- -
- 100%
- +
Тяжкий вздох сорвался с губ Аролана.
– Я не собираюсь её казнить. И пороть тоже. По крайней мере, прилюдно.
Заметив, как по лицу принца расплылась довольная улыбка, Миолан чуть не выронил из рук резной деревянный амулет из свертка.
– Ты меня пугаешь, – Миолан прислонил ко лбу скрещенные указательный и средний пальцы в жесте защиты. – Ты одержим.
Сагар притянул Юмэлию к себе, увиливая от парочки хмельных дварфов, не разбирающих дороги. Ладонь Сагара по-хозяйски легла на бедро Юмэлии, по лицу эльфийки расползлась краска смущения, а Аролан тем временем вкушал горечь холодной ярости. В отдалении громыхнуло, но одиночный раскат грома остался никем не замеченным.
– О, я только начал. Я ещё тебя удивлю, – ледяным тоном процедил Аролан, а затем жестом подозвал слугу. Коренастый мужчина в камзоле сиюминутно подбежал и глубоко поклонился. – Нечего столбом стоять и глазеть по сторонам, лучше делом займись. Вон ту эльфийку хочу видеть сегодня ночью в своих покоях. И вон ту.
Аролан указал на двух стройных лесных эльфиек с длинными русыми волосами, что стояли у стола с яствами. Они смущенно поглядывали на принца, и заметив его интерес, принялись воодушевленно перешептываться. Слуга ещё раз поклонился и отправился исполнять приказание.
Сделав глоток вина, Миолан оценивающе осмотрел выбор Аролана и расхохотался.
– Да у тебя есть вкус, – Миолан поднял кубок. – Правда, думаю, оригинал тебе понравится гораздо больше, чем копии.
Аролан сделал знак пальцами: кубок выскользнул из рук Миолана, завис над светлой головой эльфа, а его содержимое тонкой струйкой излилось ему на волосы.
– Сгинь с глаз моих, – жестко взмахнул ладонью Аролан, меча искры из золотых глаз.
Миолан вскочил на ноги и поспешно поклонился, пряча лукавую усмешку.
– Всенепременно.
Исполняя веление принца, Миолан направился прочь из зала, стряхивая с волос вино, а Аролан, так и не притронувшись к своему кубку, отбросил его в толпу. Тяжелый кубок врезался в лоб тучного мужчины, тот покачнулся, удивленно моргнул, а затем бросился в пляс, позабыв об ушибе.
– Будешь? – Идрисия с постным лицом протянула Аролану поднос полный фруктов и сладостей, но принц отмахнулся от предложения. Лишь одну сладость он сейчас по-настоящему хотел. И, вознамерившись вкусить её, Аролан поднялся с трона, оставив Идрисию в полном одиночестве.
– Как хотите, – пожала плечами она, бездумно поглощая сочные ягоды вишни.
***
Юмэлии с трудом удалось выскользнуть из рук Сагара. Сославшись на жажду, эльфийка покинула Жюли и жениха и направилась в заднюю часть рыцарского зала, где находился магический фонтан с питьевой водой, один глоток которой мог избавить от усталости и печали.
Протянув ладони к ручейку, стекающему из клюва огромного каменного соловья, Юмэлия умылась. Её немного потряхивало, сердце колотилось, но эльфийка не была уверена, что это из-за танцев.
«Он так смотрел на меня, – Юмэлия утерла губы, восстанавливая дыхание. – Будто на злейшего врага. Неужели я так сильно задела его гордость?»
– Веселишься?
Юмэлия застыла. Аролан стоял прямо позади. Она чувствовала его дыхание на своих волосах, ощущала аромат лаванды и мяты. Ощущала ужас от его близости.
– Боишься меня? – хрипло прошептал Аролан, обдав ухо Юмэлии горячим дыханием. Эльфийка встрепенулась и обернулась, отходя на шаг в сторону.
– А должна?
Аролан улыбнулся одним уголком губ, и Юмэлия судорожно сглотнула, безуспешно пытаясь скрыть свои чувства от принца.
«Лучше бы он злился, чем вот так», – эльфийка отступала, но недолго: спина Юмэлии уткнулась в холодную стену.
– Я пойму, если убежишь в слезах, – Аролан сделал шаг, ещё один. Нависнув над Юмэлией, принц склонил голову к плечу, наслаждаясь её смятением. – Или если начнёшь умолять о пощаде. Так уж и быть, прощу тебя за грубость в свой праздник. Одно лишь твоё слово, и я забуду об унижении.
