Райан. Гром среди ясного неба

© Камеллия Т. Джонсон, текст, 2023

© ООО «РОСМЭН», 2023

Пролог

– Ты правда наивно полагала, что провела меня, Сладкий? – Алые губы парня растянулись в ухмылке.

Пугающе вкрадчивый низкий голос, загнавший меня в эту чертову ловушку, довел до мурашек. Я попалась, несмотря на предчувствие беды. Некуда деваться от синеглазого дьявола. Мы оба прекрасно понимаем это.

Когда дело касается Слейтера – я глупею. Не осознаю того, что творю или говорю, пока не станет слишком поздно.

Сильные мужские руки беззастенчиво обвились вокруг моей талии, провели по телу. Райан трогал, но не лапал. Лишь намекал на то, чем могло обернуться мое упорство – играть с ним не в игры, а в жизнь. Ловя урывками воздух, опустила лицо, постаралась выдохнуть то напряжение, в которое, по сути, загнала сама себя.

Меня стало поташнивать от дикого волнения, в которое я окунаюсь, только находясь рядом с Райаном, и это ощущение схоже с американскими горками: моментами накрывает эйфория, в крови подскакивает адреналин, моментами становится невообразимо страшно…

Сегодня явно не мой день. Этот вечер я не забуду никогда.

Он унизил меня. Снова.

До чего же я ненавижу его!

В мыслях лишь план, как нанести ответный удар этому сладко-горькому мальчишке, который привык играть не только со мной. Райан всю жизнь любил доводить людей. Я стала той, кто продолжает держать его в тонусе по сей день. Ну и что, что он старше меня на три года, и у него четверо друзей, и все они для меня враги? Не важно. Я все равно отвечу ему. Отплачу той же монетой.

Берегись, Райан Слейтер! И будь ты проклят!

Глава 1

Я с нетерпением поглядывала на настенные часы. Кажется, минутная стрелка совсем не двигалась, время тянулось со скоростью улитки. Нетерпеливо поерзала на стуле за рабочим столом, поправляя на себе юбку, затем взглянула на Лили Стаффорд. Она тоже ждала, ведь его величество собственной персоной приказал нам быть на рабочем месте в чертов выходной день. Невольно я стала вспоминать, почему ненавидела этого парня. И как по глупости когда-то влюбилась в него.

Сама того не желая, мысленно возвратилась в ушедшие годы. Я вспомнила свою первую детскую боль неразделенной любви. Он никогда не испытывал ко мне и капли сострадания. Все время играл, врал, заманивал в свои безжалостные сети и никогда не давал мне передышки.

Как я заметила его впервые? Да все просто. Однажды ранним утром родителям пришло известие о страшной аварии на Золотом мосту, унесшей жизни двух пожилых людей. Тогда я узнала, что мой сосед по имени Райан Слейтер находится в реанимации, а за его жизнь борется весь медперсонал.

Стояло воскресное утро, бабушка Энни Майлс, которую я тогда считала своей родней, пришла к родителям в слезах. А мама увела ее на кухню.

– Что произошло? Почему бабушка плачет?

Родители поощряли меня, когда я называла Энни своей бабушкой, и никогда не разубеждали. Так у меня сложилось ложное мнение, что мы родственники.

– Нана очень расстроилась, детка, потому что недавно двое ее друзей ушли на небеса. А их внук, мальчик по имени Райан, сейчас находится в больнице. И очень возможно, что он присоединится к старшим родственникам.

Я знала, кто такие Слейтеры. Видела их частенько, когда те выезжали на прогулки, а мальчика старше себя запомнила из-за его симпатичной внешности. Он был на три года старше меня и довольно часто играл на придомовой территории. А иногда даже озорничал.

Мне он не нравился. Просто потому, что казался опасным и хулиганистым.

Я решила подслушать разговор матери и бабушки. Лучше бы я этого не делала. Возможно, именно тот первый шаг проложил мальчику путь в мое сердце. Тихонько пробравшись в кухню, где Энни и мама сидели очень грустные, склонившись друг к другу, стала слушать рассказ бабули.

– Они возвращались из отпуска на небольшом внедорожнике, когда навстречу им выехал огромный грузовик…

Так я уяснила для себя, что жизнь – хрупкая штука и надо обращаться с ней предельно осторожно. Не стоит пренебрегать даже малейшими правилами. Старшие Слейтеры скончались из-за неосторожности другого водителя. А их внук угодил в больницу. И их не вернуть. Как не вернуть здоровье мальчику.

