Невеста Змея Горыныча
- -
- 100%
- +
Всю дорогу до гостиной, а потом и устроившись в удобном кресле, утопая в подушках, я пыталась справиться с розовым киселем в голове. Лишь когда мужчины устроились напротив меня на достаточном, как мне казалось, безопасном расстоянии, а я сделала пару глотков крепкого кофе (вкуса которого, признаться, почти не почувствовала), я начала понемногу возвращаться в реальность.
– В-в-вы… двойняшки? — спросила я, нервно теребя край юбки.
– Нет, — ответил мне лорд Вистен, лениво откидываясь на спинку кресла.
– Но… как же? — удивилась я, переводя взгляд с одного на другого. — Вы ведь братья?
– Братья, — согласился лорд Анерис, ставя свою чашку на блюдце с безупречной грацией.
– И родились в один день? — решила уточнить я, пытаясь состыковать факты.
Я вдруг засомневалась: может быть, они и не близнецы, просто слишком похожие друг на друга братья с разницей в пару лет. Но лорд Вистен развеял мои сомнения:
– Да, в один день. И даже в один час. Хотя Анерис старше меня на целых полчаса, и не преминет напомнить мне об этом при каждом удобном случае.
– Значит, все же двойняшки? — выдохнула я.
– Нет, — отрезал лорд Анерис.
– Но… как же? Ведь вы братья, родились в один день, похожи друг на друга, как две капли воды… — я запуталась окончательно. Может быть, у них по-другому понимают термин «двойняшки»? Или я, деревенская дурочка, чего-то не знаю.
Лорд Вистен согласно кивнул, его глаза блестели от веселья:
– Да, все именно так. Но мы не двойняшки.
– Вот именно! Мы — тройняшки! — раздался от дверей гостиной новый голос.
Голос был таким же глубоким, но в нем звенела натянутая струна, как перед грозой. Я резко повернула голову и увидела третьего мужчину.
Мой рот некрасиво приоткрылся от изумления. Но почти сразу, очнувшись, я захлопнула его, не в силах вымолвить ни слова.
Мужчина, вошедший в гостиную, был безумно похож на своих братьев. Тот же рост, тот же разворот плеч, те же темные волосы и серые глаза. Но приглядевшись, я поняла, что передо мной совершенно иная стихия.
Этот лорд не улыбался. Он смотрел на меня неприветливо, сурово, даже враждебно. Между его густыми бровями залегла резкая хмурая складка, челюсти были сжаты так, что выступили скулы. Он был похож на надвигающуюся грозовую тучу, и казалось, он был совершенно не рад меня видеть.
– Алина, познакомьтесь, — ровным, дипломатичным тоном произнес лорд Анерис, хотя в его глазах мелькнуло напряжение. — Это наш третий брат, а точнее — средний. Его зовут Беонар. Пусть вас не смущает этот невежа, он у нас не отличается особой приветливостью.
Лорд Беонар не стал целовать мне руку. Он вообще никак не отреагировал на слова брата, лишь презрительно фыркнул, молча рухнул в свободное кресло и скрестил руки на груди. Весь его вид кричал о том, что мое общество вызывает у него глубочайшее омерзение.
– Беон, — укоризненно, но властно произнес лорд Анерис. — Ты не мог бы вести себя с Алиной полюбезнее? Все же она…
Он не договорил, не решаясь при мне произнести слово «пара». Но Беонар вспылил. Он подался вперед, и его серые глаза, такие же, как у братьев, но теперь пылающие темным огнем, впились в меня.
– Это вообще ничего не значит! — буквально рявкнул он, и от его голоса задрожали стекла в витринах. — Истинность — это миф! Сказки для наивных девиц! Что бы вы там себе ни придумали, Анерис, я не собираюсь идти у вас на поводу и принимать в своем доме непонятную девку, притянутую за уши к нашему очагу!
– Беон! — повысил голос Вистен, его ленивая улыбка исчезла, сменившись жесткой складкой губ. — Давай мы это обсудим наедине. Незачем девушке выслушивать твои оскорбления.