Юмэлия вскинула брови. Ни один из вариантов Аролана эльфийку не устраивал, точнее, она решила воспользоваться первым, однако обойтись без слез.
– Мне нужно идти, – Юмэлия проскользнула по стене и обошла Аролана, на миг почувствовав тепло его тела. Она хотела было убежать, но вспомнив о поручении отца, поджала губы и вновь обернулась к принцу. Аролан же, прислонившись к стене, скрестил руки на груди и, не стесняясь, ощупывал взглядом Юмэлию.
К своему удивлению, эльфийка не чувствовала отвращения, хотя её уши предательски обожгло жаром смущения.
– Совсем забыла вам отдать, – Юмэлия наклонилась, распахнула верхний подол платья и достала из волшебного потайного кармана инкрустированные алмазами ножны. Не глядя протянула их принцу и вежливо поклонилась. – Вот, примите подарок от вашего отца.
Аролан сделал быстрый шаг и мягко забрал из рук Юмэлии кожаные ножны. Без интереса вынул из них хрустальный клинок, задумчиво покрутил его в пальцах, прежде чем всунуть обратно в ножны.
– Передай мою благодарность Сиолану, – коротко кивнул Аролан. – Но это от отца. А где твой подарок?
Юмэлия подняла голову и непонимающе уставилась на ухмыляющегося принца.
– Простите?
Аролан постучал указательным пальцем по подбородку, глаза его хитро прищурились, будто принц задумал очередную шалость.
– Вижу, ничего мне не приготовила, – разочарованно протянул Аролан, делая ещё один шаг к Юмэлии. – Тогда подари песню, а лучше танец.
Принц протянул к эльфийке руку, намереваясь подхватить её за талию, но Юмэлия юркнула в сторону и, едва сдерживая себя, прошипела:
– Я помолвлена, вам запрещено меня касаться.
От этих слов Аролан поморщился, как от головной боли.
– Уверяю, твой будущий супруг не будет против такой мелочи, как танец, – принц вновь предпринял попытку коснуться Юмэлии, но она шлепнула его по ладони и сама поразилась своей смелости.
– Я против, – тяжело дыша проговорила эльфийка, глядя на то, как мрачнеет лицо Аролана. Тот не заставил себя долго ждать.
Бросив взгляд на толпу, совершенно не обращающую внимания на то, что творится в темном углу рыцарского зала, Аролан взял Юмэлию за запястье и притянул к себе, грубо обвив рукой её талию. Дыхание Юмэлии сбилось, она хотела закричать, но Аролан другой рукой прикрыл ей рот. Эльфийка почувствовала на губах прохладу колец принца и привкус железа.
– Снова перечишь мне? Почему? – выдохнул он ей в лицо. – Думаешь, привлечь меня таким жалким способом? Мне не нравятся непокорные. Зачем срывать колючий фрукт, когда вокруг так много нежных притягательных плодов?
Аролан крепко прижимал Юмэлию к себе, склоняясь всё ниже. Испугавшись, Юмэлия прикусила ладонь принца. Он, сквернословя, отскочил и потряс травмированной рукой.
– Но вы же зачем-то колитесь из раза в раз, – Юмэлия демонстративно утёрла рот и отряхнула платье там, где его касался Аролан. – Значит, вам это доставляет удовольствие.
Глаза Аролана вспыхнули, воздух вокруг него затрещал. В памяти принца всплыло воспоминание о дне их с Юмэлией первой встречи, о которой помнил лишь он один. Тогда Юмэлия не ведала, кто был перед ней, как и не ведала сейчас, что шрам от её зубов до сих пор украшает предплечье принца.
– А Сагар знает, какая ты на самом деле? – Аролан с недовольством посмотрел на эльфа, отделившегося от празднующей толпы.
– Он обо мне много чего знает, – язвительно ответила Юмэлия, мысленно коря себя за поспешные действия.
«Если Сагар узнает, он меня не простит», – сокрушалась она.
– Вот оно как, – сухо протянул Аролан, пряча ножны с кинжалом за пазуху. – Остаётся лишь посочувствовать ему.
Сагар, приметив Юмэлию и принца у фонтана, тут же бросился к ним с растерянным видом. Приобняв невесту, он легонько сжал её плечо.
– Ваше Высочество, – склонил голову Сагар. – Что-то случилось?