Позже из слов отца я поняла, что Райан не был пристегнут и именно это спасло ему жизнь. При столкновении мальчика выкинуло из автомобиля. Он чудом остался жив, хоть и получил множество повреждений. Впрочем, делать какие-то прогнозы было рано. Райан мог никогда не очнуться.

То воскресное утро перевернуло не только жизнь этого мальчика, но и мою тоже. Я стала интересоваться новостями про моего соседа, а потом… непосредственно им самим. Больше месяца все мы следили за развитием событий, и, когда Райан пришел в себя, весь наш район стоял на ушах. Устраивали праздники. Выносили угощения. Райана вскоре выписали, и почти год ушел на полную его реабилитацию.

Райан пропустил тот год в школе. Пока остальные ребята ходили на занятия или играли в футбол, влюблялись или разбивали сердца, Райану меняли врачей. Родители часто возили его в разные клиники, показывали многим специалистам, им не верилось, что однажды сын снова окрепнет. Но это произошло. Именно тогда я научилась молиться, хотя не особо верила в Бога. Может быть, кому-то это покажется самонадеянным, но, кажется, это возымело эффект. Внутри себя я переживала маленькую смерть, следила за Райаном, присматривалась к нему и анализировала любые изменения. Боялась больше никогда не увидеть его прежним, полным сил и озорства хулиганом. Мне было важно знать, что с ним все в порядке, что он продолжает жить прежней беззаботной жизнью. Хотелось верить, что то ДТП не унесло с собой чистоту его детства.

Я не желала Райану зла и очень надеялась, что он не замкнется в себе. Но, к сожалению, мы не властны над нашими судьбами. Мои надежды не оправдались. Райан Слейтер оказался не тем, за кого я принимала его. После того случая Райан стал сущим дьяволом, демоном во плоти. Мальчишка-сорванец стал любителем устраивать пакости.

И главной его жертвой оказалась именно я.

В этот знаменательный солнечный день мы с подругой, как обычно, покидали здание школы «Аламида Хай». Уроки кончились совсем недавно. И вся толпа, удерживаемая объятиями стен, высыпала наружу.

Мы с Ли́ссой не спешили. Лучше идти медленно, но верно, чем нестись как угорелые. Конечно, у нас с ней были интересные планы на вечер. А днем обе собирались заняться домашними делами и только затем воссоединиться.

Мелисса и я ни дня не проводили врозь с тех пор, как мне исполнилось шестнадцать, а ей – семнадцать. Все старались делать вместе: учились, осваивали кулинарные книжки наших мам, гуляли во дворе, а иногда и в кафе ходили, когда родители позволяли нам повеселиться и подвозили на машине. Чаще всего с нами оставалась мать Лиссы – Кларисса Моргенштерн, утонченная артистичная леди с такими же светлыми волосами, как у дочери, и небесно-голубыми глазами. Мать и дочь были очень похожи. С той лишь разницей, что Лисса только познавала мир, а матери давно перевалило за четвертый десяток.

Изредка Лисса уезжала с матерью и отцом по важным делам. Ее папа, помимо ведения бизнеса, еще и благотворительностью занимался. Мать тоже. Они воспитывали в Мелиссе доброту к нуждающимся, потребность заботиться о них. По крайней мере, Лисса отзывалась о родителях именно так.

Мне было тяжело без нее, зато при встрече нам обеим всегда было о чем рассказать. Недавно Лисса ездила на очередную благотворительную встречу. И мы с ней толком не успели обсудить, чем она там занималась и каких людей повстречала. Кстати, у меня тоже были кое-какие новости. Но это потом, вечером.

Покидая давно знакомые стены, я молилась, чтобы днем Райан вышел заниматься во двор или поднялся в мансарду – так наблюдать за ним было легче всего. Он мне нравился, но я и виду не подавала, что хоть как-то заинтересована в нем. Мне было стыдно признаться.

Помимо наблюдения за соседом из окна моей спальни, иногда я уходила в чтение любимых книг или слушала любимую музыку. Вкус к музыке я унаследовала от отца. Он у меня тот еще меломан. А склонность к чтению, наверное, от матери.