А я сидела ни жива, ни мертва, вцепившись в подлокотники так, что побелели костяшки пальцев. Мне непонятна была реакция этого Беонара. Я не понимала, что я сделала не так, почему он так зол, почему его взгляд обжигает меня сильнее, чем взгляды его братьев. И вдруг, наперекор страху, я с ужасом осознала странное, иррациональное желание: мне безумно хотелось встать, подойти к нему и разгладить эту суровую морщину между его бровей. Прижать его голову к своей груди и заставить его расслабиться, почувствовать себя в безопасности.
От этой мысли меня бросило в жар. Что со мной не так?!
– Простите, — тихо, но твердо сказала я, вставая с кресла. Ноги предательски дрожали. — Я бы хотела вернуться в свою комнату.
– Это вы, Алиночка, простите нас за эту безобразную сцену, — лорд Анерис тоже поднялся, в его голосе звучала неподдельная вина. Он сделал шаг ко мне, явно собираясь проводить.
– Нет, спасибо, — я отступила на шаг. — Наверное, вам нужно поговорить с братьями. Я сама дойду, не стоит волноваться. Я не заблужусь.
– Простите, — тихо, но с металлическими нотками произнес Вистен, не сводя с третьего брата тяжелого взгляда.
Я вежливо, насколько это было возможно в моем состоянии, попрощалась и вышла из гостиной, плотно закрыв за собой тяжелую дубовую дверь.
Но уже когда я держалась за холодную бронзовую ручку, сквозь толстое дерево до меня донеслось презрительное, полное яда фырканье Беонара. И это фырканье обожгло меня сильнее, чем пощечина.
Глава 8
Сидеть в четырех стенах роскошной спальни, уподобившись томной пленнице, мне быстро наскучило. Поймав себя на том, что я снова и снова прокручиваю в голове лица братьев, я решила сбежать из замка и отправилась исследовать сад.
Парадная часть сада поражала воображение: безупречная геометрия дорожек, усыпанных белым песком, клумбы с диковинными, невиданными в наших широтах цветами, мраморные скамейки и изящные беседки, увитые плющом. Здесь чувствовалась заботливая, но строгая рука садовника, создавшего это место исключительно для неспешных прогулок высокородных особ.
Но моя натура знахарки требовала иного. Оставив ухоженные розы, я свернула с главной аллеи и, пробравшись сквозь густую живую изгородь, обнаружила совсем другой мир. В дальних, заброшенных закутках сада, куда редко ступала нога человека, царил буйный, первозданный хаос. Зато именно здесь, среди дикого папоротника и высоких сорных трав, мой глаз, привыкший различать зелень, заметил знакомые стебли.
Я присела на корточки, раздвигая заросли. Луноцвет! А вот серебристый тысячелистник и кусты дикого шиповника, чьи плоды ценились на вес золота. Как они оказались здесь, в тени высоких стен? Видимо, много лет назад кто-то из обитателей замка всерьез увлекался зельеварением, но время стерло память о том садовнике, оставив лишь одичавшие, но от того не менее ценные сокровища.
Поставив для себя мысленную отметку, я решила, что завтра же принесу сюда ножницы и корзины. Эта мысль грела душу: у меня появилось дело, простое, понятное и родное.
После прогулки, насыщенной запахами влажной земли и трав, я отправилась в библиотеку. К своей радости, на нижней полке массивного дубового шкафа я обнаружила целый ряд фолиантов по траволечению. Я устроилась в глубоком кожаном кресле у камина и погрузилась в чтение с головой, забыв не только про обед, но и про ужин.
И это было спасением. Потому что стоило мне отвлечься, как в голове всплывали они. Трое. Воспоминания о братьях вызывали во мне странный, лихорадочный жар, который меня и смущал, и пугал до дрожи. Я краснела, вспоминая хмурый, суровый профиль Беонара, и с ужасом понимала, что мне безумно, до боли в пальцах хочется прикоснуться к его напряженной щеке, разгладить эту грозную складку между бровей и почувствовать, как его жесткие губы впиваются в мои.