Аролан на миг скривился и почти сразу расплылся в улыбке, однако его золотые глаза оставались холодны.
– Соболезную, – коротко бросил он, одергивая манжеты своего чёрного камзола, расшитого золотистыми нитями.
Сагар в недоумении посмотрел на Юмэлию, затем на принца и нерешительно уточнил:
– Чему, господин?
Однако Аролан предпочёл оставить его вопрос без ответа. Не прощаясь, принц пошёл прямиком через зал, танцующие отходили от него, как волны от берега во время отлива, чтобы затем схлынуть обратно, закрыв фигуру Аролана от глаз Юмэлии и Сагара.
Эльфийка, покусывая нижнюю губу, спешно придумывала оправдания своему неподобающему поведению, но Сагар не стал дожидаться её слов и сходу напустился на невесту.
– Что ты опять натворила?
Юмэлия уже было раскрыла рот для извинений, но не дала им сорваться со своих губ. Отпрянув от Сагара, эльфийка раздраженно вскинула подбородок.
– В чём ты меня обвиняешь? Он первый начал.
– Я же просил, Юмэ, – качая головой, Сагар прикрыл глаза ладонью.
– И я обещание выполнила. Он подошёл сам, я передала подарок, он попросил о танце, я отказала.
Сагар отнял ладонь от лица и схватил опешившую Юмэлию за плечи.
– Ты отказала?
В глазах Сагара пылало разочарование, но Юмэлия не могла отыскать ему объяснения, а потому, разозлившись, скинула с себя руки жениха.
– Что? Но я помолвлена. Он мужчина и не может касаться…
– Он принц, – торопливо оборвал её Сагар. – Юмэлия, ну почему ты…
Эльфийка горько усмехнулась, сжав подол платья в дрожащих пальцах.
– А если он настоит на праве первой ночи? Отдашь меня ему, не раздумывая?
Сагар замялся. Отведя взгляд от раскрасневшегося лица невесты, он устало бросил:
– У эльфов нет такого обычая.
– Ты не ответил на вопрос, – Юмэлия двинулась к Сагару, намереваясь взять его за руку, но тут перед ней возникла Жюли. Примирительно вскинув ладони, она непонимающе смотрела то на Сагар, то на Юмэлию.
– Что случилось? Вы никогда раньше не ссорились.
Юмэлия ждала, что Сагар попросит у неё прощения или попытается объясниться и сгладить ситуацию, как это обычно бывало, но эльф молчал, поджав губы.
– Всё бывает в первый раз, – не выдержав напряжения, Юмэлия развернулась на пятках и бросилась прочь из зала, не оглядываясь. Сердце её полыхало от обиды, из глаз так и норовили прыснуть непрошенные слезы, и Юмэлия не хотела, чтобы друзья видели её такой. Но особенно она не хотела, чтобы Аролан увидел, как она плачет. Он наверняка начнёт потешаться над ней, так к чему доставлять принцу подобное удовольствие?
– Юмэ! Куда ты? – донесся в спину Юмэлии крик опомнившегося Сагара, но эльфийка не услышала его: за ней глухо захлопнулась дверь, отрезав от всеобщего торжества.
Сагар ринулся было догонять невесту, но Жюли перегородила ему дорогу рукой.
– Не ходи. Ей и так несладко.
Нахмурившись, Сагар искоса посмотрел на девушку, однако в лице его отразилось понимание.
– Что ты имеешь ввиду?
Жюли вздохнула и заправила за округлые уши пряди каштановых волос.
– Ты ведь не глуп, Сагар. Уверен, что стоит…
Но эльф не дал ей закончить.
– Прости, Жюли, но это касается только меня и Юмэлии. Прошу меня извинить.
Взяв девушку за плечи, Сагар отвёл её от себя и стремительно бросился прочь.
– Не живётся им по сердцу, – с тоской покачала головой Жюли, следя, как широкая спина Сагара теряется в толпе. – Сами выбирают несчастье, не видя перед собой счастья.
Вздохнув, Жюли направилась к почти опустевшим столам, не заметив, что зал покинули не только Юмэлия и Сагар, но и принц Аролан.
***
Юмэлия бежала по путанным коридорам замка, не разбирая дороги. Стража её не останавливала: эльфы, лишь зацепив её взглядом, быстро теряли к знакомому лицу интерес. Эльфийка утирала с щёк слезы, думая о матери.
