Штирлиц, рептилоиды, ЖКХ и все – все – все

Штирлиц и честные риэлторы

Однажды Штирлиц начал поиски жилья в одной из столиц. Сто лиц было у каждого риэлтора, они всё время ради выгоды что-то ему врали. В ралли – этой гонке с препятствиями за неуловимой арендой мечты – он провёл уже две недели, звонил перепродавцам недвижимости, и в Интернете на сайтах сидел. Седела и шевелюра Штирлица с каждым часом. И вдруг случилось нечто – рептилоиды, устав от вечной людской лжи, просветили Землю невидимыми лучами, и стали человеки говорить только правду. Каждый день разведчика начинался с обзвона.

– Добрый день! Сдаёте однушку?

– Да. Только там жила молодая пара: съехали, не убрались. Пылюки там кругом много, придётся навести порядок. У хозяйки есть условие – раз в месяц будет приезжать с дачи (а она у неё далеко – в двухстах километрах), и оставаться с ночёвкой. Разберётся со счётчиками, оплатит квитанции, и – домой. Поите, кормите старушку дня три, пока назад к своему деду не соберётся.

– Как-то не хотелось бы с бабушкой ночи коротать…

– Да, что вы, она такая милая и позитивная старушка! Ей девяносто два, а выглядит всего на сорок. А как легка в общении! Прежние жильцы говорили: пукает она иногда во сне, если яблок или капусты на ночь поест, а ещё… ещё бруксизм у неё.

– Это что – бруксизм?

– Зубы вставные стучат, но только ночью. Вы не стесняйтесь, чашку водой наполните, ко рту ей поднесите, бабка их и выплюнет туда. А не поднесёте – забудет челюсти снять, так и простучит всю ночь, не уснёте. Снова разведчик ищет вариант на сайте. И видит он не квартиру на фото, а грязный бомжатник после пожара. Обои в комнате чёрные, в потёках; на старую мебель накинули шторы, чтоб скрыть следы от языков пламени. Ванна свой белоснежный цвет поменяла на траурный, унитаз расколот, а кафель местами облетел, оголив стену. На кухне приютилась советская плита на коротеньких ножках, раковины и холодильника – нет. Тут даже не уборка нужна капитальная, а хороший такой ремонт. Однако разведчика ничем уже не напугать: хуже пукающей, маразматичной бабки – не бывает человека на Земле. Плюсы у жилья тоже имелись значительные; стоимость аренды на треть ниже рыночной, а до метро дойти за пять минут получится.

– Когда заселяться? – спрашивает Штирлиц риэлтора.

– Хоть завтра, условие хозяин только выставил…

– Толька – хозяин? Анатолий, значит?

– Нет, только – это поклеить новые обои, застелить линолеум, уложить кафель. Только – установить новую плиту, сантехнику, стиральную машинку, новую мебель. Только…

– Я понял, понял, – перебил разведчик. – А хозяйка оплатит все эти покупки?

– Нет, она же многодетная мать, совсем без денег! Ей потому и приходится квартиру сдавать, чтоб детей прокормить: сорокатрёхлетнего Илюшеньку Львовича, пятидесятилетнюю Юлию Ебтивичну и шестидесятилетнего Андрея Джу. Илюшеньку Львовича жена иногда из дома выгоняет, он к вам придёт иной раз, но мирятся они быстро, и недели не пройдёт. А вот Юлия Ебтивична живёт в Якутии, а как ей там надоедает, в Москву приезжает, к вам ненадолго заглянет. Она всё на оленях привыкла ездить, не пойдёт же она со своими оленями в отель! Их же туда не вселят! А у вас – нормально, на лоджии всё её стадо прекрасно помещается, жуют себе свой мох – ягель, без всяких проблем. Зато привезёт вам строганины, вот заживёте-то как, заживёте!

– А что с Андреем Джу не так? У него папа – кореец?

– И папа кореец, и жена кореянка. Но разве ж мы не люди? Разве не приютите у себя Андрея ненадолго? Ему иногда смена обстановки нужна, знаете, быт добивает тонкую душу. А в этой квартире он рос, пожар, кстати, из-за него и случился, кальян раскурил неудачно, да, так бывает. Вообще он такой добряк, со всей округи собачек домой приводит и кормит их, кормит… И понял Штирлиц, что это бумеранг к нему прилетел: не захотел уборку генеральную делать – занимайся ремонтом и живи с чужими якутами. Вдруг – о чудо – появилось объявление о маленькой студии. Набирает номер. – Вы все издеваетесь надо мной: покажи, да покажи. Два часа буду по Москве ехать, а вы потом меня же ещё и обматюкаете… А давайте, я вам правду скажу? – наехала риэлтор, и аж закашлялась от этих непривычных для неё слов.