А потом перед глазами вставала мягкая, надежная улыбка Анериса, от которой веяло спокойствием, или слышался бархатный, мурлыкающий голос Вистена, от которого по коже бежали мурашки. И я с отчаянием осознавала: мне нравятся они все. Я не могла выбрать кого-то одного, мое тело и душа откликались на каждого из них.
Но тут же, как холодный душ, накатывал страх. Я — невеста Змея Горыныча. Дракона. Существа с тремя головами, чья человеческая ипостась была для меня тайной за семью печатями. Кто он? Если братья так прекрасны, то во что превращается их повелитель? Страшный, чешуйчатый урод? И каково это — быть истинной парой чудовища? А вдруг, когда придет время, он не полюбит меня, а просто сожрет?
Я пыталась расспрашивать Анериса, но он лишь мягко уходил от ответа, обещая, что «время еще придет». Поэтому я гнала страхи прочь, прячась за древними страницами фолиантов.
Я настолько увлеклась описанием свойств мандрагоры, что даже не услышала, как тяжелая дверь библиотеки бесшумно отворилась.
– Это настолько интересно, что вы даже про обед забыли?
Бархатный, низкий голос с легкой хрипотцой ударил по тишине. И на эти вибрации мое тело отозвалось мгновенно — жаркой волной, прокатившейся от затылка до самых пят.
Лорд Вистен. Он склонился надо мной, опираясь одной рукой о подлокотник моего кресла. Я сидела, прижав к груди большую книгу, и чувствовала, как его горячее дыхание ласкает чувствительную кожу на шее. Я чуть не застонала от этого прикосновения, от скручивающего низ живота вихря внезапного, дикого желания. Еле сдержалась, чтобы не повернуть голову и не встретиться губами с его красиво очерченным, чуть насмешливым ртом.
Собрав всю силу воли в кулак, я подскочила на ноги, чуть не уронив фолиант, и, прижав его к груди как щит, внезапно осипшим голосом пробормотала:
– Это… это очень редкий трактат. В нашей городской библиотеке такого днем с огнем не сыщешь. Возможно, кто-то из ваших предков всерьез занимался лечебными травами? Тут собрана просто уникальная коллекция.
Вистен не отступил. Он смотрел на меня с той самой хитрой, ленивой улыбкой хищника, который знает, что добыча уже в его капкане.
– Насколько мне известно, прабабка лорда Анбевиса была именитым зельеваром, — тихо произнес он. — Это ее наследие.
Он говорил, но его внимание было приковано ко мне. Его тяжелый, почти осязаемый взгляд скользил по моему лицу, медленно спускался по шее, задерживаясь на ключицах, затем оценивающе, по-хозяйски измерял размер моей талии и, наконец, задержался на бедрах, скрытых не слишком пышной юбкой. От этого немого, раздевающего взгляда меня бросило в жар. Я смущалась, горела, но в то же время внутри просыпался темный, неизведанный голод. Хотелось большего. Хотелось, чтобы его руки заменили его взгляд.
Я молчала, не в силах произнести ни слова. Дар речи покинул меня. Я подняла на него глаза, полные смятения, и буквально утонула в его потемневших, серых как грозовое море глазах. Мы застыли, сцепившись взглядами, и воздух между нами стал густым, наэлектризованным. Вистен медленно, почти незаметно качнулся мне навстречу. Его лицо было в шаге от меня. Я видела, как напряглась его челюсть, как слегка расширились зрачки. Мне казалось, что он вот-вот схватит меня, прижмет к этому чертову книжному шкафу и коснется губами…
– Лорд Вистен! Госпожа Алина! — звонкий голос служанки, появившейся в дверях, прозвучал как удар хлыста.
Мы оба вздрогнули и отпрянули друг от друга так резко, словно обожглись. Между нами снова образовалось приличное расстояние в несколько шагов, но напряжение в воздухе осталось висеть тяжелым, дурманящим туманом.