«Почему мне не досталось её храбрости? – Юмэлия свернула в тёмный коридор, но уперлась в тупик и повернула обратно. – Или трусости? Она ведь тоже не хотела брака с отцом, наверняка потому и сбежала. Но почему бросила меня и Юрдзанга? Разве и нас мама тоже не желала?»
Злость и обида стёрли смущение и страх. Юмэлия всегда подсознательно тянулась к матери в минуты одиночества и отчаяния, но лишь затем, чтобы напитаться гневом из-за её предательства.
«Все вокруг делают выбор за меня, – Юмэлия остановилась, прижав руку к груди. – Даже моё жалкое сопротивление никто не замечает. Словно я кукла безжизненная, а не живая эльфийка. Решено. Сейчас же пойду к отцу и скажу, что не выйду за Сагара. Что вообще ни за кого не выйду».
Решительно сделав пару шагов, Юмэлия вновь остановилась и сникла.
«Но, если я откажусь, семья Сагара перестанет поставлять нам железо, – эльфийка поморщилась, борясь с дурнотой. – Из-за моего отказа все решат, что я взбалмошная и невоспитанная, что нашей семье нельзя доверять, ведь мы не выполняем своих обещаний. Дело отца пойдёт на спад, семья потеряет доход, и Юрдзангу придётся расти в нищете. А всё из-за моего выбора».
Схватившись за голову, Юмэлия осела на пол.
«Такова цена? Благополучие семьи взамен моей свободы? Такой выбор сделала мама, – эльфийка, разозлившись, прикусила губу и вновь поднялась. – Нет, я не стану такой, как она. Не стану бросать родных ради собственной выгоды. Пусть даже и вся моя жизнь обернётся прахом».
Приняв окончательное решение, Юмэлия успокоилась. Но не той тихой радостью, что предвещает покой и умиротворение, а затухшим счастьем, утраченной надеждой на хороший исход судьбы. Она с силой смахнула последнюю слезу с щеки, в который раз смирившись с тем, что голос разума в её голове всегда будет звучать громче голоса сердца.
Юмэлия огляделась по сторонам, не узнавая обстановку. Светлый камень стен, деревянные двери с грузными золотыми узорами, высокие узкие окна из радужных стекол. Это крыло замка отличалось от привычных коридоров и залов, где случалось бывать Юмэлии.
Эльфийка поспешила покинуть мрачно притихшее незнакомое место, но не успела сделать и пары шагов, как из двери неподалеку вышел Миолан, чуть не налетев на Юмэлию.
Отстранившись, он удивленно оглядел растерянную эльфийку. Осознав, кто перед ним, Миолан растянулся в медовой ухмылке.
– Куда спешишь? Где пожар? Дай угадаю, в сердце.
Скривившись, Юмэлия принялась обходить Миолана, но тот выступил прямо перед ней, останавливая без касаний.
– Постой. Я не стану дразнить тебя. Ты не видела Аролана?
Юмэлия уловила аромат вина и фруктов, карие глаза эльфа подернулись осоловелой поволокой, а голос его едва слышно подрагивал то ли от опьянения, то ли от неясной тревоги.
– Откуда мне знать, где он? – Юмэлия выдернула руку и отошла на шаг, Миолан на этот раз препятствовать не стал. Почесав затылок, эльф загадочно протянул:
– Не знаю, вы постоянно сталкиваетесь. Может, вас какой магией друг к другу тянет. Очень жаль, что ты выходишь замуж. Мне было весело наблюдать за вами с Ароланом. Уверен, он будет оплакивать твою девственность сильнее тебя.
Простота, с которой Миолан произнёс последние фразы, на миг сбила Юмэлию с толку.
– Что вы такое говорите? – она с недоумением оглядела непринужденного Миолана в расстегнутом до пупа камзоле, обнажающем его гладкий подтянутый торс. Юмэлия вдруг осознала, что они с эльфом совсем одни в крыле, а двери здесь настолько толсты, что никто не услышит её криков о помощи, если Миолану взбредёт в голову нарушить границы приемлемого.
– Ах, как наивна глупость чувств, – взмахнул рукой Миолан, лукаво прищурившись. – Слепота влюбленных – потеха для окружающих.
Юмэлия совершенно не понимала, к чему клонит эльф, все её мысли были заняты поиском лазейки для побега.
– Вы пьяны, пропустите.
