Секс-Сэтл. Трахайся, чтобы выжить

Некоторые участники совершенно не помышляли о сношении с Горной Альсеидой. Они калечили друг друга. Восстанавливались и снова калечили. Могучее тело полуобращенного зверя Ковэнта покрыли сотни отпечатков вампирской челюсти. Напарник Отар был переломан вдоль и поперек; в плечевом суставе, голеностопном стыке кости срослись неправильно и выпирали, рваными остряками прорезая мясную мякоть. Однако оба создания вымотались, теряя литры бессмертной крови, и теперь просто сидели на очищенном от снега высокогорном плато, выслушивая задание от ведущего.

– Теперь-то ты понял: мы отныне в одной упряжке! – тяжело дыша после боя, гаркнул Отар, нарвавшись на взгляд, обещающий страшную расправу.

Ликан подполз, потому что его нижние конечности еще плохо восстановились. В процессе знакомства они сгоряча поотрывали друг другу руки и ноги, а те регенерировали дольше обычного. Ковэнт сжал ладони на лице каинита, сминая скулы и поехавшую челюсть. Все сосуды в белках глаз полопались одновременно. Напарник закричал истошным низким басом от боли, от беспомощности, а зверь тихонько прорычал:

– Что ты там бормочешь, чудовище пучеглазое? – надавив по бокам головы еще сильней, так что красные глазные яблоки выпрыгнули из орбит.

– А-а! Уебок! – послышался грязный вампирский мат. Отар изловчился вмазать оборотню в пах, расплескивая тугие яйца. Ор!

– Ах ты… – саданул зверь кувалдообразным кулаком физиономию мерзкого пиявки. Главный козырь их иерархии – отполированные клыки отлетели, как их и не было, обрисовав младенчески беззубый рот.

– Туфая фкура! – шепелявил каинит, безнадежно ощупывая пустые, алые от крови глазницы. Он знал, как долго восстанавливается зрение.

– Как я, по-твоему, должен трахаться без яиц?

– А куда я пофду беф глаф, фкура поганая? – огрызался Отар.

Стройная диагональ портала сверкала в двух шагах от них. Ликан потащил врага за лодыжку, словно дохлую добычу. Мерцающая дверь впустила их в чудесное вересковое поле.

***

Первая пара (вампесса/монстр)

Принцесса Вампоса ринулась к единственному месту, где соприкасались миры, в слабой надежде, что пещерный монстр, доставшийся ей в напарники, не последует за ней и их, возможно, расцепят из связки.

Уиллоу-Крик. Население 109. Время 06.30. Кордова, Аляска, США. Земля.

Темные вечереющие облака висели так низко, будто готовясь сорваться, обрушиться на грешную землю свинцовой тяжестью небытия. Повсюду режущая взор белизна. Захоронения снега у подножья гор и вершины, прокалывающие небеса неподвижными кольями. Тоуриция подумала: «Эй, ничего же не изменилось!». Она сомневалась, что перемещение удалось.

– Разве может быть что-либо живописнее этого места? – голос Анонима ворвался в спящее сознание пленников игры. – Аляска! Здесь вы познакомитесь с удивительной природой этой планеты, узнаете местный люд, который живет лишь раз. И как это у них получается жить только раз? Возможно, вы тоже встретите здесь свою погибель! Портал выведет вашу пару на следующий уровень или же закроется навсегда в случае, если вы не успеете выйти. Соответственно, похоронит вас на Земле навеки! Думаю, это задание покажется вам шуточным, ведь вы все непобедимые бессмертные, правда?

– Прявда-прявда! Кусок говна! Сойди со своего экрана и проверь лично! – она осмотрелась по сторонам.

Охотничий домик высоко в горах открывал из окна вид на бескрайнее царство зимы. А соседняя комната открывала вид… На монстра! Кай стоял как вкопанный, видимо, телепортировавшись и не понимая, куда попал.

– Время, отведенное вам для прохождения уровня, будет ограничено. Вы можете отслеживать его по своему наручному гаджету, – продолжал ведущий.

***

Седьмая пара (фея/киборг)

Инмиа была более чем довольна порнографическими экспериментами, в коих ей лично не пришлось принимать участия, в то же время оказавшись в составе лидирующей пары.