– Давайте!

– Во дворе этого дома стройка началась. Пыль – кучей вьётся и в окна летит. Днём – шум от техники, криков прораба. Ночью – иногда и тишина, работы смолкают, но сторож… Сто рож – это строительная бригада – выйдет покурить, то ведро нечаянно заденут, и покатится жесть по бетонному полу, разбудит округу; то после игр в карты драку начнут, а то и впрямь работают, включают прожекторы и аврально строят, строят…

– Нет, спасибо! Не нужно!

– Есть ещё другой вариант. Тоже студия в японском стиле, дом рядом с метро. Завтра приезжайте, сами увидите. Но лучше не приезжайте, желающих снять эту студию – целая очередь. Сейчас забронируйте, пять тысяч мне переведите!

– Как забронировать? Я же не видел жилья!

– Ну, вот вы опять! Вы же приедете, всё увидите, и материть меня начнёте…

– За что?

– За то, что я аферистка, сдаю вам студию в самом обычном отеле! Ой! Что же сегодня оговариваюсь и оговариваюсь?

– И это всё?

– После вашего заселения договор признают недействительным, вас выставят на следующий день. Ой! Что-то у меня с языка всё слетает и слетает…

– А я снова проплачу, и всё равно там останусь…

– На три дня, не больше.

– Почему?

– Стены в отеле – картонные – все звуки и запахи от соседей слышны, а ещё в этом же доме караоке-бар до утра работает.

– Куплю себе наушники. Строительные.

– У вас никогда не будет денег.

– Это почему?

– На углу этого же дома работает офис, оказывает миграционные услуги, гастарбайтеры там круглые сутки в очереди стоят, иногда, прохожих обчищают.

– Куплю себе вертолет, и буду приземляться на крышу!

– Неделю твой вертолёт проработает.

– ?

– В этом доме есть кафешка, там готовят вкусные обеды, на запах пришли тараканы. Из местных рыжих путём естественного отбора появился новый вид гигантского таракана – Пожиратель. Жрут особи этого вида всё подряд, даже металл, если вдруг съестные отходы кончились в кафешке. Они уже на спортивный зал несколько набегов совершили и попортили тренажёры с гирями.

– Но не может же быть, чтоб всё там так плохо было!

– А вот и может! Дышать в этих комнатках совсем нечем: кондиционер включишь – не работает, а откроешь окно – вонь от мусорки. А ещё, ещё там клопы живут…

– Нет, про клопов даже не выдумывайте! Не могут они жить в евроремонтном отеле!

– Чудо-клопы прибежали из соседнего, дешёвого хостела, где обычно мигранты селятся, пока документы им не сделают.

– Но в остальном же всё хорошо? Я посмотрел на фото, в комнатке всё есть: уборная комната с душем, холодильник, плита, посуда, микроволновка, телевизор, кровать, диванчик и постельное бельё с полотенцами.

– Постельное бельё там редко стирают, экономят воду и свет. Обычно оно всё такое … волосатое.

– Утеплённое, значит. Но что-то же есть там и замечательное? Вот, цена невысокая…

– Залог ещё потребуют за рваный диван.

– И это всё?

– Да всё сами видите, условия невыносимые!

– Это такая ерунда по сравнению со стройкой под окном, пукающей бабушкой и чужими якутами. Ваша студия в отеле – рай для меня. Я – согласен! Оформляйте договор!

Но, к сожалению, последняя сделка у Штирлица вновь сорвалась, и продолжал он бегать по Москве в поисках съёмной квартиры. И вдруг, на старости лет, захотелось ему жить в тепле, на юге столицы – Тёплом стане. Летом это был дивный маленький островок жаркого лета со своим лесом, песчаным пляжем и прудом с утками. Сутками напролёт разведчик бегал по микрорайону – микроРаю – приехавших узбеков. Была их здесь куча кучная. Они даже свой рынок открыли и торговали свежим мясом, фруктами и овощами. По щам надавали и представителям фискальных органов, когда они сунулись проверять документы. Поэтому, и этот узбекский язык, слышавшийся со всех сторон, и эти торгующие приезжие, – всё навевало на мысли о той колоритной стране, в которой разведчик никогда в жизни не был. И вот Штирлиц снова гуляет по сайту недвижимости «Цианистый калий и другие смертельные яды». Да, сделка с риелторами подобна действию быстродействующего яда: могут обчистить до нитки, а при сопротивлении случайно убить и сбросить труп в подземную речку Неглинку. Звонит разведчик риелтору Олесе Олесиной. – Олеся, добрый день! А когда можно посмотреть квартиру? Очень интересует этот лесной район с прудом, с красивым пляжем.