Эльфийка сделала шаг, но Миолан вновь возник перед ней, наступая. Лицо его скривилось от гнева и презрения. Эльф нависал над Юмэлией, душа её терпким запахом вина и власти.
– А если нет? Стукнешь? Накричишь? Позовёшь на помощь Сагара? Он ведь трус. Тебе придётся самой защищать себя. Сочувствую.
Миолан покачал головой, будто ему и впрямь было жаль Юмэлию. Она сжала кулаки и, тяжело дыша, процедила:
– Отойдите.
Эльф рассмеялся, продолжая наступать.
– Ты ведь способна себя защитить? Что сможешь сделать против такого, как я? Умеешь драться? Или только по деревьям лазить и кидаться орехами?
Юмэлия поджала дрожащие губы. Она не боялась Миолана, он и пальцем её не тронул, она страшилась правды, что срывалась с его уст.
– Прежде чем чесать языком, – эльф покрутил ладонью в воздухе, звякнули тяжелые перстни. – Научись давать отпор. А то так неровен час окажешься в плену у дварфа или у симпатичного эльфа.
Юмэлия уперлась спиной в стену, готовя словесный удар, но её опередили. Повеяло холодом, стало трудно дышать, в ушах эльфийки зазвенело от мощного сгустка магии, что окутал их с Миоланом.
Эльф, шатаясь, обернулся и упёрся взглядом в мрачно застывшего Аролана. Его жёсткий взгляд вцепился в лицо Миолана, длинные пальцы легли на эфес меча, которого раньше на поясе принца не было. Он выглядел встопорщенным, пара пуговиц на камзоле были расстёгнуты, а бронзовая корона слегка накренилась на бок. Аролан выглядел разбуженным и взбешенным, опасным и беспощадным. Его взгляд метнулся от пьяного Миолана к бледной, прижатой к стене Юмэлии, лицо принца исказилось от ярости. Суровости обстановке добавляли двое стражников, застывшие грозными исполинами за спиной повелителя.
Однако Миолан нисколько не смутился открытой враждебности Аролана. Приблизившись к принцу, он дружески похлопал его по напряженному плечу.
– Ваше Высочество, вот ты где. Бросил нас с Идрисией одних наедине с вином. Нехорошо.
– Отведи его в покои и не выпускай, пока не проспится, – Аролан сбросил руку Миолана с плеча и устало потёр переносицу, когда друг покачнулся, упав в объятия обескураженного стражника. – А как проснётся, сообщи ему, что вина он не увидит до следующего полнолуния.
Кивнув, стражник повел напевающего похабную песню Миолана в покои, откуда он совсем недавно так неожиданно выскочил.
Юмэлия стояла, не дыша, сетуя на то, что не может слиться со стеной. Едва стражник и Миолан скрылись за тяжёлой дверью, Аролан хлестко обежал фигуру Юмэлии взглядом.
– Почему бродишь одна? И куда только твой жених смотрит?
Грубость слов принца прямо противоречила беспокойству, смутно плескавшемуся в глубине его глаз.
– Уже ухожу, – Юмэлия поторопилась скрыться, но Аролан взял её за предплечье.
– Одна? Когда кругом столько хмельных?
Юмэлия нахмурилась. От принца не пахло вином, но эльфийка не могла объяснить странность поведения Аролана ничем, кроме как опьянением.
– Вам какое дело? – эльфийка вырвала руку из хватки принца. – Что вы лезете ко мне? Найдите себе девушку посговорчивее и посвободнее. А меня впредь не смейте касаться без разрешения, которого вы никогда не получите.
Аролан вскинул брови, но и сама Юмэлия изумилась вырвавшемуся потоку слов, которые эльфийка намеревалась хранить взаперти, в тёмных уголках своих мыслей. Предчувствуя скорую расправу, Юмэлия сжалась, но от сказанного отказываться не намеревалась.
Принц вопреки ожиданиям, поманил оставшегося стражника пальцем, не спуская с эльфийки пристального взгляда.
– Ты, проводи Юмэлию домой. Проследи, чтобы она вошла и заперла за собой дверь. Если с ней что-нибудь случится, кожу заживо сдеру.
– Не нужно, я сама… – спешно начала было Юмэлия, но стражник проигнорировал её слова, кивнув принцу.
– Да, Ваше Высочество.
– Если Сиолан дома, – продолжал Аролан, не спуская глаз с эльфийки, – передай ему приказ не выпускать Юмэлию из дома без сопровождения до утра.