Магматическая эякуляция Альсеиды малость расплавила обшивку киборга, но совсем кстати он успел ретироваться сразу после начала столбового извержения из огненного отверстия.

Шаткая поступь реальности преобразилась множеством стихийно врывающихся в пространство линий. Это тонкие двери, манящие в красочное царство. Только фее вообще не хотелось посещать то царство. Она верила в старые легенды предков о том, что люди безжалостно отрывали им крылья. Но деваться некуда. Правила есть правила.

– Ты молодец! – похлопала киборга по плечу. – Ай, уф! – тут же одернула руку, обжигая пальцы. Обшивка ее напарника, раскаленная до степени обжаривания, причинила боль.

Потом они выслушали мистера Ви:

– А теперь: ВНИМАНИЕ – ЗАДАНИЕ! ВЫ ДОЛЖНЫ ВСТУПИТЬ В ПОЛОВОЙ КОНТАКТ С ЧЕЛОВЕЧЕСТВОМ. Чем больше генитальных совокуплений с разными людьми, тем выше ваши шансы получить либо удержать лидерство в игре. Засчитывается общее количество связей в паре, вы плюс напарник получите единый балл. Желательно, причинить минимум вреда человеку, по возможности не прибегать к насильственным методам, а использовать все ваше безграничное обаяние, – насмешливо издевался ведущий.

Слова его приговора доносились будто эхом из полой трубы, когда игроки пересекли одну из граней, помеченную серебристой окантовкой. Размытое геометрическими силуэтами абсолютно правильных ровных стен, прямыми линиями высотных зданий, пространство покатилось кубарем и внезапно остановилось в темном переулке.

Сидзуока. Население 716.197. Время 23.31. Япония. Земля.

Фея обвела взглядом прямоугольно вытянутые постройки. Разве не все они идентичны? В рокоте городского автомобильного движения было нечто знакомое, словно гул в сотах ее клана, когда Инмиа еще жила со своей дружной семьей. Транспортная кольцевая развязка наматывала по кругу железных жуков с яркими глазами-фарами, режущими светодиодом под веками пронзительной болью.

Они пошли по узкой дороге за первым встречным, который ускорялся, оглядываясь через плечо на странную пару.

– С этими людьми точно что-то не так, – сказала фея, позабыв о том, что ее приятель нем. – Как тебя хоть звать? – опять безрезультатно спрашивала она. Ноль эмоций. Киборг страстно шпионил за редкими разноцветными жуками.

«Машины! Машины они называются!» – постоянно поправляла себя Инмиа, она ведь слышала о таких: как они называются и даже, как быстро могут ехать, и как протяжно визжать шинами о накатанный асфальт.

Чем дальше отходили участники от места переправы, тем меньше было встречных машин и световых столбов на обочине, пока вдали не открылась свободная от кирпичной застройки площадка с зелеными насаждениями.

Центральный парк. Заточенные верхушки декоративных тополей торчали, как темные клинки. Бордовые мелкие листья неизвестных растений, размером с ноготок феи, красиво пестрили под фонарным столбом. Точеные фигурки лжекустарников обвили светящиеся ленты. Такие же причудливые гирлянды окутали и ротонды с загнутыми кверху краями крыш. Резные фестоны украшали ступенчатыми зубчиками удивительную архитектуру этих забавных ротонд.

– Тут мило, да? – улыбнулась фея, остановившись напротив робота. Он тоже остановился, задержав на весу механизм ноги. – Ты копируешь мои движения, киборг? Скучно.

Ей было нестерпимо скучно, поэтому она и разговаривала фактически сама с собой. Да, еще и очень страшно не успеть выполнить «план ебли».

– Так вот как тебя зовут! – Инмиа часто заморгала, читая едва заметное на обшивке: «Р-91.305.09». – Понятно.

Они вошли под роскошную пагоду одной из круглых беседок. В центральном парке ночью никого не наблюдалось. Однако… Фея прищурилась, разглядев в соседней беседке чьи-то застывшие тени. Это были четверо парней студентов. Гуляющие в ночное время своевольные подростки.

– Вот это фарт! – честно, ей все равно, кто они, сейчас это были объекты, окупающее то потраченное время, которое фея с напарником просто шлялись по пустынным улицам.