– С красивым – ляжем? Конечно, ляжем! Ура! Тройничок! С меня – алкоголь, закуска – с вашей стороны – оживилась Олеся.

– Красивым пляжем говорю!

– Ну вот, такое предложение испортили! И всё настроение!

– Олеся, а как там с квартирой?

– Вообще, я – не Олеся! Не называйте меня так никогда!

– Как не Олеся из Полесья: не сказка, не чудо, не песня? Извините, я нашёл ваш номер на сайте недвижимости, слоган у них «Наша работа быстрее укуса змеи».

– Да, нет! Всё правильно! Я выкладываю объявления о сдаче квартир под именем Олеся Олесина, а вообще-то, я – Леонид!

– Очень странно, что вы – Леонид!

– Почему это?

– Голос у вас слишком женский для Леонида.

– Ну, да. Для этого, конкретного, объявления я – Леонид, а на самом деле я – Ольга, хотя в последнее время – Стас. По половой принадлежности, скорее, трансгендер. Родился я девочкой, но всегда чувствовал себя мужчиной: играл в футбол с мальчишками во дворе, никогда не носил платья и туфли. Я – ошибка природы. Друзья мне помогли, собрали деньги на операцию по смене пола. Курс восстановления прошёл, сейчас пью мужские гормоны, но голос всё равно у меня тонкий.

«Вот это я понимаю, маскировка, вот это смена внешности! Мне бы так! Заехал в Германию штандартенфюрером СС Штирлицем, а рассекретили, сделал операцию, и уже Максима Максимовна Исаева, многодетная мать выезжает в Россию», – думал разведчик, поражаясь, почему до этого не дошли наши спецслужбы.

– Скажите, с чего мы начнём с вами работу?

– Вышлите мне скан вашего паспорта.

– А вы мне тоже свой пришлёте?

– Нет, конечно, вы же наберёте на него микрозаймов всяких!

– Как же я вам вышлю паспорт, если о вас не знаю совершенно ничего?

– Как это так – ничего? Да я вам сейчас столько о себе порасскажу! Я – Олеся – родился в 1985 году и вырос в Тёплом стане, в 2005 сменил пол и стал Леонидом, грудь мне отрезали, а штучку от донора, только умершего…

– Постойте, постойте, пожалуйста, не надо, не надо мне таких подробностей!

– Сейчас гражданство у меня иностранное, живу в Черногории, омываемой тёплым Адриатическим морем.

– Спасибо, Олеся! Спасибо, Леонид! Отдельное спасибо, вам, Ольга и Стас! Но я, пожалуй, поищу другого риелтора.

– Ну, до свиданья! Я, я вам всю душу наизнанку вывернул, а вы даже свой паспорт прислать не хотите! Сразу было понятно, что вы неадекватный, конченный дурак! Опять берётся Штирлиц за сайт, находит весьма приемлемый вариант, и цена, и состояние квартиры очень даже устраивают.

– Доброе утро! Меня зовут Максим, я нашёл ваше объявление на сайте недвижимости. А как вас зовут, когда, во сколько можно посмотреть квартиру?

– Здравствуйте! Я – риелтор Кирилл! Давайте сегодня после обеда?

– Хорошо! А если всё понравится, то когда собственнику удобно со мной договор об аренде подписать?

– Вы, наверное, из деревни к нам в Москву приехали?

– Почему из деревни?

– Читать не умеете! Название не прочитали – «Онлайн арендодатели»!

– Прочитал!

– А зачем вы их тогда живьём требуете? Живьём их давно уже нет! Мы работаем так: у нас есть видеозапись, где собственник подписывает в последний день своей жизни, последнюю минуту, важный документ – договор аренды. Затем я вам приношу этот договор, вы его подписываете, и всё – можете вселяться.

– А почему эта минута подписания стала последней?

– Умерли они все, все двести пятьдесят шесть человек, как только договор подписали.

– Ужас какой! Что же с ними со всеми случилось?