Я старалась жить интересной жизнью, дабы избегать даже намека, что до сих пор мне есть дело до соседского парня. Неважно, что когда-то он встряхнул мой мирок. Неважно, что заставил усомниться в собственной значимости. Из-за него я стала считать себя недостаточно хорошей или недостаточно красивой и умной, способной понравиться другим парням. Райан пошатнул не только мой мир, но и всю вселенную.

– Встретимся вечером, как обычно?

Мелисса Моргенштерн – потомок богатых эмигрантов из Германии – смотрела на меня голубыми глазами, когда я повернулась на звук ее голоса. Девушка унаследовала эту фамилию от своего дедушки-еврея и гордилась тем, как редка она в Штатах.

Словно прочитав мысли подруги, я улыбнулась, представляя наш сегодняшний выход.

– Конечно! Жду не дождусь.

Покинув здание, мы сперва пересекли двор, затем свернули на парковку. Другого пути со школьной территории не было. Разве что идти окольными путями через поле, но тогда нам пришлось бы вымазать белые подошвы обуви в зеленой траве. Нет уж, увольте!

– Райан, идем! – прорычал Кайлеб Суон.

Мы с Лиссой замерли. Хорошо, что нас скрывала живая изгородь из подстриженных кустов. Можно подслушивать незаметно. С нашей обзорной точки была видна вся правая часть парковки перед зданием школы.

Взглянув на Суона сквозь просветы в листьях и ветвях, я в который раз оценила его внешние данные. Кайлеб был достаточно высоким и мускулистым парнем и отлично играл в футбол. С поджарым, как у атлета, телом в свои восемнадцать он выглядел немного старше. Волосы цвета меда в сочетании со светлой кожей и зелено-голубыми, словно аквамарин, глазами делали Суона похожим на викинга. Стрижка гранж выгодно подчеркивала черты его лица. Я бы сказала, конечно, что челюсть у него квадратная, но она вовсе не портила мужественную красоту Суона. Кожа его была чистой, без каких-либо подростковых изъянов.

Кайлеб – футболист, по совместительству сердцеед. И мой враг номер два. Если, конечно, он воспринимал бы меня всерьез.

Взяв на заметку, где находится сейчас Суон, я перевела взгляд на толпящихся ближе к нам девчонок. Среди них я и заметила Райана. Он задержался из-за Доусон, а Суон злился.

В груди неприятно кольнуло, но через мгновение я взяла себя в руки и продолжила подглядывать, пока никто из них не догадался о двух сталкерах. Группа из десятка школьниц окружила Райана, преграждая ему путь к автомобилю, до которого оставалось всего несколько метров. Они обступили его плотным кольцом, даже яблоку негде упасть. Нельзя было и шагу сделать. Если бы это произошло полгода назад или раньше, девицы огребли бы от синеглазого дьявола по полной. Но с недавних пор Райан изменился. Может, повзрослел или взял себя в руки и обуздал свой дикий характер. Он больше не дерется. Не замечала даже, чтобы задирал ребят или колотил кого-то в ответ. Наверное, решил, что с него хватит. Теперь Райан хочет казаться милым и безопасным.

Девицы, игнорируя окрики Суона, мило щебетали вокруг Слейтера. Одна из них точно привлекла его внимание и не хотела упустить.

– Сегодня после игры встретимся у меня? Мы устраиваем вечеринку, – расслышала я голос Доусон, главной чирлидерши. – Может, заглянешь со своими ребятами отметить победу?

Мое воображение сразу же нарисовало унылую гостиную Доусон и как остальные девицы сидят каждая в своему углу в ожидании футболистов, умирая от скуки. То еще зрелище.

Лучше бы я не слышала ее приглашения. Вон сколько парней учится в этой школе. Да и в футбольной команде их предостаточно. И даже идут мимо прямо сейчас. Почему бы их не позвать? А ей понадобился именно Райан. Не переходит ли эта девица все границы? Ревность приподняла уродливую голову, готовая обрести силы. Но я быстро справилась с эмоциями.

– А может, лучше ты… – Райан прищурил синие глаза, склонился к Доусон и, улыбнувшись, прошептал ей на ушко продолжение фразы. Та даже ротик открыла в удивлении. Меня же слишком близкое расстояние между ними просто возмутило.

Заинтересовать синеглазого, как бы я ни боялась этого, у Доусон получилось. Она много раз пыталась. И каждый раз терпела неудачу. Так что же изменилось сегодня? Что сегодня за день такой?