Инмиа помахала им обеими руками так, словно ее корабль терпел крушение, и срочно требовалось бежать с тонущей посудины. Ребята поднялись, пожимали плечами на вопросительные реплики друг друга. О чем они воркуют, фея совершенно не представляла. Парни подходили опасливо, мотая головами в сторону оцепенелого громилы-киборга, который никак не выдавал зачатки искусственного интеллекта под своей обшивкой.

«Нужен решительный поступок!» – подумала фея, подавшись вперед через перила, дабы потрогать их одежду. Парни переговаривались, но разобрать о чем невозможно – кажись, они пребывали в неверии. Вначале, догадывалась участница, разговор вели о кибернетической модели. Мальчики коротко поклонились, как верно расценила фея, это была вежливость в знак приветствия.

Она распоясала корсет, свитый из цветочных стеблей, и убрала колокольчики с миниатюрных сосков, прикрывающие оранжевый пигмент ореола. После чего расторопно уложила ладони человеческих самцов на свою грудь, показав, как нужно разминать ее. Двое завороженных подростков, открыв рты от изумления, и так уже мяли ее, как запрограммированные. Один из них просто наблюдал, косясь на неподвижного киборга. Другой парень, более осознанный, нежели его приятели, огляделся по сторонам и что-то сказал им, указывая на тенистую аллею. Инмиа поняла, что они не любят трогать чужие соски при свете фонарей и пытаются спрятаться. Фея кивнула и последовала в аллею, затемненную густой маскировочной кроной. Ниши из плоских камней, будто бы островки серых пятен на газоне. Когда она присела на гладкий камень, разведя колени, мальчишки быстро сообразили, чего требуется. Все же один из юношей сильно тревожился. Другой тут же просунул руку к промежности феи, пальцы бродили по множественным складкам плоти. Она вспомнила красную дыру Горной Альсеиды в этот момент, а от подобных ласк крылья скрутились в дудочки. Они раздевались, умащивая одежду на плоский камень, чтобы феечке было мягко.

«Какие щепетильные особи…» – думалось ей.

Один парнишка все никак не мог справиться с застежкой брюк, другой уже полностью снял комбинезон, третий освободился от трусов, скинув их в сторонку. Тот, что посмелее, встал на четвереньки, нависнув над телом Инмии, подался вперед и тут же уткнулся в теплый омут складчатости вагины. Она не имела отверстия как такового. Опылялись феи своими особями путем трения гениталий и заражения семенем специальной пыльцы, выделявшейся при возбуждении. Поэтому вторжение в глубинные складки оказалось весьма болезненным, но нужно терпеть. Так, парень подавался вперед раз за разом, изредка всхлипывая. Член его постоянно соскальзывал вниз, где должен, по идее, располагаться анус, но анатомия существ ее иерархии намного проще. Вместо ануса такие же теплые, мягкие, влажно волокнистые складки между аппетитными ягодицами. Вначале это привело юношу в замешательство, но потом он совсем сполз вниз, еще шире раздвигая ноги феи, приподнимая за согнутые колени, оторвал от земли ее таз и пригласил своего друга. Второй парень впечатался в натертую плоть Инмии, вызвав острый дискомфорт, который она стерпела, закусив губы. Они двигались невпопад, но мальчиков это вполне устраивало. На самом деле, она не знала всю глубину своих интимных складок и никогда не теребила их, как это делали ребята. И вот, третий юноша подошел к каторжному лицу феи, а его стоящий вертикально орган буквально впрыгнул в рот Инмии. Она не знала, как сосать, лишь в попытке импровизации обволакивала языком ствол и кончик члена. Тот проходил в гортань и уже мешал дышать.

«Не очень-то приятно…»

Погружение двух подростковых инструментов в ее единую окутывающую дырку несло оттенок призрачного удовольствия в ритмичных толчках. Через время, характер поступательных «па» сделался резче, члены будто запутались в прочном одеяле меж разведенных бедер феи.

«Но где же четвертый молодой человек?» – до слуха Инмии долетали механические всасывающие звуки, даже сюрчание – как фильтрация воды через хобот слона. Киборг устроился на коленях и вбирал член пацана в полое отверстие рта. Минута восторженных восклицаний и восхищения тем, что киборг делает ему минет. Затем возгласы его стали тише и протяжнее. Он открывал глаза, но они опять томно закатывались, как если бы он находился под воздействием сильного успокоительного.