– В лесу они гуляли, потом в ямку упали, а выбраться так и не смогли, съели их волки дикие, да медведи. Ты про врачей, Штирлиц, слышал? У каждого – своё кладбище с покалеченными пациентами. У нас, риелторов, такая же схема работы.

– А откуда вы узнали, что моя фамилия – Штирлиц?

– Базу вашу шпионскую давно в Интернете вывесили, светится твой номер телефона…

Берётся разведчик снова за сайт, подбирает варианты, видит фото чистенькой квартиры, но район другой: вместо леса и песчаного пляжа обозначены на карте автобусное депо и шумящий МКАД.

– Добрый день, Денис! Когда вам удобно показать квартиру?

– Хоть сегодня!

Подошли они с риелтором к дому, прямо под окнами – вышка связи. «И в Америку, и в Германию, и по всему миру буду шифровки передавать», – обрадовался Штирлиц. Стал он с недавних пор на несколько разведок работать: три зарплаты больше одной.

Но тут послышался оглушительный шум, разведчик поднял голову, и аж присел от страха, вспомнив бомбёжки Германии в сорок пятом: над головой громадный Боинг пронёсся на расстоянии вытянутой руки.

– Тут аэродром неподалёку, – заметил риелтор. – Все время самолёты летают.

Зашли они в уютную комфортную однушку, посмотрели, всё в порядке. «В чём же подвох?», – думал Штирлиц.

– Хозяйка квартиры сломала ногу, давайте к ней домой съездим и договор подпишем.

«Ага, значит, в этом закавыка вся и кроется: попал я к продавцам органов, зайду в квартиру, а там – чёрные трансплантологи свяжут меня и порежут тёпленького ещё на кусочки». Но деваться было некуда – время поджимало, через пару недель надо выходить на новую работу.

«Кто не рискует, тот не пьёт шампанского, не живёт и не работает в Москве», – вывел новое для себя правило Штирлиц.

Приезжают они на квартиру, заходят, а навстречу – бабушка на костылях. Смотрит разведчик на риелтора и просто поверить не может в свою удачу: снял-таки себе однушку в столице!

Штирлиц, рептилоиды и ЖКХ

Однажды Штирлиц вышел на пенсию, поскольку весь из себя давно уже вышел. И вроде бы спокойная и тихая у Тихонова началась жизнь в глубинном Подмосковье, знай себе вставай поздним утром, пей кофе в постели, ходи не спеша по магазинам, да оплачивай квитанции. Так нет, привиделось разведчику, как маленький подмосковный городок вдруг превратился в испытательный полигон: рептилоиды прилетели и сюда, расселились, скрестились с местными жителями и получился совершенно новый тип живого существа – человекоящеры. И принялись эти твари – рептилоиды и человекоящеры проделывать свои грязные делишки. Пришельцы проникли почти что во все сферы жизни, небывалое масштабное вредительство касалось каждого горожанина. Иначе никак нельзя было объяснить мозаику маразма, из которой состояли грустные будни Штирлица. Обложили его со всех сторон многочисленными штрафами и нормативами. Понадобилось разведчику переоформить договор, пришёл он к газовикам в голубое деревянное зданьице. Протягивает зелёному человечку документы на новую плиту. Зелёный залез в компьютер, скосил свой кошачий глаз на монитор:

– Так, так, так, Исаев, плита-то у вас просроченная! Вы всего год назад сюда приехали, а мы ходили всем городом в гости к бывшим хозяевам квартиры, видели их советскую плиту, они жарили на ней быка целиком! А ещё – шарики воздушные наполняли газом, и продавали детям. Вам меня не обмануть, старая она у вас, ржаа-ваа-яяя!

– Как ржавая? Достал похоронную заначку из банки с огурцами, а ваш специалист мне установил новую, и, вот, посмотрите, документ дал!

– Не скрою, удивили. А как же ваши похороны?

– А как же штраф? Обещали громадные штрафы за старые плиты, тогда мне и до похорон не дожить! Выдали Штирлицу договор, а в нём – ни слова о том, что плита новая.

– А про плиту впишите, пожалуйста!

– Уже вписал, – ответил пришелец, облизнул губы своим змеиным языком, и посмотрел куда-то вглубь Штирлица, сквозь толщу кожи и внутренних тканей, словно завтрак его разглядывал в желудке.

