки рискнуть, пообещав золотые горы для нее и Джоша. Он обещал ей роскошную жизнь, какая и не снилась в Америке.