– Ужин готов, — смущенно пролепетала девчонка, опуская глаза.
– Идемте, Алина, — голос Вистена звучал ровно, но я видела, как тяжело он сглотнул. — Нас ждут в столовой.
Он подошел ко мне и предложил локоть. Я тут же уцепилась за его руку, как за спасательный круг, чувствуя, как под пальцами напрягаются твердые мышцы. Мои ноги предательски подрагивали, а на плечи навалилась внезапная, ватная слабость. Я пребывала в полной растерянности, не понимая, что со мной творится и как бороться с этим ненормальным, стихийным состоянием.
Я всегда была разумной, практичной девушкой. Дожив до двадцати лет, я никогда не испытывала такой безумной, сносящей крышу влюбленности, которая была свойственна моей сестре. Тинка влюблялась безоглядно, полностью отдаваясь во власть чувств, как бабочка летит на огонь. Я же всегда гордилась своим холодным рассудком.
И вот теперь, идя по коридору и чувствуя тепло руки Вистена сквозь ткань его камзола, я с ужасом понимала: мой рассудок плавится. Я теряю голову. Я, кажется, влюбляюсь. Да еще и сразу в троих мужчин! Лордов! Которым я, деревенская знахарка, и в подметки не гожусь. А я, как выяснилось, истинная пара и, что самое страшное, невеста неизвестного мне дракона.
И что, скажите на милость, мне теперь с этим делать?
Глава 9
Мне снова снились они. Трое.
В этот раз пелена тумана, скрывавшая их лица, рассеялась. Чьи-то горячие, бархатные губы касались трепещущих, набухших от томления вершин моей груди, дразня и сводя с ума нежными, но требовательными ласками. Другой прокладывал дорожку обжигающих поцелуев по дрожащей внутренней стороне бедра, приближаясь к самому потаенному центру моего естества, в то время как ловкие, сильные пальцы третьего уже дарили мне первые предвестия сладкой бури, касаясь самого нежного и уязвимого места.
С замиранием сердца я осознала, что наконец-то смогла разглядеть их. Три грани одного совершенства. Лорды Анерис, Вистен и Беонар. Их потемневшие от голода взгляды будили во мне сладкое томление, заставляя желать только одного — отдаваться им всем, принадлежать им целиком, без остатка, сгореть в этом огне дотла.
Когда Беонар — суровый, не знающий пощады даже в нежности — прикоснулся губами к самому источнику моего зарождающегося пламени, я не выдержала. Громкий, ломающийся стон сорвался с моих губ, и я подалась ему навстречу, запутываясь пальцами в его темных волосах. Губы Вистена накрыли второй, пока еще свободный бутон, дразня и покусывая, в то время как Анерис мягко, но властно ласкал первый. Это была сладкая, невыносимая пытка, доводящая меня до исступления. Я выгибалась навстречу мужчинам, кричала, плакала и требовала еще, моля о пощаде и о новой муке одновременно.
Беонар коснулся губами самой сердцевины моего наслаждения, жадно и ритмично, а затем его язык вычертил нежные, сводящие с ума круги в самом средоточии моего желания, усиливая вихрь, который уже закручивался где-то в самом низу моего живота, превращаясь в ураган.
Ласки его братьев лишь подливали масла в огонь. И в какой-то момент я вдруг не выдержала. Я взорвалась. Сильные, доселе неизведанные ощущения разбили меня на тысячу осколков. Жаркая, ослепительная волна прошлась по всему телу, и я начала содрогаться в сладких, тягучих судорогах под умелыми руками и губами моих мучителей, чувствуя, как они пьют мой экстаз.
У меня не было практики, но я была начитана. В старых трактатах по анатомии и лекарскому искусству я мельком читала про этот пик женского блаженства. Конечно, ученые мужи описывали это сухо и скупо, но я сразу поняла: то, что я испытала, было именно им. Той самой вершиной наслаждения.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.