Инмиа заметила паузу. Ее больше не трахали? Разумеется, уже нет. Трое парней, возможно, даже не окончивших акт, потянулись к одеждам. Достали из карманов квадратные гаджеты с камерами и принялись снимать секс робота с человеком.

***

Двенадцатая пара (ведьма/янус)

Ведьма Кассиопея профилировалась на смертельных проклятиях и целительстве от своих же порч, мошенничала понемногу в собственной частной конторе во вселенной ворожей. А тут вдруг бац, такое… Подставляйся теперь всем на растерзание. Пока все шло гладко, все в рамках приличия, не учитывая, конечно, что ключевая вода в горном роднике лилась во впадину, похожую на член. И ведьма не решилась оттуда пить. Наверняка, то была ловушка.

– После того как вы покинете контрольную точку, ваши силы будут заблокированы полностью, дабы вы не причинили вреда несчастному люду. Для особей, умеющих видоизменяться, будет нетрудно втереться в доверие простому человеку и развести на секс! – продолжал Аноним. – Здесь вы познакомитесь со смертью, которой подвержен человеческий род. На выполнение задания я выделяю вам ОДНИ земные сутки. Удачи во внеплановом состязании.

Кажется, именно с этими словами Кассиопея с напарником переправились через распределяющий портал.

Люцерн. Население 78.786. Время 17.31. Швейцария. Земля.

Старинные узкие улочки, вымощенные брусчаткой, образцовые виллы с приусадебными лужайками, вырубленные из гранита скульптуры. Даже запахи тут витали, точно в библиотеке или книжном магазине. Нимбы раскидистых фонарей, словно громадные уличные люстры. В подобной идиллии современности и традиций выросла ведьма, но это было очень давно. Люди шли шеренгами по мостовой, спеша по делам. Многие гуляли на набережной, перекрытой по бортику уступа ажурной кованой изгородью. Сумерки стремительно укутывали просторы, подчеркивая неумолимую быстротечность здешнего времени.

«Куда идти? Ума не приложить…» – взгрустнулось Кассиопее. И вдруг она вспомнила о бесплатном приложении, точнее, непомерной обузе. Ее партнер по игре…

– Тебе нужно прикрыть головы! – пряча его от толпы, опомнилась ведьма.

– М? Да им плевать, – проговорили сразу четыре рта, причем голосами разной тональности.

Ведьма тут же скинула с плеч свою мантию и, натянув огромный капюшон на напарника, оставив на всенародное обозрение лишь одно из его лиц, с укором выпалила:

– Это так кажется, что им плевать! А на костре будем жариться мы оба!

– Что за средневековье, милочка? – говорили в унисон низкий раскатистый бас, распевный тенор, высокое меццо и чуть ли не детский писклявый дискант.

Четыре лица Януса соединялись щеками и челюстью, вливаясь скулами без промежутков, составляли крестовину, если смотреть с высоты лысой макушки. Он безумно раздражал ведьму нравоучительными и беспечными репликами, при том одна личность могла скупо поучать, другая сторона – наивно веселиться. Черты его лиц были примерно схожи. От лица зрелого мужа ко взрослой женщине и от смазливого юноши до девчонки. Одно лицо в разных возрастах и убыванием, либо прибавлением тестостерона.

– Ты бы не мог говорить одним голосом?

– Нет, вообще-то, – ответили хором лики Януса из-под капюшона. Наружу смотрел лишь матерый мужчина с дородным абрисом строгого портрета.

– Попытайся говорить тем лицом, что сейчас смотрит на меня! Иначе мы провалим задание, Янус! – угрожающе топнула ножкой ведьма.

– Так? – осведомилась мужская голова мужским же голосом.

– Уже лучше.

– Ты бы не могла звать меня по имени? Меня зовут Просветительский, – настаивал в который раз напарник. – Я заслужил этот титул в своем клане.

Кассиопея цокнула языком с выражением, мол, увольте меня.

«Почему иерархия Янусов всецело зовется янусами, между собой придумывая всякие титулы, прозвища, клички? И почему мне достался сей "Про-све-ти-тель-ский"?..»

Они отлично отсиделись в горах чужой вселенной, а сейчас следовало поработать. Ведьма, лишенная колдовства и мантии, прикрытая лишь сливовой велюровой сорочкой с черными чулками и лоферами на квадратном каблуке, вполне походила на танцовщицу кабаре прошлой эпохи. А вот сей типаж, что напротив… подозрительней некуда…

– Ладно, Просветительский, ты хоть кого-то на хер натянул за эры бытия или бессмертную науку проповедовал?