Положив руку на грудь синеглазого, Доусон посмотрела вверх, принимая сексуальную позу. Она что-то проговорила, поправляя темную рубашку парня, и все время ослепительно улыбалась, демонстрируя белоснежные зубы. И меня это нервировало и злило одновременно. Слейтер что-то пробормотал в ответ, тоже улыбаясь. Затем, достав телефон из кармана, быстренько записал… номер Доусон? Не ожидала, что вежливость обернется моим провалом. Он клюнул на ее уловку, Боже!

Продолжая наблюдать за этой картиной, я решила, что пойду туда, куда бы он ни отправился. Не знаю зачем. Не знаю, как это будет выглядеть со стороны. Но я пойду на эту вечеринку.

Заждавшиеся друзья Слейтера нетерпеливо просигналили, подгоняя его. В машине находились еще трое. Мне не надо было их видеть, я и без того всех знала. Райан не спешил отделаться от своих фанаток, и из водительского окна показалась светловолосая голова: Суон уже успел сесть за руль.

– Шлюшки, а ну, брысь врассыпную! Из-за вас мы опаздываем.

Возможно, в другой вселенной или в другой жизни я бы расцеловала Суона, ведь он только что разогнал моих соперниц. Но в этой реальности я отношусь к нему даже с большей опаской, чем к Райану. Суон хулиганистый и непредсказуемый, а еще он слишком грубый. И шутки у него небезобидные.

Доусон оглянулась. Затем, снова повернувшись к Слейтеру уже без тени улыбки, разрешила своей свите расступиться. Среди группы чирлидеров я заметила много знакомых лиц. Мы не общались, но неплохо знали друг друга.

Сдерживая победную ухмылку, я наблюдала за тем, как Райан покидает общество Доусон. Мое сердце радовалось тому, что он не потратил на нее ни секунды больше. Но я терзалась сомнениями из-за предстоящей встречи. Неужели Гром согласился? Если это так, то я обязана испортить им все веселье.

Райан сел в машину. Девицы остались на парковке. Возможно, Доусон надеялась получить номер его телефона или приглашение на свидание, но все знают: синеглазый дьявол никому не дает его. И на свидание он не приглашает. К тому же я бы заметила, прояви он к ней хоть мало-мальский интерес. Да, Райан взял ее номер, но это не значит, что он позвонит. Возможно, он даже не записал его, а сделал вид, успокаивала я себя. Да и вряд ли их встреча будет иметь продолжение. Все, что произойдет в ту ночь, в той ночи и останется. Надеюсь.

Темная тюнингованная BMW X6, нереально крутая для обычного американского школьника, с легким свистом унеслась с парковки. Каждый из этих ребят мог позволить себе не одну такую машину, а десятки. У каждого имелся внушительный трастовый фонд, и расплачивались они исключительно платиновыми картами. Пятерка принадлежала к элите, я бы сказала.

В прошлый раз в аналогичной ситуации Кайлеб не выдержал и сам подошел к этим девчонкам. Тогда он не выглядел раздраженным и брови не хмурил. Суон улыбался. Сладкой, обманчивой улыбочкой. И что-то прошептал им. Видимая вежливость спа́ла: девочки ахнули, но промолчали.

Конечно, не исключено, что с первого взгляда можно обмануться его внешностью. Но он никакой не душка. С ним не стоит пытаться подружиться. И уж тем более что-то рассказывать о себе. Иначе эти сведения Суон использует против тебя. Он умело пускает пыль в глаза, а потом бьет жестоко и беспощадно.

Думая о разнице между Райаном и Кайлебом, я вышла из-за живой изгороди. Девицы не замечали нас и продолжали о чем-то говорить. Изредка слышались смешки.

– Он придет, вот увидишь, – самодовольно говорила Доусон. – И сегодня я его завоюю.

Ее собеседница, сомневаясь, покачала головой. При этом улыбка казалась фальшивой.

– Если придет, я буду должна, Доусон.

– Круто он их, а?

Только услышав голосок Лиссы, я вспомнила, что на парковке нахожусь не одна. Все это время подруга молчала. Впрочем, я тоже. Мы обе быстренько прошли до конца здания и свернули на другую улицу, ведущую к основной, где мы могли сесть в автобус или поймать такси.