– Я сказала… – возмущенно вскинулась она, но Аролан, резко подняв руку, нежно обвил пальцами подбородок Юмэлии и легонько сжал его. Наклонившись, принц ледяным тоном отчеканил:
– Не зли меня, Юмэлия. Я не Сагар, терпеть не стану.
Судорожно сглотнув, эльфийка отвела взгляд. Она так устала за вечер, что решила оставить попытки к сопротивлению, чтобы поскорее попасть домой и дать волю слезам.
Удостоверившись в покорности Юмэлии, Аролан отнял руку и скрылся за одной из дверей, из которой послышался звонкий девичий смех.
Почувствовав себя грязной, Юмэлия утёрла подбородок и двинулась вслед за безмолвным стражем.
«Цена семьи – моё унижение, – горько усмехнулась эльфийка. – И, боюсь, что однажды я не смогу её заплатить».
Глава V
“Упала на земли Квелендиля чешуя инеистого дракона, и родились из неё верховные дриады, Асфария и Исфария. Из слезы дракона появилась на свет верховная нереида — Таллиса. Жизнь трем верховным ореадам, Иссии, Маллии и Эссии, дало пламя огненных Колючих гор. Нет духов и жизни в пустыне Отчаяния, да не породит она более великих пустынных магов”.
– “Книга Жизни”.
Семь лет назад
Шорох листьев в кронах дубов Священной Рощи заставлял Аролана вздрагивать от испуга. Он оглядывался по сторонам, ступая по высокой траве, страшась услышать лай собак или голос магистра Лунтана, идущего по его следу. Аролан знал, что его найдут, что амулет-сокрытия, сжатый в узкой ладони, не поможет скрыться от всемогущего учителя Лунтана. Но юноша продолжал упрямо идти вперёд, кутаясь в тени деревьев, как в спасительный плащ.
В вышине громко ухнула сова, знаменуя начало ночи. Аролан пригнулся и затаился в траве. Феи, собирающие вечернюю росу, недовольно заворчали на принца. Их звонкие голоса пробуждали дремавших дриад.
От злости на свою робость Аролан поднялся в полный рост и махнул плащом на фей, прогоняя их. Те, ощерив мелкие острые зубки, кинули в эльфа снопом бордовой пыльцы и скрылись за могучими стволами дубов.
«Что за глупые создания, – Аролан резким жестом смахнул с колен травинки. – В Элленгоре фей почти всех истребили пикси, хоть бы и до Алтерхэйла они добрались».
Вдалеке послышался гул горна, предвещающего начало ночной охоты в Курчавом лесу неподалёку от Рощи. Аролан выругался и ускорил шаг. Из стволов на принца с интересом поглядывали дриады, чем изрядно бесили принца, но он не стал ругаться с обитателями Рощи: кто знает, выберется он тогда отсюда или навеки сольётся с корнями священных деревьев.
– Тебе нельзя здесь находиться. Лес опасен для пещерных эльфов.
Аролан остановился, заслышав звонкий девичий голосок. Он поднял голову и заметил в кроне дуба девочку лет двенадцати. Её светло-зеленые глаза сливались цветом с листьями, длинные русые волосы пушились, путаясь в ветвях. На худых плечах эльфийки висел тёмно-зеленый плащ, под которым виднелась грязная белая рубашка на несколько размеров больше необходимого.
Принц потянулся к ножнам на бедре, куда впопыхах сунул столовый нож, украденный им со стола за завтраком.
– Кто ты? – сощурившись вопросил он, дрожащими пальцами цепляясь за рукоять ножа.
Эльфийка спустила ногу с ветки и, шмыгнув носом, простодушно закачала ею.
– Если назову своё имя, не скажешь никому, что видел меня?
Догадавшись, что перед ним беглянка, такая же, как он сам, Аролан расслабился и убрал нож обратно в ножны.
– От кого ты прячешься?
Девочка утерла нос, размазав по лицу грязь, и пожала плечами.
– Не знаю. От отца, наверное. А ты?
Аролан скрестил руки на груди и вскинул подбородок.
– Я не прячусь.
Девочка рассмеялась и, ловко цепляясь за ветки, слезла с дуба на землю.
– Врунишка, – она приблизилась к Аролану и протянула ему испачканную в смоле ладонь. – Я – Юмэлия.
Принц брезгливо поморщился и на рукопожатие не ответил.