– Тебе проверить не терпится, ведьма? – взвыл разноголосицей.

– Цыть! Тихо ты… – из-за глухого безлюдного поворота вынырнула нетрезвая дама лет сорока.

Как удалось идентифицировать хмельную человеческую особь в качестве «шальной императрицы?» Проще пареной репы. Во-первых: она чего-то напевала себе под нос. Во-вторых: ведьма алкоголь за версту чуяла.

– Простите, мисс, – обратилась Кассиопея к ней на английском. – Моему приятелю плохо, не могли бы вы помочь?

Едва успела случайная прохожая поравняться с ними и пробормотать что-то типа: «нихт шпрэхен инглиш», как ведьма шустро сгребла ее в охапку. Прошипев заклятие, подставила ладонь к ее рту. Рука Касс пропиталась клофелином, и пожилая дама, от страху вдохнув глубоко, обмякла и отключилась.

«Однако, я все еще что-то умею!» – ликовала мысленно ведьма. Придержав под мышки вялое тело, думала еще, что это проще, нежели уговаривать дамочку задрать юбку.

– Ну, все. Можешь драть бабу… – гордо возвестила янусу. Тут наблюдавший весь процесс знакомства, оторопелый Просветительский отпрянул с брезгливой гримасой и криком:

– Вот сама ее и бери!

***

Тринадцатая пара (драконида/демон)

Перуджа. Население 162.542. Время 17.30. Италия. Земля.

Пара участников прекрасно поладила, урегулировав без ссор свой вынужденный союз и направив его на обоюдное сотрудничество, а не вражду. Драконида Алихаб не умела трансформировать облик. Благо, они переместились на крышу жилого дома, соответственно, ни один человек не бежал в ужасе в направлении психдиспансера.

– Прости, я вынуждена остаться здесь.

– Посиди пока здесь, – перебивая самих себя одинаковыми по смыслу фразами изрекли игроки.

Ей достался заботливый демон, из бывших разжалованных ангелов, – они чаще работали с грешными людьми. Тифонус обладал шикарным, гладким, мускулистым телом, она же очищала поры от золотисто-охровых чешуек. Впервые Алихаб приняла официальный вид; живя в стае, она была чистопородной драконьей особью. Драконида обреченно уселась на крыше здания, оправив панцирную бедренную повязку цвета хаки длинными когтями. Превращение ее формы еще не завершилось, и вихри пышной шевелюры сзади переходили в шипы, врастали в шипы позвоночника и хвоста, выпирающие на метр. Вдоль хребта торчали хрящи недоразвитых крыльев. Конечно, при виде такого мутанта, человек не то что секса не захочет, но и запросто может окочуриться от инфаркта. Она закрыла восемью веками свои огромнейшие желто-коричневые глаза с болотно-зеленой короной в радужке по диагонали зрачка. Двойное веко снизу и сверху, двойное по бокам, и не видеть никакой несправедливости мира. Но! Она в игре!

– Я могу видеть сквозь стены, если это поможет…

– Я могу видеть сквозь людей. Я вижу их эмоции, желания, страхи. Не беспокойся. Оставайся тут, я уж как-нибудь справлюсь, – велел Тифонус.

Драконида распахнула веки, блеснув перламутром ресниц, тихо прощаясь:

– Мне жаль. Расстояние не дальше двадцати семи метров…

– Помню, Алихаб.

Она пристально смотрела, как кожа нечисти обтягивается бежевым строгим костюмом, будто из воздуха сшитым. Вскоре напарник спустился на этаж ниже.

С легким наклоном крыши открывалась великолепная картина городского стиля с готическим и империалистическим лоском, отраженным в той же центральной площади с фонтаном и кариатидах, придерживающих своды навесных козырьков и карнизов. Острые пики часовен вперемешку с просторными римскими коробками зданий исторической ценности и обычными домиками, словно песочными, где жили обычные горожане, а никакие не гладиаторы. Алихаб малость позавидовала своим сородичам, жившим где-то на этой планете и парящим над этими творениями рук человеческих.