Отчасти соглашаясь с подругой, я улыбнулась. Возможно, эти девчонки действительно ведут аморальный образ жизни. И, может быть, даже потеряли невинность в десятом классе, как о них говорят. Но я не могла их осуждать. Или могла?

Многие скажут, что не стоит мириться с унижением девушек за образ их мыслей или за свободолюбие. Только я ненавижу всех, кто оказывается в радиусе мили от Райана. Я сама готова обозвать их или осмеять. Что не делает меня хорошим человеком. Признаю это. Только как бы я ни старалась игнорировать присутствие фанаток, не могу справиться с собой. Как-то я уже сцепилась с одной девчонкой. Больше такого не должно повториться.

Конечно, у всего есть предел. И нужно думать головой, прежде чем что-то делать или говорить. Но порой меня словно накрывает пелена злости. При этом я четко понимаю, что не всегда вина лежит на девицах. Райан тоже виноват.

– Мы ведь точно пойдем на игру?

Все еще сомневаясь, я кивнула. Не могла решиться сказать ей, как боюсь этого. Но отказываться было поздно: Мелисса уже договорилась с приятелем, что он нас подвезет.

Дома я снова возвратилась мыслями к соседскому парню, которому девятнадцать лет. И он старше меня на три года. Я вновь прокручивала в голове давно минувшие события. В сотый раз вспоминала наш последний разговор, который почти стерся из памяти и стал мутным.

Что при знакомстве следует знать о моем соседе?

Райан – гроза нашей школы «Аламида Хай». Он хулиган, зачинщик драк и потасовок, любитель устраивать шумные вечеринки и попойки. Его опасаются ребята, а преподаватели разводят руками. Вернее, он был таким. Сейчас он больше сосредоточен на футболе.

Райан стал местным задирой не просто так, и он не боялся последствий за все деяния. И за период, когда его нрав отличался редкостным буйством, от младшего Слейтера натерпелись многие. Особенно я.

Лишь со временем волна этой необъяснимой ярости утихла. Райана зачислили в местную футбольную команду, где впоследствии он стал капитаном. Ну а до этого парень успел попить у всех крови.

Райан вырос красивым, с яркой модельной внешностью, но все еще тяжелым характером. От прошлых травм нелегко избавиться, даже если ты поумнел. А он старался. Я видела это. И футбол был для него единственной отдушиной. Или в это наивно верила лишь я одна, а остальные знали правду. Спорт стал его хобби, способом держать себя в форме, и, конечно же, этим он убивал время. Райану всегда было скучно. И он искал новые способы развлечений. Лишь позже я узнаю, какой вид «спорта» на самом деле предпочитает этот несносный парень.

Райан Слейтер стал моей болезнью давно, еще когда я взглянула на него в первый раз. С тех пор как я стала следить за его жизнью, меня можно назвать зависимой. Он тот парень, которым интересуются многие, и дело тут вовсе не в его популярности. Райана любят не потому, что он капитан футбольной команды, не потому, что он самый красивый, – уверена, найдется много девчонок, кто предпочтет Райану кого-то из его друзей, того же Кайлеба Суона… Райан умел покорять. Просто заговорив с человеком, он подчинял себе его волю. Уж не знаю, как он мог воздействовать на людей от ма́ла до вели́ка, но он умел создавать о себе впечатление. И кто бы подумал, что именно я стану той, кого он заметит, да еще и ответит на мои проделки.

Признаться честно, я таяла лишь от одного его взгляда. Это была моя вселенская проблема, от которой стоило бы вылечиться, как от болезни. Ведь получается, мы с ним враги, которые будут пакостить друг другу, пока кто-то из нас не решит остановиться.

Заведя таймер, я быстренько перекусила, приняла освежающий душ и занялась подготовкой к выходу. Я справилась с задачей довольно быстро. А когда привела себя в порядок, услышала, как на улице сигналит Саймон.