Но разведчика не провести: маленькая ложь рождает большое недоверие. «То есть если вдруг не дай-то Бог что-нибудь страшное случится, взорвётся у кого в подъезде старая газовая плита, то виноват буду я, нигде же так и не записали, что у меня новая. В маленьких городках, где рука руку моет, только такой расклад и возможен». И что примечательно – коммунальные службы расплодились, как пара рептилоидов на весенней полянке. Одна организация только подаёт вам газ, другая – отвечает за обслуживание газового оборудования, третья берёт деньги за все остальные услуги, четвёртая – ведёт учёт и координирует оформление документов. «Их так много, а я один всю эту инопланетную ораву корми?» – думал Штирлиц. У меня есть собственная нефтяная вышка что ли? Или вдруг по пятьсот рублей стали начислять Штирлицу за воду. Снова пошёл он к коммунальщикам.

– Исторически мой славный род воевал со шведами, турками, поляками, французами, немцами, японцами, а я был разведчиком в Великую Отечественную. Кровь моих предков на этой земле, богатой ценными ресурсами. Так почему я должен свою крохотную пенсию на коммуналку всю тратить?

– У вас же счётчик – просрочка, вот вам по нормативу и начисляют.

– Откуда такой норматив, если у меня никогда больше чем на двести рублей не уходит?

– Вас поставили на счётчик!

– Это чё, снова бандитские девяностые вернулись?

– Да! Но у вас есть выбор – платите по нормативу!

– Сдал я этот норматив: ГТО – в школе, мастера спорта – в вузе. Отчего ваш норматив – это сдирание с меня последней шкуры?

– Подумаешь шкура! Это же не сердце, лёгкие и почки, – сказал рептилоид, тоже вглядываясь куда-то внутрь Штирлица. – Разумные существа вселенной давно научились менять свою кожу по надобности, несколько раз за год!

И не оставляли рептилоиды Штирлица в покое, лезли в его жизнь, и даже домой стали приходить.

– Мы каждые четыре месяца ходим по домам и показания счётчиков проверяем! – сказала парочка пришельцев.

– Так я же новый установил, а показания я каждый месяц на сайт отправляю и вовремя оплачиваю!

– А мы всё равно ходим и вас контролируем! Вдруг вы бизнес открыли? На счётчик магнитики понавесили, провели дополнительные линии на всё Подмосковье, и берёте со всех оплату. Энергосбыт наш обворовываете?

– Я – вор? Да это вы – самые настоящие воры моего бесценного времени! – Каждые шесть лет я должен по вашим законам внеземной цивилизации покупать и ставить счётчики, покупать и ставить, передавать показания, и все время платить!

– Да кто бы говорил, но не ты! Ты ж, гад, Штирлиц, настоящий гад! Что ты чмо немытое натворило? Сегодня дождь, и сквозь дыру в крыше течёт ручей по всему подъезду. Это ты крышу-то и продырявил, ставишь на неё свой звездолёт, чтоб за стоянку не платить! Мы в налоговую на тебя заявим!

– Что вы? У меня ни звездолёта, ни даже машины!

– Ты чё, это же мы там приземлились! – сказала одна тварь другой.

– Не суть! Мы всё равно на вас настучим, вы же, Штирлиц, совсем перестали плодиться… Нет же у вас нового выводка?

– Да я уже старый! Мои дети давно выросли и живут отдельно!

– Вот-вот, платите налог на бездетность. Берите пример с нас, с рептилий: мы плодимся почти всю жизнь, и наше межгалактическое государство не штрафует нас, на какой бы планете мы не находились.