И вот, ее проникающий взгляд устремился сквозь стены в поисках демона. Она увидела обстановку в квартирах, чем занимались их обитатели. Тифонус же был где-то во внутреннем дворе, вероятно, на балконе. Перед ним стояла какая-то статная сеньора и что-то рассказывала, не скупясь в жестикуляции. Каким-то образом возбужденная жертва так или иначе касалась собеседника, а спустя минуту она уже пригласила демона в свой гостиничный номер. Стройная блондинка оказалась прижатой к закрытой двери, едва они вошли, и пополнила список грешных душ Тифонуса. Его рука скользила по внутренней стороне бедра человеческой самки, находила кнопку ее удовольствия, и пальцы круговыми продавливаниями клитора доводили ее до исступления. Его рот опускался к груди, освобожденной от кружевного белья. Он смочил языком розовые соски, вылизывая их по очередности, а блондинка была на взводе и практически готова на все. Девушка установила одну ступню на тумбу с зеркальцем и, дрожа от нетерпения, раскачивала тазом, упираясь промежностью демону в пах. И вот, он милостиво соизволил дать ей то, что она так просит. В порыве скинув с нее хлопковую тунику и развернув лицом к зеркалу, уперев ее локти в тумбу, Тифонус зашел сзади, присел, осыпая задницу молодой особы поцелуями и шлепками, немного поводил ладонью между ягодиц, попутно лаская анус своим языком, распаляя кровь. Иногда его пальцы просовывались то в одну, то в другую дырочку, девушка же в это время вся извивалась и отставляла зад. Наконец, когда сеньорита выгнулась, его язык проник к складкам плоти, потом этот же язык овладел влагалищным отверстием и трахал, словно настоящий тугой член. Вероятно, она скоро кончила, потому что ляжки ее блестели от струек влаги, медленно тянущихся вниз к коленям и икрам. Тогда демон выпрямился и засадил ей до упора свой большущий болт. И начал трахать девицу по-взрослому.

***

Вторая пара (демон/нефилим)

После ужаснейшей кровопролитной битвы представителей двух диаметрально противоположных иерархий, демон Бауми и нефилим Оргоникум заключили сделку о временном перемирии, приступая к общей цели – выиграть порнотурнир, убить мистера ведущего, а уж потом и самим помериться силами. Подраться они всегда успеют и вне игры, абсолютно убежденные в том, что никто из старейших бессмертных просто не может кануть в небытие. На этой праздничной ноте адская нечисть с обрубленными рогами и нефилим с оторванными крыльями шагнули в мир людской.

Санкти-Спиритус. Население 105.141. Время 11.00. Куба. Земля.

Палящий зной обрушился на них градом пота, от вселенского марева местного обжигающего светила, которое здесь прозвали «солнцем». Бауми отлично переносил зашкаливающую жару там, откуда он родом. Но теперь ему оказалось нестерпимо больно стоять под прямыми лучами огненной звезды, на раскаленном белом песке, и дышать воздухом вместо паров сероводорода и углекислого газа преисподней.

– Где мы? – голосом нереально низких частот спросил он напарника.

– Очевидно, люди проводят тут досуг, отдыхают и купаются в океане, – безэмоционально отозвался Оргоникум.

Вблизи действительно плескались лазурные воды гаванского залива, пестрили вывески вдоль побережья и тростниковые зонтики прятали в тени низенькие шезлонги. Под сенью пальм расположились гостеприимный бар и бухта для парусного спорта. Людей было полно всюду. Спрятавшись в ближайшие заросли, участники прикрыли свои чресла юбочками из листьев папоротника и веток тропических растений. Нефилим покосился на спящий член напарника, отмечая, что у Бауми завидное хозяйство. Настоящая буровая установка.

– На кой черт мы это делаем? – подпоясываясь лианой, вдруг вызверился демон. – Мы можем свободно взять, что нам надо.

– Нельзя калечить жителей этой планеты. Ты плохо слушал правила? Веди себя подобающе, нам запрещено насиловать местное население.

– На положено – хуй наложено.

– Хм, любопытная формулировка, нечисть, – иронично поднял бровь нефилим.

Они без труда включили функцию распознавания речи, следуя по белому песку вдоль пляжа, вслушивались в разговоры отдыхающих. «Какие сексапильные геи!» – сказала какая-то женщина, натирая кремом для загара спину подруги.