Мелисса, моя верная подруга, уже ждала меня в машине. Она самый близкий для меня человек и всегда поддержит любую идею, какой бы безрассудной и опасной та ни оказалась. Я просто уверена, Лисса пойдет со мной куда угодно. Яркость Мелиссы порой затмевала мою. Она всегда привлекала внимание противоположного пола, а меня игнорировали. Только это не задевало. И я не ревновала и не завидовала ей. Если мальчики хотели поиграть с ней в мяч или еще какие-нибудь игры, они всегда звали только Лиссу и никогда – меня. Я часто смотрела на это со стороны. Сейчас, когда Мелиссе уже семнадцать лет, список ее поклонников пополняется: Макс с острова на Гавайях, Брэд из Нью-Йорка… Саймон тоже на что-то надеется, просто уверена в этом. Все мальчишки в возрасте от пятнадцати до восемнадцати увлекаются ею. Если на улице кто-то подходил знакомиться, то в первую очередь парни смотрели на нее и лишь затем – на меня. Полагаю, дело в цвете волос и глаз.

Мелисса была веселой и смелой. Могла быть задиристой и упрямой. Если дело не касается Суона, эта девочка поддержит меня во всем. И я благодарна судьбе, что она послала мне такую подругу.

После недолгих приветствий Лисса и я в компании Саймона отправились на школьную игру. На трибунах выбрали места посередине, благо нам повезло – большинство девчонок желали сесть поближе к полю. Саймон быстро нашел своих приятелей и оставил нас с Лиссой вдвоем. На мне были джинсы и длинный топ, закрывающий ягодицы, а сверху джинсовая куртка – достаточно нормальный вид. Но, завидев местных красоток, одетых куда сексуальнее, поняла, что мой стиль никуда не годится. Я больше походила на пацанку, чем на шестнадцатилетнюю девушку.

– Смотри, смотри.

Не успели мы сесть, как на поле высыпали парни из футбольной команды. Лисса быстро утянула меня вниз за руку. Среди футболистов находился и Суон. Некоторых парней я знала по прошлым историям с Райаном. Остальные присоединились позже, но их имена и адреса не знал лишь самый ленивый. Мне нравился футбол, я иногда смотрела чемпионат мира по телевизору, хотя не особо разбиралась в правилах ни американского, ни европейского. Правила часто мне объясняли фанаты. Такие, как мой отец. Но я быстро забывала обо всем.

Последний тачдаун перед сигналом заработал Райан.

Все вокруг меня вскочили на ноги, и я присоединилась к ним. Зрители поздравляли Райана и его товарищей по команде, пока они пробегали по полю, празднуя победу.

Я с грустью смотрела им вслед. Чирлидеры все еще находились у края поля. Доусон стояла там по центру, дожидаясь капитана. Сердце стучало очень громко. Райан бежал к трибунам. Неужели он подойдет к ней?

Да, он это сделал. Доусон повисла на нем, стоило ему приблизиться.

Неужели я все неправильно поняла на парковке? Кажется, они более близки, чем мне показалось.

После игры Саймон подбросил меня и Лиссу до дома, и почти сразу мы обе отправились готовиться к вечеринке. Я закончила со сборами очень быстро, но не могла отойти от зеркала. Меня преследовало чувство, будто произойдет что-то страшное.

Когда сумерки опустились за землю, а наша улица осветилась фонарями, Лисса пришла ко мне домой. Ранее она сообщила мне по телефону, что празднование победы пройдет в доме Слейтера. К тому же вчера – второго октября – у него был день рождения, который никто из друзей еще не отмечал. Из-за школы, занятий, тренировок и игры ребята решили перенести это празднование на вечер пятницы. То есть на сегодня. И я волновалась очень сильно, собираясь к нему в дом.

– Посмотришь, как получилось в этот раз?

Наши вкусы и взгляды с Мелиссой практически не отличались. Если что-то нравится ей, мне тоже это нравится. Если я хочу купить какую-то вещь, Мелисса покупает такую же. Если мне понравился макияж, Мелисса оценит его. Эта синхронность возникла из-за долгого общения. Мы уже не мыслим и дня друг без друга. Не представляю, что со мной станет, когда обе поступим в колледж[1].

Со знанием дела Мелисса подошла сзади и взглянула на мое отражение в зеркале.

Глаза у меня карие, поэтому на веки я нанесла немного кремовых теней кораллового оттенка, а на достаточно пухлые губы – розовый блеск. Выглядело довольно мило.

– Очень даже неплохо, – заявила Лисса. – Ты ведь сказала своим, что после игры идешь ко мне?

– Еще нет. Мама в пути, а папа будет дома после окончания деловой встречи.

Удостоверившись, что наши планы не изменились, Мелисса села на кровать. На девушке были белые брючки и белая широкая рубашка, а волосы она просто распустила.