Когда-то кто-то проклял этот город, в котором поселился Штирлиц. Иначе никак не объяснить отсутствие в кране самой обычной горячей воды в век технического прогресса, прорывных открытий в самых разных областях науки. Учёные удачно провели квантовую телепортацию, и уже подумывали о новом эксперименте – отправить мышь Лолу в космическое путешествие. Неприятные воспоминания о мышеловке, коте Барсике, лабораторных испытаниях – стёрли из воспоминаний грызуна, а занесли – о путешествиях на другую планету, спаривании с межгалактическим самцом, выведении потомства. Да, люди по-прежнему мечтали только об одном, жадно вглядываясь вглубь вселенной: о покорении новых планет, пригодных для жизни, чумном загаживании, доведении их состояния до экологической катастрофы. Каким-то чудом разглядели карликовую планету Эриду, а вот жизнь простых людей, превратившуюся в сложное выживание, никто не хотел хоть чуточку облегчить. В глубинном Подмосковье население осталось в каменном веке, без горячей воды. Жители вынуждены ставить себе газовые и электрические водонагреватели. Пенсионерам хуже всего – не всякой пенсии хватит на покупку и установку вышедшей из строя техники, и потому ходят они раз в неделю в баню по пенсионной скидке. Старожилы рассказывают, что когда-то горячая, но цвета весенней лужи субстанция бежала из-под крана, но не вызывала желание грязные резиновые сапоги из сада сполоснуть, не то что искупаться. Штирлиц установил обогреватель, но включал его редко, дорого обходилось электричество. Потому грел себе десятилитровую кастрюлю на газовой плите, таскал в ванну и устраивал мойку под названием мурашковый шкуродёр – лютый ознобчик. Кожа всегда сплошь покрывается мурашками, когда купаешься в тазике. Мэр города вообще мылся зимой в проруби, приучая горожан к мысли о ненужности горячей воды. «Блажь это всё, Интернет пробил ваши души, нагляделись красоты заморской о дворцах роскошных с бассейнами, удобств захотелось?» Однажды взял и принял указ о запрете доступа во всемирную сеть. Перерубить кабель в сто раз проще, чем построить котельную с очистными сооружениями и провести в квартиры горячую воду. Хорошо, что хотя бы холодная вода бойко бежала из крана, но наполняла при этом воздух запахом тухлых яиц – сероводородом. Первое время разведчик пил эту лечебную воду, но заломили от неё уцелевшие зубы и коленные суставы, и пришлось перейти на покупку воды в пятилитровых бутылках. Носил он их из магазина на спине, чувствуя себя не иначе, как богатырём. Плечи выросли до мистических размеров, один-в-один Илья Муромец. В дверной проём Штирлиц пока ещё проходил, но плечом всё время ударялся в косяк.

«Мышечная память», – думал Штирлиц.

«Штирлиц качком стал на старости лет!», – смеялись мышцы. И даже за самый обычный глоток воздуха разведчику приходилось качать свои права. Записался он в новый спорткомплекс с просторными залами и современными тренажёрами. Но восторг поутих быстро, как только уличный термометр опустился до минусовых температур, так сразу и отключили в зале кондиционеры. Для подачи воздуха просто открывали нараспашку двери. Резкий запах пота, спёртый воздух и повышенная температура сделали его невозможным для занятий. Однако рептилоидам такой микроклимат был самым подходящим, приближенным к условиям родной планеты.

– У нас есть программа для вентиляции, но она рассчитана на летние месяцы, а вот для холодного времени года её нет, дорогая слишком, – ободрил тренер по фитнессу, пряча свои чешуйчатые покровы под утеплённым костюмом и шарфиком.

– Я хочу дышать! Дайте мне свежий воздух! Почему я должен платить вам деньги за эту газовую камеру?

– Да не камера это никакая, прекрасные условия вам создали! Делали бы, как другие наши спортсмены. Вон, веники с собой приносят, в конце тренировки напарятся так хорошенечко, и в бассейн сразу бегут.

Особо усложняли жизнь Штирлицу самые обычные … дорожки. В холодное время года разведчик не мог лишний раз из дома выйти – обледенелые и заснеженные тропки исчезали из видимости, уступая место бесформенным ледяным массивам. «Это сколько же людей попереломало себе ноги и руки? Сколько стало пожизненными инвалидами?» Коммунальщики-рептилоиды, конечно, делали вид, что пытаются устранить превратности погоды, рассыпали по дорожкам песок. Когда они впервые увидели громадное месторождение, то загрузили в звездолёты сотни тысяч тонн песка и отправили к себе домой: яйца высиживать в нём самое то. Поэтому в этом сезоне приходилось экономить сыпучий материал, и всё время мешать с глиной. На снегу эта масса превращалась в грустное месиво, напоминающее и по цвету, и по консистенции содержимое использованных детских подгузников. И грязь эта, налипая на подошву, растаскивалась по магазинам, офисам, банкам, подъездам жилых домов и квартирам. Одна молодая девушка получила утром смк-ку от МЧС с просьбой и носа на улицу не показывать ввиду неблагоприятных погодных условий. Но тридцать первого декабря она вдруг вспомнила о пакетиках под подарки. Вышла из дома – ледяная корка Северного Ледовитого океана распростёрлась возле подъезда, только в ледоступах по ней и пройти. Девушка поскользнулась, упала, сломала ключицу. После гипса и лечения пришла она к врачу и говорит: